Жанр: Любовные романы
Рецепт от Парацельса
...шенной
формы лежали на коленях, а осанка была изящна и величава, как будто она
сидела не на куске дерева, а на элегантной оттоманке в роскошной гостиной.
— Надо ехать в гостиницу, — решительно произнес Эрик. — Тебе
надо пообедать и отдохнуть, а завтра мы займемся делом.
— Мы ведь еще хотели поехать в Ла-Хойю, чтобы посмотреть на морских
котиков... — Ее голос был тихим и слабым.
— Мы поедем туда в следующий раз, — пообещал Эрик.
Сейчас он относился к ней, как к ребенку, которого сам ненароком обидел, и
теперь ему очень хотел загладить свою вину.
Обратно они ехали молча. Только подъезжая к городу, Аурелия оживилась и
поведала молодому человеку, что именно в Сан-Диего принц Уэльский Эдвард
встретил свою будущую жену Уоллис Симпсон, которая в это время была замужем
за другим человеком. Они безумно влюбились друг в друга. Эта роковая встреча
через 14 лет стоила принцу британской короны. Эдвардс и Уоллис поженились, и
он никогда не жалел, что не стал королем Великобритании. Любовь для него
была дороже короны. Эта любовь длилась всю жизнь, и один из них лишь
ненамного пережил другого.
... За ужином в ресторане Аурелия была вялой и сонной. В полумраке зала было
заметно легкое свечение вокруг ее головы, которое при незнании проблемы
можно было легко принять за отблеск свечей от ее роскошных блестящих волос.
Эрик не стал сообщать ей об этом, будучи почти уверенным, что она сама
прекрасно обо всем осведомлена и наблюдает за собой в зеркало, висящее в
полутемном коридоре ее номера.
— Милая, ты очень устала. — Эрик заботливо взял ее за руку. —
Пойдем наверх, тебе надо лечь и как следует выспаться.
Проводив Аурелию до номера, он нежно поцеловал ее в висок, со сладким
томлением почувствовав старинный запах ее духов. Она ласково погладила его
по щеке и в знак прощения едва заметно улыбнулась, прикрыв глаза своими
тяжелыми веками библейской Саломеи.
Лежа в постели у себя в номере, Эрик с глубокой теплотой думал об Аурелии.
Он чувствовал, что она не до конца доверяет ему, хотя уже о многом
рассказала. Бедная, ведь она все свои годы живет особой, сокровенной жизнью,
в вечном одиночестве. Она пленница своей тайны, привыкшая к мрачной
таинственности, сложным ситуациям, интригам и двойной жизни.
Но почему она не рассказала, что была замужем за Роном Дагсом? —
вспомнил вдруг Эрик. А я не догадался спросить об этом. Из ее рассказа
получалось, что она сама приехала в Америку за шкатулкой. Хотя, возможно,
опять что-то нарушилось в моем восприятии этой истории. Уже засыпая, он с
радостью почувствовал, что в его душе нет места, как прежде, обиде на нее и
досаде на самого себя. Только умиление и глубокая спокойная любовь.
Его разбудил луч солнца, пробившийся из-за неплотно прикрытых фиолетовых
штор.
Восемь часов. Эрик приоткрыл один глаз и взглянул на стоящие на комоде часы,
искусно имитирующие старинные бронзовые. Сладко потягиваясь, он улыбнулся,
вспомнив, что сейчас увидит свою любимую женщину. Как всегда, прекрасную и
юную. Они вместе пойдут завтракать, на нее будут устремлены взгляды всех
сидящих в ресторане, и Эрику это будет очень приятно. А потом они вместе
будут разрабатывать интересный план овладения шкатулкой.
Через полчаса выбритый и благоухающий хорошим лосьоном, молодой человек
стоял у номера Аурелии. Он приложил ухо к двери, но ничего не услышал. Она
еще спит, бедняжка, подумал молодой человек.
Эрик медленно прошелся до холла, намереваясь ждать пробуждения своей
любимой, и сел в кресло, из которого был виден ее номер. Минут через десять
к двери подошла горничная с пылесосом и, открыв ее своим ключом, вошла в
номер. Эрик моментально вскочил и бросился за ней в комнату.
— А где женщина, которая жила здесь? — волнуясь, спросил он.
— Я не знаю, — смущенно, как будто оправдываясь, произнесла
девушка афро-американской наружности. — Наверное, уехала. Ключ мне дали
в администрации, она сдала его сегодня утром. Я должна все прибрать здесь
для нового клиента...
— Сегодня утром, — автоматически повторил Эрик, ничего не
понимая. — Как же так?
Осознав случившееся, он помчался на первый этаж к стойке администратора.
— Что, мисс Джогенхейм из 315 номера, она уехала? — с недоумением
и страхом спросил он.
Администратор посмотрел на экран монитора, нажав несколько клавиш на
клавиатуре, и бесстрастно ответил:
— Да, сегодня утром.
— Она расплатилась? — Эрик все еще не терял надежды.
— Да, конечно.
Эрик отошел от стойки и бессильно опустился в кресло. Через несколько
мгновений он овладел собой и стал в состоянии рассуждать здраво и спокойно.
Сначала надо пойти в дом к Питеру Гранту, разрабатывал он план действий,
выяснить, дома ли он. Очень может быть, что они уехали вместе, и эта
чертовка проводит акцию обольщения хозяина шкатулки. Во-вторых, надо
доложить ситуацию мистеру Дагсу, отчитаться о сделанном, вернее, о
несделанном...
Наметив свои дальнейшие действия, Эрик пошел завтракать, но кусок не лез ему
в горло, и он, едва отхлебнув кофе, вышел на улицу.
— Это опять человек из Денвера от миссис Грант, — сказал он в
домофон, услышав нелюбезный голос жены Питера.
— Что вам еще надо? — осведомилась она, меняя интонацию.
Эрик набрал в легкие воздуха, приготовившись к новой атаке.
— Дженни, могу ли я поговорить с мистером Грантом? Я забыл передать ему
письмо от его знакомого из Денвера.
— Нет у него никакого знакомого в Денвере, — отрезала женушка.
— Его школьный товарищ написал ему письмо, — вдохновенно
придумывал Эрик, — в то время, пока я разговаривал с его матерью. Он
как раз зашел проведать ее.
— Можете передать письмо мне, — снизошла Дженни. — Я сейчас
выйду, так и быть.
— Нет, этот человек просил передать письмо лично Питеру.
Эрик чувствовал, что она начинает терять терпение, особенно когда он
произнес последнюю фразу.
— Ах, лично?! — с сарказмом воскликнула она. — Слишком много
у него личного! Нет его, уехал он!
— Подождите, Дженни, не выключайтесь, — просил Эрик. — Он,
что уехал в командировку? На сколько?
— Какая командировка?! — Гнев Дженни на мужа нарастал. — Ни в
какие командировки он сроду не ездил. Он сказал, что ему надо уехать. И что
будет он через два-три дня. Вот и все. Думайте, что хотите. И уходите
наконец, надоели вы мне!..
Несмотря на грубость собеседницы, Эрик был удовлетворен: он узнал все, что
хотел. Теперь у него почти не оставалось сомнений, что Питер уехал вместе с
Аурелией. Он спустился к набережной и стал прогуливаться среди яркой толпы
отдыхающих. Так легче было перенести удар, нанесенный ему женщиной, с
которой, как ему казалось, он подружился и к которой он относился с такой
любовью и теплотой! А она, он так был уверен в этом, доверила ему много
сокровенного! И вдруг такое предательство...
Он сел за столик открытого кафе, заказав кофе и полбокала мартини. Стараясь
отвлечься от своих невеселых мыслей, он стал рассматривать загорелых
длинноногих девушек с распущенными волосами. Иногда ему казалось, что он
видит спину Аурелии, но через мгновение становилось понятно, что это ошибка,
он все более убеждался, что никто из красавиц, прогуливающихся по
набережной, не может даже приблизительно сравниться с Ее Совершенством. Эрик
ловил себя на ощущении, что его, как мужчину, абсолютно не волнует ни
красота, ни обаяние, ни прелести этих красоток. И даже в порыве ветра,
донесшегося с набережной, его больное воображение преобразило вечный запах
океана в легкий неземной аромат ее старинных духов.
Куда они могли поехать? — спрашивал он себя самого. Да куда угодно, с
болью отвечал его внутренний голос. Они могут просто снять номер в каком-
нибудь из местных отелей.
Эрик едва не раздавил стакан, представив Аурелию в объятиях долговязого
Питера. Она будет ласкать этого отвратительного типа, продавая свою любовь в
обмен на шкатулку, отказав в любви ему, молодому, красивому мужчине. Низкая,
подлая женщина...
Он намеренно разжигал в себе ненависть к Аурелии, пытаясь таким образом
освободиться от сжигающей его ревности и безнадежного томления души.
Добираясь из аэропорта на такси к дому мистера Дагса, Эрик с досадой
вспомнил о существовании Роуз. Наверняка ему придется увидеться и даже
говорить с ней. Где-то в глубине души он чувствовал легкие уколы совести,
которые незаметно угасли в горечи сердца.
День уже клонился к вечеру, когда Эрик подходил к парадной двери дома,
заметив на стоянке новый
бентли
хозяина.
— Куда ты пропал? — сердито воскликнул мистер Дагс, выходя из дома
ему навстречу. — Ты отключил телефон, что ли? Почему сам ни разу не
позвонил? Ты что, забыл, что обещал держать меня в курсе дела? Ну что там,
рассказывай скорее!
К своему ужасу, Эрик понял, что не может ответить ни на один из вопросов,
которыми его забросал хозяин. Он так ни разу и не вспомнил о своем сотовом
телефоне, и даже не знал, где тот находится. Он вспомнил, что, собирая сумку
в отеле, не видел своего телефона, но ему даже не пришло в голову поискать
его или хотя бы спохватиться, куда он делся. Может быть, это тоже проделки
Аурелии?
— Что с тобой? Ты какой-то заторможенный! — Рон недовольно
оглядывал Эрика, подозревая, что тут не обошлось без вмешательства этой
дьяволицы.
Эрик перестал думать о пропавшем телефоне и вернулся к реальности.
— Отвечаю по порядку, — бодрым голосом начал он свои
донесения. — Прошло всего три дня с учетом дороги туда и обратно.
Значит, я никуда не пропал. Второе: с телефоном действительно произошло что-
то непонятное: я ни разу не вспомнил о нем. Думайте, что хотите, но я и сам
ничего не понимаю. Далее. Как видите, я не привез ни Аурелию, ни шкатулку,
но знаю, где находится шкатулка. А мисс Джогенхейм... или бывшая миссис
Дагс...
Он бросил косой взгляд на хозяина, наблюдая за его реакцией. Но тот и бровью
не повел, внимательно слушая рассказ своего посланца.
— ... все время была со мной, многое рассказала, обещала поехать в
Денвер... — Эрик немного приврал, чтобы подсластить горькую пилюлю,
которую он собирался преподнести Рону Дагсу. — Но сегодня рано утром
она сбежала из отеля, по всей видимости, с Питером Грантом...
Услышав это, мистер Дагс приподнял бровь и удивленно посмотрел на Эрика.
— С Питером Грантом? — усмехнулся он. — Она решила обольстить
его, чтобы завладеть шкатулкой? Ты-то устоял? — хохотнул он.
— Как видите, — буркнул Эрик.
Потом он скороговоркой пересказал ему встречу с ней в отеле
Сан-Диего
Мариотт
, два разговора с миссис Грант-2, совместную прогулку по городу
Аурелии и Питера. Умолчал он только об их беседах в отеле и долгой прогулке
на побережье в дюнах.
— Так что же ты теперь намерен делать? — Рон Дагс сложил руки на
груди, укоризненно глядя на молодого человека. — Я думаю, ты понимаешь,
что я финансировал твою поездку в Сан-Диего не для того, чтобы ты приятно
провел время с красивой женщиной.
— Конечно, понимаю, — пробормотал Эрик, наклонив голову. —
Есть у меня кое-какие соображения...
— Ну так поделись ими, пожалуйста, — с утрированной вежливостью
попросил мистер Дагс, садясь за свой письменный стол и приглашая молодого
человека занять кресло напротив.
— Я думаю, что мне придется завтра или послезавтра опять полететь в Сан-
Диего, чтобы следить за домом Питера Гранта. Его жена сказала, что он обещал
вернуться через два-три дня.
— И что же дальше? — Тонкие губы Дагса исказила саркастическая
улыбка.
— Я обязательно увижу ее, — уверенно сказал Эрик. — И, если
Питер передаст ей шкатулку, я в этот же день буду здесь с этой самой
шкатулкой.
— Откуда такая убежденность? — Дагс был возмущен самоуверенностью
молодого человека. — По-моему, ты чересчур много берешь на себя,
дорогой мой! Во-первых, Питер может не отдать ей шкатулку, во-вторых, ты
можешь не увидеть... эту женщину, и, в-третьих, она тебе опять заморочит
голову, а ты с удовольствием будешь распускать свои уши!
Конец фразы Рон Дагс произнес почти крича.
В душе Эрика закипала злость на Аурелию и крепла уверенность в своих силах.
Однако для повышения мотивации своих действий ему было необходимо знать
предысторию, связанную с этой шкатулкой, которая еще не была известна ему.
— И что это она вам так необходима, эта вещица? — Эрик пожал
плечами, вызывая Дагса на разговор. — Вы, между прочим, не рассказали
мне эту историю до конца, сославшись на усталость. И остановились как раз на
том, что прочли заметку в газете об убийстве Алберта Гранта. Потом вы
женились, родилась Роуз... А что же послужило причиной расставания с
Аурелией, и что было дальше? Расскажите, мне необходимо это знать, чтобы
действовать мотивированно и со знанием дела...
Дагс снова достал сигарету из ящика стола и начал тщательно разминать ее, вспоминая давно прошедшее.
8
— О том, что между убийством Алберта Гранта и отъездом Аурелии к
подруге
есть определенная связь, я догадался только тогда, когда узнал о
второй смерти, к которой она была причастна.
—
Причастна
— еще не означает
виновна
, — быстро заметил Эрик,
продолжая оппонировать Рону. — Ведь вы с другом намеревались отправить
ее на тот свет и за второе убийство. Я это слышал собственными ушами. А
оказывается, вы совсем не убеждены в этом. Это только ваше предположение!
Мистер Дагс насупился, видимо, недовольный этим замечанием.
— Подожди, сначала выслушай то, что я расскажу. — Рон сделал
останавливающий жест рукой и продолжал мять свою сигарету, время от времени
зажимая ее между зубами.
Эрик невольно отметил сильную волю Дагса, бросившего курить и удерживавшего
себя от этого соблазна в ситуациях, когда сигарета могла бы помочь
расслабиться или собраться с мыслями.
— Мы прожили с Аурелией три года в гражданском браке, и все было
хорошо. — Лицо Дагса исказилось гримасой боли, видимо, он до сих пор
сожалел о быстро промелькнувшем счастье с этой необыкновенной
женщиной. — Иногда она отлучалась куда-нибудь на один-два дня, и
возвращалась всегда ласковой, нежной, удивительно любящей, а свой отъезд
всегда объясняла поездкой к какой-то подруге или родственнице. А я был так
рад ее возвращению, что старался закрывать глаза на явную ложь, которой она
объясняла причину своих отъездов.
Но вот в один отнюдь не прекрасный день, вернувшись домой из деловой
поездки, я обнаружил записку:
Не ищи меня, я благодарна тебе за счастливую
жизнь, но все кончено. Прости
.
Для меня это было, как гром среди ясного неба. Я два месяца не находил себе
места. Не мог даже работать, перепоручив важные дела на заводе своему
помощнику. Я нанял частного детектива, и он, представь себе, отыскал ее.
Мистер Дагс замолчал, погрузившись в воспоминания. На его лбу пролегла
глубокая морщина, а в углу губ образовались печальные складки.
— Что было дальше?! — нетерпеливо воскликнул Эрик. — Ее
разыскал детектив...
— Выяснилось, что она вышла замуж за талантливого химика Уильяма
Ричардса, профессора Гарвардского университета, с факультета биохимии и
молекулярной биологии. Он был внуком знаменитого химика, тоже Уильяма
Ричардса, лауреата Нобелевской премии, который расшифровал несколько генов
из молекулы ДНК. Его внук тоже занимался молекулой ДНК, и особенно геном
старения.
Аурелия познакомилась с Ричардсом в Бостоне, куда она поехала, сбежав в
очередной раз из дома, специально на конгресс биохимиков, и оказалась на
заключительном банкете. Естественно, она произвела фурор своей красотой и
дьявольской притягательностью. Многие маститые ученые, увлеченные только
своими научными экспериментами, были очарованы ею. Но она ловила в свои сети
именно Билли Ричардса, который, конечно же, вскоре пал к ее ногам. Он был
богат, но к деньгам абсолютно безразличен. Его интересовала только наука. Он
влюбился в первый раз в жизни, но влюбился безоглядно. А ей нужны были его
деньги и знания. Она хотела, чтобы он провел анализ ее таблеток и воссоздал
то средство, которое досталось ей от Парацельса.
— Как от Парацельса? — Эрик подскочил на своем кресле. — Эти
таблетки изобрел ее отец, Тео Джогенхейм, или Гогенхейм, химик и
розенкрейцер!
— Это она тебе так сказала, — ухмыльнулся Рон Дагс. — Она
наверняка много чего наговорила.
— А что, это не так? — смешался молодой человек. — Разве не
отец дал ей, четырнадцатилетней девочке, эти таблетки, которые она начала
принимать, достигнув 40 лет. Так она рассказала мне.
— Не было никакого Тео Джогенхейма, — покачал головой мистер
Дагс. — А если и был, то не в ХХ веке, и, может быть, даже не в ХIХ...
Эрик вообще перестал что либо понимать.
— Вы уверены? — только и проговорил он.
— Конечно, уверен, — бросил он. — Ты же сам заметил, что у
нее старинный почерк, напоминающий готический шрифт. Она училась писать,
скорее всего, в те годы, когда жил Парацельс.
Эрик замотал головой, пытаясь избавиться от ощущения, что сходит с ума.
— Она сказала, что годится мне в матери или... в бабушки, —
вспоминал Эрик. — Я не понимаю, как это возможно, чтобы ей было...
около четырехсот лет. Нет, я отказываюсь верить. Это бредни...
— Это действительно трудно принять, но это так, — вздохнул Рон
Дагс.
— Это она вам рассказала? — Эрик недоверчиво смотрел на
хозяина. — Может быть, она и здесь все выдумала, как обычно.
— Дело в том, — мистер Дагс старался говорить, как можно более
убедительно, — что она помнит события, происходившие в разные века,
начиная с XVI века. Например, она рассказывала подробности чумы в Мюнхене, в
конце этого века, или о похоронах Парацельса.
— Значит, она обманывала меня, — Эрик все еще не хотел
верить, — когда рассказывала об отце, который умер от воспаления
легких. Она сказала, что сидела рядом с ним и держала его за руку. Ведь на
ее глазах были настоящие слезы!
Эрик замолчал, предпочитая думать, что ее богатая фантазия может
простираться и до XVI века, но на самом деле ей все-таки не больше
шестидесяти. Сохранение молодости в пределах обычной человеческой жизни —
это он еще мог представить. Но больше...
— Послушайте, а зачем вам, деловому человеку, нужна эта шкатулка? — неожиданно спросил он.
Рон Дагс несколько смутился и снова принялся мусолить сигарету, сломав ее
наконец.
— Странно, что вы раньше не задали этот вопрос, — иронически
произнес Дагс, скомкав сигарету и в сердцах бросив ее в большую чугунную
пепельницу в виде головы бизона. — Вы не забыли, полагаю, что я
владелец нескольких предприятий. — Он решил раскрыть еще часть своих
карт. — В том числе и фармацевтической фабрики в пригороде Денвера.
Он замолчал и хитро посмотрел на Эрика, слегка прищурив глаза, видимо,
надеясь, что молодой человек сам догадается, самостоятельно ответив на свой
собственный вопрос.
— Вы хотите... — серые глаза Эрика широко распахнулись, и в них
искрой мелькнула догадка, — вы хотите получить в свои руки рецепт и
наладить производство... средства вечной молодости.
Мистер Дагс удовлетворенно улыбнулся, откинувшись на спинку кресла.
— Вот видишь, догадался, — коротко рассмеялся он. — А теперь
попробуй сообразить, зачем мне нужна сама Аурелия? Ведь я мог бы и без нее
отыскать шкатулку.
Хозяин с интересом смотрел на Эрика, который уже принялся решать эту
головоломку, задумавшись и опустив голову.
— Видимо, в шкатулке есть секретное устройство, о котором знает только
Аурелия, — предположил Эрик через несколько секунд.
— Тепло, даже горячо. — Мистер Дагс благосклонно посмотрел на
Эрика. — Там есть потайное кодовое устройство, и надо набрать несколько
цифр или какое-то слово, я точно не знаю. При этом предоставляется всего три
попытки. Если за три раза не будет набрано правильное сочетание цифр,
потайное устройство вообще не откроется, а его содержимое будет уничтожено
искрой огня. Это значит, что его нельзя открыть простым перебором сочетаний.
— О господи! — Молодой человек схватился за голову. — Какое
нагромождение загадок! Сразу возникает следующая куча вопросов!
Эрик встал с кресла и зашагал по кабинету, засунув руки в карманы джинсов.
Наконец он остановился и посмотрел на мистера Дагса, который с
благожелательным интересом рассматривал своего помощника.
— Первое... Откуда вы об этом узнали? — Эрик загнул палец на
правой руке.
— Об этом рассказал Жюль Пренье, когда исповедывался Роберту Сайленсу.
— Тогда почему вы решили убить Аурелию, если могли у нее выведать тайну
шифра? — Эрик загнул второй палец.
Теперь мистер Дагс тяжело встал со своего места и, подойдя к окну, молча
повернулся к Эрику спиной, всматриваясь в сумрак большого парка.
— Зная эту женщину, я уверен, что она никогда бы не раскрыла эту тайну.
Она бы предпочла умереть. Но после встречи с тобой у меня появилась надежда,
что мы сможем открыть шкатулку с ее помощью. Ты очень располагаешь к себе...
Мне кажется, она тебе доверится...
— А почему все-таки вы решили убрать ее? — снова настойчиво
спросил Эрик.
— Потому что незадолго до нашей с тобой встречи она сделала попытку
убить меня, — неожиданно признался мистер Дагс. — Я боялся, что
она повторит ее.
Отвернувшись от окна, он поймал удивленный взгляд молодого человека.
— Да-да, представь себе! — воскликнул Рон. — Я же неспроста
предупреждал тебя, что она не остановится ни перед чем, и пусть тебя не
смущает ее нежность и красота. Эта женщина готова на все, и ты еще убедишься
в этом.
— Говорите конкретнее, мистер Дагс, я прошу вас! — воскликнул
Эрик. — Это очень важно для меня и для нашего дела!
— Полгода назад мы с ней случайно встретились в Бостоне, куда я приехал
на одну конференцию, посвященную биохимическим методам генной инженерии. Я
на своем фармацевтическом предприятии как раз собирался заняться
биомолекулярной технологией. И в кулуарах конференции перед банкетом я
встретил ее. Сначала я удивился, увидев ее среди серьезных ученых — химиков,
биологов, специалистов по информационным технологиям. Но, заметив, что она
присутствует на всех семинарах, задает вполне профессиональные вопросы,
участвует в дискуссиях, я удивился еще больше, однако сообразил, что за годы
жизни со своим мужем, блестящим ученым, она смогла многому научиться у него.
Тем более с ее необыкновенными, дьявольскими способностями.
Рон замолчал, и Эрик почувствовал, что ему неприятны эти воспоминания.
Поэтому он не стал настаивать на продолжении, хотя ему не терпелось узнать
дальнейшую историю. По ходу размышлений он вспомнил, что Рон еще не
рассказал о смерти ее мужа, химика.
— Я не видел ее восемнадцать лет, — продолжал мистер Дагс. —
С тех пор, как она оставила меня, сбежав на восточное побережье, в Бостон.
Моя жена умерла несколько лет назад, Роуз стала студенткой, сам я заметно
постарел, а эта женщина осталась все такой же — молодой и прекрасной, какой
была больше двадцати лет назад. И я снова влюбился в нее. А разве могло быть
иначе?
Рон взглянул на Эрика, ища у него поддержки и понимания, и молодой человек ободряюще кивнул головой.
— От нее я узнал, что ее муж Билли Ричардс скоропостижно скончался при
странных обстоятельствах. Он был найден мертвым у себя в лаборатории. Судебно-
медицинская экспертиза установила, что он отравился метиловым спиртом,
который оказался у него в бутылке из-под виски. Самой Аурелии в это
...Закладка в соц.сетях
