Жанр: Любовные романы
Атлас и серебро
...обычно мягкими, и она
легонько поцеловала его, не в силах подавать щемящую боль в груди. Она —
картежница. И этим все сказано. Роже — старатель. Люди с такими профессиями
не могут быть вместе, и тем более оставаться вместе надолго. Да им это и ни
к чему. Слишком многое придется менять в образе жизни. И когда на душе снова
заскребли кошки, Шенандоа не обратила внимания. Она — игрок и не подвластна
чувствам. По сути, если она уступит эмоциям — карьере конец. А Роже можно
считать приятным отступлением. И не более.
Она снова поцеловала его и услыхала в ответ:
— Черт побери, Шенандоа, как прикажешь мне спать, когда ты вытворяешь
такие штуки? — И Роже до боли сжал ее в объятиях. От поцелуя мигом
воспламенились оба, и вот уже его язык проник между горячими, податливыми
губами и жадно обследует то, что считает своим, снова и снова напоминая об
этом.
Шенандоа застонала, чувствуя, как обволакивает тело знакомая истома, как
желание затуманивает рассудок.
Внезапно Роже отпрянул.
— Хватит, не то не видать нам Томбстоуна. И к тому же Арабелла...
— С тобой я готова забыть обо всем.
— Проклятие! Я безумно тебя хочу, но ведь надо подумать о будущем.
Арабеллу нужно отвезти в город, подальше от тревог. И...
— Тебе надо заниматься своим рудником.
— Да, но теперь он мне кажется ужасной обузой. Если бы не рудник, мы
могли бы уехать куда-нибудь вместе.
— Но я не могу бросить Арабеллу, и не забывай — у меня есть работа.
— Знаю — карты. Если бы я и захотел, ты все равно не дашь забыть, что
ты — игрок. А вот об Арабелле может позаботиться и ваш дядя.
— Он ей не родной. Он — брат моего отца. И хотя всегда относился к ней
как к родной племяннице, она все равно нуждается во мне — больше никого не
осталось из кровной родни. А главное — то, что у нас у обоих есть свои
жизни, причем отдельные друг от друга. Верно, Роже?
Тот подумал и напомнил:
— Но ведь ты не собираешься отказаться от сделки?
— Я в долгу перед тобой. А долги я плачу.
— Хотя я бы предпочел, чтобы ты просто захотела остаться со мной,
придется принять это как плату.
— Роже, я...
— Нет, не надо пояснений. Я не желаю слушать то, что ты считаешь нужным
сказать. Мы сейчас едем в Томбстоун, расскажем обо всем шерифу и отправимся
в Ледвилл. Там у нас обоих дел невпроворот.
— Надеюсь, Арабелле Ледвилл понравится.
— Наверняка. Это очень милый город. Но ты, Шенандоа, должна помнить:
ничто не изменится, когда мы приедем туда. Я все еще хочу тебя, а ты все еще
передо мной в долгу.
Она заколебалась. Судя по его тону, он по-прежнему не верил, что и Шенандоа
хочет его не меньше.
— Роже, я же сказала, что сдержу свое слово. И к тому же я тоже тебя хочу. И тебе это известно.
— Нет. Я не знаю, чего ты хочешь. Я даже не знаю, хочешь ли ты чего-то
вообще. Но на данный момент меня устраивает то, что есть. А дальше будет
видно.
— Роже, я...
— Поцелуй меня. Можешь включить это в свой долг, если угодно.
И он накрыл ее губы поцелуем, и через миг Шенандоа позабыла обо всем, кроме
его губ, его сильного, готового к любви тела и своей неуместной потребности
быть с ним рядом. Еще очень не скоро они попадут в Ледвилл. И у нее будет
достаточно времени для размышлений.
ЧАСТЬ II
Лето 1883 годаДИКИЕ ГОРНЫЕ КРУЧИ Пассажирам поезда
Денвер — Рио-Гранде
открылся потрясающий вид на могучую
реку Арканзас, катившую свои воды далеко на дне Королевского каньона, вдоль
которого пролегала дорога к единственному перевалу, соединявшему Ледвилл с
остальным миром по ту сторону Скалистых гор.
Суетливый, шумный город с тридцатью пятью тысячами жителей и множеством
предприятий и фирм являл собой разительный контраст с подступавшими вплотную
невозмутимыми, величавыми горами, однако это был самый настоящий город, а не
деревенская глушь, откуда ехало большинство пассажиров. И они вовсю глазели
на непривычную картину, когда паровоз остановился у вокзала.
На краю крытого перрона стоял худощавый мужчина среднего роста. Черный
сюртук, черные брюки и крахмальная белоснежная сорочка наводили на мысль,
что он — профессиональный игрок. Его каштановая, тронутая сединой шевелюра
была приглажена волосок к волоску, как и аккуратно подстриженные усы. Рядом
стоял лохматый темноволосый верзила-старатель.
Как только пассажиры появились на подножках вагонов, оба как по команде
шагнули вперед.
— Вскоре кто-то воскликнул:
— Дядя Эд! Мы здесь!
Мужчина в сюртуке широко распахнул объятия навстречу молоденькой женщине,
радостно кинувшейся ему на грудь. Они то обнимались, то отстранялись
немного, чтобы как следует разглядеть друг друга.
— Ты много бывала на солнце, Шенандоа, и даже загорела, — заметил
Шустрый — Эд Девис.
— Зато ты по-прежнему не высовываешь носа за двери казино! — со смехом
подхватила она.
— А как же! Ведь я самый известный здесь игрок!
— И я рада снова видеть тебя, дядя Эд! — продолжала Шенандоа.
— А я уже начал думать...
— Все в порядке. Арабелла с нами. Вот только...
— Том Бартон тоже с нами. Он непременно хотел тебя встречать.
— Том, спасибо, что пришел, — обернулась Шенандоа к старателю.
— Я просто не мог не прийти, мисс Шенандоа. Ваша сестра здорова?
— Пожалуйста, постарайтесь оба не обращать внимания на ее странности.
Потом я все объясню, ладно?
Мужчины, похоже, удивились, но все же кивнули в знак согласия.
— Роган все сделал как надо? — поинтересовался Том, поглядывая в
сторону вагона.
— Да, он сейчас поможет выйти Арабелле... Ну, я обещала ей сперва
посмотреть, пришли ли вы к поезду, и подождать, пока сойдут остальные
пассажиры, чтобы не толкаться в толпе.
Шустрый Эд кивнул, вынул из кармана черный шелковый платок и откашлялся,
прикрывая рот.
— Сейчас выйдет Арабелла, и мы бы хотели сразу поехать... Где мы
остановимся?
— Я собирался сначала снять целый дом, но не нашел ничего подходящего,
— пояснил Шустрый Эд, шагая по перрону. — И снял для вас с Арабеллой две
комнаты в пансионе у Кейт Колорадо. У нее спокойно и чисто. А Кейт за вами
присмотрит.
— Спасибо, — откликнулась Шенандоа, гадая про себя, понравится ли там
Арабелле. Однако в следующий миг ее размышления прервались появлением сестры
в сопровождении Роже Рогана.
— Арабелла, — она сжала ледяную руку сестры, — ты ведь помнишь дядю
Эда? А это Том Бар-1 тон. Он работает на руднике у Роже.
Арабелла смущенно взглянула на мужчин и тут же потупилась, прижимая руку к
груди.
— Хелло, — еле слышно промолвила она, старательно глядя в сторону.
Шустрый Эд с сочувствием посмотрел на племянницу и обратился к Шенандоа:
— Арабелла стала очень похожа на свою мать. Мой брат был счастлив,
когда женился на ней. И я тоже счастлив видеть вас обеих. Считай наш дом
своим. Отныне мы — одна семья.
— Спасибо, — вежливо отвечала Арабелла, нерешительно улыбаясь.
— Роган, — воскликнул Том Бартон, хлопая Роже по спине, — рад тебя
видеть! У меня целая куча новостей.
— А как дела на
Серебряной звезде
?
— Добыча идет, но есть и неприятности.
— Неприятности? — Роже мигом помрачнел. — Что такое?
— Давайте сперва позаботимся о дамах, — поспешно вмешался Шустрый Эд. —
Я уже распорядился, чтобы их багаж доставили в пансион Колорадо. Кстати,
спасибо за то, что привез сюда Шенандоа с Арабеллой.
— Не стоит благодарности.
— Да, на почте для тебя телеграмма. Мы можем забрать ее по дороге, —
вставил Том.
Шенандоа напряженно следила за Роже. В полном соответствии с ее ожиданиями
их пути расходились в разные стороны. Роже и без нее хватает забот, да и ей
самой давно пора позаботиться о деле. И она снова постаралась подавить
странную, щемящую боль в груди. В ее заботах нуждаются младшая сестра и
дядя. И вообще пора приниматься за работу, нечего тратить время на глупые
мечты о Роже.
— Добрый день, Шустрый Эд!
Шенандоа увидела высокого худого мужчину с длинными черными усами, слегка
седеющей темной шевелюрой и пронзительными серыми глазами; незнакомец
пристально смотрел на Арабеллу. Под влиянием внезапно возникшего тревожного
чувства Шенандоа придвинулась поближе к сестре. Незнакомец был облачен в
элегантный черный костюм завсегдатая игорных залов. Украшавшая жилетку
массивная золотая цепь свидетельствовала о немалом достатке.
Шустрый Эд с явной неохотой повернулся к человеку, незаметно подошедшему к
нему почти вплотную.
— Здравствуй, Спайк Камерон. Что это тебя занесло на вокзал?
— Получал небольшую посылку. Хотел удостовериться лично, что она не
пострадает при выгрузке. А это твои друзья?
Шустрому Эду ничего не оставалось, как представить стоявших рядом женщин.
— Это мои племянницы: Шенандоа Девис и Арабелла Уайт. Леди,
познакомьтесь со Спайком Камероном. Он содержит ночной клуб
Постмортем
.
— Счастлив познакомиться. В Ледвилле всегда рады прелестным юным леди,
— Спайк с учтивым поклоном припал губами к ручке Арабеллы, все так же
пронзительно глядя ей в глаза.
Шенандоа резко повернулась к Рогану:
— Роже, а ты уже знаком с мистером Камероном?
— Мы встречались, — процедил Роже, явно не в восторге от такого
знакомства.
— А ваш
Постмортем
— он большой? — неожиданно звонким и чистым
голоском спросила Арабелла.
— О, он не только большой, он самый лучший клуб в Ледвилле! — отвечал
Спайк Камерон.
— Самый лучший... — пробормотала Арабелла, машинально расстегивая
верхние пуговицы на вороте платья под завораживающим взором Спайка.
Шенандоа сдавленно охнула, заметив на лице сестры то же выражение, с каким
та смотрела прежде на Теда Брайтона. Она не верила своим глазам: неужели
Арабелла успела заинтересоваться этим человеком — так скоро после бегства от
Брайтонов? Нужно как можно скорее доставить ее в пансион, где в покое и
безопасности у бедняжки будет возможность прийти в себя.
Но Шустрый Эд опередил свою племянницу:
— Ну, Камерон, нам пора. Девушки хотят поскорее добраться до места.
— Но они просто обязаны побывать в самых интересных местах Ледвилла, в
особенности в
Постмортеме
. Вас с нетерпением ждут. Выпивка за счет
заведения. И я сам покажу юным леди свое казино и бальный зал.
— Правда? — Синие глаза Арабеллы восторженно распахнулись. — Я бы
хотела там побывать.
— С удовольствием покажу вам
Постмортем
, а также все прочие
достопримечательности Ледвилла. Кстати, вы не похожи на местных. Откуда...
— Моя сестра жила на Восточном побережье. Она только что оттуда.
— Чему я безмерно рад, — подхватил Спайк Камерон, взяв Арабеллу под
локоток и увлекая ее к выходу из вокзала. — Сначала вам надо непременно
заглянуть в
Постмортем
, тогда и прогулка по Ледвиллу покажется намного
интереснее. — И он рассмеялся коротким сухим смешком.
Арабелла со Спайком поспешили к выходу. Шенандоа в растерянности оглянулась
на Роже. Потом взглянула на Шустрого Эда с Томом Бартоном:
— Что нам делать?
— Следовать за ними, — отвечал Шустрый Эд, снова откашливаясь в платок.
— Спайк Камерон не тот человек, с которым я бы позволил своей племяннице
оставаться наедине.
Итак, свои первые впечатления Шенандоа получила, поспешно следуя за Спайком
и Арабеллой. Город поразил ее. Душой Ледвилла являлись рудоперерабатывающие
предприятия, которых здесь было множество. Широкие улицы заполняла нарядная
толпа, и повсюду царил гулкий грохот неустанно работавших заводов и фабрик.
На всех улицах имелось освещение, а толстые телефонные провода тянулись к
деловой части города, связывая ее с рудниками. Однако над немощеными улицами
висела ужасная пыль, поднимаемая бесчисленными фургонами, экипажами и
сновавшими между ними всадниками.
Прежде чем пересечь первую улицу, Спайк внезапно подхватил Арабеллу на руки
и помчался вперед, ловко лавируя между колесами экипажей, лошадьми и
прохожими. Шенандоа, столь неожиданно разлученная с сестрой, в ужасе
замерла, беспомощно оглядываясь на Роже. Но тот лишь бросил:
— Сейчас вернусь! — И скрылся в толпе.
— А как же Арабелла? — Шенандоа взглянула на дядю.
— Эти улицы — пыльный ад летом, потоки грязи весной и осенью и
скользкий лед зимой, — покачал головой Шустрый Эд. — Здесь самое опасное
место в Ледвилле. Было бы лучше, если бы и тебя перенес через улицу Роже или
Том.
— Вот еще! Я сама дойду!
— И не пытайтесь, мисс Шенандоа, — возразил Том, — иначе вам вовек не
отчистить пыль с ваших башмачков и платья. Мне-то оно вроде и ничего, а
такую красотку, как вы, пачкать жалко.
— Ну, не знаю... — замялась она.
— Он прав, — подхватил Шустрый Эд. — Сейчас вернется Роже, и перейдем
улицу все вместе.
— А куда он ушел? — недоумевала Шенандоа. Но тут же увидела Роже, на ходу читавшего телеграмму.
Внимательно прочитав послание, Роган сложил его и спрятал в жилетный карман.
Помрачнев, он осмотрелся в поисках своих спутников. Подошел к ним и спросил:
— А где Арабелла?
— Спайк понес ее через улицу, — пояснила Шенандоа.
— Черт бы его побрал! Только этого не хватало! — пробурчал Роже.
Подхватив девушку на руки, он стал переходить на другую сторону. И тут же
над ними взметнулось густейшее облако пыли. Шенандоа оставалось лишь
порадоваться, что ее несет Роже — и не только по причине пыли. Ей так не
хватало этих сильных и нежных объятий, не хватало с тех пор, как пришлось
путешествовать вместе с Арабеллой, практически не имея возможности остаться
наедине с Роже. Честно говоря, Шенандоа скучала не только по объятиям.
Добравшись до безопасного места, Роже горячо зашептал ей в самое ухо:
— Наконец-то появился повод тебя обнять — хоть и у всех на глазах.
Шенандоа, я больше так не могу. Ты должна приехать ко мне на рудник как
можно скорее!
Сердце тревожно забилось у нее в груди. Значит, он ее не забыл! И все же она
сомневалась... Вряд ли удастся покинуть город: ведь нельзя оставлять
Арабеллу одну!
— Слышишь? Я хочу, чтобы ты приехала поскорее. Или придется напомнить о
долге?
— Нет, Роже. Просто дело в том...
— ...что теперь, когда мы приехали в город и ты повстречалась с
родными, тебе неловко и ни к чему...
— Я приеду, как только смогу.
— Завтра.
— Постараюсь, если...
— Завтра!..
— Тысяча дохлых кошек! — воскликнул Том Бартон, вместе с Шустрым Эдом
переходя улицу. — Ну и рад же я, что не приходится нырять в эту жуть каждый
день!
— Что, под землей чище? — поддразнил его Эд, кашляя в платок.
— В каком-то смысле — да, — отвечал Том, покосившись на Роже.
Роган, хотя и был занят Шенандоа, все же успел заметить взгляд управляющего:
— Том, я надеюсь, что мы сумеем справиться со всеми трудностями.
— Потом, потом!.. — напомнил Шустрый Эд. — Лучше поспешим в
Постмортем
. Чем быстрее мы доберемся туда, тем быстрее вызволим Арабеллу и
тем быстрее...
— ...вы введете меня в курс дела, — закончил Роже, ускоряя шаг.
Постмортем
располагался на Стэйт-стрит — в числе прочих салунов, казино,
танцевальных залов, театров, ресторанов, борделей и ночлежек. Заведение
Спайка Камерона было не менее популярно, чем роскошные
Торговый дом
,
У
папы Уимена
,
Техасское ранчо
и ресторан
У святой Анны
, благодаря
богатой обстановке, отличному казино и самым красивым в городе девушкам-
танцовщицам.
С высокого потолка в
Постмортеме
свисали большие хрустальные люстры, ярко
освещавшие тяжелые драпировки из алого бархата, пушистый красный ковер на
полу, множество круглых столов под плотным зеленым сукном и натертый до
блеска паркет площадки для танцев. В дальнем углу просторного зала
расположился бар с длинной резной стойкой и бесконечной чередой бутылок и
бокалов на зеркальных полках. Повсюду на стенах, оклеенных красными,
тисненными золотом обоями
под бархат
, висели написанные маслом картины —
сплошь подлинники. Витая, изящная лестница вела к отдельным кабинетам, где
богатые завсегдатаи могли в спокойной обстановке отобедать, сыграть в карты
или назначить свидание.
Шенандоа почти не обратила внимания на всю эту кричащую роскошь: ее взгляд
был прикован к Арабелле. Сестра, сидевшая рядом со Спайком Камероном на алом
бархатном диване, держала в одной руке бокал с ядовито-красной жидкостью,
другой же оживленно жестикулировала. Арабелла весело смеялась, ее синие
глаза сияли; казалось, она чувствует себя, как дома. Шенандоа с горечью
подумала о том, что впервые видит сестру смеющейся с тех пор, как силой
увезла ее из Мексики.
Она поспешила к мило щебетавшей парочке:
— Арабелла, нам, пожалуй, пора. Путешествие было утомительным, и...
— Но я же только что пришла, Шенандоа! Здесь так мило, и Спайк обещал
попозже показать обстановку наверху!
— Не сомневаюсь, — пробурчал подошедший к ним Шустрый Эд.
Спайк вскочил и вежливо указал на соседний диван:
— Прошу, присаживайтесь! Гарри, налей всем по бокалу, — велел он
бармену. — Из моих особых запасов!
— Шенандоа, это же чудесно! — восклицала Арабелла. — Ты ни разу не
рассказывала, какие удивительные места есть на Западе! Подумать только, ты
столько лет работала в таких же роскошных заведениях, как это...
— В таких, как это, мне доводилось работать не часто, — глядя по
сторонам, уточнила Шенандоа.
— Ну, это не проблема, — заметил Спайк. — Я буду счастлив предоставить
вам постоянный столик. Шустрый Эд, ты ведь помнишь: мои двери всегда
распахнуты и для тебя тоже.
Девис молча кивнул и, нахмурившись, присел на соседний диван.
Спайк суетился, устраивая Арабеллу с одного бока от себя, а Шенандоа с
другого. Роже, явно недовольный сложившейся ситуацией, поспешно сел рядом с
Шенандоа, невольно нащупывая спрятанный под жилетом кольт. Однако он
старался выглядеть невозмутимым, понимая, что Шенандоа не хочет силой
уводить сестру из
Постмортема
. Пусть пока всем распоряжается Спайк Камерон
— это ненадолго. Они отдадут долг вежливости и уберутся отсюда восвояси.
— Красивым женщинам требуется красивая обстановка, — тарахтел Спайк,
поглядывая то на одну сестру, то на другую. — И все женщины, что работают у
меня, чрезвычайно довольны! Любую из вас я приму с радостью, стоит только
пожелать.
— Для Шенандоа уже приготовлен столик в
Торговом доме
, — веско
проговорил Шустрый Эд.
Бармен тем временем проворно водрузил на стол бутылку виски и бокалы.
— А вы, Арабелла, тоже жрица капризной богини зеленого сукна? —
поинтересовался Спайк.
Арабелла подумала и, тряхнув волосами, решительно заявила:
— Зовите меня Белла. Мне так больше нравится. Нет, я не играю в карты,
однако уверена, что нашла бы подходящее занятие в таком заведении, как ваше.
— Держу пари, вы отлично танцуете, Белла.
— Не стану отрицать, — улыбнулась она, польщенная комплиментом.
— Представьте себе, старатели платят пятьдесят центов за танец с
красивой дамой — тогда как кружка пива стоит всего пять. Здесь можно иметь
неплохой доход. Почему бы вам не поработать у меня? Я мог бы...
— Арабелле вовсе ни к чему работать, — перебил Спайка Шустрый Эд. —
Родные отлично позаботятся о ней сами. К тому же она только что приехала и
даже не успела толком осмотреться.
— Ну, может быть, мой дядя в чем-то и прав, но я буду помнить о вашем
предложении, — пообещала Арабелла.
— Непременно! — подхватил Спайк. — И не забывайте, что у вас здесь
друзья. — Он обратился к Шенандоа: — Это в равной степени относится и к вам.
— У обеих моих племянниц и так предостаточно друзей в этом городе, —
заметил Шустрый Эд. — Но мы все равно вам признательны. Спасибо.
— Ну что вы, какие пустяки. Ведь мы — соседи! — отвечал Спайк. — Он
взглянул на Роже: — Слышал краем уха, что у нас на руднике неприятности.
Роган невольно вздрогнул.
— Впрочем, вас так долго не было в городе. Вы, наверное, еще не
знаете...
— Рогану известно все, что нужно! — рявкнул Том.
— О, конечно!.. Я просто подумал...
— Не беспокойтесь. Руда — это по моей части, — отрезал Бартон.
— Ну, здесь, в Ледвилле, все мы немножко рудокопы. Иногда просто
необходимо знать, что творится в горах за городом, — многозначительно
проговорил Спайк, словно намекая, что ему известно гораздо больше, чем знают
присутствующие.
— Оно, пожалуй, верно, — отвечал Шустрый Эд. — Но с какой стати вы так
интересуетесь делами на руднике Роже?..
— о, ничего особенного! Так, к слову пришлось. Как говорится, по-
соседски...
— Что-то у вас все сегодня по-соседски, — пробурчал Роже.
Камерон пожал плечами и улыбнулся. Однако глаза его оставались холодными и
проницательными.
— Нам давно пора уходить, — поднялся Шустрый Эд. — Арабелла, у тебя еще
будет время как следует осмотреть достопримечательности Ледвилла. Пойдем.
Она неохотно встала из-за стола, не спуская глаз со Спайка Камерона.
Поднялись и все остальные. Так и не притронувшись к выпивке, компания
поспешила к выходу. Спайк галантно проводил Арабеллу до самых дверей. Улучив
момент, шепнул:
— Так не забудь же о моем предложении, Белла. Для тебя всегда найдется
место в
Постмортеме
.
— Спасибо, — с чувством ответила девушка. — У тебя замечательное
заведение, Спайк! Постараюсь поскорее снова заглянуть сюда, чтобы увидеть
все остальное.
— Надеюсь, мне не придется ждать долго.
Пансион Кейт Колорадо находился в двух шагах от Стэйт-стрит. Двухэтажное
здание в викторианском стиле было возведено из здешнего леса и обшито тесом,
выкрашенным в бледно-желтый и коричневый тона.
Шустрый Эд провел их в небольшую уютную гостиную, полную солнечного света,
который проникал сквозь тонкие кружевные занавески. Все расселись на
диванах, обитых золотистым плюшем. По углам стояли низкие деревянные
столики, украшенные резными узорами и покрытые кружевными салфетками;
столики служили подставками для расписанных вручную китайских ламп. Стены
украшали многочисленные цветочные миниатюры.
— Располагайтесь поудобнее, — предложил Девис, — а я пойду разыщу Кейт.
Через несколько минут в комнату ворвалась женщина неопределенного возраста.
Она была гладколицей и загорелой, с глазами и волосами орехового цвета. Ее
крепко сбитая фигура выглядела чрезвычайно внушительно в мужских брюках и
ковбойке. Обутая в высокие кожаные сапоги, женщина шагала широко и
стремительно. За нею по пятам шел Шустрый Эд.
— Рада вас видеть, ребята. Меня зовут Кейт Колорадо. Добро пожаловать
ко мне в берлогу! Так это вы те две девчушки?
Пока Арабелла, пораженная контрастом — облик этой дамы совершенно не
соответствовал чопорной обстановке викторианского особняка, — приходила в
себя, Шенандоа успела подняться и с чувством пожать протянутую руку.
— Я Шенандоа Девис. Спасибо, что приготовили для нас комнаты. Тут
хорошо.
— Нравится? — уточнила Кейт, обводя взглядом комнату. — А по мне, так
здесь многовато всяких дурацких безделушек. Но ведь я выиграла все это в
покер... Кстати, кое-кто утверждает, что тебе в этом деле нет равных.
Непременно проверю. Ты ведь будешь работать с Шустрым Эдом в
Торговом
доме
?
— Да, наверное...
— Отлично. Там неплохое местечко. Эй, а это что же, твоя сестра? Милая
малышка!.. Янки?
— Из Филадельфии, — уточнила Арабелла, не поднимаясь с места.
— Моя племянница, Арабелла Уайт, — представил ее Шустрый Эд.
— Да у тебя замечательное семейство, Шустрила! Ну а кем тебе приходится
этот переросток в грязных сапожках?
...Закладка в соц.сетях
