Жанр: Любовные романы
Атлас и серебро
...р машинально кивнул, неотрывно глядя на дверь.
Сестры успели переодеться. Они выбрали неяркие платья из мягкого батиста с
высоким воротом. Длинные рукава прикрывали руки до запястья, а тонкие
кружева, в тон платью, украшали ворот, манжеты и подол. Обе уложили волосы в
тугие узлы на затылке. И обе весело улыбались.
Мужчины вскочили со своих мест. Роже не в силах был отвести взгляд от
Шенандоа. Впервые она предстала перед ним не в облике лихой картежницы, а в
облике благовоспитанной юной леди. Сердце его сжалось в тоске. Ведь он ни
разу не подумал о том, кем бы стала Шенандоа, если бы не пришлось следом за
дядей переехать на Запад. И вот теперь он увидел перед собой утонченную леди
— леди по праву рождения. Это задело что-то в его душе, хотя он и сам толком
не знал, что именно.
Кугуар уже успел подскочить к Арабелле. Поцеловав ей руку, с чувством
воскликнул:
— Входите же, входите! Вы сегодня обворожительно прекрасны!
И Арабелла вошла в гостиную так, как вошла бы хозяйка дома или даже целого
поместья, а не отверженная, несчастная пленница Брайтонов или платная
танцовщица из ночного клуба.
Роже все так же неловко топтался на месте. Наконец Шенандоа приблизилась и с
улыбкой спросила:
— Со мной что-то не так? Может, я позеленела, как лягушка?
— Просто я впервые вижу тебя такой, Шенандоа, — со смехом признался
Роже.
Она потупилась и разгладила складки платья.
— Арабелла провезла его с собой через весь Запад. Это и был тот
подарок, который она везла из Филадельфии.
— Ты в нем прекрасна!
— Они обе прекрасны, — подхватил Кугуар.
— Я сшила их сама, — смутилась Арабелла.
— Вы просто сокровище! — воскликнул Кугуар.
— Хотела бы я так же ловко управляться с иголкой, — сказала Шенандоа. —
Но, увы, дядя Эд был игроком, а не портным.
Арабелла засмеялась — негромко и мелодично.
— Ну, пожалуй, я смогла бы тебе помочь!
— Спасибо. Я буду очень тебе благодарна.
— А чем это пахнет? — удивился Роже. — Кугуар, неужели ты раздобыл для
меня такого же отличного повара?
— По крайней мере лучшего, какого сумел отыскать, — отвечал Кугуар. —
Скоро нас пригласят к столу.
— Весьма кстати, — заметила Шенандоа, глядя на сестру. — Поварское
искусство также не входило в уроки дяди Эда.
Арабелла снова несмело рассмеялась, отчего стала выглядеть совсем юной. Она
сказала:
— Тетушка Эдна позаботилась о том, чтобы я освоила все премудрости
ведения хозяйства. Частенько, когда мне уж очень надоедало возиться с шитьем
и стряпней, я начинала мечтать о всех тех удивительных вещах, которыми ты
занимаешься на Западе. И вот наконец я сама отправилась на Запад, и... — Тут
она осеклась, потупилась и отошла в сторону.
Кугуар тотчас же оказался рядом, взял ее за руку и повел обратно, как ни в чем не бывало предложив:
— Арабелла, скоро стемнеет и подадут обед. Вы не поможете мне зажечь
свечи в столовой и проверить, как дела у повара?
Арабелла молча вышла за ним следом.
— Как по-твоему, она поправится? — с тревогой в голосе спросила у Роже
Шенандоа.
— Да. Ей нужно время. И помощь Кугуара.
— Верно. Его общество действует на нее благотворно. Я рада, что он
здесь.
— И я тоже. Мы можем оставить их вдвоем, а сами продолжить поиски. По-
моему, вот-вот покажется материнская жила.
— Я тоже так думаю. И надеюсь, что Арабелле здесь понравится.
Вскоре их пригласили к столу, на котором поблескивали серебро, фарфор и
хрусталь. Обед был не хуже, чем у Кугуара: все блюда великолепны, вино
легкое и бодрящее. Гости и хозяева подняли бокалы за перемены к лучшему в
доме Роже и за успех в поисках материнской жилы.
Отдав должное обеду, они вернулись в гостиную. С веранды в комнату залетал
прохладный ветерок, и все вышли ему навстречу под открытое небо. Было видно
далеко окрест, над головой ярко сверкали звезды и сияла луна.
Единственной тенью, омрачавшей настроение, был темный дом, стоявший на той
стороне пропасти.
Глава 28
Неделю спустя Шенандоа с Арабеллой сидели на веранде напротив столовой.
Свежий утренний бриз овевал их лица. От чашек с кофе поднимался пар. Сестры
оделись для прогулки верхом и ждали Роже с Кугуаром.
Не спеша прихлебывая ароматный напиток, покачиваясь в удобном кресле,
Арабелла заметила:
— Как здесь спокойно! И такой простор, такая красота! У нас в
Филадельфии я ничего подобного не видела.
— Я тоже не сразу привыкла к просторам Запада.
— А мне здесь сразу понравилось, особенно теперь, когда... ну...
когда...
— Я понимаю. И рада видеть тебя отдохнувшей.
— Пожалуй, мне действительно необходим был отдых. И я прекрасно провела
время. Кугуар так добр, он показал мне окрестности. И даже пригласил к себе
в гости вчера днем. У него чудесный дом. Мне все там очень понравилось.
— А сам Кугуар тебе понравился?
— Да, конечно. Разве он может не правиться?
На веранде скрипнула половица, и язвительный мужской голос произнес:
— Я мог бы порассказать многое, что заставило бы вас переменить мнение
относительно Кугуара.
Сестры резко обернулись.
Они увидели Блэки Рогана, как всегда одетого в черное. Он подошел к ним
вплотную, скрипя сапогами, и приподнял шляпу:
— Доброе утро, дамы!
Шенандоа едва заметно кивнула, вцепившись в чашку с кофе:
— Хелло, мистер Роган. Вряд ли нам захочется слушать ваши россказни про
Кугуара.
— Нет? Ну что ж, очень жаль. — И он добавил, внимательно разглядывая
Арабеллу: — Как вижу, кузен время даром не теряет...
— Это моя сестра Арабелла Уайт. Арабелла, это кузен Роже — Блэки Роган.
— Счастлив познакомиться, мэм. Роже знал, как лучше всего оживить
старую берлогу.
— Моя сестра приехала в гости ко мне! — отчеканила Шенандоа.
— О, конечно, еще бы!
— Что привело вас сюда, мистер Роган?
— То же, что и вашу сестру. Желание повидать вас. Закон это не
запрещает.
— Роже с Кугуаром придут сюда с минуты на минуту, — насторожилась
Шенандоа.
— Вы уверены?
— Да.
— Ужасно! Это испортит нам свидание, не так ли?
— Что еще за свидание? — осведомился Роже, выходя из-за угла дома
вместе с Кугуаром.
— Эти милые леди на твоей веранде напомнили мне о свиданиях и
вечеринках. Возможно, я вскоре устрою у себя вечеринку в честь одной из
них...
— Блэки, у нас нет сейчас времени, — заявил Роже, с тревогой глядя на
Шенандоа: все ли в порядке?
Кугуар подошел к Арабелле и галантно подал руку:
— Идемте, гверида. Нас ждет прекрасный день. — И добавил, помогая даме
подняться с кресла: — Роже, мы прокатимся к Рио-Гранде. Увидимся вечером.
— Желаю приятной прогулки, — отвечал Роже. Демонстративно игнорируя
присутствие Блэки, парочка покинула веранду.
— Не забывайте, я могу рассказать множество историй про вашего
полукровку, — настаивал Блэки.
Роже, прищурившись, спросил:
— Ты пришел, чтобы начать совместную работу?
— Нет. А как твои дела? — Блэки уселся на свободное кресло рядом с
Шенандоа и окинул долгим взглядом ее фигуру.
— Ничего нового. Копаем понемногу. Почему ты упрямишься? Вместе мы
добились бы большего.
— А при дневном свете она так же прекрасна, как в пламени свечей, —
пробормотал Блэки, по-прежнему глазея на Шенандоа.
— Это вам кажется оттого, что вы долго жили в одиночестве, мистер
Роган, — заверила она.
— И к тому же сильна духом. Она нравится мне, Роже. Это будет отличное
приобретение для моего дома.
— Однако она находится в моем доме, — возразил Роже, положив руку на
рукоятку кольта.
— Это ненадолго, — заявил Блэки, поднимаясь с кресла. — Ну что ж, мне
пора. Ты ведь дашь знать, если найдешь материнскую жилу, не так ли, кузен?
— Ты непременно об этом узнаешь, — процедил Роже сквозь зубы. — Как
непременно узнаешь и то, что я с тобой сделаю, если еще раз застану возле
Шенандоа.
— Исключительно из добрых побуждений, — как ни в чем не бывало
продолжал Блэки, — я так и быть сообщу тебе, когда заявлю о правах на
владение моей материнской жилой. — При этом он задержал свой взгляд на
Шенандоа, чтобы Роже стало ясно, о чем на самом деле идет речь. Потом
повернулся и зашагал прочь.
Роже двинулся было вдогонку, но Шенандоа взмолилась, хватая его за руку:
— Нет, Роже. Пусть уходит. Он просто старается тебя разозлить. Он
завидует тебе и боится, что ты его опередишь.
— Его материнскую жилу! — воскликнул Роже. — Пусть только попробует
тронуть тебя хоть пальцем! — Он привлек ее к себе и от горячего, страстного
поцелуя у нее дух захватило. Она обмякла в его объятиях, и все мысли о каком-
то Блэки мигом вылетели из головы.
— Ладно, поехали, — проворчал Роже. — Посмотрим, не наткнемся ли уже
сегодня на материнскую жилу.
Лошади ждали наготове, и парочка отправилась в сторону гор. В свежем,
прозрачном воздухе веяло близостью осени. Высоко в небе парили птицы. Мелкие
зверушки суетливо прятались в траве, заслышав стук копыт. Проверив, не
выследил ли кто-то место их раскопок, они принялись за работу.
Вот уже несколько дней Шенандоа помогала Роже прямо в шурфе, который он
пробивал под скалой. Пока Роган орудовал киркой и лопатой, она собирала
серебро в холщовые мешки и оттаскивала в укромное место, подальше от
посторонних глаз. Необходимо было убирать и вынутую породу — изнурительное,
грязное занятие. Однако Шенандоа предпочитала возиться с землей, чем торчать
часами на страже. За все время, которое она провела на скале, в окрестности
не появилась ни одна живая душа, и Роже решил, что от его помощницы больше
проку будет в шурфе.
К полудню, совершенно измотанные и грязные, они устроили передышку. Работа
спорилась, особенно когда в ней стала участвовать Шенандоа. Оба трудились с
одинаковым рвением, в полном согласии. Над головой высились отвалы из темной
влажной земли. Трепетное пламя свечей плясало на стенах шурфа. Под землей
царила удивительная, оглушающая тишина. И оба внимали ей в молчаливом
взаимопонимании, вполне довольные друг другом.
— В такие минуты можно расслышать голос самой земли, — глухо проговорил
Роже, осматриваясь.
— И что же ты слышишь?
— По-моему, мы подобрались близко, совсем близко! — Он погладил
пальцами самородное серебро, сверкавшее в конце туннеля. Надавил на него
покрепче и застыл в удивлении. И снова надавил еще сильнее. — Шенандоа, —
позвал Роже, задыхаясь от волнения, — скорее сюда!
Она поспешно подползла ближе.
— Вот пощупай.
Она положила свою ладонь рядом с рукой Роже. Серебро было прохладным и
гладким — ничего особенного. Она вопросительно взглянула на Роже.
— Нажми.
Она нажала. Серебряная стенка подалась. Она нажала еще раз. Оказывается, стенка была совсем тонкой.
— Неужели здесь кончается ветка? Значит, мы снова промахнулись?
— Нет! — с горячностью возразил Роже. — А ну дай кайло!
Она подала кайло и отодвинулась подальше. Роже ударил. Стенка проломилась.
Открылась темная дыра.
— Скорее, Шенандоа, дай свечу!
Она опустилась возле Рогана на колени, держа свечи в обеих руках. Подала ему
одну и следила за тем, как он просунул ее в пролом. Там тотчас засияло
множество лучей, отраженных от стен из чистого серебра.
Роже схватил Шенандоа за руку и втащил внутрь. Они высоко подняли свои
свечи. И обнаружили, что стоят в середине огромной серебряной пещеры. То и
дело оборачиваясь, они снова осматривали и стены, и пол, и потолок: повсюду
сверкало чистое, без малейшего изъяна самородное серебро! Не удержавшись,
они стали поглаживать холодные сверкающие стены. Потом обменялись взглядами.
Их лица светились счастьем.
Но вот Роже отшвырнул свечу, схватил Шенандоа в охапку и закружил в воздухе,
радостно восклицая:
— Материнская жила!
Как только он опустил ее на землю, она, отдышавшись, закричала:
— Роже, это просто чудо!
— Я знал, знал, что прав! — повторял он и возбужденно метался по
пещере. — Я знал это все десять лет. И я доказал, что был прав. Я нашел
материнскую жилу! — Он снова подскочил к Шенандоа: — Это сделает меня
чертовски, невероятно богатым, а заодно и Блэки.
— Разве ты сможешь доверить ему...
— Нет. Сначала я оформлю по всем правилам заявку. Кузен непременно
попытается похитить все, если пронюхает о ее существовании. И я скажу ему
только после того, как буду уверен, что у него ничего не выйдет.
— Тебе нужно немедленно ехать в город.
— Да. Но я не собираюсь нестись туда на всех порах. Блэки сразу что-то
заподозрит. И сперва надо приготовить образцы для лабораторных анализов.
Теперь придется быть осторожными и бдительными, как никогда!
— Мне не терпится похвастаться Кугуару с Арабеллой.
— Нет. Так будет безопаснее и для них, и для рудника. Пусть никто не
знает о нем до того, как я оформлю заявку.
— Понятно. Ну, хорошо. Тебе, наверное, предстоит еще многое сделать?
— Да. И я бы не хотел, чтобы ты продолжала торчать здесь вместе со
мной. Это слишком опасно. Тебе лучше посидеть в доме.
— Но, Роже...
— Нет. И не смей спорить. Мы нашли материнскую жилу. И я не хочу
подвергать тебя опасности.
— Я умею стрелять.
— Ты плохо знаешь Блэки.
— Но Роже...
— Черт побери! — взорвался он и потащил ее к выходу. — Этого дня я ждал
всю жизнь! И теперь, когда материнская жила найдена, я не намерен позволить
Блэки увести ее у меня из-под носа, а тем паче причинить какой-то вред тебе!
— Шенандоа молча позволила выпихнуть себя обратно в туннель, а Роже
продолжал: — Сейчас я как следует замаскирую следы нашей работы, после чего
вернемся на ранчо кружным путем. Если Блэки следит за нами, он ни о чем не
догадается. Пусть думает, что мы просто рыщем по окрестностям в поисках
серебра.
Старательно укрыв от посторонних взглядов вход в туннель, они отправились на
ранчо. По пути Роже заглянул на старый рудник, поинтересовался, как идут
дела у шахтеров, потолкался в заброшенных шурфах и попробовал копать в
нескольких многообещающих на вид местах.
Солнце уже садилось за горизонт, когда они подъехали к дому. За эти часы
Шенандоа успела почувствовать себя окончательно выброшенной из жизни Роже.
Она ему больше не нужна. Дом приведен в полный порядок. Семья мексиканцев
отлично управится без нее. А теперь Роже нашел и материнскую жилу. То есть
воплотил в жизнь все свои планы. А это означало, что скоро Шенандоа получит
свободу. Долги выплачены. Вот только почему-то она не испытывала ни малейшей
радости...
Вечером, после обеда, она поднялась наверх, в комнату к Арабелле. Сестра
укладывала вещи. Спайк отпустил ее на неделю, и сегодня был последний день.
Она не смела ослушаться его приказа и собиралась в город. Отдых пошел
Арабелле на пользу. Она выглядела посвежевшей и довольной. И Шенандоа ужасно
не хотелось ее отпускать.
— Арабелла, почему бы тебе еще не погостить на ранчо? Ты можешь
оставаться здесь сколько угодно!
Арабелла выпрямилась, но тут же продолжила свое занятие, возразив:
— Все хорошо, что хорошо кончается, Шенандоа. Я рада, что побывала
здесь, но такая жизнь не для меня. Ты же знаешь, где отныне мое место.
— Неправда! Ты была бы здесь счастлива!
— Как и ты?
— Ну... — замялась Шенандоа. — Пожалуй, да.
— Это не так, и ты отлично это знаешь. — Огромные синие глаза заглянули
Шенандоа в самую душу. — Рано или поздно Роже наскучит твое общество, и что
ты тогда будешь делать?
— А что будешь делать ты, когда наскучишь Спайку?
— Я-то к этому готова, — пожала плечами Арабелла. — Я знаю, какая это
боль. И жду ее и знаю, что вытерплю. А ты?
— Я никогда не собиралась оставаться здесь навсегда.
— Зачем же предлагаешь это мне? Рано или поздно нас отсюда попросят. И
лучше уж уехать сейчас, пока это мой собственный выбор и пока мне есть куда
вернуться.
— Но тебе была уготована иная жизнь!
— Шенандоа, ты удивительно упряма и слепа, — раздраженно заметила
Арабелла.
— Нет, вовсе нет! А как же Кугуар?
— Шенандоа, — после долгого раздумья отвечала Арабелла, — и Кугуар, и
Роже — одного поля ягоды. Оба владеют огромными особняками. И вскоре захотят
жениться на приличных девушках. Неужели ты вообразила, что мы подойдем на
эту роль?
— Но ведь я всегда работала в казино, а не в борделе, — нерешительно
возразила Шенандоа.
— И я тоже работала только в ночных клубах, а не в Тигровой аллее.
Разве это что-то меняет? Обе мы работали, причем в таких местах, куда
приличные леди и носа не сунут. И оттого путь назад для нас заказан
навсегда!
— Я и не собиралась корчить из себя приличную леди!
— Возможно, но ведь ты хотела бы заполучить Роже?
— Не больше, чем ты бы хотела Кугуара.
— Они не про нас, Шенандоа. Не про таких, какими мы стали. Ты бы лучше
подумала о том, как вернуться в казино. А я снова займусь своим делом. К
тому же мне нравятся старатели. И нравится делать им приятное. Да и Спайк
обходится со мной неплохо.
— Но, Арабелла, ты бы могла еще немного побыть здесь.
— Ты-то сама сколько собираешься тут оставаться?
— Не знаю. Но хотелось, чтобы ты была со мной.
— Это невозможно. И еще, Шенандоа, если ты дашь себе труд подумать,
поймешь, что стала немногим лучше тех женщин, что работают в Тигровой аллее.
— Это неправда! — воскликнула Шенандоа.
— Но ведь ты живешь здесь, у Роже. Ты стала его любовницей, его
содержанкой. Ты от него зависишь, но не являешься его женой. Я знаю, как
больно тебе вспоминать про дядю Эда, но представь себе, что бы он об этом
сказал! Ведь он оставил тебе немного денег и научил играть, чтобы ты могла
жить независимо и заботиться о себе. А что сделала ты?
— Но я никогда не смотрела на это под таким углом. За мною был долг, а
я всегда расплачиваюсь с долгами.
— Ну что ж, ты давно успела расплатиться сполна. Вот и подумай о деле.
И о своем месте в жизни. В
Петушином насесте
можно устроиться весьма
неплохо — только не суйся к Спайку.
— Он мне не нужен.
— Его мало волнуют такие мелочи. Он получает все, что захочет. Пожалуй,
тебе действительно лучше поискать другое казино.
— Но, Арабелла...
— Нет, тебе не удастся меня уговорить. Я должна быть твердой, потому
что знаю свое место. И находится оно не здесь и не возле Кугуара Кейна.
Завтра утром я уеду, и в твоих интересах уехать со мной.
— Арабелла, как мне заставить тебя передумать?
— Никак. Лучше пораскинь мозгами над тем, что я сказала.
— Конечно, вот только...
— Ради Бога, Шенандоа, давай на этом закончим. Мне нужно выспаться,
ведь выезжаем на рассвете. Оставь меня в покое.
— Ну ладно, — неохотно уступила Шенандоа. — Я рада, что ты погостила
здесь.
— Я тоже. Спасибо тебе большое. Надеюсь, увидимся в городе.
— Спокойной ночи.
С тяжелым сердцем Шенандоа вышла от сестры. К счастью, Кугуар о чем-то
оживленно толковал с Роже в гостиной. Обычно такие беседы затягивались
надолго. Шенандоа поспешила укрыться у себя в спальне. Ей нужно подумать.
Чтобы никто не мешал. Ибо к глубокому ее огорчению, Арабелла оказалась во
многом права.
Шенандоа сидела за столом для покера в казино
Леди Удача
в центре Силвер-
Сити. Она провела за работой всю ночь и очень устала. Добравшись до города
во второй половине дня и договорившись с хозяином
Леди Удачи
, она успела
несколько часов поспать в отеле и в тот же вечер приступила к работе.
Хотя сосредоточиться на картах удавалось с трудом, покер был ей необходим,
чтобы отвлечься. Не думать ни о Роже Рогане, ни о ранчо, ни о материнской
жиле. Эта часть жизни закончена. Она сумела осмыслить то, что сказала
Арабелла. Вскоре после отъезда сестры, собиравшейся заглянуть на прощание к
Кугуару, она написала записку Роже и увела из конюшни его лошадь. Проведя в
пути весь день, Шенандоа добралась до Силвер-Сити.
Однако ею владело замешательство, и девушка вовсе не походила на спокойного
и уверенного в себе человека, принявшего правильное решение. Она то и дело
отвлекалась и с трудом сохраняла хладнокровие, без которого немыслимо
работать профессиональному игроку. В эту ночь она проигрывала намного чаще,
чем могла себе позволить. Оставалось лишь надеяться, что со временем
утраченная форма восстановится.
Восстановится непременно — если только Роже не явится за нею вслед. Впрочем,
вряд ли он это сделает. Ему хватает хлопот на ранчо, да и Блэки не спускает
с него глаз. А с другой стороны, Роже еще меньше Шенандоа привык мириться с
проигрышем. В припадке ярости он вполне может решиться вернуть ее либо же
выбросит из своей жизни навсегда. Но даже если он бросится за ней в погоню,
то до города доберется не раньше следующего дня. В противном случае ему
придется скакать верхом всю ночь, рискуя свернуть себе шею.
Ну вот, опять она думает о Роже! А надо думать о покере. У нее на руках два
валета и три мелких карты. Она поменяла мелочь. Пришел еще один валет.
Негусто, но можно попытаться блефовать и кое-что выиграть. Она подтолкнула
на середину стола еще несколько фишек и повысила ставку. Остальные
спасовали, и она выиграла. Но удача не принесла того удовлетворения, какое
она испытывала прежде.
Срезая колоду и перемешивая карты, Шенандоа обратила внимание на то, что
пальцы утратили былую чуткость. Еще бы — после такой работы в руднике!
Придется делать специальные ванночки и натирать руки лосьоном. Чуткие пальцы
— непременное условие удачной игры, а теперь, когда она предоставлена самой
себе, Шенандоа как никогда нуждается в удаче!
Она будет отсыпаться весь день, а к вечеру пойдет проведать Арабеллу. По
крайней мере они с сестрой находятся в одном городе, и можно чувствовать
себя не такой одинокой.
Размечтавшись, она проиграла. Противник был в полном восторге. Шенандоа
сдержанно улыбнулась и снова сдала карты. На сей раз ей удалось
сосредоточиться и быстро выиграть. Приободрившись, она сумела поддержать в
себе эту сосредоточенность — как учил Шустрый Эд — и мало-помалу вернулась к
той легкости, с которой всегда вела игру в былые времена. Она уже почти
поверила в свои силы, как вдруг на плечо легла тяжелая рука.
Шенандоа раздраженно попыталась сбросить эту руку, но не смогла. Она подняла
глаза. Над ней нависло грозное, суровое лицо Роже. С головы до ног в пыли, с
неразлучным кольтом в кобуре на боку, он излучал решимость. Его пальцы
впились в нежную кожу железной хваткой.
— Кончай игру! Я жду в баре. — Он повернулся и отошел от стола.
Она похолодела. Ей вовсе не хотелось с ним спорить. Ей хотелось, чтобы он
оставил ее в покое. Может, он так и поступит и сейчас уйдет из казино?
Шенандоа удалось выиграть кон. Она уже перетасовала карты и собралась
раздавать, как вдруг железные пальцы снова стиснули ее плечо. Она подняла
глаза и увидела Роже. Роган осушил свой бокал виски и отчеканил:
— Шенандоа, нынче ночью твоя игра закончена. Все равно скоро рассвет.
Она замялась в нерешительности.
— Не вздумай возражать. Нам надо поговорить. Мы можем сделать это по-
хорошему или по-плохому.
Несомненно, он выполнит свою угрозу. Не хватало только скандала на новом
месте! Она торопливо встала:
— Джентльмены, меня ждут за другим столиком. — Проходя мимо Роже, она
шепнула: — Встретимся снаружи.
Роже кивнул и отступил в сторону.
Извинившись перед остальными игроками, она вышла из казино, раздраженная
тем, что пришлось уходить так рано.
На тротуаре ее поджидал Роган. Он прихватил с собой бутылку виски и два
бокала.
— Ну, чего тебе надо? — напустив на себя неприступный вид, осведомилась
Шенандоа.
— Опять ты такая же, как когда-то в Томбстоуне, — покачал головой Роже.
— Ты знаешь, что мне надо. Пойдем.
— Мы можем поговорить и здесь.
— Нет. Я устал. Пришлось изрядно за тобой погоняться. Где
...Закладка в соц.сетях
