Жанр: Любовные романы
Как в кино
...ображает, что знает, за что она ненавидит Татьяну. На самом деле он об
этом понятия не имеет.
Констанс Энн не желала освобождать свою память от прошлого, от злобы,
которая была столь велика, что вызывала у нее ощущение, что все ее тело
горит, только что не светится. Учебный спектакль
Трамвай Желание
должен
был стать ее звездным часом. К тому времени Грег Тэппер бросил курсы и
устремился к новым горизонтам, и завидная роль Стэнли Ковальски досталась
мускулистому, но бездарному парню, который теперь наверняка работает где-
нибудь разносчиком пиццы. Но это не имело значения. Констанс Энн в роли
Стеллы могла бы потрясти всех, может быть, на нее бы обратил внимание
хороший агент, и тогда она стала бы настоящей актрисой, а не клоном Шери
Льюис, звездой этого жалкого детского шоу.
Как она хорошо все задумала! Констанс Энн перенеслась мыслями в прошлое. Она
подмешала отраву в еду, предназначенную для актрисы, которую она
дублировала. Совсем немного отравы — столько, чтобы она не умерла, а просто
на несколько дней вышла из строя. Но по злому капризу судьбы эту еду съела
актриса, которую дублировала Татьяна. Неудачный поворот событий до сих пор
не давал Констанс Энн покоя. Рыжая стерва получила шанс блеснуть. И самое
обидное, что этот шанс предоставила ей сама Констанс Энн.
— Вы обе добились успеха как актрисы, — продолжал Джек. —
Кому теперь есть дело до того, что случилось много лет назад на каких-то
курсах?
Мне есть дело...
Констанс Энн небрежно пожала плечами:
— Не знаю, может, мне и правда стоит зарыть топор войны. —
На
могиле Татьяны
.
— Когда я играл в футбол, у нас бывали яростные стычки... мы толкались,
ругались, могли и кулаком врезать, но не было такой ссоры, которую нельзя
забыть за бутылкой пива.
Констанс Энн кивнула, делая вид, что внимательно слушает. В действительности
ее нисколько не интересовали уроки спортивной дружбы. Ей нужно было
раздобыть чертов сценарий.
— Мне правда пора. Ты не против, если я перед уходом воспользуюсь вашим
туалетом? Мне далеко ехать...
Джек хотел было проводить Констанс Энн, но она возразила:
— Не занимайся ерундой. У тебя и так полно забот с малышами. Я сама
найду туалет.
И она нашла — сценарий. Он лежал в спальне на тумбочке возле кровати.
Миссия была выполнена.
Глава 18
— Вас когда-нибудь гипнотизировали? — спросила Септембер.
— Нет, — ответила Татьяна.
— А я хочу попытаться. Вы не знаете, что произошло в ту ночь, но, может
быть, вместе нам удастся выяснить, что запечатлелось в вашем подсознании.
Татьяна посмотрела на подругу безумным взглядом.
— Доктор, мое подсознание — это как неблагополучный район, я вам не
советую туда заходить. Уж поверьте моему слову.
— Вы боитесь того, что я могу обнаружить?
— Я-то не боюсь, а вот вам стоит бояться.
На лице Септембер на мгновение отразился ужас.
— Снято! — крикнул Кип Квик.
Он встал со своего режиссерского места и подошел к ним. Тесная, но
безукоризненно оформленная съемочная площадка сегодня представляла собой
обшитый темными панелями кабинет доктора Беверли Хоффман, психиатра, —
ее играла Септембер Мур.
— Отличная сцена! — Кип неутомимо перекатывал во рту
жвачку. — Сделаем еще один дубль. — Он обнял Септембер за
плечи. — На этот раз постарайся показать чуть больше страха после
Татьяниной реплики.
Септембер кивнула и сделала то, что от нее требовали. Она выражала эмоции с
тонкостью и изяществом отбойного молотка. По сравнению с ней Фэй Даннавэй в
Дорогой мамочке
была просто Сарой Бернар.
Но Кипу дубль понравился, он велел отправить материал в печать и дал команду
подготовить площадку для съемок следующей сцены.
Техники засуетились.
Септембер метнула недовольный взгляд в сторону Кипа.
— Подумать только, этот молокосос смеет не доверять моей актерской
интуиции! Да он еще пешком под стол ходил, когда я получила
Оскара
. Может,
он не знает, что я получила награду киноакадемии как лучшая актриса второго
плана?
— По идее должен знать. Ты повесила плакат над столом, за которым мы
едим.
— Слава Богу, что я догадалась это сделать! Очень важно, чтобы все
сознавали, что снимаются вместе с обладательницей премии
Оскар
. Это
поднимет моральный дух на съемках. — Септембер невесело
рассмеялась. — Видит Бог, это нам не помешает.
— Что ты имеешь в виду?
Септембер так удивилась, что даже отпрянула от нее.
— Ты что, не читала сценарий?
Татьяна была удивлена не меньше. Она подняла свой экземпляр сценария, весь
потрепанный и испещренный пометками.
— Это моя рабочая копия. Еще одна лежит у меня дома, на тумбочке в
спальне. Я знаю свой текст назубок, можешь спросить с любого места.
Татьяна закрыла глаза, показывая, что не подглядывает, и начала с того
места, которое первым пришло в голову:
— Страница 62. Вторая медсестра:
Вам придется подождать здесь. Хирург
к вам выйдет, как только мы что-нибудь узнаем
.
Септембер ее преданность фильму только позабавила.
— Дорогая, иногда для того, чтобы оценить вещи беспристрастно, нужно
взглянуть на них со стороны. Сценарий ни к черту не годится. Примерно как
Шелковые чулки
в последний сезон. — Она понизила голос до едва
слышного шепота: — За такие слова меня могут уволить. — Она с опаской
огляделась. — Но честное слово, по-моему, этот фильм даже хуже, чем
Тело как улика
. Ну, помнишь, там еще играет Мадонна и она выливает на
Уиллема Дафо расплавленный воск.
Тело как улика
Татьяна помнила прекрасно. Смешная картина, которая вовсе
не задумывалась как комедия.
— Мало того,
Грех греха
хуже, чем
Цвет ночи
, — продолжала
Септембер. — Помнишь этот фильм? Там играет Брюс Уиллис. Если взять
кадры из режиссерской версии, можно как следует рассмотреть причиндалы Брюса
Уиллиса. — Септембер захихикала. — Неудивительно, что Деми Мур с
ним развелась.
Татьяна вымученно улыбнулась. Ей не верилось, что Септембер поливает грязью
сценарий
Грех греха
. Ведь это отличный сценарий, все так говорят. Дэвид
Уолш изрядно поднапрягся, чтобы запустить в производство эту машину Грега
Тэппера.
— Дорогая, в чем дело? У тебя такой вид, какой был у меня, когда я
услышала, что мое место в
Голливудских крестиках-ноликах
заняла Джоан Ван
Арк.
Татьяна бросилась на защиту сценария:
— Если ты думаешь, что фильм никуда не годится, почему ты согласилась в
нем сниматься?
— Во-первых, это крупный проект, а во-вторых, мне нужны деньги.
Опомнись, девочка, серьезных фильмов в год снимается всего несколько штук, и
на них уже претендуют Николь Кидман, Джулия Роберте и Гвинет Пэлт-роу. А все
остальное, что снимается, просто барахло. Вот почему я так много работаю на
телевидении. Но по сути, там ненамного лучше. В фильме
Еще несколько
кусочков, Дженни
я только и делала, что орала на Кэти Холмс, пока она ела
бублик.
Разговор происходил по дороге к трейлеру Септембер. Татьяна шла, уставившись
прямо перед собой невидящим взглядом, и слова подруги воспринимала почти как
помехи в эфире.
Она пыталась взглянуть на сценарий непредвзято. Если абстрагироваться от
того, что Грег Тэппер — кинозвезда, что за фильмом стоит такой монстр
киноиндустрии, как
Юнивижн
, и что на большой экран фильм продвигает Дэвид
Уолш, тогда останется только... О Боже!
Мысль стала обретать четкую форму. Если вычесть все эти факторы, то что
получится? Всего лишь очередной фильм категории Б, разве что без ужасных
продюсеров, Дона и Гли Добсонов. Технически это пере водит фильм в категорию
Б-плюс, возможно, даже в А-минус — если учесть качество кормежки и гардероб.
Септембер вошла в свой необъятный трейлер, который купила незадолго до того,
как ее карьера пошла на спад. Она уже тогда знала, что в будущем ей
пригодятся атрибуты звездной жизни, чтобы подкормить самооценку.
Татьяна вошла следом — вошла и замерла как вкопанная. На кровати Септембер
Кристин страстно обнималась с каким-то полуголым парнем. Парень был типичным
образчиком картинного красавчика — бугристые мускулы, обесцвеченные волосы,
загар из солярия.
— Кристин! — взвизгнула Татьяна.
— Роб! — завопила Септембер.
Парочка на кровати продолжала страстно целоваться, как будто не слышала ни
звука.
Септембер сняла с ноги туфлю и запустила ею в Роба. Низкий каблук угодил
парню в правое плечо, тут только он и Кристин наконец смогли оторваться друг
от друга.
— Мы же договаривались, что ты подождешь в трейлере и будешь смотреть
телевизор! — взорвалась Татьяна.
Кристин легонько пожала плечом:
— Я так и сделала. Но потом пришел Роб. Все равно мне надоело смотреть
Судью Джуди
.
Татьяна смерила Роба таким взглядом, словно перед ней был не человек, а бак
с токсичными отходами.
— Между прочим, ей семнадцать лет, а ты, судя по виду, окончил школу
лет шесть назад.
Роб вскочил с кровати как ошпаренный. Он показал пальцем на Кристин:
— Она клялась, что ей уже восемнадцать.
Теперь все взгляды были обращены на Кристин. Впрочем, не все. Септембер
повернулась к Татьяне:
— Семнадцать? А я думала, что ей двенадцать. Да и вообще — какая
разница?
Сначала Татьяне показалось, что все это — просто неудачная шутка. Но потом
до нее дошел смысл слов Септембер.
— Она что, выглядит на двенадцать? Эксцентричная актриса окинула Кристин критическим взглядом.
— Теперь, когда ты сказала, я и сама вижу, что нет. Но в первый раз я
как-то не обратила внимания. Ты же знаешь, как я отношусь к детям. По мне,
их всех нужно держать под охраной где-нибудь в резервации до тех пор, пока
они не достигнут возраста, когда получат избирательное право.
Татьяна вернула разговор к первоначальной теме и строго спросила:
— Ты кто?
Септембер растерялась:
— Я думала, это твоя сестра Кэт.
— Кристин! — прошипела Татьяна. — Я спрашиваю парня.
Септембер свирепо посмотрела на мускулистого Адониса:
— Раньше он был моим массажистом.
Татьяна закатила глаза:
— Ну все, этот сеанс массажа закончен.
Септембер кивнула с серьезным видом:
— Это точно!
Роб быстро сориентировался:
— Я не виноват. Она сама ко мне пристала.
В списке мужских отговорок оправдание Роба стояло на одном уровне со
школярским
Мой дневник сжевала собака
.
К Робу повернулась и Кристин:
— Я? Пристала? К тебе? Видно не зря говорят, что избыток мужских
гормонов приводит к потере памяти. Потому что это ты ко мне прилип!
Роб вспыхнул.
Кристин тем временем не унималась:
— Обычно я и внимания не обращаю на мускулистых пергидрольных
красавчиков с бритой грудью, которым только в гей-порно сниматься. Но
сегодня мне было нечем заняться, а ты по крайней мере не казался противным,
у тебя изо рта пахло мятой, вот я и решила:
Ну ладно, черт с ним
.
Татьяна отвернулась, чтобы скрыть улыбку. Она уже знала, что проиграла бой.
Септембер кивнула с таким видом, с каким обычно кивают политики, когда
президент в своем обращении к нации произносит что-нибудь особенно
патриотическое.
— Эта девочка мне нравится. Ах, где мои тринадцать лет?!
Татьяна ткнула подругу и коллегу по звездному цеху локтем в бок.
— Ей семнадцать!
— Я знаю, все равно она похожа на меня тринадцатилетнюю, только более
невинна.
Роб торопливо натянул футболку от Кельвина Кляйна:
— Я пошел.
— И не возвращайся! — крикнула Септембер. Глядя, как он уходит,
она задумчиво покусала нижнюю губу и добавила: — Во всяком случае, до
завтрашнего утра, до десяти часов.
Татьяна обратила свой гнев на Кристин:
— Куда это годится? Сначала водитель лимузина, потом массажист
Септембер... Стоит тебе увидеть нового парня, как через пять минут ты уже
сидишь у него на коленях. Знаешь, это из-за таких, как ты, люди верят
письмам в журнал
Пентхаус
.
— Можно подумать, что ты можешь учить меня жить! — огрызнулась
Кристин.
— Могу и буду. Кристин заткнула уши.
— Я тебя не слушаю!
Татьяна терпеть не могла, когда сестра так делала, в такие моменты ей просто
хотелось задушить Кристин. Но она лишь беззвучно, одними губами произнесла:
— Ты летишь первым же самолетом во Флориду. Кристин быстро опустила
руки.
— Что?
— Ты правильно прочитала по губам.
Татьяна осталась довольна собой: она была холодна, как айсберг.
— О чем речь? — спросила Септембер. — Я не умею читать по
губам.
— Я сказала Кристин, что если она не будет меня слушаться, то я
отправлю ее ближайшим рейсом во Флориду.
Септембер посмотрела на Кристин с ужасом.
— Ты лучше слушайся сестру. Однажды у меня было очень плохо с деньгами,
и пришлось поработать в ресторанном театре. Это были две худших ночи в моей
жизни.
— Почему две? — Татьяна посмотрела на подругу как на ненормальную.
— Телятина оказалась испорченной, и департамент здравоохранения закрыл
заведение. — Септембер присела на край кровати рядом с Кристин. —
Все-таки это поразительно, насколько ты напоминаешь мне меня саму в этом
возрасте. — Она похлопала девушку по руке. — Я всегда выбирала
мужчин постарше, мне нравились ребята из колледжа, отцы самых классных ребят
из колледжа, иногда даже их дедушки, если они были очень мужественные, как
Шон Коннэри. Мне казалось, что мальчишки моего возраста умеют только
издавать неприличные звуки своими подмышками.
Кристин засмеялась и посмотрела на Татьяну:
— Она настоящая, или это розыгрыш?
Татьяна хотела ответить, но ее опередила Септембер:
— Конечно, я настоящая. Я получила
Оскар
как лучшая актриса второго
плана за роль в фильме
Открытки из Парижа
. Вас что, совсем ничему не учат
в школе?
Кристин усмехнулась:
— Похоже, не учат. Они забивают нам головы всякой ерундой вроде
математики и естествознания.
Септембер взяла один из своих многочисленных рекламных плакатов, которые она
повсюду развешивала.
— Вот возьми. — Она печально покачала головой. — И после
этого они еще удивляются, что японские школьники далеко обгоняют наших.
— Может, все-таки перейдем к делу? — напомнила Татьяна.
— Точно! — Септембер хлопнула в ладоши. — Что Кэти нужно, так
это...
— Ее зовут Кристин. Септембер повернулась к девочке:
— Ты не против, если я буду звать тебя Кэти? Кристин равнодушно пожала
плечами.
— Так вот, что Кэти нужно, так это головокружительный школьный роман. Я
помню, как это было у меня. Его звали Марк Кэмерон. Его исключили из
футбольной команды за плохие отметки, но зато он блистал на занятиях по
продажам. Очень пробивной был парень. — Септембер подмигнула. — И
руками тоже умел работать. — Она мечтательно вздохнула. — Все эти
интрижки со старшими или фальшивые, или печально кончаются. Чтобы все встало
на свои места, тебе нужен настоящий школьный роман. Каждая девочка
заслуживает, чтобы у нее был свой Арчи. Кто тебе ближе, Бетти или Вероника?
— Вероника, — быстро сказала Кристин. Септембер просияла.
— Мне тоже. Бетти такая хулиганка! Я вообще подозреваю, что она
лесбиянка.
Татьяна вклинилась с прагматичным замечанием:
— Прежде чем Кристин найдет своего Арчи, мы должны найти для нее
приличную школу.
Кристин поморщилась.
— Я знаю, что ей нужно! — воскликнула Септембер. — Средняя
школа Беверли-Хиллз! Это самая знаменитая школа в мире! И могу с гордостью
добавить, что это и моя альма-матер. Я закончила се в один год с Николасом
Кейджем.
У Кристин загорелись глаза.
— Правда? Он клевый.
Септембер небрежно отмахнулась:
— Я о нем помню только то, что он вечно ходил с грязной головой.
Представляешь, Кэти, ты можешь влиться в ряды знаменитостей мирового
масштаба! Во-первых, там училась я, обладательница
Оскара
, я окончила
школу в... хм... не так давно. Там учились Джейми Ли Кертис, Анджелина
Джоли, Антонио Саббато-младший, даже братья Менендез.
Кристин ахнула:
— Те самые, которые убили своих родителей?
— Да. Страшные люди. Но очень знаменитые. Они совершили свое
преступление на год раньше, чем О. Джи Симпсон. Если бы не они, он бы не так
прославился. По-моему, они оказали ему большую услугу.
Татьяна снова прервала оживленный разговор и с досадой напомнила:
— Успокойся, Септембер, мы даже не относимся к этой школе по месту
жительства.
— Зато я отношусь, — заявила Септембер. — Вы запишетесь по
моему адресу.
— Значит, я могу жить у вас? — с надеждой спросила Кристин.
Септембер схватилась за сердце.
— Кэти, ты очень славная, но нет. Дело в том, что дети меня раздражают.
— Я не ребенок, — оскорбилась Кристин. — Мне семнадцать лет.
— Этот вопрос даже не обсуждаем. В твоем возрасте подростки бывают
очень эгоцентричными. Я как-то пыталась поучаствовать в программе
Старшие
сестры
, потому что мне нравится помогать людям. Но сиротка, которую мне
поручили, думала только о себе. Это было ужасно, ей даже ни разу в голову не
пришло сделать что-нибудь для меня. Хорошо, что я отказалась от участия в
программе вовремя и успела отозвать чек на благотворительный взнос.
Септембер вздохнула с облегчением.
В дверь быстро постучали три раза. Септембер всполошилась:
— Неужели Роб уже вернулся? Девочки, вам лучше уйти.
Оказалось, что пришел Энрике. Кристин тут же расправила плечи и выпятила
грудь.
Энрике осмотрелся и одобрительно заметил:
— Неплохая берлога. — Он повернулся к Татьяне: — А я думал, что в этом фильме звезда — ты.
Она бросила на него уничтожающий взгляд:
— Этот трейлер принадлежит Септембер, его не предоставила студия.
— Мало того, мне пришлось заплатить за въезд на стоянку. А к Грегу
Тэпперу, между прочим, приставили девицу с зонтиком, чтобы она закрывала его
от солнца, пока он идет от трейлера до дверей студии.
Энрике достал небольшой блокнот в твердой обложке вроде тех, какими
пользуются журналисты, и просмотрел свои записи.
— Звонки с номера твоей матери заблокированы, все счета оплачены, и
доктор Джи ждет тебя на прием ровно в семь. Что касается школы, то мне
сначала нужно знать, какая вам нужна: бесплатная, частная, церковная,
военная или пансион?
Кристин с мольбой посмотрела на Татьяну. И Татьяна сдалась.
— Я хочу записать ее в среднюю школу Хай-Беверли-Хиллз.
— О-о... — Энрике широко улыбнулся. — Отлично помню те
деньки.
— Ты тоже учился в этой школе? — удивилась Татьяна.
— Не совсем. Я учился в восточном Лос-Анджелесе, но я встречался с
очень сексуальной еврейкой из Беверли, которая лучше всех давала...
Татьяна замахала на него руками.
— ...вечеринки. — Энрике подмигнул. — А ты что подумала.
Кристин захихикала.
— У меня идея, — сказал Энрике. — Не будем тратить время, я
прямо сейчас поеду с Кристин в школу, и мы начнем оформлять ее зачисление. Я
могу представиться помощником Септембер.
Предложение показалось Татьяне заманчивым.
— Ладно, только постарайся играть роль помощника Септембер получше, чем
ты играешь роль моего помощника. Хотелось бы, чтобы на этот раз все прошло
гладко.
— Раз уж ты изображаешь моего помощника, — вставила
Септембер, — купи мне по дороге китайские пельмени, на Беверли-драйв,
недалеко от школы, есть китайский ресторанчик.
— Пошли, Кристин, — сказал Энрике. — Я научу тебя подделывать
пропуска на ленч. Самая модная тусовка собирается в перерыв не в школьном
кафе, а за территорией, в пиццерии под названием
Малберри-стрит
.
— Здорово!
Кристин вскочила и бросилась к выходу. На радостях она даже забыла
попрощаться, только наспех помахала рукой.
Мысли Татьяны снова вернулись к сценарию
Греха греха
, точнее, к его
качеству. Она с мольбой посмотрела на Септембер.
— Скажи мне правду, ты в самом деле думаешь, что фильм получится
плохим?
— Дорогуша, ты же знаешь, как говорят в Голливуде... Чего нет на бумаге, того нет и на экране.
Джек стоял внутри крошечной кабинки возле бассейна и сосредоточенно
размышлял. Идеи рождались в его мозгу так быстро, что он не успевал их
осмысливать. Однако он знал, что, если проявить немного воображения, у него
все получится.
— Вот что я вам скажу, ребята, мы просто возьмем и сделаем это.
— Да... папа, — пробормотала Эверсон.
За последние несколько дней она сделала успехи: объединила отдельные слоги
па-па
в целое слово. Итан засмеялся и помахал ногой:
— Да... да...
— Ладно, братва, а теперь вы должны мне кое-что пообещать: в машине,
чур, не спать. Чтобы я успел провернуть это дело, мне нужно, чтобы, когда мы
вернемся домой, вы легли в свои кроватки и поспали подольше.
— По? — спросила Эверсон.
— Да, По будет спать вместе с тобой.
— Элмо?
— И Элмо тоже вздремнет.
Эверсон перечислила полный список игрушек, которые она хотела видеть перед
тем, как уснуть. В него вошли По из
Телепузиков
, Элмо из
Улицы Сезам
,
Барни, бегемотик Лютик и плюшевая обезьянка непонятного происхождения,
которую Энрике принес от своей знакомой, невероятно услужливой помощницы
продавца из
Сакса
на Пятой авеню.
— Ладно, ребята, поехали. Нам нужно переделать много дел до маминого
возвращения.
Джек усадил близнецов в автомобильные креслица, пристегнул ремнями и нажал
кнопку воспроизведения в автомобильном видеомагнитофоне, покупка которого
обошлась ему в пятьсот баксов. Но когда на экране появились
мультипликационные герои, а Итан и Эверсон принялись раскачиваться в такт
музыке, Джек понял, что деньги были потрачены не зря. Он больше не жалел о
своем
БМВ зет-8
. Его новый автомобиль был куда практичнее — больше места
для багажа и не нужно сгибаться в три погибели, чтобы пристегнуть или
отстегнуть ремни на автокреслах близнецов. Кроме того, в салоне было больше
места для головы и ног.
Все втроем они совершили рейд по нескольким магазинам, включая модный
мебельный салон под названием
Зиппер
. Заехали они и на склад, который
специализировался на кроватях из Европы. Итан и Эверсон ни разу не
закапризничали. Завороженные стремительным действом, они при каждой
следующей остановке только восхищенно вздыхали. А когда незнакомые люди с
интересом заглядывали в двойную прогулочную коляску с двумя прелестными
белокурыми созданиями, близнецы мило улыбались, как бы говоря:
Да, мы
знаем, что мы очаровательны
.
Именно их очарование стало тайным оружием Джека и помогло уговорить
продавцов, чтобы ему были срочно доставлены и собраны две вещи: диванчик-
футон, который легко трансформировался из широкого кресла в кровать, и
стильный шкаф. Когда продавцу мило улыбались два очаровательных создания в
одинаковых красных комбинезончиках, у него просто язык не поворачивался
заговорить о плотном графике поставок и нехватке водителей. Глядя на этих
малышей, продавцы просто забывали слово
нет
.
После поездки по магазинам Джек с малышами заглянули в
Макдоналдс
, съели
на всех два
Хэппи мил
и понаблюдали за ватагой визжащих мальчишек и
девчонок лет двух-трех, сбрасывающих излишки энергии на батуте из надувных
шаров. На обратном пути внимание близнецов занимал новый мультфильм про
лилового динозаврика, который хочет попасть в зоопарк. Когда Джек свернул на
подъездную дорогу к дому, Эверсон уже зевала. Все сложилось как нельзя
лучше. Джек уложил близнецов в кроватки и на протяжении следующих трех часов
не слышал от них ни звука. Этого времени ему как раз хватило, чтобы
покрасить все, что нужно, принять доставленную мебель и нанести последние
завершающие штрихи.
Джек уже все закончил и готовил обед, ког
...Закладка в соц.сетях
