Жанр: Любовные романы
Как в кино
Кинозвезда Татьяна Фокс ожидала от легкомысленного мужа любых подлостей...
но его решение сменить сексуальную ориентацию стало последней каплей.
Это был тот самый случай, когда или пан, или пропал. Либо этот фильм
прославит ее и сделает голливудским секс-символом, как
Основной инстинкт
—
Шэрон Стоун, либо задвинет глубоко в тень и лишит всякой надежды сделать
карьеру на большом экране, как случилось с Элизабет Беркли после фильма
Шоугерлз
.
По экрану поплыли титры. Татьяна сидела в зале в вечернем платье от Каролины
Эрерры, расшитом блестками и с открытыми плечами. Это была ее первая
звездная премьера, но чувствовала она себя просто мерзко. От волнения ее
тошнило, хотелось согнуться пополам, чтобы вывернуло наконец наизнанку. Но
куда там, в этом платье она даже согнуться не могла, так что оставалось
только сидеть и ждать.
Голова у нее кружилась, перед глазами все плыло. Фильм
Грех греха
мог
стать ее триумфом, долгожданной компенсацией за тумаки, которых ей немало
досталось от жизни, и череду паршивых фильмов, в которых приходилось
сниматься. Но мог стать и величайшим унижением, провалом, после которого она
неминуемо превратилась бы в объект шуток телевизионных юмористов из вечерних
ток-шоу.
Почувствовав Татьянино волнение, Грег Тэппер взял ее за руку, переплел ее
пальцы со своими и крепко сжал.
— Сегодня среда, фильм выходит на экраны в пятницу, к понедельнику ты
станешь звездой.
Ее сердце подпрыгнуло в груди.
— Я не буду знать, что мне делать со славой. Он выпустил ее пальцы и
погладил по коленке.
— Этого никто никогда не знает заранее.
Татьяна всмотрелась в темноте в лицо Грега. Это его имя значилось над
названием
Грех греха
. Студии стояли к нему в очередь и готовы были платить
по двадцать миллионов долларов за фильм, лишь бы только он согласился
принять участие в проекте — вот какого масштаба звездой он был.
А что, если и она станет такой же знаменитой? Татьяна дала волю фантазии.
Кофе в доме Мерил Стрип... входит Джулия Робертс... через несколько минут
появляется Сьюзан Сарандон, чуть позже — Джулиана Мур. Все усаживаются
вокруг кухонного стола, пьют кофе из
Стар-бакс
и говорят о делах. Этот
сценарий — тоска зеленая, а тот проект вполне тянет на
Оскара
, такой-то —
классный режиссер. Вместе они могли бы образовать нечто вроде очень
небольшой, очень эксклюзивной женской компании. Голди Хоун тоже хотела бы к
ним присоединиться, но девочки решили ее не принимать — слишком много
хихикает. Начинающие актрисы мечтают повторить ее стремительный взлет и
говорят всем:
Я хочу стать второй Татьяной Фокс
...
Но все может сложиться совсем иначе. У Татьяны засосало под ложечкой, и она
не знала, из-за чего: из-за того ли, что она два дня не ела, или от
панического страха. Теоретически Голливуд — место очень закрытое, все равно,
что замок, обнесенный двенадцатифутовой стеной, перебраться через нее и
попасть внутрь удается лишь немногим счастливчикам. Киноиндустрия — дама
жестокая, она обожает ставить людей на место.
Например, популярный актер, который отказался от съемок в телесериалах,
чтобы сниматься в кино, вполне может получить щелчок по носу:
Прости,
приятель, но твой удел — только голубой экран
. В случае Татьяны ей вполне
могли бы сказать, что она — всего лишь старлетка из второсортных
видеофильмов, которая набралась наглости попробовать себя в настоящем кино.
Ее последним достижением была роль в сериале
Женщина-полицейский под прикрытием-
4: Квартал красных фонарей
. А если еще учесть, что когда-то Татьяна снялась
для журнала
Плейбой
, то неудивительно, что сейчас ей мерещилось, как
критики точат на нее свои пресловутые перья.
В фильме
Грех греха
Татьяне досталась роль женщины-хищницы, сексуально
неразборчивой, хладнокровной убийцы, одержимой жаждой мести. Чего она только
в этом фильме не делала, включая половой акт с врагом, в процессе которого
она закалывала партнера ножом, и минет главному герою в машине с открытым
верхом во время бешеной гонки. Когда берешься за такую роль, середины быть
не может — либо ты попадешь в яблочко и станешь знаменитой, либо тебя
вышвырнут из игры.
Каждый год фонд
Золотая клубничка
устраивает пресс-конференцию, на которой
вручает премии —
Клубнички
— худшим актрисам, актерам и фильмам прошедшего
года. Сильвестр Сталлоне номинировался на
Клубничку
раз двадцать. Татьяна
понимала, что, если ей не повезет, в следующем году она запросто может
выиграть эту
награду
с большим отрывом от соперниц.
На Татьянино голое плечо легла чья-то рука. Она сразу поняла, чья именно,
такие влажные ладони и давно не стриженные ногти были только у Кипа Квика.
— Ты перетянула на себя все сцены, в которых участвовала, — сказал
Кип. — Остальных актеров можно было заменить манекенами.
Да что ты в этом понимаешь? Ты что, Мартин Скорсезе?
— подумала Татьяна.
Кип, конечно, собаку съел на телевизионных мюзиклах, но полнометражный
художественный фильм снял впервые. Она нервно улыбнулась и попыталась
сосредоточиться на фильме, чтобы хотя бы досмотреть его до конца, не впав в
истерику.
На премьеру собрался весь бомонд. Была здесь и Моника Левински, которую,
если верить Китти Бишоп, Татьяниному рекламному агенту, приглашают в Нью-
Йорке почти на все события.
— Настоящих звезд больше нет, — пожаловалась Китти, когда они с
Татьяной занимали места в зале. — Представь себе, первые строчки в
списке рассылки до сих пор занимает команда
Последнего героя
. Просто тошно
становится.
Прошло уже три четверти фильма. До сих пор в зале никто не смеялся и не
топал ногами. С одной стороны, это можно было считать хорошим знаком. Но с
другой — кто его знает, может, публика просто оцепенела от отвращения.
Приближалась главная сцена Татьяны, самый драматичный момент для ее героини.
Ее сердце бешено забилось, и, пытаясь успокоиться, она несколько раз глубоко
вздохнула.
— После сегодняшнего вечера ты сможешь, кого угодно послать к
черту, — сказала Китти.
Ну да, — подумала Татьяна, — если меня саму туда не пошлют
.
Она тупо уставилась на экран и вдруг поняла, что не в состоянии смотреть
дальше. Уж лучше закрыть глаза и ждать, когда все кончится.
Татьяна уснула стоя, положив одну руку на спинку Итана, а другую — на спинку
Эверсон. Только так ей и удалось их уложить.
И вот теперь, оказавшись наконец в кровати, она со слипающимися глазами
пыталась читать сценарий
Грех греха
и в миллионный раз задавалась
вопросом, не погорячилась ли она с нянями. Да, Лекси — потаскуха. Да,
Гретхен нарочно ввела их в заблуждение — оказалось, что она работала не на
знаменитую Рози О'Доннел, известную журналистку, ведущую юмористического
шоу, издателя журналов, а на никому не известную Рози О'Доннел из Канзас-
Сити. Все верно, но так ли уж это важно, когда речь идет об уходе за детьми?
У Лекси и Гретхен по крайней мере есть опыт в этом деле.
Накопившаяся за день усталость давала о себе знать, и Татьяна быстро
заснула. Через несколько часов она проснулась как от толчка. Ей приснилось,
что она потеряла близнецов на небольшом тыквенном поле, которым заправляют
Тори Валентайн и ее мерзкий дружок, рок-звезда Муки. На тумбочке возле ее
кровати лежал блокнот, она записала в него все, что смогла вспомнить из
своего сна, чтобы потом обсудить с доктором Джи. Может быть, на следующем
сеансе психотерапевт поможет ей проанализировать сон и вскрыть его более
глубокий смысл.
Чувствуя, что заснуть уже не удастся, Татьяна сняла трубку и набрала номер
Септембер Мур. Ей ответил мужской голос:
— Слушаю.
В первое мгновение Татьяна подумала, что ошиблась номером, и хотела уже
повесить трубку, но что-то ее удержало.
— Здравствуйте. Я звонила...
В трубке фоном послышались смех Септембер, звуки шутливой возни. Неожиданно
Татьяна услышала голос подруги:
— Кто это?
— У меня есть вопрос поинтереснее: кто там у тебя?
— А-а, Татьяна, привет.
С каждым словом голос Септембер повышался на целую октаву, по этому признаку
можно было легко догадаться, что на другом конце провода тебя обсуждали.
Татьяна замялась.
— Кажется, ты не одна?..
— О да, — проворковала Септембер. — У меня в гостях мужчина.
Она снова засмеялась. В ее интонациях было что-то слегка вульгарное, даже
больше, чем слегка. Татьяна услышала, как мужчина спросил:
— Ты не будешь без меня скучать, если я приму душ? Голос показался ей
странно знакомым, но она не могла вспомнить, где его слышала. Септембер
застонала.
— Я присоединюсь к тебе через минуту. — Долгий усталый
вздох. — Татьяна, ты здесь? Прошу прощения, мне очень жаль.
К этому времени Татьяна была уже не на шутку раздражена. Но она сама не
понимала, что именно ее раздражает: что Септембер не проявила к ней должного
внимания или то, что она не возражает, чтобы мужчина принимал душ в ее доме?
— Дорогуша, ты никогда ни о чем не жалеешь.
— Это точно, — согласилась Септембер. — Но иногда я все-таки
бываю вежливой, для этого и нужна ложь.
— Так кто этот мужчина?
— Пообещай, что не разозлишься.
Татьяна мгновенно насторожилась. Воображение подсказало ей имена только трех
мужчин, чье присутствие в доме Септембер могло бы ее разозлить. Первым и
самым очевидным предположением был Керр. Но его не заманить обратно в лагерь
гетеросексуалов и всем гаремом Хью Хеффнера. Следующим, как с большим
удивлением поняла Татьяна, в ее списке шел Джек Торп. Ну и, конечно, всегда
есть еще Джордж Клуни. Этот вариант разозлил бы ее по-настоящему.
— Мне приходят в голову имена только трех мужчин, с которыми я бы не
хотела, чтобы ты...
— Грег Тэппер.
У Татьяны покраснела шея.
— Значит, их не трое, а четверо.
Она крепко сжала телефонную трубку. Септембер никогда ничего не делала
случайно, и, если она спуталась с Грегом Тэппером на той же неделе, когда
шел кастинг для фильма
Грех греха
, это не могло быть простым совпадением.
— Он считает, что мне стоит участвовать в прослушивании на роль
Никки, — сказала Септембер. — Возможно, мы с тобой будем
претендовать на одну и ту же роль — странно, правда?
Нет, это не странно, дрянь ты этакая, это удар в спину
.
— Ты уже встречалась с Дэвидом Уолшем? — поинтересовалась Татьяна
как можно непринужденнее.
Септембер вздохнула:
— Нет еще. Он отфутболивает моего агента, поэтому, когда я наткнулась
на Грега в
Спаго
, я решила сама сделать первый шаг.
— Дэвид тебе понравится, — прощебетала Татьяна, прекрасно понимая,
что от такого ее тона Септембер взбесится. — Он такой душка,
организовал мне встречу с Клео Марс. Сегодня днем я подписала с ней
контракт, и теперь она мой агент.
В трубке повисла мертвая тишина. Татьяна получила мстительное удовольствие.
Ее удар был рассчитан точно: когда-то давно успех Септембер был во многом
достижением Клео. Сейчас Септембер работала с каким-то начинающим агентом из
Криэйтив артисте
, который не имел никакого влияния. Конечно, напоминать об
этом было со стороны Татьяны не очень-то великодушно, но сегодня подруга это
заслужила.
— Поздравляю, — выдавила из себя Септембер. Никаких признаков
того, что это говорит актриса, получившая
Оскар
.
В глубине души Татьяна понимала, что Септембер не хотела ей навредить,
просто у нее была привычка гоняться за ролями, которые ей не подходили. Во-
первых, с ее аристократическими чертами лица, фигурой второго размера и
отчужденной манерой держаться, она излучала ауру Снежной королевы. Поэтому
претендовать на роль фермерши, которая защищает свою землю от захвата, в
фильме
Эта земля — моя
было просто глупо. То же самое можно сказать и о
главной роли в фильме
Грех греха
. По сценарию на эту роль требовалась
женщина с формами, а Септембер была тощей как палка. Несколько ее
любовников, не сговариваясь, даже прозвали се Костью.
— Я не хочу, чтобы эта история нас поссорила, — сказала
Татьяна. — Это хороший шанс, и нам обеим стоит за него побороться.
— Я не знала, что ты положила глаз на Грега Тэппера. Татьяна отвела
трубку от уха и посмотрела на нее, словно сомневаясь, правильно ли она
расслышала.
— Я и не положила, я говорила о роли в фильме. Септембер жалобно
вздохнула:
— Ох, я никогда ее не получу...
Татьяне хотелось визжать и топать ногами. Как это похоже на Септембер!
Накануне самого решающего прослушивания в своей жизни Татьяна вынуждена
тратить время и силы на то, чтобы подбадривать Септембер.
— Не говори так, ты должна настроиться на позитивный лад.
Но в действительности нельзя было исключить, что на прослушивание явится, к
примеру, Мерайа Кери собственной персоной. И тогда сколько ни трахайся с
Грегом Тэппером, это не поможет. В таком случае уж надо было подстраховаться
и устроить групповуху — пригласить заодно режиссера, Кипа Квика.
— Кого я обманываю? — Септембер шмыгнула носом. — Ты знаешь,
сколько лет меня не приглашали на кастинг в художественный фильм?
Татьяна надеялась, что вопрос риторический, потому что она знала ответ, но
не хотела произносить его вслух.
— Знаешь?
— Ну... наверное, со времени
Мелких вод
?
Септембер вдруг заплакала.
Мелкие воды
был фильмом ужасов про акул, по
сравнению с которым
Челюсти-3
можно считать кинематографическим шедевром.
По крайней мере, в последнем снимался Дэннис Куэйд, и в нескольких сценах
можно было полюбоваться на него без рубашки. В первом не было и этого.
— Я — неудачница.
— Прекрати! Господи, да ты же получила
Оскар
! А какой у тебя успех на
телевидении! Сколько раз тебя приглашали в
Тронутый ангелом
!
— Я сбилась со счета.
— Вот видишь!
— Может быть, ты и права.
— Конечно, права.
— Мне даже не нужно проходить прослушивание на эту роль! — Вместо
слабой, неуверенной в себе Септембер снова появилась прежняя, дерзкая и
задиристая. — Если Грег рассчитывает на второй раунд в постели, то он
просчитался. Сукин сын! Пусть принимает свой душ и выметается!
— Узнаю мою девочку, — пропела Татьяна. Избитая фраза, но очень
подходит к ситуации.
— Знаешь, я всегда мечтала стать режиссером.
— Нет, дорогуша! — отрезала Татьяна.
Кто-то же должен остановить Септембер, пока дело не зашло слишком далеко.
Первой проснулась Эверсон. Это было в пять утра. Итан проснулся вторым. В
четыре минуты шестого. Татьяна взяла обоих в свою постель, умоляя дать ей
поспать еще минут десять. Вообще-то она просила о двух часах, но охотно
согласилась бы и на десять минут.
Однако после того, как малыши устроились в ее постели, Татьяна испытала
совершенно новое для нее чувство — тихое удовольствие. Они действовали на
нее успокаивающе. Близнецы лежали с разных сторон от нее, и их личики были в
нескольких дюймах от ее собственного. Татьяна с жадностью вдыхала нежный
аромат детской кожи, ловила их блаженные улыбки, меняющиеся каждую секунду,
и касалась щекой их теплых лобиков, растроганная их счастливыми вздохами.
— Ма-ма, — прошептала Эверсон и поцеловала ее в губы.
Татьяна замерла, чувства переполняли ее. Итан заворочался и что-то
пробормотал, но Татьяна не разобрала слов. Малыши были такими невинными,
такими незащищенными, и это впечатление было столь сильным, что Татьяна
вдруг отчетливо представила себе, что должна чувствовать мать-тигрица. С
этим ощущением она и задремала, крепко прижимая к себе близнецов..
Ее разбудил звонок в дверь. Татьяна вытянула шею и посмотрела на часы.
Несколько минут восьмого. Кого принесло в такую рань? И тут она вспомнила:
Джек!
Татьяна проворно выпуталась из сплетения двойняшек, сдвинула их на середину
кровати, соорудила вокруг них забор из подушек и бросилась к двери, по
дороге задержавшись на несколько секунд, чтобы прополоскать рот зубным
эликсиром.
Джек выглядел божественно: подтянутый (потому она его и наняла), хорошо
отдохнувший (вот гад!) и сексапильный (не самое плохое зрелище для начала
дня). Он был в спортивных шортах
Найк
до середины бедер и футболке с
надписью
Джек в атаке
.
— Доброе утро.
Джек с любопытством посмотрел на ее пижаму с Винни-Пухом.
— Я только что проснулась, — призналась Татьяна. Джек переступил с
ноги на ногу и сделал движение, как будто собрался уйти.
— Я могу зайти попозже...
— Нет. — Татьяна схватила его за запястье и втащила в дом. —
Вы будете со мной заниматься. Кстати, что означает это
Джек в атаке
?
Джек опустил взгляд к надписи, идущей поперек его груди.
— Джек — это я в те времена, когда я выделывал на футбольном поле
всякие геройские трюки. Но сейчас, боюсь, это лишь воспоминания.
Татьяна засмеялась. Приятно встретить мужчину, способного посмеяться над
собой.
В спальне заплакал Итан. Татьяна уже научилась отличать его голос от голоса
Эверсон, он кричал громче, драматичнее и с такими интонациями, как будто на
него падали небеса.
— Просто сегодня утром нам придется трудновато, — сказала Татьяна.
К Итану присоединилась Эверсон.
— Как я понимаю, няню вы еще не нашли? Татьяна изогнула одну бровь:
— Не только мускулы, но и мозги. Мне это нравится. По полу затопотали
маленькие ножки, и из-за угла показалась голова Итана. Вслед за ним
подкралась Эверсон. Несколько секунд оба смотрели на Джека, притворяясь
смущенными, но скоро заулыбались — их маленькие детские умишки вспомнили
его.
Джек присел на корточки и протянул к ним руки. Итан и Эверсон сделали
несколько неуверенных шажков, а потом вдруг бросились к Джеку. Когда он
подхватил их на руки и закружил, оба малыша были в восторге.
Татьяна не переставала удивляться тому, как быстро и с каким энтузиазмом
малыши приняли Джека. Энрике они всего лишь позволяли о них заботиться и
стоически сносили его неловкую помощь, но не демонстрировали при этом ни
малейшего восторга. Даже Керр никогда не вызывал у них такого энтузиазма,
как Джек. Это было уму непостижимо.
— Вы их переоденете, пока я приготовлю завтрак? — спросила
Татьяна.
— А я думал, бонус в двадцать пять долларов полагается только за мой
акцент.
— Не будьте таким меркантильным. Смотрите, они вас обожают.
Джек отклонился назад, чтобы посмотреть в сияющие детские личики.
— Кроме того, поскольку вы уже здесь, они мне просто не позволят ничего
с ними делать.
— Какой я везучий.
Да, везучий, — думала Татьяна. — Детская преданность — это так
прекрасно
. Отчасти она даже завидовала Джеку.
— Их комната направо по коридору, там вы найдете все необходимое.
Джек запрыгал, как гигантский кролик. Близнецы засмеялись и заверещали от
восторга.
В кухне Татьяна с тревогой обнаружила, что в доме нет ни одной баночки
любимого питания Итана, смеси яблочного и персикового пюре. Не задумываясь о
том, сколько сейчас времени, она набрала номер Энрике. Ей ответил хриплый
спросонья женский голос.
— Будьте добры Энрике.
Женщина передала трубку, и Татьяна услышала, как она сказала:
— Это та стерва, на которую ты работаешь. К телефону подошел Энрике.
— Кто это? — требовательно спросила Татьяна. — Она обозвала
меня стервой.
— Это Лекси, — ответил Энрике шепотом, он явно был смущен. —
Мы выпили еще по одной
Маргарите
у меня дома, одно за другое... сама
понимаешь.
Было слышно, как он зевает и потягивается.
— Черт, еще восьми утра нет! Что случилось?
— У Итана кончилось его любимое питание, надо срочно купить. Заодно
купи йогурт. И молоко. Ах да, и еще дезодорант
Секрет
, мой забрал Керр.
Энрике засмеялся:
— Да, он достаточно сильный, подойдет и для мужчины.
— Нельзя ли побыстрее? Послышался стон:
— Дай мне хотя бы кофе сначала выпить.
— На это нет времени. Можешь заглянуть по дороге в
Старбакс
. Кстати,
раз уж ты там будешь, прихвати кофе и для меня.
— Но одеться-то мне хотя бы можно?
— Это на твое усмотрение.
Закончив разговор, Татьяна установила высокие детские стульчики и стала
готовить еду. Закончив, она оглядела кухню, вполне довольная собой. Быть
мамой не так уж трудно, почему люди поднимают вокруг этого столько шума?
Появился Джек, он нес на каждой руке по ребенку.
— Мне пришлось их заодно и переодеть. Между прочим, у них мало одежды,
советую как можно быстрее заняться шопингом.
Итан и Эверсон были в одинаковых розовых футболочках
Томми герл
и шортиках
с оборками.
Татьяна засмеялась, дотянулась до Итана и чмокнула его в щечку.
— Ой, дружок, какой же ты... — Она посмотрела на Джека. — А знаете, это даже красиво.
— Нуда, когда Ру Полу было столько же лет, наверное, его мамаша
говорила так же.
— Верно подмечено.
Татьяна снова позвонила Энрике. К счастью, на этот раз он сам взял трубку,
избавив ее от смертельной схватки с Лекси.
— Еще одно. Съезди сегодня с близнецами в магазин, им нужна одежда. И
пожалуйста, на этот раз думай, что делаешь. Для детей их возраста кожаная
одежда — не самая практичная покупка. Ты уже оделся?
— Я только что застегнул брюки.
— Отлично, скорее выходи из дома, пока сам-зна-ешь-кто не расстегнула
их обратно.
— Я рассказал в агентстве о том, что произошло, — сказал Энрике с
полным ртом.
— Перестань жевать, в трубке это звучит противно.
— Я просто доедаю остатки вчерашней пиццы. — Энрике откусил еще
кусок. — Короче говоря, в следующий раз они пришлют нам няню вроде
бабушки, она из Вэлли, зовут Агнес.
Татьяна не отрываясь смотрела на Джека, который без труда убедил Итана и
Эверсон съесть вафли с мелко нарезанными фруктами.
— Повремени пока с этим.
Энрике постучал по телефонной трубке.
— Кажется, на линии какие-то помехи, мне послышалось, будто ты сказала
Повремени с этим
.
— Я так и сказала.
— Почему ты предлагаешь мне повременить? Чего ты ждешь? Я догадываюсь,
что тебе, наверное, больно это слышать, но вчера Керр и Джейрон выглядел и
очень счастливыми.
— К твоему сведению, мне вовсе не больно это слышать. Я так рада за
этих девушек, что дальше некуда. Просто у меня, возможно, появился другой
план, вот и все. Придержи пока эту Эдну в резерве.
— Агнсс.
— Не важно. — Татьяна нетерпеливо фыркнула. — Надеюсь, ты уже
в машине?
— Только что вышел из дома... Черт!
— Что такое?
— Подружка одного из моих соседей меня заблокировала. — Короткая
пауза. — Но в ее машине открыта дверь. И ключи торчат в зажигании. Ну и
ну, наверное, она вчера здорово набралась. Ладно, придется взять ее машину.
Татьяна услышала звук мотора.
— Это
порше
. Здорово.
Мотор взревел, как будто Энрике участвовал в гонках.
— Осторожно!
— Классный мотор! Ты что-то сказала?
Татьяна бросила трубку и с улыбкой повернулась к Джеку. Он спросил:
— Вы завтракали?
Татьяна задумалась, приложив палец к губам.
— Я нашла под подушкой печенье, которое вчера потерял Итан, оно
зачерствело, но я его все равно съела. Годится в качестве топлива для
организма?
Джек замотал головой и жестом предложил ей принять вахту.
— Я сделаю вам коктейль. Нельзя тренироваться, если в желудке пусто.
Вам станет плохо, вы не получите роль, а я буду виноват — меня такой вариант
не устраивает.
Татьяна думала, что Итан и Эверсон устроят бунт, но, поскольку Джек был на
кухне и оставался в поле зрения, малыши, хотя и насторожились, все же
продолжили завтрак.
Джек хлопнул в ладоши:
— Блендер?
— В левом нижнем ящике стола.
Он наклонился и достал только нижнюю часть.
— Это что, добыча старьевщика?
— Ой, посмотрите в посудомоечной машине. Совсем забыла, Энрике вчера готовил в
...Закладка в соц.сетях
