Жанр: Мемуары
Мемуары
...рах оперативные планы обычно предусматривали нанесение контрудара с
участка железной дороги Леппясюрья-Лаймола во фланг противника, наступающего в
прибрежной полосе. Поэтому у нас не вызвал особой заботы тот факт, что колонны
русских приближаются к Кителя, а вот то, что нам не удавалось задержать продвижение
противника в районе железной дороги на Суоярви и по дорогам, проходящим севернее
Суоярви и ведущим в Толвоярви и Иломантси, могло представлять опасность для всего
запланированного контрудара. Было ясно, что у генерал-майора Хэгглунда,
командующего 4-м армейским корпусом, отсутствуют возможности овладеть всеми
критическими ситуациями, возникающими на столь протяженном фронте. Поэтому я
решил выделить самую северную полосу - Толвоярви-Иломантси - и подчинить ее
новому командующему.
Поскольку войска на этой полосе могли оказаться лицом к лицу с противником,
значительно превосходящим их по силе, необходимо было для разрешения критической
ситуации подобрать подходящую кандидатуру. Мой выбор пал на полковника Талвелу,
который, являясь членом совета по военному оборудованию, находился в моем
распоряжении. Еще со времен освободительной войны я знал его как бесстрашного и
волевого руководителя, который даже обладает некоторой долей наглости, необходимой
для нанесения контрудара по противнику, превосходящему нас по силам. Еще перед моим
отъездом в Ставку полковник Талвела лично просил меня дать ему командную должность
на фронте, и тогда он, говоря о неудачах первых дней войны в Карелии, высказал
интересные замечания.
1 декабря я пригласил его в Ставку, и на следующий день перед ним была поставлена
задача в качестве командира группы, подчиняющейся непосредственно мне, разбить
противника, наступающего в направлении Корписелькя и Иломантси. Я подчеркнул, что,
хотя в этой игре многое поставлено на карту, он не может рассчитывать на другие
подкрепления, кроме тех, которые уже находятся в пути к участку Толвоярви, то есть на
16-й пехотный полк и один артдивизион, а также на недавно сформированную в
Иломантси группу А, состоящую из трех слабых батальонов, по большей части не
имеющих лыж. На обоих направлениях у противника было по дивизии. Наши батальоны,
сражающиеся там, - три в Толвоярви и один в Иломантси, [272] - устали, но командир
14-го армейского корпуса направил в полосу, названную первой, один отдельный
батальон из своего резерва. Этими силами полковник Талвела должен взять инициативу в
свои руки и перейти в контрнаступление. Правда, войска ослаблены, заметил я, но
командир 16-го пехотного полка подполковник Паяри - талантливый офицер, обладает
наступательным духом и тактическим видением.
В течение последующих дней с фронтов поступали плохие вести. На Карельском
перешейке противник 6 декабря начал ожидаемое наступление на участке Тайпале, на
котором, практически говоря, не было резервов. На направлении Суомусалми двум
колоннам противника удалось соединиться в этом селе, узловом пункте сети дорог этого
района. На Ладожском фронте две самые южные колонны противника также соединились
близ Койраноя. Крайнюю озабоченность вызывало положение на направлении СуоярвиЛаймола,
где позиции в Пиитсоноя были нами оставлены, - а новая линия обороны с
огромными усилиями была организована в Коллая. Наступление противника на этот
район обязательно необходимо было остановить, ибо, если Коллая падет, планируемый
охват станет невозможным.
Из Толвоярви также поступали тревожные донесения. Противник силами 139-й дивизии 8
декабря захватил четырехкилометровую горную гряду, которая образует красивейший
природный парк Толвоярви. Первый батальон, брошенный подполковником Паяри в бой,
был отброшен на западный берег озера Толвоярви, где он с трудом удержался.
Первое активное контрмероприятие было осуществлено в ночь на 9 декабря, когда
подполковник Паяри лично вывел партизанское подразделение в тыл противника и нанес
русским существенное поражение. За этим последовали двое сравнительно спокойных
суток, в течение которых группа Талвелы смогла отдохнуть. Однако вскоре мы узнали, что
противник перегруппировал войска в сторону северной оконечности озера, чего наша
разведка не заметила. В ночь на 11 декабря батальон противника, пройдя через лес, вышел
на единственную дорогу, по которой шло снабжение группы, и напал на обозы.
Подполковник Паяри, случайно проезжавший мимо, быстро собрал подразделение из
расположенных дальше образований и бесстрашно ударил по противнику. Одновременно
две фронтовые роты атаковали со своего направления. Ближний [273] бой, проведенный в
темноте ночи, закончился полным поражением врага. Остатки батальона противника,
преследуемые нашими войсками, рассеялись в глухомани, а мороз завершил работу. Успех
поднял боевой дух наших войск, и атаки противника, предпринятые на следующий день,
были эффективно отражены.
С участка Иломантси, где боями руководил командир группы А полковник Экхольм, 10
декабря было также получено победное донесение. При попытке обойти наши позиции
один батальон русских был окружен сам и уничтожен до последнего солдата. Это был
первый в войне бой на уничтожение, за ним последовало еще много! Как это
подействовало на боевой дух обороняющихся батальонов, сформированных из
резервистов, вполне понятно.
У полковника Талвелы, в распоряжении которого в этот момент было семь батальонов и
четыре батареи, войска были полностью сосредоточены, и он решил перейти в
наступление. Оно началось 12 декабря и оказалось для русских полной неожиданностью.
Вскоре выяснилось, что план не может быть проведен в жизнь в его первоначальном виде,
поскольку противник предпринял обходный маневр, который привел его в
соприкосновение с левым флангом группы под командованием полковника Талвелы.
Вследствие этого противники связали друг друга в лесной местности севернее озера
Толвоярви. После овладения островом Котисаари была остановлена и атака правого
фланга. Это также стало важным достижением, поскольку в результате тыл и
коммуникации противника оказались под огнем. В центре подполковник Паяри сломил
сопротивление, нанеся дерзкий фронтальный удар через озеро - удар, в результате
которого захваченная противником гряда высот вновь оказалась в наших руках, несмотря
на танки и прочность позиций русских.
Насколько горячи были эти бои, показывают их результаты. Русские на этом
ограниченном участке потеряли убитыми примерно тысячу солдат, несколько сот их
оказались в плену, уничтожены были десятки танков, две артбатареи и множество другой
техники. Только усталость войск воспрепятствовала сразу преследовать противника. Но
под вдохновенным руководством своих командиров наши войска бились еще в течение 10
дней! 14 декабря вся территория Толвоярви была освобождена, и началась новая фаза
боев, которые велись уже в десяти [274] километрах от исходных позиций в суровой
глухомани и завершились полным уничтожением остатков 139-й дивизии.
Однако путь в Яльгяярви еще не был открыт, поскольку в бой вступило новое соединение
русских, 75-я дивизия. Но по позициям и этой дивизии был нанесен фронтальный удар
одновременно с обходом ее флангов, чего противник, не привыкший к действиям в лесной
местности, отразить не смог. После жестоких боев, продолжавшихся несколько дней, 22
декабря мы овладели деревней Яглякюля, которую русские неимоверно быстро успели
превратить в укрепленный пункт. Остатки 75-й дивизии наши войска преследовали до
рубежа реки Айттойоки вблизи Суоярви, и там фронт стабилизировался до окончания
всей войны.
Результат оказался блестящим. 139-я дивизия противника была выбита из игры, а
брошенной ей на выручку 75-й дивизии нанесен серьезный урон. Почти 4000 убитых
насчитали только по обочинам главной дороги, в плен было взято около 600 человек. Из
военных трофеев следует назвать 59 танков, 31 орудие, 220 пулеметов и огромное
количество боеприпасов. Но победа была достигнута тяжелой ценой. В связи с
всевозрастающими потерями я серьезно подумывал о прекращении сражения, но
согласился с просьбой командира группы довести его до конца. 30 процентов
начальствующего состава и 25 процентов рядовых погибло и было ранено в этих боях.
Потери в районе Толвоярви оказались, таким образом, самыми большими во время этой
военной кампании.
Семь уставших батальонов совершили великое дело: разбили две упорно сражавшиеся
дивизии и отбросили их на 40 километров назад в течение десятидневных непрерывных
боев. Задача, казавшаяся сверхчеловеческой, была выполнена благодаря воле и личному
примеру двух командиров, а также упорству и необыкновенной жертвенности войск. То,
что полковнику Талвеле присвоили звание генерал-майора, а подполковнику Паяри
звание полковника, было заслуженной наградой.
Сражение под Толвоярви значило много как в стратегическом, так и в психологическом
отношении. Информация о победе воодушевила бойцов, сражавшихся на других фронтах,
на благородное состязание и дала как руководству, так и народу Финляндии возможность
верить в боеспособность армии.
Стабилизировалось положение и на фронте в Иломантси. Четырем слабым батальонам,
поддерживаемым лишь огнем [275] одной-единственной батареи, удалось здесь
остановить наступление русской 155-й дивизии. Ее активность была обуздана на время
всей войны. Без упорства, которое показала группа А, нельзя было бы добиться успеха в
сражении под Толвоярви.
Этот успех дал нам право надеяться на хороший результат в контрнаступлении в
прибрежной полосе, в особенности в связи с тем, что фронт в районе Коллая устоял и
противник вблизи побережья остановился перед нашими укрепленными позициями. Он
оказался в мешке, и мы питали большие надежды на то, что нам удастся затянуть горло
этого мешка. Однако сдерживающие бои значительно ослабили силы 4-го армейского
корпуса, да и жестокий мороз и недостаток снаряжения сделали свое дело. Первые наши
контрудары, таким образом, были осуждены на неуспех, и только в конце 39-го и начале
40-го года, после полной перегруппировки войск, мы смогли предпринять окончательный
военный маневр. Однако прежде чем описывать его, следует остановиться на операциях,
проведенных в декабре на других участках фронта.
В то время как бои под Толвоярви еще продолжались, севернее Суомуссалми в дикой
глухой местности началось сражение, которое можно сравнить с боями за Толвоярви.
В начале войны противник двумя полками перешел восточную границу в районе лесной
деревни Юнтусранта. На этом направлении русские построили новую дорогу, о чем мы не
знали. Третий полк двигался по дороге Раате-Суомуссалми. Следовательно, целая дивизия
шла в атаку на дислоцированный здесь батальон резерва и посланный ему на помощь еще
один батальон, сформированный из необученных солдат. Бои велись слишком не равными
силами, и 7 декабря две колонны противника, как уже было сказано, соединились в селе.
Дорога на запад оказалась открытой. Наши войска заняли позиции по южной окраине
села позади небольшого узкого водоема, лед на котором еще не настолько окреп, чтобы
выдерживать танки. Оборона выдержала, и атаку противника мы отразили.
Одновременно с отдачей приказа о переброске 27-го пехотного полка из состава 9-й
дивизии в район Суомуссалми я назначил руководить операцией в полосе Суомуссалми
командира дивизии полковника Сииласвуо. Батальоны, сражавшиеся там, передали в его
подчинение.
Если неожиданностью для нас оказались дороги противника, то и у нас были пути, о
которых он явно не имел представления. [276] Недавно были уложены рельсы на
железнодорожной ветке Контиомяки-Тайвалкоски до населенного пункта Хюрюнсалми,
что дало возможность перебросить пополнения и выгрузить их из вагонов в районе 40
километров южнее Суомуссалми. Однако начало не предвещало ничего хорошего: первый
поезд столкнулся с товарными вагонами, и движение по всей дороге Оулу-Контиомяки
было прервано на несколько недель. Но именно благодаря существованию этой дороги
полковник Сииласвуо уже 11 декабря смог предпринять необходимые контрмеры.
Оставив на линии обороны по южной окраине села под прикрытием замерзшего озера
одни лишь пулеметы, полковник Сииласвуо в указанный выше день неожиданным ударом
перерезал дорогу противника, ведущую в Раате. Основная часть войск после этого начала
выдвижение на запад в сторону села, и только отряд в составе двух рот действовал в
качестве прикрытия на перешейке между озерами Куйвасярви и Куомасярви.
Одновременно небольшие силы перерезали и коммуникации противника, идущие на
север. Уже вечером того же дня в наших руках оказалось 5 километров дороги в Раате и
окружающая местность.
На следующий день наши войска продолжили наступление в направлении Суомуссалми.
Вечером вошли в село, где противник, поддерживаемый артиллерией и танками, упорно
удерживал свои позиции. Мороз достигал 40 градусов. В последующие сутки бой за
развалины села продолжался с неослабевающей жестокостью. Поскольку наши
вынуждены были атаковать противника, зарывшегося в землю, без артподготовки, потери
оказались чувствительными.
После пятидневных не прекращавшихся ни на минуту боев 15 декабря большая часть села
была освобождена. Основная часть сил 163-й дивизии попала в окружение в самом селе, а
остатки - в Хилконниеми, западнее его.
Одновременно с дороги Раате было получено вызывающее беспокойство донесение: на
подходе передовые части новой русской дивизии. Первые атаки их на те две роты,
которые перекрывали тыл группировки, оборонявшейся в селе, правда, были отбиты, но
как сможет слабый выдержать длительное время нажим целой дивизией? Невероятно, но
так случилось. 44-я моторизованная дивизия, входившая в состав Московского военного
округа, сама себя загнала в пробку, и [277] длинная колонна не смогла развернуть свои
превосходящие силы.
Как только в Ставку поступили сведения о том, что в дело вмешалась новая дивизия, я
отдал приказ о спешном формировании новых подразделений и о переброске их в район
Суомуссалми. 16 декабря полковник Сииласвуо получил одну батарею, 18-го - вторую, а
20-го - две противотанковые пушки. В Рождество прибыло пополнение в составе пяти
батальонов. В одиннадцать часов в ночь под Рождество окруженная 163-я дивизия снова
пошла в атаку, а 44-я дивизия одновременно нажимала с востока. В течение двух суток
наши войска, измотанные двухнедельными упорными боями с превосходящими силами
противника, отражали атакующие действия, поддержанные бомбардировщиками и
истребителями. А в это время вновь прибывшие резервы выходили на исходные рубежи
для атаки на село.
Наступление началось 27 декабря со всех направлений. После упорного боя, длившегося
сутки, оборона была сломлена, и противник побежал, преследуемый нами, через лед озера
Киантаярви на север в направлении Юнтусранта. Озеро Киантаярви все же было таким
широким, что воспрепятствовать отходу мы смогли лишь в малой степени - главным
образом, огнем пехоты, а обе артиллерийские батареи были задействованы для обстрела
окруженной в Хилконниеми западной группы 163-й дивизии, которая составляла почти
одну треть этого соединения. Сопротивление этой группы было сломлено 30 декабря. На
месте остались убитыми 5000 солдат противника, около 500 человек были взяты в плен.
Трофеи были весьма значительными: 27 орудий, 11 танков, 150 грузовых автомобилей,
250 лошадей, огромное количество оружия пехоты и боеприпасов. Хорошая добавка к
запасам плохо снаряженного победителя.
Сейчас настала очередь 44-й дивизии, главные силы которой удерживали в своих руках
примерно восьмикилометровый участок дороги Раате. Остаток дороги до границы
протяженностью 25 километров охраняли небольшие подразделения, и по ней
патрулировали танки. Дивизия укрепилась со всех сторон для отражения ударов, которые
партизанские отряды наносили ей днем и ночью. Полковник Сииласвуо разделил свои
измотанные части на несколько боевых групп и наносил ими удар за ударом по флангам
44-й дивизии, перекрывая одновременно [278] ей пути отхода на восток. Длинная колонна
во многих местах была разбита на отдельные куски, которые затем уничтожали в боях, в
которых русские сражались с необыкновенным упорством до конца. Лишь небольшой
части противника удалось вырваться из окружения и найти себе спасение за границей.
Военные трофеи были огромны: 70 различных орудий, 43 танка, 270 автомашин и
тракторов, 300 стволов автоматического оружия, 6000 винтовок, 32 полевые кухни и 1170
лошадей. Подсчитать точное число убитых оказалось невозможным, ибо снег укрыл и их,
и замерзших насмерть. 1300 человек были взяты в плен.
Победа под Суомуссалми также явилась результатом смелого и целеустремленного
руководства войсками, упорного сопротивления войск и умелого использования
местности и природных условий. Несмотря на огромное превосходство противника в
силах и мороз, иногда опускавшийся до 46 градусов, финский солдат и здесь невозможное
сделал возможным, командир полковник Сииласвуо заслужил генеральское звание.
Осторожные и пассивные действия 44-й дивизии все время, пока 163-я дивизия билась не
на жизнь, а на смерть на расстоянии всего лишь нескольких миль, казались весьма
странными. Правда, ее главные силы успели подойти к передовым частям лишь 27
декабря, но с 15 декабря дивизия должна была бы действовать активнее, для того чтобы
пробиться на помощь 163-й дивизии.
До конца войны противник на этом участке так и не смог предпринять наступательных
действий. Ему после поражения пришлось отказаться от мысли о "молниеносной войне"
с целью разрезать территорию Финляндии пополам, в связи с чем часть наших войск мы
постепенно смогли перебросить на другие участки для выполнения иных задач.
Бои под Толвоярви и Суомуссалми здесь описаны так подробно потому, что они в
тактическом смысле стали наиболее значительными событиями войны, а также потому,
что они сыграли решающую роль в поднятии прочности народного духа. Помимо этого,
они нагляднее всего прочего нарисовали реальную картину тех безжалостных условий, в
которых велась Зимняя война.
В течение декабря боевые действия обратились в нашу пользу и на других направлениях
восточного фронта. На севере в районе Петсамо противник был остановлен близ озера
[279] Хёюхенярви в ста километрах от Северного Ледовитого океана: там один батальон
противостоял дивизии. Благодаря арктической зиме и протяженным расстояниям наши
войска, несмотря на превосходство противника в силах, смогли выстоять, особенно после
того, как угроза дороге в Петсамо со стороны населенного пункта Салла была
ликвидирована. Полк русских, усиленный танками и одним разведбатальоном, входивший
в состав одной из дивизий, захвативших село Салла, наступал через Савукоски на деревню
Пелькосенниеми. Если бы русским удалось захватить ее, они могли бы нанести удар через
Кеми в тыл наших войск, оборонявшихся в районе Курсу, и угрожать дороге, ведущей в
Петсамо. Оборону Пелькосенниеми вела одна-единственная рота, которой в
подкрепление сначала был направлен один батальон, сформированный из резервистов.
При нападении превосходящих сил ему в помощь выслали недостаточно вооруженный
полк, который вступил в бой 18 декабря и, предприняв маневр на окружение, разрешил
ситуацию. Противник, охваченный паникой, бежал, оставив нам многочисленные трофеи:
в том числе 10 танков, 40 грузовиков, вооружение и снаряжение. Только в районе Салла
он снова закрепился и оказал сопротивление.
Победа под Пелькосенниеми явилась довольно важной для обороны всей Лапландии. Мы
смогли сейчас перебросить войска на направление озера Кемиярви, где два полка
связывали до конца войны действия двух дивизий.
На более южных участках положение также стабилизировалось. Подкрепления успели
остановить восточнее села Кухмо 54-ю дивизию, которая выдвигалась из Репола. Второй
колонне противника, перед которой была поставлена задача, выйдя из района Лиекса,
перерезать в нескольких местах проходящую всего на расстоянии 30 километров
железнодорожную ветку Иоэнсу-Контиомяки, также не дали осуществить задуманное. На
прибрежном участке Ладожского озера двум дивизиям, продвинувшимся через Салми и
Уома, удалось соединиться в Кителя, но все попытки прорвать оборону на участке между
Ладогой и озером Сюскярви успеха не принесли. Самым беспокойным было положение в
Коллая в районе железной дороги на Суоярви, где четыре батальона, слабо
поддерживаемые артиллерией, сражались против двух дивизий. К Рождеству деятельность
противника несколько ослабла. Обильные снегопады затрудняли перевозки и
ограничивали [280] тактическую маневренность русских, слабо владевших лыжами. Зима,
наконец, превратилась в нашего союзника на всем огромном восточном фронте.
В то время, когда происходило все описанное на восточном фронте, бои на главном
театре военных действий, на перешейке, продолжались. Решение о переброске резервов в
критические точки восточного фронта едва было выполнено, как главная линия обороны
стала объектом первого крупномасштабного наступления. Мы ожидали, что оно будет
направлено в так называемые "выборгские ворота", в промежуток между озерами
Каукярви и Муолаанярви, где как местность, так и сеть дорог позволяли маневр крупными
силами. Однако противник 6 декабря предпринял наступление восточнее, в районе
Тайпале, ближе к границе, где река делает изгиб на юг в обход низинного, подходящего
для плацдарма мыса. Наши позиции проходили поперек этого мыса по его северной
части. Наступление, видимо, преследовало цель оттянуть наши резервы с западной части
Карельского перешейка перед началом штурма Выборга.
Выдержка защитников Тайпале подверглась сильному испытанию 6-11 декабря.
Наступающая дивизия русских понесла в этих боях такие потери, что ее были вынуждены
отвести на отдых и заменить на новую. Эта, в свою очередь, пошла в наступление 15
декабря, но и она была отбита; из 50 брошенных в бой танков уничтожено было 18. На
следующий день противник после восьмичасовой артподготовки и четырехчасовой
бомбежки с воздуха в двух пунктах проник в наши позиции, но уже в тот же день вечером
этот прорыв был залатан и вся главная линия обороны снова оказалась в руках наших
войск. На следующий день наша артиллерия совершила внезапный огневой налет по
атакующей группировке противника, что оказало роковое воздействие на наступательную
силу этой дивизии и вывело ее из игры. 17 декабря противник бросил в бой третью
дивизию, но также безрезультатно.
Оборонительные бои в районе Тайпале следует отнести к крупнейшим достижениям
Зимней войны. Поскольку противник наступал большей частью по льду озер и по
открытой местности, его потери были безотносительно тяжелыми. Талантливая техника
стрельбы нашей скромной артиллерии, несмотря на недостаток боеприпасов и
современного вооружения, оказалась превосходяще эффективной. Что касается тактики
противника, то в районе Тайпале убедились, что ей мешало [281] бычье упрямство
держаться в рамках первоначального оперативного мышления, отсутствие способности
сообразовать ее с требованиями места и времени. Что впоследствии проявилось и на
других участках фронта.
Уже в ходе начальных боев на участке Тайпале мы получили информацию о том, что на
направлении Выборга выявлено большое сосредоточение войск, и что там противник
усиленно ведет разведку. Небольшие атаки отражали на всем протяжении линии фронта,
в это время было уничтожено много танков. Рано утром 17 декабря началась сильная
артподготовка по участку деревня Сумма-железная дорога. В 10.00 противник силами
одной дивизии, поддерживаемой танками и авиацией, перешел в наступление на позиции,
расположенные восточнее Сумма, и на саму деревню - небольшой укрепленный пункт у
дороги на Выборг, название которого вскоре стало у всех на устах. Здесь русские сначала
имели успех, прорвав наши оборонительные позиции, потеряв при этом 25 танков, но
вечером вся линия снова была в наших руках.
На следующий день после пятичасовой артподготовки наступление началось снова, но на
этот раз наша артиллерия подавила его в самом начале. Последовала новая артподготовка,
продолжавшаяся всю ночь. Бои днем 19 декабря были самыми жаркими. В направлении
"выборгских ворот" наступали в целом шесть дивизий. Их поддерживал один танковый
корпус, две отдельные танковые бригады и большое число самолетов. Как уже стало ясно,
артиллерия русских научилась лучше сосредоточивать огонь. Танки группами по 20-50
единиц часто нахально шли в самостоятельные атаки. Пехота, наступавшая плотными
группами, несла огромные потери. Нам пришлось убедиться, что камни наших
противотанковых препятствий оказались недостаточно большими, их можно было
сдвигать. Их можно было разрушать даже огнем пушек, находившихся на вооружении
пехотных частей. Так, группе в составе примерно пятидесяти танков удалось прорваться в
Сумма, где многие из них были уничтожены в ближнем бою. Остатки под покровом ночи
вернулись на свою сторону.
20 декабря бои продолжались с утра до вечера, но с приходом ночи все атаки были
окончательно отбиты. На оборонительной линии и перед ней остались 58 подбитых
танков, 22 из них были тяжелыми. Один командир танкового подразделения,
перебежавший на нашу сторону, заявил, что сдался, будучи [282] уже не в силах "отвечать
за понесенные потери". Общее количество танков, уничтоженных в ходе боев на
Карельском перешейке, достигло 239.
Войска перешейка сражались против превосходящих сил противника намного лучше, чем
я мог надеяться, и боевой дух был высоким. Поэтому понятно, что руководство армии,
державшей перешеек, посчитало, что на этом этапе следует перейти в контрнаступление.
Насколько мне было известно, русские войска были сильно измотаны. Об их огромной
усталости свидетельствовали письма, изъятые у пленных и убитых. Можно было
предположить, что артиллерия израсходовала весь запас боеприпасов, во всяком случае,
пока, и что его нельзя пополнить в мгновение ока. Бронетанковые войска испытывали
недостаток горючего. Как в пехоте, так и в танковых войсках имелись отказы идти в бой,
и, судя по показаниям пленных, было приведено в исполнение множество смер
...Закладка в соц.сетях
