Жанр: Журнал
Танелорн N 1-7 (фэнтази)
...лкина.
Возвращаясь, Тристан позволил туземцам себя убить; пытаясь спасти
его, Абалкин раскрывается, и ему ничего не остается, кроме
поспешного бегства. Он по-прежнему находится в состоянии нервного
срыва, противоречия между узнанным и ощущаемым, и под влиянием
момента решает выяснить - а не андроид ли он, да и вообще,
массаракш, кто он такой?!
Что происходило далее, известно. Каждый из участников событий
действовал так, как предписал ему сделанный сорок лет назад людьми
выбор. Более всех пострадали двое: Лева, когда понял, что он -
лишь лакмусовая бумажка, и Сикорски - когда понял то же самое.
После этого Сикорскому не оставалось ничего, кроме отставки, а
Леве - кроме смерти.
Максим же кое о чем задумался. Может быть, ключом послужил
разговор со Щекном, кто знает... И даже пытался найти выход,
который был бы в принципе приемлемым. Но не до конца. Раньше надо
было думать, и не Максиму.
Человечеству было предложено как минимум два экзамена: на
неожиданные обстоятельства и на этичность в неожиданных
обстоятельствах. Первый человечество, в отличие от тагорян,
уничтоживших свой саркофаг, выдержало. Наполовину. Второй - нет.
Ибо, примеряя на себя роль бога, необходимо этой роли
соответствовать.
Странная убежденность людей в справедливости их понятий добра
и зла для всех иных, в том числе и для сверхцивилизаций. Еще более
странно то, что при столкновении с последними люди всегда
предполагают наихудшее. Древний инстинкт выживания рода.
Спрашивается, если бы те же Странники хотели уничтожить
человечество или как-то изменить ход его развития, разве они бы
этого не сделали еще во времена его зарождения? Ведь именно тогда,
судя по возрасту артефактов, эти самые Странники были активны.
"Сейчас мы вам оставляем саркофаг, лет этак через сотню тысяч вы
его найдете, вот тогда он и рванет, но нас к тому времени
поблизости уже не будет..." - чисто человеческий ход рассуждений.
Почему бы не оставить все как есть и не понаблюдать, а что,
собственно, произойдет с подкидышами? Возможно, их даже не стоило
разделять и разбрасывать вне пределов досягаемости друг друга.
Почему бы не дать им все человеческие права, в том числе и право
знать, кто они?
Далее. Нетрудно было сделать вывод, что, кроме зародышей,
саркофаг будет содержать нечто с ними связанное. Почему бы просто
не положить набор цилиндриков в Музей и не трогать их, а уж тем
более не проводить над ними экспериментов? Связь между
цилиндриками и Дюжиной указана явно. На крышечке и локте. Проверка
этой связи не стоит человеческой жизни. Почему бы не посмотреть,
нужны ли вообще Чертовой Дюжине эти диски? Почему бы не принять
условия игры и не предположить, что эти люди - жуки в муравейнике?
Человечеству был предоставлен выбор. Оно выбрало хорьков в
курятнике. Чем люди лучше тагорян?
Голованы ушли от людей, осознав: нет гарантии, что раса,
которая вмешивается в судьбы своих представителей так же легко,
как и в судьбы других гуманоидных рас, исходя из каких-то своих не
всегда и не везде справедливых принципов, не решится однажды
сотворить добро для негуманоидов. А потому лучше держаться от этих
странных двуруких подальше, пока не повзрослеют. Впрочем, Колдуну
это было ясно с самого начала.
А что же Странники? Молчат, словно и нет их. Поскольку
мудрость и сложность позиции взрослой расы состоит в том, чтобы
наблюдать. И не вмешиваться даже в ход собственных экспериментов,
запущенных во время оно.
Кто же в таком случае люди? Дети, играющие во взрослых. Ждут
от Сверхразума счастья для всех, даром... Нутром понимая, что
Сверхразум - это Сверхдобро. Отличное от придуманных ими понятий.
И, оглядываясь на свои поступки, чует человек в деяниях
сверхцивилизаций запах серы. Ищет черную кошку в темной комнате.
Но оставим детям их игрушки. По крайней мере себе они
повредить уже не смогут. Подростки играют гораздо жестче...
- 3 -
Откуда людены взялись - более-менее понятно. Очередная
мутация, каких много и в реальном мире. Контролируемая или нет,
неважно. Скорее всего, нет - просто сработал наконец случайный
набор генов. Может быть, кем-то заложенный.
Возникнув, новая раса, что вполне естественно, принялась
бороться за выживание. С этой задачей людены справились:
известные свойства третьей сигнальной системы мало-помалу изучены,
найден способ отлавливать присутствие этой системы в организме и
инициализировать ее. Приспособление к жизни в человеческом мире
прошло вроде бы гладко. Но...
Невзирая на всю их нечеловечность, людены продолжают
действовать по-человечески эгоистично. Испугавшись неизвестно
чего, они заставили человечество отменить обязательную биоблокаду.
Видимо, операция высвобождала какие-то возможности третьей
импульсной на уровне управления телом... Способ обойти биоблокаду
позднее был найден, у люденов не хватило лишь разума подождать
немного. Немного - в масштабах расы. Впрочем, столь грубое
вмешательство не прошло незамеченным, и в конце концов сыграло
неожиданную роль.
Новой расе требовалось расширение рядов. Начался поиск тех,
кто по известным признакам мог оказаться носителем третьей
импульсной. Если эксперименты в космосе еще можно каким-то образом
объяснить, то происшествие на Земле в Малой Пеше выглядит, мягко
говоря, грубо и некрасиво организованным. Все равно что проверять
прочность живой кости ударами молота.
Во всех случаях у люденов были возможности либо не
вмешиваться, либо вести себя более осторожно. Да, это требовало
терпения. И умения наблюдать и делать выводы. Но, слишком многим
отличаясь, людены схожи с людьми в одном - из всех возможных
решений выбирают самое кратковременное. Не хотят?
Тем временем действиями люденов заинтересовался Колдун. Он
рассчитывал, что новая раса, с возможностями, большими
человеческих, окажется и более взрослой.
Увиденное в Институте Чудаков возмутило Колдуна до глубины
души. Он, обладающий огромными парапсихологическими способностями,
использует их. Люди, обладающие зачатками этих способностей,
используют их. Людены со своими играют. Жестоко, цинично втягивая
в эти игры людей. Глядя на них немного этак снисходительно. Как на
подопытных кроликов.
Колдун вполне мог знать о происшествии в Малой Пеше.
Допустить такое по отношению к своим сородичам - настолько же
неэтично, насколько немыслимо.
Для новообращенного людена нет больще друзей, родных,
близких - ему это безразлично. Как предметы окружения. А с
предметами можно позволить себе все, что угодно, нарушение
договоренности, скажем. "Мне, мол, не о чем с вами разговаривать."
Его вдруг перестают интересовать чувства - он их изгоняет.
Причиняя боль другим, но не себе. Нарочито холодный разум,
осознающий только себя. Рассматривающий остальной мир как грязь на
сапогах.
Звездная болезнь целого народа. Шаг вперед в развитии новых
способностей и два назад - в этическом. Способны ли они учиться,
способны ли понять кого-нибудь, кроме себя, способны ли
повзрослеть? Колдун понял, что - нет. И не стал с ними даже
разговаривать.
А слепые увидали-таки зрячих, благодаря все тому же Максиму.
И Колдуну, сыгравшему роль лакмусовой бумажки. После чего,
популярно объяснив землянам свою исключительность, людены, гордо
вскинув голову, удалились. Как подросток, не желая иметь ничего
общего с родителями, уходит из дому. По крайней мере, у них
хватило мудрости не хлопать на прощание дверью...
А некоторое время спустя и произошло то, что принято называть
Большим Откровением.
Во-первых, дали себя знать последствия отмены обязательной
биоблокады. Значительным уменьшением количества пригодных к
ремеслу Прогрессора.
Во-вторых, два подряд (двадцать лет не срок) масштабных
вмешательства в жизнь человеческой цивилизации пробудили сомнения:
а как мы выглядим с точки зрения тех, кому, как нам кажется, мы
помогаем? Аналогия с люденами дает слишком очевидный ответ. Тогда
следующий вопрос: нужна ли им эта помощь? И еще один: а нужно ли
это нам?
Ответы на эти вопросы тоже очевидны. Незачем лезть не в свое
дело, не разобравшись в своих делах. Вмешательство должно
ограничиваться лишь наблюдением. Прогрессорство потеряло оба
смысла. Третьего - этического - оно не имело никогда.
"Блага богов - это ветер. Он раздувает паруса, но поднимает
бурю." Каждый мир учится на своих ошибках.
(C) Анна Журбас, Оскар Сакаев, 1995.
7. БИБЛИОГРАФИИ
----------------------------------------------------------------------------
ТЕРРИ БРУКС (Terry Brooks)
Бибилография создателя цикла о Шаннаре
Цикл Терри Брукса о Шаннаре сейчас популярен во всем мире. Задумывался
он как некое идейное продолжение Средиземья Толкиена - те же эльфы,
то же черное Зло и т.д. Но со временем произведения этого цикла приобрели
свой оттенок, ныне представляя одни из самых читаемых в мире фэнтэзи.
Мы помещаем библиографию этого прекрасного фэнтэзи-писателя, любезно
предоставленную нам С.Николаевым (Йошкар-Ола).
СЕРИАЛЫ
Книги Волшебного Королевства (Magic Kingdom Books)
Волшебное Королевство продается - продано!
(Magic Kingdom for Sale — Sold!) *1986*
Черный Единорог (The Black Unicorn) *1987*
Волшебник во всем (Wizard at Large) *1988*
Загадочный ящик (The Tangle Box) *1994*
Ведьмино зелье (Witch's Brew) [wip]
Книги о Шаннаре (The Shannara Books)
Меч Шаннары (The Sword of Shannara) *1977*
Эльфийские камни Шаннары (The Elfstones of Shannara) *1982*
Баллада Шанарры (The Wishsong of Shannara) *1985*
Потомки Шаннары (The Scions of Shannara) *1990*
Друид Шаннары (The Druid of Shannara) *1991*
Королева эльфов Шаннары (The Elfqueen of Shannara) *1992*
Талисманы Шаннары (The Talismans of Shannara) *1993*
ЦИКЛ Media Tie-In
Крюк (Hook) *1992*
8. ДЕБЮТ
----------------------------------------------------------------------------
На этот раз дебютирует ростовский поэт и писатель, большой ценитель фэнтэзи
и научной фантастики Ветал Кудрявцев. Читателям предлагается первая часть из
его фэнтэзи-романа "Черный Странник Тшепайса". Сам автор утверждает, что
написал его под впечатлением от мрачных произведений Г.Ф.Лавкрафта. Хотелось
бы добавить, что автор с радостью примет любые критические замечания и
пожелания. Их можно направить по сети FidoNet по адресам 2:5061/2.31,
2:5061/7, или по e-mail chimfak@rsu.rnd.su. Ждем ваших писем!
ВЕТАЛ КУДРЯВЦЕВ
ЧЕРНЫЙ СТРАННИК ТШЕПАЙСА
Вместо Эпиграфа:
Вот еще один проклятый мир.
Переполненный болью он сто лет ждет дождь.
Протяни сквозь века своей жизни пунктир,
И весны ты почувствуешь пятками дрожь.
Сквозь бурый песок прорастают друзей твоих кости,
Пустыня впитает людскую и синюю кровь.
Когда остывают пожарища бешеной злости,
Когда смолкнут стоны, когда ты получишь покой.
В Е Т Е Р С З А П А Д А
¦/ ¦¦ Черный Странник Тшепайса
/¦ ¦¦ +----------------------+
--==Ve=+=aL==-- ¦¦ | 1. Пришествие |
---T o F--- ¦¦ +----------------------+
¦
Темнота... Мороз и бесконечная боль... Наверное я умираю.
Или уже умер. Пусто и холодно... Слово - я должен его
вспомнить...
Смерть облапала меня своими корявыми холодными пальцами и
бросила на этот бурый, крупнозернистый раскаленый песок. Амнезия
свинцовым туманом покрыла мой мозг. Перед глазами проносятся ,
как метеоры, обрывки воспоминаний о множестве прожитых жизней во
множестве миров. Итак: я один из людей О'Моо : " тех, кто всегда
приходит в черном", мое имя Зейн Вестон.
Пересилив охватившую меня слабость я приподнимаюсь на
локтях и оглядываюсь вокруг. В голове шум. Окружившая меня со
всех сторон пустыня опасно качается, грозя врезаться мне в
лицо...
Мир - пустыня. Его имя Тшепайс. Вряд-ли я смогу об"яснить
откуда я это узнал. Я это просто знаю... Возможно это можно
считать одним из проявлением силы О'Моо. Его столица, или во
всяком случае город, считающий себя таковым, находится в двустах
с небольшим километрах отсюда. Я должен идти туда... Интересно -
зачем ?
Обернувшись, я вижу бледного, худощавого человека в куртке,
штанах и плаще из черной кожи, с еще более черными волосами и
искаженном болью лицом. Это я. Прямо за моей спиной нависло
кажущееся бесконечным зеркало. И каким странным холодом веет от
него, почему вид этого зеркала вселяет такое беспокойство? Я
протягиваю к нему руку и натыкаюсь на невидимые ледяные иглы.
Эта боль окончательно приводит меня в себя. Я встаю и иду на
восток, прочь от зеркала, навстречу своей судьбе.
На восток? Во всяком случае это не то, что называется
востком в большинстве миров. Уже наступил вечер, а солнце ни на
волосок не сдвинулось со своего места, с зенита. Оно просто
потускнело, как будто ему прикрутили яркость. Теперь бурый песок
был залит зловещим красным светом, и в моей памяти всплыла
горная кузница черных гномов. Как давно это было? Разве это
имеет какое либо значение, ведь время это совсем не то, чем оно
кажется. Сейчас же я иду по этой проклятой бесконечной песочнице
и страдаю от жары и жажды. Хорошо, что наступил вечер.
Когда я подошел к стене, близилось утро. Зенит был отмечен
кроваво-медным обручем разгорающегося солнца. В этом неясном
свете я и увидел Великую Стену. Сложеная из каменных глыб в 3-4
человеческих роста каждая, она уходит на север и на юг
настолько, насколько можно что-либо расмотреть в здешнем
горячем, удивительно густом воздухе. Стене явно не одна сотня
лет, песок и ветер хорошо потрудились над ней. Но и сейчас через
следы эрозии можно увидеть остатки покрывавших ее когда-то
зловещих барельефов.
Прямо передо мной в Стене я вижу тяжелую бронзовую дверь,
исчерченую непонятными письменами. Впрочем письмена ли это? Ведь
одним из даров О'Моо является владение всеми языками, на которых
когда либо говорили или писали люди, фэйэри или другие
человеческие существа, то есть те кто способен говорить или
писать. И мне кажется что этот дар никогда не подводил меня.
Впрочем смутный отзвук в душе говорит мне что эта вязь что-то
означает, при чем что-то очень важное. Дверь не заперта, и я
вошел.
Здесь меня ожидали, словно бы они были заранее
предупреждены, человек сто солдат. Они были вооружены ятаганами,
копьями и топорами и одеты вобщем то так-же как и я, только
форма их имеет бурый цвет местного песка, а на голове у каждого
медная каска. Кто бы их не предупредил о моем прибытии, они явно
не собираются исполнять роль почетного караула... разве что
почетного конвоя. В самом деле, странно что меня - одного,
безоружного, измученого почти сутками ходьбы по пустыне -
арестовывает целая сотня вооруженных людей. Меня тщательно
связали по рукам и ногам и бросили на пол прилепившейся к Стене
ласточкиным гнездом тюремной камеры. Я упал на теплую глиняну
и забылся в глубоком сне.
Разбудили меня ударом кованого сапога в бок. С трудом я
открыл глаза. Все тело болело, переход О'Моо это болезненый
процесс, сопряженый с подобием физической смерти, и совершается
он как правило когда другого выхода уже нет. Впрочем что со мной
было непосредственно перед тем как я попал в Тшепайс я не могу
вспомнить ни под какими пытками. Люди в бурой униформе окружили
меня со всех сторон, один из них приставил копье к моему горлу.
— Убери копье, скотина - прохрипел я - лучше встать помоги.
Меня подняли на ноги, впрочем удержаться на них мне позволила
лишь нечеловеческая выносливость О'Моо. Я попытался крикнуть,
хотя это и было более похоже на стон.
— Каты, хоть бы воды принесли...
Меня шатало во все стороны, но как не странно в глазах своих
конвоиров я прочитал испуг, они боялись меня! Спустя минуту мне
подали каску с грязной, теплой - но водой. Это позволило мне
остаться в сознании, когда на меня заковывали в железо и сажали
в клетку. И оковы и клетка блестели начищенным металлом,
насколько я понял из разговора солдат, меня везли во дворец
правителя Тшепайса. Клетку взгромоздили на арбу, в которую была
запряжена пара мощных животных, похожих на одногорбых, покрытых
зеленой чешуей, верблюдов. Солнце было убийственно белым,
наступил полдень.
Город встретил меня вонью и лаем тысячи собак. Он с первого
взгляда наполнил мне муравейник: множество глинобитных домов
громоздятся друг на друга, ощетинившись балконами и
балкончиками, крылечками и карнизами, лестницами и переходными
мостиками, подвесными садиками и совсем уже непонятными
порождениями безумной архитектуры. Улицы извиваются,
переплетаясь друг с другом совершенно непредсказуемым образом.
Над сточными канавами роятся мириады мух, впрочем о запахе я уже
сказал. Наконец-то у моих конвоиров появилась хоть какая-то
работа: они разгоняют вездесущие стайки голопузых ребятишек,
пытающиеся увязаться за нами.
Взрослые явно менее смелы и любопытны, они опасливо
выглядывают из окон своих домов, случайные прохожии прижимаются
поближе к стенам домов. Все мужчины одеты подобно мне или
солдатам, различие только в цвете и качестве кожи, из которой
все это сделано. Впрочем наплечные плащи отличаются некоторым
разнообразием, как я понял они являются тут мерой богатства и
социального положения хозяина, выражением его личных вкусов и
воображения. У тех, кто не отмечен явными знаками нищеты, на
поясе висит короткий ятаган или длинный кинжал. Женщин на улицах
не видно, если какая и появляется, то она с ног до головы
закутана в чадру и старается быть как можно незаметнее.
Нагромождение домов друг на друга усиливается и растет
вверх, на улице все меньше случайных прохожих и все больше
солдат. Мы приближаемся к центру. Через некоторое время я вижу
огромную, абсолютно пустую площадь, в центре которой
расположилось приземистое здание, похожее на шатер, только
кирпичное. Оно выделяется своими размерами и отталкивающим
видом. При виде его я почему-то начал думать о бородавках. Это и
есть дворец султана Тшепайса - Алиана Восьмого.
Моя клетка возвышается посреди тронного зала, в центре
"магического" круга. (Можно подумать, они что то понимают в
магии) Вокруг суетится маленький толстый человечек, судя по
всему священник, и при чем не самого низкого ранга, бормочя
невнятные молитвы и брызгая святой водой. Рядом со мной дымятся
две курительницы, наполняя клетку дурманом. На троне, прямо
передо-мной сидит сам Султан, более уродливой морды мне не
приходилось ни среди людей, ни среди так называемой "нечисти".
Лысина, покрытая бородавками и оспинами, низкий сморщеный лоб,
небольшие, но оттопыпыренные уши, круглые поросячьи глаза,
плоский широкий нос, покрытый, как и все остальное, бородавками,
обвислые щеки, двойной подбородок, тщетно скрываемый кустистой
бородой...
Глаза слезяися, голова идет кругом. Сквозь окружавший меня
туман я услышал скрипучий голос султана:
--Твое имя?
--Зейн Вестон.
--Лжешь. Твое имя Афрадор! Ты пришел с запада?!
--Да...
--Из за зеркала?
--Нет.
--Ты лжешь! На западе нет ничего кроме проклятого зеркала!
Разгневаный султан вскочил и я смог расмотреть его желто-зеленый
чешуйчатый плащ, украшеный на плечах двумя почти человечими
лицами. Почему-то они не выглядят как работа портного, и мне в
голову пришли грустные мысли, о том что сошьют из моей кожи.
Речь бесноватого священника наконец приобрела какую то
ясность. "И тогда Светлый Бог Урр разделил мир на две равные
половины: сторону света и сторону тьмы... И было светлой стороне
дано имя Тшепайс и отдана она была во власть праведников. Да не
оскудеет род властителей Тшеп, и пусть вечно сияет золотом его
трон... Но сказал князь тьмы, да не назовем мы его по имени, в
ответ свое слово. И сказал он: наступит время, когда будет дуть
ветер с запада 37 дней подряд, и наполнит он сердца людей
тревогой. И явится в Тшеп черный человек, посланый мной, и имя
ему будет Афрадор. И с ним будут силы тьмы которые охранят его
от меча, яда и палача... И поведет он за собой тех, чья вера
слаба и тех, в чьих вена течет другая кровь. И будет Тшеп
захвачен и осквернен и три недели будет он во власти Афрадора, а
затем падет в руинах... Так сказал тот, кого мы не назовем по
имени... Бойтесь черного человека который прийдет с запада."
Он подсыпал серо-зеленого порошка в курительницы, стоящие в
моей клетке, клубы дурманящего дыма скрыли меня от окружающего
мира, и я потерял сознание.
Голова, плечи, спина и колени упираются в стенки моей новой
тюрьмы, более похожей на поставленный стоймя гроб. Та куча
железа, цепей и кандалов, которая свисает с меня и приковывает
стенкам отнюдь не делает мое положение более удобным.
Единственное, что мне сейчас остается - вспоминать, или пытаться
вспоминать прошлые миры. Огненные или ледяные, покрытые океаном
или пустыней, миры вечного дня и миры вечной ночи... Но везде
боль и кровь, пытки и смерть тех кто были твоими друзьями. Я и
сам сотни раз умирал, но всякий раз оказывался с полустертой
памятью в еще одном мире, переполненом болью и слезами. О'Моо -
за что мне этот дар! Но разве я не могу выбирать? Разве не я
всякий раз, теряя последнюю каплю сознания произносил формулу
Перехода? Разве я не боюсь черноты и безвестности смерти? Разве
я никогда не просыпался с ужасной мыслью, что когда нибудь из
под моих ног уйдет эта тропа вечных страданий? О'Моо - я не хочу
умирать. О'Моо - неужели отдых это удел лишь мертвых?!
Когда долго смотришь в темноту то начинаешь видеть свет.
Вот и я сейчас вижу перед собой мерцающую искорку. Это всего
лишь галюцинация... Она растет. Вот это уже большой огненный
круг. Я устал, меня накачали наркотиками, я все еще не отошел
после Перехода - все это мне только кажется. И вот это уже
огненная спираль, а на ее краю сидит седой длиннобородый старик
в белых одеждах и грустно смотрит на меня усталыми глазами. Я
понимаю, что он слишком много видел в своей жизни. Он поднимает
костлявую руку и дотрагивается до моего лба. Боль уходит.
--Ты служишь О'Моо? - спрашивает он тихим голосом.
--Да, пока-что, - отвечает другой голос, похожий на голос самой
пустыни.
Обладатель этого голоса появляется из за спины старика. Как и я,
он одет во все черное. Стар ли он? Сложно сказать... Его лицо
изуродовано шрамами, тело настолько изувечено и искорежено, что
он больше похож на сломаную куклу, чем на человека. Его
молочно-белые глаза слепы, во всяком случае в обычном понимании
этого слова, но я чувствую - они видят меня насквозь.
--Запомни одно - говорит он своим жутким голосом - даже если
тебе кажется что перед тобой лежит лишь один путь, у тебя
всегда есть выбор. И от сделаного тобой выбора зависит судьба
не только этого мира...
И вот мои странные гости уходят, и я слышу третий голос, громкий
и властный.
--Иди ко мне.
--Но я прикован к стене! Куда я могу идти?
--Как можно приковать ТЕБЯ? Разве ты один из тех, кого может
остановить холодное железо? Иди!
Я делаю шаг. Кандалы на руках и ногах вспыхивают алым огнем и
искрами осыпаются на пол тюрьмы. Я ступаю в бушующий огневорот.
Продолжение в следующих номерах "Танелорна"
¦ АНКЕТА ЧИТАТЕЛЯ
-------------------------------------------------------------------------
Мы решили поместить в нашем фэнзине анкету читателя. Нам бы очень хотелось,
чтобы Вы серьезно ответили по возможности на все вопросы и прислали ответы
любым удобным Вам способом (предпочтительнее связь через компьютерные сети
FidoNet или InterNet). Мы ждем Ваших ответов и пожеланий! На основе
полученных данных мы будем предполагать интересы читателей, а также
составим своеобразный "хит-парад", который поместим в одном из выпусков
"Танелорна". Заранее выражаем всем читателям благодарности. ;-)
1. Ваши Ф.И.О.
2. Прозвище (если есть)
3. Возраст
4. Место проживание (город, страна)
5. Когда Вы впервые познакомились с литературой в жанре Fantasy?
6. Кто был первым писателем фэнтэзи, произведения которого Вы прочли?
7. Какие это были произведения?
8. Назовите лучших 10 произведений
9. Назовите лучших 5 писателей
10. Какую справочную и информационно-аналитическу литературу по
фэнтэзи Вы знаете? Что читали? (фэнзины, журналы и проч.)
11. Коротко изложите Ваш взгляд на жанр фэнтэзи и его отличия от всех
остальных жанров.
12. Общаетесь ли Вы с любителями фэнтэзи (фэн-клубы,
переписка, компьютерные сети, тусовки, ролевые игры)
13. Играете ле Вы в ролевые игры? Если да, то расскажите вкратце
(когда начали, в какие игры вы играли, какие есть пожелания)
14. Как Вы относитесь к развитию российского фэндома и фэнтэзи?
(Ваши пожелания и критические замечания)
15. Пишите ли Вы сами фэнтэзи? Если да, то расскажите, пожалуйста о
Ваших произведениях и где они издавались. Если Вы являетесь
сотрудником какого-нибудь издательства (газета, журнал, книжное),
публикующего фэнтэзи-произведения, сообщите информацию об этом.
Если Вы издаете свой собственный фэнзин - мы будем рады поделиться
о
...Закладка в соц.сетях
