Жанр: История
Соборное уложение 1649 года
...та секретаря Совета
Безопасности. Он уже было сделал шаг вперед, но тут же остановился. Как там
сказали волхвы? "... Коль покажем мы свою силу - многие из "сильных" мира
того узрят в нас угрозу". Иван сердито насупился. Он едва не поддался
обаянию простого решения. А сейчас игра шла в таких сферах, что простые
решения, как правило, были ошибочными. Слишком тугой клубок завязался
вокруг этого дела. Он поднял воротник пальто, как будто резкие порывы
свежего апрельского ветерка, овевающие верхушку Кремлевского холма, могли
вызвать у него озноб, и двинулся в обход колокольни Ивана Великого. Ему
предстояло долгое ожидание. Машина секретаря Совета Безопасности появилась,
когда Иван уже начал опасаться, что ему придется организовывать встречу за
пределами кремлевских стен. Пребывание посторонних лиц на территории Кремля
разрешалось только до девяти часов вечера, а он еще помнил времена, когда
всех туристов вежливо, но сноровисто выпроваживали гораздо раньше. Но минут
за десять до окончания этого времени, когда на кремлевских тротуарах уже
появились парные патрули солдатиков президентского полка и молчаливые дюжие
мужчины в похожих габардиновых пальто с каракулевыми воротниками, из
промежутка между видневшимися через площадь зданиями вывернулся
лакированный "чемодан" длиннобазного "ЗИЛ-044". Иван облегченно улыбнулся
и, закинув голову, посмотрел вверх. Вот уже несколько часов два кремлевских
сокольничьих безуспешно пытались приманить своих птиц, выпущенных, чтобы
почистить небо над главной крепостью российской власти. А за это время в
кольце кремлевских стен успела собраться, наверно, половина пернатых,
обитающих в столичных скверах и парках. И теперь пришло время пустить их в
дело. Тучи птиц, до этого момента смирно сидящие на деревьях и карнизах
домов, с сумасшедшим гомоном взвились в воздух и резко спикировали на
землю. В то же мгновение раздался отчаянный визг тормозов, и огромная
машина, вильнув задом, круто замедлила ход. Вокруг послышались возбужденные
крики. Несколько человек в габардиновых пальто бросились к машине, озираясь
по сторонам и держа руки за отворотами. А Иван спокойно вытащил из кармана
пальто купленный несколько часов назад и уже изрядно зачерствевший батон и
принялся невозмутимо кормить галдящую птичью стаю, одновременно сняв
наговор с большей части пернатых. Девять десятых птиц мгновенно взвились в
воздух и со всей возможной скоростью рванули за пределы Кремля. Соколы уже
давно отучили местное пернатое население приближаться к древним стенам, и
если бы не наговор, вряд ли кто-либо из них заявился сюда. И все же
несколько десятков, отчаянно чирикая, продолжали скакать вокруг Ивана,
быстро склевывая крошки и время от времени затевая короткие, но яростные
потасовки. Подобное зрелище слишком бросалось в глаза, чтобы не сработать.
К нему подбежал один из "габардиновых" мужчин и сообщил:
- Прошу простить, но вас просят подойти к машине.
Иван, стряхнув с ладоней последние крошки, неторопливо двинулся в указанном
направлении. За его спиной птичья стая дружно поднялась в воздух и, гомоня,
потянулась в сторону Москвы-реки.
Секретарь уже вылез из машины и ждал его, стоя у дверцы.
- Ваша работа? - Он кивнул в сторону птиц. Иван отрицательно качнул
головой:
- Да нет. - Он искренне улыбнулся. - Вы слишком преувеличиваете наши
возможности. Я просто удивился, что сегодня в Кремле неожиданно много птиц,
и решил их немножко покормить. - И добавил невинным тоном: - Это
успокаивает, знаете ли.
Секретарь помрачнел и вздохнул:
- Ладно, вам куда, по Ленинградскому? Могу подвезти.
Иван благодарно кивнул и уселся в лимузин.
После непродолжительного молчания секретарь заговорил:
- Я просмотрел материалы по... вашей организации и должен сказать: они меня
несколько... озадачили.
Иван равнодушно ответил:
- У нас немного необычная... организация. Салон еще на пару минут
погрузился в молчание, потом секретарь не выдержал:
- Послушайте, я... должен спросить вас вот о чем. Если быть откровенным, мы
- в тупике. Причем ситуация завязывается в такой узел, что Россия может
потерять существенную часть своего суверенитета. И я готов ухватиться за
соломинку. Сказать по правде, я уже несколько дней ищу варианты
использования способностей членов вашей организации как в поиске
боеприпасов, так и... в некоторых других областях. Но раз мы сегодня так
необычно встретились, то я вижу в этом перст судьбы. - Он напряженно
посмотрел на Ивана. - И я считаю необходимым обратиться к вам с официальной
просьбой. Во-первых, я прошу вас продумать для меня наиболее результативные
варианты привлечения членов Собора Перуна для участия в этом деле, а
во-вторых, я был бы чрезвычайно благодарен, если бы вы сами согласились
принять в этом участие.
Иван тянул паузу сколько возможно и наконец сказал:
- По нашим традициям, мы стараемся держаться подальше от...
- Перестаньте. - Его собеседник сердито насупился. - Вы что, не поняли, о
чем я вам только что рассказал? Речь идет о выживании России!
- Не о выживании, - не согласился Иван. Глаза секретаря сердито полыхнули,
но он сдержался и ответил почти спокойно:
- Пусть так, но о статусе, авторитете, месте ее в этом мире.
Иван опять возразил:
- С моей точки зрения, это не столь уж важные вещи.
Секретарь вспыхнул, но снова сдержался. "ЗИЛ" уже проскочил Химки и мчался
в сторону Зеленограда. Иван посмотрел на своего помрачневшего собеседника и
спросил:
- Что конкретно вам от нас надо?
- Мне надо найти боеприпасы и доставить их обратно, на территорию России, а
с вами ли, без - все равно.
- Хорошо, мы сделаем это. Секретарь резко развернулся к Ивану. Иван
спокойно выдержал его крайне изумленный взгляд.
- Только у меня есть одно условие, - сказал он.
Секретарь быстро кивнул.
- Никто, нигде и никогда не должен знать о нашем участии в этом деле. Вы
придадите мне несколько профессионалов из подразделений глубинной разведки
ГРУ, а как только мы установим точное местонахождение боеприпасов -
сбросите туда пару батальонов. И все будет выглядеть как виртуозная, но
стандартная специальная операция. Мы - остаемся за кадром. - Он заглянул в
глаза собеседнику: - Вы можете мне это гарантировать?
- Да.
- Имейте в виду, я не приму объяснений вроде: "Я сделал все, что мог, но...
" Тайна должна быть абсолютной для всех, кроме вас и меня. Все
непосредственные исполнители, от ефрейтора до машинистки, должны получать
распоряжения непосредственно от вас и уметь держать язык за зубами. Вы
готовы обеспечить это?
- Да.
- Что ж, в таком случае закажите мне пропуск на завтрашнее утро. Там и
обговорим детали, а сейчас остановите, мне пора выходить.
Секретарь покосился через окно на черную стену еще голого леса, но покорно
снял трубку внутреннего телефона и приказал притормозить у обочины.
Иван проводил взглядом тыльные огни удалявшейся машины и, присев на
корточки, принялся расшнуровывать роскошные лаковые ботинки. Уже стемнело,
а ему надо было еще возвращаться в Москву за оставленной на стоянке "ауди".
Перемещаться же босиком всегда выходило несколько быстрее, чем обутым. Но
главное было сделано. Их ПОПРОСИЛИ принять участие в поиске. И они
СОГЛАСИЛИСЬ сделать это НА СВОИХ условиях.
5
- Давайте-ка я вам помогу.
Дюжий прапорщик, одетый в камуфлированный комбинезон, легко подхватил
большую дорожную сумку и мольберт и небрежно закинул их в салон вертолета.
Худенькая девчушка в кокетливом кожаном кардигане и сапожках на каблуках
всплеснула руками и одарила прапорщика благодарным взглядом больших карих
глаз.
- Большое спасибо! Прямо не знаю, как бы я все это затащила.
Прапорщик смутился и тут же протянул свою лопатообразную ладонь, чтобы
помочь этому хрупкому созданию подняться по крутой и шаткой лесенке внутрь
вертолетного чрева. Остальные одиннадцать попутчиков этой изящной
пассажирки, среди которых было еще две женщины и один пожилой мужчина, а
также дрессированные собаки, медведи, птицы и еще несколько каких-то
зверьков, были уже внутри. Два майора-летчика, наблюдавшие эту картину,
стоя у задней рампы "ИЛ-76МТ", на котором и прилетел сюда весь этот цирк,
переглянулись. Впервые они везли такую странную компанию: дюжина
гражданских со зверями и десяток нагруженных оружием и снаряжением офицеров
спецназа ГРУ. Но за прошедшие годы им приходилось возить много странных
компаний, ко всему прочему ЭТУ сопровождало два молчаливых подполковника
ФСБ. А посему они вопросов не задавали и молча делали свое дело. В конце
концов, их задача была только довезти эту компанию до "Кочарьей степи",
большого военного аэродрома на севере Оренбургской области, и там навсегда
с ними распрощаться. Но теперь оказалось, что эта необычная компания все в
том же составе отправляется еще дальше. И было похоже, что ту ее половину,
которая состояла из офицеров, это открытие поразило ничуть не меньше, чем
их. Тут один из пилотов поймал сердитый взгляд сопровождающего
подполковника, двинул приятеля локтем, и они, отвернувшись, с независимым
видом двинулись к "башне".
Вертолет взлетел через десять минут. Сидевшие в передней части салона
офицеры спецназа, привычно распихав оружие и снаряжение под длинные,
протянувшиеся вдоль бортов вертолета лавки, косились на своих попутчиков,
теряясь в догадках. Сидевший у самой двери старший лейтенант наклонился к
соседу, старшему группы, и, чуть повысив голос, чтобы преодолеть рев
моторов, поинтересовался:
- Слушай, что это за цирк? Артисты, что ль? Его сосед, капитан, носивший
емкую кличку Кистень, пожал плечами:
- Кто его знает? А что?
- Да так. - Старлей покачал головой. - Просто я ни разу не видел артистов в
Логове. Чудеса какие-то творятся.
- Может, их просто куда-то по пути забросят? - встрял в разговор прапорщик,
помогавший девчушке загрузиться в вертолет.
- Ну ты даешь, Семеныч, - фыркнул капитан. - Тогда бы они с нами не летели.
Ты что, забыл, посадки запрещены.
Прапорщик махнул рукой:
- Ладно, на месте разберемся.
До места дислокации отдельного разведывательно-диверсионного батальона ГРУ
Волчьей балки, или, на принятом в управлении жаргоне - Логова, вертолет
добрался, когда уже стемнело. Офицеры выгрузились первыми и, побросав
снаряжение в кузов старенького "КамАЗа", укатили куда-то в темноту. Пока
мужчины загружали пожитки в выделенный им автобус, Иван отошел на два
десятка шагов и огляделся. Небольшой аэродром был почти погружен во тьму.
Слева светились окна казарм и щитовых домишек небольшого военного поселка,
а чуть дальше, километрах в двух, цепочки фонарей высветили два больших
прямоугольника. С той стороны волнами накатывал собачий лай. Ну еще бы,
зону трудно спутать с чем-то другим.
- Что это там?
Иван обернулся. Ласка из малого братства Костика удивленно разглядывала
гирлянды огней, опоясывающих зону. Он хмыкнул:
- Пристанище заблудших душ.
Ласка серьезно посмотрела на него. Хотя его ранг в иерархии Собора равнялся
ее рангу, но их пятерку, после гибели Бьерна превратившуюся в четверку, не
зря за глаза называли "Первым братством". Они были самыми старшими из
нового поколения и, то ли благодаря неустанному вниманию волхвов, то ли
какой-то случайности, которая свела вместе очень одаренных людей, уже
успели подняться до такого уровня, какой остальным пока представлялся
абсолютно недостижимым. Поэтому девушка сейчас усиленно размышляла над его
словами, стараясь понять, что же Старший хотел этим сказать. Иван
рассмеялся:
- Шутка. Это - зона. Ладно, пойдем, уже поздно, а сегодня был тяжелый день.
Два следующих дня они спозаранку уходили за холмы и бродили там, выгуливая
младших братьев и знакомясь с местными лесочками. Привыкая к ним. А вечером
возвращались в отведенную им казарму, сопровождаемые заинтересованными
взглядами.
На третий день Иван решил, что они готовы, и попросил сопровождающих
вечером организовать встречу с группой, которую сформировали им в помощь по
поручению секретаря Совета Безопасности. Сразу после ужина он велел Эльхе
собрать малые братства Сашки и Костика, которые волхвы дозволили ему взять
в поиск, в небольшом ангаре, расположенном на границе летного поля и
военного городка. А сам поднялся в класс оперативных инструктажей, в
котором подполковники объясняли боевую задачу ошалевшим от услышанного
офицерам. В отличие от его команды, им ничего не сказали о причинах, по
которым лучших специалистов второго главка срочно отправили на южную
границу России. Впрочем, офицеры были не дураки и, несомненно, кое о чем
догадывались. Но вот в какой компании им придется действовать, они вряд ли
подозревали.
Иван ошибся. Он распахнул дверь класса, и в уши ему ударил хор возмущенных
голосов:
- Какого хрена?..
- ... детский сад!
- Большей бредятины вы не могли там придумать?
Оба подполковника сидели за столом с перекошенными от возмущения лицами, но
перекричать распаленных офицеров даже не пытались. Иван прислушался к густо
висящим в воздухе замысловатым выражениям и весело спросил:
- Что за шум, а драки нет?
Шум мгновенно стих, и все лица повернулись к нему. В наступившей тишине
раздался голос одного из подполковников, обрадованного возможностью
переключить стрелки:
- Вот, товарищи, товарищ Воробьев, руководитель...
Иван сделал жест рукой, от которого подполковник запнулся и затих. Иван
окинул возбужденных офицеров спокойным взглядом и, подойдя к столу, присел
на краешек.
- Итак, какие будут вопросы? Офицеры переглянулись.
- Вот что, уважаемый, - поднялся с насупленным видом капитан. - Насколько я
смог понять объяснение этих господ, - он бросил на фээсбэшников ядовитый
взгляд, - вы в курсе основных задач нашей группы. Я не очень представляю,
каким образом подобный цирк может оказать нам хоть какую-то помощь, но раз
руководство настаивает, чтобы вас тем или иным образом подключили к
операции, я вынужден принять это. НО...
- Секундочку! - Иван вскинул руку.
Капитан недовольно засопел, но замолчал, одарив Ивана взглядом, который
ясно говорил о том, что его бесконечное терпение, с которым он выслушивал
вываленный на него ворох бредятины, на исходе.
- Вот что, уважаемый, - в тон ему ответил Иван, - вы немного запутались.
ВАМ не поручено НИКАКОЙ операции. Все, что нам предстоит, это НАШЕ дело. И
именно ВЫ были навязаны нам на шею, что бы вы там себе ни представляли.
Поэтому если вы категорически не желаете принимать нашу компанию, то я могу
пожелать вам... спокойно возвращаться домой. Мы обойдемся без вас. - Он
полюбовался обалделым видом офицеров и бесстрастно проговорил: - У вас есть
полчаса, чтобы окончательно определиться. Если вы примете решение идти с
нами - милости прошу в третий ангар, - и вышел из класса.
В принципе дело обстояло не совсем так, как он сказал, но тут уж работали
некоторые психологические моменты.
Не прошло и двадцати минут, как офицеры появились в ангаре. Как-никак они
все-таки были профессионалами. А первым признаком профессионализма является
умение принимать вещи такими, как они есть, а не какими ты хочешь их
видеть. Они еще раз уточнили расклад у подполковников, всем стало ясно, что
ситуация слишком непонятна, чтобы к ней можно было применить простые
решения. А значит, следовало получить побольше информации. И приглашение
Ивана стоило принять только ради этого.
Иван указал на длинную скамью у дальней стены и, дождавшись, пока все
рассядутся, заговорил:
- Я понимаю ваше недоверие. Развеселая компания разбитных пареньков, трех
красоток и дедушки божий одуванчик... - Он глазами улыбнулся Медведю из
братства Сашки, скромно пристроившемуся рядом со своим грузным младшим. - И
потому посчитал нужным кое-что объяснить и показать. - Иван обратился к
Ласке: - Сестра...
Девушка поднялась со скамьи и... исчезла. А потом возникла за спиной у
капитана с зажатым в изящной ручке художницы тонким ножом. Мило
улыбнувшись, одним движением кисти швырнула нож, сбив с крупной кудлатой
головы своего давешнего ухажера лихо заломленный берет и пришпилив его к
тонкой алюминиевой стенке ангара. Прапорщик вытаращил глаза и... икнул.
Спустя час Иван распустил всех. Офицеры с пришибленным видом столпились у
входа и нервно курили, с опаской поглядывая на пожилого Медведя. Похоже,
все вопросы относительно этих двоих были окончательно сняты. Хотя в чем-то
они были правы. Действительно, юная, хрупкая Ласка и Медведь в летах были
наиболее слабыми членами их группы, но после сегодняшней демонстрации
сомнений в их, так сказать, профпригодности практически не осталось. Иван
жестом подозвал капитана:
- Выходим завтра. В полдень. Боевой поиск. Вооружение и снаряжение для
своей группы определите сами, - и посмотрел на него очень выразительным
взглядом, намекая, что по составу взятого его группой вооружения и
снаряжения будет судить об уровне подготовки капитана как командира группы.
- Из расчета двух-трех недель автономных действий, - добавил Иван.
Капитан удивленно моргнул:
- Но... - Потом захлопнул рот и коротко козырнул: - Есть.
Иван усмехнулся про себя. Похоже, они будут не такой уж большой обузой, как
ему думалось. Капитан удалился. Иван посмотрел на звезды. Что-то принесет
им завтрашний день...
К Мазари-Шарифу они вышли через неделю. К тому моменту офицеры успели
привыкнуть к невероятной скорости, с которой перемещалась в пространстве их
группа. Хотя оторопь первого дня окончательно не рассеялась.
Поскольку на двенадцать членов Собора приходилось десять непосвященных,
Иван решил в первый день поберечь силы и сильно сократил переходы. К вечеру
они добрались только до озера Шалкар-Ега-Кара. Но и это оказалось для
офицеров полной неожиданностью. Когда Иван дал команду разбить лагерь и
устраиваться на ночь, капитан, уже минут пятнадцать разглядывающий озеро,
подошел к нему и спросил:
- Слушай, никак не пойму, что это за озеро впереди?
- Если я не ошибаюсь, то это Шалкар-Ега-Кара, - ответил Иван.
Капитан сожалеючи посмотрел на него:
- Извини, но этого не может быть. От Волчьей балки до Шалкар-Ега-Кара
больше двухсот километров. А мы прошли дай бог двадцать.
Иван улыбнулся.
- Я определюсь. - В голосе капитана звучало скорее утверждение, чем вопрос.
Иван снова улыбнулся:
- Как хочешь.
Капитан нахмурился и отошел. В третий раз нажав кнопку сброса на панели
портативного спутникового навигационного приемника, он выругался сквозь
зубы и сердито рявкнул:
- Семеныч!
- Чего? - Рядом вырос прапорщик.
- Сбегай... - капитан огляделся: у берега озера, в полукилометре от их
стоянки, мерцал огонек костра, - к тому костру. Спроси, что за озеро. А то
моя навигационка с ума сошла.
Прапорщик кивнул и исчез.
Явился он со слегка ошарашенным видом. Капитан выслушал его доклад и
несколько мгновений просто сидел, сосредоточенно размышляя над тем, во что
пока отказывался верить, потом поднялся и подошел к Ивану:
- Как это могло произойти?
- Объяснять долго. Просто прими как данность. Ведь раз мы играем в этом
поиске первую скрипку, то для этого должны быть какие-то причины?
Когда на следующий день они остановились на ночевку на берегу реки, капитан
уже спокойно принял известие, что это Иргиз, а они уже на территории
суверенного Казахстана. Сразу после ужина он спросил:
- Я так понял - операция уже началась?
- Да, - ответил Иван. - А что, какие-то проблемы? Не взяли что-то из
снаряжения? Капитан мотнул головой.
- Нет, с этим все нормально, - протянул капитан. - Хотя я считал, что у нас
нечто вроде тренировочного выхода. Я и не представлял ТАКОГО способа
заброски, но с этим полный порядок. - И осторожно произнес: - По моим
представлениям, недостаток снаряжения скорее у вас...
- У нас с этим тоже полный порядок. По НАШИМ представлениям.
Капитан серьезно кивнул, но не отошел.
- Я вижу, ты еще не исчерпал все вопросы, - улыбнулся Иван.
Капитан нервно усмехнулся в ответ:
- Дело в том, что я привык к... несколько иной системе подготовки операции.
- Не сомневаюсь, - заметил Иван. - Просто пару дней назад мне было бы
сложно объяснить тебе некоторые вещи, вот я и решил немного подождать с
подробностями, - он снова улыбнулся, - но сейчас уже можно. Так что
доставай карту.
Через два дня они вышли к Сырдарье. Там Иван разбил свою объединенную
команду на два поисковых звена, отдельно выделив командную секцию в составе
себя, Эльхи, капитана и прапорщика, и велел Сашке и Костику, назначенным
лидерами звеньев, двигаться параллельными маршрутами, проводя на ходу
боевое слаживание. К Сухардарье они вышли уже с более-менее прилично
отработанным боевым порядком.
Последняя ночь на "своей" земле, каковой они по привычке продолжали считать
всю территорию бывшего Союза, прошла достаточно спокойно. А на следующий
день, около часа пополудни, Иван подозвал к себе капитана:
- Поздравляю, мы - за границей.
Капитан нервно тряхнул головой и рассмеялся.
И вот уже две недели они прочесывали Афганистан частой гребенкой, пытаясь
найти След.
Иван продрался сквозь жидкий строй кряжистых деревьев и, пригнувшись,
осторожно высунулся из-за валуна. Внизу змеей вилась дорога, больше похожая
на верблюжью тропу. Возможно, она и была ею. Но, во всяком случае, по этой
верблюжьей тропе пылило несколько грузовиков, походивших скорее на
церемониальные повозки таиландского короля, изукрашенные резьбой и со всех
сторон увешанные коврами и ковриками. Отчего угадать марку или модель
машины, послужившей основой подобному великолепию, не было никакой
возможности. Машины были загружены так, что казалось, на очередном повороте
гора мешков и узлов вывалится из кузова и рухнет либо на дорогу, либо в
пропасть. Однако грузовики проходили поворот за поворотом, не теряя ни
груза, ни примостившихся на вершине этих величественных рукотворных пирамид
пассажиров.
Иван проводил их взглядом. Первое время подобные сценки вызывали у всех
всплеск живого интереса, но сейчас они уже приелись и даже начали
раздражать. Поскольку то, за чем они пришли на эту землю, так и не
находилось. Ивану даже пришло в голову, что, несмотря на массу прямых и
косвенных признаков, добытых как разведкой, так и по каналам Богородцева,
указывающих на то, что боеголовки все еще находятся на территории
Афганистана, похитители уже успели перевезти их куда-то еще. А если так,
шансы отыскать их быстро падали практически до нуля. Во всяком случае,
шансы ИХ группы. Если боеголовки не оставили След на земле, засечь
несколько небольших посадочных площадок они вряд ли сумеют. Иван отогнал
упаднические настроения и, пробормотав отводящий глаза наговор, начал
осторожно спускаться вниз, к дороге. Волк, высунув язык и тяжело дыша,
потрусил рядом. "Зеленка" не лес, она слишком редка и задушена солнцем,
камнями и безводьем, а потому перемещаться по ней было гораздо тяжелее. А
ему предстояло до вечера обследовать почти пятьсот верст этой верблюжьей
тропы.
К лагерю он вернулся, когда уже стемнело. Вывернув из-за скалы, на которой
высилась одинокая чинара, по какой-то неведомой ему причине вся обвешанная
тряпочками и грубовато сделанными медными колокольчиками-погремушками, он
перевел дух и неторопливым, отдыхающим шагом начал подниматься по тропе,
ведущей к лагерю. До лагеря оставалось всего около трех сотен изрядно
извилистых метров. Но не успел он пройти половину, как навстречу вынырнул
возбужденный Костик. Иван резко остановился:
- Ну?
- Есть След.
- Где?
- В юго-западных отрогах Гиндукуша. До конца пока не дошли, - он извиняюще
улыбнулся, - След засекли только к вечеру. Все уже были порядком измотаны,
и после часа поиска я приказал возвращаться.
- Правильно, - одобрил Иван. - Завтра остальным займемся. - Он на мгновение
задумался. - Главное - чтобы их не успели увезти.
- Если еще не увезли, то наши их теперь не упустят. Я связался с Центром, -
он нервно улыбнулся, - меня вывели на нашего общего знакомого. Так он
сказал, что сегодня к вечеру на тот район перенацелят два разведспутника, а
через сутки еще четыре. Сразу, как рассчитают маневры перехода на другую
орбиту.
- Боюсь, эту суматоху быстро засекут, - проворчал Иван. - Впрочем,
наплевать. Нам нужно максимум два-три дня, а за это время они вряд ли
успеют не только что-то предпринять, но даже передать информацию. - Он
усмехнулся.
- Ладно, пошли, расскажете поподробнее - и спать. Чувствую, завтра будет
тяжелый день.
Его вели длинными, кривыми коридорами, изогнутые линии которых явно
свидетельствовали о том, что их прочертила рука не искусного архитектора.
Скорее всего, их строителем была обыкновенная вода, за много тысячелетий
проточившая в камне высокие галереи и причудливые арки. Но и то, что работу
воды потом долго и упорно улучшали, также было видно достаточно ясно.
Сегодня впервые ему позволили пройти этими коридорами с незавязанными
глазами. И это означало, что их хозяева собираются в ближайшее время
покинуть это место. О другом объяснении подобной откровенности он старался
не думать. И хотя для подобных подозрений вроде как не было никаких
оснований, - он был очень ценным и очень послушным исполнителем, - но,
когда имеешь дело с подобными людьми, полностью исключать такой вариант
развития событий было бы по меньшей мере неразумно.
- Прошу сюда, уважаемый, благословенный Усама примет вас через несколько
минут.
Он покорно склонил голову и присел на вырубленную в камне скамейку,
покрытую большой подушкой.
Между тем в кабинете, за двумя высокими двустворчатыми дверьми, продолжался
разговор.
- Значит, вы считаете, уважаемый Усама, что два этих взрыва смогут в корне
изменить ситуацию в мире в выгодном для нас направлении? - Произнесший эти
слова с сомнением покачал головой. - Хотя я не стал бы спорить с тем, что
два ядерных взрыва не могут не повлиять на современную
политико-экономическую ситуацию, но все же я бы не был столь категоричен.
Лидирующее положение США и НАТО довольно прочное, и после взрывов в них,
несомненно, усилятся позиции ястребов. А вот положение России, и так
довольно шаткое, еще больше усугубится, - он хмыкнул, - и наши возможности
лавирования
...Закладка в соц.сетях
