Жанр: История
Жатва скорби
...русскими.
Там 25 декабря 1917 года они провозгласили создание "советского правительства"
во главе с Г. Коцюбинским. 22 января 1918 года рада еще успела объявить Украину
независимой суверенной республикой, но уже 12 февраля 1918 года марионеточное
советское правительство, находившееся в Харькове, вступило вслед за Красной
Армией в Киев, а Рада переехала западнее - в Житомир.
Большевистских оккупантов сопровождали продотряды, разделявшиеся на группы по
десять человек в каждой. В их задачу входила конфискация зерна в деревнях, в
соответствии с требованием Ленина присылать "зерно, зерно и еще зерно"[[16 -
В.Ленин. Про Украину. Т.2. Киев, 1969, с.77.]]. Между 18 февраля и 9 марта 1918
года из одной только Херсонской губернии было отправлено в Россию 1090
железнодорожных вагонов с зерном[[17 - Перемога Великой Жовтневой социалистичной
революции на Украини. Т.1. Киев, 1967, с.359-360.]].
Стоит отметить, что большевики тогда в лучшем случае "различно относились к
проявлению украинских политических тенденций и в собственной партийной сфере.
Главный помощник Ленина Яков Свердлов говорил, что "создание отдельной
Украинской партии, как бы она ни называлась, какую бы программу она ни приняла,
мы считаем нежелательным"[[18 - См.: Джеймс Мейс. Коммунизм и дилемма
национального освобождения, Национальный коммунизм на советской Украине. 19181933.
Массачусетс, Кембридж, 1983, с.24.]]. Первое советское правительство на
Украине, просуществовавшее лишь несколько недель, открыто демонстрировало
навязывание народу российской - хотя и революционной - власти. Оно закрывало
украинские школы, подавляло прочие культурные институты, и вообще, тенденция к
русификации в первые годы существования советского режима на Украине носила
предельно резкий, подчеркнуто антиукраинский характер. Известный украинский
коммунист Затонский позднее рассказывал, как первый глава ЧК в Киеве, печально
известный Лацис, расстреливал людей за то, что они на улице говорили поукраински,
и как он сам чудом тогда уцелел[[19 - В.Затонский. Национальна
проблема на Украини. Харьков, 1926, с.33-40.]]. Делалось все, чтобы
препятствовать созданию украинской коммунистической партии и не допустить
деятельности даже номинального украинского профсоюзного движения.
Когда весной 1918 года началось наступление немцев и австрийцев на Украину,
большевикам пришлось отступить, и в апреле они объявили о роспуске украинского
советского правительства.
Правительство Рады отправило своих делегатов в Брест-Литовск, где большевики
вели переговоры с немцами, и в итоге этого, по указанию Ленина, большевистское
правительство сняло с повестки дня притязания на земли Украины и косвенно
признало независимое украинское правительство.
Немецкие и австрийские войска, оккупировавшие страну под флагом союзников Рады,
почти сразу начали эксплуатацию природных и хозяйственных богатств Украины:
центральные державы намеревались использовать ресурсы этой богатой страны как
источник пополнения своих сил на последней стадии войны против Франции,
Великобритании и США. Поскольку Рада противилась этим грабительским планам,
германские власти организовали 29 апреля 1918 года военный переворот во главе с
генералом П.Скоропадским, провозгласившим себя гетманом. Вплоть до декабря того
же года он правил Украиной, опираясь на местных русифицированных помещиков и
пользуясь поддержкой многочисленных русских офицеров и дворян. Большевики тем
временем успели отреагировать на новую ситуацию и создали у себя в России новую
Коммунистическую партию большевиков Украины. 2-12 июля 1918 года состоялся ее
первый съезд - в Москве. Несмотря на возражения группы коммунистов-украинцев во
главе с ветераном РСДРП/б/ Миколой Скрыпником, партия большевиков Украины была
провозглашена неотъемлемой частью Российской коммунистической партии
большевиков. Собравшийся в октябре (17-22 октября 1918 года) ее Второй съезд
отметил, что главной задачей этой партии является "объединение Украины с
Россией"[[20 - Коммунистическая партия (большевиков) Украины. Одиннадцатый
съезд. Харьков, 1927, с.174-175.]]. На съезде, проходившем в Москве, выступил
глава московского партийного руководства Л.Б.Каменев, который сообщил, что в
Финляндии, Польше, а также на Украине "лозунг самоопределения наций превратился
в оружие контрреволюции"[[21 - КП/б/У, Второй съезд, с.123-124.]].
В это время большевики, как, впрочем, и другие русские политики, никак не
ожидали такого быстрого и серьезного возрождения украинской нации. Ведь даже
украинский язык они продолжали еще воспринимать как мужицкий диалект
великорусского языка. Правда, сам Ленин некогда провозгласил право украинцев на
самоопределение вплоть до отделения, полагавшееся им, как и другим народам
бывшей Российской империи, но уже на 8-м съезде РКП/б/ (1919 г.) стал заявлять,
что национальные чувства, возможно, и существовали когда-то на Украине, но
теперь они выкорчеваны немцами и даже высказал вслух сомнение в том, что
украинский язык есть действительно язык масс[[22 - КПСС, Восьмой съезд, с.91.]].
В партийной программе 1918 года черным по белому было сказано:
"Украина, Латвия, Литва и Белоруссия существуют в настоящее время как отдельные
советские республики. Таким образом решен сейчас вопрос государственной
структуры.
Но это ни в коей мере не значит, что Российская коммунистическая партия должна,
в свою очередь, реорганизоваться как федерация независимых коммунистических
партий.
Восьмой съезд РКП/б/ постановляет: должна быть однацентрализованная
коммунистическая партия с единым Центральным Комитетом... Все решения РКП/б/ и ее
руководящих органов подлежат безоговорочному исполнению всеми отделениями
партии, вне зависимости от их национального состава. Центральные комитеты
украинских, латышских, литовских коммунистов пользуются правами региональных
комитетов партии и полностью подчинены Центральному Комитету РКП/б/".
Через несколько лет, столкнувшись с тенденциями к неподчинению, Ленин писал:
"Украина - независимая республика, это очень хорошо, но в партийном отношении
она иногда берет - как бы повежливее выразиться? - обход, и нам как-нибудь
придется до них добраться, потому что там сидит народ хитрый, и ЦК - не скажу,
что обманывают, но как-то немного отодвигаются от нас"[[23 - В.Ленин, т. 45,
с.105-106.]].
Вслед за поражением Германии в ноябре 1918 года народное восстание на Украине
против гетмана Скоропадского привело к восстановлению республики, и победивший
Украинский Национальный союз учредил в Киеве Директорат во главе с Владимиром
Винниченко, Симоном Петлюрой и другими.
В Москве в это время было принято решение не вмешиваться прямо в дела
воссозданной народной республики, при условии, что Коммунистической партии
Украины будет дана возможность действовать на ее территории легально. Ленин, повидимому,
не решился начинать новое вторжение на юг до конца года.
В военном отношении режим на Украине оказался очень слабым. Петлюра, военный
министр Украины, ранее сумел организовать крупномасштабные крестьянские
выступления против гетманской власти. Но когда национальное правительство было
уже восстановлено и крестьяне просто разошлись по домам, то государство стало
почти что беспомощным. У Петлюры не нашлось иного выхода, как предложить
полномочия и деньги тем, кто был в состоянии собрать ему новую армию, и
впоследствии этих новоявленных атаманов невозможно было остановить. Зачастую они
превращались в местных военных диктаторов, вступали в сговор с противником и
устраивали погромы.
По этой причине Украинской республике не удалось устоять перед возобновившимся в
новом году наступлением советских сил, и 5 февраля 1919 года украинскому
правительству опять пришлось покидать Киев и оставаться почти весь 1919 год на
западе, в Каменец-Подольске. Одновременно Москва аннулировала свое прежнее
признание независимости Украины. Но вследствие такого акта, как и по многим
другим причинам, советская власть стала ненавистной местному населению. Новое
большевистское правительство попыталось создать на месте дворянских поместий
совхозы или колхозы, но 75 процентов выделенной для этого земли было самочинно
захвачено крестьянами.
Этот второй советский период на Украине зиждился частично на надеждах Ленина
(его речь от 22 октября 1918 года), что, мол, скоро разразится "всемирная
пролетарская революция"[[24 - Там же, т. 37, с.111, 120-121.]]. В киевском
советском правительстве на ролях министров сидело четверо русских и два
украинца, главой правительства Украинской советской республики быт назначен
Христиан Раковский (болгарин). Еще ранее он вел в Киеве переговоры от имени
Ленина с гетманским правительством, после чего, вернувшись в Москву, написал
серию статей, из которых следовало, что украинский национализм не более как
причуда нескольких интеллектуалов, тогда как местные крестьяне хотят, чтобы с
ними говорили только по-русски[[25 - "Известия" от 3 января 1919.]].
Известно и другое его заявление, сделанное в феврале 1919 года, о том, что
признание украинского языка в качестве государственного на Украине было бы
"реакционной" мерой, выгодной только кулакам и националистически настроенной
интеллигенции[[26 - Дж.Борис, Советизация Украины. Эдмонтон, 1980, с.215,
418.]].
В любом случае Ленин постарался бы вернуть Украину в свою новую империю. Но
сильным дополнительным моментом в этом его стремлении служило то обстоятельство,
что он, подобно немцам в их отчаянной борьбе с Антантой, тоже считал богатства
Украины жизненно важными для достижения победы над своими врагами. 11 февраля
1919 года Москва издала указ о безвозмездной конфискации всех "излишков" зерна,
превышавших норму на душу крестьянского населения в размере 286 фунтов. В марте
1919 года Ленин потребовал сдачи уже 50 миллионов пудов зерна, чтобы большевики
смогли удержаться у власти![[27 - В.Ленин, т. 38, с.69.]] Один украинский
ученый, словам которого можно доверять, утверждает, что эта идея
эволюционировала таким образом: у Ленина якобы первоначально был другой вариант
- обратиться к крестьянству собственно русскомуи осуществить там даже еще более
обширную реквизицию. Но в итоге он все-таки предпочел переложить бремя
хлебозаготовок на плечи иного народа.[[28 - П.Феденко в кн.: "Пленные в СССР".
Мюнхен, 1963, с.107.]] Во всяком случае, на Украине результатом этих ленинских
мер явились 93 мятежа в апреле 1919 года и 29 - в первой половине мая. С 1 по 19
июня мятежей было 6329. В целом же за короткий промежуток времени с апреля по
июль имело место около 300 бунтов! Вместо запланированной для Украины добычи в
размере 2 317 000 тонн зерна, большевикам пришлось удовольствоваться лишь 423
тысячами (в 1919 году).[[29 - Х.Раковский. Борьба за освобождение деревни.
Харьков, 1920, с.37.]] Так что действие грозных коммунистических декретов едва
ли в то время широко распространялось за пределы городов.
Наступающая Белая армия под командованием Деникина в августе 1919 года вновь
выгнала большевиков с Украины, и тогда на западном берегу Днепра была
восстановлена в конце того же, 19-го, года Украинская народная республика. 2
октября 1919 года Москва объявила о роспуске Второго украинского советского
правительства (на сей раз распущен был также Украинский Центральный Комитет,
который оказался ответственным за всяческие "националистические" отклонения).
Это решение сопровождалось разными "противозаконными" оппозициями со стороны
украинских коммунистов, и в декабре 1919 года Ленин добился принятия партией
новой тактической линии. Она в основном сводилась к признанию национальных
устремлений украинского народа, хотя собственно украинские коммунисты должны
были и впредь остаться под строгим контролем Москвы.
Совершенно ясно, что такая важная перемена в тактике явилась результатом провала
прежних методов насильственной централизации. На Десятом съезде Российской
Коммунистической партии украинский коммунист В. Затонский сказал откровенно:
"Национальное движение вызвано к жизни революцией. Нужно прямо сказать, что мы
не придали этому факту должною значения и не приняли необходимых мер. Это была
грубейшая ошибка коммунистической партии, действовавшей на Украине... Мы не
воспользовались усилением национального движения, которое было совершенно
естественным в тот момент, когда широкие крестьянские массы пробудились к
сознательной жизни. Мы пропустили момент, когда в этих массах проявилось
совершенно естественное чувство уважения к самим себе, и крестьянин, который
прежде с пренебрежением относился к своему происхождению и к своему мужицкому
языку, поднял вдруг голову и начал требовать больше, чем требовал в царское
время. Революция дала толчок культурному развитию, пробудила народ к широкому
национальному движению, но нам не удалось направить это национальное движение в
нужное русло, мы позволили ему пройти мимо, и оно пошло путем, где им руководила
мелкобуржуазная интеллигенция и кулаки. Это была наша самая серьезная
ошибка"[[30 - КПСС, Десятый съезд. М., 1963, с.202-203.]].
Или, по словам еще одного известного украинского коммуниста Гринько,
национальный фактор в 1919-1920 гг. был "оружием крестьянства, направленным
против нас"[[31 - КПСС, Двенадцатый съезд. М., 1968, с.504.]].
Неудача первых двух советских попыток подчинить Украину была проанализирована в
Москве, и последовал верный вывод, что украинская нация и украинский язык,
действительно, являются важным фактором и что власть, которая нарочито
игнорирует этот фактор, неизбежно будет рассматриваться местным населением как
насильственно ему навязанная, а потому враждебная.
В организационном отношении новая ленинская линия означала сотрудничество с
"боротьбистами", левой фракцией Украинской Социал-Демократической партии,
которая приняла советскую власть, но придерживалась ярко национальных принципов
и демонстрировала способность добиться какой-то поддержки в селе, тогда как
большевики потерпели там полный провал.
Большевистские настроения на Украине были настолько слабыми, что никакого, хотя
бы даже формального, но по происхождению украинского советского руководства
организовать оказалось просто невозможно. Но теперь, когда Москва решила бросить
в игру новый украинский "козырь", нашлись у нее и эти новые люди. Союз, в
результате которого "боротьбисты" вошли в Коммунистическую партию, означал, что
в будущем в украинском руководстве неизбежно окажется много людей с
националистическим, а не с ленинским прошлым. Первые советские историки писали,
что у Украинской Коммунистической партии имелось как бы "два корня". Если в
правящей верхушке России насчитывалось лишь несколько бывших небольшевиков,
выходцев из других партий, к тому же не занимавших ключевых политических постов
(пример - А.Я.Вышинский), то на Украине мы видим бывшего "боротьбиста" Любченко,
который в 30-е годы стал председателем Совета Народных Комиссаров УССР и других,
вроде Гринько (ставшего всесоюзным наркомом) занимавших столь же высокие
должности.
Среди ветеранов движения имелось много поляков (Дзержинский, Косиор, Менжинский,
Уншлихт и др.), латышей (Рудзутак, Эйхе, Берзинь и др.), но украинцев там всегда
было мало, да и те, кто имелись, например Скрыпник, Чубарь, занимавшиеся
революционной деятельностью в центре империи, едва получив назначение на
Украину, начинали здесь склоняться к поддержке национальных устремлений своего
народа. Как говорилось, здесь мы можем наблюдать феномены, сходные с теми,
которые впоследствии, в 40-е - 50-е годы, фиксировались в Восточной Европе:
духовная эволюция того же типа произошла, например, с И. Надем или Г. Костовым,
"национальными коммунистами", которые в собственном "досоветском" прошлом
считались людьми, безоговорочно послушными Москве.
Следует учесть и то, что в бурное время немногие могли отчетливо понять, что
именно несет народам и им самим ленинизм. В первые годы советской власти
некоторые некоммунистические партии левого толка продолжали еще сохранять
легальность, хотя положение и оставалось шатким и в самой партии в ту пору
дозволялось существование группировок, придерживавшихся разных взглядов.
Итак, сила советской власти на Украине наконец-то была подкреплена группой,
имевшей реальные связи с украинским народом, но в этом одновременно крылся и
источник националистических требований.
Никакой реальной власти этой группе получить не удалось, и произойти этого не
могло без разрушительных последствий. Конференция в значительной мере фиктивной
Коммунистической партии Украины, проведенная за пределами республики, в Гомеле
(Белоруссия), в октябре 1919 года, приняла реалистическую резолюцию
(опубликованную семью годами позднее), в соответствии с которой "продвижение на
юг и установление советской власти на Украине станут возможными только при
содействии регулярных обученных отрядов войск (которые ни в коем случае не
должны быть местного происхождения)"[[32 - Ж-л "Летопись революции", №6,1926.]],
в тот период среди членов Коммунистической партии Украины было всего лишь 23
процента украинцев[[33 - М.Равич-Черкасский. История коммунистической партии
(большевиков) Украины. Харьков, 1923, с.241. (Далее "М.Равич-Черкасский...")]].
Различия в осуществлении советской власти в собственно России и на Украине
особенно ярко видны, если рассматривать методы управления селами и деревнями в
обоих регионах. В период военного коммунизма главным органом власти в деревне
являлся Комитет крестьянской бедноты, состоявший из прокоммунистически
настроенных бедных крестьян и "сельского пролетариата". В России такие комбеды
подчинили себе сельские советы, на Украине же они полностью их заменили. Комбеды
в России были упразднены в конце 1918 года, но 9 мая 1920 года их восстановили,
и только для Украины (под названием "комнезамы"). В них могли входить лишь самые
неимущие крестьяне. Во всех остальных частях страны действовали сельские советы.
Такие советы были созданы и на Украине тоже, но там коммунисты из комнезамов
имели право обжаловать любое решение сельского совета перед вышестоящими
органами, могли исключать "неподходящих" членов исполнительной власти в сельских
советах, могли вообще распустить сельский совет и созвать новые выборы. В их
обязанности входила и реквизиция продуктов питания у местного населения.
Полномочия комнезамов следующим образом разъяснялись в циркуляре Центрального
Комитета: "В украинских селах истинная власть находится в руках богатых
крестьян, кулаков, которые по природе своей являются непримиримыми врагами
пролетарской революции" и которые "организованы и вооружены до зубов". Комитетам
крестьянской бедноты вменялось в обязанность организовать сельских бедняков,
"разоружить кулаков" и искоренить бандитизм"[[34 - "Украинский историчний
журнал", №4, 1968, с.117-119.]].
Ведущими деятелями в комнезамах, то есть главной опорой партии в деревне, стали
неукраинцы. На первом съезде комнезамов лишь 22,7 процента делегатов говорили
по-ук-раински, на втором - лишь 24,7 процента[[35 - Дж.Борис. Русская
коммунистическая партия и советизация Украины. Докторская диссертация.
Стокгольмский университет, 1960, с.275.]]; к тому же и эта группа считалась
недостаточно надежной базой для советской власти, и в помощь селу вскоре было
послано несколько тысяч городских коммунистов.
Украинские коммунисты, сознававшие свою национальную принадлежность, не
встречали понимания со стороны вышестоящих большевиков даже в своих чисто
культурных требованиях. Украинский делегат Двенадцатого партийного съезда
рассказывал о "высокоответственных товарищах с Украины", которые утверждали,
будто "объездили всю Украину, беседовали с крестьянами, и у них создалось
впечатление, что украинский язык там не нужен"[[36 - КПСС, Двенадцатый съезд,
с.504.]].
Среди тех, кто сумел извлечь из уроков гражданской войны верные выводы, оказался
Раковский. Но зато теперь ему самому пришлось жаловаться на трудности в процессе
внедрения в сознание местных партийных деятелей "значения национального
вопроса": "Большинство на Украине, и еще больше здесь, в России, видели в
национальной политике некую стратегическую игру дипломатии". ..."Как выразился
один товарищ: "Мы страна, которая вышла за рамки национального этапа, мы -
страна, где материальная и экономическая культура вступает в противоречие с
культурой национальной. Национальная культура существует для отсталых стран по
ту сторону баррикад, для капиталистических стран, а мы - страна
коммунистическая"[[37 - Там же, с.529-530.]].
Была распространена и своеобразная версия ленинской теории "борьбы двух культур"
(ее в числе других большевиков придерживался, например, ветеран партии
Д.З.Лебедь): "пролетарская Россия" противопоставлялась "крестьянской Украине", и
отсюда уже делался вывод, что "украинизация" не нужна принципиально, поскольку в
конечном итоге преимущество всегда будет на стороне пролетарской, то есть
городской, то есть русской культуры. 17-20 ноября 1920 года, на Пятом съезде
УКП/б/ Г.Зиновьев, ближайший соратник Ленина, предпринял попытку ограничить
употребление украинского языка одной только сельской местностью, учитывая - в
рамках той же теории - конечную победу "более высококультурного русского языка".
Но его предложение было отвергнуто[[38 - Н.Н.Попов. Очерки истории
коммунистической партии большевиков Украины. Харьков, 1929, с.277-280.]].
На протяжении 1920-1921 гг. по этому вопросу велись бесконечные внутрипартийные
споры, и многие украинские коммунисты боролись за удержание завоеванных ими
культурных возможностей и старались осуществить на деле культурную и языковую
украинизацию. Скрыпник, самый выдающийся в ту пору большевик из украинцев,
настаивал (как он выразился на Десятом съезде Российской Коммунистической партии
в марте 1921 года), что "товарищи должны выбросить из головы мысль о том, будто
советская федерация - это не более как федерация российская, поскольку важен не
тот факт, что она российская, а тот, что она советская"[[39 - КПСС, Десятый
съезд, с.205.]]. Борьба вокруг этого вопроса продолжалась еще довольно долго.
Третья советская оккупация Украины завершилась к марту 1920 года.
Непродолжительное завоевание большей части правобережной Украины, включая Киев,
поляками в мае 1920 года явилось последним значительным перерывом для советской
власти в этой стране.
В ноябре 1920 года регулярные украинские войска потерпели еще одно поражение от
Красной армии, их остатки перешли через польскую границу и были интернированы.
Но крупные партизанские выступления продолжались до конца 1921 года. В апреле
1921 года на Украине и в Крыму еще действовало 102 вооруженных
антикоммунистических отряда по 20 или 30 человек, а в некоторых по 50 или даже
500 человек, не считая армии анархиста Махно, которая все еще насчитывала от 10
до 15 тысяч человек. Менее значительные партизанские выступления, как
подтверждают советские источники и как мы увидим в следующей главе, продолжались
и много лет спустя, после разгрома в 1921 году антисоветских украинских сил[[40
- См.:О.О.Кучер. Проти большовистского повстання Украини в 1921. Литопис
червоной калини, №№6,9, 1932.]].
Но как бы то ни было, в 1921 году Украина оказалась наконец усмиренной - первым
независимым государством Восточной Европы, успешно завоеванным Кремлем. Попытка
московских властей покорить Польшу в 1920 году провалилась: в противном случае
некоторые и сейчас рассматривали бы как естественное явление то, что являлось
просто историческим, и Польша выглядела бы в их глазах сегодня традиционно
подчиненной Москве. Они считали бы, что такая традиция прервалась лишь
несколькими годами польской независимости...
Итак, в 1918-1920 гг. на Украине одно за другим поменялись три советских
правительства, причем каждое из них создавалось вслед за вступлением в страну
Красной армии. Первые два были изгнаны соперничавшими силами других
оккупационных армий, но не ранее чем успели продемонстрировать полную
неспособность завоевать поддержку украинского народа. Только во время третьей
попытки Ленин и большевики поняли, что без серьезных или, по крайней мере,
кажущихся серьезными уступок украинским национальным интересам их власть всегда
будет слабой и ненадежной. Отдадим должное Ленину: как только он усвоил
политический урок на тему о том, насколько важно не задевать национального
самолюбия других наций, он запомнил его навсегда и позднее отчитывал Сталина и
других, когда чувствовал, что они выступают как явные великорусские шовинисты.
Украине была предоставлена формальная независимость, и в течение последующих
десяти лет она пользовалась значительной культурной и языковой свободой, власти
старались не слишком грубо и демонстративно навязывать ей политическую волю
Москвы. Борьба, однако, продолжалась, и ясно было, что значительная часть РКП/б/
считает украинские национальные чаяния фактором, сеющим в СССР раздоры, а
стремление Украины к достижению фактической независимости все еще недостаточно
искорененным. Сталин разделял это убеждение, и когда пришло его время
властвовать, он действовал в соответствии с подобными взглядами и безжалостно
расправлялся с непокорным украинским народом.
(1917-1921 гг.)
Любит, любит кровушку
Русская земля.
Анна Ахматова
К 1917 году у крестьян в собственности (часть которой они сдавали в аренду) было
уже вчетверо больше земли, чем у других российских землевладельцев (включая
выскочек-"горожан", доля которых в населении страны к 1911 году превышала 20
процентов). 89 процентов посевных площадей империи уже находилось в крестьянских
руках[[1 - Н.Ясный, с.144-145.]].
Гибель старого режима в марте 1917 года привела к захвату крестьянством крупных
поместий. В 1917 году у 110 тысяч помещиков было отобрано 108 миллионов акров
земли, и еще 140 миллионов акров - у двух миллионов богатых крестьян, причем
последние, как показыва
...Закладка в соц.сетях
