Жанр: Фантастика
Герои умирают 1. Герои умирают
...т она убила?
- Тише, мальчик, - пророкотал Ма'элКот. - Успокойся. Я не верю Кейну. Пэллес
Рил не будет освобождена. Я лично, - тут его лицо затуманилось, - не сумел бы
противостоять ей в доках. Она сама стала Силой и теперь слишком опасна.
- Но ты же сказал Кейну... Массивные плечи поднялись и опали.
- В конце концов, у нее глубокая рана в груди. Она будет медленно умирать и
протянет только до тех пор, пока нам будет нужен Кейн. - Император улыбнулся в
бороду. - Возможно, будет поучительно применить заклятие к ней самой вместо...
- Зачем он вам? Почему вы отпустили его? - Берн возвысил голос. - Почему не
позволили мне убить его?
- Я могу сделать это в любое время. - Ма'элКот положил руку графу на плечо. -
Он рассказал мне весьма убедительную сказочку, которая прекрасно согласуется со всеми
фактами и отвечает на все вопросы. Этого хватило, чтобы насторожить меня: только
выдумка может быть столь точна. А жизнь более беспорядочна.
Он величественно развернулся, словно идущий против ветра парусник, и подошел к
алтарю. Посмотрев на застывшее бледное лицо Пэллес Рил, он протянул руку и коснулся
закрытых глаз.
- У меня уже есть причина сомневаться в словах Кейна, - продолжал он. -
Видишь ли, его план настолько соответствует моим планам, что остается лишь
удивляться: риска никакого, а выигрыш огромен. Возможно, это правда, однако я ни на
что подобное не рассчитываю.
Император посмотрел вверх, и задумчивость покинула его лицо. Внезапно он
пристально посмотрел на Берна.
- Дай мне свой нож. - Ма'элКот протянул руку. Берн молча достал из ножен
кинжал и отдал его императору. Тот поднял кинжал к глазам - в его мощных руках он
казался детской игрушкой.
- Сеть, которую я дал Кейну, помечена - я сам пометил ее, когда поднимал с пола.
Его глаза светились зеленым. Он стиснул кинжал в кулаке и сосредоточенно
посмотрел на него. Клинок вспыхнул, отражая изумрудный цвет его глаз. Когда они
перестали светиться, клинок все еще источал слабый свет. Ма'элКот вернул кинжал Берну,
и тот бережно взял оружие, чувствуя на рукояти тепло императорской руки.
- Направь этот кинжал на Кейна, и он потеплеет, засияет зеленым. Следуй за
Кейном, выясни, чем он занимается. Возьми с собой команду Котов. Если увидишь
возможность схватить или убить короля Канта либо кого-то из его помощников,
воспользуйся ею. Держи дистанцию. Я не могу дать тебе Плащ - все мои силы уйдут на
то, чтобы призвать бурю.
- Хорошо, Ма'элКот. - Берн сжимал оружие, словно символ веры. - Вы знаете,
что мне можно доверять.
- Я знаю, Берн, и рассчитываю на тебя.
Ма'элКот отвернулся, а взгляд Берна упал на обнаженное тело Пэллес Рил.
Невидящие глаза, гибкое израненное тело, пропитанные кровью бинты, закрывавшие
грудь, даже ее оковы - все показалось Берну необычайно соблазнительным. Он захотел
ее так сильно, что едва смог вздохнуть.
- Ма'элКот...
- Да, сын мой?
- Когда вы закончите с Пэллес, можно, я ее заберу? Ну, - поспешно добавил он, -
это ведь я ее схватил. Так будет честно. М-м, да. Можно. Так будет честно.
16
- Кейн снова на связи.
Коллберг напрягся как гончая, учуявшая дичь.
- Сколько его не было?
- Час семь минут, администратор.
- Прекрасно, прекрасно.
Коллберг наклонился вперед и бросил взгляд на полицейских. Пару часов назад они
все-таки заняли предложенные стулья и сейчас не двигались, словно сморенные дремотой.
Экран в кабине техников показывал внутренности железной кареты. Мыслеречи не
было. Кейн говорил с человеком, в котором Коллберг узнал герцога Тоа-Сителла. Кроме
него, в карете было еще двое в одежде Рыцарей двора. Кейн смотрел в зарешеченное окно
на пожары и метавшихся людей - вооруженных, окровавленных, с ящиками и
бочонками, остервенело бросающихся на воров, чтобы ограбить их.
- Неплохо, - прошептал Коллберг. - Его везут прямо сквозь центр мятежа. Мне
нравится... Черт, Кейн, я знал, что на тебя можно рассчитывать. Я знал.
Коллберг хмыкнул, увидев, как побледнели и исказились от ужаса лица Рыцарей
двора, когда наручники упали с Кейна. Убийца достал откуда-то крошечный изогнутый
клинок и приставил его к горлу герцога.
- Убейте его! - прохрипел Тоа-Сителл. - Не бойтесь за меня! Не дайте ему уйти!
Это приказ!
- Ну-ну, - согласился Кейн. - Думаешь, хоть один из них выживет и расскажет
Ма'элКоту о таком приказе? Думаешь, он поверит? Открой дверцу и выходи.
Рыцарям вовсе не хотелось рисковать собственными жизнями. Они открыли дверь, и
Кейн вытащил Тоа-Сителла на улицу. Рыцари наружной охраны закричали от удивления
при их появлении, однако оказались не менее благоразумными, чем их товарищи. Кейн с
заложником стали отступать в соседний переулок.
- Далеко еще? - тихо спросил Тоа-Сителл.
- Далеко. Я тут вырос. Им меня не поймать.
- Ладно.
Внезапно Тоа-Сителл принялся кричать и биться. Затем выскользнул из захвата и
начал звать Рыцарей. Кейн одним ударом швырнул его на землю. Затем встал над
герцогом с поднятым ножом, достаточно длинным, чтобы Рыцари могли его разглядеть от
кареты, повернулся и рванул в красноватый мрак переулка.
Глядя, как Кейн пробирается по охваченному мятежом городу, Коллберг хмыкнул.
Все обиды, намерение уничтожить Кейна, давящее присутствие полицейских - все было
забыто. На глазах рождалось зрелищное Приключение.
В эту ночь в Старом Городе не нашлось бы ни одного тихого закоулка. Отовсюду
слышались крики, звуки боя, звон разбиваемых окон и посуды. Да, Кейн умел поднять
бучу - вероятно, это было его величайшим талантом. Он обежал улицу, где построенный
в боевом порядке взвод пехотинцев пытался удержать толпу из нескольких сотен горожан,
швырявших в солдат камни. Когда Кейн бежал мимо, кто-то поджег здание, в котором
находился взвод.
Убийца скользнул в ближайший писсуар, насмерть перепугав горожанина. Одним
сильным ударом он сорвал с петель дверцу на шахте золотарей, спустился по лестнице и
отыскал потайную дверь у подножия шахты. Дверь вела в пещеры под городом.
Покопавшись в кармане, он достал зажигалку Кайрендал; дрожащего язычка ее пламени
было достаточно, чтобы идти не оступаясь.
Шагая сквозь пещеры, Кейн рассказывал зрителям о случившемся, с привычной
ловкостью подогревая их любопытство. Однако что-то было не так в этом рассказе.
Коллберг сел прямо и по-собачьи наклонил голову, пытаясь понять, в чем дело. Он
чувствовал какой-то легкий сдвиг... Ах, вот оно что!
Коллберг удовлетворенно улыбнулся про себя. Кейн старательнее обычного
контролировал свою мыслеречь - именно это и стало причиной ее изменения. Вероятно,
он прилагал немалые усилия, чтобы не сказать чего-нибудь противоречивого, - а это
совсем не походило на его обычный вольный стиль разговора.
Коллберг улыбался, несмотря на то что Приключение явно находилось не в самой
интересной точке. Он сумел напугать Кейна. "А может, он что-то скрывает?" - пришла
откуда-то мысль. Могло ли такое быть на самом деле? Что хотел скрыть Кейн? Коллберг
иронично покачал головой - типичный случай навязчивой идеи у должностного лица.
То тут, то там Кейн замечал огоньки, бросающие отблеск на каменные стены.
Несколько раз он обходил такие места, где человеческая речь сливалась с журчанием
воды, сочившейся сквозь известняк в подземные бассейны. Еще мимо нескольких костров
убийца просто прополз - обход завел бы его в незнакомые места. В перепутанном
лабиринте городских пещер неверный поворот мог означать блуждания в течение
нескольких часов, а то и дней.
Наконец Кейн приблизился к одному из костров и пошел не скрываясь. У
сложенного на голом полу кост-
pa сидели трое мужчин, смахивавших на нищих, и человек в цветной кольчуге
Рыцаря Канта.
Появление Кейна не удивило их. Он назвал себя и обменялся паролями со
стражником, после чего ему освободили дорогу. Проходя, он негромко произнес:
- У меня на хвосте могут оказаться недруги. Осторожнее. Как бы вам не пришлось
солоно.
Рыцарь легко поднялся на ноги, положив руку на рукоять меча.
- Остановить их?
- Нет. Я не хочу, чтобы кому-нибудь был причинен вред. Просто будьте настороже.
Оставив охранников, Кейн отыскал неподалеку шахту золотарей и через писсуар
вылез в освещенный пожарами Рабочий парк.
Он старательно придерживался пляшущих черно-голубых щелей и по-прежнему
спешил. Улица, только что пустынная, мгновением позже могла заполниться орущими и
дерущимися толпами людей. У входа в переулок, куда Кейн попытался нырнуть, он
встретил двоих, угрожающе обнаживших мечи.
- Ты за кого?
- Чего?
Кончик меча оказался в опасной близости от горла Кейна.
- Ты за императора или за проклятых актиров?
- А, вы лоялисты? Ну, ребята, ночка у вас выдалась еще та!
Пока мечник соображал, как следует понимать такой ответ, Кейн повернулся на
пятках, схватил его за руку и заставил выронить меч. Перенеся вес на другую ногу, он
заткнул другого мечника, ударив его пяткой в челюсть. Инерция удара развернула его и
повела по кругу, который закончился оглушением первого мечника его же собственным
мечом. Клинок спружинил не погнувшись - сталь оказалась весьма прочной.
- Ха, неплохо, - произнес Кейн.
Прихватив клинок, он нырнул в темноту переулка, подальше от лоялистов; они,
задыхаясь, молили о пощаде.
Кейн крался по улицам, обходя стороной толпы самого разношерстного люда, и
наконец добрался до темного дома, показавшегося Коллбергу смутно знакомым. Бросив
взгляд на экран с телеметрией, администратор понял, что Кейн шел именно сюда, -
уровень адреналина у него в крови поднялся, а индикатор сердечной деятельности едва не
зашкалило.
Дверь висела на одной петле. Кейн вошел и поднялся на два этажа.
Наверху он негромко повторил сигнал, которым обменялся с часовыми в пещере. Из
теней послышался тихий ответ. Убийца шагнул в холл и увидел там двоих рыцарей.
- Меня послал король. Вы нужны ему на Стадионе. Прямо сейчас.
Рыцари обменялись нерешительными взглядами.
- Ну, не знаю, - протянул один из них. - Нам сказано оставаться здесь до тех
пор, пока король лично не отпустит нас.
- Он занят - может быть, вы это сами понимаете?
- Извините, барон, - произнес второй рыцарь. - У нас четкие указания.
Кейн вздохнул и разочарованно развел руками.
- Ладно. Дело вот в чем. Мне нужно поговорить с тем парнем, Ламораком. Вам эту
беседу слышать ни к чему, понимаете? Идите на Стадион и скажите, что поверили мне на
слово. Король поймет.
- Но... но, я думаю...
- Сказано тебе, король поймет. Ему бы не хотелось, чтоб вы умерли прямо тут.
Кейн пошевелил обнаженным клинком. Дав им время на размышление, он спросил:
- Все поняли?
Стражники снова переглянулись и, видимо, сочли за лучшее удалиться. Однако
Коллберга это уже не интересовало.
"Ламорак, - подумал он со странным спокойствием, радуясь неожиданному
открытию. - Значит, это то самое убежище в Рабочем парке".
Он неистово сжал кулак и поднял руку над переключателем аварийного переноса. На
пухлых пальцах дрожал красный отсвет.
"Сделай хоть один неверный шаг, Кейн, - хоть один. И не важно, что его допустит
кто-то другой. Крошечный намек Ламорака на признание - и мой кулак будет быстр, как
молот божий".
Бледные мясистые губы администратора затрепетали от такого сравнения. Коллберг
поерзал в кресле помрежа, устраиваясь поудобнее, однако у него ничего не вышло.
Чесалось все тело, словно по нему бегали полчища муравьев; он не мог расслабить плечи,
успокоить бешено бьющееся сердце.
"Еще чуть-чуть, - сказал он себе. - Ждать осталось совсем немного".
Я открываю дверь. Ламорак сидит у окна и смотрит наружу. Пожары на улицах
Города Чужаков бросают на его избитое лицо красные отблески. Едва он начинает
поворачиваться ко мне, я прыгаю и делаю почти фехтовальный выпад, останавливая
кончик меча в миллиметре от его горла. Он замирает, не успев встать с кресла. Похоже,
его раненая нога уже отчасти работает.
- Ни слова! - негромко приказываю я. - Я ничего тебе не сделаю.
Он медленно переносит свой вес на руки и опускается обратно в кресло. Кто-то из
кантийцев поумнее подвязал его сломанную челюсть бинтом и стянул на макушке; теперь
Ламорак похож на мультяшного героя, у которого болят зубы.
- Прывд?
Я делаю глубокий вдох, потом поворачиваю меч к нему рукоятью.
- Правда. Но если ты попробуешь сотворить заклинание Власти, я тебе еще чегонибудь
сломаю, усек?
Он нерешительно тянется к мечу - словно ребенок, который боится, что у него
отберут конфетку. Рука смыкается на рукояти, плечи и шея напрягаются. На лице
написано такое облегчение, что я сам чувствую его.
- Кейн... Кейн, я...
- Я все знаю. - Я отворачиваюсь, зажигаю лампу и ставлю ее так, чтобы свет был
виден снаружи. - С тобой мы поговорим дома. Сейчас это не важно. Я знаю, что ты
сделал, и знаю, почему ты это сделал.
Глаза у него становятся круглыми, он хватается за рукоять меча второй рукой, и
острие направлено к моему лицу.
- Но... но я...
- Ничего не говори. Сказано тебе, я все знаю и понимаю тебя.
Его нижняя губа подрагивает.
- Я никому не хотел делать хуже...
- Я знаю. Поверь, Ламорак, я прекрасно понимаю, с какой силой на тебя могут
надавить. Я ведь тоже из этой лавочки. Я делал все то же самое, и мне это нравилось
ничуть не больше, чем тебе.
На его глаза наворачиваются слезы. Я едва могу сдержать закипающее в груди
отвращение, не дать ему просочиться в мой голос или отразиться на лице.
- Ее карьера... - хнычет он. - Ее Приключение... Я обрываю его.
- Сейчас важно только одно - вырвать ее из рук Ма'элКота, так? Помоги мне.
Помоги мне спасти ее, и все остальное не будет иметь значения. Я даже позабочусь о том,
чтобы король Канта оставил тебя в живых, после того что ты с ним сделал.
- Кейн... Кейн, это было...
- Говорю тебе, я понимаю! - "Господи, какой нытик!" - Прошлой ночью я
здорово напугал тебя в том заброшенном складе. Ты думал, я хочу убить тебя. - Я
пожимаю плечами и глуповато улыбаюсь. - А я именно этого и хотел. Если б меня не
отозвали, ты бы уже отошел в вечность. Но это было под влиянием настроения. Когда я
успокоился и все обдумал, я все понял. Слушай, давай не будем терять времени. Мне
нужна твоя помощь.
- Зачем? Я все, все сделаю, Кейн, я все исправлю! Я показываю ему сеть, и его
глаза с откровенной жадностью останавливаются на грифоновых камнях.
- Я веду хитрую игру с Ма'элКотом и подозреваю, что Коты могут следить за мной
с помощью магии. Мне нужно выяснить это. Если я прав, то хочу знать, что они
отслеживают - меня, мою одежду, нож, сеть... В общем, ты понял. Мне совсем ни к чему
их компания - это может испортить все дело.
- Они за тобой следят? - испуганно повторяет Ламорак, бросая взгляд на улицу.
- Успокойся. Они далеко. Им нет нужды приближаться, если я действительно
помечен.
- Как они могли тебя пометить? Откуда у тебя эта сеть?
- От Ма'элКота, - сухо усмехаюсь я. - Смешно, правда? Этим утром ты
попытался убить меня, заставив короля поверить, будто я работаю на Ма'элКота. Так вот,
я действительно на него работаю. По крайней мере сам Ма'элКот в этом уверен.
- Черт, Кейн... - почти благоговейно говорит Ламорак. - Черт...
- Дело в том, что я убедил Ма'элКота, будто король и есть Саймон Клоунс. Теперь
он намерен выманить короля и его подданных из Лабиринта, устроив публичный ритуал с
Пэллес. Он намерен исторгнуть из нее настоящее имя Саймона Клоунса в присутствии
двадцати тысяч человек на Стадионе Победы.
- Но зачем королю...
- Незачем. Но я заставил Ма'элКота поверить, что король с подданными будут там,
дабы убить его. Ма'элКот и Берн наводнят толпу переодетыми Котами и Глазами, да еще
солдатами в штатском, чтобы те были готовы схватить его. Но короля и его подданных
рядом не будет.
- А смысл?
Я показываю зубы.
- Смысл в том, что Ма'элКота там тоже не будет. Он станет управлять
происходящим издалека, используя в целях безопасности иллюзию самого себя. Так вот,
все эти мятежи начались только потому, что мы с королем раззвонили по городу, будто
Ма'элКот - актир. Пусть двадцать тысяч человек придут на Стадион и увидят, как я
наброшу эту сеть на иллюзорного двойника императора.
Ламорак раздумывает секунду-другую, но затем его глаза едва не вылезают из орбит,
а рот приоткрывается.
- Господи... - бормочет он. - Господи боже мой... Сеть отрежет изображение от
Силы, тогда оно побледнеет и исчезнет, как, по слухам, исчезают актиры...
- Да, - негромко отвечаю я, - Изящно, а?
- И все Коты, армейские офицеры, тысячи горожан...
- И вся королевская конница, и вся королевская рать. Точно, Ма'элКот будет
свергнут. Всего через несколько часов он окажется запертым во дворце.
- Кейн... это замечательный план. Он должен сработать.
- Он сработает. Мне нужно сделать еще кое-что, и все встанет на свои места.
- А что с П-пэллес?
- Сейчас она в относительной безопасности. Когда пойдет драка, я смогу вывести
ее.
- Со Стадиона Победы? Ты с ума сошел!
- Ее не будет на Стадионе. Она будет в Донжоне.
- Черт побери...
- Да. Это единственное место, где Ма'элКот может держать ее, не опасаясь, что она
накопит Силу и вышибет ему мозги.
- Но... как же ты выведешь ее?
- Я знаю, как войти, - напоминаю я, поднимая правую руку. - В большой
суматохе это будет несложно. А чтобы выбраться, сойдут любые подручные средства.
Он оценивающе смотрит на меня, однако сломанный нос и челюсть придают ему
скорее комичный вид. Я киваю ему.
- Так что давай работай. У нее кончается время. Проверь меня и найди метку.
Я не спускаю с него глаз, пока он находится в состоянии мыслезрения. Даже сейчас,
попытавшись применить заклинание Власти, он добьется только своей смерти. Я найду
кого-нибудь другого, кто сделает для меня то же самое. Минута-другая проходят под звук
едва слышного бормотания - Ламорак проверяет сеть. Наконец он кивает и смотрит на
меня.
- Ты был прав. Это сеть. Они могут ее отслеживать. Заклинание мне незнакомо, но
здесь явно присутствует какая-то форма Силы - не от грифоновых камней, другая. Вот
это да! Ма'элКот, вероятно, пометил ее в то самое мгновение, когда поднимал и передавал
сеть мне. Умен он, этого не отнимешь.
Что ж, завтра в полдень я покажу ему, кто тут по-настоящему умен.
Я делаю шаг к окну и выглядываю. Не вижу ни одного наблюдателя, но, если они
там, они меня видят.
- Спасибо, Ламорак. Теперь мне пора, но я ничего не забуду. Я все улажу с
королем, ладно? Он тебя и пальцем не тронет.
- Кейн, я... - ошеломленно лепечет он. - Спасибо, спасибо, ну... что не убил
меня.
- Не за что. Когда-нибудь, если мы доберемся домой живыми, с тебя будет
причитаться.
- О чем речь...
Он протягивает руку, и я изо всех сил сдерживаюсь, чтобы пожать ее, не сломав ему
пальцы.
- Ладно, увидимся. - Я беру в охапку сеть и иду к двери.
Дверь взорвалась фонтаном осколков. Ламорак спрыгнул с кресла, невнятно
промычав что-то сквозь плотно сжатые зубы, а его клинок словно сам собой встал в
позицию. Без колебаний он сделал выпад на сломанной ноге, и первый ворвавшийся Кот
получил в бедро фут стали.
Ламорак был хорошим мечником и потому сумел совладать с ногой и восстановить
равновесие прежде, чем следующий Кот скользнул мимо упавшего товарища. Но пока
Ламорак возвращал меч в позицию, еще один Кот ввалился в окно позади него и сильно
ударил его в спину. Ламорак упал на пол, однако не выронил меч и покатился на спине,
целясь по ногам ближайших Котов. Он молчал - говорить было нечего. Молча и
отчаянно боролся он за свою жизнь.
Лезвие меча отскочило от одной ноги, не порезав ее. Меч зазвенел и завибрировал в
руке Ламорака. Нога в серой коже осталась неподвижной - нога в плотном бархате,
который был когда-то красным, однако теперь выцвел до оттенка старой крови. Ламорак
задохнулся и на мгновение ослабил хватку. Не успел он снова пошевелить мечом, как
тяжелый ботинок опустился на его руку, а второй такой же пнул в угол меч.
Ламорак безнадежно поднял глаза. С его лица исчезло даже мрачное намерение
жить.
- Берн... - пробормотал он. - Берн, не надо...
- Молчать! - приказал граф. В его голосе смешались удовольствие и угроза. - Я
слышал, какой фокус ты проделал с мастером Аркадейлом.
Берн потянулся за плечо и достал из ножен Косалл. Его тонкий звон холодом
отозвался в животе Ламорака. Берн закрутил мечом в воздухе.
- Кстати, я так и не поблагодарил тебя за этот подарочек. Я неплохо сделал твою
бешеную девку - размазал ее кишки по всему Рыцарскому мосту. Надеюсь, ты был не
слишком к ней привязан.
Он поднял меч, нацелив острие в пах Ламораку.
- Как думаешь, если я его уроню, его магический заряд кончится раньше, чем он
отхватит тебе яйца?
- Берн, постой, Берн...
- Заткнись! Некогда мне возиться с твоим мышиным хвостиком. Мне нужен Кейн.
- Берн... - снова взмолился Ламорак.
Однако граф не стал его слушать. Он с легкостью занес меч, плашмя опустил его на
губы Ламорака и оставил так. От звона клинка у актера заныли зубы, а в ушах засвистело,
словно при штормовом ветре.
- Отнесите этот мешок дерьма в мой дом - нет, постойте. Если он может драться,
значит, сумеет и ходить. Проводите его и заприте в комнате. Позже я с ним разберусь. -
Он посмотрел вниз на Ламорака, и его губы прорезала циничная ухмылка. - М-да,
разберусь. А если он попытается заговорить с вами, убейте его.
Берн сжал губы и издал непристойный звук.
- Мне плевать, что с ним будет, если только он не успеет остыть к моему
возвращению.
Граф вернул Косалл в ножны и пошел к двери прежде, чем Ламорак нашел слова,
чтобы остановить его. Проходя мимо Кота, который сидел на полу и зажимал раненое
бедро, Берн уронил:
- Перо, перевяжи Финну ногу, пока он не истек кровью.
С этими словами он вышел.
Остальные Коты отделались легкими царапинами - их ножи устояли против слабых
ударов меча Ламорака. Не обращая внимания на сочившуюся кровь, Коты уколом клинка
заставили Ламорака подняться, и он пошел к двери, припадая на раненую ногу. Он
страдал от невыносимой боли и вдохнул, чтобы заговорить - просто, без всяких
заклинаний, попросить солдат передать Берну, что на самом деле все было не так...
- Не вздумай, - сказал шедший сзади Кот и подкрепил свою угрозу уколом меча,
достаточно сильным, чтобы срезать кусочек кожи с бедра. - Начнешь говорить - не
дойдешь до реки, понял?
Ламорак хотел было ответить, но осекся и покорно кивнул. Затем, пошатываясь
после очередного укола, стал спускаться по лестнице.
Король Канта, наряженный в модный колет прорезного бархата и атласные
панталоны серебристо-серого цвета, пробивался сквозь толпу, окружавшую яму для
метания костей в "Чужих играх". Одна его рука лежала на богато изукрашенной рукояти
свисавшего с пояса меча. Король изо всех сил пытался протолкнуться, натыкался на чьито
плечи и, наконец, смог насладиться видом прекрасного стола из орехового дерева,
инкрустированного светлым кленом, который поблескивал золотом под несколькими
слоями полировки.
- Неплохо, - пробормотал себе под нос король. - Интересно, где она взяла новый
стол так быстро? Я слышал.
Кейн разнес ее старый стол.
- Это и есть старый стол, - прошептал голос у него над ухом.
Никто из толпы вокруг ямы не мог бы услышать этот голос, и ни один человек в яме,
в любом баре, на сцене или за столом не мог увидеть говорившего.
- Я уверен, что это магия, - прошептал Аббал Паслава, который крался вслед за
королем Канта, укрывшись Плащом и надев пару хрустальных очков Истинного видения,
позволявших отличить иллюзию от действительности. - Все вокруг заколдовано,
поэтому я не боюсь, что кто-нибудь заметит мой Плащ. Весь этот зал, все здание
постоянно притягивает Силу. Здесь все выглядит не так, как на самом деле.
- Хм, - проворчал король с мрачной ухмылкой. - Все, включая посетителей.
Лунный свет не проникал в зал - здесь не было окон, дабы ничто не напоминало
игрокам о быстротекущем времени, однако сквозь дверь виднелись красные отблески
пожаров. В "Чужих играх" было полно народу, несмотря на волнения и бои,
вспыхивавшие то в одном, то в другом районе города. Хорошо одетые жители Южного
берега стояли бок о бок с немногочисленными трудягами из Рабочего парка; для
некоторых из них выпивка и игра были важнее всего, важнее даже безопасности.
Мятеж не ослабил привлекательности подобного времяпрепровождения, напротив,
добавил определенную остроту каждому броску костей или хлопку карты. Все посетители
смеялись чуть громче, а говорили чуть больше обычного. То тут, то там внезапно
возникали группы танцоров, так же внезапно распадавшиеся, Схватки на улицах
придавали этому вечеру праздничную атмосферу, сладостную нотку, как будто ничто,
происходившее здесь сегодня, не могло иметь отношения к повседневной жизни. Казино
казалось посетителям островком удовольствия в кровавой холодной пустыне ночи.
Всюду мелькали лица, которые король Канта видел впервые. Он прикинул их общее
количество - получилось около пятидесяти человек. Пятнадцать из них были
переодетыми охранниками Кайрендал.
Король неторопливо подошел к стойке бара, положил руку на блестящую
полировку.
- Жаль, что я никогда не бывал здесь раньше, - пробормотал он. - Здесь неплохо
расслабляться - так, изредка.
- Жаль, - прошелестел голос за спиной.
- Очень жаль. Что имеем - не храним... И знаешь еще что? Я очень хотел бы
познакомиться с Кайрендал. Надо было нанести ей визит раньше.
- Сейчас уже поздно.
- Точно.
Король кивнул бармену, невысокому худощавому эльфу неопределенного возраста
- этим отличалась вся их братия. Эльф смешивал напитки и отмерял наркотики с такой
скоростью, словно у него была пара-тройка лишних рук. Эльф пытливо посмотрел на
короля, чуть нахмурив едва заметные брови. Потом живо подбежал к нему с выражением
вежливого интереса на лице.
- Он тебя видит? - тихо спросил король.
- Нет, - прошептал в ответ Паслава. - Он может видеть только завихрения Силы
вокруг вас. Он поймет, что тут замешана магия.
- Ну и ладно, это не секрет, - молвил король. Бармен непринужденно облокотился
на стойку, изобразив профессиональную улыбку.
- Вы у нас впервые, сэр? Король кивнул.
- У вас наметанный глаз
...Поділитися у соцмережах
