Жанр: Фантастика
Ключ от кеплиан
...я
увеличивал грозящую им
опасность. Они отправились дальше, но прежде на всякий случай разбили несколько
кресел и сделали
запас факелов. Занавеси на окнах оставили широко распахнутыми и даже связали их.
Если догадка
Джеррани правильна, факелы им больше не понадобятся.
Похоже, он не ошибся. В коридорах, которым, казалось, нет конца, теперь
было светло. И все это
время созданная ими связь с Ромаром ощущалась все сильнее.
В конце концов Маурин остановилась:
- Я чувствую, что Ромар где-то совсем рядом.
- Дальше пойдем гуськом, - распорядился Джеррани. - Если там есть
опасность, пусть лучше с
ней столкнется один из нас. - Он вытащил меч и добавил, обращаясь к жене: - Я
войду первым,
потом Элири, потом ты.
Никто не успел даже слова сказать, как он неслышными шагами направился к
двери, которая
виднелась за плавным поворотом коридора. Она была огромная, с двойными
деревянными створками,
украшенными резьбой и инкрустацией, на которых танцевали, охотились, любили и
шутили друг с
другом маленькие фигурки.
Одна из них привлекла внимание Элири. На крошечном личике, пока она
наблюдала за ним,
явственно проступило выражение любопытства. Безумный порыв охватил девушку. Она
усмехнулась и
прижала палец к губам. Крошечная головка кивнула, крошечный палец в свою очередь
прижался к
крошечным губкам.
Джеррани надавил на дверь, но она не подалась. Может быть, ее мешает
открыть засов,
задвинутый изнутри? Он поднял меч, и все крошечные фигурки отступили с
испуганным видом. Элири
схватила Джеррани за руку и потянула назад.
- Постой. Дай-ка я кое-что испробую. Он кивнул и отступил. Элири вскинула
руки и начертила в
воздухе руны: древние знаки предостережения и защиты, точно такие же, как те,
которые охраняли от
непрошеного вторжения в каньон. Миниатюрные люди сначала сгрудились, а потом
разбежались в
разные стороны, напряженно и выжидательно поглядывая на ее друзей.
- Нарисуйте в воздухе руны вашего замка, - подсказала Элири.
Маурин так и поступила, вслед за ней то же самое сделал Джеррани. Крошечные
фигуры
посовещались. Девушка, которая улыбалась Элири, выступила вперед, подняла руки и
сознательно
медленно, чтобы они смогли разглядеть, сплела свои знаки охраны и защиты. Но это
было еще не все.
Крошечные ручки поднялись снова. Некоторые из маленьких людей попытались
остановить ее, но
другие удержали их от этого.
Три раза она нарисовала в воздухе древние руны открытия. По ее сигналу трое
людей, стоящих
перед дверью, повторили их. Потом еще раз и еще. Когда руки Элири задвигались в
девятый раз, она
почувствовала, что сила, точно волна, накатила и ударила в дверь. Ее створки
истончились,
превратившись в мерцающий голубой дым, но прежде чем они полностью исчезли она
увидела
крошечную фигурку, поднявшую руку в жесте прощания.
Подумать только! Крошечные люди сознательно принесли себя в жертву,
позволив им пройти, -
и погибли, сделав это. Элири, задрожав от ярости, ринулась вперед. Фигура,
сидящая за захламленным
столом, повернулась, широко распахнув глаза от ужаса и изумления, вызванного
появлением девушки.
Разглядывать очередного монстра было некогда. Меч сверкнул и опустился. Тварь
отвратительно
заквакала, . попыталась одной рукой защититься и упала замертво.
Но тут из другой двери хлынула толпа точно таких же тварей. Элири
содрогнулась. Они
представляли собой жуткую помесь человека и жабы. Что, однако, не мешало им быть
скверными
воинами - это девушка поняла, когда началась схватка. Справиться с ними не
представляло особого
труда. Засверкали мечи, рассекая уродливые тела, и очень скоро последний монстр
пал. Не
задерживаясь, Элири бросилась к той двери, откуда они появились, рывком открыла
ее и ворвалась
внутрь следующего помещения.
Теперь перед ними оказался человек. Человек? Не совсем человек. Красивое
лицо, но глаза
мерцали красным огнем, а пропорции тела были не вполне человеческими. И все же
он выглядит совсем
неплохо, должна была признать Элири. Приземистая фигура - самое большее, пять с
половиной футов,
- но прекрасная мускулатура и гибкие движения. Красоту его лица портили мясистые
губы и
холодность взгляда. Вокруг рта уже начали появляться небольшие складки,
продающие ему выражение
раздражительности. Это было лицо человека, который очень высоко ценил себя и был
склонен потакать
своим капризам и желаниям.
Он был одет в одежду из гладкого шелковистого материала, задуманную и
скроенную таким
образом, чтобы выставлять напоказ гибкость и силу, и впереди открытую почти до
талии. Элири не
смогла бы точно сказать, что именно было неправильно в его фигуре; возможно,
слишком длинные
руки, а ноги, напротив, слишком короткие. Он стоял, внимательно разглядывая
вошедших, которые
удивленно воззрились на него, и одно казалось Элири совершенно бесспорным: этот
человек вызывал у
нее ощущение, как будто она в темноте наступила на что-то осклизлое. Больше
всего в этот момент ей
хотелось выразить ему свое отвращение, повернуться и уйти.
Ярко-красные губы раскрылись:
- О, стоило ли прикладывать столько усилий, забираться так далеко - и все
без толку? Не
думаете же вы, что я вот так запросто, только потому, что вам этого очень
хочется, возьму и отпущу
того, кого вы ищете? - На его лице появилось выражение самодовольства и злобы. -
И все же, хочу
сообщить на случай, если кто-то из вас готов прийти ко мне по доброй воле. Я
могу быть
великодушным... очень великодушным. - Он выжидательно смолк, но не получил
ответа. - Нет?
Тогда я буду относиться к вам как к незваным гостям. Если вы уберетесь отсюда
немедленно, я,
возможно, и не призову на ваши головы Тьму.
- Мы здесь и, значит, уже встретились с Тьмой, - отрезала Маурин.
- Я могу предложить вам и другой выбор...
- Нам уже предлагали и не один. Мы отвергаем любой из них, - ответила
Маурин.
- Я могу убить того, за кем вы пришли. Какая вам от этого будет польза?
- Смерть освободит его. Какая тебе тогда будет польза от него?
Его лицо исказилось от гнева.
- Раз так, сражайтесь и умрите, пешки Света! Его ладони сошлись в
единственном, отдавшемся
эхом хлопке, звук которого подобно грому раскатился по комнате. Внезапно они
оказались в каком-то
другом месте и, выбросив руки, уцепились друг за друга. Заняли боевую позицию -
спина к спине,
мечи наготове. Даже впоследствии Элири не могла бы сказать, то ли их глаза
быстро адаптировались к
сумрачному освещению, то ли там был все-таки какой-то источник света. Факт тот,
что, хотя все вокруг
утопало в тенях и полумраке, друзья с каждым мгновением видели все лучше и все
дальше.
- Где мы? - голос Маурин слегка дрожал. Джеррани пожал плечами:
- Не знаю. Может быть, в месте, придуманном этим лордом Тьмы, а может быть,
и в реальном
мире. Но мне припоминается рассказ Лормта о теневом мире, который пребывает
наполовину в нашем,
а наполовину в нигде. Только те, целостность чьих личностей не нарушена, могут
вернуться оттуда. Помоему,
очень подходящее место для того, чтобы без хлопот удерживать дух Ромара в
заточении. Если
его тело лежит где-то в другом месте, а дух здесь, то из этой ловушки ему не
выбраться. Он не может
покинуть этот мир, не может пересечь его границу и вернуться обратно.
Маурин сердито сказала:
- Неудивительно, что он забросил нас сюда. И что делать?
На лице Элири возникла улыбка - из тех, от которых любому ее врагу
сделалось бы не по себе.
- Это он так шутит. Мы ведь собирались найти Ромара, освободить его и
вместе с ним вернуться
домой, верно? Но Ромар не может выбраться отсюда. Не сомневаюсь, что, по мнению
этого так
называемого лорда, получается очень забавно.
- Тогда почему ты улыбаешься? - удивился Джеррани.
Пальцы Элири прикоснулись к кому глины под кольчугой. Кинан научил ее
многим заклинаниям,
и все время, пока она жила в Эскоре, ее дар становился все действенней. Сейчас,
в результате тех
испытаний, которые выпали на ее долю, все это - и знания, и медленно, но верно
возрастающая сила
- сплавилось в единое целое.
- Давайте найдем Ромара, - ответила она. - А там посмотрим. Может быть, я и
сумею сделать
так, чтобы он смог покинуть этот мир теней. - Девушка отмахнулась от
посыпавшихся на нее
вопросов. - Давайте сначала найдем его, если сможем, и попытаемся выбраться
отсюда. Разговоры
отложим на потом.
Джеррани кивнул:
- Тогда прежде всего нужно решить вопрос о том, в каком направлении
двигаться. Наша
мысленная связь с Ромаром еще существует?
Последовало короткое молчание, во время которого они проверяли, так ли это.
Ощущение связи
пока не исчезло. Джеррани быстро шагал впереди, направляясь в сторону ряда
низких холмов.
Женщины почти бежали вслед за ним, обшаривая взглядами местность. Друзья
продирались сквозь
заросли колючей ежевики, когда внезапно их внимание привлек негромкий крик.
Маурин двинулась в
сторону звука и через некоторое время опустилась на колени.
- Смотрите, он не может выбраться.
Она протянула руки, собираясь помочь, но Элири рывком оттащила ее назад.
- Подожди. Может быть, это очередная ловушка.
Девушка вытащила кинжал, серебро засияло в сумеречном свете. С его помощью
она осторожно
раздвинула кусты ежевики, чтобы запутавшееся в них существо смогло выбраться
самостоятельно.
Когда это произошло, Элири протянула ему лезвие.
- Прикоснись к нему, если ты не служишь Злу.
Существо подчинилось и тут же стало как будто крупнее, превратившись в
человека - или когото,
очень похожего на него, - лишь чуть-чуть ниже ростом, чем его спасители.
- Я признаю долг по отношению к Свету. Вам нужна помощь? Я могу что-нибудь
сделать для
вас?
Они внимательно посмотрели на него. Прикоснувшись к серебряному лезвию, он
вырос. Это был
мужчина, но не совсем человек. Глаза круглые, уши длинные, с чем-то вроде
меховых кисточек на
концах, а руки трехпалые, похожие на обрубки.
- Ты родился в этой стране? - спросил Джеррани.
- Да. Но я не принадлежу Тьме и это место тоже. Оно доступно и для Тьмы, и
для Света. - Он
нахмурился. - Хотя нам не нравится, когда сюда вторгаются и те, и эти. И в
особенности, если кто-то
из них оказывается сильнее. Мы предпочитаем мир.
Маурин кивнула.
- Как ты оказался в ежевике?
- Потому что сила опять вмешивается в нашу жизнь, - негромко, но гневно
ответил он. - Меня
поймали в ловушку - для того, чтобы я, в свою очередь, заманил в ловушку вас. Но
я не захотел делать
этого. Вы видели, что мне ничего не стоит прикоснуться к серебру. Я не
принадлежу Тьме и не допущу,
чтобы она использовала меня. Доверьтесь мне, и я отведу вас к тому, кого вы
ищете. Ногами идти
пришлось бы долго, но я могу сделать так, что наше путешествие продлится не
дольше вздоха. - Он
замолчал, выжидая.
Маурин глубоко вздохнула и, прежде чем кто-либо успел помешать ей, шагнула
вперед, протянув
ему руку.
- Это мой брат находится в заточении. Я доверяю тебе. Отведи нас к нему и
помоги освободить
его. Или, по крайней мере, не мешай нам в этом.
Человек улыбнулся ей. Все трое ухватили его за руки и крепко сжали их. На
мгновение мир вокруг
исчез, послышался громкий хлопок, и они оказались на берегу черного озера.
Черная как смоль вода
струилась у самых ног.
- Куда теперь? - Джеррани окинул взглядом берег озера.
Трехпалая рука поднялась, указывая направление. С трудом вытаскивая ноги из
рыхлого черного
песка, они медленно побрели в сторону небольшого мраморного здания,
прилепившегося к низкому
склону.
Дверь была изнутри заперта на задвижку, но Джеррани просунул под нее кинжал
и нажал изо всех
сил. Запор не устоял, и дверь медленно отворилась.
В большом резном кресле неподвижно сидел человек, крепко обвязанный цепями.
Это был Ромар,
без сомнения. Но не тот изящный, красиво одетый брат-по-мечу, которого помнил
Джеррани. И не тот
счастливый, веселый брат, которого никогда не забывала Маурин. Именно Элири
оказалась той, кому
его теперешний облик был знаком лучше всех. Она посмотрела в измученные,
тоскующие глаза,
решительно шагнула вперед и взяла его холодные руки в свои.
- Вот мы и встретились, Ромар. Мы пришли, чтобы забрать тебя домой.
Когда их руки сблизились, свет, вспыхнувший в его глазах, внезапно проник
ей в самую душу.
Вначале она жалела Ромара за то, что он оказался в рабстве. Потом стала
переживать за него как за
друга. И в конце поняла, что без этого человека ее жизнь окажется неполной.
Боги, как он страдает! Она
освободит его или умрет. Элири отошла в сторону, чтобы не мешать Маурин и
Джеррани, которые
кинулись к Ромару. Маурин изо всех сил старалась сохранить спокойствие, но слезы
медленно
струились по ее щекам. Первый шаг был сделан. Они нашли того, кого так долго
искали.
18
Маурин провела руками по цепям.
- Не вижу замка. Как они запираются? Джеррани начал ощупывать одно звено за
другим.
Он кружил, кружил вокруг кресла, на котором сидел его друг, и в конце
концов, удивленно
посмотрел на них.
- Тут нет замка. Эта цепь не имеет концов.
- Проклятье! - взорвалась Элири. - Ее же как-то надели; значит, должен
существовать способ
и снять.
Пленник горько улыбнулся:
- Да, если исходить из того, что у моего господина могло возникнуть желание
сделать это. Но
ему нет нужды снимать цепь. Он же собирался использовать меня, пока я не умру.
Но в жилах Элири текла кровь людей, для которых не существовало
неразрешимых проблем -
только ненайденные решения. Она прикоснулась кинжалом к цепи, и та стянулась еще
плотнее, так что
Ромар начал задыхаться. Стоило убрать кинжал, и цепь ослабела снова.
- Ромар, эта цепь создана лордом Тьмы и, значит, целиком принадлежит Тьме.
Вот почему она
так реагирует на серебро. У нас есть и другие вещи, созданные Светом, но эта
цепь сильнее любой из
них. - Девушка замолчала, раздумывая. Может быть, их проводник сможет помочь? -
Что сильнее
Тьмы?
- Любовь, - ответило это удивительное создание.
- Ценой чего можно купить свободу?
- Ценой жертвы.
Элири наклонилась вперед, не давая ускользнуть его взгляду, что он все
время норовил сделать. -
Как можно разрушить цепи, чтобы пленник оказался на свободе и уцелел?
- С помощью того, что есть у каждого из вас.
И тут внезапно пришло понимание - точно отдернули занавеску и показалось
солнце. Взмахнув
кинжалом, девушка полоснула себя по руке. Кровь закапала на цепь. На мгновение
та сжалась - и с
такой силой, что было почти слышно, как трещат ребра Ромара. Потом оковы Тьмы
ослабели и стали
таять, превращаясь в дым, в ничто. Протянув руки, Элири помогла Ромару встать и
сделать один
неверный шаг вперед. И тут же он оказался в ее объятиях, а его сестра и брат-помечу
окружили их,
поддерживая обоих.
Его лицо оказалось совсем рядом.
- Тсукуп?
- Она самая.
Элири смеялась и плакала одновременно. Ромар пальцем подцепил одну
слезинку.
- Слезы из-за меня? Нет, сейчас не время плакать. - Он крепко обнял ее. -
Вы трое сделали
невозможное. Давайте попробуем довести дело до конца и посмотрим, не удастся ли
нам выбраться
отсюда.
- Я могу доставить вас в любое место нашего мира, но вы должны точно
указать, куда именно, -
предложил их проводник.
Джеррани первым понял, что он имел в виду.
- Доставь нас четверых к воротам, откуда мы сможем вернуться в свой
собственный мир.
Едва они прикоснулись к протянутым трехпалым рукам, как все исчезло. Потом
в головах у них
прояснилось. Пошатываясь, они стояли на равнине, поросшей невысокой тонкой
травой. Впереди
клубился туман, и время от времени сквозь его толщу проступало плохо различимое
сооружение серого
цвета. Что-то вроде арки, сложенной из выветрившихся каменных блоков, по которым
расползались
пятна лишайника.
Маурин повернулась к проводнику и встретилась с ним взглядом.
- Я благодарю тебя, добрый лорд этого мира. За мужество и помощь. Есть чтото,
что мы, в свою
очередь, можем для тебя сделать? Твоя помощь оказалась бесценна для нас и не
идет ни в какое
сравнение с такой малостью, как освобождение из зарослей ежевики.
После недолгого колебания он кивнул и перевел взгляд на кинжал, мягко
мерцающий у ее пояса.
Маурин сняла кинжал и сначала протянула ему ножны.
- Это оружие Света я по доброй воле дарю тебе. Пользуйся им с честью.
Надеюсь, он послужит
тебе так же хорошо, как до сих пор служил мне.
Маурин вручила ему кинжал. Как только оружие снова оказалось в ножнах,
человек низко
поклонился каждому из них, вприпрыжку побежал по затянутой серыми тенями равнине
и растаял
вдали. Возникло впечатление, что по дороге его фигура стала изменяться снова.
Они удивленно
переглянулись.
Для Элири он предстал в виде быстро убегающего койота, который оглянулся и
посмотрел на нее
со смешинкой в глазах. Она не знала, что видели другие, но в сердце своем
улыбнулась. У обманщика
много обличий, как любил повторять Фар Трейвелер. Ну так что? Они поступили с
ним честно, он тоже
обошелся с ними хорошо. Все произошло так, как должно быть и как рассказывается
в легендах.
Потом внимание всех переключилось на ворота. Они неясно вырисовывались
сквозь туман, серые,
массивные и... недоступные для них. По ту сторону древней арки тоже не было
видно ничего, кроме
тумана.
- Ну, будем мы возвращаться? - Голос Ромара звучал так, как будто он был
почти счастлив.
- Мы можем сделать это; ты - нет. - Маурин не смотрела на него. - Нам
объяснили, что здесь
находится лишь твой дух, а чтобы пройти через эти ворота, нужно иметь и дух, и
тело.
Он беспомощно посмотрел на них:
- Значит, я должен остаться здесь?
И тут до Элири дошло. Так вот для чего предназначалась эта глина из
каньона! Она быстро
побежала от куста к кусту, нарвала листьев, вытащила кинжал и отрезала кусок от
своей туники.
Первым ее понял Ромар. Он кивнул, взял у нее кинжал, отрезал прядь своих волос и
прилепил к комку
глины.
Элири свила из травы тонкий жгут и с его помощью скрепила между собой
отдельные части
"наряда". Закончив, натянула его на глиняное "тело" и подняла его вверх,
показывая всем. Фигурка
была одета в кожаную тунику и штаны, с пояса свисал крошечный кинжал, грубовато
вырезанный из
серебряного дерева.
- И нужно добавить что-то от каждого из нас, - сказала Элири, выдавила на
глиняную фигурку
несколько капель крови из разреза, который она нанесла себе раньше, и провела
кинжалом по всей его
длине.
Маурин отрезала длинную прядь своих волос, Джеррани плюнул на глину, то же
самое сделал его
брат-по-мечу. Элири кивнула и поманила Ромара:
- Не выпускай эту штуку из рук, что бы ни случилось. Веди нас, Джеррани.
Держа меч наготове, он зашагал сквозь ворота. За ним шел Ромар, по бокам от
него - женщины,
бросая по сторонам настороженные взгляды. Свет полыхал вокруг них, точно
ослепляющая аура, жар
иссушал, холод обжигал. Их било и бросало из стороны в сторону. Женщины крепко
держали Ромара за
руки, хотя от этих усилий у них заболели пальцы: казалось, будто какая-то сила
все время норовила
вырвать Ромара из их рук.
Потом все закончилось. На каменном полу в большом зале стояли, покачиваясь,
три человека. Над
ними развевались знамена. Маурин закричала:
- Ромар! Ромар! Он не прошел с нами.
Элири наклонилась и подобрала глиняную фигуру.
- Прошел, разве ты не понимаешь? Теперь нам остались сущие пустяки -
покончить с лордом
Тьмы, вернуть дух Ромара, заключенный в этой фигуре, в его тело и отправиться
домой. - Она устало
вздохнула. - Можно сказать, всего ничего.
В ответ послышался смешок, в котором чувствовались истерические нотки - все
лучше, чем
громкий протест. Глиняная фигурка в руках Элири задвигалась. Она поставила ее на
пол, и та тут же
двинулась вперед.
- Куда он идет?
- Ищет свое тело, надо полагать. Он связан с ним сильнее, чем любой из нас.
Они медленно пошли вслед за фигурой. В коридорах было светло, на стенах при
их приближении
вспыхивали руны. Маленькая фигурка неутомимо двигалась вперед, но Маурин уже
заметно устала, и
друзья пошли медленнее. Взгляд из окна, мимо которого они проходили, подсказал,
что в стране теней
они не потеряли ни мгновения. Сейчас время двинулось снова, хотя и медленнее,
чем снаружи. Если
судить по положению солнца, они проникли внутрь Башни не больше двух часов
назад, хотя им
казалось, что с тех пор прошли дни, Всех терзали голод и жажда, сухие языки
беспрестанно облизывали
пересохшие губы.
Но вот крошечная фигурка побежала и остановилась перед запертой дверью.
Элири застонала.
- Еще одна дверь! Что нам придется сделать на этот раз, чтобы ее открыть?
Джеррани собрался было ответить, но внезапно тяжелые деревянные створки
задрожали. Дверь со
скрипом отворилась, из комнаты хлынул красноватый свет.
Глиняная фигурка стремительно пронеслась мимо Элири. За длинным широким
столом,
откинувшись на спинку великолепного резного кресла, сидел хозяин Башни, а рядом
с ним - Ромар, с
понурым лицом и обмякшим телом. Элири успела заметить, что глиняная фигурка
спряталась под
столом лорда Тьмы. Взгляд лорда притягивал Элири, она медленно двинулась в
сторону стола. В это
время фигурка перебежала и спряталась за креслом. Горящие, красные, как угли,
глаза лорда поймали
взгляд девушки, не позволяя ей отвести его.
- Женщина, ты слишком злоупотребляешь моей добротой. Придется применить
более сильные
средства, чтобы избавиться от непрошеных гостей.
Он произнес сковывающее слово. Маурин и Джеррани, которые задержались в
дверном проеме,
замерли неподвижно. У Элири же возникло ощущение, точно все ее тело стянуто
цепями.
Она должна выиграть время. Время, необходимое для того, чтобы дух Ромара
успел
воссоединиться с телом. Девушка зевнула:
- Зачем впустую тратить силы, сражаясь с тем, кто может стать союзником,
лорд? Я пришла
сюда из далеких мест, но земля тут бесплодная и жизнь на ней нелегка. У меня
мало что есть, а у когото
наверняка побольше. Что могущественный лорд предложит тому, кто может
оказаться ему полезен?
На его лице внезапно возникло выражение заинтересованности.
- Ты не из этого мира. Ты прошла через ворота?
- Да.
Он кивнул, задумчиво откинувшись назад.
- Тогда понятно, почему с тобой так трудно справиться, женщина. Мысли в
твоей голове
движутся не теми путями, что в наших. У тебя другие боги, странные
представления. Но я могуч. Не
вздумай бросить мне вызов.
- Не буду. Пока... - Последнее слово она пробормотала себе под нос. - Я
просто хотела бы
знать, чем такой человек, как я, может быть полезен тебе.
Он задумался. Уголком глаза Элири видела, как глиняный манекен карабкается
на кресло Ромара.
Внезапно ее внимание отвлекло странное ощущение - чего-то знакомого, близкого...
Вот оно что!
Элири прикладывала титанические усилия, чтобы на ее лице не отразилось ничего.
Друзья пробрались
внутрь Башни и теперь шли им на помощь. Мимолетное ощущение их присутствия
сменилось
уверенностью.
Лорд Тьмы по-прежнему был погружен в глубокие раздумья. Эта женщина может
оказаться самой
полезной из них. Такая силища! Его планы быстро и существенно продвинутся
вперед, если он найдет
способ использовать ее. Доверять ей, конечно, нельзя, но, похоже, эти двое
представляют для нее
какую-то ценность. Пока он заставил их только замереть, а может и убить, если
пожелает. Нужно
пообещать ей, что они будут в безопасности, только если она подчинится его воле.
Если откажется,
можно найти и другие рычаги воздействия.
Элири еле заметно повернула голову. Мощь лорда Тьмы все еще удерживала
Джеррани, но,
встретившись с ней взглядом, он затем перевел его на дверь. Значит, тоже
чувствовал, что помощь
приближается. Девушка снова посмотрела на кресло, в котором сидел Ромар.
Глиняный манекен на
мгновение мелькнул перед глазами, но тут же, забравшись на спинку кресла,
спрятался за воротником
плаща, в который был одет Ромар. Хорошо. Теперь, если только удастся отлечь
внимание хозяина
Башни хотя бы на несколько мгновений, у них, возможно, появится шанс
Снаружи копыта глухо забухали по каменному полу, приближаясь к дверям.
Элири не спускала
взгляда с лорда Тьмы. Он допустил в отношении нее одну небольшую ошибку. Хотя он
сам сказал, что
она другая, и убедился, что его силы недостаточно, чтобы - полностью сковать и
ее, он все еще не
понимал, каким образом может справиться с ней.
Она сфокусировала свое сознание, сжала его в узкий луч, направленный прямо
в сторону тех, кто
шел им на помощь:
"Задержитесь! До тех пор, пока я не подам знак".
Стук копыт за дверью смолк. Углубившись в свои мысли, хозяин Башни не
замечал ничего. С
какой стати? Он был адепт, пусть далее испорченный гордостью и тщеславием, и на
его памяти не
случалось такого, чтобы кто-то оказался способен сопротивляться его приказаниям.
В конце концов,
однако, он поднял голову и пристально посмотрел на Элири.
Девушка сделала движение рукой, которое привлекло его внимание. Кровь! Она
ранена. Нужно
воспользоваться этим и скрутить ее прямо сейчас, не сходя с места и не давая
никаких глупых
обещаний. Раздувшись от гордости, он сидел, собирая всю свою силу, чтобы нанести
удар.
И вспоминал день, когда стоял в каньоне. Неимоверные усилия, которые
пришлось прикладывать,
чтобы выбраться оттуда, отняли последние силы, высосали жизненные соки,
уничтожили его. Правда,
умерло только тело. И все же сменилось немало поколений, прежде чем неподалеку
от его
местопребывания оказался незадачливый охотник, а лорд сумел накопить достаточно
силы, чтобы
завладеть его телом как пристанищем для своего бездомного духа. Но все время,
пока он ждал, его
горечь и ненависть росли. Когда-то он был просто адептом, потом стал адептом
Тьмы. Потом всего
лишь бестелесным духом, воющим на ветер. С обретением нового тела его сила стала
расти - а вместе
с ней и злоба. И все же он не желал делать выводов из уроков, полученных в
прошлом. Более того, он не
желал замечать, что его сила была лишь тенью того, чем он обладал прежде.
Он смотрел в лицо Элири, а его разум нашептывал предостережения. Но он
самоуверенно отмел
их. Как! Разве не он боролся в свое время с другими адептами, которые считали,
что следует опасаться
пришельцев из других миров, где жили совсем иные люди? Он завладеет духом этой
женщины,
подчинит его своей воле. Использует ее силу - и этих дв
...Закладка в соц.сетях
