Жанр: Фантастика
Старое Королевство 1. Сабриэль
... охвачено пламенем, его желто-красные языки
танцевали под густым белым дымом, полностью закрывшим то, что еще оставалось от корабля.
Сабриэль почувствовала запах Свободной магии, противоестественный, резкий,
будоражащий нервы, врывающийся в сильный запах обычного дыма. Потом она снова увидела
полосы белого огня, которые, расходясь, соединяясь, скручиваясь, образовали сверкающее,
голубовато-белое существо, выступившее из погребального костра.
Сабриэль не могла прямо посмотреть на это существо, но искоса глядя на него из-под
полуприкрытых век, она увидела очертания человека, выше нее ростом, худого, почти
истощенного. У него не было ног, торс и голова удерживались на колоннах крутящегося белого
пламени.
- Свободен, спасен ценою крови! - сказало существо. В этом голосе не было ничего от
голоса Моггета, но в нем таилась скрытая угроза.
У Сабриэль не возникло никаких сомнений по поводу кровавой цены и того, кто ее
заплатил. Собрав последние остатки сил, она вызвала три знака Хартии и бросила их в
существо, выкрикивая их имена:
- Анет! Колью! Феран!
Знаки, слетев с ее губ, превратились в серебряные лезвия, взлетели в воздух, как кинжалы,
и врезались в сверкающую фигуру, - но ничего не произошло.
Существо засмеялось, слегка взвизгивая, будто от боли, и неторопливо поползло вперед.
Его ленивые движения, казалось, объясняли, что ему будет так же легко уничтожить Сабриэль,
как легко было сжечь Бумажное Крыло.
В отчаянии Сабриэль пыталась вспомнить, что она знала об элементах и созданиях
Свободной магии. Отец редко упоминал их, и магистрикс Гринвуд только слегка коснулась
этого предмета. Сабриэль знала связывающие заклинания только для двух слабых созданий
Свободной магии, но то, что стояло перед ней, не было ни Маргру, ни Стилкеном.
- Очнись, Аборсен, - со смехом произнесло существо. - Ты в таком плохом состоянии,
что у тебя вовсе отказали мозги.
- Ты их спас для того, чтобы они вообще перестали работать? - осторожно сказала
Сабриэль.
- Сентиментальность, - ответило существо, все так же медленно двигаясь вперед. Оно
снова рассмеялось и внезапно из него вырвались две темные руки. Они мгновенно дотянулись
до Сабриэль и ударили ее по лицу. - Память освобождается, - добавило существо.
Сабриэль отдернулась назад и выхватила меч, чтобы отразить следующую атаку. В
отличие от серебряных заклинаний-лезвий, меч со знаками Хартии врезался в плоть существа,
но тоже ничего не изменилось.
Из разбитого носа Сабриэль на губы капала кровь. Она пыталась не обращать на это
внимания, думая, что боль заставит ее мозги получше работать.
- Воспоминания, да, множество воспоминаний, - продолжало существо. Оно двигалось
вокруг Сабриэль, подталкивая ее в спину к затихающему костру над Бумажным Крылом. Скоро
он совсем погаснет и наступит темнота.
- Тысячи лет службы, Аборсен. Закованный в цепи благодаря хитрости, вероломству,
взятый в битве в плен, превращенный... Но наступило время расплаты, медленной, медленной
расплаты.
Темные руки снова выбросились вперед, пытаясь схватить Сабриэль за ноги и опрокинуть
ее на землю. Сабриэль вырвалась, взмахнула мечом, целясь в грудь создания. Но меч скользнул
по боку, откуда выскочили другие руки, и когда Сабриэль пыталась отпрыгнуть назад, они
схватили ее за талию и потянули к созданию.
Сабриэль оказалась на дюйм от кипящей, бурлящей плоти. Одна из рук потянула назад
шлем Сабриэль, заставляя ее смотреть вверх на голову создания. Глаза его были как бездонные
дыры, носа не было вообще, рот делил ужасное лицо на две части. В его щели металось
бело-голубое пламя, которое потом превращалось в плоть.
Вся магия Хартии улетучилась из головы Сабриэль. Ее меч был в ловушке, как и перевязь
с колокольчиками.
И в этот момент она вспомнила о кольце. Холодное, серебряное колечко было на
указательном пальце ее свободной левой руки. Но она не знала, что с ним делать. К тому же
голова создания наклонилась к ее голове, шея его невероятно вытянулась, казалось, что над
лицом Сабриэль извивается змея. Рот создания открывался все шире, сверкал все ярче,
распространяя горячие белые искры, которые поджигали лицо и шлем, одежду и кожу
Сабриэль, оставляя крошечные, похожие на татуировку, шрамы. Кольцо свободно крутилось на
пальце Сабриэль. Инстинктивно она повертела рукой, и кольцо стало еще свободнее крутиться
и сползать с пальца, увеличиваясь в размерах. Уже не глядя вниз, Сабриэль почувствовала, что
держит в руке обруч, который больше, шире, чем голова создания. И внезапно она поняла, что
нужно сделать.
- Сначала вырвем глаз, - сказало существо, обдав лицо пылающим дыханием. Оно
разинуло пасть, выставив вперед нижнюю челюсть.
Сабриэль кинула последний взгляд на обруч, крепко зажмурила глаза и вскинула его
вверх, надеясь, что продела в обруч голову создания.
В следующие секунды жар стал невыносимым, стало нестерпимо больно глазам, и
Сабриэль подумала, что потерпела неудачу. Затем обруч вырвался из ее рук, и ее отбросило
назад.
Лежа на холодных камнях, Сабриэль открыла глаза, которые заливали слезы, и
постаралась оглядеться.
Да, ей удалось надеть обруч на шею создания, и он медленно спускался по вытянутой шее
вниз, несмотря на то что создание пыталось от него освободиться. Шесть или семь рук,
торчащих из плеч туловища, пытались просунуть палец между обручем и плотью. Но, казалось,
металл сражался с веществом создания, он обжигал пальцы так же, как горячая сковородка
обжигает пальцы человека. Ладони шести рук плясали вокруг обруча, но не могли
прикоснуться к нему больше, чем на секунду.
Пока создание боролось с кольцом, его руки возникали и исчезали, тело крутилось и
переворачивалось, становилось на дыбы, будто оно хотело сбросить кольцо, как лошадь
сбрасывает наездника.
Затем существо с криком обернулось к Сабриэль и выбросило вперед две длинные руки,
но они не дотянулись до нее, упали вниз и стали скрести когтями камень.
- Нет! - завыло существо и снова кинулось на Сабриэль, и снова его пальцы не
дотянулись до девушки, которая успела отскочить назад.
Серебряное кольцо еще теснее сжало шею существа, и ужасный крик боли, гнева и
отчаяния вырвался из центра пламенно-белого существа. Внезапно его руки исчезли в торсе,
голова втянулась в плечи и все тело превратилось в аморфный мерцающий белый комок с
простым серебряным обручем на середине, где, как капли крови, поблескивали рубины.
Сабриэль уставилась на этот комок, не в состоянии шевельнуться. Она не могла даже
поднять руку, чтобы стереть с лица кровь, запекшуюся около пересохших губ. Ей казалось, что
она чего-то не сделала, что-то еще она должна была совершить.
Она осторожно подвинулась и увидела на кольце знаки Хартии, которые сказали ей, что
нужно сделать. Сабриэль с трудом поднялась на колени и вытащила из перевязи тяжелый
колокол. Ей было трудно поднять Саранет, но она качнула его, и глубокий требовательный
голос разнесся по воздуху.
В ответ на звон Саранета зажужжал обруч, его звучание было таким же по высоте тона, но
слабее. В то же мгновение цвет обруча стал изменяться. Исчезли рубины, только красный
отблеск пробежал по серебру. Вместо серебряного обруча возник красный кожаный ошейник с
маленьким серебряным колокольчиком.
При этих изменениях белый комок задрожал и так ярко засветился, что Сабриэль
пришлось зажмуриться. Когда Сабриэль почувствовала, что сияние пропало, она открыла глаза
и увидела Моггета в красном кожаном ошейнике. Он посмотрел на Сабриэль и что-то
подбросил вверх.
Это было серебряное кольцо, чьи рубины отражали свет, исходящий от кота. Позвякивая
по камням, колечко подкатилось к Сабриэль. Она подняла его и надела на палец.
Сияние, исходящее от Моггета, затухало, а от сгоревшего Бумажного Крыла остались
лишь тлеющие угольки и пепел. Под покровом вернувшейся темноты в Сабриэль снова
поднялся страх. Она тихо сидела, тупо глядя в черноту ночи.
Спустя некоторое время она почувствовала, как ей в руку ткнулся нос Моггета: кот
держал в зубах свечку.
- У тебя из носа течет кровь, - сказал знакомый нравоучительный голос. - Зажги свет,
высморкай нос и вытащи одеяла. Без них нам будет холодно спать.
- Добро пожаловать, Моггет, - прошептала Сабриэль.
ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ
Ни Сабриэль, ни Моггет не стали вспоминать о том, что произошло в предыдущую ночь.
Сабриэль протерла лицо водой из фляжки и вовсе не желала упоминания о ночном кошмаре.
Моггет был тих и, казалось, старался извиниться. Несмотря на то, что случилось позже,
высвобожденная сущность Моггета спасла их от неизбежной гибели.
С рассветом в яме стало светлее. Сабриэль могла бы даже читать, но на расстоянии
двадцати ярдов все тонуло в темноте.
Теперь Сабриэль поняла, что ошиблась. Диаметр ямы был больше, около ста ярдов.
Посреди замощенного пола был сделан водосток. В стенах ямы виднелось несколько входов в
туннели, куда Сабриэль придется обязательно отправиться, хотя бы на поиски воды. Здесь было
холодно, но не так, как около дома Аборсена.
Сабриэль проверила фляжку, в ней еще оставалась вода. Сабриэль, неуклюже нагнувшись,
достала из рюкзака крем из лечебных трав и помазала свои ссадины и ушибы. Нос, очевидно, не
был сломан, только отвратительно распух и был покрыт запекшейся кровью.
Моггет целый час просидел молча, не глядя на Сабриэль, затем, отказавшись от печенья и
сушеного мяса на завтрак, встал и лениво отправился обследовать яму. Сабриэль обрадовалась
тому, что он ушел. Ей до сих пор становилось не по себе от мысли о том, какое ужасное
чудовище прячется внутри этого маленького беленького котика.
Прошло много времени, солнце поднялось высоко, а кот все не возвращался. Сабриэль
стала волноваться. Она с трудом заставила себя подняться и, хромая, двинулась к туннелю, в
котором скрылся кот. Она опиралась на меч, как на трость, и слегка постанывала, когда каждая
ссадина напоминала о себе.
Конечно, как только Сабриэль зажгла свечку у входа в туннель, там появился Моггет.
- Меня ищешь? - невинно спросил он.
- Кого же еще? - ответила Сабриэль. - Ты что-нибудь нашел? Я имею в виду
что-нибудь полезное. Например, воду.
- Полезное? - промяукал Моггет, почесывая спину вытянутой передней ногой. -
Возможно. Во всяком случае, интересное. В том числе и воду.
- Далеко? - спросила Сабриэль, сомневаясь в собственной подвижности. - И что
именно тебя заинтересовало? Какая-то опасность?
- Не так далеко, вдоль по этому туннелю, - ответил Моггет. - Там есть, правда, некая
опасность в виде капкана и еще нескольких мелочей, но тебе нечего их бояться. А вот то, что
действительно интересно - это ты должна посмотреть сама, Аборсен.
- Сабриэль, - автоматически поправила его Сабриэль, задумавшись о том, что ей
предстоит. Она нуждалась в двухдневном отдыхе, не больше. Но каждый потерянный день мог
обернуться непоправимой бедой, ведь ей нужно было срочно найти тело отца.
Мордикант, Теневые Руки, Кровавые вороны - ясно было, что какой-то ужасный враг
ополчился против отца и дочери. Этот враг уже поймал в ловушку отца, значит, это очень
могущественный волшебник или это создание Великой Смерти. Возможно, сам Керригор...
- Возьму рюкзак, - решила Сабриэль, устало двинувшись назад. Моггет крутился около
ее ног, но Сабриэль не обращала внимания на игривое поведение кота.
Как Моггет и обещал, туннель оказался недлинным и идти по нему было легко, однако,
если бы кот не показывал дорогу, Сабриэль споткнулась бы несколько раз.
В туннеле была магическая охрана. Древние, враждебные заклятья лежали, как моль, в
темных уголках туннеля. Они только и ждали, чтобы взлететь, окружить Сабриэль и задушить
ее, но что-то им явно мешало. Несколько раз Сабриэль ощущала прикосновение ко лбу руки
привидения, будто оно хотело стереть оттуда знаки Хартии, а в конце туннеля она увидела двух
посланцев-охранников. Их алебарды блеснули, отражая пламя свечки, прежде чем они
растаяли, слившись со скалой.
- Куда мы идем? - прошептала Сабриэль, судорожно вздохнув, когда перед ними
медленно, сама, без чьей-либо помощи открылась скрипучая дверь.
- В другую яму, - сердито ответил Моггет. - Туда, где Первая кровь. Ах!
У него перехватило дыхание, он зашипел и затем сухо закончил фразу:
- Это интересно.
- Что ты хочешь сказать... - начала Сабриэль, проходя в дверь, но тут почувствовала,
как магическая сила внезапно потянула ее за волосы, за руки, за пальто, за пояс, на котором
висел меч.
Шерсть Моггета поднялась дыбом, и ошейник закрутился вокруг его шеи, а знаки Хартии
ярко засветились на нем.
Они вышли наружу и оказались в другой яме. Неожиданно наступили сумерки, солнце
скатилось за скалистый край ямы.
Эта яма была значительно шире той, где они провели ночь, шириной около мили, а
глубиной в шестьсот-семьсот футов: Несмотря на размеры, вся огромная впадина была затянута
блестящей, тонкой сетью, которая соединялась со стеной, почти вровень с верхним краем ямы.
Сеть была видна не четко, но то, что она существует, и то, что она достаточно крепкая,
подтверждали трупики птиц, запутавшихся в ячейках. На дне ямы росли невысокие деревья и
маленькие кустики, но не эта жалкая растительность привлекла внимание Сабриэль. Между
островками зелени, на вымощенных плитами площадках стояли корабли.
Черные паруса этих баркасов были готовы встретить внезапный ветер, а весла - выгрести
против воображаемого течения. Флаги и штандарты чуть шевелились около мачт и оснастки.
Но Сабриэль не нужно было видеть их развернутыми, чтобы понять, кому принадлежат эти
странные корабли. Как и каждый ребенок в Северной части Анселстьерры, она слышала об
этом месте. Существовали сотни рассказов о сокровищах, приключениях и загадках этого
странного залива.
- Погребальные королевские корабли, - сказала Сабриэль.
Она убедилась в своей правоте, потому что при каждом ее шаге по выходе из туннеля в
воздухе стали взвиваться связывающие заклинания, которые мог наложить только Аборсен.
Никакой другой волшебник не смел находиться рядом с древними правителями Старого
Королевства.
- Знаменитое кладбище Первых королей и королев Старого Королевства, - проговорил,
наконец, Моггет. Он крутился у ног Сабриэль, затем становился на задние лапки и обводил
пространство передней лапкой. В конце концов он бросился в кусты.
- Иди сюда! Тут ручеек! Ручеек! - запел он.
Сабриэль медленно двинулась к нему, не понимая, что привело Моггета в такое веселое
настроение. Ей самой было очень плохо, вся израненная, потрясенная нападением чудовища
Свободной магии, опечаленная гибелью Бумажного Крыла, она не могла веселиться.
На пути к ручейку они прошли мимо двух кораблей. Моггет, пританцовывая, обвел
Сабриэль вокруг этих кораблей, при этом он подпрыгивал, чтобы заглянуть за край бортов, но
они были слишком высокими. Сабриэль остановилась, чтобы разглядеть фигуры на носу
кораблей, это были изображения величественных мужчин. Один казался человеком средних
лет, другой - стариком. Оба были бородаты, с выразительными глазами и в знакомой
Сабриэль одежде, украшенной цепями, медальонами и знаками отличия. Каждый из них держал
меч в правой руке, а в левой свиток - с изображениями геральдической принадлежности к
Хартии.
Третий корабль был другим. Он был короче и не так разукрашен. С простой мачтой, без
черных парусов. По бортам не свисали весла. Когда Сабриэль подошла к ручью, который
вытекал из-под его кормы, она увидела, что планки борта не проконопачены, следовательно,
корабль не был достроен.
Удивленная, Сабриэль сбросила рюкзак около булькающей воды и подошла к носу
корабля. Там тоже была установлена скульптура, она изображала молодого человека,
совершенно обнаженного, с прекрасно проработанными деталями тела.
Сабриэль покраснела так, словно увидела живую плоть, превращенную в деревянную
статую. Она только однажды видела обнаженного мужчину - в книге по анатомии на уроке
биологии. Молодой человек на носу корабля был стройным, с хорошей фигурой, его короткие
волосы тугими короткими завитками плотно прижимались к голове. Его руки красивой,
изящной формы были слегка вытянуты вперед, будто он хотел защититься от какого-то зла.
Сабриэль в смущении посмотрела на искусно вырезанный пенис, затем снова перевела
взгляд на лицо. Оно не было очень красивым, но и непривлекательным его нельзя было назвать.
На этом лице застыло удивление от того, что кто-то совершил или пытался совершить
предательство. В нем также был страх и что-то подобное ненависти. Его почти можно было
принять за сумасшедшего.
Выражение лица молодого человека ужаснуло Сабриэль, оно было таким живым, что надо
было все время напоминать себе: это всего лишь деревянная статуя.
- Слишком похож на живого, - пробормотала Сабриэль, отступив от корабля. Рука ее
опустилась на пояс с мечом, а магическая интуиция завибрировала, чувствуя какой-то подвох
или хитрость.
В действительности не было никакого подвоха, но Сабриэль ощущала что-то странное в
самой фигуре или около нее. Что-то похожее на присутствие привидения, какую-то
загадочность, которую невозможно было определить словами.
Сабриэль еще раз внимательно обследовала фигуру со всех сторон. Теперь она без всякого
смущения стала изучать это мужское тело, его пальцы, ногти, кожу, отмечая, как совершенно
они созданы. Она заметила даже крошечный шрам на руке, очевидно, след от удара мечом или
кинжалом. На лбу молодого человека ясно виделись знаки Хартии, и можно даже было
рассмотреть слабые линии вен на его веках.
Тщательно исследовав статую, Сабриэль пришла к некоторым выводам, но все еще не
решила, как следует поступать дальше. Поэтому она решила найти Моггета. Не то чтобы она
придавала большое значение советам кота, особенно сейчас, когда он демонстрировал
глупейшее кошачье поведение. Может быть, это была всего лишь реакция на события прошлой
ночи?
Снова став котом, Моггет, возможно, испытывал облегчение. Но никакого совета от кота
Сабриэль не получила. Он спал на лужайке среди желтых цветов Около ручья, его хвост слегка
подрагивал, а лапки шевелились, будто он бежал за мышью. Сабриэль посмотрела на
соломенно-желтые цветы, сорвала один, понюхала его и пощекотала им кота за ушами. Затем
вернулась к фигуре молодого человека на носу корабля. Видимо, запах этих цветов сначала
подействовал на кота возбуждающе, а затем усыпил его. Сабриэль поняла, что сама должна
принять решение.
- Итак, - начала Сабриэль, обращаясь к статуе, как адвокат обращается к суду. - Вы,
очевидно, жертва каких-то заклинаний Свободной магии и хитростей волшебника. Ваш дух
сейчас летает между Жизнью и Смертью. Я могла бы пройти в Смерть и найти вас на границе.
Уверена - там меня поджидало бы множество неприятностей. Итак, что же мне делать? Что
сделал бы мой отец Аборсен или любой другой Аборсен на моем месте?
Размышляя об этом, Сабриэль прохаживалась взад-вперед, забыв на время о своих ранах.
Ей казалось, что она поняла свое предназначение. Отец наверняка постарался бы освободить
человека. Для этого он и жил на свете. Долг каждого Аборсена заключался в том, чтобы
исправить неправильное волшебство и колдовство Свободной магии.
Сабриэль прекратила дальнейшие размышления. Возможно, и на нее подействовал запах
желтых цветов. Она даже не подумала, что стоило бы немножко подождать, хотя бы до
следующего дня. В конце концов, этот молодой человек был заточен в дерево много лет назад,
столько же времени душа его была в ловушке у Смерти. И Аборсен не должен немедленно
приступать к исполнению своих обязанностей...
Но впервые с тех пор, как Сабриэль прошла за Стену, она почувствовала, что необходимо
самой принять решение. Несправедливость должна быть исправлена.
И все-таки Сабриэль решила проявить некоторую осторожность, поэтому пошла, взяла
Моггета и положила захмелевшего кота у ног фигуры молодого человека. Она надеялась, что в
случае какой-то физической опасности он должен проснуться. Ведь при пересечении границы
Жизни и Смерти ей предстояли значительные трудности, а еще труднее будет вернуться назад в
Жизнь.
Сабриэль проверила колокольчики, пробежав пальцами по их деревянным ручкам и
чувствуя внутри их голоса. Она вынула из мешочка Ранну. Он был самый незаметный из всех
колокольчиков, легко успокаивающий того, кто его слушал, обманом заставляющий заснуть
или ослабить внимание.
Сабриэль чувствовала себя вполне уверенной, готовой к небольшой прогулке в Смерть и
вполне защищенной этим королевским некрополем. С мечом в одной руке, с колокольчиком в
другой она перешла в Смерть.
Сабриэль охватил холод, и по ногам ударило безжалостное течение, но она не
шевельнулась, она все еще чувствовала со спины тепло Жизни. Она прочно установила ноги
против течения. Ее якорем была связь с Жизнью против реки Смерти.
Казалось, все было спокойно. У ног непрерывно журчала вода, и издали, от Первых
Ворот, доносился равномерный шум. Никто не появился, никакие тени не замаячили в сером
свете тумана. Сабриэль старалась почувствовать, не прячется ли кто-нибудь в засаде, нет ли
хоть малейшего намека на западню. Кроме того, ей надо было ощутить живой дух молодого
человека. Там, в Жизни, она находилась очень близко от него, поэтому и здесь он должен был
быть где-то рядом.
Что-то возникло, но оно было значительно дальше в Смерти, чем предполагала Сабриэль.
Она пыталась это рассмотреть, но серая мгла не позволяла точно определить расстояние.
Скорее всего, оно пряталось под водой.
Сабриэль поколебалась, затем, осторожно ступая, сопротивляясь течению, двинулась
вперед. Она явственно ощущала, что там находится что-то странное, и не сомневалась, что это
- пойманный дух.
Она не обратила внимания на еле слышный голосок в своем сознании, который
предположил, что это может быть злобное создание Смерти, достаточно сильное, чтобы
сопротивляться быстрому течению реки.
И, тем не менее, когда Сабриэль была уже в нескольких шагах от того, чем бы оно ни
было, девушка качнула колокольчик - Ранна прозвенел и вызвал желание зевнуть, вздохнуть,
опустить голову, закрыть глаза и заснуть.
Если там создание Смерти, подумала Сабриэль, оно должно стать неподвижным. И она
наклонилась, опустив руки в воду.
Руки коснулись чего-то твердого и холодного как лед, чего-то совершенно непонятного.
Сабриэль дернулась назад, затем снова наклонилась, и ее руки нащупали плечо. Она двинула
рукой вперед и наткнулась на голову.
Иногда, если дух проводил слишком много времени в Смерти, он становился совсем не
похожим на свое физическое тело, но этот точно соответствовал тому, что существовало в виде
деревянной скульптуры. Смерть его не изуродовала, он сохранился так же хорошо, как и его
деревянное изображение.
Сабриэль ухватила его за руки и вытолкнула из воды. Как дельфин выскакивает из моря,
так мертвенно-бледное, негнущееся тело выскочило из черной реки. Сабриэль отступила назад,
течение забурлило вокруг ног, но ей удалось удержаться и не упасть в воду. Сабриэль потянула
тело обратно в Жизнь. Это давалось ей с трудом. Течение у Первых Ворот оказалось слишком
сильным, а окаменевший дух слишком тяжелым, тяжелее, чем должен был быть дух.
Поглощенная своим делом, Сабриэль не сразу обратила внимание на неожиданное
прекращение шума, который обозначал вход в Первые Ворота. Но за несколько последних дней
она уже научилась быть наготове.
Она внимательно прислушалась и уловила мягкие всплески от чего-то бредущего,
ползущего против течения. Что-то из Смерти хотело поймать ее врасплох.
Несомненно, к ней двигалась опасность. Внутренне ругая себя за собственную глупость,
Сабриэль посмотрела на свою ношу. Она увидела очень тонкий черный шнур, уходящий от
руки духа в воду и потом дальше, в темные пространства Смерти. Благодаря этому шнуру
кто-то вдалеке понял, что дух сдвинулся с места.
Сабриэль слегка ускорила свое продвижение, но не намного, так, чтобы не стало ясно, что
она догадалась о преследовании. Если на нее нападут, она должна бросить дух - и его утащат
прочь, теперь уже навсегда. Какая бы магия ни удерживала дух в этом месте, она не сможет
сохранять его в том же состоянии, если он уйдет за Первые Ворота. Если это произойдет, то
Сабриэль из спасателя превратится в убийцу.
До Жизни осталось четыре шага, три... Преследователь был уже близко, Сабриэль
увидела тень, ползущую под водой. Это, несомненно, был обитатель Третьих или Четвертых
Ворот. Он выглядел как толстый червь, который, извиваясь, полз с большой скоростью.
Два шага... Сабриэль снова перехватила свою ношу, обняв дух левой рукой на уровне
груди, и оперла его о свое бедро. Правая рука освободилась, но Сабриэль все еще не могла
вытащить меч.
Червь начал хрюкать и шипеть, он уже несся галопом, его желтые усы топорщились на
поверхности воды, его тело пронзала волнообразная судорога. Сабриэль сделала еще один шаг
и кинулась в Жизнь, толкая туда свой груз головой вперед. На мгновение показалось, что
защита Ворот оттолкнула их обратно, но, дернувшись из последних сил, Сабриэль со своим
грузом проскочила Ворота.
Их преследовал пронзительный визг - и больше ничего...
Сабриэль упала, ударившись лицом о землю, куда с ее замерзшего тела посыпались
кристаллики льда. Повернув голову, она встретилась взглядом с Моггетом. Он посмотрел на
нее, затем прикрыл глаза и снова заснул.
Сабриэль перевернулась и медленно, медленно поднялась на ноги. Снова заболели все
ссадины и синяки. Она подумала, что слишком поспешно кинулась спасать дух из Смерти. Но
ведь ей это удалось! Дух человека был там, где ему и надлежит быть, в Жизни!
Она посмотрела на деревянную скульптуру и не заметила очевидных изменений, хотя
почувствовала, что живой дух нашел свое место в деревянной оболочке. Она пробежала
пальцами по его неподвижному лицу.
- Поцелуй, - сонно сказал Моггет. - Вообще-то достаточно было бы просто теплого
дыхания. Но должна же ты когда-нибудь начать целоваться. Я так думаю...
Сабриэль посмотрела на кота, размышляя, не похоже ли это на симптомы отравления. Но
кот выглядел совершенно здоровым и серьезным.
- Дыхание? - спроси
...Закладка в соц.сетях
