Жанр: Фантастика
Ночной дозор. Дневной дозор. Сумеречный дозор.
... горел огонь фанатизма.
- Ты вне категорий? - ответил я вопросом. - Эдгар, мне и вернуться-то сложно!
- Мы можем объединить силы, дозорный!
- Как? - я даже растерялся. И у Темных, и у Светлых есть понятие "круга Силы". Но вещь это опасная и требуется
для нее не менее трех-четырех Иных... к тому же - как объединить Светлую и Темную Силу? - Это ноя проблема! - Эдгар
энергично замотал головой. - Антон, она уйдет! Уйдет по четвертому уровню! Доверься мне!
- Темному?
- Инквизитору! - рявкнул маг. - Я. инквизитор, поникаешь? Антон, доверься, я прика... - Эдгар замолчал, и уже
другим тоном добавил: - Прошу тебя!
Не знаю, что на меня подействовало. Азарт охоты? Желание поймать-таки ведьму, которая погубила тысячи
людей? Просьба инквизитора?
А может быть, просто желание увидеть четвертый слой? Самые тайные глубины Сумрака, куда и Гесер-то нечасто
заглядывает, где никогда не бывала Светлана?
- Что надо делать? - спросил я.
Лицо Эдгара озарила улыбка. Он протянул руку - пальцы заканчивались тупыми крючковатыми когтями, сказал:
- Именем Договора, равновесием, которое храню... призываю Свет и Тьму... прошу Силу... от имени Тьмы!
Под его настойчивым взглядом я тоже протянул руку - и сказал:
- От имени Света...
Это отчасти походило на заключение клятвы между Темным и Светлым. Но только отчасти. В моей руке не
вспыхнул лепесток пламени, на ладони Эдгара не появился сгусток тьмы. Все произошло извне - серый, расплывчатый мир
вокруг нас вдруг обрел четкость. Нет, красок не появилось, мы по прежнему были в Сумраке. Появились тени. Будто на
экране телевизора, где до отказа убрали цветность, внезапно подбавили яркости и контрастности.
- Наше право признано... - прошептал Эдгар, озираясь. Лицо его было по-настоящему счастливым. - Наше право
признали, Антон!
- А если бы не признали? - насторожился я. Эдгар поморщился. Сказал:
- Всяко бывало... Но ведь признали? Идем!
В этом новом, "контрастном" Сумраке двигаться было куда проще. Я поднял свою тень легко, будто в обычном
мире.
И оказался там, где дозволено находиться лишь магам вне категорий.
Деревья - если это и впрямь деревья, исчезли. Весь мир вокруг стал ровным, плоским, будто средневековый блин
Земли, лежавший на трех китах. Никакого рельефа - бескрайняя песчаная равнина... Я нагнулся, пропустил меж пальцев
горсть песка. Он был серым, как и положено всему в Сумраке. Но в этой серости угадывались зарождающиеся краски -
дымный перламутр, цветные искорки, золотистые крупинки...
- Ушла... - сказал Эдгар над самым ухом. Вытянул руку - ставшую неожиданно длинной и тонкой.
Я посмотрел в том направлении. И увидел - вдалеке, только на равнине так далеко и видишь, стремительный серый
силуэт. Ведьма неслась огромными прыжками, взмывая в воздух, пролетая над землей метров десять, раскидывая руки и
смешно перебирая ногами - будто счастливый ребенок, бегущий вприпрыжку по весеннему лугу...
- Выпила свое зелье? - догадался я. Никаких иных предпосылок к подобным прыжкам я не находил.
- Да. Не зря варила, - сказал Эдгар. Размахнулся - и что-то метнул вслед Арины.
Череда мелких огненных шариков понеслась за ведьмой. Групповой файербол, обычное боевое заклинание
Дозоров, но в какой-то особой, инквизиторской версии.
Несколько зарядов лопнуло, не долетев до ведьмы. Один резко ускорился и все-таки ее догнал, клюнул в спину,
взорвался, окутывая ведьму огнем. Но пламя мгновенно опало, а ведьма, не оборачиваясь, что-то бросила за спину - и там
разлилась лужа сверкающей ртутной жидкости. Пролетая над лужей оставшиеся заряды теряли скорость, высоту, нырял и в
жидкость - и исчезали.
- Ведьмовские фокусы... - с отвращением произнес Эдгар. - Антон!
- А? Чего? - не отрывая взгляда от исчезающей вдали Арины, спросил я.
- Пора уходить. Сила была дарована только для поимки ведьмы, а охота кончилась. Нам ее не догнать.
Я посмотрел вверх. Багрового облака, что светило на предыдущем слое Сумрака, не было. Все небо равномерно
сияло розовато-белым.
Как странно. Тут появляются краски...
- Эдгар, есть и другие уровни? - спросил я.
- Они всегда есть, - Эдгар явно начал волноваться. - Идем, Антон! Идем, мы застрянем!
Мир вокруг и впрямь терял контрастность, заволакивался серым дымком. Но краски по-прежнему оставались -
перламутровый песок и розоватое небо...
Вслед за Эдгаром, уже ощущая на коже холодное пощипывание Сумрака, я вернулся на третий слой. Будто
дождавшись этого момента, мир окончательно выцвел и посерел, наполнился холодным ревущим ветром. Взявшись за руки
- не ради обмена Силой, это почти невозможно, а ради того, чтобы устоять на ногах, мы несколько раз пытались вернуться
на второй слой. Вокруг с едва слышным треском ломались "деревья", заваливался набок ведьмовской шалаш, а мы все
искали и искали свои тени. Я даже не помню тот миг, когда Сумрак раскрылся передо мной и выпустил на второй слой -
почти привычный, совсем не пугающий...
...Мы сидели на чистом, скобленом полу и тяжело дышали. Нам сейчас было одинаково плохо, что Темному
инквизитору, что Светлому дозорному.
- На, - Эдгар неловко запустил руку в карман пиджака, выудил оттуда плитку шоколада "Гвардейский". - Ешь...
- А ты? - срывая обертку, спросил я.
- У меня еще... - Эдгар долго рылся в карманах, наконец-то нашел еще одну шоколадку. На этот раз "Вдохновение".
Стал разворачивать одну за другой шоколадные палочки. Некоторое время мы жадно ели. Сумрак выкачивает силы - и речь
идет не только о магической Силе, но и о банальном уровне глюкозы в крови. Это то немногое, что удалось выяснить о
Сумраке методами современной науки. Все остальное - по-прежнему загадка.
- Эдгар, сколько слоев у Сумрака? - спросил д. Эдгар прожевал очередную шоколадку и ответил;
- Я знаю о пяти. На четверток был первый раз.
- А что там, на пятом?
- Я лишь знаю, что он существует, дозорный. Не более того. Я и о четвертом-то ничего не знал.
- Там появился цвет, - сказал я. - Он... он совсем другой. Верно?
- Угу, - пробормотал Эдгар. - Другой. Не нашего это ума дело, Антон. И не наших сил. Гордись, что побывал на
четвертом слое, там и маги первого уровня не все бывали.
- А вы, значит, можете?
- По служебной необходимости, - подтвердил Эдгар. - В Инквизицию не обязательно идут самые сильные. Нам
надо что-то противопоставить спятившему магу вне категорий, верно?
- Если спятит Гесер или Завулон - ничего вы им не противопоставите, - сказал я. - Даже с ведьмой не получилось...
Эдгар подумал и согласился, что против Гесера или Завулона московское бюро Инквизиции слабовато. Но только в
том случае, если они оба нарушат Договор одновременно. А так... Гесер будет рад помочь в нейтрализации Завулона,
Завулон - в нейтрализации Гесера. На том Инквизиция и стоит.
- Что теперь делать с ведьмой? - спросил я.
- Будем искать, - деловито ответил Эдгар. - Я уже связался со своими, район оцепят. На тебя можно рассчитывать в
дальнейшем?
Я подумал.
- Нет, Эдгар. Арина - Темная. И что-то она и впрямь натворила... семьдесят с лишним лет назад. Но если ее
использовали Светлые...
- То ты продолжишь стоять на своей стороне, - с отвращением сказал Эдгар. - Антон, неужели ты не понимаешь?
Нет ни Света, ни Тьмы в чистом виде. Оба ваших Дозора - все равно, что демократы и республиканцы в Америке. Ссоры,
споры, а по вечерам - совместные коктейль-пати.
- Еще не вечер.
- Вечер - он всегда, - мрачно сказал Эдгар. - Поверь, я был законопослушным Темным. Пока не прижало... пока не
ушел в Инквизицию. И, знаешь, что я теперь думаю?
- Скажи.
- Сила ночи, сила дня - одинаково фигня. Я между Завулоном и Гесером больше разницы не вижу. Вот ты мне
симпатичен... по-человечески. Придешь в Инквизицию - рад буду вместе с тобой работать.
Я усмехнулся:
- Вербуешь?
- Да. Любой дозорный вправе пойти в Инквизицию. Тебя не вправе задерживать. Даже отговаривать не вправе!
- Спасибо, но меня не надо отговаривать. Я не обираюсь идти в Инквизицию.
Эдгар с кряхтением поднялся с пола. Отряхнул костюм - хотя на нем и так не было ни пылинки, ни складочки.
- Костюмчик-то заколдован, - сказал я.
- Просто умею носить. И ткань хорошая, - Эдгар подошел к книжному шкафу, достал какую-то книгу, полистал.
Другую, третью... С завистью произнес: - Какая библиотека! Узкоспециальная, но...
- Я думал, что тут и "Фуаран" есть, - признался я.
Эдгар только засмеялся.
- С избушкой-то что делать будем? - спросил я.
- Вот видишь - ты продолжаешь мыслить как мой союзник! - немедленно заметил Эдгар. - Повешу защитные и
сторожевые заклинания, что еще... Часа через два-три сюда прибудут эксперты. Проверят все досконально. Идем?
- А сам не хочешь порыться? - спросил я. Эдгар внимательно осмотрелся и сказал, что не хочет. Что в домике
может оказаться множество неприятных сюрпризов, оставленных хитрой ведьмой. И что копаться в инвентаре ведьмы вне
категорий - занятие вредное для здоровья... пусть уж им занимаются те, кому это по должности положено.
Я подождал, пока Эдгар развесит вокруг избушки несколько сторожевых заклятий - помощи ему не потребовалось.
И мы двинулись к поселку.
Обратный путь оказался куда длиннее. Словно исчезло какое-то неуловимое волшебство, помогавшее нам выйти к
домику ведьмы. Зато Эдгар стал куда словоохотливее - может быть, моя помощь расположила его к откровенности?
Он рассказывал о своем обучении - как его учили пользоваться не только Темной силой, но и Светлой. Про других
курсантов инквизиции - среди них были две украинские светлые волшебницы, венгерский волкулак, голландский маг и еще
множество самых разных Иных. Про то, что слухи о переполненных магическими артефактами спецхранах Инквизиции
сильно преувеличены - артефактов много, но большинство давно уже потеряло магическую силу и ни на что не годны. Про
какие-то вечеринки и пати, которые курсанты затевали в свободное время...
Все это было очень забавно, но я прекрасно понимая куда клонит Эдгар. Так что с преувеличенным энтузиазмом
стал вспоминать годы своего обучения, разные забавные случаи из истории Ночного Дозора, исторические байки Семена...
Эдгар вздохнул и тему замял. К тому же мы вышли к поселку - и Эдгар остановился на опушке.
- Я подожду своих, - сказал он. - Вот-вот должны прибыть. Даже Витезслав отложил отъезд и обещал заглянуть.
Приглашать инквизитора в свой дом я вовсе не стремился. И уж тем более в компании с Высшим вампиром.
Кивнул, но полюбопытствовал:
- Твой прогноз, как все дальше сложится?
- Тревогу я поднял вовремя, этот район ведьме не покинуть, - сдержанно сказал Эдгар. - Сейчас подтянутся
следопыты, все проверим, Арину арестуем. Будем судить. Если ты потребуешься - тебя вызовут в качестве свидетеля.
Я оптимизм Эдгара разделял не вполне, но кивнул. Ему виднее, на что способна Инквизиция.
- А волки-оборотни?
- Это прерогатива Ночного Дозора, верно? - вопросом ответил Эдгар. - Если наткнемся на них - дадим знать, а
специально бегать по лесам не станем. Да и с чего ты взял, будто они еще здесь? Обычные городские гастролеры, выехали в
сельскую местность поохотиться. Тщательнее нужно подопечных контролировать, Антон.
- Почему-то мне кажется, что они еще тут, - пробормотал я. Мне и впрямь так казалось, хотя объяснить свою
уверенность я не мог. В деревне - все чисто... а оборотни редко гуляют в волчьих телах больше суток.
- Проверь соседние деревушки, - посоветовал Эдгар. - Хотя бы ту, куда ведьма за продуктами ходила. Хотя - пустое.
После неудачной охоты они немедленно поджинают хвост и прячутся... знаю я их породу.
Я кивнул - совет, при всей его элементарности, был хорош. Стоило мне сразу проехать по окрестностям, а не ловить
беззлобную ведьму. Сыщик... книга "Фуаран" заинтересовала... надо больше внимания уделять рядовой, скучной работе.
Профилактике преступлений - как совершенно верно декларировали в советское время.
- Удачи тебе, Эдгар, - сказал я.
- И тебе удачи, Антон, - Эдгар подумал., и добавил: - Да, кстати. Ситуация сложилась любопытная, в деле с ведьмой
замешаны и оба Дозора. Ты, как бы, представляешь интересы Ночного. Но я думаю, что Завулон тоже кого-то пришлет... до
разрешения ситуации.
Я вздохнул. Час от часу не легче.
- Даже догадываюсь, кого он пришлет, - сказал я. - Завулону доставляет удовольствие делать мне мелкие пакости.
- Ты лучше радуйся, что он не озаботился пакостями крупными, - хмуро сказал Эдгар. - А мелкие - терпи. Никому
не под силу изменить природу человека, был твой приятель Темным - Темным и умрет.
- Костя уже умер. И он не человек, а вампир. Иной.
- Какая разница? - мрачно сказал Эдгар. Засунул руки в карманы дорогих брюк, которые так великолепно умел
носить, ссутулился, глядя на опускающееся за горизонт красное солнце. - Все едино в этом мире, дозорный...
Нет, положительно служба в Инквизиции странным образом влияет на Иных! Придает какой-то нигилистический
взгляд на жизнь. Базаровщина...
- Удачи, - повторил я и стал спускаться с холма. А Эдгар, безжалостно сминая костюм, улегся на траву и уставился
в небо.
Глава 6
На полпути к дому я встретил Ксюшу и Ромку - дети деловито шагали по пыльной улице, взявшись за руки. Я
помахал им - Ксюша немедленно крикнула:
- А ваша Надюшка с бабкой пошли к реке гулять!
Я усмехнулся. Все-таки Людмила Ивановна нечасто слышит в свой адрес "бабушка" - и как любая московская
женщина пятидесяти лет ненавидит такое обращение.
- Хорошо, пусть гуляют, - сказал я.
- А вы волков уже нашли? - крикнул Ромка.
- Нет, убежали твои волки, - отозвался я. Может быть, в психотерапевтических целях надо было сказать, что я
поймал волков и сдал в зоопарк? Впрочем, не похоже, что у ребенка остался какой-то страз после встречи с оборотнями.
Арина потрудилась на славу.
Здороваясь с немногочисленными жителями я дошел до нашего дома. Светлана оккупировала кой гамак - с
бутылкой пива и книжкой "Фуаран - вымысел или правда?", открытой уже на последних страницах.
- Интересно? - спросил я.
- Угу, - кивнула Светлана. Пиво она пила совершенно по-простецки, из горлышка. - Веселее, чем "Папа и море"
Туве Янсон. Я теперь поняла, почему раньше печатали не все сказки о мумми-троллях. Последние - совершенно не детские.
У Туве Янсон явно была хандра, когда она их писала.
- Писатель тоже имеет право на хандру, - сказал я.
- Если пишет детские книги - то не имеет! - сурово ответила Светлана. - Детские книги должны быть добрыми. А
иначе - это как тракторист, который криво вспашет поле и скажет: "да у меня хандра, мне было интереснее ездить кругами".
Или врач, который пропишет больному слабительного со снотворным и объяснит: "настроение плохое, решил развлечься".
Дотянувшись до стола, она отложила фальшивый "Фуаран".
- Ну ты и строга, мать, - я покачал головой.
- Мать - потому и строга, - в тон ответила Светлане. Засмеялась: - Да шучу я. Все равно книги чудесные. Только
последние очень грустные.
- Надюшка с мамой пошли к речке гулять, - сказал я.
- Встретил их?
- Нет, Оксана сказала. Так мол и так, ваша Надя с бабкой гулять пошли...
Светлана прыснула. Тут же сделала страшное лицо:
- При матери не повтори! Расстроится.
- Что я, камикадзе?
- Лучше расскажи, чем ваш поход закончился.
- Ведьма удрала, - сказал я. - Гнались за ней до четвертого слоя Сумрака, но все равно ушла...
- До четвертого? - глаза у Светланы вспыхнули. - Ты серьезно?
Я сел рядом - гамак негодующе закачался, деревца скрипнули, но выдержали. И кратко пересказал наши
приключения. - А вот я на четвертом слое не была, - задумчиво сказала Светлана. - Интересно как... Снова появляются
цвета?
- Мне показалось, что даже запахи какие-то.
Светлана рассеянно кивнула:
- Да, слухи такие ходят... Интересно.
Несколько секунд я молчал. А потом сказал:
- Светлана, тебе надо вернуться в Дозор.
Против обыкновения, Светлана промолчала.
Ободренный, я продолжил:
- Нельзя жить вполсилы. Рано или поздно ты...
- Не будем об этом. Антон. Я не хочу становиться Великой Волшебницей, - Светлана усмехнулась. - Маленькая
бытовая магия, вот и все, что мне нужно.
Стукнула калитка - вернулась Людмила Ивановна. Я глянул на нее мельком, отвел было взгляд - и снова уставился,
ничего не понимая.
Моя теща сияла. Можно было подумать, что она только что удачно отругала какую-нибудь невоспитанную
продавщицу, нашла на улице сто рублей и поздоровалась за руку со своим любимым Якубовичем.
Она даже шла по-другому - легко, расправив плечи, высоко вздернув подбородок. И улыбалась совершенно
благостно. И негромко напевала:
- Мы рождены, чтоб сказку сделать былью...
Я даже головой помотал. Теща мило улыбнулась нам, помахала ручкой - и прошла в двух шагах, направляясь в
дом.
- Мама! - окрикнула ее Светлана, вскакивая. - Мама! Теща остановилась, посмотрела на нее - все с той же
блаженной улыбкой на лице.
- С тобой все хорошо, мама? - спросила Светлана.
- Очень, - ласково ответила Людмила Ивановна.
- Мама, где Надюшка? - чуть-чуть повышая голос произнесла Светлана.
- С подружкой пошла погулять, - невозмутимо ответила теща.
Я вздрогнул. Светлана воскликнула:
- Да ты что, мама? Уже вечер... детям одним гулять... с какой подружкой?
- С моей подружкой, - не переставая улыбаться, объяснила теща. - Не бойся. Что ж я, дурочка какая, маленькую
одну отпускать?
- Какой твоей подружкой? - выкрикнула Светлана. - Мама! Что с тобой? С кем Надя?
Улыбка стала медленно сползать с лица тещи, уступая место неуверенности.
- С той... этой... - она поморщилась. - С Ариной. Подружка моя... Арина... подружка?
Что именно Светлана сделала, я заметить не успел - лишь пробежал по коже холодок от рассеченного Сумрака,
Светлана чуть подалась к матери, а та - застыла с открытым ртом, мелкими глотками хватая воздух.
Читать мысли у людей довольно трудно, куда проще заставить их говорить. Но с близких родственников можно
снять информацию точно так же, как мы делаем для быстроты между собой.
Впрочем, я в этой информации не нуждался. Я и так все понял.
И мне стало даже не страшно - пусто. Будто весь мир вокруг заледенел и остановился.
- Иди спать! - крикнула Светлана матери. Людмила Ивановна повернулась и походкой зомби отправилась в дом.
Светлана посмотрела на меня. Лицо ее было очень спокойно - и это сильно мешало мне собраться. Все-таки
мужчина чувствует себя гораздо сильнее, когда его женщина напугана.
- Подошла. Дунула. Взяла Наденьку за руку. Ушла с ней в лес, - выпалила Светлана. - А она... еще час гуляла, дура
набитая!
Вот тут я понял, что Светлана на грани истерики. И смог собраться сам.
- Да что она могла против ведьмы? - я схватил Светлану за плечи, встряхнул. - Твоя мать - всего лишь человек!
В глазах Светланы блеснули слезы - и тут же исчезли. Она вдруг мягко оттолкнула меня, сказала:
- Отойди, Антон, а то зацеплю... ты и так еле стоишь...
Спорить я не стал. После наших с Эдгаром приключений помощник из меня был никакой. И Силы во мне почти не
оставалось, поделиться со Светланой было нечем.
Я отбежал на несколько шагов, обхватил ствол чахлой яблони, доживающей свои последние годы. Закрыл глаза.
Мир вокруг вздрогнул.
И я почувствовал, как зашевелился Сумрак. Светлана не стала собирать Силу из окружающих, как сделал бы я. Ей
хватало собственной - упорно отрицаемой, неиспользуемой... и скапливающейся. Говорят, после родов женщины-Иные
испытывают колоссальный прилив Силы, а в Светлане я тогда никаких изменений не заметил. Все куда-то исчезало,
пряталось, накапливалось... как оказалось - на черный день.
Мир выцветал. Я понял, что проваливаюсь в Сумрак, на первый уровень: напряжение магии было столь велико, что
все, хоть сколько-нибудь магическое, не удерживалось в человеческой реальности. Провалилась сквозь дощатый стол и
тяжело шлепнула о землю книга "Фуаран - правда или вымысел". Где-то в отдалении, за три дома, на крыше вспыхнули и
мгновенно сгорели клочья синего мха, живущего в Сумраке эмоционального паразита.
Светлану окутало белое сияние. Она быстро шевелила руками, будто ткала невидимую пряжу. Через мгновение
"пряжа" стала видна - тонкие, будто паутинки, нити отрывались от ее рук и разлетались, гонимые несуществующим ветром.
Вокруг Светланы забушевала метель - и стихла, когда тысячи сверкающих нитей разлетелись во все стороны света.
- Что? - крикнул я. - Света!
Я знал заклинание, которое она только что применила. Даже сам бы смог раскинуть "снежную паутину" - может
быть, не так эффектно и быстро, но...
Светлана не отвечала. Она подняла руки к небу будто в молитве. Но мы не верим ни в богов, ни в Бога. Мы сами -
свои собственные боги и свои собственные демоны.
От ладоней Светланы оторвался и величаво поплыл в небо радужный шар, мыльный пузырь-переросток. Пузырь
расширялся и медленно вращался вокруг оси. Темно-красное пятно на прозрачной радужной оболочке заставляло
вспомнить планету Юпитер. Когда при одном обороте красное пятно оказалось напротив меня, я ощутил холодное жгучее
касание, будто дунуло ледяным ветром.
Светлана создала "око мага". Опять же - первый уровень... но создать его сразу после "снежной паутины"!
Третьим заклинанием, таким неуловимо-быстрым, что я сообразил - оно давным-давно хранилось у Светланы
наготове, нот для таких именно случаев, Светлана выпустила из ладоней стаю призрачных матово-белых птиц. Их можно
было бы назвать голубями - вот только клювы у призрачных птичек оказались слишком уж большими и острыми,
хищными.
Этого заклинания я вообще не знал.
Светлана опустила руки. И Сумрак успокоился. Пополз обратно к нам, коснулся кожи осторожным хищным
холодком.
Я вышел в обычный мир.
Следом - Светлана.
Тут ничего не изменилось. У валяющейся на земле книги еще не успела захлопнуться раскрывшаяся от удара
обложка. Только по всей деревне выли, лаяли, брехали собаки.
- Света, что? - бросаясь к ней спросил я.
Она повернулась ко мне - глаза были затуманены. Ее невидимые магические посланники еще не успели развеяться
и сейчас, развоплощаясь в десятках и сотнях километров от нас, слали свои последние доклады.
Я знал, какие.
- Пусто... - прошептала Светлана. - Пусто везде. Ни Надюшки... ни ведьмы...
Глаза ее вновь обрели жизнь. Это значит - истлела магическая паутина, упали на землю и растаяли белые птицы,
лопнул в небе радужный шар.
- Везде пусто, - повторила Светлана. - Антон... надо успокоиться.
- Она не могла уйти далеко, - сказал я. - И ничего плохого Наде не сделала, поверь!
- Заложник? - спросила Светлана. На ее лице я прочел надежду.
- Район обложила Инквизиция. У них свои методы, даже Арине мимо заслонов не пройти.
- Так... - прошептала Светлана. - Ясно.
- Чтобы убежать, ей требуется помощь со стороны, - то ли Свету, то ли себя убеждая, сказал я. - Добром она ее не
получит. Решила нас шантажировать.
- Мы сможем выполнить ее требования? - сразу взяла быка за рога Светлана. Не уточняя, станем ли выполнять... Да
куда мы денемся? Все выполним... если сможем. - Надо дождаться требований. Светлана кивнула.
- Да... дождаться. Чего именно, звонка?
И тут же вскинула руку, посмотрела на окно спальни.
Через миг, разбив стекло, из спальни вылетел подаренный Ариной гребень. Светлана взяла его в руки - брезгливо,
будто омерзительное насекомое. Несколько секунд смотрела на гребень - а потом, поморщившись, провела им по волосам.
Раздался тихий, добродушный смешок. И где-то в голове голос Арины произнес:
- Ну, здравствуй, милая. Вот и познакомились. Пригодился подарочек-то?
- Запомни, старая тварь... - держа перед собой гребень начала Светлана.
- Знаю, знаю, родная. Все знаю, и помню. Если только волосок с головы Наденьки упадет - ты меня на краю света
найдешь, с пятого слоя вытащишь, жилу за жилой вытянешь, на кусочки порежешь и свиньям скормишь. Все знаю, что
хочешь сказать. И верю - так и сделаешь.
Голос Арины был серьезным. Она не издевалась, а вполне серьезно объясняла как, по ее мнению, надо с ней
поступить. И Светлана молчала, не выпуская из рук гребень. Лишь когда ведьма замолкла, произнесла:
- Хорошо. Тогда мы не станем зря тратить время. Я хочу поговорить с Надюшкой.
- Наденька, скажи маме "привет", - попросила Арина. Мы услышали вполне веселый голосок:
- Привет!
- Надюша, с тобой все в порядке? - осторожно спросила Светлана.
- Ага... - сказала Надя. И тут же заговорила Арина:
- Волшебница, я твоей дочке вреда не причиню. Если только ты сама глупостей не наделаешь. Мне от вас немного
надо - за кордоны выведите и получите дочку назад.
- Арина, - беря Светлану за руку, сказал я. - Район оцеплен Инквизицией. Ты это понимаешь?
- Иначе бы помощи не просила, - сухо ответила Арина. - Думай, чароплёт! В любом заборе слабая досочка найдется,
в любой сети - прореха. Выведи меня - верну дочку.
- А если не смогу?
- Тогда мне все едино, - проронила Арина. - С боем буду прорываться. А девочку вашу, не обессудьте, убью.
- Зачем? - очень спокойно спросил я. - Какая с того тебе польза?
- Как это - какая? - удивилась Арина. - Если прорвусь, то в следующий раз любому будет ясно - не шутки шучу. Да
и еще... знаю я того, кто любит чужими руками грязную работу делать. За смерть вашей девочки он мне хорошо заплатит.
- Мы попробуем, - сказала Светлана, крепко сжимая мою руку. - Слышишь, ведьма? Не трогай ребенка, мы спасем
тебя!
- Вот и договорились, - будто бы обрадовалась Арина. - Думайте тогда, как мне за кордоны выйти. Сроку вам - три
часа. Придумаешь раньше, чаровница, так возьми снова гребень и причешись.
- Только не трогай Надюшку! - крикнула Светлана дрогнувшим голосом.
И тут же сделала левой рукой легкий пасс. Гребень покрылся ледяной коркой. Светлана бросила его на стол.
Пробормотала:
- Старая дрянь... Антон?
Секунду мы смотрели друг на друга. Будто перебрасывали мячик инициативы. Заговорил я:
- Света, риск очень большой. В открытом бою она с нами не справится. Поэтому возвращать Надю для нее значит
подставляться.
- Мы найдем ей коридор, выход... - прошептала жена. - Пусть выйдет за границы оцепления и оставит Наденьку. Я
ее сразу на
...Поділитися у соцмережах
