Жанр: Фантастика
Ночной дозор. Дневной дозор. Сумеречный дозор.
...олнуйся, как заблудились, так и нашлись. К вечеру сами пришли.
- И впрямь редкость, - не удержался я. - Дети на пару часов в лесу задержались! Неужели землянику любят?
- Когда им от мамы влетело, они стали рассказывать, что заблудились, - невозмутимо продолжала Светлана. - И
встретили волка. Волк их гнал по лесу - и выгнал аккурат на волчат...
- Так... - пробормотал я. И почувствовал, как что-то тревожно забилось в груди.
- В общем, дети перепугались. Но тут появилась какая-то женщина, прочитала волку стишки и тот убежал. А
женщина привела детей к себе в домик, напоила чаем и проводила до околицы. Сказала, что она ботаник и у нее есть такие
травки, которых волки боятся...
- Детские фантазии, - отрезал я. - С детьми все в порядке?
- Совершенно.
- Я уже ожидал какой-нибудь гадости, - сказал я и снова улегся в гамак. - На магию проверяла?
- Абсолютно чисто, - сказала Светлана. - Ни малейших следов.
- Фантазии. Или и впрямь кого-то испугались... может и волка. А какая-то женщина их вывела из леса. Детям
повезло, но хороший ремень...
- Младший, Ромка, заикался. Довольно сильно. Сейчас - говорит совершенно свободно. Тараторит, стишки какие-то
рассказывает...
Я немного подумал. И спросил:
- Заикание лечится? Внушением там, гипнозом... что еще бывает?
- Ничем оно не лечится. Как насморк. И любой врач, что пообещает тебе гипнозом заикание убрать - шарлатан. Нет,
если это был какой-то реактивный невроз...
- Избавь меня от терминов, - попросил я. - Значит, не лечится. А народная медицина?
- Разве что дикие Иные. Ты же можешь заикание вылечить?
- Даже энурез, - буркнул я. - И энкопрез. Света, но ведь магии ты не почувствовала?
- Но заикание прошло.
- Это может означать только одно... - неохотно сказал я. Вздохнул и все-таки встал с гамака: - Света, это уже
нехорошо выходит. Ведьма. Причем с Силой, превосходящей твою. А ты ведь - первый уровень!
Светлана кивнула. Я редко упоминаю, что ее Сила превосходит мою. Это ведь то главное, что нас разъединяет...
может когда-нибудь разъединить.
И ведь Светлана специально ушла из Ночного Дозора! Иначе... иначе она сейчас была бы волшебницей вне
категорий.
- Но с детьми ничего не случилось, - продолжал я. - Гнусный колдун не лапал маленькую девочку, злая ведьма не
сварила из мальчика суп... Нет, но если это ведьма - откуда такой добрый поступок?
- Ведьмы вовсе не испытывают потребности в людоедстве или сексуальной агрессии, - веско, будто лекцию читала,
сказала Светлана. - Все их поступки определяются обычным эгоизмом. Если бы ведьма была очень голодна - она и впрямь
могла бы слопать человека. Просто по той причине, что не причисляет себя к людям. А так... ну почему не помочь детям? Ей
это ничего не стоило. Вывела из леса, еще и заикание малышу убрала. У нее ведь тоже, наверное, дети есть. Ведь ты бы
покормил бездомного щеночка?
- Не нравится мне это, - признался я. - Ведьма такой силы? Они ведь редко достигают первого уровня?
- Очень редко, - Светлана пытливо посмотрела на меня. - Антон, ты хорошо представляешь себе разницу между
ведьмой и волшебницей?
- Работал, - кратко ответил я. - Знаю.
Но Света не унималась:
- Волшебница работает с Сумраком непосредственно и берет оттуда Силу. Ведьма пользуется вспомогательными
материальными предметами, заряженными Силой в той или иной мере. Все магические артефакты, существующие в мире,
созданы ведьмами или ведьмаками, это, скажем так, их "протезы". Артефактами могут быть вещи или органы тела
ороговевшей природы - волосы, длинные ногти... Вот почему ведьма безопасна, если ее раздеть и обрить, а волшебнице
надо еще заткнуть рот и связать руки.
- Тебе точно никто рот не заткнет, - усмехнулся я. - Света, ну зачем эти лекции? Я не великий маг, но азбучные
истины знаю, не надо напоминать...
- Извини, я не хотела тебя задеть, - сразу же извинилась Светлана.
Я посмотрел на нее - и увидел в ее глазах боль.
Какой же я скот!
Ну сколько можно вымещать свои комплексы на любимой женщине!
Хуже любого Темного...
- Светка, прости... - прошептал я, коснулся ее руки. - Извини дурака.
- Да и я хороша, - призналась Светлана. - И впрямь, зачем я тебе ликбез читаю? Ты в Дозоре каждый день с
ведьмами дело имеешь...
Мир был восстановлен и я торопливо сказал:
- С такими сильными? Да брось, на всю Москву одна ведьма первого уровня, и та давно от дел отошла... Что будем
делать, Света?
- Реального повода для вмешательства нет, - озабоченно сказала Света. - Дети в порядке, мальчику так даже лучше
стало. Но остаются два вопроса - что за странный волк гнал детей к волчатам?
- Если волк вообще был, - заметил я.
- Если был, - согласилась Светлана. - Но как-то уж очень складно дети все рассказывают... Ну а второй вопрос - есть
ли у ведьмы регистрация в данной местности, что на ней числится...
- Сейчас узнаем, - доставая мобильник, сказал я.
Через пять минут я получил ответ, что по досье Ночного Дозора никаких ведьм в окрестности нет и быть не
должно.
А еще через десять я вышел со двора, вооруженный инструкциями и советами своей жены - по совместительству
несбывшейся Великой Волшебницы. Проходя мимо сарая я заглянул в открытые двери - Колян завис над открытым
капотом, на разложенной газетке лежали какие-то детали. Ой-ей, я же просто так про стук в моторе сказал!
И еще дядя Коля пел, мурлыкал себе под нос:
- Не кочегары мы, не плотники,
Но сожалений горьких нет!
Видимо, его память сохранила только эту строчку. И он повторял ее как заведенный, увлеченно копаясь в моторе:
- Не кочегары мы, не плотники,
Но сожалений горьких нет!
Увидев меня, дядя Коля радостно воскликнул:
- Тут, Антоша, поллитрой не обойдешься! Совсем японцы одурели, чего с дизелем наделали, страшно смотреть!
- Это не японцы, это немцы, - поправил я его.
- Немцы? - удивился дядя Коля. - А, так это ж "БМВ", а я раньше только "Субару" чинил... чего, думаю, по другому
все сделано... Ничего, исправлю! Голова только гудит, зараза...
- Ты загляни к Свете, она тебе плеснет, - смирился я с неизбежным.
- Нет, - дядя Коля покачал головой. - На работе никак нельзя. Я тебе иначе наработаю... Меня еще наш первый
председатель, земля ему пухом, научил - пока с железом возишься, капли в рот не бери! Да ты иди, иди. Мне тут до вечера
дел хватит.
Мысленно попрощавшись с машиной я вышел на пыльную жаркую улицу.
Маленький Ромка моему визиту был несказанно счастлив. Я зашел в тот момент, когда Анна Викторовна терпела
постыдное поражение в войне за дневной сон. Ромка, тощий и загорелый пацаненок, прыгал на пружинной кровати и
восторженно орал:
- Не хочу я спать у стенки! Подгибаются коленки!
- Вот что с ним делать? - обрадовалась моему появлению Анна Викторовна. - Здравствуйте, Антон. Вот скажите,
ваша Наденька так себя ведет?
- Нет, - соврал я.
Ромка перестал прыгать и насторожился.
- А возьмите-ка его себе, - коварно предложила Анна Викторовна. - Зачем мне такой охламон? А вы человек
строгий, вы его воспитаете. Он будет за Наденькой ухаживать, пеленки ей стирать, полы вам мыть, мусор выносить...
При этих словах Анна Викторовна усиленно мне подмигивала, будто я мог и в самом деле воспринять предложение
всерьез и уволочь в охапке малолетнего раба.
- Подумаю, - поддержал я ее педагогические усилия. - Если совсем слушаться не будет - возьмем на
перевоспитание. У нас и не такие детки становились шелковыми!
- А вот и не возьмете! - храбро сказал Ромка, но прыгать перестал, сел на кровать и натянул на ноги одеяло. - Зачем
вам такой охламон сдался?
- Тогда отдам тебя в интернат, - пригрозила Анна Викторовна.
- В интернат детей только бессердечные люди отдают, - явно повторяя услышанную фразу, сказал Ромка. - А ты
сердечная!
- Вот что с ним делать? - риторически повторила Анна Викторовна. - Вам квасу налить холодненького?
- И мне, и мне! - пискнул Ромка, но под суровым взглядом матери замолчал.
- Спасибо, - кивнул я. - Да я, собственно говоря, из-за этого охламона и зашел...
- Что натворил? - по-деловому подошла к вопросу Анна Викторовна.
- Да рассказала мне Света про их приключения... про волка. Я же охотник, а тут такое дело...
Через минуту я был усажен за стол, напоен холодным вкусным квасом и всячески обласкан.
- Нет, я сама учительница, я все понимаю, - говорила Анна Викторовна. - Волки - санитары леса... ну, вранье,
конечно, волк режет не больных зверей, волк режет все зверье подряд... Но все-таки живое существо. Волк не виноват, что
он волк... Но тут - рядом с деревней! Гнаться за детьми! Он же их на волчат выгонял, понимаете, что это значит?
Я кивнул.
- Учил волчат охотиться, - в глазах Анны Викторовны появился то ли страх, то ли та материнская ярость, от
которой убегают в чащу волки и медведи. - Это что же - волк-людоед?
- Не может такого быть, - сказал я. - Не было здесь случаев нападения волков на людей. Волков-то тут давно не
осталось... скорее - одичалая собака. Но я хочу проверить.
- Проверьте, - твердо сказала Анна Викторовна. - И если... даже если собака. Если детям не почудилось...
Я снова кивнул.
- Пристрелите ее, - попросила Анна Викторовна. И шепотом добавила: - Я ночами не сплю. Как представлю... что
могло случиться.
- Это собачка была! - подал с кровати голос Ромка.
- Цыц! - прикрикнула Анна Викторовна. - Ладно, иди сюда. Расскажи дяде, как все было.
Ромка без лишних уговоров слез с кровати, подошел и очень деловито забрался мне на коленки. Требовательно
посмотрел в глаза.
Я потрепал его по жестким выгоревшим волосам.
- Дело, значит, было так... - удовлетворенно начал Ромка.
Анна Викторовна как-то очень грустно смотрела на Ромку. И я ее понимал. Вот отца этих ребятишек понять не мог.
Всякое бывает, разошлись и разошлись... но родных детей после этого вычеркивать из жизни, отделываясь алиментами?
- Шли мы и шли, гуляли, значит, - томительно медленно рассказывал Ромка. - Гуляли и пригуляли в лес. А там
Ксюха стала страшилки рассказывать...
Я внимательно слушал его рассказ. Что ж, "страшилки" - лишний довод к тому, что вся история придумана. Но вот
же - говорит ребенок совершенно чисто, кроме обычного в его возрасте повторения слов не к чему придраться.
На всякий случай я просканировал ауру мальчика. Человек... человечек. Хороший человечек, хочется верить, что и
человеком вырастет хорошим. Ни малейших следов потенциала Иного. И никаких следов магического воздействия.
Хотя если уж Светлана не углядела... куда мне, с моим вторым уровнем...
- А волк как засмеется! - радостно махая руками, воскликнул Ромка.
- Ты не испугался? - спросил я.
К моему удивлению, Ромка надолго задумался. Потом сказал:
- Испугался. Я же маленький, а волк большой. И у меня никакой палки не было, где я в лесу палку возьму? А
потом стало нестрашно.
- Ты теперь волка не боишься? - уточнил я. После такого приключения и нормальный ребенок начнет заикаться. А
Ромка ведь перестал!
- Ни капельки, - сказал мальчик. - Ну вы меня совсем сбили! Я на чем остановился?
- На том, что волк засмеялся, - улыбнулся я.
- Как человек совсем, - сказал Ромка.
Понятно. Давненько я не имел дела с оборотнями. Да еще такими наглыми... охотиться на детей, в какой-то сотне
километров от Москвы. На что они рассчитывают? На отсутствие в деревеньке Дозора? Так региональный офис проверяет
все случаи исчезновений людей. Есть на это дело один хороший, хотя и узконаправленный маг. Занимается он сущим
шарлатанством на обычный взгляд - смотрит на фотографии, после чего либо откладывает их, либо звонит оперативникам и
смущенно говорит: "Что-то тут есть... что - не знаю..."
Так что дернулись бы мы, выехали в Подмосковье, прочесали лес, нашли следы... страшные это оказались бы следы,
но нам не привыкать. А потом, скорее всего, при задержании оборотни оказали бы сопротивление. И кто-нибудь...
возможно - это был бы я, взмахнул бы рукой. И звенящее серое марево поползло бы сквозь Сумрак...
Таких мы редко берем живьем. Не очень-то и хочется.
- А еще я думаю, - рассудительно сказал Ромка, - что тот волк чего-то сказал. Думаю, думаю... Только он не
говорил, я знаю, волки же не говорят, правда? Но мне так снится, что он сказал.
- И что сказал? - осторожно спросил я.
- Уй-ди ведь-ма! - тщетно пытаясь изобразить хриплый басок произнес Ромка.
Ну вот. Можно выписывать ордер на облаву. Или даже запрашивать помощь из Москвы.
Оборотень это был, самый натуральный. Но на счастье ребятишкам - рядом оказалась еще и ведьма.
Сильная.
Очень сильная.
Не просто оборотня прогнала - еще и память детишкам зачистило без всяких следов. Вот только не стала совсем уж
глубоко лезть. Не ожидала, что в деревне окажется бдительный дозорный... Наяву мальчик ничего не помнит, а во сне -
пожалуйста. "Уйди, ведьма!"
Как интересно!
- Спасибо, Ромка, - я пожал ему ладошку. - Я схожу в лес, посмотрю.
- А вы не боитесь? У вас ружье есть? - живо заинтересовался Ромка.
- Есть.
- Покажите!
- Оно дома, - строго сказала Анна Викторовна. - И ружья - детям не игрушка!
Ромка вздохнул и жалобно попросил:
- Только вы волчат не стреляйте, ладно? Лучше вы мне одного принесите, я его собакой воспитаю! Или двух,
одного мне, одного Ксюхе!
- Роман! - железным голосом отчеканила Анна Викторовна.
"Ксюху" я нашел на пруду, как и обещала ее мама. Стайка девочек загорала рядом со стайкой мальчишек, насмешки
так и сыпались с обеих сторон. Возраст купальщиков был такой, что девочек за косички уже не дергали, но зачем они
нужны - еще не понимали.
При моем появлении все замолчали, уставились с любопытством и опаской. Я в деревне еще не примелькался.
- Оксана? - спросил я девочку, которую вроде как видел на улице вместе с Ромкой.
Очень серьезная девочка в синем купальнике посмотрела на меня, кивнула, вежливо сказала:
- Здрасте... здравствуйте.
- Здравствуй. Я - Антон, муж Светланы Назаровой. Ты ее знаешь? - спросил я.
- А как вашу дочку зовут? - подозрительно спросила Оксана.
- Надя.
- Знаю, - кивнула Оксана и встала с песка. - Вы про волков хотите поговорить, да?
Я улыбнулся:
- Правильно.
Оксана покосилась на ребятишек. Причем - именно на мальчишек.
- Ага, это Надькин папа, - изрек конопатый пацан, в котором непонятно как угадывалась деревенское
происхождение. - Мой папа вам сейчас машину чинит.
И гордо оглядел приятелей...
- Да мы здесь можем поговорить, - успокоил я детей. Ужасно, конечно, что в таком возрасте у нормальных, в
семьях живущих детей вырабатываются такие навыки осторожности.
Но пусть уж лучше вырабатываются.
- Мы пошли по лесу гулять, - начала рассказывать Оксана, стоя передо мной навытяжку. Я подумал, и сел на песок
- тогда и девчонка села. Все-таки Анна Викторовна умела воспитывать детей. - Я виновата, что мы заблудились...
Кто-то из деревенских хихикнул. Но тихонько. Наверное, после истории с волками Оксана стала самой популярной
девочкой среди учеников младших классов.
В принципе ничего нового Оксана мне не рассказала. И следов магии на ней тоже не было. Вот только упоминание
про шкаф "со старыми книжками" меня насторожило.
- А ты названия не помнишь? - спросил я.
Оксана покачала головой.
- Попробуй вспомнить? - попросил я. Посмотрел себе под ноги - на длинную нескладную тень.
Тень послушно поднялась мне навстречу.
И серый прохладный Сумрак принял меня.
На ребятишек из Сумрака всегда приятно смотреть. В аурах - даже у самых затюканных и несчастных - еще нет той
злобы и ожесточения, что окутывает взрослых людей.
Мысленно я извинился перед ребятами - все-таки мои действия были непрошенными. И прошелся по ним легкимлегким
неощутимым касанием. Просто так - снял те капли зла, что на них все-таки налипли.
А потом я погладил по голове Оксану. Прошептал:
- Вспомни, девочка...
Нет, я не смогу снять блок, поставленный неведомой ведьмой - если она сильнее меня или, хотя бы, равно по силе.
Но, на мое счастье, "Деточкин тоже любил детей". Ведьма обошлась с их сознанием очень бережно.
Я вышел из Сумрака. Меня обдало горячим воздухом будто из печи. Какое, все-таки, жаркое выдалось лето!
- Вспомнила! - гордо сказала Оксана. - Одна книга называлась "Алиада Ансата".
Я поморщился.
От обычных травников... я имею в виду обычные ведьмовские травники, этот отличался какой-то особой
злокозненностью. Там даже для одуванчиков было найдено несколько гнусных предназначений.
- Еще "Кассагар Гарсарра", - сказала Оксана.
Кто-то из детей хихикнул. Но неуверенно.
- Это как было написано? - спросил я. - По-латыни? Ну, словно по-английски... да? "Kassagar Garsarra"?
И зачем повторял? Будто на слух прозвучит разница...
- Нет, по-русски, - призналась Оксана. - Такими смешными буковками, старыми.
Никогда не слышал о переводе редчайшей даже для Темных рукописи на русский язык. Ее нельзя перепечатывать,
магия заклятий сотрется. Только переписать. Только кровью. Вовсе не кровью девственниц или невинных детей, это уже
позднейшие заблуждения, и такие новоделы ни на что не годны. До сих пор считалась, что "Кассагар Гарсарра" существует
лишь на арабском, испанском, латыни и старонемецком языках. Кровь-то должен брать у себя маг, который переписывает
книгу. И для каждого заклятия - отдельный укол. А книга толстая...
И вместе с кровью уходит Сила.
Даже гордость какая-то берет за русских ведьм! Нашлась-таки одна фанатка!
- Все? - уточнил я.
- "Фуаран".
- Такой книги нет, это вымысел... - непроизвольно сказал я. - Что? "Фуаран"?
- Фуаран, - подтвердила Оксана.
Нет, ничего совсем уж жуткого в этой книге не было. Вот только она во всех справочниках проходила как вымысел.
Потому что содержалась, по легенде, в этой книге инструкция - как человеческое дитя сделать ведьмой или ведьмаком.
Инструкция подробная и вроде как работающая.
А это ведь невозможно!
Так, Гесер?
- Удивительные книги, - сказал я.
- Это ботанические книги, да? - спросила Оксана.
- Угу, - согласился я. - Вроде каталога. "Алиада Ансата" - как травки разные искать... ну и так далее. Спасибо,
Ксюша.
Интересные же дела творятся в нашем лесу! Совсем рядом с Москвой сидит в чащобе... да какой чащобе - в лесочке,
могучая ведьма с библиотекой редчайших книг по Темному делу. Временами детей от идиотов-оборотней спасает. Спасибо
ей большое! Вот только такие книги должны быть на особом учете - в обоих Дозорах и в Инквизиции. Потому что сила за
ними стоит чудовищная, опасная.
- С меня шоколадка, - сказал я Оксане. - Ты все замечательно рассказала.
Оксана кокетничать не стала, сказала "спасибо". И, вроде как, совершенно утратила интерес к разговору.
Видимо ей, как старшей, ведьма промыла мозги получше. Только о книгах, увиденных девочкой, забыла.
И это немного успокаивало.
Глава 2
Гесер слушал меня очень внимательно. Лишь пару раз задал уточняющие вопросы, а потом молчал, вздыхал,
кряхтел. Я развалился в гамаке с телефонной трубкой в руках и подробно все рассказывал... только о книге "Фуаран",
которой владеет ведьма, умолчал.
- Хорошая работа, Антон, - решил, наконец, Гесер. - Молодец. Не расслабляешься.
- Что мне делать? - спросил я.
- Ведьму надо найти, - сказал Гесер. - Зла она не натворила, но зарегистрироваться обязана. Ну... обычная
процедура, ты же знаешь.
- Оборотни? - уточнил я.
- Скорее всего, какие-то московские гастролеры, - сухо прокомментировал Гесер. - Я дам команду проверить всех
волкулаков, имеющих больше трех детей-оборотней.
- Щенков было всего трое, - напомнил я.
- Оборотень мог взять на охоту лишь старших, - объяснил Гесер. - У них, обычно, большие семьи... В деревне нет
сейчас подозрительных дачников? Чтобы взрослый - и трое или больше детей?
- Нет, - с сожалением ответил я. - Мы со Светой тоже сразу подумали... Только Анна Викторовна с двумя приехала,
а все остальные ибо без детей, либо с одним. В стране кризис рождаемости...
- О демографической ситуации я наслышан, спасибо, - насмешливо прервал меня Гесер. - А как у местных?
- Большие семьи есть, но местных-то как раз Светлана хорошо знает. Все чисто, обычные люди.
- Значит, заезжие, - решил Гесер. - В деревне, как я понял, люди не исчезали. А нет ли ряден пансионатов, домов
отдыха?
- Есть, - отрапортовал я. - На том берегу реки, километрах в пяти - пионерский лагерь. Ну, или как они теперь
называются... Я уже выяснил - все в порядке, дети на месте. Да их и не пустят за реку - военизированный лагерь, все строго.
Отбой, подъем, пять минут на оправку. Не беспокойтесь.
Гесер недовольно крякнул. Спросил:
- Тебе нужна помощь, Антон?
Я задумался. Это был самый главный вопрос, на который я пока не мог найти ответа.
- Не знаю. Ведьма, похоже, сильнее меня. Но я ведь не убивать ее иду... и она должна это почувствовать.
Где-то далеко-далеко, в Москве, Гесер погрузился в раздумья. Потом изрек:
- Пусть Светлана проверит вероятностные линии. Если опасность для тебя невелика... что ж, тогда попробуй
справиться сам. Если выше десяти-двенадцати процентов... тогда... - он заколебался, но закончил довольно бодро: - тогда
приедут Илья и Семен. Или Данила с Фаридом. Втроем вы справитесь.
Я улыбнулся. О другом ты думаешь, Гесер. Совсем о другом. Ты надеешься, что в случае беды меня подстрахует
Светлана. А там, глядишь, и вернется в Ночной Дозор...
- К тому же у тебя есть Светлана, - закончил Гесер. - Сам все понимаешь. Так что работай, по мере надобности -
докладывай.
- Слушаюсь, мой генерал, - ляпнул я. Уж больно командным голосом Гесер велел докладывать...
- По военным чинам, подполковник, - немедленно отрезал Гесер, - мое звание было бы не ниже генералиссимуса.
Все, работай.
Спрятав телефон я минуту предавался классификации степеней силы в соответствии с армейскими званиями.
Седьмая ступень - рядовой... шестая - сержант... пятая - лейтенант... четвертая - капитан... третья - майор... вторая -
подполковник... первая - полковник.
Ну да, если не вводить лишних сущностей, не делить звания на младшие и старшие, то я и буду подполковником. А
генералом - обычный маг вне категорий.
Но Гесер-то маг необычный!
Хлопнула калитка и вошла Людмила Ивановна. Моя теща. А вокруг нее неугомонно мельтешила Надюшка. Едва
войдя в сад она с визгом бросилась к гамаку.
Да, дочка у меня неинициированная. Но родителей чувствует. И еще многие вещи, которые обычные двухлетние
девочки не делают, за ней числятся. К примеру - она не боится никаких животных, зато животные ее обожают. И псы, и
кошки так и ластятся...
А комары не кусают.
- Папка, - карабкаясь на меня, сообщила Надя. - Мы гуляли.
- Здравствуйте, Людмила Ивановна! - поздоровался я с тещей. На всякий случай, утром уже здоровались.
- Отдыхаешь? - с сомнением спросила теща. Нет, у меня с ней отношения хорошие. Не из анекдотов. Но такое
ощущение, что она все время меня в чем-то подозревает. В том, что я - Иной, к примеру... если бы она знала про Иных.
- Есть маленько, - бодро сказал я. - Надя, далеко ходили?
- Далеко.
- Устала?
- Устала, - согласилась Надька. - А бабушка больше устала!
Людмила Ивановна секунду постояла, будто размышляя, можно ли доверить такому оболтусу как я, его
собственную дочь. Но, видимо, решила рискнуть. И ушла в дон.
- А ты куда идешь? - спросила Надюшка, крепко облапив мою руку.
- Разве я сказал, что куда-то иду? - удивился я.
- Не сказал... - призналась Надька и взъерошила себе ручонкой волосы. - А ты идешь?
- Иду, - признался я.
Вот так. Если ребенок потенциальный Иной, да еще такой силы, то дар предвидеть будущее у него проявляется с
рождения. Год назад Надька стала реветь за неделю до того, как у нее на самом деле начали резаться зубки.
- Ля-ля-ля... - глядя на забор пропела Надя. - А забор надо покрасить!
- Бабушка сказала? - уточнил я.
- Сказала. Если бы мужик был, то он бы покрасил, - старательно повторила Надюшка. - А мужика нет и бабушка
сама будет красить.
Я вздохнул.
Ох уж мне эти дачные фанаты! Почему в людях к старости непременно просыпается страсть ковыряться в земле?
Привыкнуть, что ли, пробуют?
- Бабушка шутит. - сказал я стукнул себя в грудь. - Тут есть один мужик и он покрасит забор! Если надо, он
покрасит все заборы в деревне.
- Мужик, - повторила Надька и засмеялась.
Я зарылся лицом в ее волосенки, подул. Надюшка принялась одновременно хихикать и брыкаться. Я подмигнул
вышедшей из дома Светлане, спустил дочку на землю:
- Беги к маме.
- Нет уж, лучше к бабушке, - перехватывая Надю сказала Светлана. - Молоко пить.
- Не хочу молоко!
- Надо, - отрезала Светлана.
И Надюшка больше не спорила, безропотно двинулась на кухню. Даже у людей матери и дети имеют странное
бессловесное понимание друг друга. Что уж говорить о нас? Надя прекрасно чувствовала, когда можно покапризничать, а
когда не стоит пытаться.
- Что сказал Гесер? - спросила Светлана, садясь рядом со мной. Гамак закачался.
- Предоставил выбор мне. Я могу поискать ведьму в одиночку, а могу вызвать подмогу. Поможешь решить?
- Посмотреть тебе будущее? - уточнила Светлана.
- Ага.
Светлана закрыла глаза, откинулась в гамаке. Я подтянул ее ноги, положил себе на колени. Со стороны - полная
идиллия. Лежит в гамаке симпатичная женщина, отдыхает. Рядом муж сидит, по бедру ее шаловливо гладит...
Смотреть будущее я тоже умею. Но гораздо хуже, чей Светлана, не моя это специализация. И времени у меня уйдет
гораздо больше, и прогноз будет более сомнительным...
Светлана открыла глаза. Посмотрела на меня.
- Ну? - не выдержал я.
- Ты гладь, гладь, - улыбнулась она. - Все у тебя чисто. Никакой опасности не вижу.
- Видимо, ведьма устала от злодеяний, - ухмыльнулся я. - Что ж. Вынесу ей устное предупреждение за отсутствие
регистрации.
- Библиотека ее меня смущает, - призналась Света. - С такими книжками - сидеть в глуши?
- Может, просто, города не любит, - предположил я. - Нужен ей лес, свежий воздух...
- Тогда почему Подмосковье? Уехала бы в Сибирь, там и экология получше, и травы растут редчайшие. Или на
Дальний Восток.
- Местная она, - усмехнулся я. - Патриотка малой родины.
- Что-то не так, - досадливо
...Поділитися у соцмережах
