Жанр: Фантастика
Ночной дозор. Дневной дозор. Сумеречный дозор.
... сказала Светлана.
- Я от истории с Гесером все отойти не ногу... и тут - ведьма!
- А с Гесером-то что? - пожал я плечами. - Хотелось ему сына Светлым сделать. Знаешь, я его за такое не осуждаю.
Представь, какое у него чувство вины перед сыном... считал пацана погибшим...
Светлана иронически улыбнулась:
- Надюшка сейчас сидит на табуретке, болтает ногами и требует снять с молока пенку.
- Ну и что? - не понял я.
- Я чувствую, где она и что с ней, - пояснила Светлана. - Потону, что она - моя дочь. И потону, что она - Иная. А я
ведь слабее Гесера или Ольги...
- Они считали, что мальчик умер... - пробормотал я.
- Не бывает такого! - твердо сказала Светлана. - Гесер - не бесчувственный пень. Он бы чувствовал, что мальчик
жив, понимаешь? Тем более - Ольга. Это ее кровь и плоть... ну не могла она поверить, что ребенок погиб! А раз знали, что
жив, то дальше - дело техники. У Гесера и сейчас, и пятьдесят лет назад хватало силы, чтобы перевернуть всю страну вверх
дном и найти сына.
- Выходит, они сознательно его не искали? - спросил я. Светлана молчала. - Или...
- Или, - согласилась Светлана. - Или мальчик и впрямь был человеком. Вот тогда - все сходится. Тогда они могли
поверить в его смерть и найти уже совершенно случайно.
- "Фуаран", - сказал я. - Быть может, эта ведьма как-то связана с происшествием в "Ассоли"?
Светлана пожала плечами. Вздохнула:
- Антон, мне ужасно хочется пойти с тобой в лес. Найти эту добрую женщину-ботаника, да и расспросить с
пристрастием...
- Но ты не пойдешь, - сказал я.
- Не пойду. Я же поклялась не участвовать в операциях Ночного Дозора.
Я все понимаю. И обиду Светланы на Гесера разделяю. И в любом случае я предпочел бы не брать с собой
Светлану... не ее это дело - за ведьмами по лесу болтаться.
Но насколько проще и ЛЕГЧЕ было бы работать вместе!
Вздохнув, я поднялся:
- Что ж, тянуть не буду. Жара спала, пройдусь по лесу.
- Вечер скоро, - заметила Светлана.
- А я поблизости. Детишки говорили, что избушка где-то совсем рядом.
Светлана кивнула:
- Хорошо. Только подожди минуту, я сделаю тебе бутерброды. И компота во фляжку налью.
Дожидаясь Светланы я осторожно заглянул в сарай. И обалдел. Мало того, что дядя Коля разобрал и разложил на
полу уже полдизеля, так рядом с ним азартно копался в моторе другой местный алкоголик, не то Андрюха, не то Се ре га. И
были они так увлечены противоборством с немецкой техникой, что принесенный сердобольной Светланой "шкалик" так и
стоял непочатым.
- Мы с приятелем вдвоем
Работали на дизеле...
- мурлыкал себе под нос дядя Коля.
Я на цыпочках отошел от сарая.
Хрен с ней, с машиной...
Светлана экипировала меня так, словно я не на прогулку вдоль лесной опушки собрался, а готовился к заброске в
тайгу на выживание.
Пакет с бутербродами, фляга с компотом, хороший перочинный нож, спички, коробок с солью, два яблока,
маленький фонарик.
Еще она проверила, заряжен ли мой мобильник. Учитывая несерьезные размеры леса, тот был совсем не лишним.
В крайнем случае, можно забраться на дерево - тогда точно достанет до соты.
А плеер с собой я взял сам. И сейчас, неспешно бредя к лесу, слушал "Зимовье Зверей".
Средневековый город спит,
Дрожит измученный гранит,
И ночь молчание хранит,
под страхом смерти,
средневековый город спит,
унылый тусклый колорит
Вам что-то эхом повторит -
ему не верьте.
В библиотеках спят тома,
от бочек пухнут закрома.
И сходят гении с ума в ночном дозоре
И усреднив ровняет тьма:
мосты, каналы и дома
И Капитолий, и тюрьма в одном узоре...
Особых надежд встретить ведьму в этот вечер я не питал. По-хорошему надо идти с утра, да и лучше бы - с
командой. Но так хотелось найти подозреваемую самому!
И заглянуть в книгу "Фуаран".
На опушке я какое-то время постоял, глядя на мир сквозь Сумрак. Ничего необычного. Ни малейших следов магии.
Лишь вдалеке, над наших домом, светящееся белое зарево. Волшебницу первого уровня издалека видно...
Ладно, пойдем глубже.
Я поднял с земли тень и шагнул в Сумрак.
Лес превратился в зыбкое марево, в морок. Лишь отдельные, самые большие деревья имели в сумеречном мире
своих двойников.
Ну, и где детишки вышли из леса?
Их след я нашел довольно быстро. Через пару дней легкая цепочка следов успела бы растаять, но сейчас она еще
была видна. Дети оставляют четкие следы, в них много Силы. Заметнее только следы беременных.
Никаких следов "женщины-ботаника" не было. Что ж, они могли и стереться. Но, скорее, эта ведьма давно
позаботилась не оставлять следов.
А вот детские следы не затерла! Почему? Оплошность? Русское "авось"? Или умысел? Что ж, гадать не стану.
Я зафиксировал в памяти отпечатки детских ног и вышел из Сумрака. Следов я больше не видел, но чувствовал,
куда они ведут. Можно отправляться в путь.
Но вначале я старательно замаскировался. Конечно, это не та скорлупа, что надел на меня Гесер. И, все-таки, маг,
более слабый чем я, сочтет меня человеком. Вдруг мы переоцениваем силы ведьмы?
Первые полчаса я бдительно оглядывал окрестности, на каждый подозрительный куст смотрел через Сумрак,
временами произносил простенькое поисковое заклятие. В общем - вел себя по учебнику, как дисциплинированный Иной,
ведущий облаву.
Потом мне это наскучило. Вокруг был лес - пусть маленький, пусть не слишком-то здоровый, но все таки не
изгаженный туристами. Быть ноже г потому и не изгаженный, что всего-то леса - пятьдесят на пятьдесят километров? Но
здесь водилась всякая лесная мелюзга, вроде белок, зайцев и лис. Волков - настоящих, не оборотней, тут конечно не было.
Ну и не надо нам волков. Зато было вдоволь подножного корма - один раз я присел у кустов дикой малины и минут десять
обирал чуть подсохшие сладкие ягоды. Потом я наткнулся на целое поселение белых грибов. Да что там поселение - это был
настоящий грибной мегаполис! Огромные, нетронутые червями белые грибы, и никакой мелкой шушеры, никаких опят и
моховиков. Вот уж не знал, что в паре километров от села можно найти такой клад!
Некоторое время я колебался. Вот бы собрать все эти белые, принести домой и вывалить на стол к удивлению тещи
и восхищению Светланы! А уж как Надька будет вопить от восторга и хвастаться соседским малышам удачливым папой!
Потом я подумал, что после такой добычи (ну не буду же я волочь ее в дом тайком) вся деревня кинется в лес на
грибную окоту. И местные пьяницы., которые рады будут продать грибы на трассе и купить водки. И бабушки, для которых
подножный корм - основное средство выжить. И все местные ребятишки.
А где-то здесь, в лесу, пошаливают волколаки...
- Не поверят же... - горестно сказал я, глядя на грибную поляну.
Очень хотелось жареных белых. Я сглотнул слюну и двинулся по следу.
И, буквально через пять минут, вышел к маленькому бревенчатому домику.
Все, как описывали дети. Маленький домик, крошечные окошки, никакой ограды, никаких сараюшек, никаких
огородов. Никто и никогда не ставит в лесу такие домики. Будь это хоть самая последняя сторожка - но хоть дровяной навес
соорудить надо.
- Эй, хозяева! - крикнул я. - Ау! Никто не отзывался.
- Избушка-избушка, - пробормотал я. - А повернись-ка к лесу задом, ко мне передом...
Избушка не шевелилась. Впрочем, она и так стояла ко мне передом. Я вдруг ощутил себя мудрым, словно Штирлиц
из анекдотов. Ладно, хватит глупостями заниматься. Вхожу, жду хозяйку, если той нет дома...
Я подошел к двери, коснулся ржавой железной ручки - и в тот же миг, будто этого движения ждали, дверь
открылась.
- Добрый день, - сказала с улыбкой женщина лет тридцати.
Очень красивая женщина...
Почему-то по рассказам Ромы и Ксюши я представлял ее старше. Да и про внешность они ничего не упоминали - и
у меня в голове сложился какой-то усредненный образ "просто женщины". Дурак дураком... понятно же, что для таких
маленьких детей "красивая" - это значит "в ярком платье". Вот через годик-другой Ксюша, наверное, уже скажет с
восторгом и восхищением: "Тетя была такая красивая!" И приведет в пример какую-нибудь Орейро или свежего девчачьего
идола.
А она была в джинсах и простецкой клетчатой рубашке, из тех, что с одинаковым правом носят и мужчины, и
женщины.
Высокая - но ровно настолько, чтобы мужчина среднего роста не начал испытывать комплекса неполноценности.
Стройная - но без худобы. Ноги такие длинные и ровные, что хочется заорать "да зачем ты натянула джинсы, дура,
немедленно надень мини!" Грудь... нет, наверное, кому-то приятнее видеть два силиконовых арбуза, а кто-то обрадуется
плоской, как у мальчика, груди. Но нормальный мужик в данном вопросе будет придерживаться золотой середины. Руки...
ну не знаю, каким образом руки могут быть эротичными. У нее они были именно такими. Почему-то сразу возникала
мысль, что этим пальчики стоит коснуться тебя...
С такой фигурой иметь красивое лицо - необязательная роскошь. А она была красива. Черноволосая - как смоль,
большеглазая - и глаза улыбчивые, манящие. Все черты лица очень правильные, но с каким-то крошечным отступлением от
идеала, для глаза незаметного, но позволяющего смотреть на нее как на живую женщину, а не как на произведение
искусства.
- З-здравствуйте, - прошептал я.
Да что со мной? Можно подумать, вырос на необитаемом острове и женщин не видел! Женщина просияла:
- Вы папа Романа, да?
- Что? - не понял я. Женщина чуть смутилась.
- Извините... тут на днях мальчик в лесу заблудился, я его к деревне вывела. Он тоже заикался... немножко. Я и
подумала...
Ну все, тушите свет.
- Обычно я не заикаюсь, - пробормотал я. - Обычно я несу всякий вздор. Но я не ожидал встретить в лесу такую
красивую женщину, вот и растерялся.
"Такая красивая женщина" засмеялась:
- Ой, а эти слова - тоже вздор? Или правда?
- Правда, - признался я.
- Вы проходите, - она отступила в дом. - Спасибо большое, тут комплименты нечасто услышишь...
- Да тут и людей нечасто встретишь, - заметил я, входя в дом и озираясь.
Никаких следов магии. Обстановка немного странная для дома в лесу, но всякое бывает. Книжный шкаф со
старыми фолиантами, правда, имелся... Но в хозяйке ничего от Иной не наблюдалось.
- Тут две деревни рядом.. - пояснила женщина. - Та, куда я ребятишек отвела, и другая, побольше. Я в нее за
продуктами хожу, там магазин всегда работает. Но с комплиментами и там плохо.
Она снова заулыбалась:
- Меня зовут Арина. Не Ирина, а именно Арина.
- Антон, - представился я. И блеснул эрудицией первоклассника: - Арина, как няня Пушкина?
- Именно, в ее честь и назвали, - улыбнулась женщина. - Папу звали Александр Сергеевич, мама, естественно, была
помешана на Пушкине. Можно сказать - фанатка. Вот я и получила имя...
- А почему не Анна, в честь Керн? Или не Наталья, в честь Гончаровой?
Арина покачала головой:
- Что вы... Мама считала, что все эти женщины играли в жизни Пушкина роковую роль. Нет, конечно, они служили
источником его вдохновения, но как человек он очень страдал... А няня... она ни на что не претендовала, любила Сашу
самозабвенно...
- Вы филолог? - бросил я пробный камень.
- Что тут делать филологу? - засмеялась Арина. - Вы садитесь, я чайку вам заварю, вкусного, травяного. Все сейчас
помешались на матэ, на ройбусе, на всей этой иностранщине. А русскому человеку, я вам честно скажу, такая экзотика не
нужна. Своих травок хватает. Или уж обычный чай, причем черный, мы не китайцы, чтобы зеленую водичку пить. Или
лесные травки. Вот попробуете...
- Вы ботаник, - уныло сказал я.
- Правильно! - Арина засмеялась. - Слушайте, вы точно не Ромин папа?
- Нет, я... - помявшись, я сказал самую удобную фразу, - я друг его мамы. Спасибо вам большое, что спасли детей.
- Так уж сразу и спасла, - улыбнулась Арина. Стоя ко мне спиной она сыпала в заварочный чайник сухие травы -
щепотку одной, совсем чуть-чуть другой, ложечку третьей... Как-то непроизвольно мой взгляд остановился на той части
заношенных джинсов, что обрисовывала крепкую попку. Почему-то сразу становилось ясно, что попка упругая и без
малейших признаков любимой болезни городских дам - целлюлита. - Ксюша - девочка умная, сами бы вышли.
- А волки? - спросил я.
- Какие волки, Антон? - Арина удивленно посмотрела на меня. - Я же ил объясняла - это бродячая собака. Откуда
взяться волкам в таком лесочке?
- Одичавшая собака, да еще и щенная - тоже опасно, - заметил я.
- Ну... возможно, вы правы, - Арина вздохнула. - Но я все-таки думаю, что на ребятишек она бы не бросилась.
Собаки редко нападают на детей, совсем надо животному обезумить, чтобы на такое решиться. Люди - вот они куда опаснее
животных... Что ж, не поспоришь...
- Не скучно вам тут, в глуши? - перевел я разговор на другую тему.
- Так я тут не безвылазно сижу! - засмеялась Арина. - Приезжаю на лето, диссертацию пишу. "Этногенез
некоторых видов крестоцветных средней полосы России".
- Кандидатская? - с некоторой завистью спросил я. Почему-то мне до сих пор грустно, что я свою не дописал... а не
дописал потому, что стал Иным, и все эти научные игры стали мне скучны. Игры - скучны, а все равно грустно...
- Докторская, - с понятной гордостью ответила Арина. - Зимой думаю защищаться...
- Это у вас научная библиотека с собой? - кивая на шкаф, спросил я.
- Да, - кивнула Арина. - Глупо было, конечно, все с собой тащить. Но меня подвозил один... приятель. На джипе.
Вот и воспользовалась, загрузила всю библиотеку.
Я попытался представить, проедет ли джип по этому лесу. Вроде как за домиком начинается какая-то довольно
широкая тропинка... возможно, что и проедет...
Подойдя к шкафу я внимательно осмотрел книжки.
И впрямь - богатая библиотека ученого-ботаника. И какие-то старые, начала прошлого века фолианты, где
предисловие поет хвалу Партии и лично товарищу Сталину. И еще более древние, дореволюционные. И множество
простеньких зачитанных томиков, изданных лет двадцать-тридцать назад.
- Большая часть - хлам, - не поворачиваясь, сказала Арина. - Им место только на полке библиофила. Но... рука не
поднимается продать.
Я уныло кивнул, глядя на шкаф сквозь Сумрак. Все чисто. Никакой магии. Старые книги по ботанике.
Или же - так искусно наведенный морок, что я не в силах его преодолеть.
- Садитесь, чай готов, - сказала Арина.
Я сел на скрипучий венский стул. Взял чашку с чаем, понюхал.
Запах был восхитительный. Что-то в нем было и от обычного хорошего чая, а что-то и от цитруса, и от мяты. Хотя я
готов был побиться об заклад - не было в настое ни чайного листа, ни цедры, ни банальной мяты.
- Ну как? - улыбнулась Арина. - Вы попробуйте только...
Она присела напротив меня и чуть подалась вперед. Мой взгляд невольно упал на расстегнутый ворот,
демонстрирующий загорелую грудь. Интересно, этот "приятель на джипе"... он ее любовник? Или просто коллега-ботаник?
Ага, сейчас. Ботаник на джипе...
Да что со мной? Можно подумать, я только что с необитаемого острова и женщин десять лет не видел!
- Горячий, - держа в руках чашечку, сказал я. - Пусть чуть остынет... Арина кивнула.
- Удобно, когда есть электрический чайник, - добавил я. - Закипает быстро. А откуда у вас электричество, Арина?
Что-то проводов у дома я не заметил.
Лицо Арины дрогнуло. Она жалобно сказала:
- Может быть, подземный кабель?
- Неа, - сказал я, отводя руку с чашкой и аккуратно выливая настой на пол. - Ответ не годится. Подумайте еще раз.
Арина досадливо качнула головой:
- Ну что за беда? На такой мелочи...
- Всегда прокалываешься на мелочах, - посочувствовал я. Встал. - Ночной Дозор города Москвы, Антон
Городецкий. Требую немедленно снять иллюзию!
Арина молчала.
- Ваш отказ от сотрудничества будет означать нарушение Договора, - напомнил я.
Арина мигнула. И исчезла.
Вот так вот, значит...
Я поймал взглядом свою тень, потянулся к ней, и прохладный Сумрак обнял меня.
Домик ничуть не изменился!
Арины не было.
Я сосредоточился. Здесь было слишком серо и тускло, чтобы увидеть свою тень. Но я, все-таки, ее нашел. И шагнул
на второй уровень Сумрака.
Серый туман сгустился, пространство наполнилось далеким тягучим гулом. По коже прошел холодок. А домик
изменился - и радикально, преобразился избушку. Стены стали бревенчатыми, обросшими мхом. Вместо стекол в окнах
поблескивали полупрозрачные слюдяные пластины. Мебель погрубела, постарела, венский стул, на котором я сидел,
превратился в обрубок пня. Только дорогой глубокоуважаемый шкаф не изменился - красивый старый шкаф. Вот книги в
нем стремительно меняли облик, неправильные буквы ссыпались на пол, дерматиновые корешки превращались в
кожаные...
Арины не было. Был лишь тусклый силуэт, маячивший где-то возле шкафа, призрачная быстрая тень... ведьма
ушла на третий уровень Сумрака!
Теоретически, я мог туда войти.
На деле - никогда не пробовал. Для мага второго уровня - это предельное напряжение сил.
Но я был сейчас слишком зол на хитроумную ведьму. Она же очаровать меня пыталась, приворотить... старая
карга!
Я встал у потемневшего окна, ловя те капельки света, что проникали на второй слой Сумрака. Нашел, или подумал,
что нашел, слабую-слабую тень на полу...
Труднее всего было ее заметить. Дальше тень стала послушной - и взметнулась ко мне, открывая проход.
И я шагнул на третий уровень Сумрака.
В подобие дома, сплетенное из веток деревьев и толстенных стволов.
Книг больше не было, мебели не осталось. Только гнездо из ветвей.
И Арина, стоящая напротив меня. Как же она была стара!
Ее не скрючило, как сказочную Бабу-Ягу. Она осталась стройной и высокой. Но кожа стала морщинистой, будто
кора дерева, глаза глубоко запали. Грязный балахон из мешковины служил ей единственным одеянием, и высохшие груди
пустыми мешочками болтались в глубоком вырезе балахона. А еще она была лысой - только прядь волос торчала из
макушки наподобие индейского вихра.
- Ночной Дозор! - повторил я. Слова вырывались изо рта неохотно, медленно. - Выйти из Сумрака! Это последнее
предупреждение!
Что я могу сделать ей, так легко погрузившейся на третий уровень сумеречного мира? Не знаю. Возможно, что и
ничего...
Но она не стала больше сопротивляться. Шагнула вперед - и исчезла.
Я вышел на второй уровень с заметным усилием. Обычно выходить проще, но третий уровень тянул из меня силы,
как из новообращенного недоучки.
Арина дождалась меня на втором уровне. Она уже обрела свой прежний облик. Кивнула - и двинулась дальше, к
привычному, уютному, спокойному человеческому миру...
А я, обливаясь холодным потом, два раза пытался поднять свою тень, прежде чем это удалось.
Глава 3
Арина сидела на стуле, скромно положив руки на 210колени. Она больше не улыбалась - и вообще была само
послушание.
- В дальнейшем обойдемся без фокусов? - полюбопытствовал я, выйдя в реальный мир. Спина была мокрая, ноги
слегка подрагивал и.
- Могу ли я остаться в этом облике, дозорный? - тихо спросила Арина.
- Зачем? - не удержался я от маленькой мести. - Я уже видел вас настоящей
- Кто решит, что в этом мире настоящее? - задумчиво сказала Арина. - Это ведь, откуда посмотреть... Считайте мою
просьбу женским кокетством. Светлый.
- И попытка меня обворожить - тоже кокетство?
Арина стрельнула глазками. С вызовом произнесла:
- Да! Я понимаю, что мой сумеречный облик... но здесь и сейчас - я такая! И ничто человеческое мне не чуждо. В
том числе и желание нравиться.
- Хорошо, оставайтесь, - буркнул я. - Я не скажу, что мечтаю о повторении шоу... Снимите иллюзию с магических
предметов!
- Как скажите, Светлый, - Арина провела ладонью по волосам, оправляя прическу.
И домик чуть-чуть изменился.
Вместо чайника на столе оказалась маленькая березовая кадушка. Из кадушки еще шел пар. Телевизор, впрочем,
остался - но провод теперь не тянулся к несуществующей розетке, а был воткнут в большой бурый помидор.
- Оригинально, - кивая на телевизор заметил я. - И часто приходится менять овощи?
- Помидоры - каждый день, - пожала плечами ведьма. - Кочан капусты два-три дня работает.
Мне еще никогда не доводилось видеть такого оригинального способа получения электричества. Нет, теоретически
возможно... но на практике...
Впрочем, больше всего меня интересовал шкаф с книгами. Я подошел, вынул первый попавшийся томик, тонкий и
в мягкой обложке.
"Боярышник - практическое применение в домашнем колдовстве".
Книга была отпечатана на чем-то вроде ротапринта. Выпущена год назад. И даже тираж был указан - 200
экземпляров. И даже ISBN стоял! Типография только какая-то незнакомая, ООО "ТО".
- И впрямь ботаника... Неужели печатаете свои книги в типографиях? - восхитился я.
- Бывает, - скромно сказала ведьма. - Не нее же от руки переписывать...
- От руки - это еще ничего, - заметил я. - Бывает, что и кровью пишут...
И выудил из шкафа "Кассагар Гарсарра".
- Своей кровью, заметьте, - сухо произнесла Алина. - Никаких гадостей!
- Эта книга - сама по себе гадость, - заметил я.
- Ну-ка, ну-ка... "Наущение людей друг противу друга без лишних усердий..."
- Что вы мне пытаетесь инкриминировать? - уже раздраженно спросила Алина. - Это все... академические издания.
Антиквариат. Никого я не науськивала.
- Правда? - пролистывая книгу, сказал я. - "Успокоение почечных хворей, изгнание водянки..." Допустим...
- Вы же не станете обвинять человека, читающего Де Сада, в намерении кого-нибудь замучить? - огрызнулась
Алина. - Это наша история. Различные заклинания. Без деления на деструктивные и позитивные.
Я хмыкнул. В общем-то она была права. То, что здесь собраны самые различные магические рецепты, вовсе не
состав преступления. К тому же... вот "Как унять роженице боли и не повредить ребеночку". Впрочем, рядом имеются
"Извести плод и не повредить роженице" и "Извести плод вместе с роженицей".
Все как обычно у Темных.
Но несмотря на все эти пакостные рецепты и недавнюю попытку заморочить меня, что-то в Арине вызывало
симпатию. В первую очередь - то, как она обошлась с детишками. Что ни говори, а старая умная ведьма могла бы найти им
самое чудовищное применение. А еще... еще было в ней что-то тоскливое и одинокое - несмотря на всю ее силу, несмотря на
ценную библиотеку и притягательный человеческий облик.
- В чем провинилась-то? - сварливо спросила Алина. - Ну, не тяни волыну, чароплёт!
- Регистрация у вас есть? - спросил я.
- Что я, вампирша или оборотень? - вопросом ответила Алина. - Штамп мне поставить захотел... ишь выдумал...
- Никто не говорит о печати, - успокоил я ее. - Вопрос лишь в тон, что все маги первого и выше уровня обязаны
сообщать в региональный центр о месте своего жительства. Дабы их перемещение не было сочтено враждебными
действиями...
- Я не волшебница, я колдунья!
- Маги, и приравненные к ним по силе Иные... - устало повторил я. - Вы находитесь на территории Московского
Дозора. Вы обязаны были уведомить нас.
- Раньше того не было, - пробормотала ведьма. - Чароплёты-первыши друг другу о себе говорили, вампиров и
оборотней на учет брали... а нас никто не трогал.
Что-то странное...
- Когда "раньше"? - спросил я.
- В тридцать первом, - неохотно сказала ведьма.
- Вы тут живете с тридцать первого? - не поверил я. - Алина...
- Я тут два года живу. А до того... - она поморщилась, - неважно, где была. Не слышала про новые законы.
Может быть она и не врала. Это бывает у старых Иных, особенно тех, что не работают в Дозорах. Забьются куданибудь
в глухомань, в тайгу или леса, сидят там десятилетиями, пока совсем тоска не одолеет.
- А два года назад решили тут поселиться? - уточнили.
- Решила. Что ж мне, дуре, в город переться? - Арина засмеялась. - Сижу, телевизор вот смотрю, книги читаю.
Наверстываю упущенное. Нашла одну старую подругу... та мне книжки из Москвы шлет.
- Что ж, - сказал я. - Тогда обычная процедура. Лист бумаги найдется?
- Да.
- Пишите объяснительную. Инд, происхождение, год рождения и инициации, состояли ли в Дозорах, на каком
уровне силы, находитесь...
Алина послушно достала бумага и карандаш. Я поморщился, но предлагать ручку не стал. Пусть хоть гусиным
пером пишет.
- Когда последний раз вставали на учет или иным образом заявляли о своем местопребывании в официальных
органах Дозоров... Где находились после этого.
- Не стану писать, - Алина отложила ручку. - Развели бумагомарак... Кому какое дело, где я старые кости грела?
- Алина, бросьте этот лексикон деревенской бабки! - попросил я. - Вы же раньше нормально разговаривали!
- Маскировалась, - не моргнув глазом заявила Арина. - А, как угодно. Только и вы казенный тон оставьте.
Она быстро, аккуратным убористым почерком исписала весь лист. Протянула мне.
Возраст ее оказался меньше, чем я полагал. Меньше двухсот лет. Мать ее была крестьянкой, отец - неизвестен,
среди родственников Иных не числилось. Инициировал девочку в одиннадцать лет Темный маг, или, как упорно называла
магов Арина - "чароплёт". Заезжий, из немцев. Попутно и растлил, что Арина зачем-то посчитала нужным указать, добавив
"стервец похотливый". А... вот в чем дело! Немец этот взял девочку в услужение и обучение - во всех смыслах. И был,
видимо, не слишком умен и не слишком нежен - девочка к тринадцати годам набрала такую силу, что в честной дуэли
победила и развоплотила наставника. Между прочим - мага четвертого уровня. После этого и попала под наблюдение
тогдашних Дозоров. Впрочем, больше ничего криминального за ней не числилось - если верить объяснительной. Города ей
не нравились, жила в деревнях, промышляла мелким колдовством. После революции ее несколько раз пытались
раскулачить... крестьяне понимали, что она ведьма и решили напустить на нее ЧК. Маузеры и магия, надо же! Побеждала
магия, но бесконечно это длиться не могло. В тридцать четвертом году Арина... Я поднял на ведьму глаза, спросил:
- Серьезно?
- Легла в спячку, - спокойно сказала Арина. - Поняла, что красная зараза - это надолго. По ряду обстоятельств могла
выбрать срок сна шесть, восемнадцать или шестьдесят лет. У нас, ведьм, всегда много условностей... Шесть и восемнадцать
лет - это для коммунистов мало. Уснула на шестьдесят лет.
Она поме
...Поділитися у соцмережах
