Жанр: Фантастика
Ночной дозор. Дневной дозор. Сумеречный дозор.
...шар от
американского бильярда, только чуть меньше и по поверхности выгравированы в беспорядке непонятные пиктограммы.
Сжав шарик в руках, Эдгар сосредоточился.
Через мгновение я почувствовал, как что-то меняется. Словно бы до того в воздухе висела неуловимая глазом, но
ощутимая пелена - а вот сейчас она исчезает, сжимается, всасывается в костяной шарик...
- Не знал, что у Инквизиции еще остались минойские сферы, - сказал Гесер.
- Никаких комментариев, - Эдгар, довольный эффектом, улыбнулся. - Все, барьер снят. Провешивайте портал.
Великие!
Разумеется. Прямой портал, без навешенных на "той стороне" ориентиров - это задачка для Высших. Эдгар либо не
мог это сделать, либо берег силы...
Гесер покосился на Завулона. Спросил:
- Снова доверите мне?
Завулон молча провел рукой - и в воздухе открылся сочащийся тьмой провал. Завулон шагнул в него первым, за
ним, сделав нам знак двигаться следом, Гесер. Я взял драгоценную записку Арины вместе с невидимым магическим
компасом - и пошел за Светланой.
Несмотря на разницу внешнего вида, внутри портал выглядел точно так же. Молочный туман, ощущение быстрого
движения, полная потеря чувства времени. Я попытался сосредоточиться - сейчас мы окажемся рядом с преступником,
убийцей Высшего вампира. Конечно, нас возглавляют Гесер и Завулон; разве что опытом, но не силой уступает им
Светлана; Костя пусть и молодой, но все-таки Высший; да еще и Эдгар со своей командой и полными карманами
инквизиторских артефактов. И все-таки схватка могла оказаться смертельно опасной.
Но в следующий миг я понял, что схватки не будет.
Во всяком случае, немедленной схватки.
Мы стояли на железнодорожной платформе Казанского вокзала. Рядом с нами никого не было - люди чувствуют,
когда поблизости открывается портал и непроизвольно отходят в сторону. Но вот вокруг царило столпотворение, которое
даже в Москве можно застать только летом и на вокзале. Люди шли к электричкам, люди сходили с поездов и волокли
багаж, люди покуривали у табло, в ожидании, пока объявят из поезд, люди пили пиво и лимонад, ели чудовищные
вокзальные пирожки и не менее подозрительную шаурму. Наверное, не меньше двух-трех тысяч человек сейчас находилось
в радиусе ста метров.
Я посмотрел на призрачный "компас" - стрелка лениво вращалась.
- Срочно требуется Золушка, - сказал Гесер, озираясь. - Надо найти маковое зернышко в мешке проса.
Один за другим рядом с нами появлялись Инквизиторы. Лицо Эдгара, уже собравшегося и приготовившегося к
жестокой схватке, стало растерянным.
- Он пытается скрыться.. - сказал Завулон. - Прекрасно, прекрасно...
Но и его лицо особой радости не выражало.
К нашей группе приблизилась какая-то заполошеная женщина с полосатыми клеенчатыми сумками на тележке. На
потном красном лице была написана решимость, доступная лишь русской женщине. работающей "челноком" и кормящей
мужа-охламона и трех-четырех детей.
- Ульяновский не объявляли, нет? - поинтересовалась она.
Светлана на миг закрыла глаза и ответила:
- Подадут на первый путь через шесть минут, отправится с опозданием на три минуты.
- Спасибо, - ничуть не удивившись точности ответа, женщина двинулась к первой платформе.
- Все это очень мило, Светлана, - пробормотал Гесер. - А какие предложения есть по поводу поиска книги?
Светлана только развела руками.
Кафе было уютным и чистым настолько, насколько может быть уютно и чисто в привокзальном кафе. Может быть
потому, что располагалось оно странно - в подвальном этаже, рядом с камерами хранения. Многочисленные вокзальные
бомжи сюда не совались, видимо - были отучены владельцами. Немолодая русская тетка стояла за прилавком, а еду таскали
из кухни молчаливые вежливые кавказцы.
Странное место.
Я взял себе и Светлане сухого вина из трехлитрового пакета. На удивление дешевого и еще к большему удивлению
- приличного. Вернулся к угловому столику, где мы сидели.
- По-прежнему здесь, - сказала Светлана, кивая на записку Арины. Стрелка в "компасе" лениво вращалась.
- Возможно, книгу спрятали в камере хранения? - предположил я.
Светлана отпила вина, кивнула, то ли соглашаясь с догадкой, то ли примиряясь с краснодарским "Мерло".
- Тебя что-то смущает? - осторожно спросил я.
- Почему вокзал? - вопросом ответила Светлана.
- Уехать. Скрыться.
- Похититель должен был догадываться о погоне.
- Аэропорт. Самолет. Любой, - отпивая маленькими глотками вино, лаконично ответила Светлана.
Я разве я руками.
Это и впрямь было странным. Иной-предатель, кем бы он ни был, захватив "Фуаран" мог либо попытаться
затаиться, либо броситься в бега. Он выбрал второй вариант. Но почему поезд? В двадцать первый вех - поезд как средство
бегства?
- Вдруг он боится летать? - предположила Светлана.
Я только фыркнул. Конечно, при авиакатастрофе даже у Иного немного шансов выжить. Но просмотреть линии
вероятности на три-четыре часа вперед, выяснить, не грозит ли самолету катастрофа способен даже самый слабенький Иной.
А убийца Витезслава слабым не был.
- Ему нужно туда, куда не летают самолеты, - предположил я.
- По крайней мере можно улететь из Москвы, подальше от погони.
- Нет, - с удовольствием поправил я Светлану. - Это ничего не даст. Мы бы определили примерно его
местонахождение, поняли, на каком самолете улетел похититель, допросили бы пассажиров., сняли данные с камер
наблюдения в аэропорту - и выяснили его личность. Потом Гесер или Завулон открыли бы портал... да куда бы он ни делся,
туда бы и открыли. И все вернулось бы к нынешней ситуации. Вот только мы бы знали врага в лицо.
Светлана кивнула. Посмотрела на часы, покачала головой. На миг прикрыла глаза, успокоено улыбнулась.
Значит, с Надюшкой все в порядке.
- Зачем ему вообще убегать... - задумчиво сказала Светлана. - Вряд ли совершение ритуала, описанного в
"Фуаране", требует много времени. Ведь колдунья превратила в Иных большое количество слуг, когда ее атаковали. Убийце
куда проще было воспользоваться книгой, стать Великим... самым Великим. А дальше либо вступить с нами в схватку, либо
уничтожить "Фуаран" и затаиться. Если он станет сильнее нас, мы его просто не сможем разоблачить.
- Может быть он и стал сильнее, - заметил я. - Раз уж Гесер повел речь об инициации Нади...
Светлана кивнула:
- Невеселая перспектива. Вдруг "Фуараном" воспользовался сам Эдгар? А теперь ломает комедию, изображает
поиски. С Витезславом у него были сложные отношения, он сам себе на уме... захотел стать сильнейшим в мире Иным...
- Но тогда зачем ему книга? - воскликнул я. - Оставил бы ее на месте, и все! Мы бы даже не поняли, что Витезслав
был убит. Списали бы все на защитные заклинания, которые вампир не заметил.
- А это мысль, - согласилась Светлана. - Нет, убийце нужна была не сила. Или - не только сила. Ему еще нужна и
книга.
Я вдруг вспомнил Семена. Кивнул:
- Есть кто-то, кого убийца хочет сделать Иным! Он понимал, что воспользоваться книгой ему не дадут. Поэтому
убил Витезслава... сейчас неважно, как именно. Провел ритуал и стал очень сильным Иным. Спрятал книгу... где-то здесь,
на вокзале. И теперь надеется ее вывезти.
Светлана протянула мне руку и мы обменялись над столом торжественным рукопожатием.
- Вот только как "вывезти"? - уточнила Светлана. - Здесь и сейчас два самых сильных мага Москвы...
- Три, - поправил я. Светлана поморщилась и сказала:
- Тогда уж четыре. Костя, все-таки. Высший...
- Сопляк он, хоть и высший... - пробормотал я. Как-то в голове у меня не укладывалось, что парень за несколько лет
убил десяток человек.
А еще противнее было то, что это мы давали лицензии...
Светлана поняла, о чем я думаю. Погладила меня по ладони. Тихо сказала:
- Не переживай. Он не мог пойти против своей природы. Что ты мог сделать? Разве что убить его...
Я кивнул. Естественно не мог.
Но не котел в этом признаться даже себе.
Мягко открылась дверь - и в кафе вошли Гесер, Завулон, Эдгар, Костя... и Ольга. Судя по тому, что они что-то
оживленно обсуждали все вместе, Ольга уже была в курсе дела.
- Эдгар согласился привлечь резервы... - тихо сказала Светлана. - Плохо дело.
Маги подошли к нашему столику, я заметил, как их взгляды быстро скользнули по "компасу". Костя прошел к
стойке и заказал бокал красного вина. Буфетчица заулыбалась - то ли он пустил в ход чуточку вампирского обаяния, то ли
просто понравился. Эх, тетенька... не улыбайся этому юноше, вызывающему у тебя не то материнские, не то вполне
женские чувства. Этот юноша умеет целовать так, что на твоем лице навсегда застынет улыбка...
- Костя с инквизиторами обшарил все камеры хранения, - сказал Гесер. - Пусто.
- А мы прочесали весь вокзал, - добродушно усмехнулся Завулон. - Шестеро Иных, явно непричастных.
- И неинициированная девочка... - с ответной улыбкой добавила Ольга. - Да, да, я заметила. ЕЙ займутся.
Завулон улыбнулся еще шире - это был целый сеанс обмена улыбочками:
- Извини, Великая. ЕЙ уже занимаются.
В обычной ситуации разговор бы на этом только начался.
- Хватит, Великие, - рявкнул Эдгар. - Речь не одной потенциальной Иной. Речь о нашем существовании!
- И то верно! - согласился Завулон. - Не поможете, Борис Игнатьевич?
Вместе с Гесером они придвинули к нашему столику еще един. Костя молча притащил стулья - и вот уже вся
компания уселась рядом. Обычное дело - едут люди на отдых или в командировку, коротают время в вокзальном кафе.. .
- Либо его здесь нет, либо он способен маскироваться даже от вас, - сказала Светлана. - В любом случае, я бы
просила разрешения удалиться. Потребуюсь - позовете.
- С твоей дочкой все в порядке, - проскрипел Завулон. - Слово даю.
- Ты можешь нам понадобиться, - поддержал его Гесер.
Светлана вздохнула.
- Гесер, в самом деле, отпусти Светлану, - попросил я. - Ты же понимаешь - сила нам сейчас не нужна.
- А что нужно? - полюбопытствовал Гесер.
- Хитрость и терпение. Первого вам с Завулоном не занимать. А второго вы никогда не дождетесь от
взволнованной матери.
Гесер покачал головой. Покосился на Ольгу - та едва уловимо кивнула.
- Езжай к дочке. Света, - сказал Гесер. - Ты права. Понадобишься - я позову и провешу портал.
- Я ушла, - сказала Светлана. На миг наклонилась ко мне, коснулась щеки губами - и растаяла в воздухе. Портал
был таким крошечным, что я его даже не заметил.
А люди в кафе не заметили даже исчезновения Светланы. Мы были для них незримы, они не хотели нас видеть.
- Сильна, - сказал Завулон. Протянул руку к Косте, забрал у него недопитый бокал, сделал глоток. - Ну, тебе виднее,
Гесер... Что дальше, господин Инквизитор?
- Ждем, - коротко ответил Эдгар. - Он придет за книгой.
- Или она, - поправил его Завулон. - Или она...
Мы не стали организовывать оперативный штаб. Так и сидели в кафе, что-то ели, что-то пили. Костя заказал мясо
по-татарски - буфетчица удивилась было, но тут же убежала на кухню. Через минуту оттуда выскочил молодой парень и
бросился куда-то за мясом.
Гесер заказал котлету по-киевски. Остальные обошлись вином, пивом и всякой мелкой закуской, вроде сушеных
кальмаров и фисташек.
Я сидел, смотрел, как Костя лопает почти сырое мясо и размышлял над поведением неведомого преступника.
"Ищите мотив!" - как завещал нам Шерлок Холмс. Найдем мотив - найдем и преступника. Его цель не в том, чтобы стать
самым сильным Иным - он уже им стал, или может стать в любую минуту. Но что тогда? Шантаж? Глупо. Диктовать свою
волю всем Дозорам и Инквизиции он не сможет, повторит судьбу Фуаран... Возможно, преступник хочет создать свою,
альтернативную организацию Иных? Была же разгромлена этой весной в Питере организация "диких Темных"...
разгромлена с огромным трудом. Дурной пример заразителен, кто-то ног соблазниться. И самое ужасное, что соблазниться
мог даже Светлый. Создать новый Ночной Дозор. Супердозор. Уничтожить Темных вчистую, сломив Инквизицию и
переманив на свою сторону часть Светлых...
Плохо. Очень плохо, если оно так. Темные не сдадутся без боя. В современном мире, напичканном оружием
массового уничтожения, химическими заводами, атомными электростанциями, их удар может уничтожить весь мир.
Упущено время, когда силовой вариант мог привести к победе. А может быть, и не было его никогда, этого времени...
- Стрелка, - сказал Эдгар. - Смотрите!
Мой "компас" прекратил изображать из себя вентилятор. Стрелка замедляла вращение. Стрелка застыла, задрожала
- и медленно повернулась, указывая направление.
- Йес! - воскликнул Костя, привставая. - Получилось!
И на какую-то долю секунды я увидел в нем мальчишку-вампира, еще не пробовавшего человеческой крови и
уверенного - за Силу никогда и ничем не придется платить...
- Двигаемся, господа, - Эдгар вскочил. Посмотрел на стрелку, потом проследив направление, уставился на стену. И
уверенно сказал: - К поездам!
Глава 3
Обычное вокзальное зрелище - мечется по перронам горстка людей, пытаясь разобраться, откуда же отходит - если
уже не отошел, их поезд. Почему то чаще всего в роли таких вот опаздывающих выступают либо женщины-челноки,
груженые полосатыми клеенчатыми сумками-китайками, либо, напротив, люди интеллигентные, обремененные лишь
дипломатами от "Самсонайт" и кожаными барсе ткани.
Мы относились к какому-то экзотическому подвиду второй категории - багажом не располагали вовсе, а вид имели
большей частью странный, но внушающий уважение.
На перроне стрелка вновь начала вращаться - мы приблизились к книге.
- Пытается уехать, - торжественно провозгласил Завулон. - Так... сейчас выясним, какие поезда отходят...
Взгляд Темного затуманился - он предвидел будущее, прозревая, какой поезд первым отойдет от перрона.
Я посмотрел на информационное табло, висящее за нашей спиной. И сказал:
- Сейчас отойдет Москва-Алмааты. Через пять минут, со второго пути.
Завулон вернулся из своих провидческих странствий и сообщил:
- Поезд в Казахстан со второго пути. Через пять минут.
Вид у него был очень довольный. Костя едва слышно фыркнул.
Гесер демонстративно посмотрел на табло, кивнул:
- Да, ты прав, Завулон... А следующий только через полчаса.
- Останавливаем поезд, прочесываем вагоны, - быстро предложил Эдгар. - Так?
- Твои гаврики сумеют найти Иного? - спросил Гесер. - Если он маскируется? Если он - маг вне категорий?
Эдгар сдулся на глазах. Замотал головой.
- То-то и оно, - кивнул Гесер. - Книга была на вокзале. Он был на вокзале. Мы не смогли обнаружить ни Фуаран,
ни преступника. С чего ты решил, что в поезде будет легче это сделать?
- Если он в поезде, то проще всего уничтожить поезд, - сказал Завулон. - И все проблемы.
Наступила тишина. Гесер покачал головой.
- Понимаю, неприятное решение, - согласился Завулон. - И мне оно не нравится. Зря переводить тысячу жизней...
Но какой у нас выбор?
- Что ты предлагаешь.. Великий? - спросил Эдгар.
- Если, - Завулон выделил это слово интонацией, - книга "Фуаран" и впрямь в поезде, то мы должны дождаться
момента, когда состав окажется в безлюдной местности. Казахские степи вполне годятся. А далее... согласно тем планам,
которые имеются у Инквизиции для подобных случаев.
Эдгар нервно повел головой - и у него, как всегда при волнении, прорезался легкий прибалтийский акцент.
- Это не хорошее решение. Великий. И я не могу принять его один, нужны санкции Трибунала.
Завулон пожал плечами, всем своим видом демонстрируя - его дело предложить.
- В любом случае надо убедиться, что книга в поезде, - сказал Гесер. - Я предлагаю... - он посмотрел на меня, едва
заметно кивнул. - Предлагаю Антону - от Ночного Дозора, Константину - от Дневного, и кому-либо из Инквизиции сесть в
поезд. Провести проверку. Большой группы здесь не требуется. А мы... мы прибудем утром. И решим, что делать дальше.
- Езжай, Костя, - ласково сказал Завулон и похлопал молодого вампира по плечу. - Гесер дело говорит. Хорошая
компания, дальняя дорога, интересное дело - тебе понравится.
Насмешливый взгляд в мою сторону был почти незаметен.
- Это... дает нам время, - согласился Эдгар. - Я поеду сам. И своих возьму с собой. Всех.
- Осталась минута, - негромко сказала Ольга. - Если решили - то вперед.
Эдгар махнул рукой своей бригаде и мы побежали к поезду. У первого же вагона Эдгар что-то сказал проводнику -
молодому усатому казаху. Лицо у того обмякло, стало сонным и одновременно - радостным. он посторонился, уступая нам
проход. Мы ввалились в тамбур. Я выглянул - Завулон, Гесер и Ольга стояли на перроне, глядя нам вслед. Ольга что-то
негромко говорила.
- В сложившейся ситуации я буду осуществлять общее руководство, - заявил Эдгар. - Возражений нет?
Я покосился на шестерых инквизиторов, стоявших за его спиной и промолчал. А вот Костя не удержался:
- Смотря какие будут приказы. Я подчиняюсь только Дневному Дозору.
- Повторяю - операцией руковожу я, - холодно сказал Эдгар. - Если не согласны, то попрошу убраться вон.
Костя колебался лишь секунду - потом склонил голову:
- Простите, Инквизитор. Я неудачно пошутил. Разумеется, руководите вы. Но в случае необходимости я свяжусь со
своим начальством.
- Вначале будешь прыгать, потом спрашивать разрешения, - Эдгар все-таки решил расставить точки над i.
- Хорошо, - кивнул Костя. - Простите, Инквизитор.
На этом намечавшийся было бунт полностью угас. Эдгар кивнул, высунулся из тамбура и подозвал проводника.
- Когда отправляемся?
- Сейчас! - глядя на Инквизитора с восторгом преданного пса, ответил проводник. - Сейчас, надо заходить!
- Так заходи, - Эдгар посторонился. Проводник все с тем же выражением радостной покорности вошел в тамбур.
Поезд немедленно тронулся. Проводник, пошатываясь, стоял у открытой двери.
- Как зовут? - спросил Эдгар.
- Асхат. Асхат Курмангалнев.
- Закрой дверь. Работай, как положено по инструкции, - Эдгар поморщился. - Мы - твои лучшие друзья. Мы - твои
гости. Тебе надо устроить нам места в поезде. Понял?
Клацнула дверь, проводник запер ее на ключ, вновь вытянулся перед Эдгаром:
- Понял. Надо к начальнику поезда. У меня мало мест. Четыре места свободных.
- Пошли к начальнику, - согласился Эдгар. - Антон, что с компасом?
Я поднял записку, посмотрел на сумеречный "компас".
Стрелка лениво вращалась.
- Похоже, книга в поезде.
- Еще выждем для верности, - решил Эдгар.
Мы отъехали от вокзала на добрый километр, но стрелка продолжала вращаться. Похититель, кем бы он ни был,
ехал вместе с нами.
- В поезде он, сволочь, - решил Эдгар. - Ждите меня здесь. Я схожу к начальнику поезда, нам надо где-то
устроиться.
Вместе с довольно улыбающимся проводником они вышли в коридор. Второй проводник, увидев напарника, что-то
быстро произнес по-казахски, возмущенно размахивая руками - но поймал взгляд Эдгара и замолчал.
- Уж проще повесить на грудь табличку - "Мы - Иные", - сказал Костя. - Что он делает? Если в поезде и впрямь
Высший Иной - он почувствует магию...
Костя был прав. Куда лучше было обойтись деньгами - их магия для людей не менее действенна. Но Эдгар,
наверное, слишком нервничал...
- А ты - чувствуешь магию? - внезапно спросил один из младших Инквизиторов.
Костя растерянно повернулся к нему. Покачал головой.
- И никто не почувствует. У Эдгара - амулет подчинения. Он работает только вблизи.
- Инквизиторские штучки... - пробормотал Костя, явно уязвленный. - Все равно, лучше не высовываться. Верно,
Антон?
Я неохотно кивнул.
Эдгар вернулся минут через двадцать. Как он разбирался с начальником поезда - дал денег или, скорее, вновь
воспользовался таинственным "амулетом подчинения", я спрашивать не стал. Лицо Эдгара было довольным,
умиротворенным.
- Разделился на две группы, - он сразу же начал командовать. - Вы, - кивок в сторону инквизиторов, - остаетесь в
этом вагоне. Займете купе проводников и первое купе, это как раз шесть мест. Асхат вас разместит... и вообще, обращайтесь
к нему за услугами, не стесняйтесь. Активных действий не предпринимать, в детективов-любителей не играть. Ведите себя
как... как люди. Докладывать ситуацию мне лично каждые три часа... или по необходимости. Мы будем в седьмом вагоне.
Инквизиторы молча потянулись из тамбура вслед за улыбающимся проводником. Эдгар повернулся к нам с
Костей. Сообщил:
- Мы займем четвертое купе в седьмом вагоне. Будем считать, что это наша временная база. Поили.
- Появился какой-то план, шеф? - не то с иронией, не то искренне поинтересовался Костя.
Эдгар секунду смотрел на него - видимо, тоже размышлял, чего больше в вопросе - интереса или подначки, на
которую не стоит отвечать. И, все-таки, ответил:
- Если у меня есть план, вы его узнаете. В свое время. А пока я хочу выпить кофе и поспать два-три часа. Именно в
такой последовательности.
Мы с Костей двинулись за Эдгаром. Вампир ухмыльнулся. Я невольно подмигнул в ответ. Подчиненное
положение все-таки сплачивало нас... несмотря на все, что я думал о Косте.
Вагон, где едет начальник поезда - самое козырное место во всем составе. Здесь всегда работают кондиционеры. В
титане всегда есть кипяток, а у проводника - заварка. Наконец, здесь чисто - даже в азиатских поездах, а белье выдают в
запечатанных пакетах - оно действительно выстирано после предыдущего рейса. Работают оба туалета, и в них можно смело
входить без резиновых сапог.
Ну и в довершение нехитрого пассажирского счастья - с одной стороны от штабного вагона прицеплен вагонресторан.
С другой - спальный вагон, если таковой вообще имеется в составе.
В поезде Москва-Алматы спальный вагон имелся. Мы прошли через него, с любопытством поглядывая на
пассажиров. В основном это были важные, упитанные казаки, почти все - с портфелями, с которыми они не расставались
даже в проходах. Некоторые уже пили чай из цветастых пиал, другие раскладывали на столах мясные нарезки, расставляли
бутылки и ломали на части вареных кур. Но большинство, все таки, пока стояло в коридорах, глядя на проплывающие мимо
московские пригороды.
Интересно, что они испытывают, граждане независимой ныне страны, глядя на свою бывшую столицу? Неужели и
впрямь - удовлетворение от независимости? Или, все-таки, ностальгию?
Не знаю. Не спросишь, а и спросишь - не факт, что ответят честно. А врываться в сознание, заставлять говорить
искренне - это не наш метод.
Пусть уж лучше радуются и гордятся - своей независимостью, своей государственностью, своей коррупцией. Раз
уж в Санкт-Петербурге недавно радовались трехсотлетнему юбилею и говорили: "пусть хоть все разворуют, зато наши
разворуют, а не московские" - так почему бы казахам и узбекам, украинцам и таджикам не испытывать те же чувства? Если
внутри единой страны идет размежевание по республикам и городам, то какие могут быть претензии к соседям по бывшей
коммунальной квартире? Отделились комнатенки с окнами на Балтийское море, отделились гордые грузины и кыргызы со
своим единственным в мире высокогорным военно-морским флотом, все радостно отделились. Осталась только большая
кухня - Россия, где когда-то варились в одном имперском котле народы. Ну и ладно. Ну и пускай. А у нас в квартире - газ!
А у вас?
Пусть радуются. Пусть всем будет хорошо. И осчастливленным к юбилею питерцам - один юбилей, как известно,
целый век кормит. И впервые создавшим свои государства казахам и кыргызам... впрочем, они, конечно, привели бы массу
доказательств своей древней государственности. И братьям-славянам, которых так угнетало существование старшего брата.
И нам, русским, гак азартно презирающим - Москву из провинции, провинцию - из Москвы.
На какой-то миг, совершенно неожиданно для себя, я почувствовал отвращение. Нет, не к этим пассажирамказахам,
и не к согражданам-россиянам. Е людям. Ко всем людям в мире. Чем мы, Ночной Дозор, занимаемся? Разделять и
защищать? Чушь! Ни один Темный, ни один Дневной Дозор не приносит людям столько зла, сколько они сами себе
доставляют. Чего стоит голодный вампир по сравнению с абсолютно обычным маньяком, насилующим и убивающим
девочек в лифтах? Чего стоит бесчувственная ведьма, насылающая за деньги порчу, по сравнению с гуманным президентом,
посылающий ради нефти высокоточные ракеты? Чума на оба ваши дома...
Я приостановился в тамбуре, пропуская вперед Костю. Замер, уставясь в заплеванный пол, где уже образовался
первый десяток вонючих окурков.
Что со мной?
Мои ли это мысли?
Нет, не надо притворяться. Мои, не чужие. Никто мне в голову не забрался, даже Высший Иной не смог бы это
сделать незамеченным.
Это я - такой, какой есть.
Бывший человек.
Очень усталый, во всем на свете разочаровавшийся Светлый Иной.
Так и уходят в Инквизицию. Когда перестаешь различать разницу между Светлыми и Темными. Когда люди
становятся для тебя даже не стадом баранов, а горстью пауков в банке. Когда перестаешь верить в лучшее, а все что хочешь
- это сохранить "статус кво". Для себя. Для тех немногих, кто тебе еще дорог.
- Не хочу, - сказал я, будто заговор произносил, будто выставлял незримый щит против врага - против самого себя.
- Не хочу! В тебе... нет власти... надо мной... Антон Городецкий!
За две двери и четыре толстых стекла Костя обернулся и недоуменно посмотрел на меня. Услышал? Или просто
недоумевает, чего я остановился?
Натужно улыбнувшись я открыл дверь и вошел в грохочущую гармошку перехода между вагонами. Штабной вагон
и впрямь оказался блатным местом. Чистенькие коврики на полу; дорожка в коридоре; белые занавески на окнах; мягкие
матрасы, не напоминающие тюфяк негра Джима, набитый кукурузными початками.
- Кто спит внизу, кто вверху? - деловито осведомился Эдгар.
- Мне все равно, - ответил Костя.
- Я бы предпочел сверху, - сказал я.
- Я тоже, - кивнул Эдгар. - Договорились.
В дверь вежливо постучали.
- Да! - Инквизитор даже не повернул головы. Это был начальник поезда - с подносом, на котором был и
никелированный чайник с кипятком, и чайник с заваркой, и чашки, и какие-то печеньки-вафельки, и даже коробочка
сливок. Серьезный мужчина - здоровенный, с роскошными усами, форма сидит, как с иголочки.
А лицо - дурное-дурное, будто у новорожденного щенка.
- Пейте на здоровье, гости дорогие!
Вс
...Закладка в соц.сетях
