Жанр: Фантастика
Полуночная гроза 1. Подземный огонь
...ам подумай, как можно осадную башню
заставить ползти под землей, да еще плеваться зеленым огнем? И кто тогда башней управляет?
Если человек, то он должен видеть, что творится снаружи, на земле. Не вслепую же тащиться!
Однако я не думаю, что человек может сотворить такое вот... существо, в общем.
- Постой, постой, - я вытянул руку к Эйвинду, заставляя его замолчать. Мысль была
ускользающей и какой-то невероятной. Именно поэтому я боялся упустить ее раз и навсегда. -
Ведь гном, которого ты нашел, говорил, будто их клан раскопал под горами очень большую
штуковину. Не железную, не деревянную, а какую-то иную... Если гномы пытались пробраться
внутрь, значит... Нет, не понимаю! Если есть дверь - значит должен быть и создавший эту
дверь, повесивший ее на петли. Или карлики хотели забраться внутрь чудовища через его рот?
Эйвинд помолчал, подвигал бровями, размышляя, а потом высказался:
- Я знаешь, что думаю? Наверное, под Граскаалем спало не одно такое чудище, а
несколько. Гномы случайно разбудили двоих, которые пошли крушить Аквилонию с Немедией
и Пограничье. Только одного не могу понять: выходит, существа выползли из-под Граскааля
только ради того, чтобы плеваться зеленым огнем? Они им плюются, чтобы превращать людей
в невиданных тварей, так?
- Ну, согласен, - подтвердил я. - И что дальше?
- Все твари идут куда-то к полуночи, через Пограничье, в горы. Мы никогда не думали,
зачем они туда идут?
- В горы, - пробормотал я. - Знаешь, есть единственное разумное объяснение, которое
приходит мне в голову - какой-нибудь окончательно спятивший гиперборейский колдун с
помощью подземных тварей создает армию измененных людей. Когда их соберется
достаточное число, он начнет войну против стран Заката. Ты ведь сам только что сказал об
измененных людях, идущих на полночь? А если они идут не в Граскааль, а через перевалы, в
Гиперборею? Мы же не знаем...
- Помнишь волшебника? - спросил Эйвинд. - Этого, Тота... ну, как его?
- Тотланта? - переспросил я. - Конечно. Он поехал за стадом, в которое превратились
люди графа Мораддина. Может, у стигийца получится разведать, куда направляются
измененные?
- Слушай, - Эйвинд вдруг хлопнул меня по плечу, да так сильно, что я едва не упал.
Рука у него тяжелая. - Я придумал одну вещь. Давай спустимся вниз и посмотрим поближе,
какое чудище из себя! Надо бы выяснить, живое оно или нет...
- С ума сошел? - запротестовал я. - Во-первых, оно может напасть на нас. Во-вторых,
мы можем не успеть открыть водяные шлюзы прежде чем существо выбросит зеленое облако.
Тогда нам точно конец. И все планы Конана с Хальком рухнут, а от Аквилонии останется
пустое место. Никуда я не пойду!
- Тогда я сам схожу, - с решительностью в голосе заявил Эйвинд. - Хочу зверю в
глаза посмотреть и спросить, что ему Райта да мои родичи сделали?
- А если у него глаз нет? - усмехнулся я углом рта. - И оно разговаривать не умеет?
Брось! Ерунду ты придумал. Останемся здесь и будем ждать, а когда тварь появится, откроем
шлюзы...
- Ты боишься, - сказал Эйвинд, не обращая внимания на изменившееся выражение
моего лица. - И я даже знаю, почему. Вы, оборотни, всегда пугаетесь всяких необычностей
гораздо больше людей.
- Вот что, - начал я угрожающим тоном. - По-моему, тебе лучше сейчас помолчать...
- Я еще не все сказал, - отмахнулся Эйвинд, перебив. - Я же не говорю, что ты
боишься вообще. Просто чудовище из подземелий пугает твою волчью половину.
Один к одному мои мысли. Впрочем, Эйвинд сам рассказывал, будто в его деревне жили
оборотни и он наверняка сумел неплохо изучить моих сородичей. Но позволять деревенскому
мальчишке обвинять меня, Веллана Бритунийца, в трусости? Не позволю!
- Хорошо, - преувеличенно холодным тоном сказал я. - Пойдем. Но предупреждаю -
мне придется сменить облик. По крайней мере, если заблудимся, я сумею отыскать дорогу
обратно.
Эйвинд только плечами пожал. А я поставил к стене возле одного из воротов свой меч,
расстегнул пояс и начал раздеваться. Эйвинд невозмутимо смотрел.
Я как-то упоминал, что превращаться из человека в волка довольно просто. Я лег набок на
расстеленном плаще, закрыл глаза и даже сам не заметил, как кожа начала менять цвет,
пробилась серо-серебристая шерсть, а лицо вытянулось, превращаясь в волчью морду...
- Здорово! - где-то слева вздохнул Эйвинд. - Который раз смотрю, и всегда диву
даюсь.
Да мало ли чему ты удивляешься, оглобля деревенская! Я вот сейчас удивлен гораздо
больше. Едва сознание прояснилось, я осмотрелся, пользуясь недоступными человеку
возможностями. Слух, обоняние, способность чувствовать приближение врага со всей ясностью
говорили - зверь, исторгающий зеленый огонь, совсем неподалеку. Из мельчайших щелей в
камне приходил слабый, едва уловимый запах раскаленной породы, были слышны хруст и
потрескивание, а также появился совсем непонятный и прежде неизвестный звук. Создавалось
впечатление, что под землей ползет гигантский снежный червяк, шурша ребристыми боками о
стенки норы.
И еще я понял, что приближающееся к нам с Эйвиндом существо, скорее всего, не
является живым.
- Пошли? - Эйвинд вопросительно посмотрел на меня. - Ты запомнил план? Где
дорога вниз?
Когда мою человеческую сущность сменяет волчья, я получаю сразу несколько
преимуществ. Во-первых, я бегаю гораздо быстрее. Конан, еще в старые времена охоты за
Книгой Бытия, насмотревшись на меня, Эртеля и кое-кого еще из нашего рода, долго качал
головой и говорил, что, когда остепенится и заведет семейство, дом и хозяйство, обязательно
наймет оборотня в качестве сторожевой собаки. Любого вора догонит.
Во-вторых, кроме быстроты движений, волчьего зрения и обоняния, я могу пользоваться
тем самым "шестым чувством" оборотня, которое не раз спасало в Пограничье жизни всей
нашей компании. Я не знаю, как это описать человеческими словами. Ты словно знаешь, с
какой стороны придет опасность, куда можно будет убежать, если бой заведомо безнадежен, на
кого можно положиться во время драки, а на кого нет...
Вот на Эйвинда как раз положиться можно. В наших деревнях - да и везде на полуночи
- люди, если берутся за дело, то никогда не отступят. Эйвинд происходит из асиров, а эти
варвары славятся гораздо большим упрямством и стойкостью, нежели остальные жители
Пограничья, Нордхейма да (чего уж говорить...) Киммерии. Асир - за редким исключением -
будет первым и в битве, и в истреблении пива...
"И как он не боится? - думал я. - Человеку подземелья непривычны всегда, а уж сейчас,
когда неподалеку ползает самое страшное чудовище из всех, появлявшихся на людской памяти
в пределах земель полуночи и заката... Разум волка мне говорит: "Веллан, уноси ноги, пока
цел!" Я склонен прислушаться к этому голосу, честно признаться. Но, оборачиваясь на
Эйвинда, я вижу - человек спокоен, как стигийская мумия, пылящаяся в своей пирамиде. Если
он идет и ничем не показывает страх - значит, и мне придется..."
- Велл, ты уверен, что нам надо идти после лестницы именно направо? - когда мы
спустились на следующий уровень катакомб, Эйвинд остановился у выхода и настороженно
закрутил головой. Похоже, он начал чувствовать запах подземной твари, усиливавшийся с
каждым мгновением. - Велл, ты меня слышишь?
Я поднял голову, наморщил лоб и коротко рыкнул - слышу, мол. Единственное
неудобство волчьей шкуры: я не могу говорить. Я, кажется, упоминал, что оборотень имеет три
ипостаси, своего рода три тела, в которые он может превращаться: человеческое, волчье и...
Ну, как бы это сказать? Третье тело представляет собой смесь звериного и людского, а
выглядит настолько жутко, что мы пытаемся никогда в него не воплощаться. Представьте себе
человека с уродливой полуволчьей головой, когтями на руках и ногах, и длинным темным
волосом, выросшим на хребте от затылка. Чудовище, да и только! А кроме того, это
неполноценное тело не обладает некоторыми человеческими и волчьими возможностями,
отчего оборотень становится более беззащитен. Но зато в обличье "чудовища" мы можем
разговаривать...
Я решительно свернул направо, оставив Эйвинда позади. Факел светил из-за моей спины
и не слепил чувствительные глаза, однако все происходившее перед нами было отлично видно.
Длинный коридор слегка забирал вниз и налево. Насколько я помнил план, шагов через
двести мы должны выйти в зал, где каменотесы, добывавшие мрамор, хранили деревянные
тачки для перевозки породы. Следовательно, находясь в просторном помещении, мы с
Эйвиндом сумеем более точно определиться - тварь идет к нам или в другую сторону, а оттого
взглянуть на нее не получится. Честно признаться, более всего я был бы рад последнему.
Сейчас я ощущаю опасность, как никогда остро. Но не могу понять самого главного - что за
существо подбирается к нам? Живое оно или нет? А если не живое, то какова его природа?
Демон?.. Или оно появилось в мире еще во времена, предшествовавшие валузийцам? Ходят
сказки, будто тогда жили совсем невероятные звери...
- Веллан, подожди меня, - это был голос Эйвинда. - Кажется, дым под потолком.
Посмотри!
Асир поднял факел высоко над головой и посмотрел наверх. Великие боги, если так
пойдет и дальше, мы задохнемся. Со стороны зала, находившегося, кстати, прямо под
помещением с водяными шлюзами, наплывали клубы незнакомо пахнущего густого серого
дыма. Я начал подозревать, что зверюга, исторгающая зеленый огонь, не что иное, как дракон...
Но ведь драконы вымерли много лет назад! Насколько я помню, последнего убил какой-то
рыцарь из Аквилонии. Кажется, его звали граф Джорджи. Только дракона нам недоставало!
- Вперед, - буркнул Эйвинд. - Дым горячий, потому будет держаться под потолком.
"Да знаю, - мрачно подумал я. - Но если дыма станет слишком много, он заполнит весь
коридор и выбраться наверх будет сложно... Если Конан не поставит нам золотой памятник,
как обещал, мой призрак будет посещать варвара каждую ночь и выть под окнами. Хочу
памятник, на главной площади Тарантии... А еще больше хочу уцелеть."
Разумеется, мы напоролись на то, что искали. Едва мы вышли в зал, из трещин в стенах
которого выбивался дым, уносимый потом сквозняком в коридоры подземелий, тряска
усилилась настолько, что Эйвинд вынужден был ухватиться свободной рукой за торчащее из
стены заржавленное стальное кольцо, а я попросту лег на живот, будучи не в силах отвести
взгляд от самой большой трещины...
"Зачем я только сюда поехал? - мелькнула мысль. - Высокие небеса, призываю вас с
свидетели - я всегда поклонялся Иштар, однако сейчас готов уверовать в Митру, лишь бы он
покинул свою обитель и пришел сюда с огненным мечом!.. Спасите!"
Митра остался глух. Из-под земли до Солнечного бога наверняка не докричишься. Сюда
его взгляд не проникает.
Эйвинд словно услышал мои мысли и тихо проговорил, складывая пальцы в
охранительном жесте:
- Веллан, я слышал, подземным миром владеет бог Сет... Может, это он сам?
Дубина деревенская! Нашел время поминать проклятую стигийскую гадюку! Имя Сета и
среди ясного полдня лучше не произносить!
Я начал отползать к коридору.
- Ты куда?.. - начал было Эйвинд, но осекся. Каменная стена, располагавшаяся
напротив нас, рухнула. Обломки мрамора запрыгали по полу.
Сначала мне показалось, что мы действительно увидели дракона. Несколько горящих
ярчайшим светом глаз показались в проломе. Кажется, их было пять. Под глазами чудовища
виднелись толстые короткие жвалы, испускавшие бело-синий огонь. Я достаточно неплохо
знаком с кузнечным искусством, чтобы сказать: пламя такого цвета - самое горячее. Жвалы
просунулись в пролом, струи огня коснулись камня, мигом раскалившегося и потекшего на пол
багровыми струйками. Значит, вот как оно двигается - прожигая камень... Хальк оказался
прав.
Зверюга, надо полагать, сунулась в прожженную дыру только лишь головой. Наверное,
осматривалась. А затем глаза вдруг погасли, огонь, выходящий из щупалец, словно втянулся
внутрь них, и чудовище начало медленно протаскивать в зал свое тело. Эйвинд, прижавшийся к
стене, догадался бросить факел на пол и наступить на него. Он, видимо, решил, что зверь
сможет углядеть огонь.
В зале стало светло и без факела. Два глаза чудовища не потухли, и теперь шарили по
стенам, словно закрытые фонари со стеклами, придуманные гномами. Когда дым и каменная
пыль начали постепенно рассеиваться, я как следует всмотрелся в подземного гостя и не
поверил своим глазам.
Существо плыло в воздухе...
Хальк совершенно верно утверждал, что оно огромно. Тварь была размером не меньше
торгового фургона и слегка напоминала какую-то несуразную вытянутую рыбину без хвоста и
плавников. Мы с Эйвиндом явственно почувствовали жар, исходящий от шкуры чудища - его
гладкая кожа была раскалена и слегка светилась темно-багровым. Позади зверя в стене пещеры
образовался черный провал - такое впечатление, что прополз очень большой дождевой червяк,
оставив ход в земле.
"Надо убираться отсюда! - хотел было выкрикнуть я, совсем позабыв, что человеческая
речь мне недоступна. Получился звук, очень похожий на предсмертное поскуливание. -
Эйвинд, пойдем наверх!"
- Не бойся, - Эйвинд меня услышал. - Кажется, оно не обращает на нас внимания...
Разве такой громадине интересны две букашки?
Мы притаились возле входа в коридор, продолжая наблюдать. Чудовище очень медленно
летело вперед, к самой середине зала. Лишь когда существо отделяло от нас не более двадцати
шагов, оно, слегка покачиваясь, зависло над полом и на какое-то время замерло. Из его брюха
неожиданно появились шесть коротеньких толстых ножек, оканчивающихся плоскими
ступнями с когтями. Ножки коснулись камня, раздавив несколько старинных полусгнивших
тачек, чудище осело на землю и издало звук, похожий на довольное фырканье.
- Я же говорил, что оно живое, - прошептал Эйвинд. - Слышишь, как урчит?
Я ничего не понимал. Мое чутье со всей определенностью говорило - тварюга не
является живым существом. И одновременно у нее обнаружились глаза, ноги, она способна
рычать и фыркать... Кто ответит, с чем мы столкнулись? Из каких глубин веков пришло в
Аквилонию это невероятное создание?
Дальше начало происходить нечто вовсе невиданное. Тварь, посидев на полу, вдруг
заскрипела, раздалось тихое жужжание и из ее спины показались несколько разлапистых
щупалец и длинный, немного смахивающий на громадный арбалетный болт, рог, начавший
подниматься к потолку. По каменному своду над нашими головами промелькнули зеленоватые
блики, зверь раза два тихо пискнул, а жвалы, росшие из головы, поднявшись, снова засверкали
синим огнем.
- Время уходить, - наконец-то сказал Эйвинд. - Видишь, оно не остыло. По-моему,
как раз теперь надо залить его водичкой. Бежим?
Я тихонько рыкнул, стараясь придать голосу утвердительный оттенок. Давно, мол, пора.
Но тут Эйвинд совершил невероятно безрассудный поступок. Я не знал, зачем он это
сделал, и до сих пор не получил внятного ответа. Сын кузнеца из Райты поднял валявшийся под
ногами камень и, прошептав что-то недоброе, запустил его в подземную тварь.
Эйвинд попал ей в глаз. Послышался хруст, огонь, испускаемый оком чудовища, погас, и
оно коротко заверещало.
- Бежим! - повторил Эйвинд.
Ах, как я жалел о том, что не могу как следует выругаться! Зачем было кидаться камнями?
Существо прежде не обращало на нас никакого внимания, а теперь, наверное обидевшись,
начало действовать с неожиданной для его размеров резвостью. Краем глаза я успел заметить,
как мгновенно втянулись щупальца, исчезли появившиеся на спине непонятные штуковины,
похожие на дополнительные лапки или плавники, убрался в шкуру поднятый к потолку рог, и
зверь, посмотрев на нас оставшимися глазами, бросился вслед.
Вы когда-нибудь убегали от бросившегося на вас чудовища размерами с обозную фуру? У
которого вперед выставлены щупальца, полыхающие тугим синим огнем? Которое может
раздавить вас, как муравья? Нет? Вам повезло...
Факел остался валяться у выхода в зал, но Эйвинд, как выяснилось, отлично бегал в
темноте. Наверное, он замечал редкие блики света на камне. За нашими спинами раздавалось
шипение и грохот обрушивающейся породы. Постепенно настигал жгущий кожу жар. Как ни
странно, чудовище двигалось гораздо быстрее, чем мы. И это несмотря на это кажущуюся
неповоротливость!
Эйвинд пытался бежать быстро, но отстал и едва не проскочил мимо выхода. Я уже стоял
у лестницы, уводящей наверх.
- Чего стоишь?! - рявкнул он, постоянно оглядываясь. - Догоняет!
И точно - шагах в пятидесяти от нас вовсю сверкало голубоватое пламя. Зверюга,
наверное, очень обиделась на выбившего ей Эйвинда.
...Ну как тебе, дураку, объяснить, что я побегу отвлекать чудовище, а ты обязан
подняться наверх и открыть шлюзы? Я схватил Эйвинда зубами за штаны, протащил за собой
на несколько шагов, потом отпустил, а сам отбежал вниз.
"Понятно?"
- Ты куда? - переполошился Эйвинд. Я издал самый грозный рык, на который был
способен. - Ты что, идешь вниз?
- Р-р-р! Уау!
- Выберешься без меня? - неожиданно понял Эйвинд. Я кивнул. - Ну давай, пусть
тебе поможет Митра!
Перепрыгивая через три ступени, он понесся наверх. А я остался в коридоре.
"Что оно такое?" - эта мысль вертелась у меня в голове постоянно.
Едва Эйвинд ушел к залу со шлюзами, я встал прямо посредине подземной галереи,
широко расставив лапы. Верхняя губа поднята, обнажая клыки, шерсть на спине наверняка
стоит дыбом, хвост опущен. В общем, боевая стойка оборотня-волка. Я не надеюсь, что смогу
победить в этой драке. Подобное было бы слишком невероятно. Но достойно встретить врага
Веллан, сын Арта из Бритунии, сумеет...
Оно наползало на меня, будто ожившая скала. Мне почему-то вспомнилось, что у гномов
есть легенда о некоем Живом Камне. Этот камень способен по приказу владельца (гнома,
конечно же) прожигать корни гор и создавать для гномов новые подземные галереи... А если
передо мной именно Живой Камень? Ведь ему можно как-то приказывать...
"Стой, я сказал! - я отдал мысленный приказ чудовищу. - Остановись!"
Зверюга с ревом и шипением продолжала двигаться по коридору, обрушивая за собой
почву и превращая мрамор в лужицы жидкого огня. Кажется, от гнева она раскалилась еще
больше. Я понял: оставаться на месте - значит умереть. Сейчас нужно заманить тварь обратно
в зал, где мы с Эйвиндом впервые увидели ее.
Но каким образом? Путь назад перекрыт. Остается лишь положиться на свою память и
попробовать погонять чудовище по бесконечным переходам катакомб, надеясь лишь на свой
инстинкт. И на Эйвинда.
Я, стараясь не обращать внимания на опаляющий шкуру огонь, присел, развернулся и со
всех ног бросился прочь, в темноту коридора. Монстр попался на мою удочку. Он ненадолго
замер, словно раздумывая, идти ли за Эйвиндом наверх или следовать за мной, и наконец
остановил свой выбор на командире королевской стражи Пограничья, Веллане из Бритунии.
Направо. Прямо. Налево. Еще раз направо и дальше по лестнице вниз... Какой идиот
набросал под ноги битого стекла? Так, а здесь тупик. Назад, и теперь наверх...
Я не помню, сколько мы так бегали. Вернее, бегал один я. Чудовище либо прошибало
камень своим телом, либо просто летело вслед за мной по коридору, если таковой был
достаточно широк. Иногда оно меня почти нагоняло. Я чувствовал, как шерсть у меня на хвосте
и возле крестца начинает завиваться от жары. Иногда я делал ему мелкие пакости - отталкивал
плечом забытую каменщиками тележку, так, чтобы она, двинувшись вниз по наклонному
коридору, ударилась о тело существа; успел подкопать, обдирая в кровь подушечки передних
лап, горку щебня... Но, казалось, подземной твари все нипочем. Я удивлялся, почему существо
с такой настойчивостью охотится за мной. Разве я, по виду самый обычный волк, могу
причинить ему какую-нибудь неприятность? Или оно должно уничтожать всех, кто хотя бы
одним глазком взглянул на истинный источник зеленого подземного огня?
На самом излете слуха я сумел различить новый звук - журчание воды. Значит, Эйвинд
успел открыть шлюзы и вода начала вытекать из чанов в коридоры. Но более всего меня
озадачило другое - изредка, когда мы находились совсем рядом, зверь метал в меня молнии.
Да-да, самые настоящие молнии. Синие, пахнущие грозой искры ударялись в пол и стены
коридора - каким-то чудом я успевал уворачиваться. Летели каменные брызги, угрожающе
потрескивал над головой потолок, грозя обрушиться, а я настойчиво вел тварь за собой, к залу,
над которым находились шлюзы.
Мне повезло - я увидел трещину в стене галереи, и инстинкт повел меня туда. Оказалось,
что я попал в округлый проход, выжженный в скале подземной тварью. Он и вывел меня в
нужный зал. Существо неотступно следовало в пяти-шести десятках шагов позади.
Сверху, через неприметные щели в камне, вода уже не капала, а лилась, размывая
слоистую породу. Я отбежал к коридору, возле которого прежде стояли мы с Эйвиндом, и
обернулся. Тварь появилась очень скоро, но после того, как на ее раскаленную шкуру попали
первые капли воды, немедленно превратившиеся в белесоватый пар, словно забыла обо мне.
Внутри существа что-то затрещало, пискнуло, и оно, замерев почти в центре зала, внезапно
рванулась вверх, наверняка почувствовав, что опасность исходит не от меня.
Удар пришелся в потолок пещеры. Скала треснула, заскрежетал камень, и струи воды
превратились в усиливающийся поток. Клубы пара начали заполнять подземелья. Я понял, что
нужно уходить. Наверняка Эйвинд сделал свое дело и успел выбежать из пещер.
Под ногами хлюпала горячая вода, шерсть намокла, я почти ничего не видел, но сил,
чтобы нестись вперед, пока хватало. Позади грохотал камень, я чувствовал, как в галерее начал
обрушиваться потолок... Но самым скверным было то, что лестница, по которой ушел Эйвинд,
теперь была завалена камнями.
Я никогда прежде не терял остатки человеческой сущности, полностью превращаясь в
волка. Сейчас произошло именно это. Исчезли мысли, ушли куда-то разум, способность
мыслить... Меня полностью захватила волна инстинкта. Я знал - спустя несколько мгновений
случится нечто, прежде невиданное в землях людей, а мне за это время следует удрать как
можно дальше.
Мы с Хальком потом посмотрели по карте - я сумел менее чем за одну послеполуденную
четверть пробежать одну пятую лиги по подземелью, а, найдя выводившую наружу шахту, еще
столько, уже по поверхности земли...
Волчье чутье действительно привело меня к выходу из катакомб - это была обычная
отдушина, прокопанная много лет назад. Конечно, она была узкая, с лисью нору, но мое тело
приложило все возможные усилия, чтобы миновать шахту как можно быстрее. Когти скользили
по камню, об острые изломы царапалась шкура, однако я знал - если меня зажмет в этой норе,
живым не быть...
Я выбрался. И побежал дальше тяжелым галопом. Я был в лесу, к полуденному восходу
от города.
Земля изогнулась подо мной в невероятной судороге. Казалось, твердь сейчас расколется
и рухнет во Внешнюю Тьму, что за краем Мира. Тряхнуло раз, потом снова, потом до ушей
донесся чудовищный грохот - словно близкий удар грома от самой сильной молнии. Я нашел
в себе силы обернуться и посмотреть в строну города.
Поначалу мои глаза ослепли от пятна белоснежного огня, куполом встававшего над
Ивелином - маленьким городком в центре Аквилонии. Пламенная полусфера расширялась,
накрывая собой озеро, неожиданно вскипевшее, разгоняя низкие осенние облака и круша все
встреченное на пути. Я почувствовал, что березовый лес, на опушке которого я находился,
замер в предвкушении чего-то недоброго. А потом налетел ураган.
Честное слово, я не помню во всех подробностях, что происходило дальше. Немыслимой
силы ветер подхватил волчье тело, швырнул его шагов на двадцать пять в сторону, прямо на
кусты молодого ольшаника, за которым располагалось неглубокое болотце. Именно оно и
спасло жизнь Веллану Бритунийцу. Сразу за ветром пришел огонь, но к тому времени я,
превозмогая боль во всех членах, успел отползти к болотине, забраться в воду и нырнуть с
головой.
Вода мгновенно нагрелась. По счастью, некоторое время терпеть было можно. Но долго
под водой не просидишь, тем более в волчьем облике - человек мог бы вцепиться руками в
лежащие на дне ветки и подождать, пока не кончится весь воздух в легких. А мне чем
цепляться? Хвостом?
В общем, я вынырнул довольно быстро - не прошло и полусотни ударов сердца,
бившегося сейчас с утроенной частотой. Лес горел. Некоторые деревья вывернуло ураганом с
корнем. Кусты, с которых сдуло чахлые осенние листочки, превратились в один большой
костер. Болотце было окружено сбитыми с деревьев ветками, тоже тлеющими. Предок-волк
снова подсказал мне, что нужно собрать последние силы и бежать отсюда прочь.
Постепенно возвращалась способность соображать. Я понял, что везение сегодня меня не
оставит. Лесок находился совсем неподалеку от холма, где меня и Эйвинда должен ждать
король... Лесной пожар не разгорится излишне сильно - сейчас осень и в течение последних
дней шли дожди. Следовательно, я сумею повстречать Конана, Халька и Мораддина довольно
скоро. Если, правда, с ними ничего не случилось...
"Эйвинд?"
Я бежал, припадая на раненые лапы, по березняку, огибая разбитые деревья и тлеющий
кустарник. Сейчас меня меньше всего интересовало, что же случилось с Ивелином и осталась
ли живая проклятая тварюга. Больше всего удручало то, что теперь я никогда не увижу Эйвинда
из Райты... Человек неповоротлив и покинуть город так быстро наверняка не успел бы. Я,
используя все четыре быстрые лапы и звериное чутье, и то едва спасся. Эйвинд, скорее всего,
сгорел...
Вот и дорога. Великая Иштар, что такое случилось с песком, устилающим тракт? Он
оплавился, позеленел и стал похож на стекло для витражей. Желтая осенняя трава по краям
дороги выгорела до черноты. Кое-где она до сих пор тлеет...
Холм. И голос. Знакомый. Очень знакомый.
- Веллан! Ты?
Я не знаю, какое чудо позволило мне взобраться наверх и свалиться у ног Конана.
Запомнились его прожженный плащ, покрасневшее, будто от ожога, лицо, и бешеные глаза.
- Эй, Велл, ты живой?
Конан присел рядом и погладил меня по холке. П
...Закладка в соц.сетях
