Жанр: Фантастика
Охотник за смертью
...ок просто не заслужил такого отца, как Паук. Нет.
Не заслужил.
Проблема отцов и детей была летуну не чужда. Уже завтра ему станет все равно,
абсолютно все равно, но сегодня еще не закончилось. И сегодня он знал, что если
бы его отец походил на Паука, он душу бы продал, лишь бы ему угодить. Вот блин...
на Паука его отец нисколько не походил, а душу таки придется отдать.
Завтра. Все завтра.
Угрюмо оскалившись, как будто желая лишний раз доказать, что он заслужил свое
имя, короткое и звонкое имя "Волк", парень пошел наверх. Где-то там, на холме
прятался тайный ход во вражескую крепость.
Подумать только, какой ерундой приходится заниматься приличному человеку,
полковнику военно-космических сил, между прочим! "Звездные войны", мать их так,
против "Властелина колец". Один черный властелин идет мочить другого черного
властелина, выполняя работу, которая больше пристала бы этим... как бишь их,
благородным воителям.
Строго говоря, "черным властелином" Волк пока еще не был. Несмотря на слухи,
распускаемые его отцом, несмотря на порожденную слухами панику. Грамотная
пропаганда - это наполовину выигранная война. И Элиато сидит сейчас в своем
логове, весь из себя такой тревожный, взволнованный, смотрят в небо зенитки,
подходы к Жрецу заминированы - ступить некуда, войска готовы к бою. Ждут,
голубчики. Черного властелина ждут. А обычного человека никто не ждет: кому он
нужен, обычный, мало их тут шляется, что ли?
Мало, конечно. Один, да и тот, так себе обычный. Высокооплачиваемый киллер с
паранормальными способностями. Ну и ладно. Сойдет.
В чем Волк был полностью уверен, так это в том, что он ни у кого не вызовет
подозрений, даже ввалившись прямо с улицы в личные покои Элиато. Он не вызывал
бы подозрений даже у среднестатистической европейской домохозяйки, появись он на
ее среднестатистической кухне прямиком из холодильника. Что уж говорить о людях
и нелюдях, привыкших к разным странностям?
Развлекая себя подобными размышлениями, Волк нашел посреди пепелища силовой шлюз
и прошел насквозь, как вода просочившись сквозь защитное поле.
- Привет! - сказал он в спину Элиато.
Тот вздрогнул, но справился с собой и развернулся степенно, с большим
достоинством. С вежливым недоумением смерил Волка взглядом и мягко
поинтересовался:
- Кто ты, дитя мое, и как попал сюда?
- Меня зовут Герман, - сообщил Волк, вместе с именем старшего брата примеряя на
себя и его чуть измененную личность. Он полагал, что Герману Гюнхельду,
погибшему от рук Элиато, приятно будет снова встретиться со старым знакомцем.
И он не ошибся в предположениях. - Я поговорить пришел, вы ведь не против,
правда?
Да, он не ошибся. Отказать человеку, так похожему на того, настоящего, Элиато не
смог. Трудно, знаете ли, просто взять и отвернуться от своей первой жертвы. О,
да... почти невозможно.
А дела-то оказалось на полчаса. Тоже, нашли антихриста! Бессмертный, неуязвимый,
всемогущий, души скупает, желания выполняет... Так себе, прямо скажем, неуязвимый.
И уж точно не бессмертный, как показала практика. Убить его, может, и в самом
деле было нельзя: как его убьешь, неуязвимого? Но ведь от мыслей о тщете всего
сущего вообще, и собственного существования в частности, никто не застрахован.
- Вы о самоубийстве не думали?
- Нет.
- Подумайте.
Хороший совет от хорошего человека. Последовал ему бессмертный и неуязвимый, и
самоуничтожился. Потому что желания выполнять он действительно умел и искренне
пожелал самому себе не быть.
Вот молодец.
Даже как-то обидно. А пугали: Жрец, Жрец...
А перед Пауком он теперь в долгу. Доступ Волку в этот субмир открыл Паук.
Наривиласа уничтожил Паук... Черт! Черт-черт-черт! Вот за это Волк перед ним в
долгу вообще неоплатном. Но, с другой стороны, так ведь и задумывалось. Паук
должен был сделать это сам. Для своей же пользы. Чтобы не испытывать потом ни
сомнений, ни сожалений. А прикончи его сына кто другой, разве поверил бы Паук,
что другого выхода не было? Нет. И никто бы на его месте не поверил.
В общем, не так все и плохо. Для начала правления вайрд итархэ заполучил очень
неплохую команду. Паука и Касура, которые будут служить ему - будут, никуда не
денутся. Тут весь фокус в том, чтобы им не захотелось куда-нибудь деваться.
Чтобы они понятия не имели о том, что кому-то служат. А это организовать не
трудно. Марину Чавдарову, обещающую когда-нибудь превзойти Касура в искусстве
чародейства. Андрея Панкрашина, который очень скоро станет магом необыкновенной
силы и способностей. И Максима Адасова, выдающегося эмпата. Эмпаты, они всегда в
цене.
Паук щедро поделился со всеми тремя силой и талантами Гвинн Брэйрэ. Хороший
человек. Надо позаботиться о том, чтобы он никогда не пожалел о том, что сделал.
...Волк смотрел в густеющую синеву вечернего неба.
Завтра, уже завтра его самого ожидала мучительная смерть, и чтобы отвлечься от
мыслей об этом, построение планов на будущее подходило как нельзя кстати.
Не хотелось умирать.
Ему довелось однажды потерять память, он знал, каково это, и знал, что завтра
потеряет не только память. Потеряет всего себя. Свою душу. Свою личность. Свое
небо.
С завтрашнего дня он разучится летать.
Волку было страшно. Ох, до чего же ему было страшно...
Он весело улыбнулся и, насвистывая, пошел по склону вниз, к ожидающему его на
опушке леса "болиду".
...И, словно ток от локтя к запястью,
Течет, отмеренное сполна,
Звенит нелепое твое счастье -
Твоя нейлоновая струна,
Гремит фугасная медь латыни,
Летит слепой мотылек к огню,
Ты слышишь - звездами золотыми
Небо падает на броню...
Браво, парень, ты не грустен нисколько.
Завтра в дальний путь, а пока -
Все по плану: ты становишься волком,
Ты знаешь все, что нужно в жизни волкам.* [[86 - Олег Медведев]]
ПОЯСНЕНИЯ
Адана - ревность. Одна из высочайших фейри.
Аждарха - драконоподобное существо, по достижении ста лет превращается в демона
ювха.
Албасты - демоническое существо, персонаж тюркской мифологии.
Альп - дух, относящийся к благородным фейри, отчасти сродни эльфам, только ни в
коем случае не таким, каких мы все знаем из книг Профессора. Альпы - духи
жестокие, высокомерные и безжалостные.
Амсэйр - сумеречные фейри, духи погоды и времен года.
Баст - обряд инициации и получения имени.
Белый бог, или "фийн диу" - Святая Троица, а заодно так называемый "единый бог",
т.е. бог иудеев, бог различных христианских конфессий, и мусульманский бог.
Большой выезд - люди иногда называют его Дикой Охотой, но, вообще-то, это
праздничный выезд фейри в последние ночи июля, октября, января и апреля. В
Большом выезде непременно участвует Владыка Темных Путей, или тот, кто на данный
момент выполняет обязанности Владыки. Понятно, что люди, попавшиеся на пути
Большого выезда этой встречи не переживают.
Вайрд итархэ - Владыка Темных Путей, Черный Властелин, воплощенная сила,
питающая всех неблагих фейри от низших до высочайших.
Воратинклис - voratinklis (лит.) паутина. Название крепости Паука, выстроенной
на месте Ниэв Эйд, после того, как школа была уничтожена.
Гвинн Брэйрэ - на языке Ниэв Эйд это означает духовное или святое братство.
Гремлин - сравнительно молодые фейри, появившиеся на Земле в конце 19-го века.
Появление их связывают с ростом технического развития, вроде бы, первые гремлины
появились в первых самолетах. Может быть, так оно и есть. Гремлины сами по себе
существа довольно вредные, но байки о том, что они портят механизмы, мешают
работе двигателей или устраивают неполадки в компьютерах - не более чем байки.
Кто же пакостит в собственном доме? Для того чтобы гремлин начал по-настоящему
вредить механизму, в котором обитает, его нужно сильно разозлить.
Гудфред - первый конунг, попытавшийся объединить Данию.
Диил - стихии, сумеречные фейри, олицетворяющие основные стихии.
Договор - в "Охотнике за смертью" это устный документ, регламентирующий
взаимоотношения вампиров и людей, а также вампиров между собой.
Дракула, он же Влад Третий (1431 - 1476 гг.) - господарь Валахии, человек, на
мой взгляд, великий и заслуживающий уважения. Хотя, это вопрос, конечно,
спорный. Широкой публике имя Дракула стало известно благодаря одноименному
роману Брэма Стокера, хотя, конечно, стокеровский Дракула и реальный валашский
воевода - люди очень разные.
Дроттин (датск.) - боевая дружина.
Зайда - пришелец, чужак.
Заморье - земля по ту сторону моря, считалось, что за морем живут
сверхъестественные существа и туда же порой попадают души умерших. Живому
человеку, оказавшемуся в заморье, нет пути обратно к людям.
Змей - он же Крылатый, или Эйтлиайн. Жемчужный Господин, владыка стихий, в силу
обстоятельств выполняющий работу Владыки Темных Путей (см. Черный Властелин).
Игошкин Камень - "игошка" - утонувший некрещеный младенец, готовый заложный
покойник. Камень - это скала. Таким образом, место под названием Игошкин Камень
- это заметная на общем фоне скалка, вероятнее всего считающая "плохим местом".
Империя Великого Карла - земли, которые удалось объединить под своей властью
Шарлеманю, Карлу IX.
Конунг (см. Старейший) - князь. Правитель, иногда только военный вождь, но в
описываемом времени уже полноправный владыка над людьми и землями.
Ифэрэнн - преисподняя.
Крылатый - Эйтлиайн, он же Змей или Жемчужный Господин. Временно исполняющий
обязанности Владыки Темных Путей.
Лаэр - волшебная страна. Лаэр переводится, как центр, средоточие, основа,
поэтому фейри называют его еще и срединным миром, в то время как люди называют
срединным миром свой собственный, тварный, мир, имея в виду, что он расположен
между богами и демонами.
Межа (Идир) - граница между волшебным и тварным мирами.
Науза - наговоренный оберег, который носится на одежде или на теле.
Поместье - имеется в виду бывшая территория Ниэв Эйд, расположенная на Меже,
находящаяся под властью и защитой Паука и принадлежащая крепости Воратинклис.
Псионик - существо, наделенное паранормальными способностями, к которым
относятся: телекинез, телепатия, пирокинез, и разного рода биоэнергетические
дисциплины.
Сенас - Первый. Он первый из мерворожденных, иначе говоря, первый и самый
могущественный из живых мертвецов.
Хейлиг фэрд - святая дорога. Относительно безопасный, и короткий путь от
святилища к святилищу, или от места силы к месту силы. Путешествие по хейлиг
фэрд отнимает больше времени, чем путь по Меже, но зато не требует расхода сил.
Хуналанд - обозначение южных стран.
Эйт Трейсе - место силы, или волшебное место, иногда - святое место. В местах
силы ставят, например, храмы, на эйт трейсе расположены языческие капища,
зачастую место силы - это так называемое "плохое место", с которым связаны
различные загадочные, а то и трагические события.
Эльфы - духи, относящийся к благородным фейри. Жестокие, высокомерные и
безжалостные. Найдите десять отличий от альпов.
Типы фейри:
Три основных типа: фейри Полуденные, фейри Полуночные и фейри Сумеречные.
Полуденных и Полуночных фейри знающие люди, например Гвинн Брэйрэ, называют,
соответственно Благими и Неблагими. Деление это очень условное, поскольку ни от
тех, ни от других добра ждать чаще всего не приходится. Несмотря на то, что
многие из Благих фейри были созданы для того, чтобы защищать смертных, их
отношение к людям давным-давно изменилось, и вреда от них стало больше, чем
пользы.
Как Благие, так и Неблагие фейри подразделяются на низших, благородных (или
рыцарственных), а также высоких и высочайших владык.
Низшие фейри - это чудовищные существа из плоти и крови, чаще всего неразумные,
и обычно агрессивные. Такие, например, как оборотни (в животном облике) или
ожившие мертвецы. Впрочем, точно так же к низшим фейри относятся и вампиры, и
некоторые демоны, а уж их-то к неразумным отнести затруднительно.
Фейри благородные - это те, кого собственно, и принято называть "фейри".
Прекрасные дамы, суровые рыцари, а также многочисленные духи, начиная с домовых
и заканчивая баньши. Все они, такие разные, объединены одним общим названием
только потому, что куда больше похожи на людей, чем, скажем высокие и высочайшие
владыки, но при этом отнести их к низшим фейри, все таки, нельзя.
Владыки же, высокие и высочайшие - это то, что у людей называется чувствами,
эмоциями, поведением, привычками и т.п. Движения души, те или иные поступки,
верные или неверные решения - все то, плохо изученное пространство, которым
занимаются психологи, священники, поэты и хорошие педагоги. (Это если мы
допускаем мысль о том, что хорошие педагоги до сих пор существуют).
Во главе Полуденных, или Благих фейри стоит Сияющая-в-Небесах, упоминание о
которой есть в романе "Врагов выбирай сам". Сияющая-в-Небесах не только
направляет действия своих подданных, но и является для них источником силы, дает
им возможность существовать.
Во главе Полуночных, или Неблагих фейри должен стоять Владыка Темных Путей
(вайрд итархэ). Точно такой же источник силы для своих рабов, как Сияющая-вНебесах
для Полуденных фейри.
Без своих владык Благие и Неблагие фейри лишаются средств к существованию, и,
чтобы не закончиться, начинают, кто как может, кормиться от смертных,
подталкивая их к разного рода поступкам, напрямую вмешиваясь в человеческую
жизнь, и внося в наш беспорядочный мир еще больший беспорядок. Поэтому, всем
лучше, когда и Сияющая-в-Небесах, и Владыка Темных Путей "живы", сильны и
благополучны. Тогда и волки сыты, и овцы целы, и тем и другим на радость.
Сумеречные фейри - это духи природы. Они от смертных зависят лишь постольку,
поскольку смертные мешают им жить спокойно. Часто их можно принять за
благородных фейри, но если какая-нибудь "фея миртового дерева" проявляет интерес
к человеческому принцу, это означает, что никакая она не фея дерева, а фейри
Полуночи или Полудня. Настоящим Сумеречным духам люди почти безразличны.
Сумеречные фейри также имеют свою иерархию:
Комэйрк - покровители всего, что есть в тварном мире, начиная с цветов, и
заканчивая океанами и горными массивами. Комэйрк расположены в самом низу
иерархии природных фейри, зато их принято считать "настоящими", то есть,
существующими в действительности, в отличие от природных фейри более высоких
рангов. Комэйрк считают своей собственностью кое-какие участки тварного мира, и
туда заходить не рекомендуется. Если дух-покровитель доберется до нарушителя
границ, он разорвет его на куски. А порчу может наслать, даже если не доберется.
Амсэйр- природные духи погоды. К ним относятся, например, времена года. Их
называют Повелителями или Повелительницами (пол, на самом деле, не имеет
значения, но на разных человеческих языках он может быть разным).
Диил- стихии. Самые высокие из природных фейри. Стихии принято называть
Царственными Повелителями, или Царственными Повелительницами (пол, опять-таки,
не важен).
Разумеется, и у амсэйр, и у диил есть множество слуг, так называемых
элементалей. На мой взгляд, понятие "элементаль" еще более расплывчато, чем
понятие "благородные фейри", но за неимением лучшего, остается пользоваться тем,
что есть.
Во главе иерархии Сумеречных, или природных фейри стоят Жемчужные Господа. Их
двое: Господин и Госпожа, и если не станет одного, другой, скорее всего, тоже
очень скоро иссякнет. Правда, в отличие от Владыки Темных Путей, или от Сияющейв-Небесах,
Жемчужные Господа не являются для своих подданных единственным
источником силы. Скорее уж, они -своеобразный залог гармоничного сосуществование
всех природных явлений. Символ благополучия и радости жизни, которая станет
идеальной, когда из нее уберутся куда-нибудь смертные.
Другие понятия
Закон - необходимость сохранять равновесие в противостоянии Света и Тьмы
(Полудня и Полуночи). Закон никем и ничем не воплощен, он проявляет себя только
в том, что миры, где упомянутое равновесие нарушилось и не было восстановлено,
оказываются уничтожены. Уничтожает эти миры Меч Закона, он же Звездный. В то,
что Меч на самом деле вполне себе живой фейри никто не верит, принято думать,
что Звездный - это нечто непостижимое и неотвратимое, как, собственно, Закон.
Кристалл (правильно "Благодать Закона") - называется Кристаллом только потому,
что когда-то, по слухам, имел вид драгоценного камня (см. "Змея в тени орла"). В
существование Кристалла никто не верит, поскольку от Закона нет и не может быть
никакой благодати, описать его толком никто не может, сказки гласят, что это -
источник силы, способной питать как Полдень, так и Полночь, в зависимости от
того, представитель Полудня или Полуночи становится его хранителем. То есть,
Кристалл - это то, чего нет, и что могло бы, существуй оно в действительности,
удержать от падения покачнувшийся мир.
В нашем случае Благодатью Закона оказался Крылатый Змей (к большому удивлению в
первую очередь для себя самого). А его Хранителем стала Элис Ластхоп.
Представляющий Силу - это титул фейри, который в нормальных обстоятельствах
служит проводником силы от ее источника (Сияющей-в-Небесах или Владыки Темных
Путей) к их подданным, фейри Полудня или Полуночи. В нашем случае источника силы
для фейри Полуночи нет, и Представляющий Силу вынужден поддерживать неблагих
фейри за счет собственной силы.
Санкрист (меч) - один из трех мечей, принадлежащих трем основам мироздания:
Свету, Тьме и Закону. За владение любым из этих мечей нужно отдать свою душу.
Санкрист принадлежит Владыке Темных Путей.
Светлая Ярость (меч) - один из трех мечей, принадлежащих трем основам
мироздания: Свету, Тьме и Закону. За владение любым из этих мечей нужно отдать
свою душу. Светлая Ярость принадлежит рыцарю-защитнику Сияющей-в-Небесах.
notes
1
Жирный Пес (здесь и далее, кроме особо оговоренных случаев, перевод с языка Ниэв
Эйд)
Синица
В именах Орнольф и Хрольф есть корень "волк". Орнольф - "орел" и "волк", Хрольф
"слава" и "волк"
автор - Павел Воронин.
Обряд инициации и получения имени
Дети от нагов и людей рождались болезненными, очень худыми, и жили недолго
Возишься
автор - Лариса Бочарова
Бог, хранящий усадьбу, скот и двор
Дух-хозяин дома и усадьбы
Я вызываю тебя на бой, Сенас!
Хочешь умереть - сражайся!
Щит]...
Перехватив жилистое запястье, дан другой рукой обхватил Паука за плечи,
перекатился по полу, гася инерцию стремительного броска.
И медленно сел, по-прежнему не отпуская Альгирдаса. Только забрал обе его руки в
свою широкую ладонь, да покрепче прижал к груди черноволосую голову:
- Эйни, - произнес как можно мягче, - Эйни, это же я.
Плечи под его рукой вздрогнули. Не в попытке вырваться, нет, Альгирдас словно
попытался спрятаться, стать как можно меньше, вообще перестать быть. Орнольф
обнял его обеими руками, осторожно погладил по голове, укачивая, убаюкивая,
стиснув зубы от острой жалости.
- Плачь, Эйни. Плачь. Тебе надо было поплакать. Ты заледенел весь, как каменный
стал от боли, ну что же мне было с тобой делать, как отогреть? - он чувствовал,
как одна за другой лопаются невидимые струны, раздиравшие душу Альгирдаса, как
боль становится слабостью, просто слабостью, которая уйдет вместе со слезами.
И все будет... лучше, чем есть сейчас. - Ты прости меня, Эйни. Я не буду тебя
убивать, и Совету я сказал то же самое. Я здесь, чтобы защищать тебя, от всех -
от Совета, от тебя самого, если понадобится.
Золотой ошейник, сгоревший вместе с мертвяками, куда проще оказалось сжечь, чем
выбросить из памяти. И прав оказался Молот Данов, когда сделал ход вслепую и
угадал: гордого конунга Альгирдаса научили просить. Научили так хорошо, что он
убивает за напоминание об этом быстрее, чем успевает подумать.
"Защитник... - зло стучало в мыслях: - Ты же не спас его ни от рабства, ни от
позора, ни от страшной смерти. От чего защищать его теперь?"
Конунг Альгирдас, Паук Гвинн Брэйрэ, молча плакал в его объятиях, заново,
страшно, отчетливо переживая все. Ужас и беспомощность, безумную надежду,
опустошающее отчаяние и боль, боль снова и снова.
Она уходила. Вместе со слезами. Оставляя в груди вместо себя темную пустоту. Но
в этой пустоте уже не было холода. Во всяком случае, пока. Пока Орнольф прятал
его от всего мира, нисколько не стыдясь ни его слез, ни своей нежности.
Потом они разговаривали, то есть Орнольф говорил, а Альгирдас молча сидел возле
потрескивающего костра. Останки навьев - невесомый белый пепел - легким
сквозняком кружило над полом, как первую снежную крупу в ноябре. Орнольф
подбрасывал в огонь сухие доски от разломанных сундуков и рассказывал:
- Я тебя услышал пять дней назад. Даже сначала не понял, что это. Попробовал
связаться с тобой сам, - ты не ответил. Ясно, что беда стряслась. Но где тебя
искать? Веришь ли, в голову не пришло, что с тобой в твоем доме может что-то
случиться. А я на Кайласе был, в долине мертвых: у них там пишачи безобразничать
взялись, мешают добрым людям помирать пристойно, ну, Дау меня и позвал. Мы с ним
прямо оттуда и посмотрели - с Кайласы же, сам знаешь, хорошо видно, - нет, никто
из наших не умирал. Как это так может быть? Почему тогда ни я тебя не слышу, ни
ты мне не отвечаешь. Дау говорит, не спеши, попробуй снова по крови поискать.
Что, говорит, с Пауком сделается - он же и чародей знатный, и воин отменный. Я,
дурак, и послушался... Не стал спешить.
- Паутина, - негромко произнес Альгирдас. - Ты ни в чем не виноват, Орнольф, это
просто паутина. Я сплел ее, когда просил тебя дать мне время до рассвета,
заставил раскаяться в том, что ты не успел спасти меня. И ты попался.
- Я мог бы успеть, если бы поторопился.
- Нет. Ты же не знал, где меня искать. А я... мне было страшно. Очень. Никогда я
так не боялся. И я ушел.
- Ты же в золоте был.
- Представляешь, как перетрусил? - Альгирдас усмехнулся. - Да, сбежал, и золото
меня не удержало. Эльне бросил и Наривиласа... ушел. Только сегодня вернулся,
когда имя твое услышал. А так, не нашел бы ты меня ни среди живых, ни среди
мертвых.
Он посмотрел в сторону выхода и обхватил колени руками:
- Светает...
- Я тебе нашел там тихое место, - бодрясь сообщил Орнольф, - тихое и темное.
Он вымученно улыбнулся, получив в ответ куда более живую, хоть и острозубую
улыбку:
- Ты что, рыжий, мертвяка днем больше, чем ночью боишься?
- Сам как будто не боишься, - проворчал дан. - Пойдем, расскажешь мне потом, как
это...
- Противно, - зевнул Альгирдас и неохотно поднялся, - как будто по шлему палицей
приложили. Вроде на ногах стоишь, а вроде и душа отлетает.
В самом дальнем углу усыпальницы, в длинной стенной нише, где еще недавно стоял
пущенный на растопку большой сундук, Орнольф постелил несколько одеял и соорудил
из кожаного плаща плотный полог. Чтоб ни один лучик света не потревожил Хельга,
пока тот будет спать мертвым... - тьфу ты! - глубоким дневным сном.
- Знаешь, - пробормотал Альгирдас, вытягиваясь на жестком ложе, - так странно...
Эльне была живая, и я был жив, мы были вместе... как будто не три года, а всю
жизнь, и в прежней жизни тоже. А сейчас она мертва. И я мертв. Мы умерли в один
день, но мы не вместе. И я не знаю, где она... и очень надеюсь, что она не знает,
где я. Но я все еще не понимаю, что ее нет.
Орнольф только вздохнул, не зная, что сказать. Ему не доводилось потерять
любимую... Но если бы, не приведи боги, с Хаптой случилась беда, разве ему помогли
бы слова?
- Потом станет легче, - произнес он убежденно, - со временем. Сейчас в это
трудно поверить, но...
Он не договорил. Понял, что Хельг уже не слышит его. Солнце взошло, и остатки
жизни покинули тело, бесцветные глаза застыли, глядя в пустоту. Орнольф подумал,
протянул руку и закрыл Альгирдасу глаза. Так он меньше походил на мертвого...
хотя, конечно, спутать мертвеца со спящим все равно было невозможно.
Эльне умерла. Какая-то мразь, погань, в подметки не годящаяся никому из Гвинн
Брэйрэ, убила ее просто так, от злости или для развлечения. Люди убивали для
забавы нисколько не меньше, а то и больше, чем нежить и чудовища. Орнольф
вспоминал Эльне, свою "лиден систер". Сестренку... так сложилось у них сразу, еще
в тот день, когда он увидел ее в первый раз.
Хельг позвал его на свадьбу, единственного из Гвинн Брэйрэ, и об этом долго
потом говорили, мол, Паук опять все сделал поперек советов наставников, вопреки
пожеланиям братства. По-своему, в общем. По-паучьи. А делов-то всех - женился,
когда захотел, а не когда разрешили. Ему уже семнадцать было - конунг, не хуже
славного Гудфреда, будет он у Совета спрашивать, когда ему жениться. А Эльне
только-только четырнадцать исполнилось, и показалась она тогда Орнольфу ну
совсем девчонкой. Нет, все при ней было, чего уж говорить, просто нрав не
бабский, а... ну как у зайчика солнечного. Хельг ее Ланькой называл - это оленуха
такая, маленькая совсем. И впрямь.
Смотрел на них Орнольф - и в те дни, и потом, когда в гостях бывал, - смотрел и
диву давался: как же Хельг без Эльне раньше жил? Нрав у него, ну до того тяжелый
- княжеский нрав, что тут скажешь, и рука не легче. Это с людьми он терпелив да
спокоен, а с Гвинн Брэйрэ, да вот с Орнольфом хотя бы, ох-хо, не приведи боги
слово поперек сказать. А тут льнет к нему нежная веточка березовая, в глаза
заглядывает:
- А-альгирда-ас, - этак, по-ихнему, протяжно, как смола с кедра течет...
И готов свирепый Хельг, Паук Гвинн Брэйрэ: хоть так ешь, хоть на хлеб намазывай.
У кого на Эльне рука поднялась? Ее даже звери лесные не трогали. И не боялись.
Хельг - тур лесной, гордый, могучий. А Эльне - ланька и есть. Как же можно было
ее?.. маленькую такую...
- Касур, - властно прозвучало в тишине, - Молот, ты слышишь меня, брат?
- Слышу, Син, - отозвался Орнольф, - чего тебе еще?
- Паук сыт? - без долгих предисловий поинтересовался Старший.
- А я знаю? - невежливо ответил Орнольф.
Отличить сытого мертвяка от голодного сумел бы и обычный человек, не то что
Гвинн Брэйрэ, и по вдумчивому молчанию Сина Орнольф понял: его невежливость
...Поділитися у соцмережах
