Жанр: Эзотерика
Энциклопедия колдовства и демоно том 2.
...ла в монастырь, если у нее не было склонности к послушанию?
О.: Она родилась у бедных, но благородных родителей. Естественно, что ее
родители сразу увидели, что о ней позаботятся, если она поступит в монастырь.
В.: Как же тогда она смогла вести безнравственную жизнь ¦"
О.. С помощью колдовства [Zauberei] и других дьявольских искусств. v,
"
В.. Была ли она ведьмой?
О.: Да.
В.: Где она научилась этому и у кого?
О.: Один гренадер научил ее в Вене, куда она и все домочадцы отправились вместе
с ее отцом во время венгерской войны.
О.: Как случается в военное время. Гренадер часто давал ей хлеб, когда она была
голодна, и, наконец, пообещал научить ее чему-нибудь.
В.: Чему же, наконец, научил ее этот гренадер?
О.: Он дал ей бумагу, на которой были написаны все буквы. На этом листе она
должна была нарисовать круг и стоять внутри его. Кроме того, она получила
заговор [Zelel] с различными словами в нем, и, если она читала эти слова, то
могла делать прохожих на улице хромыми и увечными.
В.: Делала ли она когда-нибудь подобные вещи и становился ли кто-нибудь хромым?
О. ¦ Да, она делала это несколько раз; но действительно ли люди становились
хромыми, она не знает.
В.: Где же теперь этот круг и бумага?
О.: Она порвала и выбросила этот круг и бумагу, когда однажды она познакомилась
с дьяволом и узнала больше [о колдовстве].
В.: Расписалась ли она тогда в книге Дьявола? Где и когда?
О.: Да, когда она перемещалась из Вены в Прагу, куда этот гренадер взял ее Этот
человек перенес ее в Прагу, в комнату во дворце, где собиралось их собрание.
Гренадер подвел ее к высочайшему господину, который сидел в середине, предложив
ему принять ее в число членов братства.
В.: Кто тогда был этим великим господином?
О.: Без сомнения, это был дьявол.
В : Допускал ли потом дьявол ее в свое братство?
О.: Он ответил, что она еще слишком молода и дал ей картинку, где были
нарисованы две ведьмы. На этих двух ведьмах она должна была написать чернилами
свое имя.
В.: Что она использовала, чтобы поставить свою подпись?
даРената,
сестра Мария
374
О.: Ничего. Она использовала собственную кровь, чтобы подписать свой обет ему,
то есть дьяволу.
В.: Действительно ли она там-то и тогда-то собственной кровью и подписью отдала
себя дьяволу?
О : Да. Когда ей было четырнадцать лет, гренадер доставил ее в Прагу в
вышеупомянутый салон, где она была принята им и подписалась собственной кровью.
По повелению дьявола она зарегистрировала себя в большой книге, выдавив кровь из
руки между мизинцем и безымянным пальцем. Вместо Марии она написала - Эма
Рената. Совершив подобное в присутствии "многих графинь и знати из Вены", она
должна была отречься от святой Троицы и от всех святых таинств. За это она
получила новое платье, в котором отправлялась на шабаш ведьм, мазь, порошок и
заговор с разнообразными письменами, с помощью которых она могла околдовывать
людей на расстоянии своего голоса. Несмотря на свое безнравственное поведение,
она вступила в монастырь под давлением своих родителей. Там она должна была так
выполнять свои религиозные обряды, чтобы никто не смог заметить порочную жизнь,
к которой дьявол принудил ее. Так, она тайно осквернила семь святых причастий,
четыре из которых спрятала в руках и в ногах, одно бросила в выгребную яму и
другое в море, а последнее взяла с собой на шабаш ведьм.
В.. Как или каким образом она спрятала эти гостии?
О.: Она сделала разрез на своих руках и ногах перочинным ножом и поместила
святые причастия под кожей, погрузив их внутрь, и таким образом спрятала их. Она
претерпела ужасную боль, пока раны зажили [Она демонстрирует раны]. На шабаше
гостии были проколоты ногтями, и из проколотых мест хлынула прозрачная вода.
На допросе она рассказала о своем путешествии на шабаш ведьм, что также
соответствовало общепринятым описаниям.
В. Верила ли она в то, что это не было наваждением, а происходило на самом деле?
О.: Это часто бывало наваждением, но гораздо чаще это происходило на самом деле.
В приятном лесу или на большом прелестном лугу воздавались высшие почести
дьяволу, который присутствовал в виде великого
господина и властелина. Среди присутствующих были граф фон X. из Вены. Они ели
бисквиты, анисовый хлеб и подобную пищу, пили кислое вино и развлекались
танцами, прыжками и другими безумствами под музыку дьяволов. Некоторые из
танцующих были одеты, но большинство совершенно голые. Однажды она получила
золотой талер от дьявола. Она назвала еще двух участников, монахиню и
монастырского священника. Лорд-канцлер Рейбельт разрешил Инквизиции привлечь
этого священника. Каждый понедельник дьяьэл посещал ее в монастыре.
В.. Что он делал с ней? О.: Каждый понедельник он ложился с ней для блуда.
В.' Как была возможна подобная вещь, поскольку дьявол является духом,
неспособным на подобные развратные действия?
О.: У него всегда было тело, и он был настолько реален, когда совокуплялся с
ней, что она испытывала ужасную и почти непереносимую боль. Он часто оставался с
ней на два или три часа, но никто не знал об этом
Теперь наступила очередь главных вопросов, связанных с ее околдовыванием
монахинь. Она призналась во всем. Ее заклинания вызывали "помутнение разума,
судороги, боли и мучения всех пяти чувств" Из зависти она также околдовала трех
дворцовых дам и рыцаря. Ее враждебность к монахиням возникла, когда они
исповедовались аббату Пре-монстратенского монастыря, которого она невзлюбила.
Господь не позволил ей сделать его хромым и слепым с помощью чародейства.
О.: Она не могла лечить тех, кого околдовала, поскольку, как только ее
колдовство было раскрыто, она сожгла свое платье, мази, заговоры и т.п. Теперь
она не может никому причинить вреда.
В.: Как же тогда эти люди могут быть освобождены от этого зла?
О.: С помощью церковных обрядов, экзорсизма и религиозных действий.
В.: Как же тогда раскрылась ее безнравственная жизнь?
О.: Через кошек, которых она вынуждена была выбросить.
В.. О каких кошках она говорит •*
О.' Монастырь и все комнаты были наполнены таким большим количеством
Рио, дель Мартин Антуан
мышеи и крыс, что они не знали, что делать. Они так настойчиво жаловались
аббату, что он разрешил каждой монахине держать в своей комнате кошку, чтобы
избавиться от всех этих вредителей.
В.: Как же через этих кошек раскрылась ее порочность?
О.: Вместо одного она содержала трех котов. Однако, они были тремя дьяволами,
которые говорили с ней в ее комнате и в монастыре. Монахини услышали, как эти
коты разговаривали по вечерам и ночью, и были озабочены этим. Одна монахиня
рассказала другой, они донесли аббату об этих разговорах, и вскоре весь
монастырь был в ужасе от этих трех говорящих котов.
Вследствие этого аббат велел убрать всех кошек и высказал ей "самое острое"
порицание. С момента ареста дьявол не навещал ее.
Заслушав это признание, шесть священников, включая аббата Лошерта, раздававшего
милостыню при монастыре, и двух иезуитов, осудили ее по 13 статьям за
чародейство, ересь и вероотступничество. Епископ Вюр-цбурга подтвердил приговор
и лишил ее сана 28 мая 1749г. Светский суд постановил сжечь ее как ведьму, но
епископ, "принимая в расчет чрезвычайную молодость обвиняемой, когда она была
впервые соблазнена гнуснейшим грехом колдовства", позволил умертвить ее перед
сожжением.
17 июня 1749г. Р., уже не являвшаяся монахиней, одетая в длинное черное платье,
белый фартук и белый шейный платок, и белый, и черный чепец, была препровождена
отцом Маурусом и отцом Гааром в Мариен-берг. Здесь она была обезглавлена, а ее
тело брошено в костер из просмоленных бочек и дерева. В соответствии с отчетом
очевидца, палач отрубил ей голову так ловко, что наблюдатели кричали от
восхищения "браво". Во время сожжения иезуит отец Джордж Гаар читал проповедь,
узаконивавшую казнь, рассказывая о ее порочности и грехе колдовства. Он так
гордился своей речью, что опубликовал ее по-немецки и в переводе на итальянский.
Однако подобное распространение речи вызвало полемику с участием итальянского
юриста Тараторри, от которого отец Гарр получил неблагоприятный отзыв. Суд
произвел настолько шокирующее впечатление, что вызвал изменение в общественном
сознании, и его противники смогли предотвратить эпидемию подобных судов.
Рио, дель Мартин Антуан (1551-1608)
Известный ученый-иезуит и автор энциклопедического труда "Disquisitionum Magicarum",
наиболее полной во многих отношениях работы по колдовству, не менее
известной, чем "Malleus Maleficarum". Родился в Антверпене (Бельгия) от
известного отца-кастильца и состоятельной матери-арагонки. Отец, королевский
чиновник, пережил ограбление своего замка в местном восстании против испанского
господства, и Р. потерял свою библиотеку. Получил хорошее классическое
образование, знал еврейский, халдейский и 5 современных языков, имел юридическое
образование; в 19 лет опубликовал издание Сенеки, ссылаясь более чем на 1300
источников. В 24 года стал вице-канцлером и генеральным прокурором Брабанта.
Позже Вольтер высмеял это назначение, назвав его генеральным прокурором
Вельзевула. Однако в 1580г. Р. решил вступить в орден иезуитов, учился и работал
в таких различных иезуитских центрах как Лувен (где собирал материал для своей
демонологии) и Брюссель, где и умер в 1608г. В течение 26 лет учебы и научной
деятельности написал по крайней мере 15 книг проповедей и комментариев.
"Disquisitionum Magicarum" (в шести книгах) была написана около 1596г. и впервые
опубликована в Лувене в 1599г., посвящена князь-епископу Льежа, постоянно
переиздавалась, была переведена на французский в 1611г. К 1747г., когда эта
книга была в последний раз переиздана, насчитывалось около 20 ее изданий. В 6
разделах обсуждаются следующие проблемы:
1. Магия в целом, различия между естественной и искусственной магией; алхимия.
2. Дьявольская магия; ведьмы на шабаше, настоящие и фальшивые призраки.
3. Maleficia и их осуществление. Как и почему Господь допускает, чтобы злые
духи мучили людей.
4. Предсказания, гадания (когда ересь, когда просто предрассудок), "суд
Божий" (Р. отчасти сомневается в ценности bain des sorciers или плавания).
5. Наставления судьям: признаки и доказательства колдовства сопровождающегося
ересью, но судьям предоставляется определенная свобода действия.
Рука повешенного
6. Обязанности исповедника; естественные (коралл, оникс) и сверхъестественные
(экзорсизм, амулеты) средства, чтобы противостоять maleficia.
Прикрываясь умеренными взглядами, Р. запретил законодательную защиту ведьм,
отвергал ликантропию, в то же время возвратил теоретические положения и судебную
практику "Malleus Maleficarum" с их невежеством и слепой нетерпимостью.
Например, Р. приводит "совершенно достоверную историю":
"В 1587 году солдат, стоявший на карауле, выстрелил в темное облако, и, подумать
только, к его ногам упала женщина. Теперь что скажут те, кто отрицает, что
ведьмы ездят на собрания? Они скажут, что не верят в это; позвольте им
оставаться столь же неверующими, потому что они не верят очевидцам, которых я
могу представить во множестве".
К 1600г. злоба охотников за ведьмами была направлена против защитников ведьм,
подвергавших сомнению теорию и практику судов над ведьмами. Р. утверждал:
"Судьи обязаны под страхом смертного греха осуждать на смерть тех ведьм, кто
признался в своих преступлениях; всякий, кто выступит против смертного
приговора, совершенно справедливо подозревается в тайном соучастии; никто не
должен убеждать судей отменить казнь; более того, это является indicium
колдовства, защищающего ведьм, или подтверждением того, что истории о ведьмах,
которые рассказывают как очевидные, не являются обманом или иллюзиями".
Подобно Бодену, Р. был принят и протестантскими охотниками за ведьмами благодаря
своей дружбе с Юстусом Аипсиусом из Лейдена. Р. был хорошо известен в Англии
благодаря тому, что, как и Перкинс, возражал Филмеру.
"Если, как это часто бывает, Господь позволяет, чтобы ребенок умер, прежде, чем
его окрестят, то это для того, чтобы воспрепятствовать совершению им в
последующей жизни тех грехов, которые могли сделать его вечные муки более
жестокими. Поступая подобным образом, Господь не бывает ни жестоким, ни
несправедливым, потому что благодаря простому факту первородного греха дети уже
заслуживают смерти". - Мартин дель Рио (1599).
Рука повешенного "1Л""4' *м -*:м-*
Во многих grimoires и руководствах по магии описывается рука повешенного -
ужасный атрибут, иногда предъявлявшийся на судах за колдовство. Чародей
обертывал руку повешенного куском савана, крепко стягивая, чтобы выдавить
оставшуюся кровь, и мариновал в соляном растворе с различными сортами перца в
глиняном кувшине. Через две недели руку вынимали и выставляли на солнце или
высушивали в печи вместе с вербеной и папоротником. В одном рецепте
предполагалось использовать руку как подсвечник для свечей, сделанных из сала
повешенных, натурального воска и лапландского кунжута.
Иезуитский демонолог дель Рио рассказывает, как вор зажег пальцы руки
повешенного, чтобы погрузить в сон обитателей дома. Его заметила служанка. Пока
вор обшаривал дом, девушка пыталась погасить пламя, дуя на него и поливая пивом
или водой, и, наконец, залила его молоком. Тотчас домашние проснулись и схватили
вора. История была широко распространена в фольклоре и вошла в "Ingoldsby
Legends".
Другой демонолог, Гваццо, позаимствовав эту историю у Реми, рассказывает о суде,
состоявшемся в 1588г. в Гермингене над Никелем и Бессерсом, двумя ведьмами,
обвиненными в эксгумации трупов. Они готовили руку повешенного, и пока пальцы ее
горели, успешно отравляли людей; закончив свою maleficia, они задували пламя и
сохраняли руку для дальнейшего использования.
Рулл, Маргарет
К. Мазер назвал труд по колдовству своего противника Роберта Калефа "гнусным
клубком небылиц, вдохновленным энергией и уловками Сатаны, написанным, чтобы
подорвать саму возможность утонченного прославления моего Господа". Причиной
такой реакции стало скептическое отношение Калефа к описанной Мазером, якобы
демонической, одержимости страдавшей депрессией Р., которая, пронзительно визжа,
была выведена из церкви Мазера в Северном Бостоне 10 сентября 1693г.
Распространив рукописные сообщения. Мазер, очевидно, стремился вызвать в Бостоне
панику по поводу ведьм. Р. сообщила ему их имена, добавив имя одной женщины,
недавно освобожденной от подобных обвинений, но Мазер не стремился возобновлять
обвинения
Рулл, Маргарет
лишь на основании призрачных показании. Он определил обвиняемую как "одну из
несчастных, много лет находившуюся под таким же подозрением в колдовстве, как и
любой из живущих на этой земле". Очевидно, что Калеф не верил в способность
ведьм управлять дьяволами ради одержимости людей.
Диагнозы Р. и Мерси Шорт совпадали. Внешние симптомы у обеих молодых женщин
"напоминали друг друга почти по всем показателям, так что описание одной из них
может быть применено к другой". У нее были приступы судорог, сведение челюстей,
вызывавшее отказ от пищи в течение нескольких дней, иногда она задыхалась, будто
глотая огромное количество жидкости и показывала черные и голубые следы
невидимых уколов. 17-летние девушки также демонстрировали признаки, похожие на
полтергейст, например, похищение проповедей у Мазера и последующее обнаружение
их на улице, появление небольшого движущегося предмета (чертенка!) в кровати,
появление (неизвестно откуда) булавок и левитация (подъем) из кровати к потолку.
Подобно Мерси Шорт, одной из околдованных салемских девушек, у Р были
галлюцинации, не только типичные для подобных видений черного человека или
дьявола, но и Белого Духа (рассматриваемого И. Мазером в "Illustrious
Providences").
"Она говорила, что никогда не видела его лица, но лишь яркие сверкающие одеяния.
Он стоял около кровати, постоянно утешая ее, подбадривая и укрепляя ее веру и
надежду на Бога".
Мазер полагал, что комментарии Калефа к его описанию Маргарет "настолько
наполнены фальсификациями и ошибками, что их можно назвать преднамеренной и
специально разработанной грубой ложью". Особенно же он был разъярен тем, что
Калеф описывал, как Мазер успокаивал девушку, "поглаживая ей живот и грудь, не
прикрытую бельем, и не позволяя другим делать то же самое". Когда же одна из
девушек предложила свои услуги, Маргарет закричала: "Не вмешивайся не в свое
дело!" и поспешно отвела ее руку в сторону. Сочувствия к Маргарет не испытывал
не только Калеф в
своих наблюдениях, но и те тридцать или сорок зрителей, которые ежедневно
наблюдали за изгнанием из нее дьявола Мазером.
"После того как священники ушли, одержимая захотела, чтобы ушли и женщины,
говоря, что мужское общество не было для нее оскорбительным, и усадила на место
молодого человека, бывшего ранее ее возлюбленным, заметив, что сегодня он не
уйдет".
Спустя несколько ночей после того, как Мазер уехал, Калеф обнаружил, что Р
занялась новым молодым человеком, сказав, что ей нравится его общество, и она не
позволит ему уйти, пока не поправится, добавив: "Я умру, если он уйдет!" Мазер
издал распоряжение о привлечении Калефа к суду за клевету, но не смог настоять
на его исполнении,
Благодаря медицинскому образованию, Мазер, возможно, отдавал себе отчет в том,
что некоторые свидетели сомневались, что причиной припадков у Р. являлось
колдовство, но подчеркивал, что "предположение о том, будто припадки молодой
женщины были просто мошенничеством, являются антихристианскими и
антиобщественными". Во время одного из "приступов смеха" Р. сказала, что
"удивляется, насколько гнусны люди, считающие, что она не больна, а
притворяется" Спустя два или три месяца припадки Р. прошли, вследствие молитв и
постов, как считал Мазер Он был весьма заинтересован в ее выздоровлении,
поскольку молодая женщина начала очень иронично жаловаться во время припадков,
что "он досаждал и угрожал ей".
Одной из наиболее примечательных особенностей дела является отчет Мазера в "New
England Puritan", где излагается версия классического договора с дьяволом.
"Эти проклятые демоны, приносившие тонкую красную книгу в локоть длиной,
заставляли положить на нее руку или хотя бы прикоснуться к ней, чтобы стать
слугой Сатаны".
Эта книга часто упоминается в обвинениях и признаниях на американских судах над
ведьмами.
! J ", " "•
тоСалемские
суды
Для Новой Англии 1692г. выдался одним из самых беспокойных. Это было время
политической нестабильности, когда И. Мазер, находившийся при английском дворе,
добивался проведения "чистки" в колониальном правительстве. Французы готовились
к войне, а индейцы уже вышли на тропу войны. Невыносимые налоги (1,3 фунта в
1691г.), жестокая зима, нападения пиратов на торговые суда, распространявшиеся
случаи заболевания оспой, и, кроме того, рост напряженности в небольших
поселениях, где землевладельцы ссорились из-за границ своих участков, усиливали
общественное напряжение.
Людям, воспитанным в полном запретов евангелическом мире, все несчастья 1692г.
казались происками дьявола. Пуританскому мышлению Новой Англии был подозрителен
и дьявол, и его пособники на земле, т.е. ведьмы. Вера в сверхъестественное не
подлежала сомнению. В Библии действительно говорилось о ведьмах и вселении
дьявола, но в штате Массачусетс легенды обрели силу закона.
Вера в колдовство, ставшая составной частью мировоззрения колонистов, была
особенно сильна в Масссачусетсе, где была практически не республика и даже не
монархия, а теократия. Линия, проводимая руководством церкви, одновременно стала
и законом страны. Любое сотрудничество с Сатаной считалось преступлением не
только против Бога, но и против колонии. Подобный религиозный контроль над
государством частично объясняет замешательство, возникшее в Массачусетсе, когда
повсеместно вера в колдовство стала ослабевать. (В Англии последнюю ведьму
казнили в 1685г.) Когда Уильям Баркер, один из обвиняемых в колдовстве, был
обвинен в соединении религиозного инакомыслия с политическим, пуритане поверили
в это: "Он собирался разрушить салемское поселение, начиная с дома священника и
церкви, и установить царство Сатаны"
(Хейл, "Modest Inquiry into Witchcraft", 1702). Сходное высказывание принадлежит
Джону Ивлину, отметившему в дневнике 4 февраля 1693г.: "Наслушался рассказов о
всеобщем увлечении колдовством в Новой Англии: мужчины и женщины посвящают себя
Дьяволу, чем подрывают основы государства".
Непосредственной причиной этого "подрыва" явилась группа незамужних девушек,
собиравшихся дома у преп. Самуэла Перри-са, чтобы послушать индейские сказки его
рабыни Титубы. Самые младшие из них - 9-летняя дочь Перриса Элизабет и ее 11летняя
кузина Абигейл Уильяме, находившиеся в начале полового созревания, были
настолько возбуждены этими вечеринками, что начали страдать припадками
непроизвольных рыданий и судорог. Даже после того, как Элизабет отправили жить к
Стефену Сьюэллу (брату судьи Самуэла Сьюэлла, позже отрицавшего свое участие в
судах), у нее продолжались припадки. В первом опубликованном сообщении о
салемских несчастьях "A Brief ana True Narrative" (Бостон, 1692) Деодат Лоусон и
Самуэл Перрис пишут, что видели, как Абигейл "подбежала к очагу и начала
разбрасывать головешки по дому, а потом забежала в очаг, как будто собиралась
лезть в трубу".
Элизабет Перрис и Абигейл Уильяме были зачинщицами неповиновения окружавшему их
миру взрослых, проявлявшегося в беззаконии, непослушании, правонарушениях,
надругательстве над властями, которые трудно представить даже в ХХв. Воспитанная
в уважении к старшим, маленькая Элизабет бросала Библию через всю комнату и
убегала с ней. Абигейл, жившая в доме Перриса, для облегчения наваждения несшая
фонарь во время пасхальной мессы 11 марта, начала кататься и пронзительно
кричать, мешая молящимся. В субботу, 20 марта, во время проповеди преподобного
Деодата Лоусона все были изумлены ее наглым бесстыдством. Лоусон описывает его
так:
Салемские суды
Казнь Бриджит Бишоп, одной из обвиненных в колдовстве на Салемских судах
Фрагмент
, sr" " картины XIXb , ягЩь^аг - . *- " ",
•¦"(,
Салемскне суды
"После того, как пропели псалом, Аби-гейл Уильяме сказала мне: "Теперь встань и
прочитай свой текст". И после того, как он был зачитан, она сказала: "Он слишком
длинный". ... И в полдень, в ответ на мои поучения, сказала мне: "Я не знаю
догм, которым ты учишь. Если можешь, назови хотя бы одну, я забыла ее".
Позже, при допросе Джона Проктора, Перрис, исполнявший тогда обязанности
секретаря, писал:
"Когда мы наблюдали за происходящим, чтобы описать его, припадки Джона [индейца]
и Абигейл были настолько сильными, что мы были вынуждены отослать их прочь,
чтобы я мог без помех записать все это".
Таково было начало. Истерия легко возбудимых девочек дополнялась искусной
изобретательностью следовавших за ними припадков более взрослых девушек. Роберт
Калеф, бостонский купец, наблюдавший за происходящим, отметил, что сначала
девушки действовали у себя дома, "принимая странные позы с шутовскими жестами,
бормоча нелепости, лишенные всякого смысла".
Анна Патнем была самой младшей из девушек - ей было 12 лет. Элизабет Хаб-бард,
работавшей у своих тети и дяди, было 17, Мери Уолкотт - 16, а Мери Уоррен,
служившей у Джона Проктора, - 20. Другой служанке, Мерси Льюис, - 19, Сьюзен
Шелдон и Элизабет Бут - по 18. Эти 8 "ведьминских сучек", как назвал их один из
обвиняемых, стали лидерами. Кроме них, обвинять своих соседей стали и другие
молодые люди, действовавшие так же странно, - Сара Черчилль, 20-летняя служанка
Джорджа Джекобса; Сара Траск, 19 лет; Маргарет Редингтон, 20 лет; Феба Чендлер,
12 лет и Марта Спрегью, 16 лет.
Все эти девушки были уже не детьми, а подростками, и к моменту завершения суда
стали еще на год старше, так что судьи признали их "взрослыми людьми". Даже 12летняя
Анна Патнем именовалась на суде не ребенком, а "незамужней женщиной".
Еще в 1668г. общественное мнение, озабоченное случаями одержимости, приписало
дьяволу хромоту детей Джеймса Гудвина из Бостона. Дети Гудвина продолжили
длинную череду детей-обвинителей. Массачу-сетский губернатор Хатчинсон заметил:
"Поведение [салемских] детей настолько безупречно, что не остается никакого
сомнения в том,
[что] им прочитали или хотя бы рассказали [о других одержимых детях] Новой
Англии".
В свете этой традиции, считавшей помешанных подростков одержимыми, оценка
поведения салемских девушек общественностью не вызывает удивления. И доктор
Григгс, местный врач, поселивший одержимую девушку в своем доме, и местные
пасторы "диагностировали" околдовывание. В свою очередь, местные судьи признали
подозреваемых ответственными за кривлянье и тем самым установили факт
колдовства.
Хотя врач и священники не могли предложить другого объяснения, кроме колдовства,
по крайней мере, один человек (Джон Проктор) предпринял практические меры, чтобы
остановить развитие колдовской истерии. "Если бы [девчонкам] дали действовать по
своему разумению, то мы все быстро превратились бы в дьяволов и ведьм; они
заслуживают хорошей порки". В доказательство Проктор добавил, что, когда у его
служанки Мери Уоррен произошел "первый припадок, он подвел ее к [прядильному
колесу] и пригрозил выпороть, после чего припадки прекратились, и случались
снова лишь в его отсутствие".
Но предложение Проктора было оставлено без внимания, и народ предпочел
колдовство в качестве объяснения происходящего. Мери Сайбли, тетка Мери Уолтон,
неосторожно привлекла внимание к этому делу. Она попросила Джона, мужа индианки
Титубы, изготовить "ведьмин пирог" В новоанглийском альманахе того времени можно
найти его рецепт: "Сделать тесто из ячменя и мочи ребенка, испечь и скормить
собаке. Если собака задрожит, ты будешь исцелен". Возможно, миссис Сайбли
надеялась на то, что если собака заболеет, девочки скажут, что или кто стал
причиной их болезни. Когда преп. Уильям Перрис наконец понял, что прои
...Закладка в соц.сетях
