Жанр: Эзотерика
Пришельцы. взгляд из глубины веков
... Любопытно
отметить, что сам Каннан практически ничего не знал о западных НЛОконтактах.
Но когда я рассказал ему об НЛО-похищениях, он предположил,
что существа, о которых сообщают очевидцы, являются порождениями
западной культурной среды.
Ниже приведены возможные варианты взаимосвязи между сообщениями
о встречах с таинственными пришельцами и культурной подготовкой
свидетелей.
1. Очевидцы сообщают о воображаемых существах, приписывая им облик,
обусловленный их собственной культурой.
2. Перед людьми появляются реальные существа, принимая те формы,
которые на основании своей культуры ожидают увидеть очевидцы.
3. Перед людьми появляются реальные существа, одетые и действующие
в соответствии со своими собственными культурными нормами, и тем самым, на
протяжении столетий оказывают влияние на развитие человеческой культуры.
Я уже обсуждал данные, свидетельствующие о том, что многие сообщения
об НЛО описывают вполне реальных существ, и подозреваю,
что при подробном рассмотрении случаев контакта людей со сверхъестественными
персонажами в современной Индии может оказаться, что
многие из них также встречались с реальными существами. Это предполагает
наличие множества контактов, которые нельзя отнести к первому
варианту из приведенного выше перечня, хотя к некоторым из очевидцев
он действительно применим, и они на самом деле стали жертвами собственной
фантазии.
Думаю также, что многие случаи тесного контакта представляют
собой сочетание второго и третьего вариантов. Пункт второй применим к
случаям, когда существа перенимают стили одежды какого-либо определенного
периода человеческой истории. Пример тому — НЛО-контакты
с существами, облаченными в космические скафандры или современную
западную одежду.
К третьему варианту относятся случаи, когда в традиционном индийском
обществе перед людьми появляются существа, демонстрирующие
древние ведические стили одежды. Вероятно, существуют и другие
традиционные человеческие культуры, в которые отдельные группы сушеств
в течение долгого времени привносили свои нормы. (На ум приходят
кельтская и доколумбова американская культуры.) В подобных случаях
человеческое общество и посещающие его группы существ могут образовывать
некое расширенное культурное объединение. Подобным примером
может наверняка служить древнее общество, описанное в ведической
литературе.
В десятой главе я подчеркивал, что опыт клинической смерти, пережитый
индийскими свидетелями, отличается от аналогичного опыта
людей на Западе. Иан Стивенсон предполагает, что это не просто культурные
различия. Вероятно, считает он, существует реальные различия
между опытом смерти в Индии и на Западе, которые могут зависеть от
различных стратегий или линий поведения, избранных существами из
высших измерений по отношению к индийцам и людям Запада. Я бы
выдвинул следующее предположение: межкультурные различия в опыте
тесного контакта могут зависеть от сходных различий в стратегии. Так,
вероятно, в традиционных культурах существа из высших измерений продолжают
поддерживать связь с людьми согласно древним нормам, но в
современных высокотехнологических обществах они, в соответствии с
изменившимися обстоятельствами, придерживаются иных форм поведения.
Явление повелительницы оспы может послужить примером традиционного
способа взаимодействия между людьми и существами из высоких
измерений. Но какая бы из интерпретаций ни была верной, давайте
обратимся к самой истории:
Первый раз я встретил ее, когда болел оспой и остался дома
один. Дело было днем, возможно, в поддень. Я увидел эту госпожу
в длинных, длинных одеждах. Неестественно длинных — таких,
что если бы она попыталась пройти в нашу дверь, то непременно
запуталась бы в них и споткнулась. Ростом она была с этот шкаф
[шкаф с картотекой около шести футов высотой]. Лицо у нее было
продолговатым, с резкими чертами, волосы вьющиеся.
На моем теле было множество оспенных язвочек, и они очень
меня мучили. Моя мать ушла куда-то, и это беспокоило меня. Я
чувствовал, что терпение мое иссякает. Я думал: "Мамы нет... Никто
обо мне не заботится". И тут я увидел ее вот на такой высоте [пять
футов]. Она сидела, но под ней не было ничего, на чем можно было
бы сидеть. Она просто сидела вот так: скрестив ноги и положив их
одну на другую. Она смотрели вниз и говорила... но не так как
обычно говорят. Она говорила, но не было слышно ни единого звука.
Она не говорила на моем языке или на каком-нибудь еше, но
обращалась ко мне, или, можно сказать, как-то передавала: "Не
беспокойся, через два дня ты поправишься. Все будет в порядке".
Затем она сказала, что нескольких детей заберут. В двух улицах
от нашего дома находилось то, что мы звали "полицейским
кварталом". Там стояли дома, где жили полицейские. Вот она мне
и сказала, что "в полицейском квартале нескольких детей заберут,
но с тобой ничего не случится".
В то время меня беспокоила моя болезнь, и я не чувствовал
никакого страха или желания спросить, кто она и почему находится
здесь. Мне это даже в голову не пришло. Просто я искал когонибудь,
кто сказал бы мне: "С тобой все будет хорошо". Если я
верно припоминаю, то это был, должно быть, первый раз. Я был
еще очень мал. Сколько мне тогда было? Четыре, пять или около
того. Может быть, пять. Это был первый раз.
Я встречал эту госпожу еще, по меньшей мере дважды, может
быть, три раза, и это было всегда, когда в городе случалась оспа.
Интересно, что в полицейском квартале умерли два ребенка, мы
были с ними знакомы. А я выздоровел на второй день, хотя у меня
на теле было так много оспенных язв. Весь вечер второго дня я
чувствовал сильную жажду. Мне велели не подходить к зеркалу,
потому что вид у человека, покрытого язвами, ужасный. Но когда
я пошел за водой, чтобы напиться, то взглянул в зеркало и увидел,
что все язвочки подсохли. Все это произошло за два дня, но родные
ожидали, что я проболею еще по меньшей мере две недели, и принесли
листья ним и все такое, чтобы смягчить зуд и жжение.
Итак, я видел, что эта особа всегда появлялась во время оспы —
затем в середине лета оспа пошла на убыль. Как говорили, ее наконец-то
стали контролировать, делая прививки. Сомневаюсь в
этом, но так говорили. По обычаю люди в это время устраивали
празднество, потому что считали: оспу распространяет Дурга [вселенская
Богиня-Мать]. Они приносит болезнь, и если ублажить
ее, то не будешь страдать. Но я определенно, на сто процентов,
уверен, что эта госпожа не была Дургой. Она не была кем-то столь
высоким. И в то же время она не была и кем-то с нашей планеты,
это совершенно точно.
В другой раз я видел ее, когда она спускалась по лестнице в
доме моего близкого друга. У них в семье было четверо детей, и все
они болели оспой. Когда случалась такая болезнь, или когда ктолибо
умирал или был при смерти, люди, бывало, просили мою мать
прийти и почитать священные книги. В них говорится и о Дурге.
Мать пришла, прочитала все, что следует, совершая религиозный
обряд, и устроила праздничное угощение. Я пришел вместе с ней.
Все четверо детей болели оспой и лежали на втором этаже. Другим
детям приказали: "Не ходите наверх — заразитесь. Оспа легко переходит
на других". Однако они были моими друзьями, а потому
мне хотелось подняться наверх и повидаться с ними. Но ходить не
велели никому, наказали крепко-накрепко.
Я просто улучил минуту, когда все взрослые были заняты обрядом,
и стал подниматься по лестнице. Поднявшись, я увидел ее.
Она спускалась вниз, но не шла, не шагала по ступенькам. И что
примечательно, на ней были такие длинные одежды... гораздо длиннее,
чем надо было бы, чтобы просто прикрыть тело, — очень длинные,
длинные одежды. Что-то вроде драпировок, очень красивых,
просто прекрасных.
Я к тому времени уже немного подрос, и потому стал изучать ее
внешность. Когда я был болен, то не обратил на это никакого внимания.
Тогда для меня было важно одно: кто-то пришел и сказал,
что со мной ничего плохого не случится. Но на этот раз я разглядел
ее очень ясно. Я описываю ее такой, какой видел во время второй
или третьей встречи. Она была одета во все белое, ослепительно
белое — но не просто белое, а с каким-то кремовым оттенком.
Волосы были прямыми, хотя, может быть, слегка вьющимися.
Не такие черные, как у женщин в Южной Индии, но и не такие
белокурые, как у здешних [то есть у американских]. Я обратил
внимание, что талия у нее была очень, очень тонкой. Позже из
священных книг я узнал о четырех категориях женских тел, а также
апсар и гандхарвов. Она выглядела как небесная дева, но талия
у нее была очень тонкой. Трудно соотнести такую тонкую талию со
столь пышной, как у нее, грудью. Будь это земная женщина, то
казалось бы, что она вот-вот переломится. Очень тонкая талия,
длинные-длинные бедра и эти одежды с качха, которая ниспадала
с ее талии вниз как бхармачари дхоти. Верхняя часть тела у нее
была прикрыта полотнищем ткани, завязанным на спине, как на
скульптурах. Но верхняя накидка казалась действительно очень
длинной.
Черты липа у нее были очень четкими. Но ее прекрасная внешность
не ошеломляла вас, как бывает, когда вы сталкиваетесь с
кем-то необычным. Ну, скажем, когда увидите гоблина [бхута]
или призрака, и это вас ошеломляет. Я не испытал никакого потрясения.
Надо сказать, что передо мной несколько раз представали
Дурги в разных обличьях, и при этом я всякий раз чувствовал
себя, словно стоял навытяжку перед генералом. Но рядом с ней
[повелительницей оспы] я не ощутил ничего подобного. С чем это
сравнить? Ну, скажем, идет студент где-то по дорожке рядом с
университетом и встречает заместителя ректора. Нельзя сказать,
что он потрясен этой встречей, однако понимает, что перед ним —
чрезвычайно важная особа.
Спускаясь по лестнице, она сказала: "С твоими друзьями все
хорошо. Я приходила навестить их, потому что ты беспокоишься о
них". У меня появилось желание поговорить с ней. Я как раз стоял
на площадке перед поворотом лестницы и намеренно не тронулся
с места, преграждая ей путь. Думаю, что собирался спросить ее:
"Почему вы не пришли ко мне домой?", или "Когда я увижу вас?",
или что-нибудь в этом роде. Но как много раз бывало в подобных
случаях, когда я встречался с такими, как она, они смотрели на
меня и лишали способности думать. Я глядел на них как завороженный
и оценивал положение, но прежде, чем придумывал, что
сказать, они уже исчезали. Им это очень легко сделать.
Она продолжала двигаться — плыть. Ее движения не имели
ничего общего с обычным спуском по лестнице. Она шла совсем
по-другому. Лестница не имела для нее никакого значения, и это
сразу было видно. И вот что интересно. Для таких, как она, не
составляет никакой разницы, как передвигаться, но она спускалась
по лестнице. Почему? Я знаю ответ, но он сюда не подходит.
Они пользуются дверьми. Они не проходят в двери, но просто используют
их. Они пользуются лестницами, они не спускаются по
ним, а просто их используют.
Итак, она спускалась таким вот образом, а затем прошла сквозь
меня... ну, в том смысле, что она и была там, и ее там не было. Я
обернулся — она стояла позади, широко улыбаясь и словно говоря:
"Видишь, ты пытался остановить меня и о чем-то спросить, но я
уже здесь". И при этом широко улыбалась.
У нее был высокий лоб. Мы знаем четыре разновидности женского
тела. Они описаны в священных книгах —обычные земные
женщины. Но это существо не принадлежало ни к одной из этих
разновидностей. Стало быть, она не из нашего мира. Хотя в то
время я, разумеется, не мог этого понять. Мне сейчас трудно вернуться
в прошлое и точно сказать, что я тогда чувствовал, потому
что на воспоминания накладывается мое нынешнее понимание и
спутывает картину.
Не думаю, что для меня в то время этот опыт был очень важным.
Позже, после того, как я пережил множество других опытов,
эта женщина, если ее можно так назвать, приобрела для меня очень
большое значение. Она — куладевата. Это я выяснил много позже.
Эта личность покровительствуют избранным семействам из поколения
в поколение, охраняя их. И поскольку я отношусь к такой
избранной семейной линии, она проявляла обо мне особую заботу.
А поскольку я волновался о тех мальчиках, она посетила и их, хотя
они и не принадлежали к нашему семейному роду.
Возможно, я видел ее еще раз, но будучи уже взрослым. Тогда
я еще не подошел к тому моменту своей жизни, когда меня охватило
безверие.
Это было на празднестве. В городе, где я жил, находился очень
древний храм Дурги — она покровительствовала этому городу. Его
жители проводили летнее празднество и соорудили перед храмом
фонтан. В струю фонтана поместили лимон, и тот поднимался и
опускался вместе с водой. Я приходил смотреть на это каждый
день, подолгу стоял и любовался занятным зрелищем. "Как они
ухитрились это сделать?"
Торжество начиналось в четыре пополудни, и в храме никого
не было. Народ должен был собраться часам к пяти. Так что я
решил обойти вокруг храма и вернуться. Как вы знаете, обход вокруг
храма означает выражение почестей божеству или нечто в этом
роде. Так что если вы чувствуете усталость, то убиваете сразу двух
зайцев — совершаете прогулку и делаете доброе дело. Итак, я шел
вокруг храма, а с задней его стороны есть место поклонения каньям,
девственницам.
Шел я, шел, и вдруг внезапно вспомнил эту женщину... И как
я только ее вспомнил, она тут же оказалась здесь, рядом с большим
цементным помостом под банъяновым деревом. Она стояла
прямо перед помостом в очень красивой танцевальной позе. И я
бросился ней, словно меня потянуло магнитом. Я подошел к ней
так близко, что мог бы почувствовать на своем лице ее дыхание,
если бы она дышала так, как дышим мы.
Она была очень высокой по сравнению с женщинами Южной
Индиидаже выше раджапуток. Стоя так близко к ней, я не ощущал,
что нахожусь рядом с обычным человеком, вроде моей сестры.
Передо мной словно бы находилось какое-то божество или
цветок розы. И в то же время я отчетливо видел форму ее рук,
груди бедер и всего прочего. Но все же тело ее не было таким, как
мое. Тогда я впервые по-настоящему осознал опыт такого рода.
Эти люди и вправду существуют. У них такие же формы, как у нас,
и все-таки не такие.
Кожа ее была более приятного цвета, чем моя. Да, у нее была,
так сказать, наружная оболочка, но при этом я не чувствовал того,
что ощущал бы, стоя рядом с какой-нибудь девушкой. Нечто совсем
иное. Это было почти так же, как если бы я стоял перед
прекрасным изображением Сарасвати или божественной формы
Дурга. Потому что вы знаете: божество — это личность, и не можете
смотреть на его изображение, просто как на камень. Вы не
думаете о нем, как о скульптуре. Вы знаете: это — Сарасвати или
Дурга.
Как бы то ни было, я стоял так близко к ней, что видел, как она
дышит. Когда я смотрел на нее, у меня не возникало ни единой
дурной мысли. Я испытывал лишь глубокое почтение. Такой исходил
от нее дух, что хотелось опуститься на колени и просить ее о
благословении или о чем-нибудь в этом роде.
Затем она сказала, что в лимоне проделали отверстие и поставили
его на трубу прежде, чем включить фонтан, — оттого-то лимон
и пляшет в струе. Я рассмеялся. Затем я обернулся, чтобы
посмотреть, нет ли кого рядом, но вокруг не было ни души. Тогда
она сказала, что даже если кто-нибудь и находился бы рядом, он
все равно ничего не заметил бы. Все это она сказала на моем языке
вслух. Я слышал ее голос. И она дышала. Но дыхание ее было
довольно слабым — так мог бы дышать больной человек. Но черты
ее лица были утонченными, очень красивыми. А еще я заметил
точку у нее на лбу —так близко к ней я стоял.
Я обратил внимание на ее губы. Они шевелились, но их движения
не совпадали со словами. Словно она говорила что-то другое.
Подумав, я решил, что она и в самом деле говорила нечто другое,
но до меня это доходило так, словно я слышу свою родную речь.
Это нечто вроде того, что происходит при дублировании кинофильмов.
Затем она сказала: "Ты сможешь увидеть нас всех. Ты увидишь
многих из нас". Она напомнила мне, что даже в раннем детстве,
когда взрослые брали меня с собой в храм и я видел Ганешу
[одного из главных девов], то громко звал его своим старшим братом.
Все обращались к нему "джайя Ганеша" или как-нибудь в
этом роде, но я говорил ему "анна". Анна означает: "О, старший
брат". Вот что она имела в виду: точно так же, как я когда-то звал
Ганешу анна, так и она сейчас говорит мне: "Ты общаешься с нами.
Ты — под нашей защитой". И еще она сказала: "Будь это не так,
ты сейчас смотрел бы на меня как на женщину [то есть с вожделением]".
И добавила: "Но ты под нашей защитой. Мы можем оградить
тебя от этого".
Затем она сказала: "На самом деле, пока ты испытываешь желание..."
Я употребляю эти слова сейчас, но тогда говорилось совсем
другое. Ее слова были более простыми и не такими... философскими,
что ли. Если ты испытываешь желание наслаждаться,
то мы не дадим тебе этой зашиты. Так она сказала, и это было
выражено очень прямо: "Научись смотреть на каждую женщину
как на проявление Дурга". И положила руку мне на голову. И я
подумал: "О, Боже, что это такое?" Я почувствовал совсем не то,
что ощущаешь, когда кто-то касается тебя. Внезапно я почувствовал
холод. Холод и вместе с тем чудесное, восхитительное ощущение.
Нечто гораздо большее, чем простое прикосновение.
Она ласково погладила меня по голове и спине, словно маленького
мальчика. И я ошутил подлинное умиротворение, словно
меня приласкала любящая мать. И я почему-то испытывал к этой
личности великое почтение. Словно она была чрезвычайно уважаемой
и высокопоставленной особой, снизошедшей до общения с
бедняком, — как королева, которая подошла и поздоровалась за
руку с простолюдином. Затем я спросил: "Я увижу вас еше, ветречу
ли вас опять?" Она ответила: "Нет, если не будет необходимости,
если не понадоблюсь тебе". После этого я более ее не видел.
Это был последний раз.
КОПЬЕ КАРТГИКЕЙИ
Следующая история более полно характеризует самого Каннана.
Она довольно сильно отличается от типичных сообщений о тесных НЛОконтактах,
однако совершенно не покажется необычной человеку, знакомому
с индийскими преданиями о святых и мистиках. Опыт, о котором
поведал Каннан, можно отнести к "религиозным видениям". Как и рассказ
о повелительнице оспы и многие сообщения об НЛО, его отличает
наличие направляемых неким разумом феноменов, появившихся, как
кажется, из другого измерения.
Тем не менее в данном случае этот феномен недвусмысленно связан
с традиционным ведическим божеством по имени Карттикейя. В ведической
литературе это главный полководец девов. Карттикейя — сын
Господа Шивы, воспитанный в обители девственниц в созвездии Криттика
(Плеяды). Примечательно, что жители современной Индии, как и в
старину, подробно рассказывают о переживаниях, связанных с ведическими
божествами.
Одна из особенностей этой истории — то, что Каннан, по-видимому,
располагал необычными знаниями о Карттикейе, которые, предположительно,
вынес из предыдущей жизни. Это связано со словами повелительницы
оспы о том, что Каннан будет постоянно общаться с существами
из высших измерений и каким-то образом связан с ними. Как я указывал
уже в предыдущих главах, многие контактеры также утверждают, что
их соединяет с высшими существами особые отношения, и некоторые из
них возводят эту связь к предыдущим жизням.
А теперь перейдем к самому рассказу Каннана:
Однажды я сбежал из дома и отправился в храм Сангамешвара.
Это храм Шивы, и там есть изображение Карттикейи. Стоит
само божество Карттикейя, под ним — павлин, а рядом с павлином
— копье. Так обычно бывает в шиваитских храмах. А перед
ним [то есть павлином] — колесница божества, а затем оружие
Карттикейи.
Я пришел в храм и делал все, что там положено делать. Всему,
что следует совершать в храмах Шивы, я научился сам, ни у кого
не спрашивая. Я всегда знал, где надо повернуться, где сесть и где
встать. Для посещений храмов Шивы существует целый ритуал.
Храмы Шивы являются моделями Кайласы, а храмы Вишну —
точным воспроизведением Вайкунтхи. И потому, входя в храм Вишну,
вы должны придерживаться этикета, словно вошли в саму Вайкунтху.
А в храме Шивы вы должны делать все, что принято совершать
в Кайласе.
Все это я выполнял очень естественно. И говорил, бывало, своей
взрослой родне: "Вот здесь надо сделать то-то, а там — то-то.
Почему вы не выполнили тут того-то?" Вначале они отмахивались,
а затем стали звать меня, когда собирались посетить какой-либо
из храмов Шивы. "Возьмем с собой Каннана, он все объяснит".
Они считали, что на мне лежит какое-то особое благословение.
Итак, я совершил весь обряд. Это заняло минут сорок пять.
Затем я подошел к месту, где стояло изваяние Карттикейи, и сел. В
йогической позе лотоса я сидел с самых малых лет. Вот, стало быть,
сидел я и смотрел на Карттикейю. У этого божества шесть голов,
оно восседает на павлине и держит копье. Служба в храме закончилась,
и жрец пошел к выходу. Он прошел рядом, но не заметил
меня и вышел из храма. Входную дверь заперли снаружи. И в храме
не осталось никого, кроме богов и меня. И я просто остался
сидеть там. Я не спал и не был в каком-нибудь подобном состоянии.
Прошла целая ночь. На следующий день пришел жрец и спросил:
"Ты что же, просидел тут все это время?" Были там еще две
женщины, которые ежедневно приходили в храм, по утрам и вечерам.
Они тоже заметили меня и заинтересовались. Что это за мальчик
сидит здесь все время на одном месте? Я глянул на них, а затем
опять принялся смотреть на копье. Они стали говорить:" Сайту", —
и вскоре около меня собралась небольшая толпа.
Люди оставили возле меня подношения, немного фруктов. Пришел
жрец, увидел это и спросил: "Где твоя мать? Что ты здесь делаешь?
Почему сидишь не вставая?" Мое неподвижное сидение начало
его беспокоить. И вот вечером после сандхья арати он подошел
ко мне и сказал: "Ты так и собираешься здесь сидеть? Ну что
с тобой поделаешь, если ты собираешься стать новым святым!
Когда проголодаешься, возьми то, что оставили возле тебя". Затем
он сказал: "Тебе следует знать, что здесь, в этом храме, некуда
отлучиться [то есть сходить по нужде]. Я сейчас запру дверь и уйду.
И вернусь только завтра утром". Я ничего не ответил и продолжал
смотреть на копье, и он ушел.
Когда снаружи все затихло, в помещении храма возникло копье.
Не то каменное копье, что было у Карттикейи, а другое —
словно бы состоящее из света. Оно стояло прямо на том же месте,
где каменное, и как бы парило в воздухе, двигаясь туда и сюда.
Копье выглядело как луч света, но походило на золотое — металлическое.
Это был металл, но от него исходила такая мощная сила,
словно смотришь на свет. Я почувствовал, что это и есть то самое,
чего я ждал. Я смотрел на него и чувствовал, что очень счастлив. Я
сложил ладони перед грудью. Все это время мое тело было словно
сковано. Но теперь вся скованность прошла, и я мог двигаться
совершенно свободно.
Есть молитва, обращенная к копью, на тамильском языке. В
действительности это мантра. В ней — сила плодородия. Именно
этот звук и слышался тогда. Словно пел мощный хор из сотни или
двух сотен человек. В молитве говорится, что это копье в руках
Сканды [Карттикейи] дает защиту. И если верить в его защитную
силу, то это становится правдой. При виде копья все духи и призраки
разбегаются прочь, оно уничтожает всех врагов девов. Среди
восьми Лакшми, оно дает пищу Лакшми отваги. Оно убило
Сурападму. Сурападма был демоном, на котором лежало благословение:
убить его мог только пятилетний ребенок. Так прославляла
копье эта молитва. Она гремела, как шум океана. Словно
молились две сотни людей.
В храме никого не было, но я не чувствовал ни тревоги, ни
потрясения, ни страха — ничего подобного. Мне было легко и спокойно.
И пока звучала молитва, я стал повторять ее слова. Так я
читал эти стихи, и копье словно бы немного приблизилось. Я встач
и отдал ему почести. И когда я поднялся и стоял перед ним, оно
находилось там еще минуты две или три. А затем исчезло. Тогда я
опять сел и поел немного фруктов.
Утром пришел жреп, посмотрел на меня и сказал: "О, какой
лучезарный!" Затем начала собираться толпа. Для храма Сангамешвара
это был особый день — вторник, день Шивы. И вот передо
мной собралось множество людей, а я теперь чувствовал себя
легко и спокойно. Одна женщина спросила меня, выздоровеет ли
ее больной внук. Я взял один из лежавших рядом плодов и дал ей.
Она отошла. Я стал раздавать фрукты. Любому, кто ни просил, я
давал по плоду.
Кто-то задал мне вопрос о святом по имени Кумара-гурупара.
Так зовут одного святого, и это также имя Карттикейи. Так что он
спрашивал меня, не есть ли Кумара-гурупара — Карггакейя, и я
ответил: нет. Среди людей прокатился ропот. Как это такой маленький
мальчик отвечает на такие вопросы? Затем мне начали
задавать вопросы о Карттикейе. Какие есть святые места, посвященные
Карттикейе? И тогда я ответил, что это место особо посвящено
ему — именно это, где мы сейчас находимся. Я начал рассказывать
о славе Карттикейи, а затем заговорил о семи храмах
Шивы, находившихся в том городе. Многого из того, о чем я рассказывал,
большинство не знало.
Тем временем в храм пришла одна женщина, знавшая нашу
семью. Она-то и рассказала моим родным, где я сейчас. Она сказала:
"Ваш сын сделался там большим свамиджи. Его слушают
все". А они уже несколько дней искали меня. В тот день мой брат
сел на мотоцикл и приехал туда. Он вошел прямо в храм, где я
находился, и дал мне пощечину. "Ты — негодяй. Мать плачет".
Весь народ набросился на него, говоря: "Этот садху так много знает,
не бей его". Но брат, никого не слушая, посадил меня на мотоцикл
и отвез домой.
ВСТРЕЧА С ДЖАЛАДЕВАТОЙ
В индийской традиции Джаладевата — существо, которое оберегает
людей, тонущих в воде: в озерах или быстрых реках.
...Поділитися у соцмережах
