Жанр: Энциклопедия
Сто великих чудес света
...ный перешеек оживлялся, начали работать почта и телеграф. В
Порт-Саиде насчитывалось уже 7000 жителей, в его гавани пребывало 1800 судов
пятнадцати наций. Оставалось прорезать Серапеум, Шалуфский вал и двинуться к
Суэцу..
...И наконец настал исторический день открытия канала - 4 октября 1869 года. Уже
с утра гавань Порт-Саида кипела жизнью, ожидали приезда высоких гостей. Первым
показался французский пароход "Орел". Суда расцветились флагами, матросы
взобрались на реи, и загремела пальба. На палубе "Орла" стояла императрица
Евгения, окруженная блестящей свитой.
Затем на рейд вошли пароход "Грейф" с австрийским императором, пароход "Грилле"
с прусским наследным принцем и паровой клипер "Яхонт" с русским послом в
Константинополе генералом Игнатовым При входе в гавань каждое судно встречалось
салютом, и само отвечало на него.
Ф Лессепс сам был прекрасным журналистом и менеджером и организовал небывалую по
пышности церемонию Для 6000 гостей были приглашены 500 поваров и 1000 лакеев
Композитору Джузеппе Верди заказали оперу для торжественного открытия канала и
нового итальянского театра в Каире. Так была создана "Аида".
Один из очевидцев этого торжественного события рассказывал, что мачтами был
украшен весь берег За пристанью возвышались деревянные, пестро разукрашенные
триумфальные ворота, за которыми ряд флагов указывал путь, по которому должна
была шествовать процессия к местам для богослужения. Вдоль всей дороги были
выстроены шпалерами египетские войска. Само шествие происходило в довольно
живописном беспорядке по узким дере454
100 ЧУДЕС СВЕТА
вянным мосткам, проложенным по глубокому песку, на котором местами стояли лужи
морской воды. Вслед за вице-королем и иностранными принцами хлынула толпа
зрителей и совершенно перепуталась со свитой. Всевозможные дипломатические и
военные мундиры смешались с сюртуками и пиджаками местных жителей и бурнусами
арабов. Кое-где пробивались дамы в нарядных туалетах. Все текло живою пестрою
струею между войсками, вдоль домов, в окна которых высовывались любопытные.
На следующий день 48 украшенных флагами кораблей в заранее назначенном порядке
двинулись через канал. Французская императрица Евгения, как почетная гостья,
плыла на первом корабле. Участие в тожествах приняли многие коронованные особы
Европы и с других континентов. И тут же расторопный агент по путешествиям Томас
Кук организовал туристическую поездку по новому каналу. Так, с фейерверками,
танцами, музыкой Суэцкий канал был передан в общее пользование.
Замок безумного короля
Среди заснеженных вершин баварских Альп стоит сбывшаяся наяву фантазия, замоксказка,
который производит впечатление театральной декорации. Это Нойшванштайн
вознес свои будто игрушечные башенки и галереи над лесистыми холмами под городом
Фюссеном близ австрийской границы. При этом у замка весьма внушительные размеры,
да и строился он в течение семнадцати лет. Возводя этот замок, король Баварии
Людвиг II стремился воплотить в его архитектуре свои представления о романтике.
Хозяина замка одни считали чудаком, другие (в конце его жизни) просто
сумасшедшим, ибо он отдавал за день тысячи противоречащих друг другу приказов,
которые никто даже и не пытался исполнить.
456
100 ЧУДЕС СВЕТА Замок безумного короля
С детства юный король увлекался рыцарскими романами и древнегерманским эпосом. В
Охеншвангау - дворце своего отца, короля Максимилиана II, - юный принц часами
рассматривал росписи на стенах. Это были сцены из эпоса о Нибелунгах: подвиги
Зигфрида и романтическая любовь бесстрашного рыцаря и прекрасной принцессы
Кримхильды. Здесь же он увидел и картины, иллюстрирующие поэму средневекового
поэта Вольфрама фон Эшенбаха о Лоэнгрине. Этот персонаж стал любимым героем
будущего наследника престола, и, судя по всему, юный Людвиг отождествлял себя с
рыцарем-лебедем Лоэнгрином. В 1861 году он впервые услышал одноименную оперу
Рихарда Вагнера в постановке Мюнхенского королевского оперного театра и был вне
себя от восторга.
Людвиг унаследовал королевский трон и получил власть в восемнадцать лет, и одним
из первых его государственных деяний было приглашение Р. Вагнера в Мюнхен, где
юный король предоставил в распоряжение композитора свою загородную виллу.
Теперь, обладая деньгами и властью, он стал меценатом Вагнера, заплатил за
композитора все долги и пообещал и впредь оплачивать все его расходы, чтобы (как
он писал в одном из писем к Вагнеру) тот "мог свободно расправить могучие крылья
своего гения в чистом воздухе восхитительного искусства". Кроме того, Людвиг II
намеревался учредить фестиваль для исполнения вагнеров-ских произведений, в
которых композитор с большим размахом переносил на сцену мир немецких легенд и
сказаний, стараясь увлечь зрителей драмой извечного противоборства Добра и Зла
Так начинается дружба между двадцатилетним королем и уже зрелым композитором.
С этого же времени почти все свое время и средства Людвиг тратил на
строительство замков. Он построил три замка - Нойшван-штайн, Линдерхоф и
Херенкимзее, но самое знаменитое его творение, безусловно, замок Нойшванштайн.
Еще его отец, король Максимилиан II, намеревался восстановить и реставрировать
полуразрушенный старый замок Шван-штайн (Лебединый Камень), родовое гнездо
рыцарей Швангау, от которых и берет свое начало династия баварских королей
Виттель-сбахов, к которой принадлежали Максимилиан II и сам Людвиг.
После смерти отца Людвиг решил снести руины старого замка и построить новый,
поэтому несколько изменилось и название. Нойшванштайн - это Новый Лебединый
Камень Юный король отдал распоряжение начать строительство сказочного замка,
который во всех отношениях соответствовал бы идеалам древнего германского
рыцарства. В письме к композитору Рихарду Вагнеру юный король так описывал
будущий замок: "Я решил перестроить старый замок. Архитектурный стиль его будет
воспроизводить первозданные германские рыцарские замки. Расположение его - одно
из самых прекрасных, которое можно найти. Замок будет священным и неприступным.
Певческий зал, откуда открывается общий вид на замок, напомнит Вам сагу о
Тангейзере, а внутренний двор и часовня - песню о Лоэнгрине. Это сооружение
будет более величественным, чем нижний замок Охеншвангау. Здесь мы будем
чувствовать божественное дыхание небес".
Планы постройки Нойшванштайна целиком захватывают Людвига, и в 1867 году он (по
совету Вагнера) со своим братом Отто инкогнито отправляются в Вартбург и
осматривают Вартбургский замок, который служил исторической сценой состязания
менестрелей в опере Вагнера "Тангейзер" А уже через год известный архитектор
Эдуард Ридель делает рабочие чертежи будущего замка на основе рисунков
театрального художника Кристиана Янка, в которых многое напоминает театральные
декорации к операм Вагнера "Лоэнгрин" и "Тангейзер".
Первый камень Нойшванштайна был заложен в 1869 году. Но это начинание, равно как
и многие другие решения юного монарха, все больше склоняло окружающих к мысли,
что король повредился в рассудке и как правитель не способен смотреть на вещи
здраво. Когда Людвиг был еще молод, Бисмарк публично объявил, что он вполне
вменяем, хотя уже тогда бросались в глаза многие странности его поведения,
манера причудливо одеваться, вообще весь образ жизни. Он, например, иногда
целыми днями спал, а порой приглашал к себе на обед, дух Людовика XIV. В конце
же жизни его безумие было для окружающих очевидным и ни у кого не вызывало
сомнений.
Очевидцы и современники утверждали, что над изготовлени458
ем резной деревянной кровати для Людвига в течение четырех с половиной лет
трудились пятнадцать мастеров-резчиков.
При жизни короля Людвига полностью было построено только здание дворца, а все
остальные элементы здания сооружались уже после его смерти (король ушел из
жизни, когда ему был всего 41 год от роду).
Замок прежде всего поражает своим холодным величием и остроконечными башнями
среди альпийских вершин... Ко дворцу ведет монументальная лестница с высокими
каменными ступенями. Просторный вестибюль замка разделен на два крыла. Потолок
его, выполненный в виде крестового свода, украшен декоративной росписью. Пол
покрыт метлахской плиткой.
При жизни Людвига отделочные работы полностью были завершены только на третьем и
четвертом этажах, где располагались основные жилые помещения, личные апартаменты
короля, тронный и певческий залы.
Внутреннее убранство замка являет собой смесь различных архитектурнохудожественных
стилей, сочетание мавританских, готических и барочных элементов:
тут и колонны-сталактиты, и тронный зал в декадентско-византийском духе, и
певческий зал с изысканным освещением. При этом все здание было оснащено самой
передовой для того времени системой отопления, на кухне функционировал
водопровод с холодной и горячей водой.
В первом зале третьего этажа картины на стенах иллюстрируют старинные германские
саги о Сигурде и Зигфриде. Эти саги записаны в "Эдде", одном из самых древних
сборников древнеисландского эпоса. Эпос этот издавна бытовал среди германских
народов.
В королевские покои ведут мраморный портал и высокие двойные двери. Над дверями
поблескивают позолотой герб Баварии и фамильные гербы рыцарей Виттельсбах и
Швангау. Личные покои короля представляют собой целую анфиладу комнат: спальня,
столовая, часовня, гостиная, рабочий кабинет. Резные дубовые панели, массивная
деревянная мебель, драпировки и гардины из красного, фиолетового и синего шелка
с золотой вышивкой. Люстры и подсвечники из позолоченной бронзы. И везде росписи
на стенах...
А гобелены в спальне посвящены знаменитой поэме Готфридз
100 ЧУДЕС СВЕТА Замок безумного короля
Страсбургского "Тристан и Изольда". Гостиная целиком отдана Лоэнгрину - любимому
герою короля Людвига. Повсюду присутствует изображение лебедя - символа
Лоэнгрина: на изящно инкрустированных шкатулках, гобеленах, гардинах, посуде...
Тронный зал поражает прежде всего высотой потолка. Впечатление высоты еще больше
усиливает голубой цвет - он дает ощущение бездонной синевы неба. Два яруса
колонн обрамляют этот величественный зал. Лестница из каррарского мрамора ведет
в полукруглое апсидное пространство, где располагался трон. Росписи на стенах
посвящены раннехристианским сюжетам. Огромная люстра из позолоченной бронзы,
подвешенная на уровне галереи со вторым ярусом колонн, выполнена известным
мастером Волен-вебером. С балкона открывается прекрасный вид на окрестности
замка. Слева вдали - серебряная гладь озер Альпзее и Шванзее (Альпийское и
Лебединое), между ними протянулась горная цепь Шварценберг (Черная гора).
Старинная немецкая легенда гласит, что Шварценберг - это окаменевший дракон,
когда-то охранявший золото Нибелунгов. Нижняя часть горной цепи - это голова
дракона, увенчанная короной (старым замком Охеншвангау), а тело и хвост его
обвивают озеро Альпзее...
Золотая ступа в Рангуне
Золотая ступа в Рангуне
Бирму часто именуют Страной золотых пагод, хотя золоченые пагоды насчитываются
там единицами. Но Шведагон золотой, всех выше, всех величественней, всех
заметней. Шведаюн стал символом не только города, но и всего государства.
История Шведагона - это история самой Бирмы, но никто не знает, сколько ему лет,
когда и кем он был построен, хотя легенд на этот счет существует великое
множество.
Две с половиной тысячи лет назад два брата-купца Тапоуса и Бха-лика отправились
на паруснике в далекое путешествие - в богатую Индию. Это была не первая поездка
братьев через Андаманское море и Бенгальский залив, подобное хождение за море
было для них обычным делом. Но именно это путешествие стало историческим По
счастливому совпадению в это время в Индии принц Сиддхартха Гаута- Э ма познал
истину, достиг просветления и стал Буддой - "Просвет- 5"
ленным". Братья увидели Будду, сидевшего под священным деревом бодхи, послушали
его проповеди и приняли буддизм. Будда вручил им восемь своих священных волос и
приказал хранить их в родном городе купцов - Уккалапе, что располагался на месте
современного Рангуна.
Братья немедленно собрались обратно домой, но вернуться оказалось нелегко. Цари
стран, мимо которых пролегал путь братьев, прознали о даре Будды и захотели
отнять священные волосы. Два волоска досталось царю Аджетты, два захватил царь
змей, который проник на корабль братьев, обернувшись человеком.
Но четыре волоска все-таки добрались до Уккалапы. И как только жители узнали о
даре Будды, в Бирме сразу же начались великие торжества. Даже господин небес
Сакка спустился на землю и помог выбрать достойное место для строительства
святилища, где будут храниться священные волосы. Когда король Уккалапы открыл
шкатулку с даром, перед тем как замуровать его в специально построенную пагоду,
он обнаружил там не четыре, а все восемь волосков... Волосы взлетели на высоту
семи пальм, от них распространились сверкающие лучи. И произошло чудо: глухие
стали слышать, немые заговорили, а земля по колено присутствующих была усыпана
жемчужинами.
На самом высоком холме засверкала пагода, получившая название Шведагон. "Шве"
означает "золото", а Дагон - название местности. В 1372 году царь города Пегу
посетил пагоду и приказал починить ее, после него время от времени сюда
приезжали другие цари и отдавали приказы о ремонте и золочении пагоды. И после
каждой такой починки пагода, которую обкладывали новым слоем кирпича,
увеличивалась. К середине XV века она достигла современных размеров.
Пагоды Бирмы не имеют внутренних помещений и войти в них нельзя. Только в
глубине каждой пагоды расположена небольшая камера, в которой замурованы
святыни. Все церемонии, празднества, богослужения происходят на окружающей ее
платформе.
Чем выше становилась пагода Шведагон (а достигла она высоты 100 с лишним метров
над уровнем платформы и стала высочайшей пагодой в мире), тем больше золота шло
на ее покраску. Золото накладывается на пагоду в виде тонких листочков, и каждый
раз на это уходили сотни килограммов драгоценного металла. В бирманском
фольклоре пагода Шведагон получила название Зо462
100 ЧУДЕС СВЕТА
лотой горы. Шведагон напоминает гигантский колокол, увенчанный зонтом-короной.
Высокопробного золота тут несколько тонн, а шпиль пагоды усыпан множеством
драгоценных камней: рубинами, сапфирами, алмазами, изумрудами.
Шведагон - это целый комплекс пагодных сооружений. На один километр вокруг
раскинулись монастыри, жилье для паломников, маленькие пагоды и необходимый
священный пруд.
У дороги, за невысокой каменной изгородью, ярко зеленеет прямоугольник воды.
Посреди него на сваях стоит небольшая белая пагодка. Поверхность пруда настолько
гладка и спокойна, что кажется, будто он наполнен не водой, а зеленым желе. В
одном месте к воде ведут каменные ступени. Там стоит мальчишка в клетчатой юбкелоунджи,
а перед ним - корзина с шарами из кукурузных хлопьев.
Стоит бросить в воду кукурузный шар, как пруд мгновенно преображается. Вода
вскипает, как в кастрюле на плите, - он буквально переполнен рыбой. И
обнаруживается, что пруд не так спокоен, каким казался при первом взгляде.
Темно-зеленые, покрытые слизью усатые рыбы (похожие на маленьких сомят)
переплетаются на поверхности пруда сплошной массой - воды совсем не видно.
Дерутся за кусок кукурузы, обкусывают шар, и через несколько секунд от него
ничего не останется. Но в этот момент большая старая черепаха, панцирь которой
достигает в длину одного метра, расталкивает рыб, из воды высовывается клюв... и
обкусанный шар исчезает.
Пруду уже много лет, каменные берега его обветшали, и между плитами проросли
кусты и трава. За прудом начинается площадь, два десятиметровых льва стерегут
лестницу, которая ведет к пагоде. Сами львы белые, только их когти и морды
раскрашены. Они охраняют пагоду не от людей, круглые глаза смотрят прямо вперед,
высматривают кого-то другого...
Между львами находится портал, от него идет вверх длинная крутая лестница, по
сторонам которой расположились бесконечные торговые лавки. Поднимаясь по
ступеням к золотой ступе, попадаешь то в лавку-мастерскую резчика по дереву, то
чеканщика по серебру, то золотых дел мастера, ювелира или обработчика слоновой
кости и перламутра. Здесь продают все: и книги, и безЗолотая
ступа в Рангуне
делушки, и цветы, привязанные к бамбуковым щепочкам, и зонтики, и свечи... Рядом
под навесом, при свете одинокой электрической лампочки, сидит хиромант. Над ним
нависает большая простыня с грубыми изображениями ладони, испещренной черными
линиями.
А вот продавец талисманов и зелий. Над ним шатром развешены рваные шкуры
леопардов. Груды корешков и сучьев, бусы, косточки, темные статуэтки - все
свалено грудой.
В конце лестницы - площадка, залитая солнцем, на другой стороне площадки -
навес, под которым мерцают позолоченные статуи. Закрывая небо сплошным золотым
занавесом, поднимается необъятная стена пагоды.
Пагоду окружает четырехугольная платформа, выстланная мраморными плитами. Она
густо застроена святилищами, маленькими храмами, так что вокруг самой пагоды
остается только узкая дорожка шириной в 10 метров. По ней и ходят туристы и
паломники.
Здесь же расположился тазундаун - похожий на елку навес, под восемью
уменьшающимися крышами. Под ним прохладно и темно. Тазундаун прижался спиной к
самой пагоде, и золотые Будды внимательно смотрят на входящих своими
прищуренными глазами. Сами статуи полускрыты за разноцветными зонтиками и
кувшинами с цветами. Таких тазундаунов на платформе десятки.
Вот расположилась еще одна небольшая пагода с восемью нишами. В каждой из ниш -
статуя сидящего Будды, и над каждой - скульптура какого-либо зверя или птицы.
Ниша изображает планету, а также день недели. В бирманской космогонии - восемь
планет, причем к их числу относятся и Солнце, и Луна, восемь сторон света и
восемь дней недели. Восьмой день втиснут в обычную неделю, чтобы оправдать
существование восьмой планеты. День этот начинается после заката солнца в среду
и заканчивается на рассвете четверга. Символом этого дня является Раху - слон
без бивней. Он знаменует собой северо-восток, и как день несуществующий, он и
посвящен несуществующей планете - гипотетическому небесному телу, вызывающему
затмения Солнца и Луны.
За пагодой восьми планет стоит на подставке колокол Махаган-та, отлитый в 1778
году. Это один из самых больших и красивых
100 ЧУДЕС СВЕТА
колоколов в мире (вес его - 16 тонн, высота - 2,5 метра, толщина стенок - 30
см). Когда англичане захватили Рангун, они вытащили колокол из пагоды, погрузили
на пароход и хотели увезти в Англию. Но пароход опрокинулся, и колокол утонул.
Англичане пытались поднять его, но не смогли. И только когда за дело взялись
сами бирманцы, река вернула колокол, и он остался в Бирме. Время от времени ктонибудь
подходит к нему и ударяет три раза в надежде, что исполнятся его самые
заветные желания
За колоколом возвышается большой тазундаун. Зал под этим навесом так велик, что
в нем помещается десятиметровая статуя сидящего Будды и еще остается столько
места, что в нем могут проводить собрания и митинги различные организации -
религия бирманцев довольно терпима к суетным мирским делам
На углу платформы стоит священное дерево бодхи. По преданию, оно - отросток того
самого дерева, под которым к принцу Гаутаме пришло озарение. В день Будды вокруг
дерева бодхи проходит торжественная церемония, во время которой члены
правительства и знатные бирманцы поливают дерево.
Под следующим тазундауном можно увидеть Будду, у которого глаза разной величины.
Говорят, что эта статуя поставлена в честь великого ученого паганских времен
Шина Итцагона, умевшего превращать свинец в золото.
У пагод и тазундаунов на столбиках висят ящички для подаяний. На них написано,
для какой цели подаяние требуется, а рядом дежурит кто-нибудь из членов Совета
Шведагона. Он торжественно благословляет каждого дарителя.
Перед попадающим в любой крупный город обязательно возникает проблема, как бы в
нем не заблудиться. Для трехмиллионного Рангуна, несмотря на всю его
хаотичность, такой проблемы практически не существует. И прежде всего благодаря
пагоде Шведагон, стоящей на высоком холме. Ее видно как на ладони в любое время
суток, а ночью золотую ступу подсвечивают прожекторами Так что пагода Шведагон
указывает правильный путь не только в переносном, но и в самом прямом смысле.
Особенного хорошо заметен Шведагон поднимающимся к городу со стороны моря,
потому-то золотая ступа является еще и маяком, посылающим свет мореплавателям
Первый ориентир, который замечают
Золотая ступа в Рангуне
подлетающие к Рангуну на самолете, - тоже Шведагон. Вся жизнь бирманской столицы
протекает под сенью буддийского святилища.
В большие праздники платформа заполнена народом, гремят барабаны, хлопушки и
гонги, здесь поют и танцуют. Вечером, в тот таинственный час, когда солнце уже
село, но еще не кончились тропические сумерки и все залито теплой синевой, -
линии свечей у пагоды и на платформе мерцают золотыми звездочками...
1....... ! |
Пагода Кутодо
Пагода Кутодо
Перечень "чудес света" постоянно растет, и комплекс пагоды Кутодо мог бы занять
в нем достойное место. Расположена пагода на окраине бывшей бирманской столицы -
города Мандалай.
В рекламных проспектах и туристских путеводителях этот уникальный памятник
упоминается крайне редко, зато он широко известен буддийским паломникам многих
стран. Эта пагода представляет собой единственный в мире свод буддийских
трактатов школы Тхеравада (хинаяна), высеченных на камне.
В комплекс входят 730 мраморных стел, установленных по периметру трех квадратных
платформ и испещренных с обеих сторон витиеватыми письменами. Общий объем
"каменной" книги составляет 1460 страниц. По подсчетам бирманских специалистов,
стандартное типографское издание текста, высеченного на камне, заняло бы 35
томов по четыреста страниц каждый.
Над каждой стелой возведена каменная арка, защищающая письмена от палящего
солнца, дождя и ветра. Последняя надпись была сделана более века назад, но ее
очертания, первоначально заполненные
особыми "чернилами" с добавлением сусального золота, отчетливо видны до
сих пор.
В 60-е годы XIX века, когда создавался этот комплекс, в Бирме уже широко было
распространено книгопечатание. Следовательно, особой необходимости использовать
камень в качестве материала для письма не было. Значение этого памятника для
бирманцев обусловлено особенностями политического момента в период его создания.
Страна уже была наполовину колонизирована англичанами, и перед патриотами Бирмы
стояла задача сохранить культурное наследие, основанное на буддийской традиции.
Инициатива увековечить буддийский канон в мраморе принадлежала одному из
последних монархов, Миндану, правившему страной в 1853-1878 годах. Летописи
говорят, что этот благочестивый человек вознамерился начертать изречения,
содержащиеся в священных буддийских книгах таким образом, чтобы время не могло
их изгладить. Миндан решил построить комплекс, руководствуясь стремлением
создать "пятую незыблемую священную сферу", не подверженную космическим
катастрофам. Для этого он призвал самых ученых духовных лиц и приказал им
изготовить точнейший текст буддийского вероучения для начертания на камнях. В
представлении буддистов именно они (космические катастрофы) знаменуют собой
окончательное забвение учения Будды и являются предвестниками появления нового
Спасителя. В буддийской мифологии известны четыре такие сферы: первая - в лесу,
где никогда не будет пожара; вторая - в доме горшечника, где не упадет ни капли
дождя; третья - на озере, где растет "полая" трава; четвертая - на том участке
Луны, где виден кролик.
Строительство "пятой незыблемой сферы" началось у подножия Мандалайского холма
14 октября 1860 года и закончилось через 7 лет 6 месяцев и 20 дней - 4 мая 1868
года. Мрамор добывали на возвышенности Заджин, в 50 километрах к северо-востоку
от Мандалая, а затем каменные плиты доставляли к реке Каламал и, когда уровень
воды был достаточно высок, на лодках переправляли в королевский дворец. Здесь их
принимали лучшие в стране резчики по камню. Структура комплекса соответствует
классической схеме бирманского храмового комплекса - ступа в центре, обход
вокруг нее и четыре входа, ориентированных по сторонам света.
100 ЧУДЕС СВЕТА
Необычными являлись лишь постройки, расположенные вокруг центральной ступы. Это
729 совершенно одинаковых храмиков, под сводами каждого из них - белая мраморная
стела с высеченным на ней текстом из буддийского канона "Трипитаки".
Текст, подлежащий перенесению на камень, тщательно редактировали, так как
малейшая ошибка, которую резчик мог механически повторить на камне, оказалась бы
неисправимой, а вся стела - бракованной. Он был проверен пятым буддийским
синодом, который специально собрался в Мандалае после многовекового перерыва. В
контрольную группу входили образованные монахи, 30 старших редакторов, 50
редакторов и 50 помощников редакторов. Им пришлось просмотреть 86 000 разделов
"Трипитаки" (основного буддийского канона), а также палийские комментарии к ним
("Натти", "Милиндапанха", "Петекопадеша").
Кропотливым был и труд резчиков. Каждый из пятидесяти человек высекал по десять
строк в день, в то время как только одна сторона стелы содержала до 100 строк.
Итогом совместных усилий и явились 729 стел одинаковой формы. Они расположены
ряд за рядом параллельными линиями на пространстве, занимающем площадь примерно
в две квадратные мили. Догматы буддийской религии написаны на каменных стелах на
палийском языке, но бирманскими буквами. На 111 стелах была изложена "Винаяпитака"
(буддийский дисциплинарный устав), 208 плит заняла "Абхидгамма-питака"
(буддийская метафизика), 410 стел содержат "Сутита-питаку" (проповеди Будды) и
палийские комментарии. 730-я стела, расположенная на юго-восточной стороне
платформы пагоды Кутодо, рассказывает об истории создания сакрального комплекса
...Закладка в соц.сетях
