Жанр: Энциклопедия
Сто великих разведчиков
...рез агента в окружении Кальтенбруннера, хотя в
действительности он сам оказался ее виновником.
Более того, немецкие дешифровалыцики уже расшифровали радио-код
представительства США в Швейцарии и не зависели от донесений агентуры.
Фельфе имел агентуру и помимо "Габриэля". Все сообщения по поводу контактов в
Швейцарии он докладывал непосредственно Шеллен-бергу. Именно в этот период
Фельфе узнал о том, что американцы стремятся разделить Германию на множество
маленьких государств, в то время как СССР стоит за единую миролюбивую Германию.
Это вызвало в нем симпатии к нашей стране.
В 1960-х годах в тюрьме Штраубинг он встретил генерала Вольфа и спросил его, чем
тот руководствовался, вступив в переговоры с Даллесом. И Вольф ответил: "Я хотел
спасти немецких солдат, так как знал, что они еще понадобятся, и как вы видите,
я был прав". Ясно, что он имел в виду!
Хейнц Фельфе предвидел крах фашистского рейха. Однажды ему удалось познакомиться
с некоторыми документами о зверствах гитлеровцев на оккупированных территориях,
об уничтожении евреев. Он окончательно убедился в преступности РСХА и решил уйти
с этой службы. Случай представился, когда перед Рождеством 1944 года, во время
контрнаступления немецкой армии в Арденнах, ему предложили участвовать в
заброске немецких добровольцев в тыл союзников. Однако это задание было
отменено, а Фельфе так и остался в Нидерландах, где снова попал в VI отдел РСХА,
но уже на периферии. Там он и пробыл до конца войны. Его потрясла бессмысленная
и жестокая варварская бомбардировка англо-американской авиацией его родного
Дрездена 13- 15 февраля 1945 года, когда были убиты десятки тысяч людей, и в его
сознании произошел еще больший сдвиг в пользу Советского Союза, который никогда
не предпринимал подобных акций против мирного населения.
8 мая 1945 года Фельфе, уже в качестве командира роты отступающих немецких
войск, оказался в плену у канадских войск. Как бывший сотрудник разведки, Фельфе
подвергался многочисленным допросам. Симпатию у следователя вызвал тот факт
(подтвержденный письмом из Лондона), что, отправляя в Швейцарию фальшивые
почтовые марки, он велел деньги, полученные от их продажи, передать английским
летчикам. По этой ли, или по другой причине его признали годным для службы в
новой немецкой полиции.
Фельфе вспоминает, что таких, как он, было много. Англо-амери-канцы не скрывали,
что они могут пригодиться для новой войны против СССР. Были даже сохранены
немецкие воинские формирования, общая
470
100 ВЕЛИКИХ РАЗВЕДЧИКОВ
численность которых доходила до трех миллионов человек, под командой немецких
генералов. Они были распущены только в 1946 году после энергичных протестов
Советского Союза.
Сам Фельфе был отправлен из Нидерландов в Германию, где в городе Мюнстере, скрыв
свое эсэсовское прошлое, был освобожден 31 октября 1945 года.
Из плена Хайнц Фельфе вышел убежденным антифашистом и антимилитаристом. Он
считал, что будущее Германии - на Востоке, в дружбе с Советским Союзом, и он
хотел внести свою лепту.
Фельфе стал журналистом, что не только дало возможность не бедствовать, но и
позволило завести знакомства во всех зонах оккупации, в том числе с самим
Конрадом Аденауэром, соседом которого он был, и со многими политическими
деятелями. Одновременно он учился на факультете государства и права Боннского
университета.
Фельфе посетил свою мать в Дрездене, где увидел чудовищные следы разрушений, а в
1949 году побывал в Веймаре на праздновании двухсотлетия со дня рождения Гёте.
Встречи и беседы с советским журналистом и с премьер-министром Тюрингии еще
больше убедили его в правоте советской политики в отношении Германии,
предусматривающей не раздел, а объединение страны и создание в Германии
нейтрального государства.
У Фельфе накопилось много сведений о восстановлении военного потенциала в
Западной Германии, сведений, о которых не писали в газетах и не говорили в
парламенте. Еще в 1949 году Фельфе установил связь с советскими офицерами,
которые произвели на него хорошее впечатление в чисто человеческом плане. Но
только два года спустя у него состоялся "откровенный разговор с офицерами
советской разведки".
После завершения учебы в Боннском университете он работал в министерстве по
общегерманским вопросам, занимаясь опросом всех беженцев - бывших сотрудников
полиции ГДР. По результатам этих опросов составил подробную брошюру "О структуре
народной полиции в советской оккупационной зоне по состоянию на начало 1950
года". Она попала на глаза сотрудникам разведывательной организации Гелена (ОГ).
Ознакомившись с работой Фельфе, они пригласили его к себе на службу. Этому
способствовали два фактора: то, что он сам не просился туда (это вызвало бы
подозрения), и его бывшая служба в РСХА.
Организация Гелена в основном состояла из бывших офицеров контрразведки и вела
разведывательную работу против Востока.
Фельфе, конечно, был подвергнут тщательной проверке. Никаких компроматов на него
не нашли, и 15 ноября 1951 года, после беседы с полковником Крихбаумом, он
выехал в Карлсруэ, чтобы приступить к работе в "генеральном представительстве
(ГП) L".
ГП L занималось сбором информации о французских оккупационных войсках и вело
работу против ГДР. Однако служба в этом подразделении не могла удовлетворить
Фельфе. В 1953 году он поставил перед собой задачу проникнуть в Центр. Ему
удалось это сделать, и в октябре 1953 года он был переведен в Центр по личному
указанию Гелена.
Фельфе была поручена разработка операций в области контршпионажа против
Советского Союза и некоторых других социалистических стран. Со временем
(особенно после установления дипломатических отХАЙНЦ
ФЕЛЬФЕ
ношений между СССР и ФРГ) эта служба разрослась и в кадровом, и в материальном
отношении. В середине 1950-х годов Фельфе получил чиновничий ранг
правительственного советника и был назначен начальником реферата "контршпионажа
против СССР и советских представительств в ФРГ". "Основную часть моей работы как
советского разведчика я выполнял в своем служебном кабинете во время
официального рабочего дня, поскольку в ОГ сверхурочная работа не
приветствовалась. Чтобы мне не мешали, я просто запирал дверь".
Информация Фельфе касалась многих вопросов. Так, например, он подробно освещал
обстоятельства бегства начальника западногерманской контрразведки Иона в ГДР в
1954 году - события, так и оставшегося непонятным большинству современников.
Фельфе добывал информацию о внутренней обстановке в ФРГ, о движущих силах
политики Аденауэра. Его сообщение о намерениях Аденауэра, направленных против
интересов Франции, сыграло роль, когда было доведено до сведения французского
правительства. Тогда Франция заблокировала вступление ФРГ в Европейское
оборонительное сообщество (ЕОС), что замедлило темпы ремилитаризации Западной
Германии. Фельфе передал также материалы о милитаристских планах руководства
Западной Германии, скрываемых даже от ее союзников. Опубликование этих
материалов испортило ее отношение с ними. Даже Черчилль направил канцлеру
Аденауэру послание, из которого вытекало, что к ФРГ не следует относиться с
доверием.
Хайнц Фельфе занимал в ОГ ответственные должности. Он стал начальником реферата
53/Ш "операции против разведслужб Советского Союза", в том числе против
советских представительств в ФРГ. "Это были суровые будни разведывательной
работы с ее многочисленными камнями и скалами. Только тот, кто пережил подобное,
знает, какую внутреннюю убежденность нужно иметь при этом".
В результате своей деятельности в области контрразведки БНД (Бундеснахрихтендинст
- преемник ОГ) Фельфе мог снабжать советскую разведку
сведениями о намерениях этой службы. "Мы своевременно распознавали опасные
действия БНД, и я со своих позиций помогал обеспечивать активное противодействие
им".
В годы работы Фельфе в БНД многие операции этой службы проводились при его
непосредственном участии или даже под его прямым руководством. Одной из наиболее
значительных операций явилась установка подслушивающей аппаратуры в советском
торгпредстве в Кёльне. Сложность состояла в том, как отреагировать на информацию
об этой операции. Разоблачить и вскрыть "жучки"? Или прекратить секретные
разговоры в кабинетах, где они установлены? Ни то, ни другое не годилось.
Требовалось искать иные варианты, чтобы "и овцы были целы и волки сыты". И такие
варианты были найдены.
К числу важных операций можно отнести и попытки вербовать агентуру из числа
советского персонала, а также из числа прибывших в ФРГ лиц из ГДР и других
соцстран.
Но особое значение имели сообщения Фельфе о дезинформирующих мероприятиях БНД.
Он знал обо всех случаях ее двойной игры. После получения соответствующей
информации, советская сторона решала, как подключиться к такой игре без риска
для ее сотрудников. "Естественно,
100 ВЕЛИКИХ РАЗВЕДЧИКОВ
следовало избегать всего, что могло бы навлечь подозрение на меня". "Еще важнее
было обеспечить "двойную" обработку материалов и сохранить агентов "живыми".
Дезинформация от распознанного агента-двойника имеет свою ценность, так как по
ней можно определить, от чего противник хочет отвлечь внимание или что стремится
скрыть с ее помощью".
В операции "Паноптикум", которой руководил Фельфе, удалось, например,
парализовать широкомасштабную акцию БНД. Главной ее фигурой стал Фридрих
Панцигер, руководивший в свое время особой комиссией в гестапо по делу "Красной
капеллы". После войны он оказался в СССР, где перед возвращением в Германию был
завербован советской разведкой. Прибыв в Бонн, он сразу же явился в БНД и во
всем признался. БНД решило сделать его двойником. Вместе с ним советской
разведке был подставлен еще один агент БДН Буркхарт. Наша разведка подхватила
"брошенный мяч" и какое-то время вела игру с немцами. Но все испортило
германское правосудие, решившее привлечь Панцигера к суду за его гестаповское
прошлое. В 1961 году был выдан ордер на его арест. Узнав об этом, он принял
цианистый калий.
Фельфе предупреждал советских людей о предстоящем аресте за разведывательную
деятельность. Так, он выручил советского гражданина Кирпичева, который смог уйти
прямо из-под носа группы захвата.
Специально для операций против советского посольства был создан рабочий штаб
ИНДЕКС, которым руководил Фельфе. БНД вместе с ЦРУ задумали провокацию против
прибывающего в Бонн советского дипломата (того самого "журналиста", с которым
Фельфе беседовал в Веймаре еще в 1940 году). Фельфе вовремя предупредил об этом
советскую разведку.
О предстоящем аресте советского разведчика П. предупредить своевременно разведку
не удалось. Фельфе пришлось самому позвонить П. по телефону и намекнуть об
опасности. Тот успел укрыться в посольстве.
Одна из руководимых Фельфе операций ("Диаграмма") была разработана против так
называемой запретной зоны Карлсхорста, где были расположены советские
разведывательные учреждения. Он развернул "бурную" деятельность. В пяти томах
были собраны планы квартир, номера телефонов, планы земельных участков, в
которых отмечались даже тропинки. Этим справочником пользовались затем БНД,
Генеральный прокурор ФРГ и другие учреждения. Советская сторона "не мелочилась"
и не давала дезинформации по таким вопросам. Справочник систематически
пополнялся и уточнялся до 1959 года. Благодаря операции "Диаграмма" ЦРУ
перестало запрашивать в БНД дополнительную информацию о советской разведке.
Работа вроде бы велась очень активно, а фактически буксовала и не принесла ни
БНД, ни ЦРУ ни малейшей пользы.
Зато Фельфе всегда мог точно знать, кто из агентов БНД сообщает правду, а кто
"липу", информируя о ситуации в Карлсхорсте.
Для того, чтобы оживить игру и еще больше отвлечь противника, советская разведка
готова была даже подсказать кандидатуры лиц, которых могла бы завербовать БНД.
Но Фельфе отказался от такого варианта, так как это осложнило бы его положение.
Среди немцев, работавших в районе Карлсхорста, были те, кто впоследствии перешел
в ФРГ. Их опрашивали и дополняли сведения, находяХАЙНЦ
ФЕЛЬФЕ
щиеся в справочниках Фельфе. По просьбе Фельфе советская контрразведка не
трогала этих агентов. "Источники БНД, которые с моей помощью известны уже в
течение десятков лет и которых никто не трогает, продолжают и по сей день (1987
год. - И.Д.) жить в Восточном Берлине... Агент, работающий под контролем, вряд
ли может причинить большой ущерб".
Активная работа Фельфе, его хотя и тщательно законспирированные встречи с
советскими разведчиками, все же привлекли внимание немецкой контрразведки, и он
был взят в разработку.
6 ноября 1961 года он был арестован. По дороге в тюрьму ему удалось уничтожить
некоторые записи условных адресов и номеров телефонов. Однако он не смог вынуть
из бумажника фотокопию задания, полученного им на последней встрече в Вене.
Обнаружились и другие доказательства.
Допросы длились шесть месяцев. Фельфе сразу же признался, что является советским
разведчиком: "Что я мог еще сказать?" Единственное, что он отрицал - это то, что
является предателем: он сознательно помогал Советскому Союзу и своей родине ГДР,
а на работу в БНД пошел, уже будучи советским агентом и выполняя задание той
разведки, которой служил. Доказательства - документы, когда-либо проходившие
через его стол и которые он визировал, заняли три большие комнаты. В допросах
принимали участие и американцы.
Затем Фельфе перевели в Карлсруэ, где находился Федеральный суд. Там допросы
продолжались еще год. Из тюремной камеры Фельфе тайно связывался с советскими
друзьями.
Когда в ходе следствия ведомство федерального канцлера потребовало взыскать с
Фельфе полученное им в БНД жалование, он возразил: "Наряду с деятельностью в
пользу СССР я успешно выполнял задания федеральной разведывательной службы, в
том числе и такие, как незаконное подслушивание телефонов и установка "жучков" в
квартирах советских дипломатов". После этого требование о взыскании было снято.
Процесс начался 8 июля 1963 года и продолжался две недели. Каждую ночь его
будили по девять раз, чтобы убедиться, "не покончил ли жизнь самоубийством",
поэтому к концу процесса он был совершенно изнурен.
Приговор был вынесен через две недели: пятнадцать лет лишения свободы - не самая
высокая мера наказания.
Фельфе отправили в тюрьму в Нижней Баварии, где его подвергали унижениям и
оскорблениям, лишили переписки с членами семьи, ужесточали режим.
В четверг, 13 февраля 1969 года. Фельфе пригласил к себе начальник тюрьмы Штэрк,
пожал ему руку и сказал: "Сердечно поздравляю вас, и, пожалуйста, садитесь". Он
сообщил Фельфе, что ему нужно срочно переодеться, а завтра его доставят к
границе.
На следующий день, 14 февраля 1969 года, два чиновника вывезли его из тюрьмы и
привезли в границе с ГДР. После краткого приветствия адвокатов Фогеля и Штанге,
представлявших Фельфе и федеральное правительство, освобожденный разведчик
пересек границу. Впереди его ждала новая, еще незнакомая жизнь. Он еще не стал
пенсионером, так что можно было "начинать все с начала.
100 ВЕЛИКИХ РАЗВЕДЧИКОВ
Через три года Хайнц Фельфе защитил диссертацию, стал доктором наук Написал
мемуары, которые завершил словами: "Тяжелые годы работы в качестве разведчика на
службе Советского Союза были лучшими годами в моей жизни"
"ПАТРИЯ"
ДЕ ЛАС ЭРАС АФРИКА
(1910-1977)
Элегантная владелица ателье мод, улыбаясь, простилась с последней
посетительницей, тщательно закрыла за ней дверь, вернулась в ателье, подошла к
одному из манекенов, проделала с ним какие-то манипуляции и... извлекла из него
рацию. Похоже на кадр из шпионского детектива, но это лишь эпизод из жизни
разведчицы-нелегала "Пат-рии".
Де Лас Эрас Африка родилась в испанском Марокко, в ней кипела горячая испанская
кровь, к тому же разогретая африканским солнцем. Ее отец был испанским офицером,
военным архивариусом, обладавшим мятежным духом. В Марокко он то ли бежал по
своей воле, то ли был выслан в начале XX века. Вместе с женой поселился в
скромной бамбуковой хижине. В ней 26 апреля 1910 года и появилась на свет
девочка, которой отец в честь континента, предоставившего ему убежище, дал
экзотическое имя Африка. Она ходила в школу при монастыре Святого сердца
Христова, готовилась стать учительницей начальных классов. Но ее манила
революционная борьба. Двадцати двух лет, в 1932 году вступила в компартию
Испании, а уже через два года сражалась на баррикадах Овиедо - центра восставшей
Астурии. После поражения восстания год находилась на нелегальном положении. О
том, чем она занималась в течение этого года, точных сведений нет. Но вот что
пишет об этом в своих воспоминаниях генерал Павел Судоплатов "Патрия, Мария де
Лас Эрас, еще в Норвегии была внедрена в секретариат Троцкого и находилась с ним
в Норвегии, ее отозвали после бегства Орлова (резидент НКВД в Испании), который
хорошо знал Патрию". В то время одним из главных оппонентов Сталина являлся
Троцкий, и работа против него относилась к числу приоритетных. И уже тогда
"Патрия" (или Родина, такое имя она получила, став агентом советской разведки)
считалась немаловажным звеном в системе разведывательных операций Любая
информация о Троцком, тем более исходившая от источника, близкого к нему,
докладывалась на самый верх, зачастую лично Сталину
Так или иначе "Патрия" оказывается снова на фронте, на этот раз Гражданской
войны в Испании.
¦ПАТРИЯ" - ДЕ ЛАС ЭРАС АФРИКА
В 1939 году она нелегально приехала в Советский Союз Ей пришлось оборвать все
прошлые связи не только с товарищами, но и со старшей сестрой и другими
родственниками Для них она исчезла навсегда.
В начале Великой Отечественной войны "Патрию" зачисляют на действительную
военную службу в органы госбезопасности Она проходит ускоренный курс
спецподготовки радистов Помимо радиодела занималась стрельбой, прыжками с
парашютом, совершала марш-броски с полной выкладкой. Весной 1942 года она
закончила курсы.
Из воспоминаний "Патрии": "Через два дня я дала клятву радиста. Я торжественно
поклялась, что живой врагу не сдамся и, прежде чем погибну, подорву гранатами
передатчик, кварцы, шифры .. Мне вручили две гранаты, пистолет, финский нож ."
В июне 1942 года ее забросили в тыл врага в отряд Д.Н Медведева "Победители". В
отряде было восемнадцать испанцев из числа республиканцев, которым пришлось
бежать в СССР после победы Франко. Они добровольно вызвались идти во вражеский
тыл, заявив, что борясь с Гитлером, борются за освобождение и своей страны.
"Патрия" в отряде Медведева находилась до февраля 1944 года. Вот небольшой
документ:
"СССР
Специальный партизанский отряд.
4 февраля 1944 года
Справка
Дана настоящая справка партизанке Деласерас Африке в том, что она с июня 1942
года находилась в специальном партизанском отряде. Вначале она была радистом и
за отличную работу была назначена пом-комвзвода. Находясь на этой должности,
Деласерас показала себя как умелый командир и хороший радист. Ее радиоаппаратура
всегда находилась в образцовом состоянии, этого же она требовала и от
подчиненных.
За образцовую работу тов. Деласерас награждена орденом Красной Звезды и
Партизанской медалью I степени, а также представлена к награждению орденом
Отечественной войны II степени".
В начале 1944 года "Патрию" отозвали в Москву, где она прошла спецподготовку для
разведывательной работы за рубежом В январе 1946 года ее на автомашине
перебросили в Париж, а в 1948 году она выехала из Франции в Латинскую Америку.
Страной ее назначения стала Аргентина
После многих мытарств она организовала ателье мод и обзавелась достойной
клиентурой У нее появились интересные связи среди правительственных чиновников,
сотрудников МИДа, а главное, их жен. Для них она стала надежной подругой,
которой можно было доверить секреты свои и своих мужей.
В апреле 1949 года "Патрия" получила задание восстановить связь с "Хосе",
совладельцем крупного военного предприятия, в прошлом нашим агентом Никаких
условий восстановления связи с ним не было оговорено, и было невозможно
представить, как он воспримет незнакомую ему женщину. Она явилась в
респектабельный офис и передала "Хосе" письмо от его старого друга "Бруно".
Бизнесмен внимательно прочел его и так же внимательно, молча, стал разглядывать
"Патрию". "Что он сделает? Снимет трубку и вызовет полицию9 Или просто отправит
меня восвояси9" - думала она Молчание затягивалось.
100 ВЕЛИКИХ РАЗВЕДЧИКОВ
Но вдруг он сказал:
- Вы мне нравитесь. Я буду работать с вами.
"Хосе" стал одним из ценных агентов внешней разведки.
"Патрии" удалось восстановить связь еще с несколькими агентами. Да и сама она
"втемную" стала получать интересную информацию от своих многочисленных знакомых.
Ее радиоточка безотказно действовала, прорываясь через сотни чужих
радиосигналов, - сказался партизанский опыт.
В июне 1956 года к ней из Москвы прибыл напарник Джованни Бер-тони, "Марко",
который стал ее боевым другом, а вскоре официальным и действительным мужем. В
1957 году они обвенчались. Настало счастливейшее время ее жизни. Но счастье
длилось недолго. В 1964 году "Марко" скоропостижно умер, и она, оставшись одна,
впала в депрессию. Однако справилась с нею и вновь приступила к работе.
В 1967 году "Патрия" вернулась в Москву. К этому времени ей исполнилось
пятьдесят семь лет, стало сдавать здоровье. В новую длительную командировку за
рубеж ее уже нельзя было отправлять. Тем не менее она еще дважды выезжала с
серьезными заданиями, которые, как считалось, никто, кроме нее, выполнить не
мог.
После 1970 года она работала в Центре, готовя молодых разведчиков-нелегалов.
Характер у нее был непростой, к тому же любого новичка она "раскусывала"
буквально после первой беседы, и с некоторыми отказывалась работать. Интересно,
что она никогда не ошибалась в оценке людей, и ее первоначальное мнение
подтверждалось в ходе дальнейшей подготовки и проверки того или иного кандидата.
"Патрия" оставила заметки; к сожалению, они не опубликованы. Читая их,
поражаешься ее огромной любви к стране, интересы которой она защищала всю свою
жизнь.
Полковник "Патрия" - "Родина" - де Лас Эрас Африка умерла в 1977 году в почете и
славе.
ДИТЕР ГЕРХАРДТ
(род. 1936)
Судья кейптаунского суда Джордж Мьюнник впервые за всю свою многолетнюю практику
столкнулся с таким делом. Когда он произнес: "Сейчас суд рассмотрит вещественные
доказательства", - то вместо того, чтобы взять их в руки, разглядывать самому,
показывать сторонам и присяжным, он был вынужден добавить:
- Пожалуйста, господа!
И тогда сидевшие за отдельным столиком крепкие молодые люди из спецслужбы взяли
лежащие возле них шифрблокноты и микропленки и стали издали демонстрировать
судье и остальным. Мьюнника несколько обижало это недоверие, тем более что
краешком глаза он заметил, как слегка усмехнулся при этом подсудимый, статный,
двухметрового роста сорокасемилетний мужчина, сидевший за решеткой рядом с
миниатюрной, хрупкой, миловидной женщиной.
ДИТЕР ГЕРХАРДТ
Это беспрецедентное и секретное дело, содержавшее важнейшие государственные
тайны, рассматривалось при закрытых дверях в присутствии лишь особо доверенных
лиц, и следовало гордиться, что именно ему, Джорджу Мьюннику, доверили его
слушание.
В самом здании суда и вокруг него разместились отряды полиции, усиленные
армейскими подразделениями, готовыми в любую минуту схватить "руку Москвы", если
та протянется сюда, чтобы вызволить своих провалившихся агентов.
Но ничего неординарного не произошло. Суд, начавшийся в августе 1983 года,
закончился 31 декабря, после четырех с половиной месяцев разбирательства. Из ста
двадцати четырех допрошенных по делу свидетелей ни один не привел доказательств
шпионской деятельности обвиняемых. Но их и без того было достаточно: помимо
упомянутых уже шифр-блокнотов, микропленок, кассет, крупногабаритным шпионским
оборудованием была заставлена специально выделенная комната в зале суда. К тому
же и сами обвиняемые - муж и жена - не отрицали предъявленного им обвинения в
шпионаже в пользу СССР.
В последнем слове подсудимый просил лишь об одном: о снисхождении для его жены,
которая была лишь слепой исполнительницей его воли и выполняла обязанности
секретарши и курьера.
Государственная измена по законам ЮАР каралась наказанием вплоть до смертной
казни. 31 декабря 1983 года судья огласил приговор...
...Все началось в 1962 году, когда Герхардт, находясь в командировке в Лондоне,
пришел в советское посольство и потребовал встречи с военным атташе. С этого
времени он и стал числиться в списках ГРУ как агент "Феликс". Просто безбедное
существование не удовлетворяло его тщеславия, а желание "показать этим бурам",
на что он способен, и ненависть к системе апартеида подтолкнули его к
сотрудничеству с советской разведкой.
Ясным рождественским днем 1968 года в швейцарском городке Кло-стере он
познакомился с Рут Йор, двадцатисемилетней дочерью рабочего фармацевтической
компании и модистки-шляпницы, секретаршей видного швейцарского адвоката. Молодые
люди на отдыхе знакомятся быстро. Дитер Герхардт, морской офицер из ЮжноАфриканской
Республики и к тому времени уже агент-нелегал советской военной
разведки ГРУ, полюбился ей с первого взгляда и на всю жизнь.
В сентябре 1969 года в Кейптауне они обвенчались (она стала его второй женой).
Так как Дитер был офицером, его жена, по законам ЮАР, не могла оставаться
иностранкой. Рут вышла из швейцарского гражданства и приняла южноафриканское.
Веселая, доброжелательная, прекрасная хозяйка, Рут вскоре стала своей в среде
офицерских жен. Они даже избрали ее председателем своего клуба. Владеющая
немецким, французским, английским и итальянс478
100 ВЕЛИКИХ РАЗВЕДЧИКОВ
ким, Рут изучила язык африканас и организовала для жен курсы иностранных языков.
Дом Герхардтов всегда был полон гостей, которые чувствовали себя здесь свободно
и раскованно, подвыпившие моряки говорили обо всем. Но хотя тайны сами лились в
уши Рут, Дитер не сразу воспользовался этим: он привлек ее к работе только через
полтора-два года. Пока ж
...Закладка в соц.сетях
