Жанр: Энциклопедия
Сто великих казней
...тура носила
ярко выраженный разоблачительный характер: в ней огромное количество примеров
двуличия, коварства, жестокости, бессердечия "государя императора"; показаны его
малодушие, нестойкость во мнениях, малая образованность, низкий уровень
культуры, наивность в государственных делах. В какой-то мере этот шквал
литературы был санкционирован большевиками, желавшими таким образом показать,
что человечество должно быть им благодарно за избавление от Романовых.
В 1920-е годы появились более серьезные, аналитические работы, посвященные
личности Николая II и его окружению. Публиковалось много документальных
материалов - пятитомная переписка царя и царицы, дневники и воспоминания
современников. Впоследствии интерес к личности Николая заглох, и практически
несколько десятилетий новой литературы о нем у нас не издавалось.
Размышляя о причинах трагической гибели последнего русского царя и его семьи, мы
полагаем, что тут надо исключить прежде всего чью-либо злую волю, послужившую
причиной расстрела в Ипатьевском доме. Не Юровский и не Ленин явились причинами
убийства царя и наследников, ибо если бы не было их, то пришли бы другие. Сама
логика развития истории привела к тому, что русский народ возненавидел
царствующий дом и относительно легко воспринял его уничтожение, как, впрочем, и
передачу власти в руки большевиков.
Прежде всего следует подчеркнуть, что Николай был наиболее крупным собственником
в России: ему принадлежали громадные массивы так называемых кабинетских и
удельных земель. Там добывалось золото, серебро, свинец, медь, эксплуатировались
леса, значительная часть угодий сдавалось в аренду. Управляло имуществом царя
особое министерство императорского двора.
Царь поистине был крупнейшим помещиком, ярчайшим олицетворением собственного
сословия и в мышлении, и в поведении.
438
100 ВЕЛИКИХ КАЗНЕЙ
Народ подкупала манера царя держаться просто, как бы в тени, носить без
претензий солдатский мундир, довольствоваться простой пищей. Исчерпывающе
проявилось его психологическое Я во время Всероссийской переписи, когда в
опросном листке в графе о профессии он собственноручно начертал' "Хозяин земли
русской". Так он себя и воспринимал. Так же к нему должны были относиться и все
окружающие.
Мысль о том, что он единовластный повелитель и полный хозяин в государстве,
накрепко засела в его голове Ничье мнение не могло быть поставлено вровень с его
собственным, любые доводы и аргументы государственных сановников отменялись
простой игрой царского настроения. Для того, чтобы так управлять Россией, нужно
было бы быть по меньшей мере Петром I. Но Николая отнюдь не отличала сильная
воля и способность к принятию решений.
Наследственной чертой почти всех Романовых был алкоголизм. Их кутежи принимали
подчас самые-непристойные формы Сам Николай любовь к алкоголю унаследовал от
отца. Десятки знавших его людей отмечали в своих воспоминаниях эту пагубную
страсть. К концу царствования дело зашло так далеко, что его почти не видели
трезвым, что крайне тревожило царственную супругу.
Особого внимания заслуживает "стержень" самодержавия - армия - главная опора
династии. В годы царствования Николая II армия участвовала в двух войнах. Но
была еще и третья, необъявленная, кровопролитная - война против собственного
народа. Во время первой русской революции воинские части использовались для
подавления народных выступлений по всей территории Российской империи. Армейские
полки, вводя в бой артиллерию и пулеметы, штурмовали баррикады Пресни, казармы
восставших кронштадтцев, рабочие кварталы Сормова. Казачьи сотни шли в атаку на
ивановских ткачей и читинских железнодорожников, брали с боя дома латышских,
эстонских, грузинских крестьян. Боевые корабли били из тяжелых орудий по фортам
поднявшего флаг восстания Свеаборга...
Примечательно, что грандиозные поражения в русско-японской войне не вызвали в
Николае миролюбивых настроений и не погасили воинственных. Он не желал мира и
вынужден был подчиниться давлению обстоятельств.
Ввязавшись в войну, позже названную Первой мировой, Николай II подписал приговор
себе и всему царствующему дому. Глубочайший экономический кризис, в которой
оказалась ввергнута Россия, привел к Февральской революции и отречению царя, а
оттуда лежала прямая дорога на дно заброшенной шахты под Екатеринбургом...
НИКОЛАЙ РОМАНОВ И ЕГО СЕМЬЯ
Арестованного после революции царя вместе с семьей большевики содержали в
Екатеринбурге, в доме инженера Ипатьева, названном по этой причине Домом Особого
Назначения. Как установлено позднейшими изысканиями, по собственной инициативе,
но с санкции центральных советских властей (в том числе В И. Ленина и Я.М.
Свердлова) Уралисполком принял решение о расстреле бывшего императора России.
Кроме самого Николая II были расстреляны члены его семьи - жена, четыре дочери и
сын Алексей, а также доктор Боткин и прислуга - повар, горничная и "дядька"
Алексея.
Руководил расстрелом комендант Дома Особого Назначения Ян-кель Хаимович
Юровский. Около полуночи 16 июля 1918 года он поручил доктору Боткину обойти
спящих членов царской семьи, разбудить их и попросить одеться Когда в коридоре
появился Николай II, комендант объяснил, что на Екатеринбург наступают белые
армии и, чтобы обезопасить царя и его родных от артиллерийского обстрела, всех
переводят в подвальное помещение.
Под конвоем их отвели в угловую полуподвальную комнату размером 6x5 метров.
Николай попросил разрешения взять в подвал два стула - для себя и жены. Больного
сына император нес на руках. Едва они вошли в подвал, как следом за ними
появилась расстрельная команда Юровский торжественно произнес:
"Николай Александрович! Ваши родственники старались вас спасти, но этого им не
пришлось. И мы принуждены вас сами расстрелять..."
Он стал зачитывать бумагу - постановление Уралисполкома.
Николай II не понял, о чем речь, коротко переспросил.
"Что?"
Но тут пришедшие подняли оружие, и все стало ясно. "Царица и дочь Ольга
попытались осенить себя крестным знамением, - вспоминал один из охранников, - но
не успели. Раздались выстрелы... Царь не выдержал единственной пули нагана, с
силой упал навзничь. Свалились и остальные десять человек. По лежащим было
сделано еще несколько выстрелов... Дым застилал электрический свет. Стрельба
была прекращена. Были раскрыты двери комнаты, чтобы дым рассеялся. Принесли
носилки, начали убирать трупы Когда ложили на носилки одну из дочерей, она
закричала и закрыла лицо рукой. Живыми оказались также и другие. Стрелять было
уже нельзя при раскрытых дверях, выстрелы могли быть услышаны на улице. Ермаков
взял у меня винтовку со штыком и доколол всех, кто оказался живым".
Был час ночи 17 июля 1918 года. В ночной мгле за решеткой окна трещал мотор
грузовика, пригнанного для перевозки трупов.
100 ВЕЛИКИХ КАЗНЕЙ
Как считает американский историк Ричард Пайпс, именно с убийства царской семьи в
России начался красный террор, жертвами которого стали люди, казненные не
потому, что они совершили преступление, а потому, что, как выразился Троцкий,
"их смерть была необходима" Р Пайпс отмечает, что казнь в Екатеринбурге означала
для всего человечества вступление в качественно новую моральную эпоху - когда
правительство присваивает себе право убивать людей, исходя не из конкретных
законов, а из собственного понятия "целесообразности", что фактически приводит к
отрицанию всей системы гуманных ценностей, созданных цивилизацией.
ЖЕРТВЫ КРАСНОГО ТЕРРОРА
Террор - бесполезная жестокость, осуществляемая людьми, которые сами
боятся
Энгельс
.-¦¦*¦ • *,
В данном очерке мы расскажем не о казнях отдельных личностей, а о целой
государственной политике уничтожения общественных классов
Человеческое общество трудно удивить массовыми убийствами Напротив, двуногие
подонки предпочитали нарочно нагромоздить горы трупов, чтобы свалить свои
преступления на "обстоятельства военного времени" Зачастую обилием трупов
затыкали аппетит кровожадной толпе, как это было в период Великой французской
революции, или же устрашали эту толпу, как это было в послереволюционной России.
Принято считать, что "красный террор" явился ответом на террор "белый", то есть
на террористические вылазки буржуазных элементов против коммунистов Но на самом
деле красный террор начался с момента захвата власти большевиками
Начав свою правительственную деятельность в целях демагогических, с отмены
смертной казни - большевики немедленно ее восстановили. Уже 8 января 1918 года в
объявлении Совета народных комиссаров говорилось о "создании батальонов для
рытья окопов из состава буржуазного класса мужчин и женщин, под надзором
красногвардейцев" "Сопротивляющихся расстреливать" и дальше: контрреволюционных
агитаторов "расстреливать на месте преступления".
100 ВЕЛИКИХ КАЗНЕЙ
ЖЕРТВЫ КРАСНОГО ТЕРРОРА
Другими словами, восстанавливалась смертная казнь на месте без суда и
разбирательства. Через месяц появилось объявление знаменитой впоследствии
Всероссийской Чрезвычайной Комиссии: "...контрреволюционные агитаторы... все
бегущие на Дон для поступления в контрреволюционные войска... будут беспощадно
расстреливаться отрядом комиссии на месте преступления".
Угрозы стали сыпаться, как из рога изобилия: "мешочники расстреливаются на
месте" (в случае сопротивления), расклеивающие прокламации "немедленно
расстреливаются" и т. п. Однажды Совет народных комиссаров разослал по железным
дорогам экстренную депешу о каком-то специальной поезде, следовавшем из Ставки в
Петроград: "Если в пути до Петербурга с поездом произойдет задержка, то
виновники ее будут расстреляны". "Конфискация всего имущества и расстрел" ждет
тех, кто вздумает обойти изданные советской властью законы об обмене, продаже и
купле. Угрозы расстрелом были разнообразны. И характерно, что приказы о
расстрелах издавались не одним только центральным органом, а всякого рода
революционными комитетами: в Калужской губернии было объявлено, что будут
расстреливать за неуплату контрибуций, наложенных на богатых; в Вятке - "за
выход из дома после 8 часов"; в Брянске - за пьянство; в Рыбинске - за скопление
на улицах и притом "без предупреждения". Грозили не только расстрелом: комиссар
города Змиева обложил город контрибуцией и грозил, что неуплатившие "будут
утоплены с камнем на шее в Днестре". Еще более выразительное: главковерх
Крыленко, будущий главный обвинитель в Верховном Революционном Трибунале,
хранитель законности в советской России, 22 января объявлял:
"Крестьянам Могилевской губернии предлагаю расправиться с насильниками по своему
рассмотрению". Комиссар Северного района и Западной Сибири в свою очередь
опубликовал: "Если виновные не будут выданы, то на каждые 10 человек по одному
будут расстреляны, нисколько не разбираясь, виновен или нет".
Однако официальной датой начала красного террора принято считать 17 августа 1918
года, когда в Петербурге бывшим студентом, юнкером во время войны, социалистом
Каннегиссером был убит народный комиссар Северной Коммуны, руководитель
Петербургской Чрезвычайной Комиссии - Урицкий. Официальный документ об этом акте
гласит: "При допросе Леонид Каннегиссер заявил, что он убил Урицкого не по
постановлению партии или какой-нибудь организации, а по собственному побуждению,
желая отомстить за арест офицеров и расстрел своего друга Перельцвейга".
Спустя десять дней, 28 августа, социалистка Каплан покушалась на жизнь Ленина в
Москве.
В ответ на эти два теракта советская власть объявила о начале целой кампании
террора. При этом объектом массовых казней были названы не отдельные личности,
не какой-либо класс (как дворянство во времена Великой французской революции), а
целые слои населения, а именно - все, кто не относился к рабочему классу или
беднейшему крестьянству.
Мы не знаем и, вероятно, никогда не узнаем точной цифры этих жертв - мы не знаем
даже их имен. С уверенностью, однако, можно сказать, что действительная цифра
значительно превосходит цифру, приведенную позднее в полуофициальном сообщении
(никакого официального извещения никогда не было опубликовано). В самом деле, 23
марта 1919 года английский военный священник Ломбар сообщал лорду Керзону: "В
последних числах августа две барки, наполненные офицерами, потоплены и трупы их
были выброшены в имении одного из моих друзей, расположенном на Финском заливе;
многие были связаны по двое и по трое колючей проволокой".
Один из очевидцев петроградских событий сообщал такие детали: "Что касается
Петрограда, то, при беглом подсчете, количество казненных достигает 1300, хотя
большевики признают только 500, но они не считают тех многих сотен офицеров,
прежних слуг и частных лиц, которые были расстреляны в Кронштадте и
Петропавловской крепости в Петрограде без особого приказа центральной власти, по
воле местного Совета; в одном Кронштадте за одну ночь было расстреляно 400 чел.
Во дворе были вырыты три больших ямы, 400 человек поставлены перед ними и
расстреляны один за другим".
"Истерическим террором" назвал эти дни в Петрограде один из руководителей ВЧК,
Петере, в интервью, данном газетному корреспонденту в ноябре: "Вопреки
распространенному мнению, - говорил Петере, - я вовсе не так кровожаден, как
думают". В Петербурге "мягкотелые революционеры были выведены из равновесия и
стали чересчур усердствовать. До убийства Урицкого в Петрограде не было
расстрелов, а после него слишком много и часто без разбора, тогда как Москва в
ответ на покушение на Ленина ответила лишь расстрелом нескольких царских
министров". И тут же, однако, не слишком кровожадный Петере грозил: "Я заявляю,
что всякая попытка русской буржуазии еще раз поднять голову встретит такой отпор
и такую расправу, перед которой побледнеет все, что понимается под красным
террором".
Однако всего за несколько дней перед тем в "Еженедельнике
100 ВЕЛИКИХ КАЗНЕЙ
ЖЕРТВЫ КРАСНОГО ТЕРРОРА
ЧК" (№ 6) был опубликован весьма укороченный список расстрелянных за покушение
на Ленина. Их было 90 человек
Среди них были министры, офицеры, служащие кооперативных учреждений, присяжные
поверенные, студенты, священники и др. А всего в эти дни в Москве по общим
сведениям было расстреляно больше 300 человек.
Не только Петербург и Москва ответили за покушение на Ленина сотнями убийств.
Эта волна прокатилась по всей советской России - и по большим и малым городам, и
по местечкам и селам. Редко сообщались в большевистской печати сведения об этих
убийствах, но все же в "Еженедельнике" мы находим упоминание и об этих
провинциальных расстрелах, иногда с определенным указанием: расстрелян за
покушение на Ленина. Возьмем хотя бы некоторые из них.
"Преступное покушение на жизнь нашего идейного вождя, тов. Ленина, - сообщала
Нижегородская ЧК, - побуждает отказаться от сентиментальности и твердой рукой"
провести диктатуру пролетариата". "Довольно слов!.." "В силу этого" - комиссией
"расстрелян 41 человек из вражеского лагеря". И дальше шел список, в котором
фигурируют офицеры, священники, чиновники, лесничий, редактор газеты, стражник и
пр и пр. В этот день в Нижнем на всякий случай взяли до 700 заложников. "Раб.
Кр. Ниж. Лист" пояснял это: "На каждое убийство коммуниста или на покушение на
убийство мы будем отвечать расстрелом заложников буржуазии, ибо кровь наших
товарищей убитых и раненых требует отомщения".
"В ответ на убийство тов. Урицкого и покушение на тов. Ленина... красному
террору подвергнуты", по постановлению Сумской (Харьковской губ.) уездной ЧК,
трое летчиков; Смоленской Областной Комиссией 38 помещиков Западной Области;
Новоржевской - какие-то Александра, Наталия, Евдокия, Павел и Михаил Росляковы;
Пошехонский - 31 (целыми семьями: 5 Шалаевых, 4 Волковых), Псковской - 31.
Ярославской - 38, Архангельской - 9, Себеж-ской - 17, Вологодской - 14, Брянской
- 9 грабителей (И) и т. д.
Всероссийской Ч.К. за покушение на вождя всемирного пролетариата среди других
расстреляны, артельщик Кубицкий за ограбление 400 т.р., два матроса за то же,
комиссар Ч.К. Пискунов, "пытавшийся продать револьвер милиционеру", два
фальшивомонетчика и др. Такой список, между прочим, был опубликован в № 3
"Еженедельника ВЧК" Гаких опубликованных списков можно было бы привести десятки,
а неопубликованных - не было места, где бы ни происходили расстрелы "за Ленина".
Характерен экстренный бюллетень ЧК по борьбе с контрреволюцией
в Моршанске, выпущенный по поводу происходивших событий. Он между прочим
гласил. "Товарищи! Нас бьют по одной щеке, мы это возвращаем сторицей и даем
удар по всей физиономии. Произведена противозаразная прививка, те. красный
террор... Прививка эта сделана по всей России, в частности в Моршанске, где на
убийство тов. Урицкого и ранение т. Ленина ответили расстрелом... (перечислено 4
человека), и если еще будет попытка покушения на наших вождей революции и вообще
работников, стоящих на ответственных постах из коммунистов, то жестокость
проявится в еще худшем виде... Мы должны ответить на удар - ударом в десять раз
сильнее". И впервые, кажется, появилось официальное заявление о заложниках,
которые будут "немедленно расстреляны", при "малейшем контрреволюционном
выступлении". "За голову и жизнь одного из наших вождей должны слететь сотни
голов буржуазии и всех ее приспешников" - гласило объявление "всем гражданам
города Торжка и уезда", выпущенное местной уездной ЧК. Далее шел список
арестованных и заключенных в тюрьму, в качестве "заложников": инженеры, купцы,
священники и... правые социалисты-революционеры. Всего 20 человек. В ИвановеВознесенске
заложников взяли 184 человека и т. д. В Перми за Урицкого и Ленина
расстреляли 50 человек.
За Урицкого и Ленина действительно погибли тысячи невинных людей. Тысячи по всей
России были взяты заложниками.
В № 157 пятигорских "Известий" 2 ноября был опубликован следующий приказ ЧК,
возглавляемой Артабековым: "Вследствие покушения на жизнь вождей пролетариата в
гор. Пятигорске 21-го окт. 1918 г. и в силу приказа № 3-ий 8-го октября сего
года в ответ на дьявольское убийство лучших товарищей, членов ЦИК и других по
постановлению Чрезвычайной Комиссии расстреляны нижеследующие заложники и лица,
принадлежащие к контрреволюционным организациям". Дальше шел список в 59
человек, который начинался ген. Рузским. Тут же был напечатан и другой список в
47 человек, где вперемежку шли: сенатор, фальшивомонетчик, священник. Заложники
"были расстреляны". Это ложь. Заложники были зарублены шашками. Вещи убитых были
объявлены "народным достоянием"...
И в дальнейшем процветала та же система заложничества.
Прошел год, в течение которого террор принял в России ужасающие формы: перед ним
поистине бледнеет все то, что мы знаем в истории. Группой анархистов и левых
социалистов-революционеров, первоначально шедших рука об руку с большевиками и
принимавших даже самое близкое участие в организации чрезвычайных комиссий, было
совершено террористическое покушение в значительной степени
100 ВЕЛИКИХ КАЗНЕЙ
в ответ на убийство целого ряда членов партии, объявленных заложниками. Еще 15
июня 1919 года от имени председателя Всеукраинской Чрезвычайной Комиссии Лациса
было напечатано следующее заявление:
"В последнее время целый ряд ответственных советских работников получает
угрожающие письма от боевой дружины левых социалистов-революционеров
интернационалистов, т.е. активистов. Советским работникам объявлен белый террор.
Всеукраинская Чрезвычайная Комиссия настоящим заявляет, что за малейшую попытку
нападения на советских работников будут расстреливаться находящиеся под арестом
члены партии соц.-рев. активистов, как здесь, на Украине, так и в Великороссии.
Карающая рука пролетариата опустится с одинаковой тяжестью как на белогвардейца
с деникинским мандатом, так и на активистов левых социалистов-революционеров,
именующих себя интернационалистами. Председатель Всеукраинской Комиссии Лацис".
Как бы в ответ на это 25 сентября 1919 года в партийном большевистском помещении
в Москве, в Леонтьевском переулке, произведен был заранее подготовленный взрыв,
разрушивший часть дома. Во время взрыва были убиты и ранены несколько видных
коммунистов. На другой день в московских газетах за подписью Каменева была
опубликована угроза: "белогвардейцы", совершившие "гнусное преступление",
"понесут страшное наказание".
И новая волна кровавого террора пронеслась по России: власть "достойным образом"
расплачивалась за взрыв с людьми, которые не могли иметь к нему никакого
отношения. За акт, совершенный анархистами, власть просто расстреливала тех, кто
в этот момент был в тюрьме.
"В ответ на брошенные в Москве бомбы" в Саратове ЧК расстреляла 28 человек,
среди которых было несколько кадетов - кандидатов в члены Учредительного
собрания, бывший народоволец, юристы, помещики, священники и т.д. Столько
расстреляно официально. В действительности больше, столько, сколько по
телеграмме из Москвы пришлось из "всероссийской кровавой повинности" на Саратов
- таких считали 60.
Террор в изображении большевистских деятелей нередко представляется как
следствие возмущения народных масс. Большевики, мол, вынуждены были прибегнуть к
террору под давлением рабочего класса. Мало того, государственный террор лишь
вводил в известные правовые нормы неизбежный самосуд. Более фарисейскую точку
зрения трудно себе представить, и нетрудно показать на фактах, как далеки от
действительности подобные заявления.
ЖЕРТВЫ КРАСНОГО ТЕРРОРА
В записке народного комиссара внутренних дел и в то же время истинного творца и
руководителя "красного террора" Дзержинского, поданной Совет народных комиссаров
17 февраля 1922 года, между прочим, говорилось: "В предположении, что вековая
старая ненависть революционного пролетариата против поработителей поневоле
выльется в целый ряд бессистемных кровавых эпизодов, причем возбужденные
элементы народного гнева сметут не только врагов, но и друзей, не только
враждебные и вредные элементы, но и сильные и полезные, я стремился провести
систематизацию карательного аппарата революционной власти".
"Чрезвычайная комиссия была не что иное, как разумное направление карающей руки
революционного пролетариата".
Проект об организации Всероссийской Чрезвычайной комиссии, составленный
Дзержинским еще 7 декабря 1917 года на основании "исторического изучения прежних
революционных эпох", находился в полном соответствии с теориями, которые
развивали большевистские идеологи. Ленин еще весной 1917 года утверждал, что
социальную революцию осуществить весьма просто: стоит лишь уничтожить 200-300
буржуев. Известно, что Троцкий в ответ на книгу Каутского "Терроризм и
коммунизм" дал "идейное обоснование террора", сведшееся, впрочем, к чрезмерно
простой истине: "враг должен быть обезврежен; во время войн это значит -
уничтожен".
"Устрашение является могущественным средством политики, и надо быть лицемерным
ханжой, чтобы этого не понимать". И прав был Каутский, сказавший, что не будет
преувеличением назвать книгу Троцкого "хвалебным гимном во славу
бесчеловечности". Эти кровавые призывы поистине составляют, по выражению
Каутского, "вершину мерзости революции".
Не могло быть ничего более возмутительного, чем дело капитана Щастного,
рассматривавшееся в Москве в мае 1918 года в так называемом Верховном
Революционном Трибунале. Капитан Щастный спас остаток русского флота в
Балтийском море от сдачи немецкой эскадре и привел его в Кронштадг. Он был
обвинен тем не менее в измене. Обвинение было формулировано так: "Щастный,
совершая геройский подвиг, тем самым создал себе популярность, намереваясь
впоследствии использовать ее против советской власти". Главным, но и
единственным свидетелем против Щастного выступил Троцкий. 22 мая Щастный был
расстрелян "за спасение Балтийского флота". Этим приговором устанавливалась
смертная казнь уже и по суду. "Кровавая комедия хладнокровного человекоубийства"
вызвала яркий протест со стороны лидера социал-демократов-меньшевиков Мартова,
100 ВЕЛИКИХ КАЗНЕЙ
ЖЕРТВЫ КРАСНОГО ТЕРРОРА
обращенный к рабочему классу. На него не последовало, однако, тогда широких
откликов, ибо политическая позиция Мартова и его единомышленников в то время
сводилась "к призыву работать с большевиками для противодействия грядущей
контрреволюции".
Смертную казнь по суду или в административном порядке, как то практиковала
Чрезвычайная Комиссия на территории советской России и до сентября 1918 года, то
есть до момента как бы официального объявления "красного террора", нельзя
считать единичными фактами. Их было даже не десятки, а сотни. Мы имеем в виду
только смерть по тому или иному приговору, а не расстрелы, которые сопровождали
усмирения всякого рода волнений, которых было так много в 1918 году.
"К вопросу о смертной казни": "Отбросим все длинные, бесплодные и праздные речи
о красном терроре... Пора, пока не поздно, не на словах, а на деле провести
самый беспощадный, строго организованный массовый террор..." - призывал
"Еженедельник ВЧК".
После знаменитого приказа Петровского едва ли даже стоит говорить о "рабочем
классе", выступающем мстителем за своих вождей, и о гуманности целей, которые
якобы ставили себе Дзержинский и другие при организации так называемых
Чрезвычайных Комиссий. Только полная безответственность большевистских
публицистов позволяла, например, Радеку утверждать в "Известиях" 6 сентября, что
"если бы не уверенность рабочих масс в том, что рабочая власть сумеет ответить
на этот удар, то мы имели бы налицо массовый погром буржуазии". Какое в
действительности может иметь значение заявление неких коммунистов Витебской
губернии, требовавших 1000 жертв за каждого советского работника? Или требование
коммунистической ячейки какого-то автопоезда - за каждого павшего расстрелять
100 заложников, за каждого красного 1000 белых, или заявление Комячейки Западной
Области Чрезвычайной Комиссии, требовавшей 13 сентября "стереть с
...Закладка в соц.сетях
