Жанр: Драма
Дневник для стеллы
...оходов и пр.; завтра я напишу обо всем архиепископу Дублинскому
(сегодня
головокружений не было). Не знаю, возникнет ли у ториев какая-нибудь надобность
в моем
дальнейшем пребывании здесь, я не могу об этом судить, пока не увижу, какое
именно письмо
королева посылает епископам и что они в связи с этим предпримут. Если письмо
будет отправлено с
курьером, то все может быть окончено в шесть недель, однако как они в данном
случае поступят,
сказать не могу. Я удостоился получить сегодня из Ирландии новые полномочия,
подписанные
примасом и архиепископом Дублинским, вместе с обещанием написать находящимся
здесь двум
архиепископам, но мне теперь на все это... Дело уже решено, и притом еще десять
дней тому назад,
хотя мне позволили сообщить об этом только сегодня. А еще я получил письмо от
епископа
Клогерского, который жалуется, что я ему не пишу, в то время как вы, насколько
ему известно, -
это-то меня и разозлило - каждую неделю получаете от меня длинные письма. Зачем
вы ему
сказали? Право же, это нехорошо; однако я не стану ссориться с МД заочно. Я
написал ему с
последней почтой, еще до получения его письма, и вскоре опять напишу, поскольку
он, как я вижу,
ждет этого; я весьма обязан лорду и леди Маунтджой, которые навязали его мне,
чтобы избавить себя
от хлопот. И наконец, сегодня прибыло еще одно письмецо от неких легкомысленных
плутовок,
прозывающихся МД, и это было письмо № 5, на которое я нынче вечером отвечать не
стану.
Благодарю вас за него. Да нет, мне сейчас и впрямь необходимо спешно кое-что
состряпать; но завтра
или послезавтра у меня будет достаточно времени. Поручения МД я вписал в
памятный листок. Помоему,
я уже их почти все выполнил, и на сегодняшний день осталось только
приобрести
увеличительные стекла, очки и футляры для них. От Стеллы у меня не было никаких
поручений,
кроме двух - насчет шоколада и носовых платков, - а это все уже куплено и,
надеюсь, вскоре будет
отправлено. Я заходил сам и дважды или трижды посылал справиться о мистере
Стерне, но его не
заставали дома. Дурная моя голова, на что я трачу время? Ведь мне надобно сейчас
написать кое-что
поважнее и заниматься делом.
4. Обедал в Кенсингтоне с Аддисоном и Стилом и, возвратясь оттуда, написал
краткое письмо
архиепископу Дублинскому, дабы уведомить его о том, что королева даровала
просимое. Писал я в
кофейне, поскольку до девяти пробыл в Кенсингтоне и чертовски устал, потому что
полковник Прауд
несносный собеседник и я никогда больше не соглашусь обедать в его обществе; к
тому же я пил
пунш и это, не говоря уже о скверной компании, разгорячило меня.
5. От обеда до семи вечера я пробыл у мистера Гарли, а потом пошел в
кофейню, где доктор
Дэвенант уговорил было меня и доктора Чемберлена зайти к нему домой неподалеку и
распить
бутылку вина, но щенок до того болтлив, что я убоялся его общества, и, хотя в
восемь мы обещали
прийти, я отправил к нему посыльного сказать, что Чемберлена будто бы вызвали к
пациенту, и
посему мы отложим свой визит до другого раза; в конце концов сэр Мэтью Дадли
склонил
Чемберлена, смотрителя придворных служб и меня пойти к нему, где я и пробыл до
двенадцати.
Дэвенант все пристает ко мне с просьбой посмотреть его писания, которые он
собирается напечатать,
но мошенник такого высокого мнения о своих поделках, что, как я слыхал, не
поступится ни единой
буквой; он обнародовал недавно глупейший памфлет под названием "Одна треть Тома
Двуликого",
чтобы подольститься к ториям, которым он в свое время изменил.
6. Сегодня я забрел в Сити, чтобы повидать Пэтти Ролт, она собирается в
Кингстон, где теперь
живет, но, сказать по правде, я это сделал больше ради моциона, да еще поскольку
вышло так, что я
никуда не был зван, хотя вообще-то меня сейчас приглашают на обеды вдесятеро
чаще, нежели
обычно или нежели когда-нибудь в Дублине. На ваше письмо я пока отвечать не
стану, потому что
очень занят. Надеюсь отправить свое раньше, чем получу еще одно от МД. Ведь было
бы очень
обидно отвечать на два письма сразу, как нередко приходится малюткам МД. Но коль
скоро обе
стороны листа исписаны, письмо непременно должно быть отправлено, это уж
наверняка, хочешь не
хочешь; а произойдет это, должно быть, дня через три, потому что в тот вечер я
буду писать вам
ответ, а это, как вам известно, самая длинная часть письма.
7. Обедал у сэра Ричарда Темпла с Конгривом, Ванбру, генерал-лейтенантом
Фарингтоном и др.
Я, кажется, уже говорил вам, что у меня с Ванбру была длительная размолвка из-за
известных вам
стихов о доме, который он себе воздвиг; однако мы оба держались весьма учтиво,
хотя и холодно.
Вообще-то он малый довольно добродушный, но леди Мальборо имела обыкновение
поддразнивать
его этими стихами, и это чрезвычайно его сердило. Сегодня День благодарения, и я
был при дворе,
где королева прошла мимо нас, окруженная одними ториями. Ни одного вига!
Букингем, Рочестер,
Лидс, Шрусбери, Беркли из Стрэттона, лорд-хранитель печати Харкур, мистер Гарли,
лорд Пемброк
и пр., а ведь еще совсем недавно я не видел в ее свите ни единого тория.
Королева сделала мне
реверанс и, не чинясь, осведомилась у Престо: "Как поживают МД!" Но, разумеется,
королева
заслуживает снисхождения, а посему я извинил такую фамильярность. Впрочем, не
могу сказать, что
мне так уж недостает при дворе вигов, у меня там теперь и без них знакомых не
меньше, чем прежде.
8. Боже правый, сколько у меня хлопот. Я должен сейчас ответить на пятое
письмо МД, но
сперва позвольте вас уведомить, что я обедал сегодня у нашего посла в Португалии
вместе с
Аддисоном, Ванбру, адмиралом Уэджером, сэром Ричардом Темплом, Мэтьюэном и др...
Утомясь их
обществом, я в пять часов неприметно удалился и как пай-мальчик возвратился
домой, велел
затопить камин и трудился до десяти. О-ох! а теперь я уже в постели. В моей
спальне нет камина, но
когда лежишь под одеялом, погода всегда жаркая. Ваш прелестный ночной колпак,
мадам Дингли,
маловат для меня, и к тому же он слишком теплый; я, пожалуй, спорю с него мех и
отдам немного
расставить; мой старый бархатный колпак приказал долго жить. Что у вас там под
мехом? бархат? я
щупал, но что-то никак не мог определить; если это бархат, то достаточно спороть
мех, в противном
случае ваш колпак придется заново обтянуть и, значит, предстоит покупать бархат;
впрочем,
возможно, мне удастся просто выклянчить кусок. Как же мне быть? Ну да ладно,
обратимся пока к
письму плутовок МД. Хвала Всевышнему, что у Стеллы лучше с глазками, и, даст
Бог, так будет и
впредь, но, право же, вы слишком много пишете в один присест: лучше писать
поменьше или столько
же, но за десять вечеров. Ведь, что ни говори, а длинное письмо от дорогого
друга дорогого стоит. Я
раскусил ваш комплимент, злонамеренные девчонки, я раскусил его. Но я хотел бы
знать, кто такие
эти "вигги", которые считают, что я превратился в тория? Быть может, вы имеете в
виду вигов? Но
какие именно "вигги" и что вы имеете в виду? О Раймонде я ничего не слыхал, имел
от него только
одно письмо вскоре после моего приезда сюда. (Пожалуйста, не забудьте о
Моргане.) Раймонд, судя
по всему, намерен оказывать на меня в Лондоне большое влияние и занимать меня
разговорами. Что
ж, я всенепременно представлю его мистеру Гарли, а также лорду-хранителю печати
и
государственному секретарю. "Тэтлер", посвященный Мильтонову копью, написан не
мной, мадам.
Какой там еще возник разлад между вами и вашим здравым смыслом? Разумеется, кое
в чем вы
можете не сомневаться: скажем, насчет очерка об упадке слога я вам говорил не
раз; вообще же
угадывать, кто что написал, это по моей части, и уж тут я готов тягаться с кем
угодно, была бы охота.
Да что там, во время моего последнего пребывания в Лондоне я сочинил памфлет,
который вы и
тысячи вам подобных читали, но так и не сумели догадаться, что он принадлежит
мне. Смогли бы вы,
например, догадаться, что "Дождь в городе" написал я? Как получилось, что вы его
не прочитали до
того, как отправили свое последнее письмо? Впрочем, возможно, что у вас в
Ирландии его считают
просто недостойным упоминания. Никто также не подозревает меня и в сочинении
стихотворной
сатиры; один только Гарли сказал, что заподозрил меня (не знаю, говорил ли я вам
об этом раньше?),
и еще кое-кто был в это посвящен. Он называется "Жезл Сида Хамита". Кроме того,
я сочинил еще
несколько вещей, о которых я слышал весьма одобрительные отзывы, и при этом ни
одна душа не
догадывается, что я к ним причастен. Думаю, что и вам это будет не под силу,
пока мы с вами не
увидимся. Что вы подразумеваете под словами: "особы, которые столуются
неподалеку от меня и с
которыми я время от времени обедаю"? Я не знаю никаких таких особ и не имею
обыкновения
обедать с пансионерами. Что за чертовщина! Ведь вам прекрасно известно, с кем я
каждый день
обедал с тех пор, как расстался с вами, и, может быть, даже лучше, чем мне
самому. Кого же вы,
сударыня, в таком случае имеете в виду? Господи, да моя болезнь вот уже почти
два месяца как
прошла. Бесстыдницы, если вы будете мне досаждать, то я сниму квартиру ценой в
десять шиллингов
в неделю, поскольку из этой меня почти выкурили с помощью сточной канавы, что,
впрочем, очень
помогло мне, когда я сочинял "Дождь". Так, мадам Дингли, что вы имеете сообщить?
что там должно
было выйти в свет? Какая-то баллада? Полно вам, в ней нет ровно ничего
заслуживающего внимания;
потерпите немного, пока я не возвращусь, уверяю вас, терпение - тоже вещь
достаточно
занимательная. Об отъезде лорда Маунтджоя в Ирландию мне ничего не известно.
Когда день
рождения Стеллы? В марте? Сохрани Господь, моя очередь читать проповедь в
Крайстчерч?
Впрочем, это так естественно, что вы пишете мне об этом. Ведь, если не ошибаюсь,
вы уже извещали
меня раз сто, уж очень это свежо в моей памяти. Церковный служка приходил к вам?
А почему,
собственно, к вам? Уж не хочет ли декан, чтобы вы прочли проповедь вместо меня?
Ох, чума на вашу
латынь! Johnsonibus atque* - вот как следует писать. Как это декан ухитрился
угадать имя? Не иначе
как вы меня выдали. Кто же еще? Не я же сам; но так и быть, я не проломлю ему
голову. Ваша
матушка, надо полагать, все еще в деревне, потому что она обещала повидаться со
мной по своем
возвращении в Лондон. Четыре дня назад я написал ей и попросил закинуть удочку в
разговоре с
леди Джиффард, чтобы она купила для вас на какую-то сумму банковских акций,
потому что бумаги
упали к тому времени на тридцать процентов. Если бы Господу было угодно, чтобы
мои деньги были
при мне, я заработал бы сто фунтов и получал бы такую же прибыль, как и в
Ирландии, но только
гораздо более надежную. Я охотно одолжил бы триста фунтов, но из-за падения
акций здесь теперь
так худо с деньгами, что не у кого занять. Теперь они поднимаются в цене, как я
и предвидел; они
было упали со ста двадцати девяти до девяносто шести. Нет, я ничего с тех пор от
вашей матушки не
получал. Неужто вы думаете, я настолько неучтив, что способен отказаться
повидать ее? И не потому
ли вы просите меня таким жалостливым тоном? Вот как, выходит, миссис Раймонд
беременна;
весьма об этом сожалею, и ее муж, я полагаю, тоже. Мистер Гарли осыпает меня
всеми мыслимыми
любезными словами, и, останься я здесь, он, я думаю, оказал бы мне услугу, но я
рассчитываю, что со
временем герцог Ормонд даст мне все же что-нибудь в придачу к Ларакору. Какие у
вигов основания
считать, будто я уехал в Англию, чтобы порвать с ними? Разве мой отъезд был
тайным? Я
чистосердечно утверждаю, и декан может вам это подтвердить, что делал все
возможное, дабы
избежать разрыва, хотя теперь нисколько об этом не сожалею. Но какого дьявола
мне беспокоиться о
том, что они думают? Разве я хоть в малейшей степени кому-нибудь из них обязан?
Пропади они
пропадом, псы неблагодарные. Они еще у меня пожалеют о своем поведении, прежде
чем я уеду
отсюда. Хотя здесь о моем разрыве с вигами говорят то же самое, однако же
признают, что нельзя
винить в этом меня, если принять в соображение, как они со мной обошлись. Я
позабочусь о ваших
очках, как уже говорил вам прежде, и об очках для епископа Киллалайского тоже,
но писать ему не
стану - нет времени. Что вы имеете в виду под моим четвертым, мадам Dinglibus?
Разве Стелла вам
не сказала, что вы уже получили от меня пятое, сударыня Путаница? Вы меня даже
напугали, пока я
не отыскал в начале вашего письма упоминание Стеллы об этом. Ну что ж, пожалуй,
для одного
вечера достаточно. (Прошу вас, передайте от меня нижайший поклон миссис Стойт и
ее сестре, как ее
там, Кэт или Сара? Право, я запамятовал ее имя.) Возможно, что я (да, и еще
миссис Уоллс и ее
архидиакону) даже отправлю это письмо завтра; впрочем, нет, ведь это будет
только десятый день
после предыдущего. Я задержу его до субботы, хотя продолжать не стану. А что,
если тем временем
придет новое письмо от МД! Что ж, в таком случае я скажу только: "Мадам, я
получил ваше шестое
письмо, ваш покорнейший слуга Престо", и дело с концом. Так, а теперь я попишу и
поразмышляю, а
потом заберусь в постель и помечтаю немного о МД.
* А также и Джонсон (лат.).
9. У меня был полон рот воды, и я пошел сплюнуть, почему-то убедив себя, что
не в состоянии
буду писать с полным ртом. Не доводилось ли и вам проделывать нечто подобное изза
того только,
что по первом размышлении вы судили ошибочно? Так-с, нынче утром я наведался к
мистеру
Льюису, и он объявил мне, что через несколько дней мне предстоит отобедать с
государственным
секретарем мистером Сент-Джоном; тем временем мне надобно как-нибудь улучить
момент и еще
раз повидать в ближайшие дни мистера Гарли, дабы ускорить прохождение моего дела
у королевы.
Обедал у лорда Маунтрэта с лордом Маунтджоем и др., но вино было скверное;
поэтому я предпочел
пораньше удалиться и до семи просидел в кофейне, после чего возвратился домой к
камельку (вторая
половина моего бушеля уже утратила свою девственность) и в одиннадцать, как
обычно, улегся
спать. В комнате сейчас жарко до чрезвычайности, и все-таки я боюсь простудиться
из-за сырой
погоды, особенно если буду сидеть по вечерам в своей комнате, возвратясь из
какого-нибудь жарко
натопленного помещения. Мне приходится самому о себе заботиться, ведь здесь нет
хлопотуний МД,
а у меня по горло всяких дел, куча писанины и пр. и мне сейчас не до хождений по
кофейням, но все
это даже к лучшему, потому что лишает меня возможности рассказывать вам снова и
снова одно и то
же, как это в обычае у глупцов; но Престо, право же, умнее многих прочих,
позвольте вам это
заметить, благородные дамы. Вот видите, я уже перебрался на третью страницу; не
воображайте
только, что я возьму себе это за правило; рано утром, до того как письмо будет
закончено,
непременно расскажу вам еще что-нибудь, а отправлю его в субботу; так что мне
надобно оставить
местечко на завтра; вернее, на завтра и на послезавтра.
10. О Господи, до чего же мне хочется, чтобы вы непременно получили это
письмо: ежели оно
затеряется, сколько дней из жизни Престо будет утрачено? Ну что за пустомеля!
вчера я забыл в
предпоследней строке оставить место для печати; однако я заслуживаю
снисхождения, ведь я писал
уже ночью (Доброй вам ночи!). Поверите ли, когда я с вами прощаюсь, то не могу
оставить и
полстроки незаполненной; впрочем, печать, я полагаю, была бы там неуместна.
Обедал у леди Люси,
где от моего "Дождя" не оставили камня на камне и в придачу объявили, что "Сид
Хамит"
глупейшая поэма из всех, когда-либо ими читанных. Они уже доложили об этом
Прайору, коего
считают автором. Не удивляет ли вас, почему я никогда прежде там не обедал?
Просто я слишком
занят, а они живут слишком далеко, и, кроме того, я уже не испытываю к женщинам
такой любви, как
прежде. (Ведь МД, да будет вам известно, не принадлежат к женскому полу.) Ужинал
у Аддисона с
Гартом, Стилом и мистером Допингом и пришел домой поздно. Льюис прислал мне
записку, в коей
приглашает отобедать в одной компании, которая, как он надеется, придется мне по
душе... Судя по
всему, приглашение исходит от государственного секретаря мистера Сент-Джона.
Только что
получил письмо от Раймонда, который сейчас в Бристоле, но через две недели будет
в Лондоне, а
жену оставит там; он просит приискать ему любую квартиру в доме, где я живу, но
только этому не
бывать. Ума не приложу, что мне с ним делать в Лондоне; можете не сомневаться,
никому из моих
знакомых представлять я его не собираюсь, так что ему придется вести скромную
жизнь, как и
подобает священнику и к тому же человеку, никому здесь не известному. Уже зааа
полллночь. А
посему доброй вам ночи. Ох! совсем забыл сказать, что Джемми Ли прибыл в Лондон;
он говорит,
что привез вещи Дингли и при первом удобном случае отправит их вам. Моя посылка,
как я слышал,
до сих пор не отправлена. Ли уедет в Ирландию примерно через месяц. Завтра я не
смогу вам
написать из-за... чего? Ах да, из-за архиепископа, и оттого, что рано запечатаю
это письмо, и еще
оттого, что с обеда и до вечера буду в гостях; словом, из-за великого множества
причин и все-таки
утром я черкну два-три словечка, дабы дневник мой не прерывался, а вечером
непременно начну
девятое.
11. Утром, при свече. Вам следует знать, что по утрам между шестью и семью я
щеголяю в
халате и Патрику приходится по меньшей мере раз пятьдесят упрашивать меня,
прежде чем я этот
халат надену. А теперь я прощаюсь с моими миленькими МД в этом письме, а новое
начну вечером,
когда вернусь домой. Господь всемогущий да благословит и сохранит драгоценнейших
МД.
Прощайте.
До чего длинное письмо получилось, прямо как проповедь.
Письмо XI
11 Лондон, 9 декабря 1710.
[суббота]
Итак, мои юные дамы, я только что отправил свое десятое в почтовую контору
и, как уже
говорил вам, получил ваше седьмое (боюсь, раньше я ошибся и сказал, что получил
шестое, и тогда
мы с вами совсем запутаемся). Так вот, как я уже вам докладывал, обедал нынче с
лордом
Эберкорном и, полагаю, на ближайшее время с вас достаточно, потому что мне
надобно приняться
сочинять кое-какие безделицы и крепко кое-кому насолить. - А как же с ответом
малюткам МД? -
Что ж, их письмо я на время отложу. - - - Уже поздно, и я могу только сказать,
что МД -
дорогие дерзкие плутовки. И что из сего следует? А то, что Престо любит их
поэтому еще сильнее.
10. Этот сукин сын Патрик куда-то запропастился, и я теперь связан по рукам
и ногам; даже
уголь пришлось одолжить. Сейчас шесть часов, и я вернулся домой после славной
прогулки в парке;
сегодня первый день мягкая, тихая погода, а прошлой ночью была ужасная буря.
Говорят, будто у вас
унесло в открытое море пакетбот и будто на нем находился юный щеголь Свифт и
генерал Сэнки. Не
знаю, насколько это правда; впрочем, вы услышите об этом раньше меня. Раймонд
уже поговаривает
о том, чтобы через несколько дней уехать из Лондона; он собирается возвратиться
в Ирландию не
позже чем через месяц, так как в противном случае его жене, которая уже на
сносях, придется рожать
здесь. Думаю, он прав, хотя не исключено, что история с пакетботом напугает его.
Лондон нисколько
его не привлекает, и я этому не удивляюсь. Он свел здесь знакомство с
несколькими ирландцами,
обучающимися в Темпле, и они показали ему город. Я допускаю его к себе не чаще
двух раз в
неделю, да и то лишь по утрам, когда одеваюсь. - - - Ну, вот, явился, наконецто,
этот
прощелыга, и я смогу теперь воспользоваться моими собственными чернилами и новым
пером; такто,
а вы - дерзкие шалуньи и плутовки и останетесь ими до тех пор, пока я не
улягусь в постель,
потому что должен сейчас заняться делом, понятно? Да, кстати, передайте епископу
Клогерскому,
что ему не нагреть меня ни на один дюйм металла; это металл для моего колокола.
Сами знаете, все
это пустяки, но городские денежки так целей будут. Эннискиллен скорее может себе
это позволить,
нежели Ларакор, тем более что колокол будет весить только полторы тысячи. Сейчас
я, как обычно в
это время, читал и прочее, а теперь укладываюсь спать; не находите ли вы, что
сегодняшняя запись
получилась довольно-таки длинной? А теперь уходите-ка отсюда до завтра, до
положенного часа. Да,
чуть не забыл упомянуть, что обедал нынче с сэром Мэтью Дадли.
11. Возвратясь сегодня домой, я, как и вчера, обнаружил, что этот паршивец
опять запер мои
чернила, хотя я строго-настрого его предупредил; вскоре, однако, он явился, так
что теперь все в
порядке; он уже растапливает камин, и я смогу приняться за свои дела. Погода
опять испортилась, и
целый день лил дождь. Не выношу зимнюю слякоть, хотя некоторые находят ее
полезной. Говорят,
слух о чуме в Ньюкасле оказался ложным. У меня сегодня решительно никаких
новостей. Обедал у
миссис Ваномри и выразил пожелание, чтобы они купили мне шарф, потому что мой
совсем
изорвался. Леди Эберкорн тоже собирается купить мне шарф, так что останется
только решить, какой
из них лучше. Вчера я снова видел при дворе герцога Ричмонда, однако не стал с
ним заговаривать;
видимо, мы уже не помиримся. Сейчас я лежу в постели, а дождь хлещет, не
переставая. Любопытно,
так же ли часто идет дождь у вас в Дублине? Известия о кораблекрушении, как я и
предполагал,
испугали Раймонда; однако я все же уговорил его, и через неделю он отсюда уедет.
Я познакомил его
с поверенным по делам казны, и тот признал, что Раймонд доводится ему
родственником, а посему
он, думаю, не откажет Раймонду в любезности снабдить его рекомендательным
письмом к вашему
новому лорду-канцлеру. - - - Получил письмо от миссис Лонг, от которого меня
едва не
стошнило: в нем было несколько непристойных шуток, обозначенных прочерками, о
смысле которых
следовало догадаться. Пошлые пересуды и сплетни в провинциальном городишке
оказали на нее
дурное влияние. - - - Я не стану отвечать на ваше письмо, пока не освобожусь от
всяких дел; так
что пусть это послание отправляется, как оно есть. Какая мне о том забота? какая
о том забота
нахальному Престо?
12. Когда я был сегодня у Льюиса в канцелярии государственного секретаря,
туда пришел лорд
Риверс; увидя меня, он отвел Льюиса в сторонку, пошептался с ним, а потом
подошел ко мне и
изъявил желание со мной познакомиться; мы обменялись поклонами и любезностями,
после чего
расстались. Обедал я с Филиппом Сэведжем и его ирландским клубом там, где они
обычно
столуются, и после довольно-таки гнусно проведенного вечера пришел домой лишь в
девятом часу. С
мистером Аддисоном мы видимся теперь едва ли чаще одного раза в две недели: его
парламентские
обязанности и мой чуждый ему круг знакомств отдаляют нас друг от друга. Вчера
утром сэр Мэтью
Дадли прогнал своего дворецкого, а ночью бедняга неожиданно скончался на улице;
не правда ли,
странное стечение обстоятельств? - Но какое вам собственно до этого дело? - А
такое, что этого
дворецкого я знал. - - - Что ж, выходит, ваш пакетбот цел и невредим: тьфу,
какая глупость, а
ведь я уже сделал все, что в таких случаях полагается делать - сказал, что это
весьма печально и что
я весьма об этом сожалею. Но когда же я все-таки отвечу на письмо наших МД? Вот
оно, лежит себе;
ну что ж, как-нибудь после дождичка в четверг я об этом поразмыслю, а пока
доброй ночи.
13. Утро. Мне придется нынче весь день таскаться вместе с леди Керри и
миссис Пратт, с
которыми мы вчера утром за чаем условились поехать вместе осматривать
достопримечательности
Лондона. Слыхали ли вы о разгроме, учиненном среди высших офицеров? Мередит,
Макартни и
полковник Хонивуд вынуждены будут продать свои должности за полцены и оставить
службу из-за
того, что пили за поражение кабинета ториев; нацепив шляпу на палку, они
объявили, что это Гарли,
и со стаканом вина в руке стали разряжать в чучело свои пистолеты, сожалея, что
перед ними не сам
Гарли собственной персоной, и позволили себе сотню других столь же милых шуток;
одним словом,
они уволены за подстрекательство своих солдат и иностранных послов к действиям,
направленным
против нынешнего кабинета министров. Кэдоган отделался сравнительно легко: его
мать сказала мне
вчера, что он отстранен от должности посла; надеюсь, никаких других мер в его
отношении не будет
предпринято, потому что его не было на этих мятежных сборищах. М-да, писание
писем этим
дерзким шалуньям отнимает у меня по утрам уйму времени, но право же, я рад любой
возможности
повидаться с вами: поболтать чуточку и снова за свои дела. А теперь попридержите
свои язычки, ведь
мне давно пора вставать; ни словечка больше, жизнью вас заклинаю. Ну, что там
такоеее? Вот и
прекрасно; потерпите, пока я не возвращусь домой, и тогда я, возможно, расскажу
вам о себе еще
что-нибудь. А куда вы сегодня идете? Ведь я не смогу быть с вами из-за моих дам.
Как на грех, день
сегодня такой дождливый и безобразный. Я предпочел бы, чтобы вы зашли за
Уоллсами и
отправились к декану, только ставьте по маленькой, когда проигрываете. Манильо,
Басто, королева и
два младших красных козыря погубят вас. Я, впрочем, не считаю, что это такие уж
плохие карты, но
ведь тогда у ваших противников могут быть Эспадильо, Понто, король и большие
козыри, которые
дадут им верные взятки; ну а вы, конечно же, как всегда пошли с вашего Манильо.
- - - Ох,
сколько же я здесь, глупец, наболтал и все потому, что никак не могу нынче утром
расстаться с этими
МД. Убирайтесь отсюда, да поживее, милые капризные девчонки, и дайте мне,
наконец, встать.
Патрик снова запер вчера вечером мои чернила, уже третий раз за последнее время;
этот мошенник
сел мне на голову. А теперь, сударыни, я все-таки встану назло вам. - - -
Вечером. Леди Керри,
миссис Пратт, миссис Кэдоган и я - в одной наемной карете, сын леди Керри со
своим гувернером и
еще двумя джентльменами - в другой, а барышни и маленький мастер (дети лорда
Шелберна), да
еще служанки - в третьей, отправились сегодня в десятом часу утра из дома лорда
Шелберна, что на
Пиккадилли, в Тауэр, где осмотрели все достопримечательности, львов и пр., а
оттуда поехали в
Бедлам, потом пообедали в дешевой ресторации позади биржи, после чего
направились в грэшемский
колледж (однак
...Закладка в соц.сетях
