Жанр: Драма
Просто Мария
...акель предложила соседу обыскать дом.
- О, как ты перепугалась, бедняжка, - поняв, что происходит с Аной,
сказала донья Ракель. - Я действительно не люблю общаться с людьми, но
только потому, что слишком хорошо их знаю. Не волнуйся. Если я взялась тебе
помогать, то никто не заставит меня проговориться!
Странная все-таки эта донья Ракель. Непредсказуемая. Ана все время
чувствовала себя в напряжении, боясь прогневить спасительницу каким-нибудь
неосторожным словом или жестом. Но выбора не было, и Ана искренне
благодарила донью Ракель за помощь. Чудом можно считать уже то, что эта
затворница вообще пустила их с Диего в свой дом. А уж услышав, что их
послала Иоланда и что за девочкой охотится убийца, донья Ракель ни секунды
не раздумывала, следует ли ей прятать у себя беглецов. Только была удивлена,
что отец девочки от нее отказался.
- Но если он приехал сюда и даже стрелял в эту чудовищную женщину, то
может быть, одумался и сейчас беспокоится о дочери? - переводя свой
пристальный взгляд с Диего на Ану, строго спросила донья Ракель.
- Нет, - горячо заверила ее Ана, - Хосе Игнасио хочет увезти девочку в
столицу лишь затем, чтобы досадить Диего, а Марииту он нисколько не любит!
Мы же с братом никогда не колебались, любить ли нам ее. Эта малышка вошла в
мою жизнь сразу, как только родилась, а Диего ее любил еще до рождения - с
тех пор, как у нас поселилась Лаура. Да вы сами посмотрите, какой это ангел!
Ее нельзя не любить.
- Да, она чудо! - согласилась донья Ракель. - Значит, это внучка Марии
Лопес? Красавица!
- Возьмите ее на руки, - предложила растроганная Ана.
- Ты позволяешь мне подержать ее? - не менее Аны растрогалась донья
Ракель. - Ой, мои руки такие неловкие! Они давно уже не прикасались к детям.
А ведь и у меня есть внуки. И где-то они живут, не зная своей бабушки... -
Донья Ракель горестно вздохнула и умолкла, а Диего и Ана не стали задавать
лишних вопросов.
Успокоившись, что сестра с девочкой на какое-то время нашли убежище,
Диего стал прощаться.
- Разве ты не останешься здесь? - спросила хозяйка.
- Нет, спасибо. Я вернусь на ранчо. Мне надо кое-что сделать, для того
чтобы мы с Аной смогли увезти девочку в столицу.
Вернувшись домой ни с чем, дон Федерико и Виктор стали свидетелями еще
одной ссоры между Диего и Хосе Игнасио. Началась она с того, что приехавший
детектив Сапеда пригласил для разговора Диего, а тот, конечно же, стал
утверждать, будто не знает, где находится Ана.
- Почему вы думаете, что именно я помогаю Ане прятать девочку? -
обратился Диего к Сапеде.
- Потому, что ты единственный, кто заинтересован в исчезновении моей
дочери! - вмешался Хосе Игнасио. - Ты ненавидишь меня и способен выкрасть
Марииту только затем, чтобы я страдал.
- Ах-ах, страдалец! - возмутился Диего. - Теперь это твоя дочь, да? А
почему бы тебе не вспомнить, как ты отказывался от девочки, не хотел ее даже
видеть?
- Это все в прошлом...
- Ах, в прошлом? Как легко у тебя все выходит! Захотел - отказался,
захотел - получил обратно. И все должны повиноваться твоим капризам. Ты
поступил так не только с Мариитой, но и с Лаурой! Ты убил ее!
- Нет!
- Убил, убил! Ты бросил ее одну, думал только о своем спокойствии.
Эгоист, ничтожество! Ты все получил от своей мамочки, а без нее ты ничего не
стоишь. Только и умеешь, что доставлять страдания всем, кто рядом с тобой.
Сеешь вокруг себя одно горе, и я не допущу, чтобы его испытала Мариита! Ты
ее больше никогда не увидишь!
После этих слов Хосе Игнасио опять пустил в ход кулаки, а Мария, помня о
пистолете, призвала на помощь Сапеду, внимательно наблюдавшего за этой
перепалкой. Диего пришлось отдать пистолет детективу, и у Марии немного
отлегло от сердца.
Понимая, что этот сыщик теперь не оставит его в покое, Диего за бесценок
продал своего коня и поспешил к донье Ракель. Невдалеке от ее дома он
обнаружил за собой слежку, но оторвался от преследователя, заманив его в
ущелье и выбравшись оттуда другой дорогой.
- Ана, у нас очень мало времени, собирайся, - заявил с порога Диего. -
Сыщик, которого наняла Мария, скоро будет здесь.
- Это очень опасно. Тем более с девочкой, - растерянно отвечала Ана.
- Ты боишься? Хочешь, чтобы Хосе Игнасио увез ее, и она росла, не зная
ни любви, ни ласки? Ты этого хочешь, Ана?
- Нет-нет...
- Мой шофер отвезет вас в соседний поселок, а оттуда вы сможете уехать
на автобусе, - поддержала Диего донья Ракель. - И вот что еще: возьмите
немного денег, они вам пригодятся. Да поможет вам Бог!
После того как Сапеда рассказал, что потерял Диего вблизи ущелья,
сомнений больше не оставалось: Ану с девочкой прячет донья Ракель, поскольку
она одна живет в том районе.
- Для вас стало привычкой приходить ко мне в гости, дон Федерико, -
встретила соседа донья Ракель.
- Это не визит вежливости, - дон Федерико на сей раз был настроен куда
более решительно. - Мы уже знаем, что вы прячете Ану с девочкой, и, если
сейчас же не отдадите, мы обыщем дом.
- Ах, так?! Ну, ищите! Вы никого не найдете, потому что Ана и Диего уже
далеко отсюда.
- Однажды вы нас обманули, поэтому, извините, мы все-таки обыщем дом.
- Ищите, где хотите, но потом убирайтесь немедленно! И больше никогда
не смейте приходить сюда, дон Федерико!
Поиски, разумеется, оказались безуспешными, но Мария и Хосе Игнасио не
могли знать об этом, и в надежде на скорое возвращение Марииты стали
мечтать, как она будет расти в своем родном доме.
- Теперь уже я не расстанусь с моей девочкой, - говорил Хосе Игнасио. -
Постараюсь быть для нее хорошим отцом.
- Да, сынок.
- Не знаю только, получится ли у меня? Я все делаю плохо. Заставляю
страдать тех, кто меня любит.
- Не говори так. Это тебе внушил Диего. Он несправедлив к тебе из-за
Лауры. Не может смириться с тем, что она любила тебя, а не его.
- Нет, мама, Диего во многом прав. Но я ведь сказал тебе, что отныне
постараюсь быть другим - лучше, чем до сих пор. Я должен это сделать ради
Марииты. И ради тебя. Я хотел бы, чтобы моя дочь унаследовала не мой
безвольный характер, а твой. Чтобы она смогла вырасти такой же сильной и
доброй, как ты.
- Ах, сынок, какой бы она ни выросла, главное, что теперь она будет
всегда с нами
Но эти мечты и надежды, как мы уже знаем, были преждевременны.
След Марииты вновь потерялся, и напряжение последних месяцев, не
дававшее Марии ни минуты расслабления, достигло, кажется, своего предела.
Держалась она сейчас лишь благодаря Виктору.
- Отчего судьба так несправедлива к моему сыну и к этой невинной
малютке? - горько плакала Мария.
И Виктор утирал ее слезы и успокаивал, говоря, что с девочкой не должно
случиться ничего плохого. Ана просто испугалась Лорены дель Вильяр и
объявится, как только эту злодейку схватят. А сама Лорена, вероятнее всего,
где-то затаилась, чтобы залечить рану, и не представляет сейчас опасности
для Марииты.
- Спасибо, любимый. Ты умеешь меня убеждать - говорила Мария. - Дай
Бог, чтобы все так и было, чтобы Лорена не нашла малышку раньше нас. А Ана
девочку, конечно, не обидит. Но ведь у Аны и Диего нет ни денег, ни
влиятельных знакомых. Господи, сколько же еще мытарств предстоит вынести
этой крошке? И все - по моей вине. Потому что растерялась тогда, заботилась
только о здоровье сына, пожертвовав внучкой. Нельзя было ее отдавать Ане,
отправлять на ранчо! - Мария снова залилась слезами, и снова Виктор искал
для нее слова утешения, и гладил ее волосы, и целовал руки.
- А где Хосе Игнасио? - немного успокоившись, спросила Мария.
- Я не видела его с тех пор, как вы вернулись от доньи Ракели.
- Не волнуйся. Наверно, ему надо побыть одному, - предположил Виктор.
Хосе Игнасио действительно долго блуждал по окрестным ранчо и то про
себя, то вслух твердил:
- Видишь, Лаура? Я ничего не стою. От меня увезли дочь, потому что я не
достоин ее. И тебе, и ей я приносил только горе.
Домой он возвратился поздно ночью, а утром сообщил, что уезжает в
Мехико.
- Ты уедешь, не найдя свою дочь? - изумилась Мария.
- Я ее не заслуживаю. Моей доченьке будет лучше с Аной и Диего. Они
сумели дать ей любовь.
- Но, сынок! Еще вчера...
- Вчера я был полон надежд. А сегодня понял, что потерял ее. И сам в
этом виноват. Диего прав: я разрушаю все, к чему ни прикоснусь. Я не имею
права находиться рядом с теми, кого люблю и кто любит меня, потому что делаю
их глубоко несчастными.
- Сынок, прошу тебя! Помоги найти девочку, не уезжай, - взмолилась
Мария.
- Нет, я уеду. Скроюсь ото всех. Если меня не будет рядом, ты и Мариита
сможете быть счастливыми.
- Это бред! - воскликнула Мария.
- Хосе Игнасио, ты никуда не поедешь, пока не узнаешь, где твоя дочь, -
решительно заявил Виктор.
- Для меня это уже не имеет никакого значения, - поникшим голосом
ответил Хосе Игнасио.
- И ты ничего не сделаешь, чтобы найти ее? - возмутился Виктор.
- Нет.
- Знаешь, дорогой крестник, ты ведешь себя как подлец. Но я тебе этого
не позволю!
- Виктор, не надо так, - вмешалась Мария.
- Но ведь я не преувеличиваю, Мария! Пока другие занимаются розыском
его дочери, он решает уехать! Это тебе кажется справедливым?
- Я все равно ничем не смогу вам помочь. Я устал, крестный! Из-за меня
погибла Лаура, я не сумел стать отцом для моей дочери. Я ни на что не имею
права.
- Ты не имеешь права на счастье, - отвечал крестнику Виктор, - потому
что не желаешь за него бороться! Твое поведение безответственно, и я
настаиваю, чтобы ты переменил свое решение.
- Сожалею, крестный, но я не могу тебе подчиниться. И ты, мама, прости
меня. Я действительно подлец. Мне лучше уйти.
Не медля больше ни минуты, Хосе Игнасио покинул ранчо, а вечером
позвонила растерянная Рита и сказала, что Хосе Игнасио ушел из дома. Адрес
обещал сообщить, как только снимет квартиру.
- Я не знаю, что мне делать, - бросилась Мария к мужу. - Маэстро, научи
меня, как жить дальше!
Но что мог в этом случае посоветовать Виктор? Дети становятся взрослыми,
и сами отвечают за свои поступки. Надо оставить Хосе Игнасио в покое, пусть
помается один. Он уже мужчина, а не ребенок, нуждающийся в постоянной опеке!
Так считал Виктор. И еще он настаивал, чтобы розыском Аны и Диего занялась
полиция, у которой гораздо больше возможностей, чем у частного детектива
Сапеды. Но Марии страшно было даже представить, что по ее заявлению Ана и
Диего окажутся в тюрьме. И хотя Виктор говорил, что после того, как найдут
Марииту, обвинение можно будет снять, Мария не решалась на этот поступок,
жалея брата и сестру.
Детектив Сапеда, уверенный в том, что Ана и Диего уехали в столицу,
поскольку в большом городе легче скрываться, нежели в маленьком, последовал
за ними. А Мария, прежде чем покинуть ранчо, попыталась сама откровенно
поговорить с доньей Ракель. И та, увидев, как убивается Мария, и узнав, что
с потерей дочери Хосе Игнасио лишился всякого интереса к жизни, поняла свою
ошибку и рассказала, куда отправились беглецы.
Печальным было возвращение в Мехико Марии и Виктора. Без Хосе Игнасио
дом казался пустым и холодным, Рита находилась в крайнем возбуждении, ни на
секунду не отходя от телефона: вдруг крестник позвонит и скажет, как обещал,
где устроился. Но Хосе Игнасио не подавал о себе никаких вестей. Лишь на
следующий день Луис немного успокоил Марию и Риту, сообщив, что его друг
снимает квартиру, исправно ходит на занятия и собирается вновь работать у
адвоката Идальго.
А вскоре объявился и сам Хосе Игнасио - оставил Рите свой адрес, но
попросил, чтобы никто к нему не приходил.
Мария не скрывала от Виктора обиды на сына: если уж решил жить отдельно,
то мог хотя бы дождаться приезда матери и потом уйти из дома. И что значит
эта просьба: "Не приходите ко мне!" Разве мать не имеет права посмотреть,
где и как живет ее сын, узнать, не нуждается ли он в чем-нибудь? Виктору
стоило большого труда отговорить жену от немедленного похода к Хосе Игнасио.
- Не беспокойся, любимая. Хосе Игнасио сейчас полезно побыть одному. Он
хочет доказать нам и самому себе, что может полагаться на собственные силы,
может сам себя обеспечивать. Я уверен: он сумеет справиться с ситуацией.
Но, несмотря на эти уверения, Виктор все же навестил крестника тайком от
Марии.
- Ты пришел сделать мне выговор? - вместо приветствия спросил Хосе
Игнасио.
- Нет, нет! Я хотел попросить у тебя прощения за резкость...
- Но ты во многом прав: я действительно подлец. Поэтому и не хочу,
чтобы вы меня видели. Один, без чьей-либо помощи, я попытаюсь стать другим
человеком, и, может быть, сумею заслужить ваше уважение.
- Сынок, мы - твоя семья. Мы любим тебя. А мама просто не находит себе
места, не может понять твоего бегства.
- Если бы я дождался вашего приезда, то, возможно, никогда бы не
отважился уйти. И сейчас я не хочу с нею видеться только потому, что она
может уговорить меня вернуться. А я знаю, что не должен этого делать.
Но можно ли было удержать Марию, которой не терпелось хоть одним глазком
взглянуть на сына и убедиться, что он и вправду способен жить
самостоятельно! Она сходила к Хосе Игнасио, увидала его новое жилище, однако
разговора у них не получилось. Хосе Игнасио, боясь расчувствоваться и
уступить матери, был с нею сух и, как заклинание, повторял:
- Сожалею, мама. Решение мое окончательное. Я не вернусь.
Примириться с этим было непросто, но Мария понимала, что другого выхода
нет. И она опять погрузилась в работу, которая всегда помогала ей достойно
пережить самые тяжелые удары судьбы. А кроме того, рядом с Марией был теперь
чуткий, заботливый муж, умевший найти необходимые слова утешения.
- Я уверен, как только отыщут девочку, Хосе Игнасио вернется, - говорил
он, нежно целуя Марию. - Хватит унывать! Вспомни, что ты недавно вышла замуж
за человека, который ждал тебя много лет и любит больше жизни. Попытайся
быть хоть немного счастливой!
Время между тем шло, а расследование Сапеды не продвигалось. Трудно
искать в таком огромном городе людей, не имеющих здесь ни друзей, ни
знакомых, наблюдение за которыми могло бы вывести детектива на беглецов.
Остановиться они должны были, считал Сапеда, в одном из недорогих отелей, а
их в Мехико - великое множество. Обследованием этих небольших, иногда всего
лишь на десяток мест, заведений занимался Сапеда, и, надо сказать, что в
своем предположении он был недалек от истины. Действительно, первую ночь по
приезде Ана и Диего провели в таком отеле. Но уже на следующий день Диего
повезло: он снял комнату, а заодно с нею и получил работу.
Чету с ребенком - так представились Ана и Диего - приютила у себя некто
сеньора Нуньес, которую не смутило отсутствие у молодых людей
соответствующих рекомендаций. Сеньора эта в последнее время тяжело болела и
не могла справиться с работой по дому одна.
А так как прежде они с мужем привыкли обходиться без прислуги, то их
даже устраивало, что новые работники - без рекомендаций, да еще и с
ребенком: в этом случае им можно было предложить оплату чисто символическую.
В обязанности Аны входило приготовление пищи, стирка, уход за больной
хозяйкой, уборка комнат, а Диего закупал продукты, работал в саду. Сеньор
Нуньес также использовал его в качестве шофера.
Казалось бы, все устроилось как нельзя лучше, но сеньору Нуньесу
приглянулась хорошенькая служанка, и он стал приставать к ней со своими
ухаживаниями. Разумеется, в отсутствие Диего. Ана всячески уклонялась от
приставаний хозяина, становившихся день ото дня все более наглыми. Сеньор
Нуньес заявлял, что если Ана окажется сговорчивой, то ни в чем не будет
знать нужды, а если вздумает пожаловаться мужу или хозяйке, то немедленно
лишится и жилья, и работы. Зная взрывной характер брата, Ана не решалась
рассказать ему о своих мытарствах в этом доме, а только лишь просила
подыскать другую работу. Это злило Диего, он считал, что Ана просто
капризничает.
- Ты так говоришь, потому что не представляешь, насколько это сложно в
нашем положении. Меня тоже не устраивают те деньги, которые нам здесь
платят, но пока мы должны быть рады и этому.
Однажды, когда Ане было совсем невмоготу, она набрала номер Марии. К
телефону подошла Рита, и, услышав ее голос, Ана, не владея собой,
воскликнула:
- Рита!
- Ана! Ана, это ты? - сразу же узнала ее Рита. - Ана, ты где?
Но из трубки уже доносились короткие гудки.
- Это была Ана. Я уверена, - сказала Рита.
- Ты могла и ошибиться, - усомнился Роман.
- Нет, я узнала ее голос!
- Что ж, это хороший знак. Может, они уже сожалеют, что убежали с
девочкой?
- Будем надеяться...
Не более успешно, чем у Сапеды, подвигалось дело и у лейтенанта
Орнеласа. Фотографии Лорены дель Вильяр были разосланы по всей Мексике,
расклеены они были и в поселке, где в это время находилась преступница.
Больше недели она пролежала без сознания, под капельницей, и Камелия не раз
порывалась сдать ее в больницу. Но Росендо всякий раз уговаривал подругу
подождать, рассчитывая на приличное вознаграждение со стороны Лорены.
- Было бы глупо избавиться от нее сейчас, когда мы jfc-тратили столько
денег на ее лечение, - говорил он, и с этим не могла не соглашаться Камелия.
Каково же было разочарование Росендо и Камелии, когда их подопечная,
обретя сознание и выяснив, где она находится, ничего не могла сказать о
себе: не помнила, как ее зовут и что с нею приключилось накануне.
Камелия сразу же заподозрила, что эта особа симулирует потерю памяти, и
пообещала вытрясти из нее признание любыми средствами. Бедняга не могла
знать, что имеет дело с Лореной дель Вильяр, которую так просто не возьмешь
на испуг! Рана уже почти зажила, а Лорена все морочила головы своим
благодетелям, будто ничего о себе не помнит. Так продолжалось до тех пор,
пока Росендо случайно не увидел фотографию разыскиваемой преступницы и не
выяснил у полицейского, что же она натворила.
- Так ты, оказывается, убийца, да еще и сумасшедшая! - Камелия не
намерена была терпеть дольше эту комедию. - Или ты сейчас же подтвердишь,
что ты - Лорена дель Вильяр, или мы отправим тебя в тюрьму!.
Дело принимало опасный оборот, и Лорена вынуждена была сменить тактику:
- Сколько бы вы ни настаивали, сеньора, клянусь, я ничего не помню. Не
знаю, что я сделала и почему полиция меня разыскивает.
- Ты пыталась убить ребенка, и потому в тебя стреляли. Не
притворяйся! - Камелия больше не могла сдерживаться, и залепила Лорене
пощечину, в которую вложила весь свой гнев.
- Я не могла сделать ничего дурного. Не отдавайте меня полиции, -
взмолилась Лорена.
- Так-то лучше, - согласилась Камелия. - Ты свяжешься со своими
родственниками или с кем тебе угодно. Скажешь, чтобы за тобой приехали. И
заплатишь мне за все! За уход, за лекарства, за аренду комнаты. Ну и,
естественно, за молчание. Тут тебе особенно придется раскошелиться. Или -
пойдешь в тюрьму! А пока я буду держать тебя взаперти, - и Камелия вышла,
закрыв за собою дверь на ключ.
Но, несмотря на столь грозное заявление, Камелия уже понимала, что вряд
ли сумеет чего-нибудь добиться от этой дамы. Отдавать же ее в руки полиции
тоже было опасно, их с Росендо могли привлечь к ответу как соучастников
преступления. И предприимчивая Камелия решила использовать наглую злодейку в
качестве бесплатной прислуги, а точнее - попросту рабыни. Пусть выполняет
всю грязную работу по дому: чистит, стирает, моет. Пусть хоть таким образом
отработает то, что было на нее потрачено.
Так Лорена дель Вильяр превратилась в... служанку.
- Ты за это ответишь, Мария Лопес! - шептала Лорена, глядя на свои
огрубевшие, в ссадинах и мозолях, руки. - Я заставлю тебя страдать!
Глава 36
Одиночество, благотворное и спасительное вначале, постепенно становилось
тягостным для Хосе Игнасио. День он проводил в университете и в конторе
адвоката Идальго, а вечером, когда оставался один, ощущал острую
неудовлетворенность и собой, и своей жизнью. Вот он ушел из дома, стремясь,
якобы, к самостоятельности. А зачем ему эта самостоятельность? Для чего вся
эта суета с учебой, с работой? Хосе Игнасио мучительно искал и не находил
никакого смысла в том, что он делает, да и в том, что вообще живет на этом
свете.
В один из таких печальных вечеров Хосе Игнасио и подстерегла Ивон.
Поздний звонок в дверь не огорчил, а даже обрадовал Хосе Игнасио. Не
смутило его и то, что гостьей оказалась эта навязчивая, вездесущая Ивон. Он
даже не стал спрашивать, каким образом Ивон узнала его адрес, а сразу же
предложил ей чего-нибудь выпить. Такое начало заметно воодушевило Ивон, и
вскоре она уже страстно клялась в своей любви к Хосе Игнасио.
- Прошу, не отталкивай меня! Ты убедишься, что мое чувство искреннее.
Хосе Игнасио не впервые слышал это от Ивон и, если до сих пор он
решительно пресекал подобные излияния, то сейчас отвечал на них вяло и
рассеянно.
- Я никогда не забуду Лауру...
- И не надо! - тут же подхватывала Ивон. - Я этого и не прошу. Но ты не
гони меня! Я сделаю все, чтобы тебе было хорошо!
Узнав, что Ивон уже несколько дней подряд находится у Хосе Игнасио, Луис
попытался предостеречь друга:
- Ты очень рискуешь! Боюсь, все кончится тем, что эта нахалка переедет
к тебе с вещами.
Хосе Игнасио соглашался с Луисом, но вечером опять приходила
улыбающаяся, ласковая Ивон, и выгнать ее у Хосе Игнасио недоставало сил.
Однажды он сказал, что задержится на работе, и Ивон, воспользовавшись
случаем, попросила у него ключ от квартиры. Когда же незадачливый хозяин
вернулся домой, то обнаружил у себя в гостях шумную компанию, уже достаточно
подвыпившую и развеселившуюся.
- Это - мой сюрприз, - заявила сияющая Ивон.
И пока Хосе Игнасио подыскивал слова, которые смогли бы поставить на
место Ивон, в дверь позвонили.
- Так вот зачем тебе понадобилось жить вдали от дома! - сказала
вошедшая Мария.
Вечер был окончательно испорчен - и для Хосе Игнасио, и тем более для
Марии. А дома она к тому же узнала, что опять звонила Ана и хотела с нею
повидаться. Роман, боясь, что Ана может передумать, предложил встретиться с
ним. Ана согласилась, пообещав вместе с Мариитой подождать его в ресторане.
Виктор сразу же позвонил Сапеде и Орнеласу, которого Мария,
посомневавшись, все-таки привлекла к поиску внучки.
Сапеда немедленно отправился в указанный ресторан, а Орнелас заехал к
Марии - уточнить некоторые детали.
- Очень хорошо, что вы здесь, лейтенант, - обрадовалась Мария. - Я хочу
забрать свое заявление. Мои брат и сестра добровольно решили вернуть
девочку.
- А вы не думаете, что они вас всего лишь шантажируют?
- Нет! На это они не способны!
- Сначала я должен их арестовать, а потом уже вы можете отказаться от
обвинения.
- И все-таки я не хочу, чтобы вы отправлялись на их поиски. Убеждена,
что Роман скоро принесет мою внучку домой.
- А я, сеньора, совсем не убежден. Как бы вам потом не пришлось жалеть.
Роман был чрезвычайно удивлен, увидев в назначенном месте не Ану, а
Диего. К тому же - без девочки. Настроен Диего был агрессивно и сообщил, что
Ана его предала, но он не позволит ей отдать ребенка этому ничтожеству -
Хосе Игнасио. Роману стало ясно, что уговорить кузена не удастся и он лишь
старался как можно дольше удержать около себя Диего - в надежде, что
подойдет Сапеда. Будто читая мысли Романа, Диего, прежде чем покинуть
ресторан, заявил, что если заметит за собою наблюдение - Ана и Мариита
исчезнут навсегда.
Расставшись с Диего и еще пребывая в растерянности, Роман услышал за
спиной голос Сапеды:
- Идите домой. Я отправлюсь следом за ним.
А в это время в доме Нуньесов разыгрывалась безобразная сцена. Сеньор,
воспользовавшись отсутствием Диего, решил во что бы то ни стало овладеть
упрямицей Аной. Отбиваясь из последних сил, Ана просила хозяина отпустить ее
хотя бы к девочке, которая, будто почуяв неладное, все громче плакала в
соседней комнате. Но сеньор был неумолим, и лишь неожиданное появление
супруги остановило его. Не желая слушать никакие объяснения, сеньора Нуньес
прика-
зала Ане немедленно убраться из ее дома вместе со своей крикуньей.
Именно в этот момент вошел детектив Сапеда и потребовал, чтобы Ана
отдала ему похищенную дочь Хосе Игнасио Лопеса. Супруги удивленно уставились
на него: о ком это он говорит? А Ана, одергивая на себе кофточку и сбившийся
передник, решительно заявила, что они с братом не хотят больше прятать
девочку и об этом она сообщила по телефону своей сестре Марии.
- Пойдемте ко мне в комнату. Она там, моя крошка!
Но девочки в кроватке не было, и Ана сразу же догадалась, что Диего,
заметив сыщика, выкрал малютку и скрылся с нею через черный ход. В шоке Ана
не могла вымолвить ни слова. Сеньора же Нуньес, наоборот, оправилась от
потрясения и кричала:
- Мы приютили у себя преступников! Я сейчас же позвоню в полицию!..
- Вы можете не беспокоиться, сеньора, полиция уже здесь, - сказал во
время подоспевший лейтенант Орнелас, - у меня распоряжение на ваш арест,
сеньорита Лопес. Потрудитесь поехать со мной в отделение. Машина ждет.
Едва наступило утро, Мария отправилась в полицейский участок, чтобы
отказаться от обвинения и освободить Ану под залог.
- Не надо Мария, - обреченно произнесла Ана. - Я должна ответить за
все, что натворил
...Закладка в соц.сетях
