Жанр: Драма
Прощальный вздох мавра
...рная дыра Бомбея. Я видел его в оболочке тьмы, видел некой
коллапсирующей звездой, тем сильней притягивавшей к себе мрак, чем больше
становилась ее масса. Ни один луч света не мог вырваться из его силового
поля. Он давно уже начал внушать мне опасения; теперь эти опасения сменились
ужасом, соединенным с жалостью, - смесь, описать которую я не в силах.
Повторю еще раз: я не ангел. Я держался в стороне от дел МБХ, но
империя Авраама была велика и на девять десятых не доступна постороннему
глазу. Я не сидел без работы. Я тоже стал обитателем верхних этажей
небоскреба Кэшонделивери и испытывал немалое беззаконное наслаждение от того
факта, что я - сын своего отца. Но через некоторое время после того, как
проявились мои телесные немощи, стало ясно, что Авраам в поисках опоры
обращает взгляды к другим лицам, и в особенности - к Адаму Браганзе, не по
годам шустрому восемнадцатилетнему юноше с ушами то ли как у Бэби
Дамбо********, то ли как тарелки спутникового телевидения "Стар-ти-ви", к
Адаму Браганзе, так быстро взлетевшему в табели о рангах "Сиодикорп", что
странно, как он не погиб от кессонной болезни.
"Мистер Адам", как я мало-помалу понял из полуночных бесед с отцом,
который продолжал исповедоваться мне в многоразличных грехах своей долгой
жизни, был молодой человек с удивительно пестрым прошлым. По всей видимости,
он был внебрачным сыном бомбейского хулигана и бродячей фокусницы из
Шадипура, штат Уттар-Прадеш, и на некоторое время его неофициально усыновил
один житель Бомбея, который числится пропавшим без вести и считается
погибшим после своего таинственного исчезновения четырнадцать лет назад, во
время чрезвычайного положения 1974-1977 годов, когда он, как утверждали,
стал жертвой насилия со стороны карательных органов. С тех пор мальчик
воспитывался в розовом небоскребе на Брич-кенди у двух пожилых дам,
христианок из Гоа, которые разбогатели на волне успеха своих популярных
маринадов "браганза". Он взял у престарелых дам фамилию Браганза, а когда
они отошли в мир иной, завладел и фабрикой. Вскоре после этого, в свои
семнадцать лет обладая такой элегантностью в одежде и гладкостью речи, какие
не снились и вдвое старшим сотрудникам фирм, он явился в "Сиодикорп" в
поисках капитала для расширения производства, рассчитывая вывести
легендарные маринады и чатни********* на мировой рынок под более броской
торговой маркой "БРА". На модернизированной наклейке, образец которой он
принес показать сотрудникам Авраама, красовался призыв: "БРАть, БРАть и
БРАть!"
Эти слова смело можно было считать девизом самого чудо-юноши. В
мгновение ока он продал свое дело Аврааму, который немедленно увидел
громадный экспортный потенциал новой продукции, особенно в странах со
значительной прослойкой индийцев-иммигрантов. Так наш малец-удалец приобрел
капитал, дававший независимость; однако во время первой же встречи с
патриархом, с самим мистером Зогойби он произвел на моего отца такое сильное
впечатление своим знанием как новейших теорий бизнеса и менеджмента, так и
новых технологий в области коммуникаций и информации, только-только начавших
врываться в индийскую экономику, что Авраам мигом ввел его в "семейство
Сиоди" на вице-президентском уровне, сделав сферой его ответственности
технические инновации и корпоративную психологию. Небоскреб Кэшонделивери
загудел от новых идей мальчишки, очевидным образом основанных на изучении им
практики бизнеса в Японии, Сингапуре и других странах тихоокеанского
побережья, которое он называл "мировой столицей третьего тысячелетия". Его
директивы быстро стали легендарными. Вот типовой образчик: "Для оптимизации
использования человеческого фактора решающее значение имеет активизация
чувства локтя". Поэтому сотрудников "поощряли" (читай - принуждали)
проводить вместе минимум двадцать минут в неделю, собираясь небольшими
группами по десять-двенадцать человек и стоя в обнимку. Поощрялось также
ежемесячное представление начальству письменной "оценки" сильных и слабых
сторон в работе коллег - из-за чего компания превратилась в скопище
лицемерных (внешне братски-обнимучих, втайне злобно-колючих) стукачей. "Мы
будем слушающей корпорацией, - объявил нам Адам. - То, что вы говорите,
будет нами воспринято". О да, эти уши не уставали воспринимать. Никакое зло,
никакая мерзость не могли миновать их бездонных глубин. "Всякая крупная
организация есть неоднородная смесь вредителей, стражей порядка и здравых
людей, - гласил один из меморандумов Адама. - Руководство ожидает, что
вредители с вашей помощью будут выявлены"(курсив мой.) Старику Аврааму это
нравилось бесконечно.
- Современная эпоха, - говорил он мне. - Язык тоже должен быть
современным. Что люблю, то люблю! Молоко на губах не обсохло, а замашки
крутого парня! Гляди, как все у него забегали.
Мои собственные замашки крутого парня были несколько иного свойства;
возможно, по мнению Авраама, они устарели - и, в любом случае, все это для
меня было уже в прошлом. Я не мог пойти и отдубасить молодого Адама
Браганзу. Я держал язык за зубами; и улыбался. Это был новый Адам в новом
эдеме. Мой отец пригласил молодчика в свой поднебесный атриум, и спустя
всего лишь месяцы -да какое там, спустя недели! дни! - компания "Сиодикорп"
начала переориентироваться на компьютеры и, само собой, также на кабели,
волоконную оптику, принимающие тарелки, спутники и всевозможные средства
телекоммуникации; и угадайте, кто командовал этим новым парадом?
- Мы создадим в мировой экономике наш собственный ареал, - сиял Авраам,
не упуская случая ввернуть новое словцо. - Что за серость деревенская у нас
повсюду с этими разговорами о владычестве Рамы! Не Рам раджья, a RAM
раджья********** - вот каким козырем мы по ним ударим!
"Не Рама, a RAM". С самого начала мне видна была склонность этого юнца
к лозунгам. Авраам был прав. Вот оно, будущее. Пришло поколение, которое
"наследует землю"***********, для которого тревоги стариков ничего не
значат; поколение, помешанное на всем новом, говорящее на странном,
кодированном, бесстрастном языке будущего, совершенно не похожем на наши
мелодраматические перечно-жаркие восклицания. Неудивительно, что Авраам,
неистощимый Авраам обратил к Адаму свое лицо. Это было рождение новой эпохи
в Индии, когда деньги, как и религия, в стремлении к удовлетворению своих
желаний сбрасывали всяческие маски и оковы; время похотливых, голодных,
алчных до жизни, а отнюдь не истраченных и не опустошенных.
Я чувствовал себя отыгранной картой; рожденный слишком быстро,
рожденный с изъяном, увечный, я стремительно состарился и, старея, постоянно
давал волю своей злобе. Теперь мое лицо было обращено в прошлое, к
утраченной любви. Когда я поворачивался и глядел вперед, я видел поджидающую
меня Смерть. Смерть, над которой Авраам по-прежнему спокойно смеялся, могла
забрать сына вместо бессмертного отца.
- Ну чего ты такой несчастный, смотреть противно, -сказал Авраам
Зогойби. - Что тебе нужно - это жена. Добрая женщина сотрет с твоего лба
заботу. Мое предложение: мисс Надья Вадья. Что скажешь?
x x x
Надья Вадья!
Весь год, пока она была официальной Мисс Мира, Раман Филдинг не давал
ей покоя. Он пытался снискать ее расположение, заваливая ее цветами,
радиотелефонами, видеокамерами и микроволновыми печами. Она отсылала все это
ему обратно. Он приглашал ее на светские приемы, но после памятного дня
Ганапати она отвергала все приглашения. О страсти Филдинга к Надье Вадье
поведал стране "Кусака" - известный светский обозреватель газеты "Миддей",
прямой потомок писавшего под тем же псевдонимом журналиста, который
рассказал в "Бомбей кроникл" о "Гама-радиации" и тем самым положил конец
блестящей научной карьере моего прадеда Франсишку да Гамы. После теперешней
публикации отказ Надьи Вадьи лечь под Мандука стал для определенной
категории бомбейцев символом сопротивления в более широком смысле; ее отказ
приобрел героические, политические черты. Появились карикатуры. В городе,
которым Филдинг, по его собственным словам, "правил как своим личным
автомобилем", упорство Надьи Вадьи было знаком того, что существует и
другой, свободный Бомбей. Она давала развернутые интервью. Не целую лягушек,
заявляет Надья... Впредь наука для Мандука! Надья берет уроки бокса -что-то
будет!... Потехе не было конца.
Потом произошли две вещи.
Первое: Филдинг, терпение которого лопнуло, решил чуток припугнуть
строптивую королеву красоты; вследствие чего, впервые за долгое время его
безусловного владычества в ОМ, там произошел бунт, который возглавил Сэмми
Хазаре и единодушно поддержали все вожаки "команд", силами которых
проводились "особые операции" ОМ. Железяка привел депутацию к Филдингу,
сидевшему в своем кабинете с телефоном-лягушкой. "Сэр неспортивно сэр", -
таковы были слова Хазаре, полные горького упрека. Мандук уступил, но после
этого стал смотреть на Сэмми таким же взглядом, как на меня, когда я
рассказал о моем примирении с отцом. И это было не зря, потому что Сэмми
изменился. В недалеком будущем он будет вытолкнут из своей пожизненной ниши
игрока второго эшелона и принужден силой событий и своих личных сердечных
бурь сыграть в грандиозной драме, которая пока только репетировалась,
выдающуюся роль.
Второе: Надья Вадья перестала быть правящей Мисс Мира. Уже были избраны
и новая Мисс Индия, и новая Мисс Бомбей. Надья Вадья стала достоянием
прошлого. Ее песня уже не звучала ни по радио, ни на новом телеканале
"Масала телевижн", ставшем индийским вариантом "Эм-ти-ви", -кому нужны
низвергнутые королевы? В медицинский колледж Надья Вадья так и не поступила,
друг, о котором она когда-то упомянула, испарился, со сценической карьерой
ничего не вышло. Деньги в Бомбее кончаются быстро. В восемнадцать лет Надья
Вадья была бывшей знаменитостью - брошенной, барахтающейся, беспомощной. В
этот момент Авраам Зогойби сделал свой ход. Он предложил ей и ее овдовевшей
матери роскошную квартиру в южном конце Колаба-козуэй и щедрую стипендию
впридачу. Для переговоров Надья Вадья уже не была в сильной позиции, но
гордости своей она не потеряла. Когда она посетила Авраама в "Элефанте",
чтобы обсудить его предложение, - и насколько же быстро новость об этом
через Ламбаджана Чандивалу, двойного агента у наших ворот, достигла ушей
Мандука! в какую ярость она привела злобного босса! - она говорила с большим
достоинством.
- Я думаю внутри себя: Надья Вадья, а что этот щедрый господин хочет
получить в обмен на такое благодеяние? Может быть, что-то такое, чего Надья
Вадья не может дать даже великому Аврааму Зогойби?
На Авраама ее слова произвели впечатление. Он ответил, что такому
предприятию, как "Сиодикорп", нужно иметь располагающее общественное лицо.
- Поглядите на меня, - хихикнул он. - Разве я не жуткий старик? И люди,
когда они думают про нашу компанию, представляют себе вот этого сумасшедшего
старого дурака. А теперь, если вы согласитесь, они будут представлять себе
вас.
Так-то и вышло, что Надья Вадья стала лицом компании "Сиодикорп"; она
появлялась и в телероликах, и на рекламных щитах, и лично, открывая
многочисленные престижные мероприятия, проводимые со спонсорским участием
корпорации, - фешенебельные празднества, однодневные международные
соревнования по крикету, съезды рекордсменов из Книги Гиннесса, выставку
"Третье тысячелетие", чемпионат мира по борьбе. Так-то и вышло, что она была
избавлена от нищеты и вновь сделала общественным достоянием свою
незапятнанную красоту. Так-то и вышло, что Авраам Зогойби одержал еще одну
победу над Раманом Филдингом и что песня о Надье Вадье, записанная в новой
версии, с притопами и прихлопами, вернулась в "горячий список" популярных
клипов на "Масала-телевижн" и взлетела на вершину хит-парада.
Надья Вадья и ее мать Фадья Вадья переехали жить в квартиру на
Колаба-козуэй, и на стену их гостиной Авраам повесил единственную картину
Ауроры Зогойби, которую Зинат Вакиль все еще не могла выставить в галерее на
Камбалла-хилле, - картину, на которой красивая юная девушка целует красивого
юного крикетиста с той живописной страстью, которая вызвала в свое время
такое негодование. В свое время.
- Ой, какая прелесть, - воскликнула Надья Вадья и захлопала в ладоши,
когда Авраам лично снял покрывало с "Поцелуя Аббаса Али Бека". - Надья Вадья
и Фадья Вадья любят крикет - правда, Фадья Вадья?
- Истинная правда, Надья Вадья, - сказала Фадья Вадья. -Крикет -
королевский спорт.
- Ой, ну и глупышка же ты, Фадья Вадья, - возразила Надья Вадья. -
Королевский спорт - это лошадки. Фадья Вадья должна это знать. Надья Вадья
знает.
- Любуйтесь на здоровье, дочка, - сказал Авраам Зогойби, целуя перед
уходом Надью в макушку. - Но прошу вас: немножко больше почтения к вашей
маме.
Он ни разу даже пальцем ее не тронул, всегда вел себя как
безукоризненный джентльмен. И вдруг ни с того ни с сего предложил ее мне,
словно она была его с головы до пят -презент, игрушечная невеста.
Я ответил Аврааму, что приду к Надье и ее матери и поговорю о его
предложении. В квартире, расположенной в колабском небоскребе, меня ждали
две насмерть перепуганные женщины. Надья Вадья была разряжена, как
подарочная кукла, - брильянты на крыльях носа и все прочее.
- Ваш отец был так добр к нам, - выпалила Фадья Вадья, в которой
материнские чувства взяли верх над щекотливостью ситуации. - Но поймите,
уважаемый господин, моя Надья Вадья заслуживает, чтобы у нее были детки...
ей бы кого-нибудь помоложе...
Надья Вадья смотрела на меня странным взором.
- Не встречала ли Надья Вадья вас где-нибудь раньше? -спросила она,
смутно припоминая Ганапати. Я пропустил вопрос мимо ушей и обратился к более
насущным делам. Загвоздка, объяснил я, в том, что они живут под
покровительством одного из самых могущественных людей в Индии. Если они
откажутся от предложенного брака с его единственным сыном, весьма вероятно,
что старый бизнесмен перестанет их защищать и содержать. Мало кто тогда
осмелится протянуть им руку помощи - все будут бояться оскорбить великого
Зогойби. Возможно, единственным заинтересованным лицом будет некий
джентльмен, который когда-то, в бытность свою карикатуристом, метил свои
рисунки изображением лягушки...
- Никогда! - воскликнула Надья Вадья. - Миссис Мандук? Надья Вадья
никогда ею не станет. Я тогда попрошу Фадью Вадью взять меня за руку, и мы
вместе прыгнем прямо с этого балкона.
- Ну зачем, ну зачем, - успокоительно произнес я. - У меня для вас
несколько лучшее предложение.
Моя идея сводилась к формальной помолвке. Авраам будет ублажен,
получится замечательная реклама, и период помолвки может потом длиться
неопределенно долго. Я рассказал им о своем ускоренном старении. Совершенно
ясно, сказал я, что жить мне осталось недолго. После моей смерти они
извлекут немалую выгоду из связи с семейством Зогойби, единственным
наследником громадных капиталов которого являюсь я. Я поклялся, что, если
даже проживу столь долго, что брак станет необходимым, наше соглашение о
платоническом характере отношений останется в силе. Я попросил только Надью
Вадью, чтобы она соблюдала видимость действительного намерения выйти замуж.
- Остальное будет нашим с вами секретом.
- Ой, ну что же мы, Надья Вадья! - простонала Фадья Вадья. - Какие же
мы с тобой невежи! К нам пришел твой красавец-жених, а мы его даже маленьким
пирожным не угостили.
x x x
Почему я это сделал? Потому что был уверен: Авраам воспринял бы отказ
как личное оскорбление и выкинул бы их на улицу. Потому что меня восхищало
сопротивление Надьи Вадьи Филдингу и то, как она вела себя с моим отцом,
известным своей похотливостью. Боже мой, потому, что она была так молода и
прекрасна, а я был такой развалиной. Может быть, потому, что после многих
лет бесчинств и беззаконий я желал искупления, искал отпущения грехов.
Что я хотел искупить? Кто должен был отпустить мне грехи? Не задавайте
мне трудных вопросов. Я это сделал, вот и все. Было объявлено о помолвке
Мораиша Зогойби, единственного сына мистера Авраама Зогойби и покойной
Ауроры Зогойби (урожденной да Гамы) с мисс Надьей Вадьей, единственной
дочерью покойного мистера Кападьи Вадьи и миссис Фадьи Вадьи - все из
Бомбея. И когда где-то в глубинах города Железяка прослышал об этом, его
изломанное, бессердечное сердце наполнилось злобой.
Банкет по случаю помолвки был устроен, конечно, в отеле "Тадж" и, само
собой, прошел с истинно бомбейским размахом. В недоброжелательном
присутствии более чем тысячи красивых, злоязычных, с любопытством и
скепсисом глядящих на все чужаков, в числе которых была Флореас, моя
последняя оставшаяся в живых сестра, которая день ото дня становилась мне
все более чужой, я надел кольцо со "сказочным алмазом", как писали наутро
газеты, на прелестный пальчик прелестной девушки в завершение того, что
"Кусака" назвал "поразительным и едва ли не жертвенным обручением Восхода с
Закатом". Однако Авраам Зогойби -самый зловредный, самый черствый из
стариков - приготовил со своим обычным черным юмором ложку дегтя для этой
большой бочки меда. После того, как ритуал публичной помолвки был окончен и
фотографы, накинувшиеся на ослепительную, как никогда, Надью, наконец
насытились, Авраам взошел на подиум и попросил тишины, поскольку ему нужно
было сделать объявление.
- Мораиш, единственный мой отпрыск, и Надья, которая станет
прекраснейшей из всех невесток на свете! - прокаркал он. - Позвольте мне
выразить надежду, что в скором времени вы подарите нашей трагически
поредевшей семье новых членов, - о бездушный отец! - на радость мне,
старику. Между тем, однако, я сам хочу представить вам нового члена семьи.
Всеобщее замешательство, всеобщее волнение. Авраам усмехнулся и кивнул
головой.
- Да, мой Мавр. Наконец-то у тебя, мой мальчик, появится младший
братец.
По его сигналу позади маленького подиума театрально распахнулся красный
занавес. Адам Браганза - Малыш Большие Уши собственной персоной! - выступил
вперед. У многих из груди вырвался громкий, судорожный вздох - в том числе у
Фадьи Вадьи, у Надьи Вадьи и у меня.
Авраам поцеловал его сначала в одну щеку, потом в другую, потом в губы.
- С нынешнего дня, - сказал он юноше, стоящему перед всеми "сливками"
города, - ты становишься Адамом Зогойби, моим возлюбленным сыном.
*Вуайеризм - навязчивая тяга к тайному подглядыванию за сексуально
возбуждающими объектами.
** "Во всем аду нет ярости подобной" - перефразировка хрестоматийной
цитаты из трагедии "Невеста в трауре" английского драматурга Уильяма
Конгрива (1670-1729).
*** Главарь всех главарей (итал.).
**** Положение обязывает (фр.).
***** Качский Ранн, Большой и Малый - солончаки на западе Индии и в
Пакистане.
****** Бхаратия Джаната Парти, Раштрия Сваямсевак Сангх, Вишва Хинду
Паришад - крупные организации националистического направления. Лидер БДП
Атал Бихари Ваджпайи стал в 1998 г. премьер-министром Индии.
******* Филактерии (тфилн, тефиллин; от др.-евр. "тефила" - молитва) -
переписанные от руки на пергаменте стихи из Торы, находящиеся в двух
ящичках, которые прикрепляются кожаными ремнями на лбу и левом предплечье
молящегося иудея (прим. ред.).
******** Бэби Дамбо - слоненок с большими ушами из диснеевского
мультфильма.
*********Чатни - индийская кисло-сладкая фруктово-овощная приправа.
********** RAM (random access memory) - компьютерная память с
произвольной выборкой.
*********** Обыгрываются евангельские слова: "Блаженны кроткие, ибо они
наследуют землю" (Матф. 5, 5).
18
Бомбей был центральным городом, был с момента своего основания -
незаконнорожденное дитя португальско-английского соития и в то же время
самый индийский из всех индийских городов. В Бомбее все Индии встречались и
перемешивались между собой. В Бомбее, кроме того, исконно индийское
встречалось с тем, что не было Индией, что пришло к нам через темные воды и
влилось в наши вены. К северу от Бомбея лежала северная Индия, к югу -
южная. К востоку от него лежал индийский Восток, к западу - мировой Запад.
Бомбей был центральным городом; все реки текли в его людское море. Он был
океаном историй; мы все были в нем рассказчиками, и все говорили
одновременно.
Что за волшебство было подмешано здесь в этот безумный человеческий
инсан-суп, что за гармония возникла из его какофонии! В Пенджабе, Ассаме,
Кашмире, Мируте - в Дели, в Калькутте - люди то и дело принимались резать
горло своим соседям и окатываться теплой красной струей или окунаться в
пенную ванну пузырящейся крови. Тебя могли убить за то, что ты обрезан, и за
то, что ты сохранил крайнюю плоть нетронутой. Ты мог погибнуть из-за длинных
волос, а мог - из-за короткой стрижки; светлокожие сдирали кожу с
темнокожих, и если ты говорил не на том наречии, ты мог лишиться своего
несчастного языка. А вот в Бомбее такого никогда не случалось. - Вы сказали,
никогда? - Ладно, согласен; никогда - слишком сильное слово. Бомбей не
защищен никакими прививками от вирусов остальной страны, и что происходило в
других местах - из-за языка, к примеру, - докатывалось и до его улиц. Но до
Бомбея кровавые реки обычно доходили разбавленными, другие потоки втекали в
них, поэтому уродства к тому времени, как они достигали бомбейских улиц,
чаще всего смягчались. - Скажете, я сентиментальничаю? Ныне, когда я все
оставил позади, не потерял ли я, среди прочего, также и ясность видения? -
Может быть, и потерял; но я все равно не откажусь от своих слов. О,
городские "облагораживатели", как вы не видели: благороден и прекрасен был
Бомбей именно тем, что не принадлежал никому и принадлежал всем. Как вы не
видели ежедневных чудес терпимости, переполняющих его запруженные улицы?
Бомбей был центральным городом. В Бомбее, когда старый миф, стоявший у
истоков нации, начал блекнуть, родилась новая Индия, Индия Бога и Маммоны.
Богатство страны текло через его биржи, его порты. Ненавидящим Индию,
жаждущим ее погубить необходимо сначала погубить Бомбей - вот одно из
возможных объяснений того, что случилось. Что ж, может быть. А может быть,
то, что выплеснулось на севере (увы, придется назвать это место - в
Айодхъе*), эта едкая духовная кислота, эта смертельная отрава вражды,
влившаяся в кровеносную систему страны, когда пала мечеть Бабри Масджид и
стал ощущаться, как говорят о зрителях в бомбейских кинотеатрах, "большой
наплыв желающих" соорудить на предполагаемом месте рождения Рамы его
громадный храм, - может быть, она была на сей раз слишком концентрированной,
и даже огромному городу оказалось не под силу разбавить ее в достаточной
мере. Так, так; те, кто защищает эту точку зрения, бесспорно, имеют в ее
пользу веские аргументы. В галерее "Наследие Зогойби" Зинат Вакиль
высказалась по поводу беспорядков в своем обычном сардоническом духе.
- Во всем виноваты вымыслы, - заявила она. - Последователи одного
вымысла набрасываются на сторонников другой популярной фикции, и привет!
Война. Дальше они обнаружат колыбель Вьясы** под домом Икбала*** и
погремушку Вальмики**** под жилищем Мирзы Галиба*****. Что ж, так тому и
быть. По мне, если умирать, то лучше уж из-за великих поэтов, чем из-за
богов.
Я видел во сне Уму - о предательское подсознание! - Уму, ваяющую свою
раннюю скульптуру, большого быка Нанди. Подобно этому быку, думал я
проснувшись, и синему Кришне, искусному флейтисту и любимцу пастушек,
Всемогущий Рама - одна из аватар, воплощений Вишну, самого многоликого из
богов. Подлинное "владычество Рамы" должно быть поэтому основано на
изменчивых, зыбких, непостоянных реальностях человеческой природы - и не
только человеческой, но и божественной. То, что творится именем великого
Бога, оскорбляет его существо не меньше, чем наше. Но когда глыба истории
начинает катиться с горы, такие хрупкие материи никого уже не интересуют.
Джаггернаут****** не остановить.
...И раз Бомбей был центральным городом, то, что вышло наружу,
возможно, коренилось в бомбейских конфликтах. Могамбо против Мандука:
долгожданная дуэль, финальный бой боксеров-тяжеловесов, который должен раз и
навсегда определить, какая банда (криминально-предпринимательская или
криминально-политиканская) будет править городом. На моих глазах произошло
нечто в этом роде, и я могу только зафиксировать то, что видел. Скрытые
факторы? Вмешательство тайных/зарубежных сил? Пусть об этом судят более
компетентные аналитики.
Вот что я лично думаю - вот во что, хоть я и всю жизнь настраивал себя
на отрицание сверхъестественного, я не могу перестать верить: что-то
началось после смертельного падения Ауроры Зогойби - не просто вражда, но
удлиняющийся, расширяющийся разрыв нашей жизненной ткани. Она не могла
успокоиться, она преследовала нас неустанно. Авраам Зогойби видел ее
...Закладка в соц.сетях
