Жанр: Драма
Рубашка
...л их. Четыре разведчика и три диверсанта. Вернулись
трое... Далее солдат сказал, что один сержант ранен, что лейтенант и уцелевший рядовой
тащили его на себе. Ещё они принесли какие-то важные документы...
- Лейтенант вернулся? - спросил я.
Лейтенант вернулся невредимым! Макс вернулся! Я бросился к штабной палатке. Там, на
брошенном прямо на песок брезенте, лежал раненый. Его бинтовали свежими бинтами. За
столом сидели Макс и ещё один разведчик. Их обступили человек десять из моего взвода. На
столе ярко горел газовый фонарь, лежали папки, тетради и открытый планшет с картой.
- А-а-а-а! Бродяга! Ты знал, что я без гостинца не вернусь, - сказал мне Макс. -
Смотри, что было в коробке с этим барахлом.
Под барахлом подразумевались папки и документы, которые он, с огромным трудом,
риском и ценой жизни четырёх человек доставил сюда... Макс достал из мешка коробку сигар.
Белая с жёлтыми углами и гранями коробка. .. Это аппетитнее, чем коробка конфет. Сигары!
- Макс, давай отойдём, нужно поговорить.
Мы отошли, и я как можно короче объяснил ему ситуацию. Макс очень устал и весь
как-то высох за те два дня, пока его не было. Я был счастлив! Во-первых, Макс вернулся,
во-вторых, я оказался прав и не зря настаивал на том, что кто-то должен остаться, в-третьих,
Макс добыл какие-то важные сведения, а значит, мой взвод будет утром погибать не зря.
Теперь нужно было решить, как доставить документы, карту и раненого... Точнее, как догнать
отступающий батальон.
- Нет, дружище, я сейчас об этом думать не могу. Мне нужно чего-то съесть и поспать,
хотя бы часок, - сказал Макс.
- Не получится. Тебе нужно выйти немедленно, до рассвета не больше полутора часов.
Вам нужно успеть...
- А кто тебе сказал, что я собираюсь куда-то идти? Я доставил то, что добыл, дальше
ваше дело, что с этим делать. Я устал. Мне нужно поспать.
- Макс, ты должен...
- Ты командуешь стрелковым взводом, вот и командуй! - перебил меня он. - А я -
разведка. Я пошёл спать. Я устал как собака, пока ты тут прохлаждался. Я посплю, а ты пока
отправь бумажки и раненого... Потом разбудишь меня, покурим сигары. Если ты не выпил свой
хвалёный виски - выпьем, потом повоюем. Но теперь спать! Спать!
Он пошёл обратно к палатке, а я остался стоять. Я стоял, смотрел ему вслед и улыбался.
Машин было всё ещё много. Пятница, вечер, Москва... Все ищут, ищут чего-то!...
Стёкла в машине запотели, "дворники" работали в максимальном режиме. Я оглядывался
назад и пытался найти глазами знакомые мне фары. Нет! Ничего определённого я не увидел, но
почему-то был совершенно уверен, что мой преследователь едет за нами.
- Да-а! Когда минус сорок пять, это лучше, чем вот такая слякоть, как здесь, -
рассказывал таксисту Макс. - Сухо, холодно! Все бациллы, вирусы вымерзли. Никакого
гриппа. Красота!...
- Макс, кончай заливать, а! - вступил в разговор я. - Сколько раз за прошлую зиму
было минус сорок пять? Тоже мне полярник! Не слушайте его! Вот здесь остановите,
пожалуйста...
За такси заплатил я, но Макс, кажется, тоже сунул водителю денежку. Мы вышли из
машины. Возле заведения было битком дорогих автомобилей. У дверей стояли люди,
запорошенные снегом. Значит, мест не было. Я огляделся - длинная вереница машин
медленно ползла по заснеженной улице. Моего Мерседеса я не увидел.
- А это модное место? - спросил Макс.
- Довольно модное, сам не видишь, что ли? Народ на улице стоит.
- А известные артисты сюда ходят?
- Бывает. - Познакомишь?
- Ма-а-кс!!!
- А как мы туда попадём? А?!?
- По блату, - сказал я и стал отыскивать в бумажнике клубную карточку этого
заведения.
- А порок здесь есть? - продолжал Макс.
- Вот сейчас войдём, и появится, - ответил я. Хотя я знал, что Максу там не очень
понравится. Нет-нет, Макс не любитель цыганщины и шансона. Просто мы шли в модное, а
стало быть, довольно скучное заведение. Но выпить хотелось скорее! И неважно где. А Макс
хотел "модного". Пожалуйста!...
Мы протиснулись между ожидающими возможности войти. Я показал карточку большому
охраннику. Он внимательно посмотрел на меня, на Макса и... впустил нас. Лицо его не
изменилось, он просто перестал на нас смотреть. Внутри нас встретил такой же парень...
"Интересно, где для них шьют такие плохие пиджаки?" - подумал я.
Людей было не так много, как могло показаться с улицы. Звучала индийская музыка,
официанты были все одеты в стилизованные индийские костюмы. У гардероба стояли и ждали
очереди поменять одежду на номерок три очень красивые женщины. Макс уставился на них.
- Отлично! - сказал Макс. - Мы с тобой уже Эрнесты или просто пописать зашли?
- Не знаю, посмотрим. Но я боюсь, что меня на Эрнеста сегодня не хватит. Макс, сегодня
пятница, все вышли с надеждой. Сегодня у многих есть намерение держаться до утра. Я
столько не прохемингуэю.
- А тут порок найти можно?
- Ищи, Макс! Ты этот запах чувствуешь лучше меня.
Мы разделись, получили номерки. Мне достался номер 27. Он мне понравился. Я остался
доволен. Хороший номер. А Максу дали номер 46 - ерунда какая-то.
Вскоре нас посадили за столик. Столик был не самый лучший, зато открывался хороший
обзор.
- Видал? Саня, смотри! - Макс выпучил глаза и указал куда-то мне за спину. Я
оглянулся, увидел нескольких лощеных мужчин и пару таких же женщин.
- Кого? - спросил я.
- Вот этот, в сером костюме. Это же известный... как его... Экономист, кажется... Да!
Экономист или политолог.
- Макс, Бог с ними! Их много, известных.
- Не-е! Здорово! Здорово! Просто приятно знать, что мы в таком месте, куда ходят
известные люди. А что мы будем пить? Давай, здесь ты заказывай.
- Хорошо, Макс. Я знаю, что заказать!
- Саня, закажи что-нибудь модное!
- Сначала крепкое, а потом модное, хорошо?
- Отлично! - Макс потирал руками колени и смотрел по сторонам блестящим взглядом.
Мы моментально выпили по 50 текилы и я ещё заказал по два больших мохито .
- А что это, мохито? - поинтересовался Макс. - Это модно?
- Модно. И давно. Тебе понравится, - успокоил я его.
Вскоре Макс разглядел за соседними столиками пару известных бизнесменов, какого-то
спортсмена и актрису из телесериала. Я обменялся приветствиями с парой знакомых. Макс был
доволен. Музыка звучала громко, но не Очень... Я был не то чтобы спокоен, а как бы
находился между всем. То есть как бы немного отдельно от всего. Я старался заставить себя не
думать, не анализировать Её последние слова.
Макс лениво листал меню. Индийские блюда и их названия веселили его. Он читал вслух
странные и, в общем-то, ничего не говорящие о содержании блюд названия и смеялся. "Как
старик", - подумал я про него.
- А давай курить сигары, - вдруг предложил Макс.
Я так удивился! Мне вспомнилось моё последнее видение; я уже перестал им
удивляться... "Ну надо же", - подумал я.
- А цены ты видел, Макс? Мы только начинаем нашу вечеринку.
- Саня, ты опять про деньги?! Я угощаю! Вот приедешь в родные края, там будешь
угощать всех, а сегодня я барин. Давай сигары покурим.
Я люблю курить сигары. Просто курить... ну... сигареты мне удалось бросить давно. Я
покурил в армии, а потом бросил. На спор. Тогда я серьёзно относился к спорам. В двадцать
пять лет! Конечно! А сигары стал курить недавно, уже в Москве. Не часто! Фанатом сигар я не
стал, но иногда... с удовольствием...
- Давай покурим. Почему нет?
Я тут же попросил принести нам сигары.
Нам принесли хюмидор (это ящик для хранения сигар).
Вот какой разговор у нас состоялся по поводу сигар.
Макс: Саня, а какую мне взять? Я в них не понимаю ни черта.
Я: Бери ту, которая нравится.
Макс: Мне никакие не нравятся, я же говорю, не разбираюсь я в них.
Я : Не-ет! Нравится, в смысле, внешне... ну, на вид. Та, которая улыбается тебе, ту и
хватай.
Макс: А там, кубинская, не кубинская - это что, не важно, что ли?
Я: Конечно, важно. Всё важно! Но это такие дебри! В это лучше не углубляться. Одних
книг про сигары столько!... Так что бери ту, которая нравится внешне, и не ошибёшься.
Макс: Вот эта. (Макс ткнул пальцем в самую толстую и самую длинную сигару.)
Хорошая, по-моему! {Девушка, которая держала сигары, заулыбалась.)
Я (тоже усмехнулся): Хорошая. Но ты сдохнешь от неё. Ты её за час не выкуришь.
Макс: Вот и отлично. Куда торопиться.
Я: Это самая крепкая сигара. Возьми лучше вот эту.
Макс: Ну вот! Сначала говоришь, мол, давай, выбирай сам, а потом, как всегда, сам всё
мне подсовываешь. Нет уж, я возьму свою.
Я: Макс, не упрямься...
Макс: Хватит! Я беру ту, что мне понравилась. И пусть мне будет хуже.
Я: Здесь сейчас всем будет хуже от дыма... Хотя-а! (Я махнул рукой.) Тебе бесполезно
что-либо говорить...
Макс: Вот именно! Бесполезно! Дай мне отдохнуть, пожалуйста! Саня... А ты какую
выбрал?
Я (я выбрал среднего размера и крепости сигару): Вот эту.
Макс: А почему?
Я: Просто... Она мне нравится. (Я отпустил девушку с сигарами.)
Макс: На вид?
Я: Ну... Мне нравится именно эта сигара. Я уже курил такую... И мне понравилось.
Макс: А какая разница?...
Я: Разница большая! Я же говорю, тут дебри. Если всерьёз заниматься этим вопросом... В
общем, целое дело.
Макс: Нет, ты просто объясни, чем она тебе нравится. Вкусная что ли?
Я: Ну-у... Вкусная. Да, пожалуй, вкусная.
Макс: А моя, что, невкусная?
Я: Макс, да они все вкусные. Только разные... Это же понятно. Они все из разного табака,
по-разному скручены, из разных мест, разной формы. Я тоже не знаток. Если всерьёз во всё это
вникать... Короче, я сказал тебе - это целое дело!
Макс: А как... вот это мне сделать? (Макс пытался обрезать сигару.)
Я: Давай-ка я сам сделаю. (Я забрал у Макса гильотину для обрезания сигар.) Знаешь, эти
сигары, в основном, просто приятные и недешёвые игрушки. И всё, что с ними связано, - тоже
приятные и дорогие мужские игрушки. Вот! (Я показал Максу гильотину.) Их же чёртова уйма
всяких разных. Есть и такие, и сякие, и золотые... Кстати, вот ящики для сигар...
Макс: Как-то они смешно называются?
Я: Хюмидор.
Макс: Как?
Я: Хюмидор. Не путай с помидором. Они тоже бывают такие дорогие! В них должна
поддерживаться определённая влажность, даже специальный прибор устанавливают для
этого... Разные сигары в одном ящике хранить не рекомендуют... и прочее и прочее. И всё
дорого...
Макс: Вот чёрт! (Макс закашлялся.)
Я: Не затягивайся.
Макс: Да знаю я! Только не получается. Машинально затягиваюсь как-то (кашляет).
Ядрёная!
Я: А я говорил!
Макс: Саня, а вот эту бумажку (Макс показал на красивое бумажное кольцо,
опоясывающее сигару) нужно снимать?
Я: Вот этого я точно не знаю. Я то снимаю, то не снимаю. Делай, как нравится.
Макс: Как нравится?! (Макс аккуратно снял с сигары бумажное колечко и сразу надел
себе на палец. Потом вытянул руку и полюбовался тем, как получилось.)
Я (после небольшой паузы): Сигары - это всё-таки вкусно!
Макс: А я не понимаю. По-моему, чистый понт. Хотя, конечно, красиво! (Он выпустил
изо рта целое облако дыма.)
Я: Не-е-е! Неправильно. Хорошая сигара в правильной обстановке... Это вкусно! Эффект
от неё, знаешь... ну... как от хорошей порции коньяка или виски... Конечно, не совсем так, но
ощутимо.
Макс: Тогда какая разница? Выпил коньяку и всё... И быстрее и вернее.
Я: Погоди! Макс! Если так рассуждать... Тогда зачем пить коньяк? Можно выпить просто
водки - те же сорок градусов. А всё остальное - понт!
Макс: Конечно, понт! Только приятный такой, не дешевый понт! Саня, всё - понт!!! Но
мне нравится. Надо будет разобраться в сигарах.
Я: Да брось ты! Зачем тебе разбираться в сигарах? Ты что, их будешь постоянно курить?
Что я, что ты... Мы с этими сигарами, как карикатуры... на самих себя. Да сколько бы ты ни
прочёл этих книг про сигары, как бы ни стал в них разбираться... Ну посмотри на себя с
сигарой.
Эта борода, сигара... Так в индийских фильмах изображают плохих американцев...
Макс: Да? А мне всё равно! Я бы ещё шляпу себе купил...
Я: Сомбреро себе купи лучше! Ещё смелее и бескомпромисснее...
Макс: Дурак! Мне шляпы идут, между прочим...
Я: А кому они не идут? Я сам хотел бы носить шляпу. Но это не то чтобы вызывающе или
странно, а просто... как сказать?... Просто шляпы сейчас практически не носят... и значит, это
будет... не нескромно, а ... ну, как бы больше, чем просто носить шляпу. Больше, чем просто
так! А я хочу просто носить шляпу и не думать при этом, что я в шляпе.
Макс: Как же у тебя в башке-то всё понакручено! Что ты за человек. Кошмар! (Макс
покачал головой.) А шейные платки, значит, все носят?
Я: Платок - это подарок! И он у меня на шее вследствие обстоятельств, так...
Макс: Подарок? Тогда ты мне шляпу подари! Буду её носить и говорить, что ты подарил.
И все претензии сразу не ко мне. Кстати (Макс прищурился), как мой фонарик? Ей понравился?
Я: Нет, Макс... То есть, я ей его ещё не подарил. Вот он, забери. (Я положил фонарик на
стол.)
Макс: Да брось ты! Я порадовался, когда его покупал. Достаточно! (Макс как-то заметно
погрустнел, или, точнее, перестал быть весел.)
Вот так мы поговорили про сигары.
- Ты меня позвал, ну... туда, - Макс махнул рукой в неопределенном направлении,
подразумевая маленькое кафе на проспекте Мира, - потому что она не пришла?
- Да, Макс. Точно.
Он покивал головой. Тут принесли мохито. Макс явно удивился, увидев то, что перед ним
поставили на стол. Он сунул трубочку в рот и сделал несколько глотков.
- Вкусно, - сказал он. - Без дураков, вкусно! Мне нравится, - он помолчал
немного. - А ты, значит, сильно влюбился? Везёт тебе! Как ты думаешь, вон с теми можно
сыграть сегодня? Давай немножко похемингуэим, а?
Макс указал на тех трёх красавиц, которых мы видели у гардероба. Это были красотки,
безо всяких... Теперь они сидели втроём за столиком и очень весело что-то обсуждали.
- Саня, скажи мне, пожалуйста, почему все девушки, когда приходят вечером
куда-нибудь... ведут себя вот так? - он показал на них пальцем. - Они же нарядно одевались,
крутились у зеркала... не друг для друга же?!
Они же пришли сюда познакомиться... Так? А какого чёрта они всегда сидят и делают
вид, что им никто не нужен, и что им и так ужасно весело. Почему, Саня?
- Макс, вопрос риторический. А с этими барышнями мы в Эрнестов играть не будем.
Ничего не выйдет.
- Почему это? Я с бородой, с сигарой! Саня, если ты не хочешь, я один попробую.
- Даже не пробуй! Будет неприятно вспоминать. Эти девки ждут, и ждут не тебя. Они
видели, на чём мы приехали, они сканировали, как ты одет, как себя ведёшь, как держишь
сигару, за какой столик нас посадили... У тебя будет шанс с ними поболтать только если они
никого не дождутся часиков до двух. После двух - давай, пробуй.
- Саня, зря ты так. Они не профессионалки. Ты чего...
- А кто говорит, что они профессионалки?! Конечно нет! Макс, всё не так примитивно,
но и не очень запутанно. Эти девки, просто... статусные такие девки... А у тебя не тот статус, и
всё!
- Ерунда! Я весёлый, приятный и добрый человек. Этого уже достаточно, чтобы...
- Зато они, Макс, скучные, невесёлые и недобрые. И нечего на них тратить время, силы и
деньги. Да-да! И деньги! Они не оценят. Они привыкли. Меня от них тошнит...
Зазвонил мой телефон. Я вздрогнул и пролил немного коктейля себе на грудь. Но я не
выругался, я судорожно искал телефон в кармане пиджака... Позвонил Паскаль.
- Саша-а-а! А я тебе звоню, потому что я тебя люблю! - слышно было, что Паскаль
звонит из очень шумного места. Он кричал в трубку и был откровенно пьян. - Приезжай к
нам, пожалуйста!
- Паскаль! Как ты быстро напился, ещё час...
- Саша! Я не слышу, - кричал он.
- Сейчас, - крикнул я в трубку. - Извини, Макс, я сейчас, - сказал я уже Максу.
Я встал из-за стола и отошёл ко входу, где музыка была тише и я никому не мешал.
- Саша! Приезжай скорее, если ты хочешь меня увидеть и хочешь, чтобы я тебя смог
узнавать, приезжай. У нас здесь весело!
- Паскаль, как ты быстро уже готов! Молодец!
- Да! Я молодец! Саша, я тебя люблю! Я такой сволоч, а ты мой друг! Мы тут
разговариваем только про тебя.
- Дружище, если ты там с Катей, будь осторожнее. Аккуратнее... Постарайся не
оставаться с ней без свидетелей.
- Я понял, я стараюсь... Я поэтому пью! Приезжай скорее!
- Не-е, Паскаль! Давай завтра созвонимся. Веселись без меня.
- Хорошо! Я понял! Никому не нужен старый пьяный французский человек. Пока!
- Аккуратнее там!... Пока!
Я стоял у окна. Снег шёл уже не так густо и не хлопьями. Снежинки летели, каждая по
отдельности. Возле окна ветер странным образом завихрялся, и снег летел вверх. Я минуту
смотрел на это. Потом бросил взгляд просто на улицу. Знакомый Мерседес стоял на другой
стороне. У него горели габариты и из выхлопной трубы шёл дым, а в салоне было темно.
Сидящий или сидящие внутри грелись. "Надо это обсудить с Максом, у него мозги в этом
смысле лучше соображают", - решил я и пошёл к столику.
Макса там не было. Я огляделся и увидел его возле углового столика. Он как раз целовал
руку худой женщине с очень выразительным лицом и длинной сильной шеей. Она хохотала и
что-то говорила Максу. Её спутник, лысый мужчина в белом обтягивающем свитере, сильно
смеялся. Макс раскланялся, что-то ещё сказал, попятился, игриво помахал рукой и вернулся за
столик, сияя улыбкой.
- Вот! - сказал он и положил на стол листочек бумаги, вырванный из блокнота. - Если
ты не хочешь знакомить меня с известными людьми, я сам буду знакомиться.
- Что это? - спросил я, указывая на листок.
- Автограф! Я сказал, что я её поклонник. Я просил подарить мне ещё какую-нибудь
личную вещь. Вот, она подарила! - он показал дешёвую пластмассовую зажигалку.
Я взял листок и прочёл: "Гоша! Всего Вам самого хорошего! Вам и Вашим друзьям!".
Дальше была очень непростая подпись.
- Гоша? Это кто? Это ты, что ли, Гоша? - поинтересовался я.
- Нет! Гоша - это ты! - Макс говорил заговорщицким громким шёпотом. - Мы
приехали с тобой издалека, у нас в городе есть её фан-клуб. А ты так любишь её творчество, что
сам не решился к ней подойти и даже ушёл от волнения. Поэтому, возьми бумажку. Это тебе.
- Дурак, - спокойно сказал я, взял бумажку, повернулся к тому столику, где сидела
актриса, нашёл её взгляд, церемонно поцеловал листок и положил его во внутренний карман
пиджака. Она засмеялась.
- Молодец, - похвалил меня Макс, вынул трубочку из своего стакана, взглядом
приказал мне сделать то же самое, чокнулся со мной и выпил остатки коктейля, процеживая
жидкость через лёд, которого в стакане было ещё много. Я повторил за ним всё в точности.
- Саня, ты пиджачок-то застегни, а то видок у тебя, как у спившегося аристократа, -
шёпотом сказал Макс.
Я взглянул на свою рубашку. На ней высыхало пятно от мохито. Коктейль, конечно, был
прозрачным... но всё равно неприятно. На груди виднелось тёмное коричневое пятно.
Небольшое, но заметное. Наверное, я посадил его, когда сидел, прижимаясь к стойке грудью...
там... в том кафе. Я застегнул пиджак. Спрятал коричневое пятно.
- Да-а-а! Обляпался, ваше благородие! - сказал я сам себе.
18
Я рассказал Максу про Мерседес. Он сразу посерьёзнел и внимательно выспросил у меня
все детали. Потом мы сходили и посмотрели в окно. Мерседес стоял так же и там же. Макс
подумал минуты две. Мы вернулись за столик, и он заказал ещё два мохито.
- Саня, это здорово! Приключение, мать его! Отлично! - Макс действительно был
рад. - Эх! Если бы мы были дома, в смысле, на малой родине, я сейчас бы позвонил ребятам,
они пробили бы его номер... Мы бы через десять минут знали, чья это машина. Но в Москве,
кому звонить?...
- Главное, Макс, а как они могли найти меня на проспекте Вернадского? Я ехал туда на
метро. За мной что, сто человек следят, что ли? Пойми! Кто я такой?....
- Это просто! Узнать, где у тебя объекты и сколько их - проще пареной репы. Заехать
на один, другой, третий...
- У меня их два...
- Тем более!... И что значит: "Кто я такой?" Конечно, ты не враг государства и не украл
деньги мафии. Если бы ты это сделал, тебя искали бы по-другому. Ты бы этого не заметил. А
тут ездят на одной и той же машине и сильно не скрываются. На то, что тебя пугают, тоже не
похоже. Скорее ревнивый муж.
- Она не замужем...
- Значит мужик... Какой-то мужик. Всё просто! А вот чей мужик, этого я знать не могу.
То, что говорил Макс, было логично, но странно. Мы встречались всего четыре раза.
Всегда... в какое-то дневное время... В общем, не поздно и неподолгу. Может быть, Она
сказала про меня... Но вряд ли. Она не стала бы сообщать моё имя, мой адрес и место работы.
Если бы Она так поступила, то, наверняка, предупредила бы меня. Я поделился с Максом
своими сомнениями, но признал, что его гипотеза самая продуктивная. Не зря, как только я
увидел этот Мерседес, я сразу встревожился именно за Неё.
- Разберёмся, Саня! Всё хорошо! Мы сидим с тобой в модном месте, среди известных
артисток, пьём! А он там курит в машине. Так ему и надо! Ему хуже, чем нам. Не бойся,
сегодня всё выясним, ещё и повеселимся. Какой ты молодец! Конечно!! Модный человек,
успешный, и ещё так влюбился, что за ним следят! Это супер!
- Макс, а Ей всё это ничем не угрожает?
Макс скривил губы, прищурился и подумал секунд пятнадцать.
- Да вряд ли, - наконец сказал он. - Если бы она знала или чувствовала что-то
подобное, она бы предупредила тебя, ты сам сказал. И ты бы что-то уже почувствовал, если бы
что-то было не так. - Макс прищурился и заулыбался. - А ты здорово влюбился, Саня!
Расскажи про неё. Знаешь, как мне интересно!
- Ма-а-кс! Я ещё выпью и расскажу, а сейчас...
- Да перестань ты! Мне она сама не сильно-то интересна. Мне она заочно не очень-то
нравится. Я с ней знакомиться, ну-у, фактически знакомиться, вообще не хочу. Я её твоими
глазами увидеть-то не смогу. Ну что?! Увижу женщину, от которой моего друга трясёт, из-за
которой он мучается. Зачем мне её видеть? Лучше ты мне про неё расскажи. Это интереснее.
Мне ты интереснее! А та, которая тебя мучает, совершенно...
- Ты что? Мучает?! - не выдержал я. - Да ко мне никто и никогда с таким вниманием
не относился. Она настоящая! Она такая настоящая...
- Саня, ты не понял меня! Настоящая, настоящая! Заладил! Мне настоящего не надо. -
Макс говорил более чем серьёзно. - Я знаю, что такое "настоящее". И я про это слушать не
хочу. Вот смотри... сижу я три дня назад на кухне. Ночью. Выпили за ужином немного. С
мужиками выпили... Немного! Приехал домой, сижу на кухне один, пью чай, трезвею. И вдруг
чувствую, неожиданно и очень сильно чувствую, что жизнь-то реальна, понимаешь! Жизнь -
реальная штука! - Я редко видел Макса таким серьёзным. - То есть я сижу на кухне, пью чай.
Вот кухонная мебель, плита, холодильник, окно, за окном темно, там ночь. Мне уже больше
тридцати лет. Я реальный!!! Мне нужно утром, к десяти, поехать на встречу, обсудить цены на
бетонные блоки. Мне их надо много, буду просить отдать мне их дешевле. Бетонные блоки,
блядь! Понимаешь?! Они реальные. Не плохие, не хорошие, а реальные. А я сижу на кухне, пью
чай. Пью кипячёную воду с сухими листьями... Саня, жизнь реальна! Я это понял и так...
обломился!.. Потому что... Ну не ради ЭТОГО же всё?! Ты только не упрощай то, что я тебе
сейчас сказал. Я сказал тебе, что жизнь реальна! Это не значит, что жизнь бессмысленна, что
всё ерунда и мы занимаемся всякой фигнёй. Нет, Саня! Это слишком просто! А вот то, что
жизнь реальна... РЕАЛЬНА! Это страшнее... Вот я и приехал... А у тебя тут слежка, любовь,
Москва!!! Саня, ты даже не знаешь, какой ты счастливый.
- Я счастливый?! А жизнь реальна?! - Я сказал это вполне спокойным голосом. -
Макс, почему это звучит у тебя, как упрёк мне? Я почему-то даже захотел тебе сначала
возразить, что, дескать, я не счастливый. Почему-то если кто-то говорит, что, мол, ты
счастливый, нужно обязательно оправдываться. Что нет, я не счастливый, или счастливый, но у
меня на самом деле то и сё, и ещё чего-нибудь болит. А если мне ответят, что у них тоже болит,
то я скажу, что у меня болит всё равно сильнее...
В этот момент нам принесли мохито. Мы чокнулись, кивнули друг другу и выпили по
несколько глотков.
- Ну, продолжай... давай... - поторопил меня Макс.
- Так вот! Я не знаю, счастлив я или нет. Даже когда мне бывает очень хорошо, я же не
знаю, счастье это или нет. Может быть, это оно самое и есть. Но я-то этого не знаю! Мне-то
кажется, что, может быть, бывает ещё намного лучше. А так мне хорошо, но как-то конкретно.
Разве это счастье? Я не помню вообще, чтобы я был счастлив. Мне бывало очень хорошо,
и даже очень, очень, очень хорошо. Но счастлив?.. Я помню, как я поступил в институт. Я
сдавал экзамены, волновался, а до этого ходил в институт, смотрел, потом подавал документы и
думал: "Неужели я буду студентом, таким же, как вот эти чудесные люди, которые сидят в
аудиториях и курят в коридорах!" Мне не верилось! И вот я читаю свою фамилию в списке
поступивших. Наступило такое облегчение! Я позвонил, обрадовал родителей, вышел из
института на улицу и пошёл. Было лето, я купил мороженое. Я шёл, в моей жизни кончился
большой этап. А впереди!... Свобода, интересные дела и люди, прекрасная жизнь! Я шёл, и мне
было очень-очень-очень хорошо! Но если бы я тогда мог знать, что лучше мне в жизни уже не
будет, то, может быть, я тогда мог бы быть счастлив? И теперь мог бы сказать, что я знаю как
это и что это такое.
Макс слушал очень серьёзно и внимательно. Если бы не дурацкая бородка, можно было
бы сказать, что он прекрасен, такое внимательное и острое было у него лицо... в этот момент...
Наши сигары погасли и мы, не сговариваясь, стали их раскуривать снова.
- Макс, вот ты говоришь, что жизнь реальна? Конечно!!! Жизнь гиперреальна! Вот я
влюбился, но когда я смотрю на Неё, я же вижу Её реально. Мой взгляд не замутнён, я не как в
тумане. Я вижу Её реальнее, чем кто-либо. Она очень красивая! Она такая красивая, что я даже
не знаю, чего я хочу. Я Её так люблю, что ничего не могу хотеть. Но я шёл на встречу с Ней в
прошлый раз и думал: "Если бы можно было держать Её за руку и разговаривать с Ней - всё!
...Закладка в соц.сетях
