Жанр: Документальная
Зеркало в ожидании
...льным врагом.
Но опасаться своих, каждую минуту
ожидая подлого удара в спину, было еще непривычно.
Не хотелось верить, что Лона подставлена его начальством из Москвы, однако
Тадеуш так неприятно улыбался,
рассказывая об этом... Дронго достал кипятильник, с которым никогда не
расставался в поездках, каждый раз покупая новый,
ибо старые приходилось сдавать вместе с вещами. Вскипятив воду и заварив себе
чай, он снова сел в кресло, размышляя о
непостоянстве человеческой природы. В этот момент раздался телефонный звонок. Он
поднял трубку. Звонила Лона. Она
целый вечер ждала его звонка, но, не дождавшись, решила позвонить сама.
- Где ты был?
- Ужинали вместе с Эльдаром. - Он старался ничем не выдать своего
настроения.
- А я ждала тебя, - ровным голосом говорила женщина, - ты ведь завтра
уезжаешь... Хочу тебя видеть.
- Сейчас половина первого, - почему-то заметил Дронго.
- Очень поздно? - Кажется, она обиделась.
- Нет, просто тебе утром на работу.
- Что-нибудь произошло? - спросила Лона.
- По-моему, нет.
- Ты не хочешь приезжать?
- Я буду у тебя через полчаса. Дронго заказал по телефону такси и через
несколько минут спустился к ожидавшему его
автомобилю.
У дома Лоны он нажал кнопку звонка и почти минуту ждал, пока она ответит.
- Это я, - негромко сказал он, и дверь, щелкнув, открылась.
Поднявшись на этаж, Дронго снова позвонил в дверь.
Лона открыла почти сразу. Она была одета так, словно собиралась идти на
прием. На ней было роскошное сиреневое платье
приглушенного тона со строгой линией плеч и свободной талией. Сверху почему-то
было накинуто мексиканское пончо.
Кивнув ему в знак приветствия, она пропустила его внутрь квартиры.
- Что произошло? - на этот раз спросил он, пройдя в гостиную. - Я ждал
внизу у дверей больше минуты.
Хозяйка подняла голову, глядя ему в глаза.
- Я решала - пускать тебя или нет. Мне не понравился твой голос, амиго.
- Мне уйти?
- Можешь остаться. - Она прошла к окну. - На столе стоит шампанское, открой
его, - попросила Лона.
Дронго, осторожно откупорив бутылку, разлил шампанское в два высоких
бокала, стоявших рядом на столе.
Она подошла к нему.
- За твой отъезд.
- За тебя, - кивнул он в ответ. Бокалы чуть слышно звякнули.
- Почему ты не позвонил? - спросила Лона.
Говорить правду не хотелось, врать не было смысла. Он просто стоял и
молчал. Ему все время слышался противный голос
Тадеуша.
Женщина по-своему истолковала его молчание.
- Ты изменился, - коротко произнесла Лона, снова отходя к окну, - я не
думала, что ты такой.
- У тебя есть сестра? - неожиданно спросил Дронго.
- Нет, - удивилась женщина, - почему ты спрашиваешь?
Он усмехнулся. Ну не рассказывать же ей о мерзавце Тадеуше.
- А родственников чехов тоже нет? - уже смеясь, спросил он, поднимая бокал
шампанского.
- Есть, - вдруг сказала Лона, - только он не чех, а словак... Дронго замер.
- ..это муж дочери моей тетки. Почему ты спрашиваешь об этом?
Он поставил бокал на стол. Тадеуш не врал. Значит...
- Я виделась с ним в последний раз в прошлом году, - удивилась Лона, -
кстати, откуда ты знаешь про него? Я ведь ничего
не говорила о них. Догадываюсь, наверное, твои друзья-шпионы рассказали о нем.
Но уверяю тебя, он хороший парень и
совсем вне политики.
- Мне это неинтересно.
- Понятно. Но все-таки, почему у тебя такое плохое настроение?
- Я уезжаю, Лона, завтра утром и, кажется, надолго.
- Это твои проблемы, дорогой, но не стоит делать из этого такой трагедии.
Она подошла к нему.
- Или комедии? - спросила Лона, почти касаясь губами его лица.
- Комедии... - кивнул он, целуя ее, - еще какой комедии.
- Ты огорчен, что уезжаешь?
- Да, - на этот раз ответ был почти искренним.
- Я тоже, - она поцеловала его, - разлей еще шампанское и давай не говорить
о прощании. Кстати, почему ты спрашивал о
моих родственниках в Европе?
- Просто так. Мне рассказали, и я очень удивился. Думал, шутят.
- Странно, - задумчиво произнесла Лона, - о моей кузине в ООН никто не
знал. А ее муж, малоизвестный архитектор,
совсем не тот человек, о котором можно что-либо рассказать. Ты останешься на
ночь?
- Нет, - выдохнул Дронго, - мне нужно еще собрать вещи.
Она замерла на мгновение, но, ни слова не сказав более, подняла бокал.
- За твой отъезд, - с нарочитой веселостью провозгласила хозяйка.
- За отъезд, - повторил гость. Бокалы остались в руках. Ни один из них не
решился шагнуть друг к другу. Лона выпила свой
бокал до дна.
Глава 10
Она приехала в аэропорт за сорок минут до отлета. Показав служебное
удостоверение сотрудника ООН, Лона вошла в
здание аэропорта и нашла их в баре за столиком.
Увидев Лону, Эльдар не удивился. Он поднялся, улыбаясь своей обычной
широкой улыбкой дипломата.
- Как дела, Лона? - спросил Эльдар.
Дронго молчал.
- Спасибо, все в порядке. - Сев за их столик, она достала сигареты.
Эльдар щелкнул зажигалкой. Лона молча смотрела на Дронго. Эльдар понял, что
он лишний. Он виновато посмотрел на
часы, поднимаясь.
- Пойду позвоню. - Он быстро вышел из бара.
Лона продолжала молчать, глядя Дронго в глаза. Неизвестно почему, он вдруг
почувствовал себя подлецом.
- Я не думал, что ты приедешь, - тихо проговорил он.
- Я тоже не думала до последней минуты, - отозвалась женщина.
- Я уезжаю.
- Вижу.
- Зачем ты приехала? - сумел выдавить он.
- Сама не знаю. Захотела попрощаться еще раз.
Он промолчал. Говорить было не о чем.
Лона потушила сигарету.
- Ты больше не приедешь в Америку? - внезапно спросила она.
- Не знаю. - Он постарался быть искренним. - Наверное, не приеду. Я ничего
не могу знать заранее.
- Да, да, - проговорила Лона, вставая, - видимо, ты прав. Мне не следовало
приезжать. Прощай. Не надо меня провожать.
Он остался сидеть, не сказав больше ни слова. Просто сидел и пил кофе,
который никогда не любил.
Через несколько минут в бар вернулся Эльдар.
- Куда делась Лона? - удивился он.
- Она уехала домой, - мрачно ответил Дронго.
- Да, - совсем не удивился приятель, - у красивых женщин свои причуды.
- Может быть.
- Ты помнишь Инну? - вдруг оживился Эльдар. - Мы ведь оба были в нее
влюблены в школе. Сначала ей больше нравился
я, потом, кажется, ты. Она была очень красивой девочкой. Весь класс бегал за
ней. Но ей почему-то нравились только мы
двое. Знаешь, до сих пор не могу понять, почему - ведь мы были такие разные. Вот
я и говорю, у красивых женщин свои
причуды.
- Да, - согласился Дронго, думая о Лоне, - у каждой свои.
Он профессиональным жестом провел рукой под столиком. И что-то нащупал.
- В девятом классе я был очень обижен на тебя. Когда она ушла с тобой после
вечеринки. Ты ведь до этого не выносил
присутствия девочек. Помнишь?
- Нет, честно говоря, не помню.
Прошло столько лет.
Он осторожно трогал предмет двумя пальцами.
- Да, сейчас смешно все это вспоминать.
- Смешно, - кивнул Дронго.
- Слушай, - загорелся приятель, - только откровенно, ты ведь потом
встречался с ней?
Сомнений не было. Это был "жучок", прикрепленный к нижней стороне стола.
- Да, спустя пять лет после школы. Мы окончили тогда университет. Она
филфак, а я юридический.
- А я в это время учился в Москве, - говорил между тем Эльдар, - но потом
приехал и отбил ее у тебя. Ты еще тогда очень
на меня злился.
- Нет. К тому времени мы с ней уже поссорились.
"Как глупо, - подумал Дронго, - кто-то прикрепил здесь этот "жучок". - Он
убрал руку.
- Ты с ней спал?
- Кажется, да. Всего несколько раз.
- Она была девушкой? - вдруг спросил Эльдар.
- Когда я встречался, уже нет.
- А я думал, ты ее первая любовь. Завидовал тебе.
Дронго сейчас вообще не хотелось вспоминать никаких историй.
- Как видишь, напрасно. После окончания юрфака уехал в другой город и
больше с ней не виделся.
- Никогда?
- Никогда. Они переехали через несколько лет, кажется, в Ставрополь. Ее
отец был военным.
- Когда это было, - Эльдар показал жестом официантке, чтобы она принесла
еще две чашечки кофе, - тогда еще был
Советский Союз.
- Это было еще до нашей эры.
- Ты когда прилетишь снова в Америку?
- Не знаю.
Оба посмотрели вдруг на дверь. Там снова стояла Лона. Глядя как-то строго и
печально, она вновь подошла к их столику.
Друзья поднялись почти одновременно.
Лона подошла совсем близко, глядя в глаза Дронго.
- Постарайся вернуться еще раз, - попросила она и, повернувшись, вышла.
Сев, Дронго снова провел рукой под столешницей. Там уже ничего не было.
Ошибиться было невозможно. На душе стало
совсем мерзко. Прощание с Эльдаром не получилось. Они просто обнялись, и он
пошел к самолету. Еще несколько часов
воспоминание о "жучке" не давало ему покоя. Неужели подлец Тадеуш прав? Не
хотелось в это верить. Но и не верить было
нельзя.
Выезжавший из аэропорта Эльдар, переложив "жучок" из одного кармана в
другой, включил магнитофон и под музыку
блюза улыбнулся своей широкой улыбкой дипломата.
ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ
Все произошло так, как он и предполагал. В Шэнноне его уже ждали. Быстро
пройдя мимо бара, он вышел в коридор, где
висели портреты посетивших аэропорт глав государств. У лестницы его встречали
сразу трое сотрудников английской
контрразведки. Один из них был его старый знакомый по Брюсселю.
- Мистер Фридман, - он неприятно усмехнулся, - наконец-то.
- Мы, кажется, с вами встречались? - спросил Дронго.
Его знакомый не принял игру.
- Вы арестованы, - сухо объявил он, - следуйте за нами.
- Господи, - громко произнес Дронго, - в который раз. Учтите, я опоздаю на
самолет, и вам придется оплатить мне
стоимость проезда.
Они спустились на первый этаж и вышли из здания. В роскошном "БМВ" его ждал
сам Кэвин Риггс, сидевший на заднем
сиденье.
- Добрый день, - добродушно приветствовал он разведчика, - я же говорил, мы
еще увидимся.
- Добрый день, - Дронго сел рядом, - вы думаете, я горел желанием вас снова
увидеть?
- Думаю, нет. Хотя вы ведь понимали, что такой вариант не исключен. ,
"Предельная искренность с первого момента", -
напомнил себе Дронго.
- Не думал, что вы приедете лично. Неужели брат Бетельмана занимает в вашей
службе такое высокое положение?
- Вы же прекрасно знаете, что он только сотрудничает с нашим ведомством.
Автомобиль тронулся. Рядом с водителем сел один из громил Риггса.
- Вы не боитесь, что я сбегу? - усмехнулся Дронго.
- Зачем? - изумился Риггс. - Кому вы нужны в Ирландии? Или вы думаете, что
будете нужны у себя на родине? Если
профессионала вашего класса подставляют хоть один раз, тогда это все - конец
карьере. Вас подставили уже в третий раз.
Кажется, есть такая русская поговорка, что Бог любит троицу. Вы полностью
исчерпали свой лимит профессионала. Как
выжатый лимон, ни капли сока. Вы никому больше не нужны.
- Не стоит так грубо, - разозлился Дронго, - именно поэтому вы меня взяли в
Шэнноне?
- Согласен, - засмеялся Риггс, - я неточно выразился. Вы не нужны никому в
России, в своей стране. А вот нам вы очень
нужны. Для нас вы еще очень спелый плод.
- Я похож на предателя?
- Вы похожи на умного человека, Дронго.
- Благодарю вас. Вы тоже не производите впечатления идиота.
- Что вы хотите сказать?
- Вы же прекрасно понимаете, что я ничего не скажу.
- Это ваше право. Мы передадим вас в суд. Двадцать лет тюрьмы за шпионаж
против страны ее величества.
- Это угроза?
- Просто небольшое уточнение.
- Могли бы испугать сильнее. Например, сказать, что меня повесят. Риггс
удовлетворенно хмыкнул.
- Мне ужасно нравится с вами разговаривать. Неужели вы поверили бы в
возможность такого исхода?
- Никогда в жизни.
- Вот видите.
- Двадцать лет тоже много. По показаниям Семена Бетельмана мне могут дать
лет пять, ну восемь от силы. Не так
страшно.
- Вы изучали английское законодательство?
- А вы как думаете?
- Тогда все ясно. Восемь лет все равно большой срок.
- Предпочитаю восемь лет сидеть, чем сразу отправиться на тот свет.
- Вы думаете, вас могут ликвидировать ваши старые друзья из КГБ?
- Сейчас это ведомство называется Министерством безопасности России.
- С вами трудно разговаривать. Кстати, кто вы по гороскопу? Мне почему-то
кажется, что вы Рыба.
- Не думал, что вы верите астрологам или гадалкам.
- Это иногда полезно.
- А вы не знаете?
- Месяц вашего рождения - нет. Нам не удалось точно установить дату вашего
появления на свет.
- Я - Овен.
- Неужели правда? - На этот раз Риггс, видимо, не поверил.
- Можете не сомневаться. В мелочах я стараюсь не врать.
- А в глобальном масштабе? - засмеялся англичанин.
- Иногда, когда это полезно для здоровья. Кстати, куда мы едем?
- Здесь недалеко аэродром. Мы полетим в Лондон.
- Очень хорошо. Вы не знаете, мистер Риггс, меня представят Стелле
Римингтон, вашему шефу?
- Зачем это вам?
- Просто интересно. Ни один английский журналист никогда не видел ее лица.
Подозреваю, что и в нашем ведомстве на нее
не слишком обширное досье. Кстати, это ее настоящее имя?
- Не знаю.
- Не хотите отвечать, не нужно. А где Мой багаж?
- Не волнуйтесь. Он прибудет в Лондон.
- Вы меня успокоили. У меня там темный костюм. Не могу же я предстать перед
дамой в таком затрапезном виде.
Риггс засмеялся.
- Я думаю, мы найдем общий язык.
- Рад разделить вашу уверенность, хотя боюсь, что у меня ничего не
получится. Вы уже смогли договориться с
мадемуазель Либерман?
Риггс громко фыркнул, повернувшись всем корпусом к Дронго.
- Откуда вы знаете, что она старая дева?
- Для этого достаточно на нее посмотреть.
- Хорошо, что она вас не слышит.
- Вот теперь я с вами согласен.
- Вы все-таки приехали из-за Ощенко?
- Первый раз слышу эту фамилию.
- Если хотите, можете с ним встретиться у нас, в Лондоне.
- Не имею ни малейшего желания.
- Вы знаете, что в Нью-Йорке убит Любарский? Он был, кажется, вашим
связным.
- Кажется, не был. Я вообще не слышал такой фамилии.
Автомобиль въехал на поле небольшого аэродрома.
- Вы умеете прыгать с парашютом? - спросил вдруг Дронго. Риггс растерялся.
- А зачем?
- Наш самолет могут подбить. Нужно быть готовым ко всяким неожиданностям. -
С этими словами Дронго вылез из
машины.
Риггс растерянно посмотрел ему вслед и только затем расхохотался.
Разумеется, в Лондон его не повезли. Их самолет приземлился в небольшом
аэропорту, похожем на военную базу.
Автомобили были поданы прямо на летное поле, и Дронго в сопровождении Риггса и
еще двух человек пересел в один из них.
Ехали они довольно долго, часа два. Дронго молчал, а Риггс, глядя в окно,
невозмутимо курил свою трубку. Лишь однажды
он вежливо осведомился:
- Вас не беспокоит, что я курю?
- Курите, - милостиво разрешил Дронго, - это не самое страшное испытание в
моей жизни.
Автомобили шли по направлению на северо-запад, определил по солнцу Дронго.
Очевидно, в район Нортгемптоншира или
Глостершира.
Они въехали на какую-то базу, пройдя два контрольно-пропускных пункта.
Бетонная дорога вела в подземный гараж, где стояло полтора десятка других
автомобилей. Выйдя из машины, Риггс
жестом пригласил Дронго. Они прошли к лифту и спустились еще ниже - понял по
своим ощущениям Дронго. Причем Риггс
не дотрагивался ни до каких кнопок. Вероятно, в кабине лифта имелась
телевизионная камера, и все управлялось
автоматически.
Пройдя по длинному, ярко освещенному коридору до конца, они вошли в один из
кабинетов. Там за столом сидел сам
Адам Олвинг.
- Добрый день, мистер Фридман, - проскрипел он, - рад приветствовать вас у
себя на родине.
- Разделяю вашу радость. - Дронго сел напротив.
- Все-таки вы решили снова попытать счастья, - укоризненно покачал головой
Олвинг. - Мы же вас предупреждали. Не
думал, что вы окажетесь настолько неразумны, мистер Фридман. Риггс, достав свою
трубку, сел сбоку.
- Это был мой последний шанс, - угрюмо пояснил Дронго.
- Только не надо снова разыгрывать нас, - засмеялся Олвинг. - Ваш ход был
предусмотрен русской разведкой. Видимо,
решили сыграть на неожиданности. Признаюсь, это был очень интересный тактический
маневр: дважды подряд подставить
одного и того же агента. По сложившемуся стереотипу, если агент себя
обнаруживает, его сразу отзывают. Такая практика и у
нас, и у вас. Но, видимо, решив перехитрить всех, вам разрешили встретиться со
своим агентом и отправиться в Америку.
Хотя вторая разработка была проведена более грубо, чем обычно. Бетельман сразу
все рассказал брату, а тот, разумеется, нам.
Хотите очную ставку с Бетельманом?
- Не хочу.
- Верно, - засмеялся Олвинг, - вы все, конечно, признаете и без этих
ненужных формальностей.
- Я могу попросить, чтобы нам дали поесть? - спросил Дронго. - Надеюсь, что
вы не намерены морить меня голодом.
- Я распоряжусь. - Олвинг нажал какую-то кнопку и проскрипел:
- Принесите нам кофе и сандвичи. А пока, - он потер маленькие ладошки, -
давайте немного поговорим о вас. Как ваше
настоящее имя?
- Андрэ Фридман.
- Да, да, конечно. Знаете, недавно в архивы КГБ удалось проникнуть нашему
человеку. Вы представляете, нигде нет
упоминания о вашей персоне. Абсолютно нигде. Даже ваше участие в операциях КГБ
никак не отражено. Такая
неблагодарность по отношению к лучшему эксперту ООН. Мы подозреваем, что ваше
досье хранилось в личной картотеке
самого Крючкова. Такое возможно?
- У вас есть детектор лжи? - вдруг спросил Дронго.
- Конечно.
- В следующий раз подключите его ко мне. Иначе вы ни за что не поверите,
что я действительно не знаю, где мое досье.
- И собственного имени тоже не знаете?
- Его, я думаю, знаете и вы.
- Верно, - засмеялся Олвинг и назвал настоящее имя Дронго.
- Хотел узнать, насколько вы искренни. Мы проанализировали все ваши
операции. Вы блестящий профессионал, Дронго.
В комнату внесли кофе и сандвичи.
Вошедший бесшумно расставил все и удалился.
Дронго, подвинувшись к столу, взял сандвич.
- Кстати, хочу вас предупредить, - улыбнулся Олвинг, - база, где мы
находимся, хорошо охраняется. Отсюда можно
подняться только в лифте, управляемом сверху. Шансов сбежать, как видите,
абсолютно нет.
- Зачем вы мне это говорите?
- Я знаю, как вы убежали из тюрьмы в Джаккарте.
- Когда это было! - усмехнулся он.
- Думаю, с тех пор вы не потеряли своей квалификации.
- Вы работали тогда с экспертами ООН, - подал голос Риггс. - Среди них был
и наш человек - Мак Грегор.
- Я его помню, - кивнул Дронго, - такой ловкий карманный вор. Он мне очень
помог.
- Давайте все-таки поговорим о вас, - снова предложил Олвинг. - У вас есть
звание?
- Нет. И вы об этом тоже наверняка знаете. Я никогда не был штатным
сотрудником КГБ. Просто иногда я помогал своей
стране и ее спецслужбам, видя в этом свой долг гражданина.
- Согласен, - обрадовался Олвинг, - и в Австрии в прошлом году тоже.
- Да. Мы ведь уже говорили об этом.
- Помню, помню. Вы не хотите встретить никого из старых знакомых?
- Не понял, о ком идет речь? - напрягся Дронго.
- Сейчас поймете.
Олвинг нажал какую-то кнопку и неприятно осклабился.
За спиной Дронго открылась дверь. Он не повернулся. Вошедший прошел к
столу.
- Добрый день, Дронго. - Это был Бремнер, бывший резидент ЦРУ.
- Рад вас видеть, - без улыбки ответил Дронго, - а мне рассказывали, что вы
остались без работы.
- Из-за вас, - кивнул Бремнер довольно спокойно. - Но я теперь консультирую
в одной фирме здесь, в Англии.
- Догадываюсь, какая это фирма, - отозвался Дронго. - И вы, конечно,
случайно заехали сюда выпить чашку кофе.
- Не будем отвлекаться, - сразу взял деловой тон Олвинг, - у нас не так
много времени. Русские, узнав, что вы арестованы,
вновь попытаются добраться до Ощенко. Интересно, чего они так боятся? Каких
признаний Ощенко, которые он еще не успел
сообщить нам? Вот узнать это нам очень интересно, мистер Дронго. Я буду называть
вас так, если разрешите. Подозреваю,
что и вы можете не быть информированным своей разведкой, но нам знать это просто
необходимо - иначе, откуда такой
интерес к сбежавшему агенту?
- Не верьте ему, - посоветовал Бремнер, усаживаясь рядом с Риггсом. - Не
верьте ни одному слову этого человека. Он
никогда не говорит правды. В его кажущемся многоречии всегда скрыты тайные,
глубоко запрятанные мины. Он расскажет
вам все и ничего и все равно постарается обмануть. Из-за него погибла моя лучшая
сотрудница - Натали Брэй. Он разрушил
нам всю операцию. Это дьявол, а не человек.
- Для профессионала вы излишне горячитесь, - спокойно заметил Дронго. - Вы
сейчас переигрываете. Изображаете
возмущение и ждете, как я отреагирую. Не получится. Слишком театрально.
Сравнение с дьяволом вообще примитивно.
Бремнер отвернулся, тяжело задышав. Олвинг засмеялся, а Риггс убрал свою
трубку и задумчиво произнес:
- Но зачем-то вас послали к нам?
- Это другой разговор. Я должен был ликвидировать Ощенко.
- Не говорите глупостей, - разозлился Олвинг. - Вы - аналитик, а не
профессиональный убийца.
- Верно. Но мне дали в помощь такого профессионала.
- Та самая Мария Грот, которая стреляла в Париже? - подозрительно спросил
Олвинг.
- Мы не нашли ее и в Бельгии, - добавил Риггс.
- Да, та самая?
- Где она жила в Париже? - спросил Риггс.
- Я уже говорил вам. В отеле "Плаза Хаусман".
- Она регистрировалась под именем Марии Грот?
- Разумеется.
- Как ее настоящее имя? - задал вопрос Бремнер.
Дронго чуть поколебался; взяв чашку, сделал несколько глотков.
- Ирина Кислицына. - Он поставил чашку обратно на стол.
- Мы проверим, - кивнул Олвинг. - Значит, вы должны были выйти на Ощенко, а
она его ликвидировать?
- Да, таков был первоначальный план.
- Вы были все время вместе?
- Почти всегда.
- Какие-нибудь операции вместе проводили? - Риггс держал в руках ручку,
делая быстрые записи в лежавшем перед ним
блокноте.
- Вы обещаете, что все показания не будут использоваться против меня? -
спросил Дронго у Риггса.
- Слово джентльмена, - быстро отозвался Олвинг.
- Вам я не верю, - возразил, пожимая плечами Дронго, с удовольствием
замечая, как начинает нервничать Олвинг. - Я
спрашиваю у мистера Риггса.
- Мое слово, сэр, - кивнул Риггс.
- Мы вместе ликвидировали в Германии бывшего полковника "Штази" Эриха
Хайнштока. Он должен был поехать в
Париж вместо Эдит Либерман. Та была второй, резервный вариант. Но он отказался,
и Мария Грот его убрала.
- Где это случилось? - нахмурился Риггс.
- В Магдебурге. Можете проверить по немецким газетам. Там печаталось об
этом преступлении. Или запросить полицию
Магдебурга.
- В Деделебен, к Эдит Либерман, вы отправились вдвоем?
- Разумеется. Разве Либерман не рассказывала вам об этом?
Ответа на свой вопрос он не получил.
- Дальше, - требовательно произнес Олвинг.
- Мы жили в Ганновере. В "Парк-отеле Кронсбург".
- Сколько там стоили номера? - вдруг задал вопрос Бремнер.
- От ста тридцати до ста девяноста марок за номер, - сразу отозвался
Дронго. - Кстати, мы там были зарегистрированы в
соседних номерах, на одном этаже.
- Вы с ней спали? - в упор осведомился Олвинг. ( - У вас дурная привычка
задавать неприличные вопросы, - разозлился
Дронго. - Нет, я с ней не спал. Она была из управления "К". В случае любой
ошибки она имела право на мою ликвидацию.
- Вы встретились с ней в Брюгге?
- Конечно, нет, она не пришла в условленное место. Видимо, что-то
почувствовала или заметила ваших людей. Мне
пришлось вернуться обратно в Брюссель.
- Не лгите, - опять нахмурился Риггс. - Мы проверяли. Вы не вернулись в
отель.
- А я не говорил, что вернулся в отель. Я вернулся в Брюссель и оттуда
выехал на поезде в Гамбург. А из Гамбурга вылетел
в Нью-Йорк.
- На самолете какой авиакомпании? - встрял Бремнер.
- Для консультанта вы задаете слишком много вопросов, Бремнер. Я вылетел
"Люфтганзой". Кстати, в моем чемодане
остались, по-моему, корешки билетов.
- Вы летели один? - уточнил Риггс.
- Разумеется.
- А Мария Грот?
Здесь нужно изобразить изумление. Чуть приподнять бровь, сглотнуть слюну.
Наверняка идет запись на пленку, и важно
не переборщить. Дронго чуть слышно промолвил:
- Конечно, я был один. Разве вы не знаете этого?
- А почему мы должны знать? - принял подачу Олвинг.
"Спасибо, Олвинг, за такую реакцию", - подумал Дронго.
- Я думал, вы уже знаете, - неуверенно произнес он.
- Что, что мы знаем? - захрипел Олвинг, терявший терпение.
- Мария Грот была ликвидирована в Брюсселе.
Риггс бросил свою ручку. Бремнер отвернулся. Олвинг открыл было рот, но,
подумав немного, покачал головой:
- Это было хорошо продумано.
- Не понял. - Дронго старался говорить спокойно. - Вы действительно не
знаете, что она погибла?
- Где это произошло? - мягко спросил Риггс.
- Недалеко от Брюсселя, в лесу. Вы, мистер Олвинг, были правы. Агент, раз
проваливший игру, выходит из нее.
Аналитикам разрешают удалиться на покой. А профессиональных убийц убирают. Иначе
они могут рассказать слишком
много ненужного. Это общие правила игры. Они соблюдаются и нашими, и вашими, и
даже бывшими сотрудниками мистера
Бремнера. Повторяю, Мария Грот убита.
- Кто ее ликвидировал?
- Я.
На этот раз Бремнер не сдержался.
- Он врет, - закричал американец. - Он все врет.
- Труп, конечно, вы расчленили и утопили? - ехидно засмеялся Олвинг.
- Разумеется, нет, - холодно отозвался Дронго. - Я спрятал труп в лесу.
Если вы мне не верите, проверьте мои слова и
убедитесь во всем.
- Где это место? Вы можете показать на карте?
Олвинг внимательно смотрел на него.
- Да, если труп еще не изъяла бельгийская полиция.
- Ну, это легко узнать, - кивнул Олвинг, наклоняясь к столу. - Карту
Брюсселя, живо, - сказал он.
- У нас ее нет, - послышался чей-то виноватый голос.
- Найдите! - разозлился Олвинг. - Где угодно найдите!
- Можно, я съем еще один сандвич? - спросил Дронго невинно.
ТОЛЬКО ЛИ С НАТО?
Следует признать, что Атлантический альянс выиграл холодную войну, которая
длилась более сорока лет; очень ценная
победа, тем более что достигнута она без применения оружия, а на последнем этапе
и без какого-либо сопротивления со
стороны противника - Варшавского Договора.
Будущее Европы в значительной мере зависит от модели коллективной
безопасности, которую у
...Закладка в соц.сетях
