Жанр: Словарь
Философия: энциклопедический словарь
...чисто фольклорных
сюжетов. Существенно только то, что он подверг критике классическое буддийское
учение, обратившись в махаяну, полемизировал с противниками буддизма, участвовал
в миссионерской деятельности, уже при жизни почитался бод-хисаттвой, а после
смерти стал объектом культа. Из приписываемых Н. порядка 200 сочинений наиболее
достоверными считаются пять.
Основное из них - "Мулямадхьямака-карика". ("Строфы, основополагающие для
[учения] о срединном пути") - около 450 стихов, распределенных по 27 главам.
Текст посвящен преимущественно критике общеинд. и классических буддийских филос.
категорий, в ходе которой раскрывается "пустотность" эмпирической реальности и
тех понятийных каркасов, на которых основывается опыт ее познания. Каждая глава
посвящена критической интерпретации одного из философско-религиозных топиков, в
последовательности: причинность; движение; три классификации дхарм по 12 опорам
сознания, пяти "группам" и 18 "элементам"; аффекты и их носители; возникновение,
пребывание и разрушение вещей; действие и деятель; воспринимаемое и
воспринимающий; "огонь и топливо"; круговорот бытия; страдание и его истоки;
категория реальности; взаимодействие факторов эмпирического мира; категории
бытия и небытия; зависимость и освобождение; действия и результаты; Атман;
время; причины и следствия; появление и исчезновение вещей; Будда как
"совершенный"; ошибки мышления; четыре "благородные" истины Будды; нирвана; 12
звеньев цепочки зависимого происхождения состояний бытия индивида; ложные
мнения. Критика общепринятых понятий осуществляется Н. в контексте различения
двух уровней истины - конвенциональной и абсолютной: Н. прямо объявляет, что
"те, кто не распознают различия этих двух истин, не распознают и глубинный смысл
учения Будды". Излюбленный метод "негативной диалектики" Н. - восходящая уже к
эпохе Будды антитетралемма, посредством которой отрицаются все четыре логически
возможные предикации. Основной текст Н. открывается отвержением четырех
возможностей происхождения вещей: от себя, от чего-то другого, от того и другого
вместе и ни от себя, ни от другого, тогда как в главе о нирване отрицается
возможность предицирования ее существования, несуществования, того и другого
вместе и ни того, ни другого.
В семидесятистишье "Виграка-вьявартани" ("То, что устраняет дискуссии"),
сопровождаемом автокомментарием, развивается центральная доктрина Н. - учение о
"пустотности", которая отождествляется с законом зависимого происхождения
состояний существования индивида и отсутствием у вещей собственной природы.
Здесь же Н. критикует общеинд. эпистемологию - учение об источниках знания - и
пытается опровергнуть основной довод противников "негативной диалектики"
(которая, чтобы быть последовательной, должна отрицать, по их суждению, и самое
себя).
"Юктишаштика" ("Шестьдесят стихов о [логической] когерентности") перекрывает,
несмотря на ограниченный объем, множество тем, начиная с зависимого
происхождения состояний бытия индивида и завершая характеристикой "великих душ",
которые уже достигли "освобождения" или приближаются к нему и которым
противопоставляются души, приверженные страстям и "заключенные в клетку
объектов".
В "Вайдалья-пракаране" ("Трактат об обращении в пыль [ложных учений]")
подвергается критике учение ньяи, прежде всего ее система 16 диалектических топиков.
Это произведение важно для хронологизации текстов брахманистских систем,
с которыми полемизирует Н.
"Ратна-вали" ("Гирлянда драгоценностей") - стихотворный трактат из пяти глав по
100 стихов в каждой - посвящена этической, сотериологической и политической
проблематикам в перспективе философии мадхьямики. В главах 1-3 благосостоянию в
этом мире противопоставляется высшее благо "освобождения". В главе 4 -
"Поведение царя" - представлена буддийская концепция царской власти, даются
практические советы монарху. Основными добродетелями царя должны быть первые
"совершенства" следующего путем бодхисаттвы: щедрость, нравственность и
терпение. В главе 5 проводится параллель между монархом и бодхисаттвой: первый
символизирует совершенство земной власти, второй - духовное пробуждение.
Перу Н., возможно, принадлежит и "Упая-хридал" ("Сердцевина средств
[дискуссии]") - один из ранних буддийских учебников по теории аргументации.
Н. стоит у истоков многовекового наследия школы мадхьямики. Среди его преемников
выделяются Арья-дэва (3 в.) и такие комментаторы его основного труда, как
Буддапалита (5 в.), Бхававивека (6 в.) и Чандра-кирти (7 в.).
Mulamadhyamakakarika of Nagarjuna. The Philosophy of the Middle Way.
Introduction, Sausrkrit Text, English Translation and Annotation by D.J.
Kalupahana. Delhi, 1999; Андросов В.П. Буддизм Нагарджуна. Религиознофилософский
трактат. М., 2000.
Андросов В.П. Нагарджуна и его учение. М., 1990.
В.К. Шохин
НАГЕЛЬ (Nagel) Эрнест (1901 - 1985) - амер. философ, видный представитель
натурализма. Проф. Колумбийского ун-та. Основная область исследований: логика и
философия науки. Признавая природу единственным и всеобъемлющим объектом
познания и подчеркивая приоритетное значение научных методов исследования, Н.
вместе с тем в своей трактовке научного знания сохраняет приверженность
логическому эмпиризму, ибо для него логико-математические принципы выражают
лингвистические правила, а осмысленность эмпирических высказываний определяется
их подтверждаемостью на опыте. Однако Н. не согласен с чисто конвенционалистской
трактовкой логики и не склонен считать чувственные данные тем фундаментом, на
котором можно построить структуру знания, ибо само эмпирическое познание
невозможно без логических средств анализа. Выдвигая концепцию "логики без
онтологии", Н. критикует тех, кто пытается подвести онтологические и
трансцендентные основания под необходимый характер логических законов, ибо для
него это означает игнорирование их нормативной природы. В трактовке логикоматематических
принципов, считает Н., следует прежде всего учитывать их функции
в конкретных научно-исследовательских контекстах. Важный аспект
натуралистической философии Н. составляет его трактовка ментальных событий и
процессов как определенного аспекта телесной организации человека, однако он не
склонен сводить психологические предикаты к физическим, ибо редукционизм, по
мнению Н., ошибочен. В своей наиболее известной кн. "Структура науки" (1961) Н.
рассматривает широкий круг вопросов о природе объяснения, логике научного
исследования, структуре научного знания и т.д. Он детально разрабатывает
гипотетико-дедуктивную модель объяснения как единый тип объяснения для всех
наук, включая биологические и социальные. Согласно этой модели, объяснить к.-л.
явление - значит показать, что оно выводимо из некоторого множества законов,
действующих при определенных ("начальных") условиях. Историк, как и любой др.
ученый, должен объяснить, почему произошло то или иное событие, а для этого ему
нужно выявить детерминированные "регулярности" в развитии общества. Однако
детерминизм в истории ни в коей мере не означает, считает Н., признания
"исторической неизбежности" и не отменяет моральной ответственности людей. В
своей филос. оценке квантовой механики Н. вслед за А. Эйнштейном и М. Планком
отвергает индетерминистское истолкование ее следствий.
Sovereign Reason. Glencoe Illinois, 1954; Logic Without Metaphysics. Glencoe
Illinois, 1956; The Structure of Science. New York, 1961.
Каримский A.M. Философия американского натурализма. М., 1972.
НАДЕЖДА - ожидание блага, осуществления желаемого. В античности не было единого
представления о ценностном значении Н. Негативное ценностное значение Н.
обосновывалось тем, что она воспринимается как иллюзия, добровольный самообман.
Однако из представления об иллюзорности Н. не всегда делался вывод о том, что
она является злом. Н.-иллюзия выступала в роли утешения (Эсхил "Прикованный
Прометей"), которое хотя и не способно отвести удары судьбы, зато в силах
избавить человека от страдания в ожидании неизбежного. Ценность иллюзорной Н.-
утешения была развенчана, в частности, в стоицизме, согласно которому обманчивая
Н. ведет к отчаянию, в то время как главное для человека - сохранить мужество
перед лицом любых ударов судьбы. В нейтральном значении понятие Н. раскрывается
как ожидание события, которое с ценностной т.зр. может быть и хорошим, и плохим.
По Платону, у хороших и правильно мыслящих людей надежды истинные и достижимые,
у дурных и неразумных - ложные и несбыточные. С такой трактовкой связано
понимание Н. как положительной ценности - справедливой награды за добродетельную
жизнь. Положительное значение Н. в античности закрепилось и в том, что Н.
символически изображали на монетах, а в Др. Риме существовало культовое
почитание Н.
В христианстве Н. трактуется исключительно как положительная ценность. И хотя
допускается, что объектами Н. могут быть различные (включая материальные) блага,
в ней усматривается знак принадлежности человека не земной жизни, а вечности; ее
основное содержание - упование на справедливый суд Христа и спасение
(мессианская Н.). В таком качестве Н. рассматривается как одна из
основополагающих добродетелей наряду с верой и милосердием. Наиболее
распространена т.зр., что Н. в сравнении с др. теологическими добродетелями
обладает меньшей значимостью. Для апостола Павла "любовь из них больше": она
пребывает вечно, в вере же и в Н. потребность утрачивается, когда Царство Божье
становится фактом.
Понятие Н. занимает существенное место в моральной философии И. Канта. Согласно
Канту, высшее благо предполагает соединение добродетели и счастья, между
которыми объективно существует напряжение: в моральном законе не содержится
необходимого основания для связи между нравственностью и счастьем. Совершенное
осуществление добродетели и достижение соразмерного с добродетелью счастья не
постижимы разумом и могут быть предметом лишь Н. В качестве условий возможности
высшего блага и оснований Н. на его достижение Кант называет свободу, бессмертие
души и бытие Бога. Н., как и страх, не может быть, по Канту, нравственным
мотивом: в качестве принципа деяния она разрушительна для его моральной
ценности.
В современных рассуждениях о Н. в разных филос. контекстах переосмысливаются
антич. христианские представления. Одни философы отождествляют Н. с иллюзией,
рассматривают ее как предлог уйти от решения смысложизненных дилемм в мир грез
(А. Камю, Ж. Батай, Д.Д. Руне) и противопоставляют ей безнадежность как
отсутствие всякого обмана. Другие считают Н. сущностно связанной со свободой и
творчеством и признают ее необходимой и весьма эффективной движущей силой
развития как в личностном, так и социальном, историческом и даже космическом
аспектах (П. Рикёр, Э. Блох, Э. Фромм).
Кант И. Критика практического разума // Кант И. Собр. соч.: В 6т. [I]. М., 1965.
Т. 4; Камю А. Бунтующий человек. М, 1990; Льюис К.С. Просто христианство //
Льюис К.С.Любовь, страдание, надежда. М., 1992; Фромм Э. Революция надежды //
Фромм Э. Психоанализ и этика. М., 1993; Левицкий С.А. Трагедия свободы //
Левицкий С.А. Соч. М., 1995. Т. I; Зарин СМ. Аскетизм по православнохристианскому
учению. М., 1996; Bloch E. Das Prinzip Hoffnung. Berlin, 19541959.
Bd 1-3; Shorey P. Hope // Encyclopedia of Religion and Ethics. Edinburgh;
New York, 1974.
НАЙДЫШ Вячеслав Михайлович (р. 1947) - специалист в области теории развития,
гносеологии, филос. проблем естествознания, истории культуры. Окончил филос.
факультет Киевского ун-та (1972). Преподавал там же в 1975-1978. С 1978 работает
в Российском ун-те Дружбы народов; зав. кафедрой онтологии и теории познания (с
1992). В 1981 - 1984 преподавал в Кабульском ун-те. Доктор филос. наук (1989),
проф. (1991). Заместитель главного редактора "Вестника Российского университета
дружбы народов". Сер. "Философия". Автор ряда монографий и учебников.
В трудах Н. разрабатывается теоретическая модель сущности и структуры
революционных процессов в познании, анализируются взаимосвязи когнитивного и
ценностного аспектов сознания, феномен квазинауки, мифотворчество и
рациональность в их связи с развитием цивилизации, филос. аспекты проблемы
будущего науки, историческое развитие философии мифологии, тайна как форма
культуры. На основе модели научных революций реконструируются логика и основные
этапы развития научных революций в физике, астрономии, биологии, выделяются и
систематизируются методологические установки познания в этих науках,
закономерности смены естественнонаучных картин мира.
Н. выделяет основные исторические типы связи когнитивного и ценностного аспектов
сознания; показывает, что формы квазинауки принципиально не интерпретируемы и,
как правило, ориентированы вовсе не на познание мира, а на воспроизводство
ценностных факторов в системах субъект-субъектных отношений (межличностного
общения, массовых коммуникаций, идеологическом, художественно-образном
творчестве); анализирует категориальный аппарат философии мифологии, особенности
и перспективы фольклорного сознания.
О гносеологической сущности научных революций // Философские науки. 1977. № 5;
Материалистическая диалектика и проблема научных революций. Киев, 1981 (в
соавт.); О революциях в развитии биологии // Философские науки. 1986. № 5;
Категории "закон" и "хаос" в астрономии // Категории "закон" и "хаос". Киев,
1987; Научная революция и биологическое познание: философско-методологический
анализ. М., 1987; Введение в философию. М., 1991; Глобальные проблемы
современности и историческое развитие практики // Ценности познания и
гуманизация науки. М., 1992; Когнитивное и ценностное в познании // Ценности
познания и гуманизация науки. М., 1992; Диахрония мифотворчества // Религия в
изменяющемся мире. М., 1993; Мифотворчество и фольклорное сознание // Вопросы
философии. 1994. № 2; Фольклорная родословная квазинаучных мифологем // Человек.
1996. № 1; Цивилизация как проблема философии истории. М., 1997; Проблема
цивилизации в научной мысли Нового времени // Человек. 1998. № 2; Цивилизация
как проблема философской антропологии // Человек. 1998. № 3; Будущее науки и
квазинауки как философская проблема // Наука и квазинаучные формы культуры. М.,
1999; Концепции современного естествознания. М., 1999; Тайна как феномен
культуры // Человек. 1999. № 2; Понятие квазинаучных форм культуры // Наука и
квазинаучные формы культуры. М., 1999; Миф как тайна. Философия мифологии в ее
историческом развитии. М., 2000.
НАСИЛИЕ - общественное отношение, в ходе которого одни индивиды (группы людей) с
помощью внешнего принуждения, представляющего угрозу жизни вплоть до ее
разрушения, подчиняют себе других, их способности, производительные силы,
собственность; узурпация свободной воли в ее наличном бытии (Г.В.Ф. Гегель).
"Насиловать - значит делать то, чего не хочет тот, над которым совершается
насилие" (Л.Н. Толстой). Н. можно интерпретировать как разновидность отношений
власти, поскольку последняя представляет собой господство одной воли над другой,
принятие решения за другого. Оно отличается от др. типов властных отношений -
патернализма и правового принуждения. Патернализм есть господство зрелой
(взрослой) воли над незрелой (детской); такое господство считается отеческим,
ибо оберегает незрелую волю и рассчитывает на то, что в последующем, когда она
достигнет стадии зрелости, будет одобрено ею. Правовое принуждение имеет
источником предварительный договор, по которому индивиды сознательно в рамках и
для целей сообщества отказываются от части своей свободы и передают право
решения по определенным вопросам соответствующим ин-там и
институционализированным лицам. Патерналистское и правовое принуждение имеют
между собой то общее, что на них получено (или могло бы быть получено) согласие
тех, против кого они направлены; сопряженное с ними внешнее воздействие
считается легитимным Н., это - частичное Н., полунасилие, часто косвенное Н.; на
собственно Н. в принципе не может быть получено согласие тех, против кого оно
направлено. Н. следует также отличать от природной агрессивности человека как
живого существа. В отличие от нее Н. является актом сознательной воли и
претендует на обоснование, на законное место в межчеловеческой коммуникации. От
др. форм общественного принуждения Н. отличается тем, что доходит до пределов
жестокости, характерной для природной борьбы за существование, а от природной
агрессивности - тем, что апеллирует к понятиям блага, справедливости. Н. можно
определить как право сильного, возведение силы в закон человеческих отношений,
ему нет места ни в природе, ни в пространстве человечности, разумного поведения;
оно находится между ними, представляя собой способ выхода из естественного
состояния или обратного провала в такое состояние. Н. соединяет две природы
человека, что определяет как его фундаментальное значение в структуре
человеческого бытия, так и его амбивалентный характер. Н. входит в реестр
негативных ценностей в качестве их предельного случая; оно есть крайнее
выражение зла. В то же время оно существует в многообразии количественных и
качественных характеристик, которые не могут не учитываться при их ценностной
квалификации (так, напр., не одно и то же быть ограбленным или убитым, есть
также разница между единичными актами Н. и массовыми убийствами и т.д.).
Противоречивость понятия Н. стала предметом филос. споров, которые развернулись
гл. обр. вокруг вопроса: может ли (и если да, то в каких случаях) Н. получить
санкцию в качестве разумного, нравственно оправданного и достойного способа
действия? Разнообразные ответы на него можно свести к трем позициям: апология
Н.; радикальное отрицание Н., не допускающее исключений (см.: Ненасилие); мягкое
отрицание Н., допускающее исключения. Апология Н. как такового является в
истории философии большой редкостью (некоторые из младших софистов, Ф. Ницше, Ж.
Сорель и др.), она заключается в том, что Н. рассматривается в качестве критерия
справедливости, выражения красоты и мощи духа. Радикальное отрицание Н. также
имело мало сторонников (напр., тезис Сократа о том, что хуже совершить
несправедливость, чем испытать ее; благостное восприятие жизни Франциском
Ассизским) и стало концептуально акцентированной интеллектуальной традицией
только в наше время (Л.Н. Толстой, М. Ганди, А. Швейцер и др.); оно исходит из
убеждения, что моральное оправдание Н. невозможно по определению. Наиболее
широко представлена третья позиция, по отношению к которой первые две являются
маргинальными: в соответствии с ней Н. может быть духовно, нравственно
оправдано, но только в рамках общего отрицательного отношения к нему; ее
основные усилия сосредоточены на исследовании аргументов и соответствующих
ситуаций (контекстов), в которых такое оправдание возможно и необходимо. Н.
признавалось оправданным как: отказ от части во имя целого; жертва во имя
будущего; способ предотвращения большего Н.; легитимное насилие гос-ва;
историческое деяние.
Н. - один из способов поведения в предельных конфликтных ситуациях, когда
конфликтующие стороны расходятся в понимании добра и зла. Его логика при этом
следующая: там и тогда, где и когда невыносимое зло нельзя блокировать иначе как
уничтожив его носителей или подчинив их воле добрых, совершить Н. столь же
естественно и справедливо, как, напр., очистить тело от паразитов. Вопрос о
философско-этическом обосновании Н. сводится к проблеме о правомерности деления
людей на безусловно добрых и безусловно злых. Такое деление невозможно
убедительно аргументировать. В ситуации, когда люди кардинально расходятся в
понимании добра и зла, каждый из них имеет одинаковое право выступать от имени
добра. И если признавать Н. в качестве способа выхода из этой ситуации, то
нравственная позиция состояла бы в том, чтобы признать такое право за обеими
сторонами. Взаимное признание права силы, которое, в частности, лежит в основе
талиона, отдельных форм войны по правилам, дуэлей и т.п., есть первый шаг на
пути отказа от Н.
Усилия философов найти Н. позитивное место в этико-нормативных программах,
основываясь на философско-исторических аргументах, были обусловлены желанием: а)
найти соразмерное и эффективное средство борьбы против зла и, самое главное, б)
конкретизировать идею активного, деятельного начала в структуре бытия. Чтобы
адекватно оценить их позицию, следует иметь в виду, что они строго не разводили
понятия силы (власти) и Н. Такая понятийно-терминологическая размытость
объяснялась и оправдывалась реальным состоянием нравственно-исторического опыта
человечества, в котором сила в значительной степени была явлена в форме Н. В
настоящее время ситуация существенно изменилась прежде всего в связи с
"прогрессом" оружия (средства Н.), разрушительная сила которого достигла
тотальных размеров. Философия уже не отождествляет силу с Н.: складывается
интеллектуальная традиция (Толстой, Ганди, М.Л. Кинг и др.), которая по этому
критерию ненасильственное сопротивление злу ставит выше насильственного; в
рамках философии политики (Дж. Шарп) вырабатывается взгляд, согласно которому
сотрудничество с населением является более существенным и специфичным признаком
политической власти, чем легитимное Н.
Гусейнов А.А., Апресян Р.Г. Этика. М., 1999.
А.А. Гусейнов
НАТУРАЛИЗМ (от лат. naturalis - природный, естественный; natura - природа) -
всякая филос. концепция, рассматривающая природу как единый, универсальный
принцип объяснения всего сущего, исключающий все "сверхъестественное". По И.
Канту, Н. есть выведение всего происходящего из фактов природы. Ключевое в
понимании Н. понятие природы истолковывается по-разному; иногда утверждается
даже, что оно охватывает также дух и духовные творения (стоицизм, Эпикур, Дж.
Бруно, И.В. Гёте, романтизм, философия жизни). Гилозоизм и панпсихизм наделяют
природу имманентно присущей ей одушевленностью, пантеизм - одухотворенностью. В
социологии Н. выражается в объяснении развития общества различными природными
факторами (климатическими условиями, географической средой, биологическими и
расовыми особенностями людей). В этике Н. представлен концепциями, выводящими
принципы морали из некоего природного начала (биологии или психологии человека и
т.д.); Н. свойствен таким эстетическим направлениям, как гедонизм, эвдемонизм,
утилитаризм. Дж. Мур обвинял в "натуралистической ошибке" всякое направление в
этике, пытающееся определить моральное добро в терминах удовольствия, счастья,
пользы и т.п.
Для понятия "Н." характерна существенная неясность, которая может быть снята
только путем конкретизации выдвигаемой версии Н. В общем случае Н. предполагает,
что универсум не требует сверхъестественной причины и верховного правителя, но
существует сам по себе, объясняется из самого себя и является самоуправляемым;
что мир как процесс не является теологическим или антропоцентрическим, не имеет
цели, детерминистичен и лишь случайно произвел человека; что человеческая жизнь
- физическая, умственная, моральная и духовная - обычное естественное событие,
подпадающее во всех аспектах под общие природные взаимосвязи и закономерности.
НАТУРАЛИСТИЧЕСКАЯ ОШИБКА - термин, введенный Дж. Муром для обозначения выведения
этических заключений из неэтических посылок или определения этических понятий в
неэтических терминах. Мур считал, что такого рода ошибка допускается во всех
системах метафизической этики и натуралистической этики.
НАТУРАЛИСТИЧЕСКАЯ ЭТИКА- этическая теория, считающая, что этика есть
эмпирическая наука (естественная, социальная или гуманитарная), что этические
понятия могут быть сведены к понятиям естественных наук, а этические проблемы
разрешены на базе этих наук.
Н.э., выводящая заключения о моральном добре и долге из чисто описательных
посылок, совершает, как отмечал еще Д. Юм, грубую ошибку, поскольку от "есть"
невозможно с помощью логики перейти к "должен". "В каждой этической теории, -
писал Юм, - автор в течение некоторого времени рассуждает обычным образом,
устанавливает существование бога или излагает свои наблюдения относительно дел
человеческих; и вдруг я, к своему удивлению, нахожу, что вместо обычной связки,
употребляемой в предложениях, а именно: "есть" или "не есть", не встречаю ни
одного предложения, в котором не было бы в качестве связки "должно" или "не
должно". Подмена эта происходит незаметно, но тем не менее она в высшей степени
важна... Я уверен, что этот незначительный акт внимания опроверг бы все обычные
этические системы и показал бы нам, что различие порока и добродетели не
основано исключительно на отношениях между объектами и не познается разумом". В
дальнейшем критика Н.э. была развита Ж.А. Пуанкаре, Дж. Муром, К. Поппером и др.
Мур Дж. Принципы этики. М., 1984; Поппер К. Открытое общество и его враги. М.,
1992. Т. 1.
НАТУРФИЛОСОФИЯ (от лат. natura - природа) - философия природы, умозрительное
истолкование природы, рассматриваемой в ее целостности. Границы между
естествознанием и Н., ее место в философии исторически менялись. Наиболее
значительную роль Н. играла в древности. Фактически Н. явилась первой
исторической формой философии. Др.-греч. натурфилософы выдвинули ряд гипотез,
имевших большое значение в истории науки, напр. атомистическая гипотеза. В
дальнейшем Н. обычно именовалась физикой или физиологией, т.е. учением о
природе. Само понятие "Н." (philosophia naturalis) восходит к стоицизму
(Сенека).
В Средние века, когда философия сближается с теологией, Н. почти исчезает с
филос. горизонта: отдельные элементы антич. Н. были приспособлены к
креационистским представлениям христианской, мусульманской и иудейской теологии.
Рост интереса к природе в философии Возрождения нашел выражение в новом расцвете
Н., связанной с именами Дж. Бруно, Б. Телезио, Т. Кампанеллы, Дж. Кардано, Т.
Парацельса, Ф. Патрици. Н. этой эпохи развивалась гл.обр. на основе пантеизма и
гилозоизма. Особенно широко использовался принцип тождества микро- и
мак
...Поділитися у соцмережах
