Жанр: Детектив
Проклятие для леди
...епло, лежащие на коленях черные
шерстяные перчатки, давно отслужившая
свой срок ветхая сумка... Казалось, Иона видела все это через уменьшительное
стекло, смутное и дрожащее.
Пальцы мисс Силвер крепко сжали руку Ионы.
- Опустите голову, дорогая. Сейчас все пройдет.
Иона повиновалась, и все обрело свои прежние размеры.
- Все в порядке. Это был просто.., шок. Вы спросили, не почувствовала ли я
чего-нибудь. Конечно почувствовала. Меня
толкнули налево. Толпа напирала сзади, и я боялась, что мы очутимся на дороге,
поэтому шагнула вправо и ухватилась за
основание одной из статуй. Если бы я этого не сделала...
- То следующий удар пришелся бы вам между лопатками, - закончила мисс
Силвер.
Наступило молчание.
- Значит, он хотел толкнуть меня? - наконец выдавила из себя Иона.
- Если бы вы не шагнули вправо, произошло бы именно это.
- Понимаю...
- Вы позволите кое о чем у вас спросить, мисс Мьюр?
- О чем именно?
- Мисс Боуден сообщила мне, что у вас и у вашей сестры есть кое-какие
деньги.
- Да.
- Следовательно, в случае вашей смерти...
- Деньги достанутся Аллегре.
- А в случае смерти миссис Трент?
- Ее доля отойдет мне.
- Значит, у мистера Трента нет очевидного мотива желать смерти своей жене.
- Конечно нет.
- Да, но у него был мотив желать смерти бедняжке Марго, - рассудительно
заметила мисс Силвер. - У нее ведь был
солидный капитал, не так ли? И он перешел к мистеру Тренту. Того же самого он
может пожелать и вам.
Ведь ваши деньги достались бы вашей сестре.
Иона побелела как мел. Ее глаза расширились.
- Нет-нет... - еле слышно произнесла она. - Это слишком ужасно!
Глава 22
Джеффри Трент писал письма, сидя в своем кабинете.
Брови его были нахмурены, и он весьма энергично водил ручкой по бумаге.
Письмо поверенному своего кузена
относительно вступления завещания в силу. Письмо няне Марго - доброй и глупой
старухе, для которой она все еще
оставалась здоровым и веселым ребенком, каким была много лет назад. Ответ Айрис
Морли, чье письмо очень напоминало
поздравление. Когда-то у Джеффри была с ней мимолетная связь, и его тошнило при
одном воспоминании об этом. Она из
тех женщин, которые прикидываются тихонями, но на самом деле настоящие ядовитые
змеи. Ему очень хотелось честно
написать, что он о ней думает, но лучше не провоцировать - у нее смертоносное
жало. Поставив подпись, Джеффри заметил,
что у стола стоит Флэксмен с кофейным подносом.
- Если у вас есть свободная минутка, сэр...
Это была его коронная фраза, предвещавшая очередную неприятность - семейную
ссору или, скажем, намерение
уволиться... Вот и сейчас Джеффри почуял беду. Миссис Флэксмен была превосходной
кухаркой, а ее муж - отличным
дворецким. Им платили высокое жалованье, зато в доме все шло как по маслу.
Джеффри приготовился услышать, что миссис
Флэксмен теперь тут очень не по себе "после смерти юной леди, сэр", но втайне с
облегчением вздохнул, так как разговор
пошел о другом, не менее важном во все времена предмете.
- Я хотел спросить, сэр, не считаете ли вы возможным прибавить нам с миссис
Флэксмен жалованье.
Поставив поднос, дворецкий отошел к дальнему концу стола и остановился в
почтительном ожидании. На его ладной
фигуре хорошо сидел серый полотняный костюм для дома, а черты лица казались
менее резкими и темными, ибо он стоял
спиной к окну.
- Ну... - произнес Джеффри, стараясь вложить в голос как можно больше
сомнения. Флэксмены прослужили у него почти
два года, не заслужив ни одного нарекания.
Он понимал, что жалованье повысить придется, иначе они могут уволиться. Но
сдаваться без борьбы не хотелось. - Ну, не
знаю, Флэксмен...
Дворецкий склонился к камину и начал разводить огонь.
- Мы прослужили вам два года верой и правдой, и, полагаю, вы могли бы это
оценить. К тому же смерть юной леди
явилась для миссис Флэксмен большим потрясением.
Не то чтобы мы хотели уйти - мы всегда думаем о ваших интересах...
- Очень любезно с вашей стороны, - рассеянным тоном промолвил Джеффри.
- Нисколько, сэр. Просто интересы хозяина прежде всего - мы всегда
следовали этому девизу.
Джеффри насторожился. В голосе дворецкого ему почудилась некая
многозначительность.
- Что вы имеете в виду? - резко осведомился он.
Флэксмен повернулся спиной к камину, отряхивая руки и не поднимая глаз.
- Интересы хозяина прежде всего, - повторил он. - Не будь это моим девизом,
я мог бы кое что рассказать на дознании.
- О чем? Говорите же!
- Ну, сэр, я не стал бы говорить об этом никому другому. Вы джентльмен и
обойдетесь с нами по справедливости. В
воскресенье, когда с мисс Марго случилось несчастье... - Он сделал паузу не
потому, что колебался, а словно желая дать
собеседнику время понять, что означает это предисловие.
Джеффри Трент, сидевший лицом к окну, вероятно, понял, что яркий свет
сейчас ему отнюдь не союзник. Он Повернул
свой стул боком к столу, оперся на стол локтем и прикрыл часть лица ладонью.
Движение выглядело достаточно
естественным, а поза стала более непринужденной.
Флэксмен остался у камина. Когда Джеффри сказал "ну", он продолжал тем же
почтительным тоном:
- Возможно, вы помните, сэр, что в воскресенье, когда с мисс Марго
случилось несчастье, утро было очень сырое.
- Да, - кивнул Джеффри. Он, безусловно, это не забыл.
- Мы с миссис Флэксмен должны были уезжать автобусом, который отходит от
церкви в два сорок пять. Миссис Флэксмен
не любит торопиться, поэтому мы подошли к остановке в половине третьего. Как раз
в этот момент дождь прекратился и
выглянуло солнце, а на миссис Флэксмен поверх пальто был прорезиненный плащ. Она
сказала, что не может ходить по
Рейдону, одетая так тепло, и попросила меня сбегать в дом и принести ей более
легкое светло-коричневое пальто. Миссис
Флэксмен плотной комплекции, сэр, и ей быстро становится жарко. Я ответил, что
боюсь опоздать на автобус. Мы начали
спорить, но тут подъехал на своем велосипеде Тед Боултер и сказал, что автобус
застрял в Уэст-Элдоне, и его прислали
сообщить, что в Блике он " будет не раньше трех. Это означало, что у меня
достаточно времени, поэтому я отнес в дом плащ
миссис Флэксмен и нашел пальто, которое она просила. С женской одеждой хлопот не
оберешься, сэр. Когда я вышел из
дома, мимо меня, смеясь, пробежала мисс Марго, и мне пришло в голову, что она
опять что-то замышляет. "Я думала, ты
ушел, Фред, - сказала она мне. - Не говори никому, что видел меня". Ну, я
посмотрел на часы - у меня еще оставалось минут
шестнадцать-семнадцать, и я решил посмотреть, куда мисс Марго пойдет. Она
двинулась в сторону сарая мистера Хамфриса,
и я подумал, что он разозлится, если увидит там беспорядок. Должно быть, мисс
Марго знала, где искать ключ, так как она
уже была в сарае, когда я подошел. Церковные часы пробили без четверти три,
когда она выбежала оттуда, посмеиваясь и
что-то пряча под плащом. Мисс Марго не видела меня, а я не хотел задерживаться,
но как только отошел, у сарая появился
сам мистер Хамфрис. Он был очень сердит и пожурил мисс Марго за то, что она
взяла его веревку. А мисс Марго скорчила
гримасу и ответила: "Мне разрешил Джеффри!" Больше я не стал слушать, так как
боялся опоздать на автобус.
Взгляд Джеффри Трента был устремлен мимо дворецкого на пламя в очаге. Его
лицо, на котором обычно играл здоровый
румянец, было мертвенно бледным, как в день смерти Марго. Тогда это произвело на
всех тяжелое впечатление.
Флэксмен сохранял абсолютную невозмутимость. Если мистеру Тренту нужно все
хорошенько обдумать, пусть, спешить
некуда. В конце концов хозяин найдет верное решение - ведь их интересы
совпадают.
- Я ничего не разрешал мисс Марго, - сдержанно заговорил Джеффри. - Мне бы
и в голову не пришло позволить ей
трогать эти веревки. Если она так сказала, значит, просто хотела отделаться от
садовника. Не понимаю, почему Хамфрис не
заявил об этом на дознании? Ему ведь задавали вопросы о его встрече с Марго, но
он ни словом не обмолвился о том, что
она якобы сослалась на мое разрешение взять веревку.
Его щеки вновь порозовели. Убрав локоть со стола, он выпрямился и смело
посмотрел на дворецкого: на его полном
почтения лице было написано явное одобрение.
- Интересы хозяина прежде всего, сэр, - с готовностью отозвался Флэксмен. -
Мистер Хамфрис много лет состоит на
службе в "Доме для леди". Я уверен, что вы можете на него положиться - он не
станет об этом рассказывать.
- Вы решили меня пошантажировать, Флэксмен? - напрямик спросил Джеффри.
Даже сам архиепископ не мог бы выглядеть более оскорбленным.
- Мистер Трент! Как вы можете такое говорить!
Джеффри поднял брови.
- А вы сами?
- Я никак не ожидал от вас этого, мистер Трент! Мне просто хотелось
привлечь ваше внимание к обстоятельству, о
котором, как я считал, вам следует знать...
Джеффри расхохотался.
- Ради бога, перестаньте говорить как по учебнику! Я никогда не разрешал
бедной девочке брать эту чертову веревку.
После шутки, которую она сыграла накануне, днем раньше, с мисс Мьюр и со мной, я
ее здорово отругал и надеялся, что это
на нее подействовало. Оказалось, что нет. То, что влетало ей в одно ухо, тут же
вылетало из другого. Но я, разумеется, не
позволял ей трогать веревки в сарае. Они были гнилыми!
- Подобная история может принести немало вреда, сэр. - Голос дворецкого был
лишен всякого выражения. - Что касается
меня, вы можете полагаться на мою осмотрительность.
- Интересы хозяина! - Джеффри не удержался от усмешки.
На лице дворецкого отразились боль и горечь.
- Да, сэр, интересы хозяина. Но мне, конечно, незачем вам напоминать, что
подобное отношение должно быть взаимным.
Преданность одной стороны поощряется и стимулируется доверием и щедростью
другой. Понимаете, сэр, выгода должна
быть обоюдной.
Джеффри Трент вскинул голову.
- Не беспокойтесь, Флэксмен, я отлично вас понимаю!
Вы выразились достаточно ясно. И сколько вы рассчитываете получить за то,
что будете держать язык за зубами?
- Умоляю вас, мистер Трент, не нужно быть таким резким. Я доказал вам свою
верность как слуга, пекущийся о благе
хозяина. По-моему, в моей просьбе повысить нам жалованье нет ничего
неподобающего.
- На какую сумму?
Дворецкий ответил уважительно, но твердо:
- Вдвое, а мне полагается премия, о ней мы договоримся позже.
Он вышел из комнаты и закрыл дверь.
В первый момент Джеффри Трент ощутил только облегчение. Флэксмен ушел, и
ему не придется действовать немедленно.
Конечно его шантажировали - изящно, со знанием дела и крайне почтительно. За
шантаж полагалось суровое наказание, но
если бы он позвонил в полицию и обвинил дворецкого, никто не смог бы подтвердить
его слова. Джеффри не сомневался,
что Флэксмен не растеряется и сумеет вывернуться, дав убедительное объяснение.
Он и его жена уже два года верой и
правдой служили мистеру Тренту и полагали, что могут рассчитывать на повышение
жалованья. Что касается слов мисс
Марго о веревке, то он и не думал упоминать о них, раз мистер Трент ничего
такого не говорил.
Джеффри понимал, что если он обратится в полицию, то ему самому придется об
этом упомянуть, а сказанное вслух назад
не вернешь. "Мисс Марго скорчила рожу и ответила: "Мне разрешил Джеффри". Именно
так она и должна была поступить,
столкнувшись с разъяренным Хамфрисом. Случайные пустые слова, произнесенные
только для того, чтобы отделаться от
садовника, но их уже не забудут. Теперь вес станут шептать ему вслед: "Эта
бедная девочка, его подопечная, карабкалась по
гнилой веревке и погибла. Вроде бы она сказала садовнику, что Трент разрешил ей
взять веревку. У нее было много денег, а
теперь их заполучил он". Конечно в суде всякие слухи вряд ли сочтут убедительным
доказательством, но этих разговорчиков
будет достаточно, чтобы в обществе отвернулись от него раз и навсегда. Подобные
вещи не забываются.
Джеффри сознавал в глубине души, что не сможет этого вынести.
Тем временем Флэксмен вошел в кухню, довольно насвистывая. Жена
поинтересовалась, что его так обрадовало. Она не
торопясь замешивала тесто для пирога. Спешка, по ее мнению, при готовке была
недопустима. Миссис Флэксмен ничего не
стоило бы наняться шеф-поваром в ресторан, но такая работа была ей не по душе -
слишком много суеты. Она предпочитала
все делать с толком и с расстановкой.
- Что это на тебя нашло? - спросила она, оторвав взгляд от теста. - Я уж и
не помню, когда ты в последний раз
насвистывал.
- Любопытство одолело, старушка? - добродушно отозвался дворецкий.
- Намекаешь, что мне лучше не спрашивать?
- Это ты сказала, а не я. - Он взял со стола ягодку кишмиша и положил в
рот.
Миссис Флэксмен начала класть изюм и прочее в тесто.
Добившись нужной консистенции, она вывалила смесь в промасленную
сковородку, поставила сковородку в духовку,
потом вернулась к столу и вытерла руки о фартук.
- Надеюсь, ты ни во что не впутался, Фред?
Флэксмен сунул руку в карман, позвякивая мелочью.
- Еще чего. - И внезапно спросил:
- А где эта девчонка, Флорри?
Жена уставилась на него.
- Ты не хуже меня знаешь, что у нее свободные полдня. Она ушла пятнадцать
минут назад.
В кухне было еще две двери. Флэксмен распахнул обе и засмеялся.
- Проверить никогда не мешает. А теперь, Мэри, слушай внимательно! Я ни во
что не впутался, а ты не болтай лишнего.
Мы два года прослужили у мистера Трента, и я попросил его прибавить нам
жалованье - вот и все. Запомнила?
Миссис Флэксмен была весьма крупной женщиной и какой-то выцветшей. Все в
ней казалось бесцветным - волосы, кожа,
глаза, короткие густые ресницы, в молодости имевшие песочный оттенок. Она
посмотрела на мужа и спокойно сказала:
- Ты что-то замышляешь, и это мне не нравится.
- Послушай, Мэри, ведь я был тебе хорошим мужем, верно?
Миссис Флэксмен помнила многие эпизоды, когда это было совсем не так, но ей
не хотелось о них говорить.
- Более-менее, - кратко ответила она.
- Ну так чего еще тебе надо? Я ведь никогда тебя не бросал.
- Мужчины на бросают женщин, которые умеют готовить так, как я. Они хоть и
дураки, но не до такой степени.
По крайней мере, я о таковых никогда не слышала. - Миссис Флэксмен понизила
голос и что-то неразборчиво бормотала,
но дворецкому показалось, что она добавила:
- К сожалению.
- Что-что? - резко спросил он.
- Ничего, Фред.
- Думаешь, я не слышал? Хочешь от меня избавиться?
Она покачала головой.
- До этого еще не дошло. Но если ты что-то замышляешь, меня в это не
впутывай. Кривые дорожки до добра не доведут, и
я не желаю участвовать в твоих задумках, Фред Флэксмен!
Дворецкий засмеялся.
- Ты стараешься меня рассердить, старушка, но сегодня у тебя ничего не
выйдет. Понимаешь, ты мне здорово помогла,
сама того не зная, поэтому можешь дать волю языку - я не возражаю.
- Чем это я тебе помогла? - недоверчиво переспросила миссис Флэксмен.
- Своей дурацкой ревностью. Стоило мне заговорить с хорошенькой женщиной,
как ты придумывала черт знает что!
- Не пойму, о чем это ты.
- В тот день, когда погибла мисс Марго, нам пришлось дожидаться автобуса,
который застрял в Уэст-Элдоне. Ты не
хотела, чтобы я эти двадцать минут проболтал с Нелли Хамфрис, верно? Ну и
придумала, что у тебя пальто слишком теплое
и что тебе не нужен плащ, так как вышло солнце, и попросила сходить домой и
принести тебе что-нибудь полегче. Я не мог
заартачиться, так как на остановке столпилось полно народу, но решил, что потом
тебе отплачу. Тебе никогда не было
странно, почему я так и не завел об этом разговор? Потому что ты оказала мне
услугу, только не спрашивай какую - все
равно не скажу.
Миссис Флэксмен сидела за кухонным столом, что-то сосредоточенно обдумывая.
- Не знаю, что ты нашел в этой Нелли Хамфрис. , - Она красивая женщина, а о
тебе, дорогая моя, такого никто не скажет.
Миссис Флэксмен внезапно рассвирепела.
- Тогда чего ж она до сих пор не вышла замуж? Ей уже сорок, а она до сих
пор мисс! Другая уже двадцать лет носила бы
обручальное кольцо и воспитывала детей, а эта до сих пор при отце и кружит
голову всяким дурням, которые такое
позволяют! Твоя Нелли Хамфрис самая настоящая дрянь, я так и скажу, когда
представится случай!
Флэксмен подошел к жене и ударил ее по лицу с такой силой, что у бедной
женщины закружилась голова.
- Пока с тебя хватит! - сказал он. - Учитывая, что ты мне помогла, ясно? Но
больше не смей болтать своим грязным
языком о Нелли Хамфрис!
Дворецкий, насвистывая, вышел из кухни, а миссис Хамфрис закрыла лицо
руками, перепачканными мукой.
Аллегра проснулась отдохнувшей и выглядела, по мнению Ионы, совсем неплохо,
если учесть, что ее сегодня едва не
задавили. Домой они возвращались автобусом, так как Аллегра заявила, что это
куда забавнее, чем на машине. Но когда они
попрощались с мисс Силвер и зашагали в сторону "Дома для леди", она промолвила
после долгой паузы:
- Не знаю, рассказывать Джеффри об этом происшествии или нет.
- А почему нет? - с удивлением спросила Иона, ощутив смутную тревогу.
- Ну, он начнет суетиться и говорить, что меня никуда нельзя отпускать
одну, а это так скучно... - Аллегра искоса
посмотрела на сестру.
Ионе это не понравилось. Неужели Аллегра все еще надеется добраться до
губительного для нее наркотика? Она
решительно отвергла эту мысль. Но подумала, что Джеффри все-таки должен узнать о
происшествии на перекрестке. Если
Аллегра не хочет ему рассказывать, она расскажет ему сама. После разговора с
мисс Силвер Иону терзали ужасные
подозрения, и ей хотелось проверить их обоснованность по реакции Джеффри.
Возможно, он проявит только вполне
естественные испуг и облегчение, но если проскользнет что-то еще, она
постарается этого не упустить.
Все чувства Ионы были обострены до предела, и даже малейшие намеки на то,
чего она страшилась, не ускользнут от ее
глаз.
Аллегра поднялась в свою комнату, а Иона, набравшись духу, направилась в
сторону кабинета. Раз уж она собралась
поговорить с Джеффри, лучше не откладывать.
Чтобы добраться до кабинета, нужно было пройти мимо гостиной, которую
раньше делили Марго и мисс Делони.
Дверь была открыта, и Иона услышала изнутри какой-то звук. Она не
разобрала, был ли это возглас или сдавленный крик,
так как он донесся издалека. Иона вошла в комнату и огляделась. На небе сверкало
солнце, и в гостиной, несмотря на темные
стенные панели, было достаточно светло, так что она сразу поняла, что там никого
нет. Иона ,ухе собиралась выйти, когда
снова услышала звук, на сей раз походивший не столько на крик, сколько на
гневное восклицание. Казалось, он донесся со
стороны камина.
Дымоход спереди был покрыт широкой дубовой панелью, а по бокам - двумя
узкими.
Посмотрев в ту сторону, откуда донесся звук. Иона заметила, что панель
справа от дымохода отступает на дюйм от стены.
Подойдя к двери в коридор и закрыв ее, она вернулась к панели, которая имела
высоту около пяти футов и походила на
дверцу стенного шкафа. Иона открыла ее, и звуки голосов по другую сторону стены
сразу же стали громче. Стена, как и все
прочие в "Доме для леди", была достаточно плотной, но этот странный шкаф, если
он не был просто прикрытием, появился
тут благодаря пустому пространству между комнатами. Иона видела такие помещения
в алтарях старых церквей. Их
называли "тайниками прокаженных" - оттуда страдающие этой страшной болезнью
могли наблюдать за службой, не
смешиваясь с другими прихожанами. Для чего предназначен этот "тайник", Иона не
понимала. С одной стороны его
скрывала толстая дубовая панель, а с другой, очевидно, что-то менее плотное, так
как голоса слышались четко.
Глядя на пустую полку, где лежала лишь пара учебников и жалкая стопка
бумаги. Иона услышала взволнованный голос
Джеффри Трента:
- Нет! Нет, Жаклин!
Ответ мисс Делони был абсолютно неожиданным. Будь он иным, она бы закрыла
панель и ушла, но когда Жаклин
произнесла душераздирающим голосом: "О, Джеффри, дорогой мой!", это было выше ее
сил. Мрачные подозрения, которые
Иона пыталась отогнать, получили убедительное подтверждение. Жизни Аллегры, а
возможно, и самой Ионы могла грозить
опасность. Джеффри снова произнес "нет" - таким тоном мужчина обычно говорит,
если в его объятиях плачет женщина и
если он не знает, что ему делать. Жаклин, безусловно, плакала. Она, всхлипывая,
повторяла имя Джеффри, и ее голос
перемежался звуками поцелуев.
Il у a toujours 1'un qui baise et 1'autre qui tend la joue "Всегда один
целует, а другой подставляет щеку (франц.).". Иона не
думала, что целующим был Джеффри. Скорее сама Жаклин осыпала его поцелуями и,
возможно, страстно при этом его
обнимала. Во всяком случае, Джеффри с похвальной твердостью произнес:
- Жаклин, прекрати! А вдруг кто-нибудь войдет? Аллегра и Иона могут
вернуться в любую минуту.
- Мы бы услышали, как подъезжает такси. - Судя по голосу Жаклин, она все же
отпустила Джеффри.
- Так нельзя, Джеки, и ты отлично это знаешь, - продолжал он, по-видимому,
отойдя от нее. - Ты не сможешь оставаться
здесь, если собираешься устраивать подобные сцены. Сама должна понимать,
насколько это опасно. Достаточно любого
намека на наши отношения, и я пропал. Если Иона что-нибудь заподозрит, сразу
доложит обо всем своему поверенному, и
мне никогда не видать денег Аллегры. А они необходимы мне для покупки дома.
Если ты еще не поняла, как он мне нужен, ты очень плохо меня знаешь.
Жаклин, очевидно, снова подошла к нему. Ее голос звучал тихо, но Иона
услышала каждое слово.
- И как же он тебе нужен, Джеффри?
- Так сильно, как только возможно желать.
- Так же сильно, как тебе нужна я? - Она засмеялась, но в ее смехе
слышалась горечь. - Тебе незачем отвечать, дорогой! У
каждого настоящего мужчины есть нечто куда более желанное, чем любая из женщин.
А так как другие мужчины вообще
недостойны любви, мне остается только смириться. Но если бы ты был свободен,
Джеффри, занимала бы я в твоем сердце
хотя бы второе место, после этого дома, который ты так обожаешь?
- К чему об этом говорить?
- К тому, что хочу знать ответ. Если бы ты был свободен, Джеффри, ты бы
женился на мне? Или отверг бы меня, как и
раньше?
- Ради бога, Жаклин...
Она опять засмеялась.
- Когда-то я оказала тебе парочку-другую услуг, но ты на мне не женился. У
Аллегры были деньги, и мне дали отставку.
Но ты же был сильно влюблен в меня, значит, сможешь снова меня полюбить.
Попробуй - и увидишь сам! А я.., я помогу
тебе во всем. Я могу дать тебе то, что ты жаждешь больше всего на свете - не
себя и не другую женщину, а "Дом для леди".
Без меня тебе его не получить. Я не стану объяснять почему, но это так. Ты
можешь стараться изо всех сил, но ничего не
добьешься. Ведь ты уже пошел на риск, разрешив Марго взять гнилую веревку, не
так ли? Не думала, что ты зайдешь так
далеко.
- Ты спятила, Джеки!
- О нет, дорогой! И я не дура. Ты сказал ей, что она может взять веревку.
Теперь тебе придется заткнуть рот Флэксмену,
от меня-то этого никто не услышит. Если, конечно, ты не натворишь глупостей, не
станешь меня отсылать. О, Джеффри, я бы
этого не вынесла!
Она снова бросилась в его объятия. Звуки поцелуев возобновились. На сей раз
Джеффри не остался безучастным и
поддался этому порыву чувств.
Иона шагнула назад от панели и закрыла ее, с трудов удерживаясь от того,
чтобы не хлопнуть ею изо всех сил.
Стоя посреди комнаты, она глубоко вздохнула.
Так вот что скрывалось за выражением превосходства на лице Жаклин Делони!
Старая связь с Джеффри, а быть может, не
такая уж старая. Иону иногда удивляло, что такая энергичная и уверенная в себе
женщина довольствуется столь
неблагодарной и утомительной работой. И как это она не догадалась, что
подсластить пилюлю должен был Джеффри Трент?
Иона попыталась разобраться в том, что ей удалось подслушать. Если роман Жаклин
и Джеффри возобновится, у Аллегры
появится повод оставить мужа. Но поступит ли она так, даже узнав о его
неверности? Совсем необязательно. Наркотик,
который употребляла Аллегра, вызывал безразличие к окружающему. Правда, ее
состояние значительно улучшилось, но
реакции все еще были далеки от нормальных. К тому же пока нет никаких
доказательств, с которыми можно обратиться к
адвокату. Жаклин Делони сама бросилась в объятия Джеффри, а большую часть
разговора он пытался ее остановить.
Иона нахмурилась. Не стоит расстраивать Аллегру, не имея никаких
доказательств против Джеффри. Он был слишком
красив и умел вскружить головы. Жаклин была влюблена в него по уши. Самое
ужасное, что она даже не сомневается, что
это Джеффри подстроил гибель Марго. "Ведь ты уже пошел на риск, разрешив Марго
взять гнилую веревку, не так ли? Не
думала, что ты зайдешь так далеко"'.
Джеффри в ужасе воскликнул, что Жаклин спятила. На это она ответила, что
она не дура. Предположим, он в самом деле
зашел так далеко и был готов зайти еще дальше. Возможно, Джеффри не остановится
ни перед чем, чтобы заполучить "Дом
для леди". "Если бы я сегодня попала под автобус, - подумала Иона, - все мои
деньги отошли бы Аллегре". Не шагни она на
несколько дюймов вправо, удар, доставшийся Аллегре, пришелся бы ей между
лопатками.
Джеффри? Невозможно! Почему? Потому что он на такое неспособен? Но откуда
ей, собственно, знать, на что способен
мужчина, который жаждет чего-то до такой степени, что готов на что угодно, чтобы
заполучить объект своего желания? То,
что Джеффри не мог толкнуть Аллегру лично, ничего не значило. Иона отлично
знала, чья рука это сделала, и помнила, как
Великий Просперо выговаривал цену за то, что будет рисковать своей шеей. "Две
тысячи не меньше". Она не расслышала ни
единого слова из тех которые произносил его собеседник, отдававший ему приказы.
Они так и остались для нее шепотом в
тумане.
Шепотом существа, не имевшего ни лица, ни пола, но оно приказало лишить
кого-то жизни. Теперь Иона не сомневалась,
что жизнь, о которой шла речь, была ее собственной.
Иона не знала, долго ли она простояла посреди комнаты. Время шло как бы
мимо нее. С трудом оторвавшись от
воспоминаний, она начала думать, что ей делать дальше.
Было два ва
...Закладка в соц.сетях
