Жанр: Детектив
Банда 1-4.
...дветри
секунды, а за воротами его уже не поймать. И в самом деле, парень вдруг,
попятившись, с искаженным от ужаса лицом уставился Пафнутьеву за спину.
Следователь с трудом подавил инстинктивное желание повернуться, и когда парень
выбросил вперед руку с ножом, успел ударить по ней трубой.
Нож выпал, но в тот самый момент Пафнутьев ощутил сильный удар под дых. Это
у него получилось, подумал он, заваливаясь набок. Согнувшись в поясе, парень в
прыжке нанес удар головой в солнечное сплетение и, проскочив вперед, поднял нож.
Единственное, что давало Пафнутьеву надежду на спасение - это кусок трубы.
Падая,
он не выпустил ее и, пытаясь отдышаться, лишь успевал поворачиваться, грозя
подсечкой опрокинуть противника наземь.
- Хитер ты, дядя, - проговорил парень, заходя то с одной стороны, то с
другой.
- Но староват... Для таких дел уже не годишься... Придется тебя кончать...
Извини,
дядя, но ты сам захотел...
- Слушай, - Пафнутьев смог наконец продыхнуть, - а ведь это в твое задание
не входит... Остановись. А то, глядишь, свои же и накажут...
Парень на мгновение отступил, озадаченно прикидывая, как поступить, и
Пафнутьев, изловчившись, что есть силы ударил его трубой по коленке. Тот сел,
взвыв
от боли, а едва оперся рукой о землю, Пафнутьев нанес удар по ладони. И, не
теряя
времени, зашел сзади, захватив парня трубой под горло. Тот захрипел, попытался
освободиться, но Пафнутьев сжимал все сильнее.
- Так... Продолжим наши игры, дорогой, - почувствовав, что противник теряет
сознание, он немного отпустил трубу. - Как? Говорить будешь?
- Сука... Отпусти, задыхаюсь...
- Кто послал? Ну? - и труба снова впилась в горло. - Отвечай, а то ведь
знаешь... Тебя здесь нескоро найдут... Да и найдут ли... Когда завоняешься, а в
такую
жару ты наверняка завоняешься... Тогда и найдут... Говорить будешь? Кто послал?
- Дай продыхнуть...
- Кто послал?
- Колов.
- Зачем?
- Следить... Только следить.
- Кому докладывать?
- Ему.
- Когда?
- Вечером... Сегодня вечером... Отпусти, - просипел парень, и Пафнутьев
почувствовал, что тот вот-вот потеряет сознание.
- Творя фамилия? Имя? Ну?!
- Дышать...
- Оттащу в отделение... Там заговоришь...
- Тащи...
- А, не возражаешь... Тогда еще поиграемся...Фамилия?
- Жехов...
- Зовут?
- Олег... Олег Жехов.
Воспользовавшись тем, что Жехов был почти в бессознательном состоянии,
Пафнутьев быстро очистил его карманы и лишь убедившись, что у того не осталось
ни
одной бумажки ни в пиджаке, ни в брюках, отпустил его. Последнее, что он нашел -
тонкий кожаный бумажник в потайном кармане пиджака. Всю добычу он, не глядя,
рассовал по своим карманам.
- Грабишь, дядя? - прохрипел Жехов.
- Деньги верну... С остальным разобраться надо. Не сейчас... - но в паспорт,
найденный в пиджаке, Пафнутьев все-таки заглянул, убедился, что Жехов не соврал,
назвав свою фамилию. - А теперь, все-таки в отделение, - Пафнутьев подобрал на
земле нож, спрятал лезвие, сунул в карман. - Поднимайся. Вздумаешь бежать -
пеняй на себя. Буду бить трубой по темечку. Понял? Трубой по темечку.
- Ладно, дядя... Пошли.
Жехов с трудом поднялся, попытался было отряхнуться, но понял, что занятие
это
бесполезное. Он постоял, пошатываясь, оглянулся по сторонам и, прихрамывая,
зашагал к воротам.
- В обратную сторону, - приказал Пафнутьев. - Вот так. По тропинке,
медленно, не торопясь... Давай-давай, дорогой...
Это глухое место отличалось еще и тем, что совсем рядом, за двумя домами,
находилось отделение милиции Когда здесь располагалась автобаза, кипела жизнь,
когда едва ли не каждый день возникали недоразумения между водителями,
заказчиками, между механиками г слесарями, милиция была весьма кстати. Но база
убрались жизнь установилась спокойная и размеренная. В это отделение и доставил
Пафнутьев своего пленника. Помог подняться по ступенькам, поддержал сзади, когда
тот пошатнулся, втолкнул в дежурную часть.
- Привет, ребята! - поздоровался Пафнутьев. А увидев полноватого капитана,
даже развеселился. - А, Шаланда... Рад тебя видеть... Доставил вот клиента, а то
совсем вы тут разленились... - Пафнутьев чувствовал, что у него очень мало
времени,
что каждая прошедшая минута работает против него - приходит в себя Жехов, могут
кинуться искать его, да и ему самому лучше бы побыстрее отсюда смотаться.
- Где подобрал? - Шаланда вышел из-за стеклянной перегородки, пожал
Пафнутьеву руку, остановился перед Жеховым, уперев кулаки в бока.
- Да, рядом. Иду по автобазовскому пустырю, а он из-за кустов и сразу в
штыки,
- Пафнутьев протянул капитану нож с выкидным лезвием.
- Ого! - присвистнул Шаланда, выпятив красные сочные губы. - Прямо со
статьей заявился голубок сизокрылый.
- А как не хотел, как упирался, - огорченно покачал головой Пафнутьев. -
Пришлось поговорить... Как видишь, убедил. Значит, так... Времени у меня нет.
Бегу.
Вот нож этого гражданина, вот его паспорт, вот мое удостоверение...
- Да знаю я тебя!
- Мне важно все оформить как можно официальное, - сказал Пафнутьев. - Не
возражаешь?
Через полчаса он уходил из отделения, унося в кармане протоколы задержания и
предварительного допроса гражданина Жехова Олега Михайловича, спортивного
организатора завода "Коммунар", как значилось в его удостоверении. Больше всего
радовало Пафнутьева, прямо наполняло гордостью за себя - в протоколе было
упомянуто о том, что слежка велась по указанию Колова. Сначала Жехов, видимо,
решил, что фамилия генерала произведет впечатление на Шаланду и тот возьмет да и
отпустит. Однако, Пафнутьев ухватился за эти слова, вписал их в протокол, чуть
ли не
силой заставил Жехова подписать, уговорил поставить подпись и Шаланду. Деньги
Жехова оставил в отделении вместе с паспортом, а удостоверение и записную книжку
с телефонами захватил с собой. Жехов смотрел на его действия с легкой
снисходительностью, будто был у него козырь, перебивающий всю эту
следовательскую суету. Но Пафнутьева его взгляды не трогали, он понимал - у
генерала прокол.
- Послушай, Шаланда, - обратился Пафнутьев к капитану, - просьба - в
кутузку до утра. До полной проверки данных. И главное - ни в коем случае,
повторяю - ни в коем случае он не должен ни с кем связываться.
- А если о нем спросят?
- О нем не спросят, потому что никто не знает, где он находится. Да и некому
о
нем спрашивать. Бандит-одиночка. Что тебя смущает?
- Видишь ли, он упомянул генерала...
- А завтра назовет Президента!
- Колов ближе...
- Сдашь дежурство - доложишь. Как положено. Я ни к чему тебя не склоняю.
Наоборот, делаю все, чтобы малейшее нарушение не просочилось в наши действия.
- Это меня и смущает, - признался Шаланда, бросив на Пафнутьева осторожный
взгляд из-под пухлых век.
- Ну и пусть смущает! Девиц вон тоже многое смущает, а потом проходит.
Смущение - это такое чувство, которое не может находиться в организме слишком
долго. К утру отпустит.
Когда Пафнутьев ушел. Шаланда посидел в задумчивости над записью в журнале,
которую сделал сам, с досадой вспомнил, что Пафнутьев унес протоколы и на них
стоят его подписи. Что-то терзало Шаланду, он все сильнее ощущал раздражающее
беспокойство. Поведение Пафнутьева явно выходило за рамки обычного задержания.
Покряхтев, Шаланда тяжело поднялся и направился к камере - захотелось взглянуть
на задержанного. Тот сидел в конце коридора, отгороженного от остального
помещения стальной решеткой. Увидев Шаланду, Жехов поднялся.
- Капитан, слушай меня внимательно... При том мудаке я не мог всего
сказать...
- Говори, - Шаланда, наклонив голову вперед, внимательно рассматривал носки
своих ботинок.
- Подойди ближе, я не могу кричать... Немедленно свяжи меня с начальником
милиции.
- Зачем?
- Надо. Понял? Надо.
- Вот завтра сдам дежурство и связывайся с кем хочешь, - Шаланда повернулся
и уже зашагал было по коридору, но его остановил свистящий шепот Жехова.
- Капитан, ты сгоришь!
- Рабочий день у начальства кончился. Его уже нет на месте. Связаться с ним
невозможно, - Шаланда стоял полуобернувшись к задержанному.
- Позвони домой!
- Мне не положено знать его домашний номер, - широкое лицо Шаланды
выражало в этот момент сложные чувства. Он уже понимал, что дело куда сложнее,
чем ему показалось вначале. Да еще его подпись на протоколах, с которыми ушел
Пафнутьев, будь он проклят!
- Я дам тебе номер его домашнего телефона, - сказал Жехов.
- Не положено звонить по домашнему, понимаешь? - он подошел к самой
решетке. - Не положено. Каждый должен знать свое место.
- Капитан, послушай... Если Колов узнает, что ты мог и не связал меня с
ним...
Он тебя размажет по этим стенам. Допусти к телефону, говорить буду я. Уложусь в
одну минуту. Скажу, что сижу в твоем отделении, под твоим присмотром. И все.
- А следователь предупреждал, чтобы я ни с кем тебя не связывал... Ведь не
зря
же он предупреждал! - медленно сдавался Шаланда.
- Дерьмо он, а не следователь! Пойми, мне надо связаться не с бабой, не с
рестораном! А с генералом Кодовым! С твоим же начальством! И с моим! Ты это
можешь понять?!
- Добре, - сказал Шаланда. - Набрать номер телефона... Позволю. Но говорить
не буду. Если услышу, что разговор не тот... Связь прекращу.
- Ладно, открывай. Хватит трепаться, - нетерпеливо сказал Жехов.
Часть вторая
Кто есть кто?
Андрей с облегчением проводил взглядом уехавших ребят. Клубы пыли еще долго
стояли над дорогой красноватыми, окрашенными закатом глыбами. К вечеру пыль
остыла, но поднималась в воздух также легко и невесомо. Андрей видел, что ребята
уезжали с явной поспешностью. Не только он был в шоке, им тоже требовалось
время,
чтобы прийти в себя.
Вслушиваясь в лязг цепи, которую он продевал сквозь прутья ворот, Андрей как
никогда раньше ощутил свое одиночество. От низкого солнца, лежавшего на
горизонте, стены конторы казались вымазанными в красноватые пятна. Что-то
раздражало Андрея в этих пятнах, видеть их было неприятно и он вошел внутрь.
Кривоватый коридор, пыль на полу, шелушащиеся стены, когда-то выкрашенные
масляной краской, жиденькие двери... Последнюю комнату заняли Махнач и
Феклисов, иногда оставаясь здесь на ночь. Подгайцев не возражал - и охрана
надежная, и люди под рукой.
Поколебавшись, Андрей запер дверь не только на ключ, но и засунул в ручку
подвернувшуюся швабру - теперь сюда никто не сможет войти. Постоял,
прислушиваясь, привыкая к тишине. Взгляд его упал на электрический счетчик.
Колесико его медленно вращалось. Это насторожило Андрея, он вспомнил, как
восторженно Заварзин относился ко всевозможным штучкам вроде магнитофонов,
передатчиков, телефонов с самописцами... Подставив табуретку, он выкрутил одну
пробку. Колесико остановилось, лампочка на длинном шнуре погасла. Вздрогнул,
словно поперхнувшись, холодильник. Обойдя еще раз всю контору и убедившись, что
он один во всем здании, Андрей прошел в приемную и присел к телефону.
Диск скрипел, заклинивался, приходилось силой возвращать его в исходное
положение, но номер набрался.
- Света? Привет. Как поживаешь?
- Ты куда пропал? Мать не знает, никто не знает... У тебя что-то случилось? -
у
Светы был низковатый голос, Андрей хорошо узнавал его по телефону. Рыжеватая, с
чуть припухшими веками, которые придавали ей слегка сонное выражение, и джинсы
он представил, и голубую рубашку мужского покроя... - Андрей! Ты слышишь меня?
Что случилось?
- Да, так... Небольшая неприятность. Ты можешь приехать на мою новую работу?
- Так ты там... А почему бы тебе оттуда не уехать? Или тебя еще и ночным
сторожем определили? Бешеные деньги будешь получать?
- Света, слушай меня внимательно... Я крепко влип. По самому большому счету.
- Сильней не бывает? - он понял, что девушка улыбается.
- Да, можно и так сказать. Сильней не бывает. Приезжай. Садись на мотоцикл и
дуй сюда, как можно скорее.
- Даже так... Тебе паршиво?
- Хуже не бывает.
- Ни фига себе! Что-нибудь связанное с твоими новыми приятелями? Я была
права?
- Да.
- Полностью? - она никак не могла проникнуться ощущением беды. Слишком
безоблачными были их отношения до сих пор, да и жизнь в общем-то шла без больших
осложнений.
- Все хуже, чем тебе казалось.
- Ты не можешь говорить открыто?
- Нет.
- Ну, хорошо... Я еду. Надену что-нибудь приличное и выезжаю. Через полчаса
буду у твоих ворот.
Положив трубку, Андрей тут же набрал еще один номер. Забитый пылью диск с
трудом отщелкивал знакомые сочетания цифр.
- Мама? Привет. Слушай, сегодня все так складывается, что ночевать я, скорее
всего, не приду... Нет, Света здесь ни при чем. Меня попросили переночевать в
конторе... Мало ли чего... Так им спокойнее. Машины пригнали на ремонт, а нашего
брата кооператора последнее время частенько поджигают, - пошутил он. - Здесь все
есть. Холодильник, диван... Не беспокойся, жизнь прекрасна и удивительна. Пока.
До
завтра! - он так и не позволил ей сказать что-то связное.
Низкое солнце теперь светило прямо в окно и Андрей вздрогнул, увидев, что его
руки, лежащие на столе, красные по локоть. Он поспешил убрать их, но тут же
увидел
в косо висящем зеркале свое лицо. Освещенное последними лучами солнца, оно тоже
было неестественно красного цвета. Андрей встал и вышел в коридор.
Дальнейшие его действия очень удивили бы приятелей, окажись они здесь - он
принялся за обыск. Начал с приемной - осмотрел стол, стулья, заглянул во все
ящики,
под шкаф, ощупал куртки и плащи, висевшие на гвоздях. Потом настала очередь
батареи, парового отопления, он простучал доски пола - нет ли под ними тайника.
Покончив с приемной, Андрей перешел в кабинет, в котором иногда задерживался
Заварзин и, не торопясь, осмотрел ящики стола, тумбочку, бумаги. В конверте
среди
бланков он нашел конверт с несколькими сотнями рублей, в глубине стола наткнулся
на спрятанную на черный день бутылку водки, обнаружил коробочку с французскими
духами. Но все это нисколько его не заинтересовало. Искал Андрей нечто
совершенно
иное - два желтых латунных патрона.
Услышав нетерпеливые гудки за воротами, Андрей выглянул в окно и увидел
мотоцикл с седоком в блестящем шлеме. "Светка!" - обрадованно подумал он и
бросился открывать ворота. Света резко рванула с места, так же резко
затормозила,
спрыгнула с седла. Сбросив шлем, встряхнула рыжими волосами, обеспокоенно
посмотрела на Андрея.
- Жив? - спросила она. - Похоже, жив.
Андрей запер ворота, подошел к Свете, взял у нее из рук шлем.
- Пошли, - сказал он. - Поговорим в конторе. Ах, да! Нужно закатить твоего
зверя, чтобы с дороги не было видно.
- Ну и пусть, - возразила Света, почувствовав странность в поведении Андрея.
- Не надо, - поморщился он.
Что-то произошло с Андреем, он стремился поступать так, чтобы не оставлять
следов. Мотоцикл? Убрать с глаз долой. А недавно он поймал себя на том, что,
позвонив, сдвинул аппарат, вернул в прежнее положение. И замок на воротах
поправил, передвинув вправо, в прежнее положение, хотя, казалось бы, какая
разница?
Он помог Свете закатить мотоцикл в гараж, набросил на него промасленный брезент,
оглянулся - хорошо ли спрятал.
- Думаешь, я приехала надолго? - спросила Света, озадаченная его поведением.
- Я сказала своим, что вернусь часа через полтора...
- Там будет видно, - неопределенно ответил Андрей.
- Слушай, а почему ты не радуешься?
- Пошли, - он подтолкнул ее к конторе. - Последнее время я почему-то
стараюсь не торчать под открытым небом... Вроде какая-то от него опасность
исходит... Такое ощущение, - пояснил он, оправдываясь. Пропуская Свету вперед,
Андрей полюбовался ее волосами - они свободно плескались по плечам, но прежней
взволнованности не ощутил, и это его огорчило.
- Как я сегодня? Ничего? - обернулась Света.
- Ты прекрасна, - он обнял ее в темноте коридора, поцеловал, с трудом
сдерживаясь, чтобы не разрыдаться.
- Какой-то ты не такой, - пробормотала она растерянно, когда ни оказались в
приемной. Она подвела Андрея к окну, повернула к себе, всмотрелась в его лицо. -
Ну? Рассказывай.
- Ох, Светка, Светка... Я влип, как...
- Ладно, хватит причитать. Что у тебя?
- Знаешь, кто я? Я есть убийца. Сегодня утром убил человека. В городе. Вот
этими руками, - он протянул растопыренные ладони.
- Это... тот случай, о котором весь город гудит? - медленно проговорила
Света.
- Он самый.
- С мотоцикла?
- Да.
- Зачем? - спросила она почти спокойно.
- Сдуру. Такое можно сделать только сдуру.
- За что?
- Понятия не имею. Ни за что. Просто так.
- Вы там были всей компанией?
- Да, почти все.
- Но стрелял ты?
- Так уж вышло. Стрелять пришлось мне.
- Ну ты даешь, - она откинула назад волосы, оглянулась беспомощно, села на
жесткий диванчик, стоящий у стены. - А это... Ты хоть знаешь, кого убил?
- Понятия не имею.
- Слушай, но тогда получается, что... Получается, что ты стал наемным
убийцей?
- Похоже на то.
- И тебе заплатили?
- Не знаю. Может быть, именно за это и платили? - Андрей сел рядом со
Светой, зажал вздрагивающие ладони коленями, посмотрел ей в глаза, словно
надеясь,
что она в чем-то разубедит его, найдет случившемуся объяснение простое и
невинное.
- Ты пьяный?
- Немного. Да и прошло уже... Это утром, после всего... Вот слушай, сейчас
все
расскажу... Только не перебивай. А то заткнусь. У меня сил не хватит начать
сначала.
Значит так... Ребята пригласили меня в этот кооператив. "Автолюбитель"
называется.
Здесь их база. Гараж, ремонтные ямы, запчасти, эта вот контора. В моторах я
разбираюсь, а они как раз решили открыть лавочку по ремонту частных машин.
Определили мне десять тысяч рублей в месяц, а если все будет нормально, то еще и
премия.
- Неплохо, - не удержалась Света.
- Молчи. Поначалу вроде все шло хорошо. Зарплату платили, потом и премию
дали. Хотя, честно говоря, работы было не очень много. Ну, ладно... Как-то
ребята
говорят - надо одного подонка проучить. Сволочь, дескать, и гнида. Ну надо,
значит,
надо. И это... Ничего особенно - поговорить с ним построже, если случится, по
физиономии съездить. И все. Но он тоже оказался не промах... В общем, как-то
подстерегли его поздним вечером, а у него в руках монтировка... Короче,
разбежались.
Потом Михей, наш вроде как бригадир, так вот, Михей и говорит, что тот мужик
продолжает подличать... Не буду долго рассказывать, скажу сразу - решили
припугнуть серьезнее.
- Это как?
- Ну как... Бабахнуть в него холостыми патронами из обреза. Чтоб знал, что
дело
имеет с ребятами крутыми. А тут еще Заварзин подключился...
- Заварзин? - Света старалась задавать вопросы покороче, чтобы не сбить
Андрея с рассказа.
- Председатель нашего кооператива. Он и деньги вложил, пробил решение в
горсовете, печать ему сделали.. Ну и так далее. Короче - шеф. У него связи,
блат,
какие-то знакомства... Здесь бывает не часто. Михей Подгайцев встречается с ним
гдето
в городе.
Короче - решили. Вопрос - кто? И как-то само собой получилось, что Вовчик
Махнач сядет за руль, а мне придется стрельнуть. И все это было, знаешь, со
смехом, с
шуточками. В общем - хохма.
- Дурацкая хохма, - не сдержалась Света.
- Конечно, - Андрея немного отпустило и он рассказывал уже без прежнего
напряжения. - Но это сейчас так кажется. А тогда... Заварзин пару бутылок
принес,
угощать начал, ребята завелись, поддали, треп...
- Всем легко и весело, но стрелять тебе? - суховато спросила Света.
- Понимаешь, я и не возражал особенно. Мне, так мне. Какая разница. Патроны
холостые... Нам этот мужик никакого вреда не сделал, а мы просто на стороне
справедливости... Но вот сейчас припоминаю - никто вроде и не рвался стрелять.
"Бабахнешь? - спросил Михей. - Или слабо? - Бабахну". И все решилось.
- Я всегда тебе, Андрей, говорила...
- Заткнись, Света. Слушай. Всю нашу подготовку я пропускаю...
- И подготовка была?
- О, еще какая! Заварзин настоял. Щит установили у дороги, Вовчик мотоцикл
разгонял, я с десяти метров по этому щиту палил...
- Холостыми?
- Нет, настоящими, - Андрей встретился с недоуменным взглядом Светы. - Что
ты так смотришь?
- А зачем по щиту боевыми патронами... если стрелять собирались холостыми?
- Ну, вроде как твердость руки проверяли, - недоуменно ответил Андрей.
- Зачем? - повторила Света.
- Теперь и я смогу спросить - зачем! - вспылил Андрей. - А тогда все
казалось игрой... Игра и все тут. Слушай дальше...Я сам, понимаешь, своими
руками
подготовил два патрона. Холостые. Сам засыпал порох, пыжи изготовил... Причем,
делал их помягче, чтобы не повредить того мужика... С близкого расстояния даже
пыжом можно глаз выбить... И сегодня утром зарядил обрез.
- А обрез чей?
- Не знаю... Он тут давно болтался без дела...
- Значит, пристроили к делу, - как бы про себя произнесла Света.
- Повторяю - я сам подготовил патроны и сам вставил их в стволы. Это я помню
до последней секунды.
Сто раз уже прогнал в мозгах каждый свой шаг, каждое движение... Не мог я
перепутать патроны по той простой причине, что не было у меня боевых патронов.
Их
не было!
- А они говорят, что перепутал? - усмехнулась Света.
- Да! Именно! И вроде того, что я круглый дурак!
- Послушай, - она положила ему руку на колено. - Остановись... Вспомни...
Постарайся вспомнить... Перед самым выездом на эту вашу операцию... Ты на
минутку отлучился?
- Откуда ты знаешь? - отшатнулся Андрей.
- Умная потому что. Если ты вложил холостые патроны, а они оказались
боевыми, значит, их подменили. Если ты не видел как их подменили, значит,
отлучился. Могу предположить, что отлучился не сам по себе, а тебя куда-то
послали,
о чем-то попросили... Ну? Вспомни!
- Тут вот что произошло... Когда собрались выезжать, меня позвали к
телефону...
- Кто позвал?
- Кто... Сейчас скажу... Подгайцев. Нет, не так, Михей послал Вовчика, чтобы
он
позвал. Я подумал, что ты звонишь... Мне сюда больше никто не звонит, еще не
успел
никому дать этот номер... И я подумал, что это ты... И, конечно, со всех ног
бросился
вот в эту комнатку... Знаешь, когда звонишь ты, я все бросаю и бегу, - он
вымученно
улыбнулся.
- Вот и нашли виноватую.
- Да нет, Света, ты здесь ни при чем. Когда я вошел в конторку, трубка лежала
на
столе. Это точно. Но уже шли короткие гудки. Михей сказал, что, наверно, не
дождались и положили трубку, и что сейчас снова позвонят. Дескать, подожди
минутку. И я, как последней дурак, сижу и жду второго звонка.
- И, конечно, его не было, - произнесла Света.
- Само собой.
- А этот ваш председатель... Заварзин? Он был здесь?
- Нет, только я и Михей. Потом он ушел. Я остался у телефона один. Подождалподождал,
вышел во двор. И там увидел Заварзина. Он приехал на своем
"мерседесе",
весь в белом, двор залит солнцем, так что на нашего шефа смотреть было больно.
Тут,
конечно, суета, Михай дает последние указания, Махнач бегает туда-сюда..
- А где обрез? - остановила Света воспоминания Андрея.
- Обрез лежал на седле моего мотоцикла. Как я его положил, так он и лежал.
- На самом виду?
- Получается, что так... И все бегают, ни за кем не уследишь.
- И все только для того, чтобы припугнуть какого-то мужика? - с сомнением
спросила Света.
- Да, сейчас кажется подозрительным... А тогда все шло мимо внимания.
Понимаешь, как Михей объяснил... Пообещали хорошему человеку убрать ухажера его
жены, а человек с возможностями нас еще десять раз выручит. А коли пообещали,
отказываться неудобно, надо, мол, держать слово. Да и дело-то пустяковое, за час
управимся и назад вернемся.
- Скажи, Андрей, - медленно проговорила Света, - а патроны, которые ты
подготовил... Их кто-нибудь видел?
- В каком смысле?
- Вот ты подготовил холостые патроны. Так? Но чтобы заменить их на боевые,
нужны очень похожие! Правильно? Вдруг ты увидишь, что патроны другие... Так вот,
твои патроны должны были видеть.
- Да я и не скрывал... Как-то даже похвастался... Приехал Заварзин, мы обед
организовали, он тоже присоединился.
- И твои патроны видел?
- Да что там видел, он их в руках держал!
- Больше вопросов нет. Все ясно. Тебе тоже?
- Почти...
- Что тебе не ясно?
- Мне не ясно, кто это сделал. Кто именно.
- Это важно?
- Я должен знать, кого благодарить.
- Неужели ты не понимаешь, что они все устроили тебе ловушку? Так ли уж
важно, кто к телефону звал, кто в этой конуре задерживал, кто патроны менял?
Надо
срочно от них сматываться.
- Не получится, - обреченно проговорил Андрей. - Не отпустят. Я на крючке.
- Не вижу никакого крючка!
- Что ты. Света'. Теперь я для них незаменимый человек. Если они так ловко
все
обставили, так незаметно включили меня., значит, это убийство у них не первое.
Кооператив - прикрытие. Они не стремятся расширить дело, некоторых клиентов
вообще отшивают, хотя те готовы хорошо заплатить. Им некогда. У них все время
какие-то дела, встречи, поездки. Это банда, Света. Это банда. Пройдет немного
времени... И они дадут мне другое задание. И тогда им не придется комедию
ломать.
Патроны я вынужден буду сам вложить. Боевые патроны.
- А если откажешься?
- Я уже не смогу отказаться. В один голос дадут суду свои чистосердечные
показания и этого будет вполне достаточно. Они сами об этом сказали. И потом,
знаешь... Наверняка предусмотрен и такой поворот. Дескать, начнет ерепениться -
поговорим иначе. Это банда, Света.
Некоторое время оба молчали, завороженно глядя на маленькое красное пятнышко
на стене - последний лучик солнца, пробившийся сквозь бетонные стены
брошенного строительства. Красноватые сумерки, наступившие в приемной, быстро
темнели, становились фиолетовыми, потом синими. Андрей и Света сидели на диване
рядом.
- Знаешь, не верится, что все они одинаково виноваты, - наконец произнесла
Света. - Кто-то из ребят, как и ты, не знает, куда попал, что произошло...
- Поэтому я хочу найти мои патроны. Если найду, сразу все станет ясно.
- Ты их узнаешь?
- Там есть пометки. Все охотники ставят знаки на своих припасах. Приемную и
кабинет я обшарил, пока тебя дожидался. А в той комнате живут двое наших, Махнач
и Феклисов. Иногда остаются ночевать. Я тебе их как-то показывал...
- Помню... Один толстяк, второй стриженый, - усмехнулась Света.
- Хочу устроить
...Закладка в соц.сетях
