Жанр: Детектив
Список донжуанов
...м в дом, мне и
в ум не пришло, что это порождение
ехиднино что-то замыслил, ведь он на нашей стороне. Стал меня чаем поить, сидим,
пьем, мужика ждем. Видно, он какуюто
дрянь мне подсунул, я еще подумала, что это чай такой противный, и вдруг бац
- и я в отключке. А в себя пришла
связанная. Перепугалась до смерти, а главное, ничего не понимаю, чуть с катушек
не съехала. Ведь это уму непостижимо.
Уж не знала, что и решить! Может, думаю, маньяк какой, начнет меня на куски
резать... Где туалет? - неожиданно заорала
она.
- На дворе, - испуганно ответил Олег, и Марья опрометью бросилась за
дверь.
Я спросила:
- Ты что, с ума сошел? - Вопрос адресовался Олегу. - Зачем ты Марью
похитил? Подожди, так это ты мне звонил?
Ты деньги требовал?
Тут Олег перестал рассматривать стол, выпрямил спину и с вызовом
заговорил:
- А почему бы и нет? Когда я был тебе нужен, ты мне глазки строила, а как
в больнице оказался, так побоку.
- Когда это я тебе глазки строила? - удивилась я и пунцово покраснела,
отчего страшно разозлилась, потому что
выходило, что якобы есть за мной какая-то вина.
- Строила, - съехидничал он.
- Хорошо, пусть так, - нахмурилась я. - Марья-то здесь при чем?
- При том. Я хочу свои деньги.
- Какие? - растерялась я.
- Обыкновенные. Я жизнью рисковал, мне голову пробили... Может, я даже
инвалидом останусь, и что - просто
так?
- Зря ты из больницы сбежал, - сказала я, понаблюдав за ним. - Какие у
меня деньги? Откуда? Ты же знаешь, муж
мне денег не оставил.
- Ну и что, - набычился он.
- Как "что"? Где же я их возьму, по-твоему? Да еще такую сумму?
- А папаша? - спросил он, поставив меня своим вопросом в тупик.
- Какой? - растерялась я, косясь почему-то на дядю Жору.
- Папаша из Америки, что тебе наследство оставил. Да и этот, похоже, не
бедный, - зло фыркнул он, кивнув на дядю
Жору. - Мог бы помочь, если уж у вас большая любовь.
- Какая любовь? - возмутилась я. - У тебя форменное сотрясение. Какой еще
папаша из Америки?
- Какое наследство? - спросила Марья, неожиданно возникшая из-за моей
спины.
- Такое, - скорчил рожу Олег и отвернулся.
Тут поднялся Витя, взял в правую руку нож, а левой ухватил Олега за ухо.
Тот вроде бы в его намерениях слегка
усомнился, но буквально на пару секунд, затем взвизгнул, дернулся и сообщил:
- Твой отец умер. В Америке. И оставил тебе наследство. Его адвокаты тебя
разыскивают. Они обратились в нашу
контору, в бумагах был твой прежний адрес и девичья фамилия. Почту обычно я
просматриваю, и письмо это...
- Заныкал, - подсказала Марья. - Письмо когда получил?
- В тот день, когда вы в первый раз пришли к нам.
- Все ясно, - вздохнула Марья.
Теперь и мне стало ясно. Когда мы явились, Олег еще не знал, что я та
самая наследница, которую надлежит найти.
На следующий день он навел справки и позвонил мне. Про наследство он ничего не
сказал, зато сразу стал намекать на
чувства. Может, рассчитывал, что я в тяжкой позиционной войне с мужем проникнусь
к нему, и он займет место мужа.
- Но стоило появиться этой темной личности, как ты все забыла. Вот она,
женская благодарность, - закончил он с
большой обидой.
"Темная личность" сурово нахмурилась, а морячок с недоумением перевел
взгляд с дяди Жоры на Олега, но, как
выяснилось, волновал его совсем другой вопрос.
- Что за папа из Америки? - с беспокойством спросил он.
- Это надо у Симоны спросить, - отмахнулся Олег, но я возразила:
- Меня лучше не спрашивать. Я точно знаю, что мой папа умер и...
- А наследство? - ошалело произнесла Марья. - В самом деле наследство
оставил?
- В самом деле, - поморщился Олег.
- То-то он тебя за границу звал, - начала она ядовито, - еще болтал
насчет своих сбережений, а сам на твои денежки
рассчитывал. И после этого хватает совести претензии предъявлять. - Олег
презрительно отвернулся, а Марья полезла ко
мне. - Видишь, справедливость восторжествовала. С подсвечником не подфартило,
так здесь повезло.
- Прекрати болтать глупости. Наследство не мое и папа тоже не мой. Мой
папа умер.
- Но если кто-то считает иначе, чего нам от своего счастья бегать? Для
начала давай посоветуемся с мамой.
- Там есть еще наследница, - неохотно сообщил Олег.
- Вот и слава богу, - вздохнула я с облегчением. - Мне совершенно нечего
делать в Америке. Пусть все забирает на
здоровье.
- Ты что, с ума сошла? - забеспокоилась Марья. - Ты даже не знаешь, что
там.
- Какой-нибудь подсвечник.
- А если нет? Сима, надо ехать в Америку.
- Замолчи, - шикнула я. - Не вздумай рассказать маме, у нее давление.
- Я в затруднении, - хмуря лоб, произнес Виктор, обращаясь к дяде Жоре. -
Сколько у нашей девочки отцов?
- Этот третий на этой неделе, - немного стесняясь, сообщила я. Но тут же
посуровела: - Мой папа умер двадцать лет
назад, и давайте оставим эту тему.
- Теперь понятно, почему она нам не поверила, - изрек дядя Жора и
поднялся, морячок шагнул к двери, а Олег
неожиданно заявил:
- Вы куда?
Вопрос привел нас в замешательство.
- Тебе что за дело? - ответил морячок, а Олег обиделся.
- А как же деньги?
- Какие деньги? - спросили мы в четыре голоса.
- Обыкновенные. Я требую компенсацию за моральный ущерб.
- Он требует, - передразнил Виктор. - А не хочешь, чтобы тебя в милицию
сдали? Как похитителя и вымогателя?
Ты едва девушку до смерти не довел.
- Вот именно, - закивала Марья. - У меня чуть пузырь не лопнул, мочевой.
Это ж какие страдания. Креста на тебе
нет, изверг.
- Прекратите грозить мне милицией, - отмахнулся Олег. Такая его прыть
мужчин удивила, они переглянулись, а
Олег продолжил: - Я и сам могу сообщить им кое-что интересное. После чего вот
эти две леди окажутся в тюрьме.
Теперь мы с Марьей переглянулись и разом приуныли, но Марья сдаваться не
желала и ехидно напомнила:
- А тебя за соучастие привлекут.
- Пусть привлекут, - упрямился он.
Дядя Жора взглянул на Виктора, и тот вновь вооружился кухонным ножом.
Олег завопил, а мы с Марьей
подхватили вопль, да так, что дядя Жора заткнул уши.
- Сумасшедший дом, - пробормотал он недовольно и обратился к Олегу: - Так
в чем дело?
- Молчи, - рявкнули мы с Марьей практически одновременно, а морячок вновь
ухватил Олега за ухо.
- Как я могу молчать? - возмутился Олег, а Марья скороговоркой выпалила:
- Это я дядьку убила, а не Сима, у меня денег ни копейки, так что
настучишь ты на меня зря: кроме срока за
соучастие, ничегошеньки не получишь.
- Какой дядька? - разволновался дядя Жора. - Какой дядька, я спрашиваю? -
повторил он таким тоном, что
отнекиваться мне разом расхотелось. Злясь на Олега, на себя и вообще на весь
белый свет, я принялась объяснять. - Так вот
откуда пистолет, - кивнул дядя Жора, выслушав мое повествование.
- Подождите, - нахмурился морячок. - Когда вы могли его убить? По телеку
сказали, что он жив...
- По телеку сказали: всех, кому что-либо известно об этом человеке... -
возразила Марья, которая, как вы помните,
смотрела передачу вместе с ним.
- Ну, - кивнул он утвердительно, - и фотографию показали. Это точно ваш
дядька?
- Неужто ты думаешь, что я его с кем спутаю? Да ни в жизнь. Я ж с ним в
кустах лежала и чуть через это дело
сознания не лишилась, глядя на его мертвое лицо. Господи, прости.
- Почему мертвое? - начал злиться Виктор, мы с дядей Жорой с недоумением
взирали на них, Марья, конечно, тоже
разозлилась.
- Потому что я его по башке огрела, да так неловко, что он того... -
взвизгнула она.
- Чего "того"?
- Помер, естественно.
- Как же помер, если он в психушке?
Тут, признаться, я сама едва не лишилась сознания и уж точно перестала
понимать, что происходит.
- Кто-нибудь объяснит мне, что сказали по телеку? - рявкнул дядя Жора.
Виктор развел руками.
- Лежит мужик в психушке и сам себя не помнит: ни кто он, ни откуда.
Говорят, последствие черепно-мозговой
травмы. Показали фотку и просили сообщить всех, кому что-либо известно об этом
человеке...
- Так он жив? - охнула Марья, а я простонала:
- Убить тебя мало...
- Да я так перепугалась, когда фотку увидела, что уж и понять не могла,
что там болтают. Думала, все, одна нам
дорога - в тюрьму.
- Не тарахти, - перебил дядя Жора. - Мужик этот жив и сейчас в психушке.
- А вдруг это хитрость? - заныла Марья. - Вдруг он умер, а менты все
нарочно придумали, чтобы нас поймать?
Тут мы вспомнили про Олега и посмотрели на него. Он сидел с самым
разнесчастным видом и готовился
расплакаться. По крайней мере, я бы ничуть не удивилась, если бы он в самом деле
разрыдался.
- Значит, никого вы не убили? - пролепетал он. Кажется, его это
расстроило.
- Твое счастье, - разглядывая нож, заметил морячок. - Ты с шантажом
завязывай. Опасное это дело. Не окажись
мужик живым, лежать бы тебе в подполе.
Олег побледнел, и я, признаться, тоже. Надеюсь, Виктор его просто
запугивал. Не хотелось думать, что дядя Жора
способен убить человека, пусть не сам, пусть морячок... Марья погрозила Олегу
кулаком и сказала:
- Все ваше племя продажное... шантажист. В тюрьме тебе место, а не в
конторе. Я думала, ты нам друг, а ты почище
своего хозяина.
Вдруг и хозяин объявился как по заказу: у меня зазвонил мобильный, и я
услышала голос Андрея.
- Симона, я только что от отца, надо кое-что уточнить. Твоя девичья
фамилия Радужинская?
- Да, - ответила я.
- Пришел факс из Америки, просят ускорить твои поиски. Признаться, я мало
что понял...
- Мне сейчас не до этого, - сообразив, в чем проблема, буркнула я.
- Но дело серьезное. Кажется, речь идет о наследстве. Судя по факсу, к
нам уже обращались, но я никакого письма
не видел, и отец тоже. Мы проясним ситуацию...
Я хотела ответить, что прояснять ничего не надо, все и так ясно, но,
взглянув на Олега, лишь вздохнула:
- Проясняйте.
- Тебе надо приехать к нам в офис.
Я поспешила закончить разговор.
- Погонят тебя с работы, и правильно, - съехидничала Марья, обращаясь к
Олегу. - Бога ты не боишься, а еще
адвокат. Тьфу, - досадливо плюнула она, а по щеке Олега скатилась слеза.
Мы поторопились убраться восвояси, дав человеку возможность горевать в
свое удовольствие. Олега было жаль, но
сажать Марью в подпол ему все же не стоило. Словом, я решила: пусть сам
объясняется со своими хозяевами, и с отцом, и с
сыновьями.
Гридин вновь позвонил, и пришлось ехать к ним в контору. К тому моменту
отец и сын уже пришли в себя, коечто
сами узнали и сообщили мне: оказывается, мой папуля скончался месяц назад,
оставив наследство мне и своей сестре
Анне. Вот сестра Анна меня как раз и разыскивает. Через час я даже смогла
поговорить с ней по телефону. Захлебываясь от
счастья, она сообщила, что пришлет мне вызов уже завтра, и заверила меня в своей
любви.
- Тебе повезло, - порадовался за меня Андрей Петрович. - Ты лишилась
денег, но они тут же к тебе вернулись.
- Не уверена, - ответила я, не особо радуясь.
Все эти папули начали действовать мне на нервы. Короче, возникла
необходимость поговорить с мамой. Дядя Жора
намекнул, что есть дела поважнее, но в конце концов мы поехали к ней.
Мама смотрела телевизор в "аквариуме", следовательно, пыталась
успокоиться, другими словами, что-то ее сегодня
разволновало.
- Мона, - позвала она как обычно, услышав, что мы вошли.
- Да, мама, - ответила я излишне громко, потому что тоже волновалась.
Мама не стала дожидаться, когда я загляну в комнату, и сама вышла в холл.
Увидев нашу компанию,
пробормотала:
- Черт-те что...
Не всегда ей удается расслабиться в "аквариуме", сегодня, должно быть,
такой случай. Внимание мамы
сосредоточилось на Викторе, что и неудивительно, и "черт-те что", надо полагать,
относилось к нему.
- Ты проводишь время в довольно странной компании, - вынесла мама
вердикт, а я пожала плечами. - Накорми его,
- сказала она, ткнув пальцем в Виктора. - По-моему, он недоедает. - Коротышки
всегда вызывали у мамы острую жалость.
- Благодарствую, - ответил тот, раскланиваясь, - дай вам бог здоровьица.
- И шмыгнул в кухню, Марья за ним.
Дядя Жора подумал, подошел к маме и приложился к ее руке.
- Вы помните, что я вам сказала в прошлую нашу встречу? - строго спросила
она.
- У меня отличная память. Если с Симоной что-то случится, вы меня с кашей
съедите.
- Вот именно. И не надейтесь, что это пустые слова.
- Я далек от этого.
Мама приглядывалась к дяде Жоре и так, и эдак, но не нашла, чего б еще
сказать, и махнула рукой. Дядя Жора с
достоинством удалился в кухню, а мама повела меня в "аквариум".
- Не вздумай в него влюбиться, - сказала она сурово.
Я решила прикинуться дурочкой.
- В кого?
- В Георгия, естественно.
- Он женат.
- Сомневаюсь.
- Почему? - тут же заинтересовалась я.
- Женатый человек проводит свободное время с семьей, а не бежит выполнять
волю покойного проходимца. За это
время вы уже раз пять могли посетить могилу старого каторжника, но этот твой
Георгий никуда не спешит, и причина
может быть только одна.
- Может, он просто к семье не торопится, - пожала я плечами.
- Тем более он нам не пара. Мона, в таких, как он, влюбляются раз и
навсегда, это видно невооруженным глазом.
Типы, вроде этого, смертельно опасны для юных девушек. Два-три ни к чему не
обязывающих брака - и ты, пожалуй,
будешь готова к любви, а пока выкинь эту затею из головы. Кстати, что с твоим
мужем?
- Не хотелось бы тебя огорчать лишний раз, но Сергей погиб.
- Большое спасибо за заботу, довольно странно узнавать о смерти зятя из
теленовостей. И эта странная
формулировка: "по слухам, близкий к криминальному миру...". Что они себе
позволяют?
- Извини, мама, - не придумала я ничего умнее.
- Значит, его убили? Кто?
- Идет следствие, - пожала я плечами.
- Не смеши. В таких делах либо сразу все ясно, либо не будет ясности
никогда. Если господа из органов начнут
досаждать, скажи мне. Я найду на них управу. - Тут мама внимательно посмотрела
на меня и сказала: - Бедный мой
ребенок. - После чего заключила в объятия и поцеловала. - Твой муж тебе чтонибудь
оставил?
- Ничего.
- Хорошенькое дело... Впрочем, это к лучшему, деньги, нажитые незаконным
путем... по-моему, звучит скверно.
Меняй фамилию. Надо поскорее забыть об этой истории.
- Я не могу забыть. Сергея убили и...
- Поделом ему, - отрезала мама. - Он тебя не ценил, шлялся по девкам и
даже денег не оставил. А ломать голову
над тем, кто его убил, должны органы.
Мама взяла карты, с намерением разложить пасьянс, давая тем самым понять,
что разговор окончен, а я,
переминаясь с ноги на ногу, нерешительно начала:
- Сегодня я была у нотариуса.
- По поводу завещания?
- Так ты знаешь?
- О чем? - нахмурилась мама.
- Ну... в Америке умер один тип и оставил мне наследство.
- Господи, - перекрестилась мама, - не успеешь оглянуться, как в живых
уже никого не останется. Как его зовут?
Вопрос меня насторожил. Может, в Америке у меня не один папа, а два или
три?
- Ковальчук Сэмуэль.
- Значит, Сема умер. Впрочем, грех жаловаться, ему в мае стукнуло
семьдесят три, и печень он совершенно не
берег, только не говори, что он оставил тебе подсвечник или живую лошадь. Он был
просто помешан на лошадях. Пять лет
назад он выиграл в лотерею крупную сумму денег, но, хорошо его зная, сомневаюсь,
что он сумел ею с толком
распорядиться. К тому же его сестрица Анька - змея. Она жива?
- Да. И передает тебе привет.
Мама хмыкнула и вновь взялась за карты.
- Ладно, иди. И не задавай глупых вопросов, - отрезала мама, лишь только
я промычала невнятное "э-э-э".
Я отправилась на кухню, так и не узнав, какое отношение имеет ко мне
почивший Сэмуэль Ковальчук. Надеюсь,
никакого.
Через полчаса мы вернулись в мою квартиру, Виктор тут же исчез, Марья
усердно молилась, а дядя Жора сказал,
что нам самое время заглянуть в психушку. Ему, конечно, лучше знать, но про себя
я не уверена. Однако поехала. По дороге
дядя Жора принялся растолковывать:
- Не худо бы узнать, кто нанял киллера, которому вы устроили сотрясение.
- Мама говорит, это дело милиции, - вздохнула я.
- Правильно мама говорит. Но тебя, между прочим, тоже хотели убить,
поэтому я предпочитаю найти убийцу сам,
не дожидаясь этих олухов. К тому же есть еще господин Бойко...
- А как мы его найдем?
- Поговорим с киллером.
- Так он же ничего не помнит?
- А мы ему поможем. Уверен, при известном старании он нам сообщит, кто
заказчик или, по крайней мере, как тот
на него вышел. Нам нужна зацепка, и мы ее раздобудем.
Психиатрическая больница номер один располагалась в бывшем госпитале,
была окружена парком и даже имела
свой собственный фонтан у центрального входа. Цветочки и свежескошенные лужайки
радовали глаз. Вокруг бродили
граждане в полосатых халатах, слегка тревожа, выглядели они хоть и задумчиво, но
благостно. Хотя с психами никогда не
знаешь, что они сделают в следующий момент, на то они и психи.
- Буйных содержат отдельно под присмотром санитаров, - заметив мое
беспокойство, сообщил дядя Жора.
Я с облегчением кивнула и последовала за ним к центральному входу. Мы
сразу же направились к главврачу,
точнее, направился дядя Жора, а мне велел ждать в коридоре напротив двери с
табличкой.
Через десять минут он покинул кабинет с недовольством на челе. Я-то
думала, что его просто выгнали, ан нет.
- Латышев Юрий Васильевич. Так зовут нашего киллера. Его забрала отсюда
сестра вчера утром. Адрес есть, давай
прокатимся.
Юрий Васильевич, как оказалось, жил неподалеку от моего дома. Возле
подъезда замерла милицейская машина, и
это нас насторожило.
- Может, не стоит нам сейчас идти к нему? - спросила я.
- Отчего же? - удивился дядя Жора.
Мы направились к подъезду и нос к носу столкнулись с Николаем Сергеевичем
Сухаревым, который не так давно
задал мне тысячу вопросов в связи с кончиной мужа. Если я слегка растерялась, то
Николай Сергеевич был буквально
потрясен, обнаружив меня.
- Очень рад, - сказал он не к месту, а я глупо улыбнулась. - Какими
судьбами? - полюбопытствовал он.
- По объявлению, - встрял дядя Жора.
- Ах вот как... А я вот по долгу службы. Объявление, случайно, не Латышев
давал?
- Кто это? - попыталась удивиться я, вышло это у меня как-то испуганно.
- Псих один. Вчера вот только из психушки выписался, а сегодня его уже
пристрелили. И кому псих мешал,
скажите на милость?
- Да уж... - промямлила я.
- А вы в какую квартиру?
- В сорок пятую, - ответил дядя Жора.
- Так это в соседнем подъезде, - улыбнулся Николай Сергеевич.
- Спасибо, - дружно сказали мы и пошли в соседний подъезд.
Дядя Жора, к моему удивлению, позвонил в сорок пятую квартиру и, когда
ему открыла женщина лет тридцати в
шелковом халате, сообщил, что мы по объявлению.
- Заходите, - игнорируя меня и пожирая взглядом дядю Жору, сказала
женщина.
При ближайшем рассмотрении я бы дала ей тридцать пять. Вульгарная особа.
Вдова, о чем тут же и сообщила.
Интерес дяди Жоры к вдовам был мне известен, но он что-то говорил об
интеллигентности, а здесь ее сроду не водилось, так
что нечего ему было расшаркиваться. Я сиротливо стояла в прихожей, а вдовица
ухватила дядю Жору за руку и повела
показывать квартиру. Оказывается, она сдавала комнату, о чем мы очень быстро
догадались. - Вы вдвоем будете жить? -
вдруг посуровела дама, вспомнив обо мне.
- Нет, я хочу снять комнату для своей племянницы. Симочка, посмотри,
какой чудесный вид из окна, - обратился
ко мне дядя Жора. - Она учиться приехала, - пояснил он вдовице.
- А я голову ломаю: такой представительный мужчина - и вдруг комната...
- Супруга, знаете ли, мою родню не жалует, - сообщил дядя Жора. По моему
мнению, нам стоило убираться
восвояси и радоваться, что все так удачно сложилось, но дядя Жора глаз с вдовы
не спускал. Неужто ему в самом деле такие
нравятся? Мужчин не поймешь. - Как у вас двор-то, спокойный? - спросил он.
- Одни пенсионеры.
- У соседнего подъезда милицейская машина стоит, - не унимался дядя Жора,
а я сообразила, куда он клонит.
- А... это... убили тут одного, - с неудовольствием сообщила вдова. -
Сегодня утром. Вот менты и шарят. Ко мне
один заходил, спрашивал, а чего меня спрашивать, если я этого Юрку и не знаю
совсем. Только и дел мне, что за соседями
смотреть, особенно за одинокими мужиками.
- Юрка с дружками бутылку не поделил? - бодро осведомился дядя Жора.
- Если бы... Не поверите, застрелили его. Ага. Чудеса. А перед этим в
психушку угодил в полном беспамятстве...
Его даже по телеку показывали, сама видела и сестре его позвонила. Она-то даже
не знала, где он, но уже беспокоилась, раз
дома нет и ничего не сказал, что уезжает. Он по командировкам ездил,
экспедитором работал. Чудной мужик. Нелюдимый.
Вроде молодой, а жил один. И никаких баб. Разве это нормально? Сестра говорила,
он с женой развелся и очень переживал.
Я думаю, тут другое: он из армии в запас уволился, а там сплошная радиация, вот
ему дамы неинтересны стали, и жена
наверняка из-за этого сбежала. Характер-то у него тоже не сахар. Никакой
любезности, не улыбнулся ни разу, буркнет
"здрасьте" и мимо. Потом его кто-то по башке огрел, и он забыл все на свете,
даже собственное имя. Шпаны развелось... А
вот сегодня такая незадача... Плата за комнату вперед за три месяца, -
неожиданно закончила она. Дядя Жора сказал, что мы
подумаем, и наконец простился с хозяйкой.
- Дядя Жора, у вас странные вкусы, - съязвила я.
- Ты о чем? А-а... Надо быть добрее к людям.
Мы вышли из подъезда и смогли убедиться, что Николай Сергеевич все еще
здесь, прогуливается по тротуару.
- Ну, как ваши дела? - спросил он бодро.
- Отлично, - ответил дядя Жора.
- Кстати, а что за объявление?
- Дядя Жора хотел снять комнату, - сообщила я, - а к ней еще и вдова
прилагается.
- Повезло, - кивнул Николай Сергеевич.
- Он что-то заподозрил, - волновалась я, когда мы тронулись с места. -
Зря мы сюда, сунулись.
- Николай Сергеевич может подозревать нас в свое удовольствие, а вот
сестру Латышева стоит навестить. Завтра
этим займемся, сегодня ей от ментов отбоя не будет. Кто-то не поверил, что у
парня память отшибло, и решил
подстраховаться.
- Кто? - заволновалась я.
- Убийца твоего мужа, естественно.
Следующий день начался с телефонного звонка. Звонил Николай Сергеевич и
очень хотел побеседовать со мной.
Ничего хорошего от нашей встречи я не ожидала и отправилась к нему в скверном
настроении. Битый час он задавал мне,
вопросы, те же, что и несколько дней назад, а под конец поинтересовался:
- Мужчина, с которым вы вчера были, ваш друг?
- Просто знакомый.
- Приезжий?
- Да. Он в нашем городе по делам.
- Ищет комнату? - Я кивнула, не желая развивать данную тему. - Фамилия
Латышев вам знакома?
- Нет, - соврала я. - Вы вчера спрашивали.
- Не знакома, значит, - вздохнул он. - Чего ж вы им в психиатрической
больнице интересовались?
- Мы не им интересовались, а человеком, чью фотографию показывали по
телевизору. Он был похож на одного
моего знакомого, - напропалую врала я, чувствуя, что загоняю себя в ловушку. -
Вот мы и поехали в больницу, но
оказалось, что это другой человек.
- А ваш знакомый... его фамилию вы помните?
- Конечно.
- И мне ее назовете?
- Зачем?
Николай Сергеевич усмехнулся и заговорил доверительно и даже вкрадчиво:
- Симона Вячеславовна, вашего мужа убили. Идет следствие, люди работают,
а вы нам не хотите помочь.
- Почему же? Я с удовольствием. Только при чем здесь мой знакомый?
- Вы фамилию скажите, а мы уж сами решим.
- Не знаю я его фамилии, - разозлилась я, - он за мной следил. То есть я
думаю, что он за мной следил. Видела его
несколько раз. А тут вдруг его фотография... стало интересно. Вот мы и поехали в
больницу в надежде что-нибудь узнать.
- Вы бы самодеятельностью не занимались, лучше бы следствию помогали. А
вы от следствия ценные сведения
утаиваете, - посетовал он.
- Ничего я не утаиваю. Я на мужа жаловаться приходила, никто слушать не
хотел, а теперь я вроде бы виновата.
- Вот оно как, - вздохнул он. - Смотрите, что получается. Вы разводитесь
с мужем, извините, скандалите. Он вам
развода не дает, и вдруг кто-то его убивает. В гараже, то есть в собственной
квартире, заметьте, раз гараж тут же, рядом с
холлом. Незадолго до этого события Латышев попадает в психбольницу, его
обнаружил милицейский патруль, он вышел из
леса без документов, с пробитой головой и ничего не мог сообщить о себе. Полная
амнезия. Только его из больницы
выписали, как тут же и убили. А вы через несколько часов после этого появляетесь
в его доме.
- Не в его доме, а рядом с подъездом, где он живет. Я не понимаю, куда вы
клоните...
- Вы в совпадения верите? - спросил Николай Сергеевич, посуровев. - Лично
я - нет. Вашего мужа и Латышева
застрелили из одного и того же оружия. Возможно, один и тот же человек.
- Я вам все рассказала, - нахмурилась я. - Похожий на него парень следил
за мной, мы хотели с ним поговорить.
- Так все-таки хотели? О чем поговорить, Симона Вячеславовна?
- Ну... просто поговорить.
- Так он же ничего не помнит?
- Может, вспомнил бы.
- Ага. Очень интересно. А может, вы как раз и опасались, что он чего-то
вспомнит? - Слово "опасались" он
выделил, и я поняла, что от тюремной камеры меня отделяет один шаг. Однако
Николай Семенович повел себя загадочно. -
Идите, - сказал со вздохом и даже рукой махнул.
Дважды повторять ему не пришлось. Я выпорхнула из кабинета. Дядя Жора
прохаживался по коридору, поджидая
меня.
- Он меня подозревает, - схватив его за руку, зашептала я.
- Естественно, - кивнул дядя Жора с таким самодовольным видом, что мне
сразу захотелось его придушить. - Я бы
на его месте предположил, что ты хотела убить мужа и для этого наняла человека,
а когда он потерпел неудачу, на всякий
случай от него избавилась.
- Это вы так шутите?
- Шучу, конечно. Но в любой шутке есть доля истины. Уверен, именно так и
поступил настоящий убийца.
- И следователь считает, что убийца я?
- Да на здоровье, все это надо доказать.
- О господи. А если меня арестуют?
- Для этого тоже необходимо кое-что посущественнее догадок.
- Я восхищаюсь вашим хладнокровием. Слушайте, почему бы вам не вернуться
в свой Сургут? Вы смогли
убедить
...Закладка в соц.сетях
