Жанр: Детектив
Список донжуанов
Татьяна ПОЛЯКОВА
СПИСОК ДОНЖУАНОВ
Меня зовут Симона. Мой муж не дает мне развода и грозится убить. Похоже,
он не шутит. Иначе как объяснить
ночной визит двух молодчиков, которые связали меня и оставили на произвол судьбы
в пустой квартире? Как объяснить,
что меня столкнули с моста, в реку? А мчащаяся прямо на меня машина? А
незнакомец с пистолетом в руке? Да я бы давно
погибла, если бы не моя слегка чокнутая подружка Марья да парочка странных
типов, которых я зову "Георгий плюс
морячок". Но когда убивают моего мужа, а вся эта чертовщина продолжается, тут уж
становится не до шуток. Кто же так
страстно желает моей смерти? В конце концов, это даже неприлично, тем более у
меня совсем другие планы...
- Я тебя убью, - заявил мне супруг на прощание, а я ему не поверила.
Оказалось, зря. Послушать сумасшедшую, что в настоящее время таращила на
меня глаза, так муженек именно это
и задумал: укокошить меня. Ни много ни мало. Правда, во мне жила надежда, что
эта девица и впрямь сумасшедшая.
Однако кое-какие события...
Все началось полгода назад, то есть по-настоящему-то четыре с половиной
года, - именно тогда я вышла замуж.
Зачем, до сих пор не могу понять, добро бы гнал кто или влюбилась без памяти.
Ничего подобного.
Познакомились мы в мае (вот оттого, должно быть, я теперь и маюсь), я
возвращалась из бассейна, это добрых
пять остановок до моего дома. День не задался, настроение так себе, даже бассейн
его не улучшил. Троллейбусы
выстроились вереницей насколько глаз хватало: в очередной раз отключили
электроэнергию, маршрутки брали штурмом,
автобусы растворились на просторах города, как всегда в такое время, а тут еще
пошел дождь. Сначала мелкий, серенький и
холодный, потом грохнуло, небо рассекла огненная стрела, земля вздрагивала от
ударов, и дождь хлынул как из ведра.
Я укрылась на автобусной остановке, но все равно вымокла до нитки,
замерзла, начала клацать зубами, вводя
граждан по соседству в легкий трепет, и в конце концов решила ехать на такси,
предварительно проведя ревизию кошелька.
Если повстречается хороший человек, до дома хватит, если нет, пробегусь немного
- все лучше, чем здесь мерзнуть. Я
отважно выскочила на дорогу, махнула рукой, и возле меня остановился "Мерседес".
Дверь распахнулась, я юркнула в
машину, сжавшись в комок, оттого что все-таки основательно вымокла.
Справедливости ради надо сказать, что в тот момент я не заметила ни марки
машины, ни тем более сердобольного
водителя. Видеть-то я его видела, но занимал он меня крайне мало, гораздо важней
был тот факт, что в кабине оказалось
тепло, от меня вроде бы даже пар повалил. Впрочем, это скорее всего
преувеличение.
- Замерзли? - поинтересовался мужчина, и я трижды кивнула, одного раза
было явно недостаточно, чтобы выразить
мои чувства.
Когда сидишь с синими губами, мокрые джинсы противно липнут к ногам, а с
волос капает, в голову не приходят
романтические мысли, ко мне, по крайней мере, точно. Поэтому я вовсе не пришла в
восторг, когда парень решил
познакомиться со мной.
- Как вас зовут? - спросил он с улыбкой, а я на всякий случай решила
присмотреться к нему.
Выглядел он неплохо. Я бы даже сказала - очень неплохо, и, если б я сама
в тот момент не походила на мокрую
курицу, выразилась бы еще определеннее: он здорово смахивал на мужчину моей
мечты. Тут я обнаружила, что сижу в
"Мерседесе", но вовсе не обрадовалась этому, а скорее разозлилась. Парень был
при всем параде, а я выглядела на двойку с
минусом. Да и на что мне мечта, которая через пять минут растворится за пеленой
дождя? Однако на вопрос надо было както
отвечать, и я ответила:
- Симона. - Именно так назвала меня мама. Не знаю, что ее сподвигло.
Большое ей за это спасибо. При знакомстве
у меня никаких проблем с темой для беседы, стоит только представиться,
Вот и сейчас парень поднял брови, вроде не поверив, переспросил:
- Симона? - И, разумеется, добавил: - Редкое имя. А меня зовут Сергей.
Как видите, ничего оригинального.
- Считайте, вам повезло, - заметила я. - Вот здесь остановите,
пожалуйста. - Я кивнула на автобусную остановку.
- Где вы живете? - спросил Сергей.
- Тринадцатый дом, - ответила я, извлекая кошелек из сумки.
- Я вас довезу до подъезда. Дождь, - пояснил он, точно извиняясь, и
улыбнулся шире: - Денег не надо.
- Как хотите, - нахмурилась я, с новой силой чувствуя себя мокрой курицей
и начиная ненавидеть за это Сергея.
Мы въехали во двор и возле моего подъезда влетели правым передним колесом
в люк канализационного колодца,
который никто не потрудился закрыть. Сергей то ли просто плохо видел, то ли ему
мешал дождь, то ли он увлекся
разглядыванием моей физиономии. Итог был плачевным: выбраться без посторонней
помощи "Мерседес" не смог.
Если бы машина не стоила кучу денег или я в тот миг не была чересчур
критична к своей внешности, то смело
решила бы: парень сделал это нарочно, но тогда лишь хмуро изрекла:
- Надо было высадить меня на остановке. Что вы измерены делать?
- Ждать, когда кончится дождь, - заявил он. Незаметно было, что
происшествие его сильно огорчило.
- Тогда всего доброго, - пожала я плечами, собираясь рвануть в
родной подъезд.
- А вы не могли бы проявить сострадание? - весело осведомился
парень. Подозрения, что в колодец он попал не
случайно, во мне лишь окрепли.
- Надеетесь, что я начну выталкивать вашу машину? - съязвила я.
- Что вы, всего лишь чашка кофе для неудачника.
Хватило бы тогда у меня ума вежливо отказать ему или сообщить, что
дома чудовищно ревнивый муж, и никакой
головной боли в настоящий момент не было бы, а также скверных перспектив и
прочих подобных радостей. Но врать я не
стала и отказывать тоже, пожала плечами и кивнула:
- Идемте.
Мы поднялись на второй этаж, я позвонила в дверь, видя, как
физиономия парня лишается сияющей улыбки. Не
знаю, с чего он взял, что в квартире мы будем одни. В любом случае с иллюзиями
надо расставаться легко.
- Мона, - послышался из-за двери мамин голос, - это ты?
- Я, мама, - бодро гаркнула я.
Дверь распахнулась, а физиономия Сергея вытянулась. Так случается
всегда, когда люди впервые видят мою маму.
В тот день мама оделась простенько: расшитый золотом халат красного
бархата, на голове розовый тюрбан с
павлиньим пером, в руках неизменный мундштук такой длины, что он больше походил
на копье. Сигарета отсутствовала,
мама не так давно бросила курить.
- Здравствуй, радость моя, - пропела мама, пропуская меня в
прихожую, и едва не хлопнула парня дверью по носу,
потому что видела она неважно, а очки принципиально не носила, решив, что они ее
старят.
Мама родила меня в сорок два года. Сейчас определить ее возраст было
совершенно невозможно. Я так даже и не
пыталась. Главное - успеть привыкнуть к маминому облику, который постоянно
менялся. И дело вовсе не в тряпках или
цвете волос. Мама первой занялась в нашем голоде пластической хирургией и
опробовала на себе все достижения в этой
области, - должно быть, поэтому ее облик упорно ассоциировался у меня с Майклом
Джексоном.
- Мама, это Сергей, - сказала я.
Мама насторожилась и уставилась в пространство. Я легонько
подтолкнула парня, а мама улыбнулась:
- Очень приятно. Вы друг моей дочери?
- Пока нет, но надеюсь стать им, - нахально ответил Сергей, но маме
это понравилось.
- Ну-ну, - пропела она. - На самом деле Мона несносная девчонка.
Хотите кофе?
- С удовольствием.
- Мама, Сергей подвозил меня на машине, на улице страшный дождь, и
он угодил в колодец.
- Господи помилуй. Ничего не сломал?
- Машина угодила, - поправилась я. Мама всегда требовала, чтобы я
четко выражала свои мысли.
- И что с машиной?
- Стоит под окнами.
- Вы уже знаете, что делать? - обратилась мама к Сергею. Тот с
готовностью кивнул.
- Переждать дождь.
- Разумно. Мона, приведи себя в порядок, а я пока займусь гостем,
Я прошла в ванную и критически уставилась в зеркало. Мог ли человек
пожертвовать "Мерседесом", если мои
волосы свисают мокрыми прядями, нос слегка покраснел, а губы посинели? Неужто он
меня разглядел? А может - просто
чокнутый? Я включила душ погорячее и оставила глупые мысли.
К тому моменту, когда я вновь предстала перед Сергеем, мой облик
претерпел кое-какие изменения. Я не
собиралась потрясать его воображение, чтобы он, чего доброго, не решил, что я
хочу ему понравиться. Напротив, в бежевом
домашнем платье и с двумя косами я выглядела мило и уютно. По крайней мере, я на
это рассчитывала. Сергей, увидев
меня, заметно поглупел, что в общем-то меня не удивило, особенно если учесть,
что к тому моменту мама успела показать
ему нашу квартиру. На людей это действует всегда одинаково: они впадают в
задумчивость. У нас нет столовой или, к
примеру, гостиной - просто комнаты (их пять); четыре соответствуют маминым
настроениям, пятая - моя, и маму я туда
дальше порога не пускаю, потому что она сразу начинает что-то переставлять и
совершенствовать. Одна мамина комната
сплошь розовая, шторы с рюшами, мягкие игрушки, салфеточки и цветочки в горшках;
вторая черная, вместо люстры
четыре гигантские свечи в напольных подсвечниках. В этой комнате хорошо бы
смотрелся гроб. Слава богу, мама до этого
не додумалась. Третья комната напоминала аквариум, а четвертая - сугроб, в ней
сейчас сидел Сергей в компании мамы,
пил кофе и непроизвольно ежился.
- Он занятный, - кивнув на него, сообщила мама. - Современные
молодые люди по большей части скучны, а этот
занятный.
Мама поднялась и выплыла на кухню, где через мгновение чем-то
загрохотала. Мама обожала готовить, но зрение
в последнее время часто подводило ее.
Сергей вздохнул, покосился в ту сторону и спросил:
- А кто твой отец?
Вопрос, по-моему, к данной ситуации не имел никакого отношения, но я
ответила, раз уж ему так интересно:
- Папа умер, когда мне было три месяца. Или четыре. Мама постоянно
путает.
- Ага, - кивнул Сергей. - Значит, ты с мамой живешь?
С какой стати он принялся мне тыкать, ума не приложу, но возражать я
не стала, раз ему так удобнее, зато
сообщила:
- Дождь кончился.
- Что? А... Действительно.
Минут через десять он нас покинул. А еще через пятнадцать выбрался
из колодца. В этом я убедилась, выглянув в
окно. Через полчаса он позвонил, а на следующий день встретил меня возле
университета. Через три дня он рассказал мне
историю своей жизни, через пять поклялся в любви, через неделю познакомил с
бабушкой (его родители умерли), а через
две предложил выйти за него замуж. Всерьез это предложение я не рассматривала до
тех самых пор, пока мама, выслушав
мой рассказ о происходящем, туманно не изрекла, раскладывая пасьянс:
- Вполне подходяще... Надо же когда-нибудь начинать.
- Что? - насторожилась я.
- Что "что"? - переспросила мама, оторвав взгляд от карт.
- Что начинать?
- Жить, разумеется.
- А что, по-твоему, я делаю сейчас?
- Сейчас у тебя не жизнь, а сплошное ребячество. Иди замуж. Сергей
вполне для этого годится. Богат, ни жены, ни
детей, самостоятелен, свекрови и той не будет. Поверь, это большая удача. Он
старше тебя на восемь лет - не много и не
мало. В общем, в самый раз. И я отдохну от забот, - добавила мама. - Иди замуж,
Мона.
И я пошла. Смена фамилии не повлекла за собой особых перемен в моей
жизни. Правда, я переехала в новую
квартиру, по площади равную пяти маминым, хотя и мамина казалась мне чересчур
большой. Я попробовала сама
управляться по хозяйству, но кончилось тем, что мы взяли домработницу. Днем,
после университета, я бежала в бассейн,
затем возвращалась домой и ждала Сергея с работы. Работал он много, дома
появлялся около восьми, обычно вез меня в
ресторан, где мы и ужинали. В выходные, как правило, мы куда-нибудь
отправлялись, чаще всего на природу. Лето сменяла
осень, осень - зима, жизнь двигалась стремительно и, на мой взгляд, без особого
толка. Но Сергей считал иначе, а так как у
меня просто не было повода выражать недовольство, то я с ним соглашалась.
Думаю, мы были образцовой парой. Случались, правда, редкие ссоры, в
основном из-за моих подруг. Сергей
считал, что я слишком много времени провожу с ними. Я принимала покаянный вид,
хотя в душе была с ним не согласна.
Прежде всего, не так уж много времени я им уделяла, а потом, с кем же мне еще
проводить досуг, если муж постоянно на
работе?
Первая серьезная ссора произошла по окончании мною университета.
Сергей и слышать не желал о том, что я
пойду работать. Спрашивается, для чего ж я пять лет училась? С моей точки
зрения, логика у мужа отсутствовала начисто.
Но у него и тут было свое мнение. Он заговорил о детях, о тихой пристани,
каковой виделась ему наша семья, и о прочем в
том же духе. Картинка, нарисованная им, не показалась мне особенно
привлекательной, но я честно пыталась
соответствовать и даже научилась варить борщ и вышивать крестиком. На это ушло
еще четыре месяца нашей совместной
жизни.
И вот однажды дождливым мартовским днем мне позвонил муж. Как
всегда, он справился о моем самочувствии,
поинтересовался, чем я занята, и сообщил между делом, что у него совещание,
которое продлится часов до семи, поэтому
он, скорее всего, задержится. Повесив трубку, я вспомнила, что не спросила у
него про деньги. Дело в том, что именно в тот
день мне надлежало заплатить за теннис (теперь я и в теннис еще играла; а что
делать, если времени - пруд пруди), но денег
в шкатулке, где я их обычно брала, не оказалось, что несколько меня удивило. Я
считала шкатулку неиссякаемым
источником.
Чертыхнувшись, я задумчиво набрала номер мужа. Его секретарша, не
узнав меня, так как я по рабочему телефону
звонила редко, поведала, что "Сергея Ивановича сегодня не будет". Я извинилась,
положила трубку и задумалась еще
больше. Ситуация показалась мне странной, хотя в тот момент я была далека от
подозрений и просто перезвонила мужу на
мобильный. Он заверил, что свяжется с клубом и уладит вопрос, извинился, что
забыл про деньги, и пообещал вернуться
домой сразу после совещания, ни секунды не задерживаясь. Теперь ответ секретарши
виделся мне так: Сергей не хочет,
чтобы его отвлекали от важных дел, вот она и говорит, что на рабочем месте он
отсутствует. Я спустилась в гараж за своей
машиной, но в ней не оказалось бензина. Хорошо, что я заметила это почти сразу,
оставила ее в гараже, а в клуб поехала на
такси.
В общем, к открытию меня привела череда случайностей. Мы выезжали на
Садовую, когда впереди я увидела
машину мужа. Допустить, что он ее кому-то доверил, я не могла: он только что
сменил "Мерседес" на "Лексус" и трясся над
ней, точно над младенцем. В том, что муж никогда не врет и в настоящее время
проводит совещание, я ничуть не
сомневалась, поэтому избрала третий вариант. Нашу красавицу попросту угнали.
Поэтому я попросила таксиста поднажать,
а сама позвонила Сергею.
- Где твоя машина? - пролепетала я.
- А в чем дело? - перепугался он.
- Ты на совещании?
- Разумеется.
- А машина на Садовой.
- Не может быть. А ты где?
- Еду за ней.
- Но я тебя не вижу, - ляпнул он, что в общем-то не было
удивительно. С моей точки зрения, муж умом не блистал,
хоть и умудрился заработать миллионы.
- Как ты меня можешь видеть, если ты сидишь в своем офисе? -
ответила я вопросом на вопрос.
Супруг заметался по городу. По тому, как судорожно передвигался
"Лексус", стало ясно, что за рулем сидит Сергей,
а на сердце его печаль или что-то похуже: блондинка или брюнетка в соседнем
кресле. Признаться, в тот момент мне было
смешно, ситуация просто анекдотическая. Он пытался уйти, да беда в том, что даже
не догадывался, от кого надо удирать. Я
бы на его месте свернула в старый город и здесь, на тихих улочках, где движения
практически никакого, быстренько засекла
старенький "Вольво", на котором я в настоящий момент передвигалась за ним. Но
супруг точно ополоумел, несся по
городу, пытаясь оторваться, нарушая правила и не реагируя на светофоры. В конце
концов ему это удалось, он скрылся с
глаз, к крайней досаде водителя "Вольво", который оказался человеком азартным. А
через двадцать минут муж уже бодро
рапортовал:
- Солнышко, машина стоит под окнами, ты ничего не путаешь?
Хоть бы головой подумал, чего тут путать, если его "Лексус" один
такой во всем городе? И зрение у меня хорошее,
да и память неплохая, то есть номер машины мужа я вполне способна запомнить.
Я попросила таксиста остановиться возле универмага и задумчиво
изрекла:
- Мне кажется, муж мне изменяет.
- Необязательно, - отозвался водитель, - всякое бывает. Вот я
однажды...
Далее последовал рассказ минут на пятнадцать. Выслушав дядьку, я
поняла, что он ничуть не умнее моего мужа,
достала из кошелька последние сто рублей и протянула ему.
- Извините за хлопоты. Больше денег у меня нет, но, если хотите
заработать, приезжайте завтра в девять утра на
Лебяжью, дом пять. Я там живу.
- Зачем приезжать? - насторожился он.
- Мужа ловить будем. Двести баксов в день. Подойдет?
Дядька хлопнул ресницами и спросил:
- Зачем его ловить?
- Чтобы поймать, - вздохнула я и пошла бродить по городу, строя
планы грядущей военной кампании, пребывая в
подозрительно хорошем настроении и гадая: явится дядька или нет?
Дядька явился за пятнадцать минут до указанного времени и едва все
не испортил, чуть не столкнувшись с
отъезжающим на работу мужем.
Надо сказать, что совещание накануне закончилось рано, потому что
уже в 18.15 муж был дома и звонил мне с
намерением выяснить, где я. Я была неподалеку, объяснила, что возвращаюсь
пешком, потому что не имею денег на такси.
Муж бросился навстречу. Мы разминулись и с трудом нашлись, а когда сие
свершилось, Сергей нервно начал
пританцовывать рядом и первым делом заявил, что я его очень напугала. С чего это
я вообще решила, что видела его
машину? Я напустила в глаза задумчивости и после длительных размышлений изрекла:
- Мне показалось, что это она.
Вечером мы остались дома. Сергей был ласков более обыкновенного,
упоминаний о машине избегал и первым
делом заполнил шкатулку деньгами.
А в девять утра я начала охоту за ним. Дядька, звали его Николай
Васильевич, выглядел хмурым и даже
несчастным. Пришлось показать ему двести баксов. Он повеселел, но день не
задался, в том смысле, чтобы порадовать
результатом. Дядька внял голосу разума и за "пустые" дни брал по сто баксов.
В выходные мы с мужем отправились к друзьям, где чудно провели
время. Я поведала ему о своей любви, он был
счастлив. По крайней мере раз двадцать сказал об этом к месту и не к месту,
провозгласил тост за самую прекрасную
женщину и полез целоваться. Словом, совершенно успокоился, оттого, наверное, и
предпринял уже во вторник очередную
вылазку.
В 16.30 он покинул офис, подъехал к зданию на Гончарной, откуда тут
же выпорхнула девица в джинсах. Николай
Васильевич посмотрел на нее и изрек:
- Он спятил.
- Я тоже так думаю, - согласилась я, но врала, потому что своими
мыслями на этот счет делиться не хотела.
Муж повез подружку в панельный дом на улицу Кирова, где пробыл один
час двадцать минут. На следующий день
я вооружилась фотоаппаратом и уже практически с ним не расставалась.
Вскоре выяснилось, что жизнь мужа чрезвычайно насыщена женщинами,
хотя и довольно однообразна. Он часто
посещал сауны, боулинг и казино, умудряясь максимум в девять быть дома. Когда он
наживал свои миллионы, оставалось
только гадать.
Через месяц у меня набрался солидный альбом фотографий, который я
соответственно оформила: проставила даты
и места встреч, а также адреса, где состоялись свидания. Получилось красиво.
Надо признать, что я была занята в то время не только альбомом. Я
отремонтировала бабушкину квартиру, которая
досталась мне по наследству и которая лет двенадцать пустовала, потому что у
мамы не доходили до нее руки. Чувствуя за
собой вину и, должно быть, стыдясь, муж охотно снабжал меня деньгами, не
спрашивая, куда я их трачу. А я, чтобы не
зародить в его душе сомнений, время от времени сообщала то о новой шубе, то о
новом колечке с сережками. Муж
радовался. При этом он совершенно был не в состоянии отличить старую шубу от
новой, когда я хвалилась покупками. Однажды
я сунула ему под нос кольцо, которое он подарил мне на свадьбу.
- А у тебя не было похожего? - робко спросил он.
- Будет пара. Сейчас модно.
Сергей вновь настойчиво заговорил о ребенке, но к тому моменту
компромат был собран, ремонт в квартире
закончен и деньги на первое время отложены. Все это позволило мне покинуть
квартиру налегке. Я перевезла кое-какие
вещи и позвонила мужу.
- Сережа, я ухожу. Ключи оставила на кухне, ключ от моей машины
висит в гараже на гвоздике, документы на
машину в секретере.
- Куда ты уходишь? - не понял он.
- Пока не знаю. Вряд ли я буду жить у мамы.
- Подожди, я ничего не понял, - забеспокоился он.
- Я от тебя ухожу, - терпеливо повторила я. Лучше от этого не стало,
вместо одного вопроса он задал десяток.
Пришлось объяснить. - Ты меня давно не любишь, изменяешь мне с двенадцатью
девушками одновременно. Мне это не
нравится, и я ухожу.
- Ты что, с ума сошла? - возопил он.
- Нет. Я бы сошла с ума, если бы осталась. Прощай.
Я повесила трубку и поехала к маме.
- Я развожусь с мужем, - сообщила я ей от порога.
- Мне он никогда особенно не нравился, - отозвалась мама.
- Да? А кто мне советовал выйти за него замуж?
- Ты отлично устроилась, закончила учебу, приобрела опыт семейной
жизни. Разве нет? - На это мне возразить
было нечего. - Мне тогда постоянно тревожные сны снились, - продолжила мама,
тяжко вздохнув. - Будто ты выскочила
замуж за нищего лейтенантика, совсем как я в молодости. Он увез тебя в какую-то
Тмутаракань, ты носила воду из колодца,
топила печку... а ребеночек-то как надрывался... По-моему, у него была грыжа.
- Какой ребеночек?
- Мой внук, естественно. Или внучка. Во сне об этом ни слова. Я чуть
с ума не сошла. Слава богу, тут подвернулся
этот тип, твой муж.
- Он мне изменял.
- Все мужчины мерзавцы. Разве я тебе не говорила? Ты очень
расстроена?
- Не очень, - честно ответила я.
- Вот видишь, - обрадовалась мама. - Представь, что ты вышла не за
Сергея, а за молодого человека, которого
любила, а он тебе изменил. Ты бы сейчас места себе не находила, возможно,
помышляла бы о самоубийстве, совсем как я в
молодости, когда твой отец меня бросил.
- Он же умер?
- Умер. Но сначала бросил. Короче, тебе повезло, - заключила мама.
- Да я и не спорю, - пожала я плечами.
Тут в дверь позвонили, и мы немного занервничали, потому что стало
ясно: это мой муж.
- Тебе ни к чему с ним встречаться, - сказала мама, я кивнула и
сунула ей в руки альбом. - Это что такое?
- Компромат. Чтоб не вздумал отнекиваться.
- Я должна сейчас его отдать? Мне же интересно взглянуть.
- У меня есть второй экземпляр, - заверила я ее и укрылась в своей
комнате.
Дальше пороги Сергея не пустили.
- Молодой человек, вы мерзавец и обманщик, - заявила мама, вручила
ему альбом и добавила: - Чтобы ноги вашей
не было в моем доме... - И захлопнула дверь.
Сергей предпринял героические усилия, чтобы связаться со мной, ряд
его попыток увенчался успехом. К примеру,
на второй день он смог до меня дозвониться из-за некоторой потери бдительности с
моей стороны.
- Ты что, с ума сошла? - начал он весьма эмоционально.
- Нет, - ответила я, потому что признаков сумасшествия у себя не
наблюдала.
- Что ты вытворяешь? Тебе не стыдно? Ты за мной шпионила. Какая
гадость.
- Это точно, - согласилась я. - Шпионить - гадость, согласна, а
изменять жене - это что, по-твоему?
- Люди из-за этого не разводятся.
- А я не из-за этого. Я из-за того, что муж меня больше не любит.
- Ерунда какая. Я тебя люблю. Даже больше, чем в день нашей свадьбы,
если хочешь знать.
- Тогда я вовсе ничего не понимаю.
- А что тут понимать? - взревел он медведем.
- Зачем тебе все эти девушки? - проявила я интерес, потому что
разговор против воли увлек меня.
- Это не девушки, - рявкнул муж, - это шлюхи.
- Какая разница, - не поняла я.
- Это не имеет к тебе никакого отношения, - поставил меня в тупик
супруг очередным ответом.
Через неделю мы встретились в присутствии моей мамы. Мама Сергея
принципиально игнорировала и даже села к
нему спиной. Муж просил меня вернуться и предпринял попытку встать на колени,
чему я воспротивилась, а мама так
просто заявила: "Шут гороховый", отбив у него охоту к спецэффектам. На мой
настойчивый вопрос: "Если у нас любовь,
при чем здесь девушки?" - он отвечал невразумительно, часто сбивался на фразу
"все так живут", обещал впредь хранить
мне верность до гроба, но выглядел при этом неубедительно.
- Лицемер, - сказала мама, и я с ней согласилась.
После этой встречи жизнь моя стала чрезвычайно насыщенной. Я перешла
на осадное положение. Через две недели
мы встретились вновь. Я надеялась, что Сергей согласится на развод, но надежды
были напрасны. Он настоял, чтобы я была
одна, "без своей сумасшедшей мамаши", как он выразился, а я настояла на том,
чтобы встреча произошла в кафе, дабы муж
держал себя в руках И не занимался ерундой (его попытка бухнуться на колени
слегка меня разволновала). Итак, мы
встретились, и в первые же пять минут я лишь укрепилась в своем решении
развестись с ним раз и навсегда,
- Ты чокнутая, - начал он возмущенно. - Чего тебе не хватает, скажи
на милость?
Я растерялась. Ответить на этот вопрос было не так легко. Если
честно, мне всего хватало, даже с избытком, но
развестись захотелось еще больше.
- Мы говорим не о том, чего мне хватало или нет, а о твоих изменах,
- скромно сообщила я.
- Это не измены, - заявил он, в очередной раз вызвав мое
беспокойство за его разум. - Измена, это когда заводят
любовницу, когда любят другого человека, понимаешь? А я люблю только тебя.
- Хорошо, - кивнула я, пытаясь приноровиться к его логике. - Тогда я
продолжу любить тебя, но жить буду с кемнибудь
другим.
- Не говори глупостей, - отрезал он,
...Закладка в соц.сетях
