Жанр: Детектив
Вкус убийства
...м и остановившимся взглядом. Толик с
засученными рукавами, с бильярдным кием в руке. Его искусственная невеселая улыбка, его
горячее дыхание на ее шее, рисунок, приколотый к кульману. Агна, растянувшаяся на полу,
ее загорелая босая нога, тапочка посреди прихожей.
- Почему ты сразу решила, что это я? - простонала Таня, не поворачивая головы. - Я
же тебе сказала, что у меня живет гостья!
- Она блондинка и на ней были твой халат и тапочки! - плаксиво возразила Ксения. -
Интересно, чего ради она ходила в твоих вещах?
- Да потому, что свои у нее сушились на балконе. Они и сейчас там.
- Что теперь будет? - причитала Ксения. - Это какой-то кошмар, скоро нас всех
поубивают! Тебя хотя бы ограбили? Почему они сюда вломились? Есть хоть какая-то
нормальная причина? Ты не заметила, они ничего не взяли?
Этого Таня еще не знала. На первый взгляд из квартиры ничего не пропало. Но оценить
все до мелочей она могла только после ухода следственной группы. Когда в комнатах
толчется столько народу...
Ей вспомнилось, что этот вопрос ей уже приходилось решать. "Вас ограбили? Что у вас
пропало?"
"Ничего, - подумала она. - Тогда не пропало ничего. За исключением одежды Стаса,
самой лучшей, самой дорогой. И я до сих пор не знаю, куда все это делось. Не пропало
ничего, кроме его паспорта, который до сих пор находится в руках убийцы.
Кроме ключей - и теперь в мой дом входит кто попало. Ничего не пропало. Пропало
все".
- Если тебя и теперь не ограбили, то он просто маньяк! - все тем же плачущим голосом
заявила Ксения. - И вообще ему все равно, кто подвернется под руку. Он мог убить и меня,
если бы я тут оказалась.
- Тебя? - Таня резко повернулась к подруге и села. - Тебя - вряд ли.
- Это почему?
- Да потому, что ты брюнетка и совсем на меня не похожа.
Ксения застыла с приоткрытым ртом. Она как будто хотела что-то возразить, но не
могла. Таня и сама не знала, откуда у нее взялась эта идея. Она помнила, что, как только
вошла в свою квартиру и увидела тело на полу, ее первой мыслью было: "Здесь должна была
лежать я". Ксения приняла Агну за Таню. Соседи, которые заглянули в дверь, тоже не
опознали труп, а ведь прожили рядом пять лет. Если тот, кто пришел сюда и отпер дверь,
никогда не видел Таню и не имел на руках ее фотографии, он вполне мог решить, что перед
ним появилась хозяйка квартиры. Блондинка в халате и в домашних тапочках. Она была одна
и ничего не успела сказать. Он зарезал ее, не задав ни одного вопроса.
- Ты считаешь, что убийца искал тебя, но перепутал с Агной? - спросила Ксения.
Слова давались ей с трудом. В это время дверь комнаты приоткрылась и женский голос
попросил запереть за ними входную дверь. Таня дернулась было с места, но Ксения ее
опередила. Она взяла ключи и вышла, приказав Тане лежать. Но та ее не послушалась.
Первым делом она добралась до телефона и набрала домашний номер Виталия. Во время
последнего визита он рассекретился и дал ей этот номер. Как видно, парень всерьез за нее
испугался.
- Алло? - произнес сонный женский голос, слишком молодой, чтобы принадлежать
матери Виталия.
Таня сказала, что ей срочно нужно поговорить с Тимошиным по важному делу. На
другом конце провода отчетливо зевнули и сказали, что попробуют разбудить. Она ждала не
долго, и голос у Виталия был совсем не сонный.
- Кто говорит?
- Это я говорю, - сказала она и выдержала паузу, чтобы он ее узнал. - Сегодня ты
упустил потрясающую возможность встретиться с убийцей.
Он приехал в четвертом часу ночи. Таня только что закончила рассказывать Ксении
свои вечерние приключения. Ксения провела это время, ползая по квартире с тряпкой и
двигая за собой ведро с мыльной водой. Она затирала все следы случившегося.
Начала она, естественно, с крови. Собственно говоря, подругам никто четко не сказал,
можно тут убираться или нет. Но Ксения твердо заявила, что не будет ночевать в квартире с
таким пятном.
Алеша явился, едва из квартиры ушли последние представители закона и порядка. Он
давно был наготове. Он привел бы с собой и тещу, которая изъявила желание морально
поддержать соседку. Но Таня сказала, что это уже лишнее. Тем более, что женщине на
другой день было нужно рано вставать.
Алеша выполнял немаловажную роль. Он открывал дверь на звонки и прогонял
любопытных соседей.
Все желали знать, чем закончился визит милиции и кого, в конце-то концов, убили?
- Прочитаете в "Московском комсомольце", - грубо говорил Алеша и захлопывал
дверь.
Некоторых, особо упорных, приходилось буквально выпихивать из дома. Он сделал
исключение только для парня с десятого этажа, своего знакомого. Тот пришел с бутылкой и
куском копченой колбасы.
- Подежурим? - спросил он, заманчиво помахивая принесенными дарами.
- А что? - задумался Алеша, после чего тщательно запер дверь и отвел приятеля в
кухню.
Там они и коротали время, обмениваясь личными соображениями по поводу
случившегося. Женщины к ним не заглядывали. Они расположились в комнате.
- Значит, этот гомик тут ни при чем? - Ксения задумчиво смотрела на подругу. - А я
бы поклялась, что он виноват. Но мы еще не расспросили соседку Валеры.
- Зачем? Что ты хочешь от нее услышать? Тебе мало того, что рассказал художник?
- Да любой нормальный человек проверился бы на СПИД, прежде чем бросаться из
окна! - воскликнула Ксения. - Это просто ужасно, это в голове не укладывается. Ведь он был
здоров.
Таня сказала, что Ксения, конечно, может продолжать свое собственное расследование
смерти Валеры, но для нее тут все ясно. И она в этом больше не участвует.
- Значит, рухнула твоя версия? - сощурилась Ксения. - Ты ведь считала, что всех
погубила одна и та же дама? Блондинка!
- О которой, кстати, я впервые услышала от тебя, - парировала удар Таня. - Да, в
случае с Валерой мы промахнулись. Дама тоже была, но более юная и совершенно особого
пошиба... Наталья не похожа на профессиональную проститутку. Может, и была ею
когда-то, но давно. Не два месяца назад. Так что тут Наталья точно ни при чем.
- Но ты по-прежнему веришь, что она застрелила Юрку и его сестру? - въедливо
спросила Ксения. - И что твой муж погиб тоже из-за нее?
- Мой муж, - прошептала Таня. - Этого я не знаю. Если бы ты могла ее опознать!
Рядом со Стасом ее видела только ты. И еще Саша. Но ведь Наталья - его любовница. Он
узнал бы ее рядом со Стасом. Значит, он видел другую женщину. Кого же видела ты?
Ксения покачала головой:
- Смотри, милая... Твои версии рассыпаются на глазах. Уж не бралась бы ты за это
дело! Есть люди, которым за это зарплату платят, они специальное образование получили...
- А вот один из них и приехал на сверхурочную работу, - перебила ее Таня, услышав
звонок в дверь.
Это в самом деле оказался Виталий. Он схватил Таню за плечи и тряхнул, едва успев
переступить порог:
- Если опять, на хрен, пустяки...
- Да так, пустячок, - кивнула Таня. - Вот на этом месте час назад была лужа крови. А
два часа назад лежала Агна. Ее зарезали.
Из кухни выглянули парни. Они стояли в таких позах, что сомнений не оставалось:
если Таня подаст знак, Виталию придется туго. И она заставила себя расслабиться. "В конце
концов, он-то не виноват! - Таня видела, как растерян Виталий. - Точнее, виноват в том, что
бросил нас, не приехал после работы... Но опять же он не обязан это делать. Я сама дура.
Надо было менять замки".
- Знакомьтесь, - сдержанно сказала она, - Виталий - помощник следователя. А это мои
друзья.
- Водки выпьешь? - спросил сосед с десятого этажа. - Заходи, мы давно уже сидим.
Таня очень бы удивилась, если бы Виталий отказался от выпивки и закуски. Ничто его
не успокаивало больше этого. А он, очевидно, нуждался в чем-то успокоительном. Выпив, и
закусив, он впервые осмелился поднять на Таню глаза. Женщины на этот раз
присоединились к парням. На кухне стало тесно - все пятеро еле уместились за столом.
- Как это вышло? - спросил Виталий. - Когда?
Таня не ответила ни слова, предоставив инициативу подруге. Та рассказала все
довольно толково и немногословно. Узнав, что Виталий - помощник следователя, она
отбросила эмоции в сторону и говорила только о деле.
- Таня считает, что Агну убили только потому, что перепутали с нею, - закончила она
свой рассказ. - А вы как считаете?
- Никак, - ответил Виталий и потянулся за бутылкой. - Честно говоря, в пятом часу
утра я ничего не считаю. Давайте допьем это, а у меня есть еще.
Парни встретили его сообщение одобрительными возгласами: "Не пропадем!",
"Продержимся!", "Молодец, Витя!". Виталий расстегнул куртку и осторожно вынул оттуда
бутылку, завернутую в белые листы плотной бумаги. Тане даже показалось, что это
материалы из какого-то дела.
- Ты что, постоянно носишь с собой водку? - презрительно спросила она. - Теперь
понятно, почему у нас такая низкая раскрываемость уголовных дел!
- Не у вас, а у нас, - спокойно поправил ее Виталий и налил водки всем, даже
женщинам, которые до сих пор не пили. Ксения как-то застенчиво подняла рюмку:
- Не знаю, за что выпить. Может, за Таньку?
Она вроде бы как заново сегодня родилась. Грех радоваться при таком раскладе... Или
Агну помянуть?
- Мы уже помянули, - заметил Алеша.
- За Татьяну! - провозгласил сосед, который Агну не знал вовсе, и потому ее смерть
его нисколько не впечатлила. - За Таню! Теперь она у нас долго жить будет!
- Давайте в самом деле за Таньку, - согласился с ним Виталий; он по-прежнему
старался не смотреть на Таню. - Давайте выпьем за то, чтобы она все это выдержала.
Таня к водке не прикоснулась. В ней медленно закипала ярость. Разве за этим она его
позвала? Она рассчитывала, что он хоть что-то ей скажет, хоть как-то поддержит. А вместо
поддержки он ставит на стол поллитровку и предлагает выпить за то, чтобы Таня все это
выдержала.
- Почему я все время связываюсь с алкашами? - Она встала и гневно посмотрела на
присутствующих. - Все, банкет окончен! Кто пришел сюда выпить, валите по домам! И ты
тоже! - Она дернула Виталия за рукав кожаной куртки:
- Вали отсюда, я сказала! Выпить можно и дома. Тут только что человека убили.
- Скажи еще, что из-за меня убили, - все так же спокойно ответил он. - Скажи, что я
виноват.
- И ты тоже!
- Почему это?
Таня ничего не ответила. Она вышла из кухни и захлопнула за собой дверь. Убежав в
дальнюю комнату, ничком упала на диванчик и разрыдалась.
- Я не выдержу! - шептала она, задыхаясь. - Я рехнусь, меня зарежут, я не знаю, что
будет завтра, я ничего не знаю, я не могу больше жить!
Кто-то давно уже сидел рядом и крепко держал ее за плечо. Молча. Ксения? Она бы
первым делом заговорила. Таня искоса взглянула на своего утешителя и прорычала:
- Я тебе уже сказала - убирайся!
- Я уйду, - пообещал он. - Но ты сперва должна кое на что посмотреть. Узнаешь?
Таня увидела перед собой белый лист бумаги. И на нем с правой стороны - чью-то
фотографию. Точнее, не фотографию, а ксерокопию снимка. С левой стороны тянулись
четкие строчки. Она прочитала: "Число, месяц, год рождения - 4 декабря 1979 года, место
рождения - город Москва..."
- Что это такое? - спросила она;
- Посмотри на снимок. Я знаю, что ксерокс плохой. Но может, ты его узнаешь?
И она, конечно, узнала его.
- Это Денис! - воскликнула она, тыкая пальцем в изображение. - Где ты это взял?
- Нет, милая, - со спокойным торжеством ответил он. - Это не Денис.
И подсунул ей другой листок. Это тоже была ксерокопия, и, как Таня уже поняла,
ксерокопия паспорта. Там значилось, что паспорт выдан Фахрутдинову Геннадию
Раулевичу.
- Он назвался чужим именем? - прошептала она. - Но тем более, как ты это нашел?
- Значит, опознала? - осведомился он и тут же отнял у нее ксерокопии. - Прекрасно.
Взгляни еще и на это.
Виталий предъявил ей еще одну ксерокопию. Но на этот раз она была сделана с
паспорта женщины, которую звали Пашкова Наталья Семеновна. С фотографии, которая
вышла очень плохо, на Таню глядела Наталья. Таня только и нашла в себе силы кивнуть.
Голос ее оставил.
- Ее ты тоже узнала? - осведомился Виталий. - Прекрасно.
- Но как ты...
- Вот так!
Он показал ей еще один лист. Там значилось только одно: "Дети: Фахрутдинов
Геннадий Раулевич. 4 декабря 1979 года".
Он искренне наслаждался ее изумлением. А Таня и правда смотрела на него как на
высшее существо.
Она забыла все свое возмущение, всю свою злость.
От него пахло водкой - ничего не поделаешь. И он опустошал ее холодильник, и лез в
постель, и хамил, если был не в духе, и засадил в кутузку Агну, и не спас ее, когда пришел
убийца... Но Виталий нашел его. Виталий хотя бы его нашел.
- Ее имя, адрес и телефон были у твоего друга Саши, - пояснил Виталий, аккуратно
укладывая листы в прозрачную оранжевую папочку. - Почему-то у него в записной книжке
все было записано полностью, вплоть до отчества. Обычно так не делается, верно? Особенно
когда речь идет о любовнице. Думаю, она не давала ему этих сведений.
Наверняка он заглядывал в ее паспорт. Это и понятно - привел в дом женщину с улицы,
решил поосторожничать.
Виталий коротко рассказал, что навел справки в том УВД, которое хранило данные о
Наталье Пашковой. Она была прописана по этому адресу. После некоторых усилий Виталий
получил ксерокопию ее паспорта, которая хранилась в УВД. Просмотрев все записи до
последней буквы, он обратил внимание на два пункта. Первое - Наталья давным-давно была
разведена с мужем, Фахрутдиновым Раулем. От этого брака у нее имелся
девятнадцатилетний сын Геннадий.
- Я задумался насчет его возраста. Подумал, мог ли он быть брюнетом? С такой
фамилией - попадание пятьдесят процентов. Наталья-то блондинка. Тогда я наудачу
попросил и его ксерокопию, - почти весело рассказывал Виталий. - Он тоже там прописан, в
однокомнатной халупе. Когда я увидел снимок, то чуть не закукарекал. Ну, ты ведь тоже
видишь, кто это такой?
- И теперь ты его арестуешь? - Таня вскочила с диванчика. - Теперь-то все кончено?
- Не торопись, Танечка. Боюсь, что все только начинается, - сказал Виталий.
Он больше не веселился, и голос прозвучал устало. Таня наконец увидела, какие тени у
него под глазами. Впервые ей пришло в голову, что она вытащила человека из постели среди
ночи. И он приехал по первому зову - даже не спросив, что случилось. Ему было достаточно
того, что она его позвала. "А ведь на работу ему, как всегда, спозаранку. - Таня
почувствовала настоящие угрызения совести. - Это он имеет право устраивать сцены, а не я!
Кто я ему такая? Родственница, любовница? Никто. Просто свидетель и возможная жертва!"
- Ложись и спи. - Она встала и взбила подушку. - Я посижу с ребятами. Да, постой! Ты
можешь показать Ксении снимок Натальи?
- Зачем это? - поинтересовался Виталий, с трудом подавляя зевоту.
Он уже принялся расшнуровывать ботинки. Тани он совсем не стеснялся. И вообще вел
себя так, будто пришел домой после тяжелой ночной смены.
- Мне интересно, опознает она ее или нет? Я думаю, что они виделись.
Виталий сказал, что разрешает это сделать. Но без каких бы то ни было объяснений. И
только из его рук.
- Или та самая женщина, или очень на нее похожа! - авторитетно заявила Ксения,
внимательно изучив снимок. - Я так и думала, что ее найдут.
Глава 18
Все эти дни Саша редко бывал дома. Он уезжал рано утром, наспех перекусив. Потом
обедал в городе, выкроив время между срочными делами, и возвращался, когда было уже
темно. Чем занималась в это время его любовница, Саша не знал. Не знали об этом и его
соседи, которые стали очень внимательно следить за ним, с той самой ночи, когда весь дом
пропах гарью, а на закуску появилась милиция. Сашина квартира приобрела нехорошую
репутацию. Когда он проходил мимо женщин, сидевших на лавочке у подъезда, то слышал
пугливые обрывки фраз: "Притон... Подожгли... Без прописки прожила пять лет..."
Саша не оборачивался и шел прямо к своей машине, хотя раньше всегда здоровался.
Звеня ключами, отключая сигнализацию, он чувствовал, как его сверлят взглядами. Это было
неприятно. Он выезжал со двора на слишком большой скорости и один раз слегка помял
крыло машины о железную оградку газона. Это прибавило ненужных расходов и убавило
оптимизма. Вообще, Саша должен был себе признаться, что многое пошло наперекосяк. И
виноват в этом был не кризис. Как ни странно, но идея с поставками подержанной мебели из
Германии осуществлялась без сучка без задоринки. Первая партия должна была прибыть на
склад уже во второй половине ноября.
Да, дело было не в деньгах. И не в мебели. И не в пятне, прожженном на полу, - Саша
давно уже купил кусок подходящего коврового покрытия и самолично ликвидировал все
последствия пожара. Дело было в каком-то душевном неуюте.
"Неужели я хочу, чтобы Агна вернулась?" - спрашивал он себя. Трое суток уже
прошли, и он с замиранием сердца ждал, что девушка явится к нему за вещами. Сумки так и
стояли в углу комнаты. Никто к ним не прикоснулся. "Да нет, - возражал он себе. - Если она
придет, я выставлю ей вещи на лестницу и, пожалуй, дам денег на дорогу. И закончим на
этом!"
Дело было не в Агне. Совесть Сашу не мучила. Он считал, что сполна расплатился с
этой стервой за то, что она пыталась его убить. "Уж ее-то жизни ничего не грозило. Ее там
даже кормили, - говорил он себе и чувствовал, что против воли улыбается. Эта улыбка
пугала его. - Конечно, девчонку жалко, но она сама виновата. Не будет такой дурой! Так в
чем же дело?"
Он не понимал.
Саша стал хуже спать. Иногда среди ночи он вдруг открывал глаза, чувствовал, что
лежит в холодном поту, и никак не мог согреться. Ему снились кошмары, которые он тут же
забывал. Он даже не мог пожаловаться Наталье. Стоило ему сказать, что он видел плохой
сон, как она тут же отвечала: "Я тоже". И рассказывала какую-то чепуху, где обычно
фигурировали вороны, черные коты и крысы. Ее сны казались Саше очень глупыми и вовсе
не страшными. Но то, что снилось ему, было страшным по-настоящему. Он только не мог
вспомнить, что это было.
Иногда во время таких ночных пробуждений ему вдруг казалось, что рядом лежит
вовсе не Наталья.
Он прислушивался к ее дыханию и ругал себя за то, что у него так сильно стучит
сердце. "Чего я боюсь? - спрашивал он себя. - Ее можно разбудить, обнять, и она не
рассердится, будет только рада... Да, она всегда готова. Этим взрослые женщины и
отличаются от девчонок".
Но он не будил ее. Все, на что его хватало, это приподняться на локте - осторожно,
чтобы не скрипнуть постелью, - и долго смотреть ей в затылок. Она спала безмятежно, какие
уж там кошмары!
Саша смотрел на ее русые волосы, которые в сумраке казались темнее, чем днем.
Слушал ее ровное дыхание. И внезапно понимал, что совершенно забыл ее лицо. Она была
так неприметна, что он не смог бы ее описать. Саша вообще с трудом описывал чью-то
внешность, но в случае с Натальей было что-то особенное. Ее черты ускользали, стирались, у
нее как будто и не было лица. В последнюю ночь он дошел до такого идиотизма, что не
вытерпел - вскочил, нашел зажигалку и поднес огонек к ее лицу.
Она мгновенно открыла глаза, будто вовсе не спала.
От неожиданности Саша уронил зажигалку и долго не мог отдышаться.
- Ты что? - спросила она каким-то Странным, чужим и грубым голосом.
- Ничего, - прошептал он. - Спи, не обращай внимания.
Наталья зашевелилась и села. Отбросила со лба волосы и попыталась разглядеть его
лицо.
- Да ты здоров, миленький?
Теперь ее голос звучал ласково. Слишком ласково по сравнению с тем грубым
окриком, который Саша только что слышал. Он ничего ей не ответил, вышел в кухню, нашел
в холодильнике бутылку пива.
Через минуту она пришла за ним следом, обняла его, сказала, что очень испугалась. Что
ему взбрело в голову? Зачем он хотел сжечь ей ресницы?
- Да ты что, буду я тебя поджигать? - возмутился Саша. - Просто хотел на тебя
посмотреть.
- Соскучился? - Она потянулась его поцеловать, но Саша неожиданно для самого себя
оттолкнул ее.
Ее легкомысленные глаза сразу стали какими-то пустыми. Его даже жуть пробрала.
Саша извинился - расшалились нервы. И попросил, чтобы она вернулась в постель. Он хочет
побыть один. Наталья беспрекословно ушла. Он слышал, как она громко зевает и сонно
наталкивается плечом на стены. Он почти допил пиво, когда в прихожей зазвонил телефон.
- Да, Букетов, - подтвердил он, когда назвали его фамилию. - Что вы говорите?
Связь была очень хорошей, он расслышал каждое слово. Расслышал, но не совсем
понял.
- Вы что, шутите? - потрясение спросил он. - Когда? Вчера вечером? Я не знаю... Я не
помню, где был...
Он поднял взгляд и увидел Наталью. Та стояла перед ним и напряженно всматривалась
ему в лицо.
Саша махнул ей рукой, чтобы она ушла, но женщина не тронулась с места.
- Извините, но я вообще не могу ничего понять.
Саша чувствовал себя нехорошо. Застарелая бессонница, пиво, нервы - от всего этого
голова раскалывалась, была совершенно дурная. Видимо, он выглядел совсем плохо, потому
что Наталья знаками показывала, чтобы он положил трубку. И Саша машинально сделал это.
В следующий момент он бросился в ванную. Через минуту его стошнило.
- Отстань! - Он чувствовал, как его плеч касаются ее мягкие, пухлые руки. - Я сам!
Уйди, не смотри на меня...
Она не ушла. Помогла ему подняться, по-матерински заботливо умыла его холодной
водой, намочила полотенце, отвела в спальню. Наталья пыталась уложить его на постель, но
он никак не желал принимать горизонтальное положение. Снова зазвонил телефон. Наталья
вышла в коридор, и тут же звон умолк.
- Я отключила телефон, - сказала она, возвращаясь в комнату. - Что случилось? На
тебе просто лица нет! Кто это звонил?
- Милиция, - выдавил он. - Не помню фамилию. Мне вроде бы представились...
- Что им было нужно? - напряженно спросила женщина. - Какого черта они звонят
среди ночи?
- Агна, кажется, умерла. Только я не понял где.
Не в камере же... А если в камере?
- Не говори чепухи! Позавчера утром ее должны были отпустить, - заявила Наталья. -
Я это хорошо помню, мы же два дня ее ждали.
- Кажется, они что-то еще сказали, но я не понял... - Саша раскачивался, вытирая лицо
мокрым полотенцем. - А если это шутка?
- Если шутка, то плохая. - Наталья почти насильно уложила его на постель. - Ты
выглядишь как покойник. Бледный, прямо зеленый. Что тебе дать, чтобы ты уснул?
- Я все равно теперь не усну. Не трогай меня!
Будет только хуже...
Саша закрыл глаза, только чтобы она отстала. Он слышал, как Наталья возбужденно
расхаживает по комнате. Он чувствовал - она очень хочет о чем-то его спросить. Несколько
раз она останавливалась у его изголовья, но тотчас снова начинала шагать.
Потом тихо спросила:
- Ты спишь?
Не услышав ответа, она погасила свет в спальне и вышла в другую комнату. Саша
лежал неподвижно. Он не хотел с ней разговаривать. Не хотел и не мог. Значит, Агна
умерла? Это случилось не в камере, ее уже отпустили. Значит, это произошло не по его вине.
Вот если бы в камере, куда он ее отправил... Саша изо всех сил старался думать только об
одном: "Я не виноват!"
Но где же это случилось? Ему что-то сказали, но он не понял, о чем речь... Зря Наталья
отключила телефон. Ему бы перезвонили, и он бы, наконец, прямо спросил, в чем дело. Агна
должна была где-то прожить два дня после того, как вышла на свободу. Саша не
интересовался, где она могла найти приют. Наверное, у какой-нибудь подруги. Мало ли у нее
знакомых? Она училась тут в институте. Она бы не пропала и без его помощи... А в случае
чего он всегда был готов помочь деньгами. Собственно, ему было не нужно, чтобы она
уехала на родину. Не в этом дело. Она бы ему не помешала даже в Москве. Он бы даже
согласился иногда с нею видеться. Где-нибудь в шумной компании, на Новый год, на Пасху.
Можно было бы с ней выпить, сказать друг другу, что было у них и хорошее. И желательно,
чтобы к тому моменту у Агны уже не было проблем. Может, она бы вышла замуж и
успокоилась. Она должна была успокоиться. Она обязана была успокоиться... Успокоиться,
но не умереть!
"А если это самоубийство? - Сашу прошиб пот, на этот раз горячий. Он нащупал на
полу влажное полотенце и положил его себе на лоб. Но легче не стало. - Я же так и не понял,
что с ней случилось.
Сказали, что она погибла. Если она покончила с собой из-за меня... Если оставила
записку... Обвинила меня в своей смерти. Написала имя и фамилию. Этот мент назвал меня
по фамилии. Откуда у него мой телефон? Тоже, наверное, написала в записке. Черт, но зачем
она это сделала?" Мысли о самоубийстве Агны были ужасны, и в то же время Саша ощущал
нечто вроде гордости. Это чувство было смутным, но приятным. Он никогда не думал, что
способен вызвать в ком-то такую сильную страсть. Если Агна покончила с собой, значит,
все-таки любила его. До смерти.
- Ты не спишь, я слышу, - с этими словами в комнату вошла Наталья. - Зачем же тогда
меня прогонял? Я там сижу, как дура, чтобы тебе не мешать.
Чем ворочаться с боку на бок, лучше бы сказал толком: Агна просто умерла или ее
убили?
Саша напряг память. И неуверенно произнес:
- Сказали: "погибла". Не знаю, как это понимать. Наверное, можно и так и так.
- Ты что же, больше ни о чем не спросил?
- Сама видела, я прервал разговор. Меня жутко затошнило. Я бы сблевал прямо в
трубку.
Наталья вернулась в прихожую и подключила телефон. Но он так и не зазвонил. Зато в
семь утра позвонили в Сашину дверь.
Женщина к этому времени уже уснула. И уснула по-настоящему. Даже звонок в дверь
ее не разбудил.
Зато Саша проворочался до утра без сна и был только рад, что больше не надо лежать в
постели и изображать спящего.
- Это ты? - воскликнул он, увидев на пороге Таню. - Черт, так рано... Извини, я в
трусах, но я же никого не ждал... Ты знаешь, что случилось?
- Тише, - попросила она, кидая быстрый взгляд внутрь квартиры. - Ты не один?
- Нет. - Саша тоже перешел на шепот.
- Можешь быстренько одеться и спуститься к подъезду?
Саша кивнул. Таня приложила палец к губам, показывая, чтобы он все проделал тихо,
повернулась и на цыпочках пошла к лифту.
Они встретились во дворе через несколько минут.
Саша одевался на кухне,
...Закладка в соц.сетях
