Жанр: Детектив
СТРАХ ПЕРЕД СТРАХОМ
... - Да не брал я...
Она бросила трубку и тут же заметила рядом сотрудницу. Та вышла в коридор
покурить, а место для курения, как назло,
находилось неподалеку от автомата. "Она все слышала'" - подумала Татьяна, но
никакого стыда не испытала. Ей уже было
морс по колено. Она опять набрала служебный номер Алексея. Тот взял трубку
немедленно, и голос у него все еще был
раздраженный.
- Опять ты? - вырвалось у него.
- Опять я! Немедленно скажи, где ты сейчас живешь! Адрес, телефон!
- Зачем тебе?
- Зачем?! В милицию на вас заявлю! Ты не имеешь права выносить из дома вещи
Тем более, мы с тобой еще не разведены!
Это воровство, понял - воровство! Ты меня обокрал вместе со своей сучкой!
На этот раз трубку бросил он. Татьяна дрожала, она едва могла стоять на
ногах. Никогда в жизни ей не приходилось так
разговаривать с мужем. Чувство было ужасное - будто ее ошпарили кипятком.
Сотрудница, которая давно уже перестала затягиваться своей потухшей
сигаретой, смотрела на нее остановившимися,
расширенными от ужаса глазами. Она, вероятно, тоже не предполагала, что человек
с высшим гуманитарным образованием,
да еще с таким спокойным нравом, как у Татьяны, может употреблять подобные
слова...
Татьяна еще раз позвонила мужу через час - за это время она успела взять
себя в руки. Успокоиться до конца ей все-таки
не удалось, но она дала себе слово: на этот раз обойтись без взаимных
оскорблений. Все равно этим ничего не добьешься...
Алексей дал ей свой новый адрес и телефон. Казалось, он хочет этим
ограничиться, но она остановила его:
- Скажи, ты в самом деле не был вчера у меня?
- В самом деле, - мрачно ответил он.
- А...
- Катя? - догадался тот. - Она тоже у тебя не была. Прекрати! За кого ты ее
принимаешь?
"А за кого мне ее принимать? - подумала Татьяна - Украла у меня мужа, так,
значит, и на многое другое способна..." Но
вслух не высказала, только поинтересовалась, где именно Алексей держит ключи от
их квартиры.
- Ключи? - задумался он. - Да я их дома оставил.
- Ну вот, она и могла их взять.
- Да не г же, у тебя дома!
- Что?! Где?
- Я не помню...
Он и в самом деле часто клал ключи куда попало. Татьяна знала эту его
привычку и часто ругала его по утрам, когда
происходили скоропалительные сборы на работу. Чаще всего Алексей убеждался, что
найти свои ключи не может, и тогда
хватал связку, принадлежавшую Татьяне или дочери. Тот, кто уходил из дома вторым
(обычно Ира), так же бесцеремонно
завладевал оставшейся связкой. Ну уж а последний, чертыхаясь, обшаривал всю
квартиру...
- Ты не брал, значит, ключей? - недоверчиво переспросила она.
- Посмотри на холодильнике, - измученным тоном сказал бывший супруг. - И
скажи еще раз, честно - у тебя правда
пропали вещи? Какие?
Татьяна перечислила. Алексей выслушал ее и сказал, что у него бы никогда
совести не хватило унести Иркины вещи. А уж
тем более - дубленку Тани... И пусть на Катю тоже не думает - это, конечно, не
очень объективно с его стороны, но он
считает ее честным человеком.
Татьяна не стала возражать - ее гнев уже остыл, его сменило искреннее
недоумение.
- Ладно, я поищу твои ключи, - пообещала она. - Только... Кто же в таком
случае взял вещи?
Не иначе домовой унес.
Ей вдруг захотелось плакать - женщина чувствовала себя облапошенной, глупой
и одинокой.
Выдержав паузу, чтобы справиться с дрожащим голосом, она спросила, когда же
он, собственно, собирается подавать на
развод?
- Это срочно? - нерешительно спросил Алексей.
- Да мне-то некуда спешить. А вот тебе...
- Я... Я сейчас так занят на работе, - проговорил он с запинкой.
- Понятно. Я тоже занята, самыми разными делами, Алеша, - она назвала его,
как когда-то давно, и сердце у нее сжалось. -
Вы в самом деле так давно меня обманывали? Полтора года?
Пауза. Она слышала в трубке его сдавленное дыхание. Потом он сказал, что
это действительно продолжается уже давно.
- Почему ты мне не сказал?..
- Я думал, что это несерьезно.
- А потом оказалось серьезно? Она беременна?
- Нет... Нет. - Повторил он уже тверже. - Не в этом дело. Просто я... Я не
могу даже объяснить.., Мне тяжело было
оставаться с тобой.
- После смерти Иры?! - Она повысила голос. - Я напоминала тебе о прошлом,
да? Но, Алеша...
Тот перебил ее, заявив, что и сам толком не разобрался в своих чувствах.
Пока не исчезла дочь, он даже не думал уходить
к Кате, да и та никогда на этом не настаивала. Нельзя даже сказать, чтобы эти
встречи с ней были единственной отдушиной
для него...
- Я благодарен тебе, - сказал он очень тихо. - Мне с тобой было хорошо...
Прости.
Татьяна плакала, молча глотая слезы. Она отвернулась к стене, чтобы никто
не видел ее дрожащих губ и намокших,
распухших от туши ресниц.
- Но когда исчезла Ирка, дома стало так пусто, - продолжал он, размеренно и
безжалостно, вряд ли сознавая, какую
причиняет ей боль. - И я впервые подумал: а что я тут делаю? Понимаешь, пришла
эта мысль: что я тут делаю? А потом
задумался вообще о многом. Почему я тут? Зачем? Кому я нужен?
- Мне нужен был, - сдавленно откликнулась она.
- Я не заметил.
После паузы Алексей договорил:
- Я не думал, что на Ирке так много держится.
Что она нас связывала. А больше... Больше, пожалуй, ничего... Ты меня почти
не замечала. Только понукала - иди туда,
сделай это, собери свои вещи, иди ешь...
- Она тебя не понукает?
- Нет. С ней, понимаешь... - Он запнулся, почти застенчиво, как мальчишка.
- С ней я чувствую себя человеком.
- А со мной? - в запальчивости переспросила она.
- С тобой - никем, - последовал неожиданно откровенный ответ.
Татьяна задохнулась. Она даже не смогла ему ничего ответить. Алексей
почувствовал, что перегнул палку, и стал
прощаться. Он обещал позвонить - в самое ближайшее время. Хотя у него сейчас
столько работы...
Она повесила трубку.
Ключи нашлись не на холодильнике, а на подоконнике кухонного окна. Да, те
самые, разумеется.
Только на этой связке, из всех трех, не было вообще никакого брелока.
Она присела к столу и задумалась, поигрывая зажатыми в руке ключами. Она не
слишком верила уверениям Алексея, что
его новая подружка - женщина порядочная. Иное дело - он сам. Теперь она верила,
что Алексей не мог ее обокрасть. Вот
унести из квартиры собственные вещи он имел полное право. Но он не сделал этого
- не имел возможности.
У него даже не было ключей. А кроме того, забрать в преддверии лета свою
зимнюю шапку... Это же просто нелепо!
Причем он оставил свою дубленку.
Или ее оставили те, кто ее обокрал, - не позарились... Татьяна все
собиралась отнести ее в чистку, но никак не могла
выкроить время. Предполагалось, что мужу будет куплена новая зимняя куртка,
более соответствующая его служебному
положению. С меховым воротником, хорошей фирмы... Однако теперь это была не ее
забота.
Она мимоходом подумала, что всю жизнь ее раздражало, что приходится брать
на себя заботу о супруге. От стирки его
вещей до содержимого его карманов - он спокойно мог забыть дома кошелек, права,
не говоря уже о каких-то мелочах. Она
так привыкла опекать его в каждом движении, каждом поступке, что уже
воспринимала это как нечто естественное, хотя и не
переставала раздражаться по этому поводу.
А теперь... Теперь заботиться не о ком. Оказывается, чтобы быть счастливой,
нужно быть немножко несчастной...
Измученной, замордованной домашними делами. Только не одинокой. Не одинокой - ни
в коем случае...
"Мне нужен кто-то, - подумала она, в отчаянии пряча лицо в ладонях. - Все
равно кто - человек, собака, кошка... Я не могу
быть одна. О Боже, я думала, что устала от всех, а я не могу быть одна! Человек
не должен быть совсем один. Я хочу, чтобы
во мне кто-то нуждался..."
Но некого было позвать на помощь, некому было позвонить. Семья когда-то
съела все ее свободное время, она растеряла
друзей и подруг. И теперь их не было. Никого...
Она встала и походкой сомнамбулы прошла в комнату дочери. Если бы хоть
остались постеры на стенах! Но там только
пятна клея на обоях, запыленная занавеска на окне, заправленная постель.
Женщина упала на стул возле письменного стола. Да, из этого ящика пропали
деньги. Их взял не Алексей - чего уж
яснее... Он не мог их взять.
Он бы никогда не посмел. Он не такой. Тогда... кто?
Она снова выдвинула ящики, один за другим, как будто деньги неожиданно
могли обнаружиться там - среди старых
тетрадок, забытых мелочей, фантиков от жвачки. Денег, разумеется, не было.
Она взяла в руки тетрадку по литературе.
Одиннадцатый - последний класс. Она вспомнила Иру такой, какой та была в то
время. Иногда - строптивая, иногда -
покладистая, просто золотая дочь... Со своими экстравагантными увлечениями,
детскими тайнами, наивными
влюбленностями в певцов и актеров... А что, в сущности, на самом деле
представляла собой ее дочь?..
У дочери была подруга, которая в то время уже успела испытать, каково это -
забеременеть от человека, который не
собирается на тебе жениться и спокойно может ударить твоего отца... Знала об
этом Ира или нет? В ту ночь, когда Женька
пришла к ним ночевать, девчонки долго шептались.
Ира, конечно, знала! И молчала, как застреленная.
Единственное, что она изволила сообщить, - это то, что у подружки очень
строгие, деспотичные родители. В ее
понимании - это был деспотизм?
Татьяна открыла тетрадь и пробежала глазами по строчкам того самого
сочинения "Человек, на которого я хочу быть
похожим". Да, дочь ни на кого не желала походить. Она вновь подумала - почему?
Все казались ей лжецами и
посредственностями. С одной стороны - это интересно. Значит, рядом с нею жил уже
вполне сформировавшийся человек,
который презирал идеалы и стереотипы.
Была ли она уже тогда, в школе, знакома с Петром? Или со слов Жени знала,
насколько обманчивым может быть идеал?
Татьяна закрыла тетрадку.
Глава 14
Теперь каждое утро для девушки начиналось одинаково. Она звонила на
квартиру Нелли, и ее мать отвечала, что дочь не
вернулась. Чтобы за ставить себя снять трубку и набрать этот номер, Дуне
приходилось собирать в кулак все свое мужество.
Но труднее всего было как-то закончить разговор. Ободрять несчастную женщину,
пытаться внушить ей надежду, что все
еще образуется...
И не верить в это самой.
В тот вечер, когда Дуня нанесла визит в коммуналку, она задумалась: не пора
ли все-таки обратиться в милицию? Какаято
зацепка у нее есть, хотя Анна Петровна и не сможет подтвердить, что девушка
побывала там на другой день после своего
исчезновения. А ее свидетельство было бы очень важно, ведь она лицо
незаинтересованное.
Но мать парней может и не подтвердить, что у нее побывала Нелли. Правда,
перед Дуней она этого не скрывала, но, когда
явится милиция, может насторожиться. Ничего не поделаешь - все равно молчать
опасно. Пусть ищут - может, что-то и
найдут. Тем более, что уже подали в розыск.., молчать и действовать в одиночку
вообще может быть опасно? Для Нелли,
прежде всего?
И Дуня решила посоветоваться с ее матерью.
В квартире, как всегда в последнее время, толклось много народу.
Родственники, знакомые, друзья семьи. У всех был
такой вид, будто они ждут поезда на вокзале - удрученные, замученные... На кухне
сидели два парня из их компании - Сергей
и Юра. Дуне показалось, что ее приход был воспринят с удивлением, - она тут
давно не показывалась...
Но их реакция девушку не волновала. Она вызвала на балкон мать Нелли -
больше уединиться было негде, а ей хотелось
поговорить без свидетелей. Дуня все время повторяла про себя: "Кто-то из наших
все знает и молчит. Откуда я знаю, кто?"
Женщина, услышав, что еще четвертого мая ее дочь видели в одной квартире,
едва не лишилась чувств:
- Где она?! Где?!
Дуне пришлось попросить говорить потише.
- Но почему? - не поняла женщина. Она судорожно цеплялась за перила
балкона, ноги у нее подкашивались. - Где она
была? У кого?
- Потише, прошу вас. - Дуня плотнее прикрыла дверь в комнату, заметив
сквозь стекло, что все присутствовавшие
уставились на нее. - Она была жива-здорова, с ней все было в порядке. Только вот
что она, делала потом, я не знаю. Как повашему,
это нужно сообщить милиции?
- А как же! У меня есть телефон, - заторопилась та. И вдруг остановилась,
будто оглушенная. - Дунечка, постой... А что же
она... Не позвонила нам?!
Мы же с ума сходили!
Девушка развела руками:
- Я не знаю. Сама думаю об этом.
Она попросила об одном, чтобы разговор со следователем происходил без
свидетелей. Женщина снова не поняла - к чему
такая тайна? Тут все друзья ее дочери.
Дуня не успела ни разубедить, ни остановить - мать Нелли буквально втащила
ее в комнату и усадила у телефона. Она
набрала номер, путаясь и сбиваясь. Попросила следователя, сказала, что у нее
важная информация. Судя по всему, это
известие никого на другом конце провода не вдохновило.
Однако информацию принять согласились. Теперь пришлось говорить Дуне.
К тому времени в комнате собрались все. Было ясно, что происходит нечто
важное, дело сдвинулось с мертвой точки.
Дуню засыпали вопросами, но она не отвечала, делая вид, что ничего не слышит.
Сидя под обстрелом изумленных взглядов и
восклицаний, она назвала адрес и телефон Врачей.
Посоветовала обратиться к старушке-соседке, Анне Петровне. И когда повесила
трубку, у нее, вместо законного чувства
облегчения, появилось ощущение надвигающейся катастрофы.
- Дуня, ты что-то узнала? - Это был голос Сергея. - Что происходит?
Она отмахнулась и быстро ушла, ни с кем толком не простившись. За ней
попытались было увязаться Сергей с Юрой, но
она крикнула, что торопится, и прибавила шагу, спускаясь по лестнице.
"И к чему теперь вся моя конспирация? - горько думала она, шагая к метро по
темной улице. - Зачем было просить Анну
Петровну хранить тайну?
Зачем было сравнивать эти снимки? Теперь, если я там покажусь, меня и на
порог не пустят Ясно же, кто натравил на них
милицию. А может, будет и что похуже... Правда, они не знают, как меня найти, я
ведь не называла имени ."
Девушка спрашивала себя: откуда эта тревога, это горькое чувство, что она
только что совершила ошибку? Нет, она
действовала совершенно правильно! Если бы она не обратилась в милицию, это было
бы просто преступлением по
отношению к Нелли! Та, может, как раз нуждается во вмешательстве милиции - тут
нужен кто-то посильнее, чем подружка!
Как можно молчать, если появился какой-то след?
"Я же не лезу в сыщики, - убеждала себя Дуня. - Я вовсе не собиралась
расследовать дело сама!" Но она все же ругала
себя, что сделала все именно так - при свидетелях... Пыталась успокоиться - ведь
Серегу и Юру она знает со школьной
скамьи, они не могут... Не должны...
"Все они не могут и не должны, а на кого-то из наших Нелка все-таки
нарвалась!" - возразила она себе, г "Ну ладно, пусть
попробуют меня тронуть!"
Спускаясь по эскалатору, она еще раз достала и перечитала украденную
расписку. Подумала, что нужно отдать ее матери
Лени, - та, может, обрадуется, что сын все-таки расплатился с долгами... Ну,
хоть немного обрадуется... Хотя что ее теперь
может радовать? Но это дело она отложила на неопределенное время. Уж с распиской
точно торопиться было некуда, раз эта
бумажка никому не может причинить вреда.
...Все праздничные дни Дуня провела у родителей - те были очень рады, что
дочь на время поселилась у них. С тех пор как
она унаследовала бабушкину квартиру и жила отдельно, родители очень за нее
переживали, хотя и считали ее благоразумной
девочкой. По-прежнему каждое утро она звонила матери Нелли. И вновь убеждалась,
что ее вмешательство все еще ни к
чему не привело. Нелли не нашлась. И мать не знала даже, побывала ли милиция по
указанному адресу. Она все чаще
плакала в трубку и говорила, что они не очень-то стараются искать. Может, хотят
денег?
И Дуня решила продолжать поиски самостоятельно. У родителей в этом смысле
она чувствовала себя безопаснее. С тех
пор как она докопалась до этого загадочного Врача, Дуня предпочитала находиться
под чьей-то защитой. К тому же она
догадывалась, что телефон у нее на квартире просто обрывают. Еще бы, ведь она
так эффектно выступила и так загадочно
исчезла! Правда, вот сюда ей так ник то и не позвонил. Хотя и этот адрес, и
телефон знали многие. "Может, потеряли старые
записные книжки, а может..." Она терялась в догадках.
Утром десятого мая она позвонила матери Иры и настойчиво попросила о
встрече. Татьяна согласилась и дала девушке
свой адрес. Особой радости она не выказала, но и не сопротивлялась. Дуня
приехала к обеду - Татьяна усадила ее за стол и
поставила перед ней тарелку с тушеной капустой и сосисками.
- Извините, больше ничем угостить не могу, - сказала женщина, присаживаясь
напротив. - Меня недавно обокрали.
Вытащили и деньги.
Дуня застыла с поднятой вилкой:
- Как? Всерьез обокрали?
- Нет, в шутку, - мрачновато улыбнувшись, ответила Татьяна. - Мебель, слава
Богу, не вывезли, но это еще впереди,
наверное. Собственно, меня обворовывают уже второй раз за последние две
недели... Да вы ешьте, не слушайте... Это мои
проблемы.
Дуня, видимо ошеломленная и оттого послушная, принялась за еду, а Татьяна
открыла окно и зажгла сигарету.
Вчера она навестила мужа в его новой квартире. В полном смысле, новой -
Екатерина ушла от своей родственницы и
вместе с Алексеем устроилась на съемной квартире. Повсюду стояли сумки и коробки
- еще неразобранные после переезда.
Главной упаковщицы и распаковщицы не было - она работала и в праздничные
дни.
- У них в магазине пашут без выходных, - объяснил Алексей, договариваясь с
женой о встрече по телефону.
- Огромный универмаг, этакая махина... - Татьяна не стала сочувствовать
молодой женщине, у которой не было выходных
дней. Она даже не думала об этом. Ее больше удивило предложение мужа -
встретиться у "них". Не в их прежнем доме, не на
нейтральной территории. Но Алексей сказал, что новая квартира расположена совсем
рядом с его работой, и ему так удобнее.
Она уже собралась сказать, что это ей не подходит... Но Алексей признался,
что в последние дни чувствует себя
отвратительно, с трудом заставляет себя двигаться. И она согласилась.
Квартира была двухкомнатная, очень просторная - в доме новой планировки.
Мебели очень мало - в одной комнате
большая кровать и шкаф, в другой - несколько стульев и совершенно пустая стенка.
На кухне - скромный новенький
гарнитур.
Занавесок на окнах еще не было, не было даже светильников - с потолка
свисали шнуры с голыми лампочками.
- Нет времени навести порядок! - как бы извиняясь, сказал муж, когда
Татьяна потерянно остановилась посреди большой
пустой комнаты.
Та через силу улыбнулась:
- Ладно, в другой раз примешь меня получше.
Алексей ничего не ответил, хотя ирония до него дошла. Но Татьяна не
собиралась изощряться в остроумии - Алексей в
самом деле выглядел больным.
Отечное лицо, какой-то усталый, погасший взгляд.
Она присела на один из сиротливо приткнутых стульев:
- Ты хотел поговорить о разводе? Я готова.
- Да не о разводе. - Он придвинул второй стул и уселся на порядочном
расстоянии от жены, словно боялся ее.
- Тогда зачем ты меня позвал? Помочь навести порядок? - Она все еще
пыталась шутить. - Я, между прочим, тоже
работаю и все еще устаю.
- Я хотел спросить тебя про все эти вещи...
Одежду, драгоценности. Они правда пропали?
Женщина раздраженно пожала плечами:
- Об этом можно было спросить и по телефону. Да, правда. И чудом они
обратно не вернутся.
Хочу вот обратиться в милицию, может, поищут?
- Вряд ли найдут, - сказал Алексей.
- Вряд ли, - эхом откликнулась она.
- А деньги? Деньги ты тоже не нашла?
Она пристально взглянула на него. Он даже поежился:
- Что ты?
- Да ничего... Алеша, ты можешь поклясться, что не трогал этих денег? - И,
предупреждая его гневные возражения,
поспешила добавить:
- Я не потому спрашиваю, что не верю тебе. Но скажи, что мне думать? На
кого? Я уж всех гостей перебрала, кто был у
нас на поминках. И если взял не ты...
Ну не ты, пусть не ты! Тогда кто-то из них. А кто же меня обокрал во
второй-то раз? Вещи-то пропали позже!
Он очень разволновался. Ей с трудом удалось его успокоить - так у него
тряслись руки и метался взгляд.
- Ну все, забыли об этом! Я согласна - это мог сделать кто угодно, только
не ты. Тогда кто же? Я?!
- А ты не думаешь, что вещи и деньги украли одни и те же люди? Или человек?
Она прищурилась:
- Интересная мысль! Почему ты так считаешь?
- Потому что это произошло почти рядом.., по времени. Неужели случайность?
- Может, это просто фатальное невезение? - спросила она. - Слишком уж много
всего навалилось. Самого страшного! Да
еще и ты мне подкинул сюрприз... Ладно, поступай как хочешь...
- Я выбрал плохой момент, знаю, - начал было Алексей, но Татьяна его
перебила:
- Перестань, если мне суждено все это пережить, лучше уж сразу... По
крайней мере, одного со мной точно уже никогда не
случится - муж меня больше не бросит. Это уже произошло!
Он молчал. Татьяна обвела взглядом скверно оклеенные стены - всюду
морщинки, рисунок на обоях не совпадает...
Комната казалась декорацией, наспех построенной для пьесы с двумя актерами. Муж
и жена, которые опасаются взглянуть
друг на друга прямо...
- Получается, что это я должна тебя утешать, - удивленно произнесла она. -
Что ж, мне и разводом тоже самой заняться?
- Я же сказал: сейчас у меня нет времени на все эти формальности... И сил
тоже нет.
- У меня тоже нет.
- Ну и оставим это до поры.
Татьяна прошлась по комнате, выглянула в окно. Почти такой же вид из окна
кухни, как и у них, - кирпичные башни,
кусты, неорганизованная парковка автомобилей... "Стоило переезжать так далеко,
чтобы получить то же самое, - подумала
она. - А вдруг и он так считает? Что-то я не замечаю в нем особой радости по
поводу нового брака! А если эта Катя ему
успела надоесть?" Ей вспомнился мудрый совет Алины: если муж одумается и
вернется - не выставлять за дверь,
попробовать смириться. Она слегка повела плечом - это еще будет видно,
согласится она его принять или нет. И тут же
замерла: "Ну надо же! Этот жест я переняла у Женьки! Еще чего не хватало!"
Ее вывел из задумчивости голос бывшего супруга - тот желал все-таки знать,
что она думает по поводу его версии
относительно одного вора?
- А что я могу думать? Было бы на кого. Что касается истории с деньгами,
тут еще можно из кого-то выбирать - я могу
вспомнить, кто был на поминках. Но вот второй раз... Сплошная загадка. Я же об
этом вообще ничего не знаю. Одно могу
сказать; на этот раз они ничем не побрезговали, даже фен захватили. И они знали,
где наш тайник с деньгами...
- Что еще?
- Еще? - удивилась она. - Да только то, что они очень ловко умеют отпирать
двери...
- Или у них были ключи от квартиры, - неожиданно завершил он начатую ею
фразу.
Татьяна в изумлении обернулась:
- Да ладно тебе! Откуда? Неужели ты думаешь, что это поработали мастера,
которые ставили нам железную дверь...
- Я не о них, хотя у них могли быть запасные ключи. Я о другом - ты
помнишь, как Ира потеряла ключи?
Татьяна ошеломленно уставилась на него. Она вдруг вспомнила...
...Это произошло не так давно - вскоре после того, как они поставили
железную дверь. В начале зимы, вскоре после
Нового года. У Иры тогда была первая в жизни экзаменационная сессия. Она
допоздна просиживала в библиотеке, приходила
усталая, бегала в институт на консультации, сдавала экзамены... Ничего
удивительного, что однажды она совершенно
замоталась и где-то посеяла свою связку. Тогда никто не стал делать из этого
трагедии - у них были запасные ключи, и потом
Ира так переживала по этому поводу...
Татьяна покачала головой:
- В самом деле... Я и забыла про это.
- Я тоже забыл. Но когда ты позвонила мне и стала обвинять в краже, я вдруг
вспомнил.
- И что же ты думаешь: кто-то нашел эти ключи, а потом вдруг додумался, что
они от нашей квартиры? Через полгода?! -
Эта мысль показалась ей абсурдной. - Посуди сам, как это можно было вычислить?
Таких ключей тысячи, нужно обязательно
знать адрес!
- А если тот, кто их нашел, знал? Если он заранее знал, какую дверь
отпирают ключи?
- Кто-то из ее института? - испуганно ахнула женщина. - Ты думаешь, их
украл кто-то из ее приятелей?!
- Ну да Могли и из сумки вытащить. Она ведь вечно бросала сумку, где ни
попадя...
Татьяна обессиленно опустилась на стул и огладила юбку на коленях:
- Ну вот, новая радость... Теперь придется менять все замки. Если у кого-то
есть ключи, могут наведаться еще раз. Приду
и найду пустые стены...
Вот как тут.
Муж ничего не ответил ей, когда она добавила, что ей страшно возвращаться
домой и ночевать там в одиночестве. А
вдруг воры вернутся, когда она будет дома?! Что она может им противопоставить?
Очень громкий визг?!
- Я не прошу, чтобы ты помог мне, - заметила она, видя, что он не желает
отвечать. - Я сама справлюсь. Ничего...
Алексей молчал. Она решила было встать и распрощаться, недоумевая в душе -
неужели для того, чтобы напомнить ей о
пропавших ключах, нужно было тащить ее почти через всю Москву?! Это можно было
сделать и по телефону, и тогда бы она
еще сегодня успела связаться с фирмой, которая ставила им дверь. Но муж
неожиданно произнес:
- Собственно, я хотел поговорить еще кое о чем.
- Ну давай уж, - устало бросила она.
- Я, во-первых, хотел спросить, может, тебе нужны деньги?
Она вздрогнула. Вопрос больно ее уколол, хотя раньше она без стеснения
забирала у Алексея всю зарплату, выдавая ему
только на карманные расходы. Она всегда была семейным кассиром, и никому, в том
числе и ей, такая расстановка ролей
странной не казалась.
- Ты хочешь предложить мне денег? - раздельно повторила она. - Вроде
алиментов?
Алексей страшно смутился и пробормотал, что это вовсе никакие не алименты,
просто раз ее обокрали.. И потом, он за
нее беспокоится...
Татьяна его оборвала:
- Ну, из сумки у меня ничего не вытаскивали, скоро получу зарплату, а что
касается беспокойства... За это спасибо.
Она сама не ожидала от себя такого ответа. Честно говоря, вопрос о деньгах
уже не раз приходил ей
...Закладка в соц.сетях
