Жанр: Детектив
Колдовская любовь
...еладное.
"С утра слежки не было, - размышлял про себя Гуров. - О вечеринке я не говорил ни
одной живой душе. Наверное, все началось, когда я забрал машину из мастерской. Они
намеренно оставили меня на некоторое время в покое, чтобы усыпить бдительность, и, надо
сказать, им это удалось. Стареешь, Гуров! Вот и машину после ремонта не догадался проверить,
а это надо было сделать обязательно. Одним словом, ехать сейчас в Грошовый переулок нельзя
ни при каких обстоятельствах. А жаль! Завтра может быть поздно. Мой новый приятель не
любитель хранить секреты. Кто бы ни сидел у меня на хвосте, Палыч ли, прокуратура, они все
получат на блюдечке всю информацию - и о Жуковой, и о "Субару", и о Грошовом переулке...
Ну что ж, нужно попытаться спасти то, что еще можно спасти".
- Послушайте, Алекс, - сказал он. - Если я попрошу вас никому пока не рассказывать обо
всем этом... Это будет очень сложно?
- Не понял? - отозвался Алекс. - О чем не рассказывать? О ведьме, что ли?
- О ней, - кивнул Гуров. - А главное, о том, где вы ее в последний раз видели. Об этом не
должна знать ни одна живая душа.
Алекс помолчал, соображая.
- А что, собственно, случилось? - настороженно спросил он. - Почему вы вдруг об этом
сказали?
- Потому что за нами уже несколько минут едет какая-то машина, - ответил Гуров. - А
это очень скверно, Алекс!
Глава 14
Едва повернув на Сретенку, Гуров на секунду притормозил. Заранее
проинструктированный Алекс мгновенно приоткрыл дверцу и проворно выскочил из машины.
Гуров рванул с места, бросив прощальный взгляд в зеркало заднего вида. Тень Алекса
метнулась в сторону и утонула в ближайшей подворотне - как и договаривались.
Это, кстати, тоже оказалось не так просто. Гурова терзали смутные подозрения насчет
машины, побывавшей в чужих руках, и он старался поменьше болтать. Свой план ему
пришлось объяснять Алексу практически на пальцах. Впрочем, тот оказался сообразительным
парнем, а висящая на хвосте машина убедила его в серьезности происходящего. В итоге он
выполнил все как надо.
Гуров перевел дыхание и поехал дальше. Кажется, одну проблему все-таки удалось
решить. Или хотя бы отложить на некоторое время. Весь вопрос в том, хватит ли этого времени.
Два хищных огня снова возникли в полусотне метров за спиной Гурова. Они по-прежнему
неотступно следовали за "Пежо", как две шаровые молнии, направляемые неведомой силой.
"Что, черт возьми, происходит? - с раздражением подумал Гуров. - Это, разумеется, не
прокуратура. Если тем сильно будет мешать Гуров, они просто еще раз надавят на Орлова.
Люди из окружения Бромберга? Но вроде этот его Палыч далеко не дурак, и если он все-таки
взялся за мной следить, то его заявление о нейтралитете выглядит по-детски глупо. Но раз это
не он, то кто же? Тот пижон говорил, что ищут компромат, но не на Бромберга, а на другого
большого человека. Так, может, это он подсуетился? А что? На Бромберга надейся, а сам не
плошай. Бромберг ищет компромат, выручает друга, а друг в это время присматривает за
Гуровым, чтобы не мешал искать. А может, они все ищут. Попеременно. Вариант реальный и
неутешительный. Все равно что кандалы на ногах... Сильно не разбежишься. А мне ведь еще на
дачу к Блоку не мешало бы съездить... Не получается".
Гуров свернул в первый попавшийся переулок и остановил машину. Он решил, что не
стоит без толку тратить бензин. Если людям захочется высказать претензии, он готов
выслушать. Если пришла пора познакомиться, он готов к этому. Бегать и шарахаться от каждой
тени бессмысленно. Нужно добиться хоть какой-то определенности. Одних участников гонки
он уже знает - может, сегодня пришла очередь следующих?
Гуров вышел из машины и неторопливо направился под арку ближайшего дома. Он
старался шагать тише, но шелест его шагов все равно был отчетливо слышен в ночной тишине.
Все нормальные люди давно спали. Ни в одной квартире поблизости не горело ни одно окно.
Огромный двор, засаженный по периметру деревьями, был пуст - только кошки шныряли возле
подвальных отдушин.
Гуров остановился в тени дерева и стал наблюдать за входом во двор. Ждать пришлось
недолго - всего через несколько мгновений на проезжей части возникли знакомые хищные огни
- чужая машина медленно проплыла мимо гуровского "Пежо" и скрылась из виду.
Он был уверен, что она вернется. Так и вышло. Через некоторое время с улицы донеслись
негромкие хлопки автомобильных дверок, и в проеме арки появились три массивные фигуры.
Преследователи шли осторожно, настороженно оглядываясь по сторонам. Между собой
они не разговаривали - видимо, все возможные действия обсудили заранее. Гурова,
спрятавшегося за деревом, они не видели. Поколебавшись, Гуров все-таки достал из наплечной
кобуры пистолет и, не взводя затвора, сжал его в ладони. Так было спокойнее.
Войдя во двор, троица разделилась - мужчины поодиночке принялись обходить двор по
периметру, приглядываясь к окнам окружающих зданий. Наверное, они решили, что у Гурова
здесь назначена встреча.
Во дворе было слишком темно, чтобы можно было рассмотреть лица, но Гурову
показалось, что фигуры здоровяков, которые искали его по всем углам, что-то ему напоминают.
Он готов был держать пари, что это те же самые мерзавцы, которые начинали слежку на сером
"Фольксвагене", а потом безжалостно избили Крячко.
Гуров не собирался вступать в переговоры с этими мясниками - их было слишком много,
но он подумал, что в машине преследователей наверняка кто-то должен остаться. Разговор один
на один должен получиться более продуктивным.
Гуров неслышно выскользнул из-за дерева и осторожно пробрался к воротам. Ему удалось
выйти со двора незамеченным, и он тут же увидел четвертого.
Тот прохаживался возле машины - теперь это была темная "Тойота" - и периодически
поглядывал на ворота. Наверное, в случае чего он должен был перекрывать Гурову путь к
отступлению.
Но, увидев Гурова, этот человек на какое-то мгновение растерялся. Но это мгновение
решило все. Каким-то шестым чувством Гуров понял, что церемониться сейчас не стоит, и с
ходу налетел на противника, вышибив у него из руки какой-то предмет, а затем подножкой
опрокинул его на асфальт и уселся сверху, приставив ко лбу оглушенного врага дуло пистолета.
- Не ушибся, сынок? - спросил Гуров.
Человек, лежавший под ним, был совсем еще молод - не старше двадцати восьми лет,
прилично одет и довольно неплохо подготовлен физически. Если бы не фактор внезапности,
Гурову пришлось бы с ним повозиться.
- Пусти, гад! - просипел сгоряча парень, пытаясь вырваться.
Гуров щелкнул курком пистолета, и его противник испуганно затих, скосив глаза на
вороненый ствол, уткнувшийся ему в переносицу.
- Так-то лучше, - удовлетворенно сказал Гуров. - "Макаров" - не самое надежное
оружие, но в упор мозги вышибает будь здоров! Это я не к тому, что собрался тебя убивать, -
просто когда я нервничаю, то запросто могу случайно выстрелить. Поэтому сейчас со мной
лучше не спорь, ладно?
- Чего хочешь? - с усилием проговорил парень, не сводя глаз с пистолета.
- Кто вы такие? - быстро спросил Гуров. - Чего вам от меня надо? Зачем избили моего
друга?
Лицо парня сморщилось - отдаленно это напоминало презрительную улыбку.
- Не суй нос не в свое дело, - сказал он. - А то и тебе перепадет.
- Мы же договорились, что будем разговаривать спокойно, - заметил Гуров. - Ты сильно
рискуешь!
- Это ты рискуешь, - возразил парень. - Если сделаешь такую глупость, за меня ты
получишь на полную катушку, Гуров!
- Ага, значит, ты меня знаешь! - обрадовался Гуров. - Выходит, должен знать и о том, что
Гурова так просто на испуг не возьмешь. Поэтому не старайся. И что значит - "на полную
катушку"? Ты на кого работаешь?
Гуров левой рукой залез парню во внутренний карман пиджака и пошарил там. Пальцы
его нащупали твердые корочки каких-то документов, но просмотреть их Гуров не успел - со
стороны арки послышались шаги.
Гуров быстро поднялся - документы парня при этом остались у него - и оглянулся. К
нему молча и целенаправленно бежал один из тех здоровяков, которые обшаривали двор.
Поверженный противник тоже был уже на ногах. Раздумывать было некогда.
Гуров выстрелил в направлении бегущего, послав пулю в черное небо, и следующим
движением нанес сокрушительный удар рукояткой пистолета подскочившему к нему парню.
Охнув, тот снова повалился на землю. Тот, что бежал, тоже залег.
Гуров прыгнул в раскрытую дверцу "Тойоты". Ключи торчали в замке зажигания. Он
швырнул на сиденье пистолет и документы, завел мотор и погнал чужую машину прочь от
опасного места. В последний момент кто-то из тех двоих еще успел лапнуть приоткрытую
дверцу, но взревевшая машина отшвырнула его в сторону, а дверь тут же с треском
захлопнулась. Через несколько секунд "Тойота" исчезла за поворотом.
Вскоре к Гурову вернулась способность рассуждать здраво и взвешенно. Он догадывался,
что теперь времени у него совсем немного и скоро его начнут искать. Поэтому в первую
очередь нужно было найти какое-то укромное место и затаиться там, чтобы во всем спокойно
разобраться. Он пересек Садовое кольцо и поехал в сторону Ленинградского вокзала.
Убедившись, что никто его не видит, Гуров завел машину в один из дворов и пристроился
в самом темном углу, где "Тойота" никому не бросалась в глаза. Собственно, заметить ее
сейчас мог только человек, страдающий застарелой бессонницей, - вокруг не было ни души.
Жильцы спали мирным сном в своих квартирах, не догадываясь, какие дела творятся под самым
их носом.
Гуров выключил мотор и наконец осмотрелся. Кроме его пистолета и трофейных
документов, на сиденьях автомобиля ничего не было. В "бардачке" Гуров тоже ничего не
обнаружил, кроме опустошенной наполовину упаковки "Рондо". Зато в машине была рация -
подмигивая крошечным вишневым огоньком, она что-то едва слышно бормотала монотонным
мужским голосом.
Однако сначала Гуров решил познакомиться с бумагами. В руки его, оказывается, попали
три документа - паспорт, удостоверение и водительские права. Все они были на имя некоего
Стрижака Юрия Васильевича. С фотографий на Гурова смотрело молодое, немного заносчивое
лицо того самого парня, с которым он совсем недавно так неласково обошелся. Похоже, все
документы были настоящие.
Особенно внимательно Гуров изучил удостоверение личности. Оно его несколько
озадачило. Согласно этому удостоверению Юрий Васильевич Стрижак, старший лейтенант
инженерных войск, служил в должности командира некой экспедиционной группы в составе
совершенно неизвестного Гурову Особого управления электронной и сверхточной связи при
Министерстве оборонной промышленности.
Этот документ Гурова сильно удивил. По его мнению, Стрижак был похож на инженера
не больше, чем он сам на дирижера. Да и существование управления с таким странным
названием вызывало у Гурова определенные сомнения. Что-то тут было не так.
Гуров отложил документы и занялся рацией. Она была импортной - Гуров прежде таких
не видел - и вещала на иной волне, чем обычные службы. Видимо, где-то далеко, в
диспетчерском центре, уже давно пытались связаться с "Тойотой", потому что, когда Гуров
немного прибавил громкость, явственно прозвучали слова: "Первый вызывает шестого-бис!
Вызываю шестого-бис! Прием!" Наступала короткая пауза, а потом все начиналось сначала.
Голос диспетчера казался унылым и безнадежным, как у человека, который потерял связь с
кораблем, уходящим в космос.
Гуров решил ему помочь и включился.
- Шестой-бис на связи! - деловито сказал он. - Прием!
- Во! Наконец-то! - обрадовался диспетчер. - Где вы там? Сдохли, что ли? Тут до вас
полковник Любимов... То есть виноват, шестой до вас...
Видимо, этот самый "шестой" находился за спиной у диспетчера и только что сделал ему
хорошее замечание по поводу вольностей в эфире. На его месте Гуров, скорее всего, поступил
бы так же, но сейчас он был благодарен одуревшему от бессонницы диспетчеру за его
промашку - ведь она привела к тому, что Гуров располагал уже двумя фамилиями. Противник,
до сих пор призрачный и непостижимый, стал наконец обретать плоть и имя, земное и
конкретное. С таким противником и состязаться было не в пример веселее.
А далее Гуров услышал и голос незнакомого полковника - раздраженный и недобрый:
- Шестой-бис! Куда вы все там провалились? Опять все инструкции псу под хвост? Ох, и
разберусь я с вами, говнюки! Докладывайте, что там у вас! Прием!
Гуров переключился на передачу и, стараясь изменить голос, произнес:
- Шестой! Я - шестой-бис. У нас все в порядке. То есть не совсем. Гурова мы упустили. В
районе Сретенки. Ушел проходными дворами. Пытались найти - потому и на связь не
выходили. Прием.
Рация едва не взорвалась от той порции мата, которую выпустил в эфир полковник
Любимов.
- Дебилы, мать вашу! - орал он. - Я из вас душу выну! Презервативами торговать
пойдете! Сказано было - связь держать постоянно!
Он бушевал не меньше минуты, а потом вдруг сказал абсолютно нормальным,
озабоченным тоном:
- А второй, что с ним был, - тоже ушел?
- Тоже, - виновато произнес Гуров.
- Кто такой, не выяснили, значит, - задумчиво проговорил в ответ Любимов. - Ладно, бог
с ним. Тогда сейчас сделайте вот что - быстро возвращайтесь в этот бордель и найдите девку.
Она может знать, кто этот второй. Его надо найти обязательно!
Гуров дождался, когда полковник перешел на прием, и почтительно спросил:
- А если девка уже ушла? Что делать? Прием.
Любимов разозлился:
- Не понимаете, да? Адрес у вас в кармане. Действуйте! Конец связи!
Гуров понял, что больше ему ничего не перепадет, и отложил микрофон в сторону. Долго
морочить полковника Любимова все равно не получится - это он понимал прекрасно. Совсем
скоро Стрижак и его компания найдут способ связаться с диспетчером, и тогда все встанет на
свои места. Полковник будет рвать и метать.
"Энергичный человек, - подумал Гуров. - Такому под горячую руку не попадайся.
Представляю, что он будет творить, когда поймет, что давал задание самому Гурову! Всю
сверхточную связь небось разнесет..."
Он улыбался, но на душе у него было совсем невесело. События развивались самым
неприятным образом. Этим "связистам" был нужен Алекс, и они знали про Надежду. Вряд ли
им удалось уже понять, какую ценность представляют для них эти люди, - пока они, скорее
всего, действовали наугад, - но интуиция вела их в правильном направлении. Гуров должен
был во что бы то ни стало помешать этим планам. Прежде всего ему нужно было разыскать
Надежду. Он завел "Тойоту" и поехал обратно - на Цветной бульвар.
- Черт возьми, что вы себе позволяете? Думаете, если вы - герой-одиночка, то можете
по-хамски обращаться с женщинами? Пустите немедленно, слышите!
Надежда была пьяна и необычно агрессивна. Гуров, который почему-то совсем упустил из
виду такую возможность, сразу попал в крайне нелепое положение. Во-первых, ему не удалось
убедить Надежду, что ей следует немедленно покинуть вечеринку. Она ничего не желала
слушать, а когда Гуров ей надоел, просто послала подальше, используя при этом лексикон,
которому позавидовал бы и полковник Любимов.
Мата в женских устах Гуров не переносил, и поведение Надежды взбесило его. Поняв, что
в словесной дуэли ему не выиграть, он без церемоний сгреб девушку в охапку и понес к
выходу. Тут-то и разыгралась безобразная сцена - Надежда кричала, дрыгала ногами и
царапалась, как дикая кошка.
Несколько человек из тусовки - пара томных красавцев с золотыми цепочками на шее,
суровый вышибала с перебитым носом и три-четыре подруги, бледные и решительные, как
террористки, пытались насесть на Гурова, чтобы вызволить Надежду из его объятий. Скандал
намечался страшный.
Но он, уже доведенный до крайности собственными неудачами и дурацким поведением
непредсказуемой Надежды, внезапно успокоился и погасил скандал в зародыше с помощью
нехитрой, но действенной формулы.
Заметив, что наиболее опасный соперник - вышибала - абсолютно трезв, Гуров
остановился, повернулся к нему лицом и внятно произнес, глядя прямо в глаза:
- Еще шаг - и я буду стрелять! Я при исполнении. Все последствия на твоей совести.
Сказано это было таким тоном, что даже Надежда перестала биться в руках Гурова.
Вышибала тоже понял, что Гуров не шутит, но на всякий случай сказал:
- Может, девушку-то лучше оставить? Вроде она ничего такого...
- Мне лучше знать! - отрезал Гуров. - А что насчет "ничего такого"... Советую заглянуть
в ваш сортир - у вас тут "травку" курят, а мы ведь не в Амстердаме, уважаемый!
Довод насчет "травки" оказался убийственным. Вышибала умолк и начал оглядываться по
сторонам, видимо, в попытке отыскать хозяина заведения. Но тот благоразумно не обнаруживал
своего присутствия. Смазливые молодые люди с золотом на шее тоже скисли. Продолжали
хорохориться и спорить только верные подруги, но тут сама Надежда неожиданно прекратила
сопротивление и пожелала на свежий воздух. Должно быть, Гуров слишком сильно помял ее.
В неактивном состоянии Надежда оказалась удивительно тяжелой и неповоротливой.
Гуров с некоторым трудом сумел доволочь ее до "Тойоты" и усадить на сиденье.
Вытирая пот со лба, он недовольно заметил:
- Что за рок у меня теперь - пьяных помощников таскать? Во всех организациях наоборот
- помощники начальство на руках носят...
- Я не у вас в организации, - с пьяной запальчивостью откликнулась Надежда.
Гуров вздохнул и сел за руль. Покрутил рычажки рации - сверхточная связь не
прослушивалась совершенно. Судя по всему, полковник Любимов уже разобрался в ситуации и
прекратил утечку любой информации. Нужно было спешить. В погребок могли нагрянуть в
любую минуту.
Но и кататься на "Тойоте", принадлежащей какой-то невероятной организации,
становилось слишком опасно. Пора было пересаживаться на такси. Правда, с неуправляемой
Надеждой это представляло определенную сложность, и Гуров решил дать ей немного времени,
чтобы прийти в себя.
Он выехал на Садовое кольцо и не слишком быстро поехал по направлению к Тверской.
Он рассчитывал, что управление неведомой ему связи не станет подключать ГАИ к
немедленному розыску "Тойоты" и какой-то запас времени у них имеется.
- Куда вы меня везете? - враждебно спросила Надежда. - Вы, мужлан и сатрап, я
спрашиваю, куда вы меня везете?
Гуров понял, что будет нелегко, но выбора у него не было. Оставалось надеяться, что
интеллект Надежды пробьется сквозь хмельной туман, если удастся заставить ее хоть на
минуту задуматься. Поэтому он со всей серьезностью сказал:
- Дела наши дрянь, Надюша! Сейчас нам приходится как можно скорее уносить ноги. Вот
вам и ответ, куда я вас везу. Честно говоря, я сам не знаю - куда...
Надежда, настроившаяся на скандал и обескураженная озабоченным тоном Гурова, не
нашлась что сказать и только хлопала глазами. Так продолжалось довольно долго, но наконец
она сообразила:
- Ничего себе! Везет неизвестно куда! Между прочим, мы едва знакомы... - На ее
бледноватом упрямом личике появилось выражение огромной усталости. - И вообще, я спать
хочу!
- Знаешь, что? - предложил Гуров. - Я придумал выход. Сейчас мы поедем ко мне домой,
и ты ляжешь спать...
Надежда присвистнула.
- Ловко! - уничтожающе сказала она. - Разбежался! Лягу я с ним!
- Не со мной, - терпеливо возразил Гуров. - Мы с женой найдем тебе отдельное место.
- Так у тебя еще и жена! - тупо протянула Надежда. - Нет, не хочу! Вези меня домой!
- Не получится, - мотнул головой Гуров. - Там тебя уже ждут.
- Никто меня не ждет! - уверенно заявила Надежда. - После того раза ты тоже сказал, что
мне грозит опасность, а ничего и не было! Ты все пугаешь, а ничего страшного на самом деле
нет. Подумаешь, обчистили квартиру! Я же ментов не вызывала. По мне, так пусть хоть каждый
день чистят - я этому Василькову не родственница...
- Дело не в Василькове, - сказал Гуров. - Дело во мне.
Надежда наморщила лоб и подозрительно посмотрела на Гурова.
- Значит, на самом деле это ты обчистил Василькова? - неуверенно спросила она. -
Никогда бы не подумала! Мне показалось, что все было наоборот...
- Все и было наоборот, - с настойчивостью психиатра произнес Гуров. - Постарайся
сосредоточиться и вникнуть в мои слова, ладно? Нам сейчас грозит опасность! Ты не хочешь
ночевать у меня дома, но может получиться так, что сегодня тебе вообще не придется ночевать.
- Это как? - заинтересовалась Надежда.
- Представляешь себе комнату для допросов? - спросил Гуров. - Дверь на замке,
бетонные стены, яркая лампа. И всю ночь тебе задают одни и те же вопросы. Грубым тоном,
между прочим.
- Похабную ты нарисовал картинку! - с отвращением сказала Надежда. - А вопросы ты
задавать будешь?
- В том-то и дело, что не я, - ответил Гуров.
- А кто?
- Об этом мы с тобой поговорим утром, - сказал Гуров. - Сейчас это не самое главное.
Сейчас нам нужно без приключений добраться до моего дома. - С этими словами он остановил
машину.
- А ты настырный! - зевая, заметила Надежда. - Можно сказать, что ты меня почти
уговорил. А почему мы не можем доехать на твоей машине?
- Потому что это не моя машина, - сказал Гуров. - Ты не заметила?
Надежда, широко открыв глаза, изумленно оглядела салон "Тойоты", словно только что
его заметила.
- Ничего себе! - произнесла она восхищенно. - Точно не твоя. Ты ее угнал?
- Вроде того, - сказал Гуров. - Выходи.
Оказавшись на тротуаре, он сразу же взял девушку под руку и повел в сторону Тверской.
- Если нам повезет и мы поймаем машину, то пару часов ты еще успеешь поспать, -
заботливо сказал он. - Только прошу тебя, делай все, как я скажу, ладно? Ты же умница, я
знаю...
- Я умница, - печально согласилась Надежда. - Но мне не везет в жизни.
- Считай, что сегодня повезло, - сказал Гуров. - Нам бы только до дому добраться...
Но им действительно повезло. На непривычно пустынной Тверской Гурову довольно
быстро удалось остановить какую-то припозднившуюся "Волгу". По-ночному неразговорчивый
водитель не капризничал, но сразу же запросил тройную цену и дал понять, что от своего не
отступится. Гуров смирился, выложил требуемую сумму, и через двадцать минут они с
Надеждой уже входили в подъезд гуровского дома.
Все старания Гурова проникнуть в квартиру бесшумно оказались напрасными - Мария
встретила их уже на пороге, в домашнем халате, но с прибранными волосами и тревогой в
глазах. По-видимому, она не спала уже давно.
Появление нетрезвой девушки в своем доме Мария встретила со сдержанным
любопытством, но вопросов задавать не стала.
- Это Надежда, - сказал Гуров. - Ей надо немного поспать.
- Понятное желание в такое время суток, - заметила Мария и протянула гостье руку: -
Здравствуйте, Надежда! Проходите.
Девушка машинально пожала протянутую ладонь и, не говоря ни слова, некоторое время
старательно всматривалась в лицо хозяйки, словно не веря своим глазам. Наконец она
изумленно сказала, ни к кому конкретно не обращаясь:
- Ничего себе! Мария Строева собственной персоной! Глюки у меня, что ли? - Тут
Надежда беспомощно оглянулась на Гурова, потом снова на Марию и вдруг выдала: - А вы как
сюда попали?
Мария слегка пожала плечами и сказала, сохраняя серьезность:
- Сама иногда удивляюсь! Но вообще-то когда-то меня привел сюда вот этот человек, -
она кивнула на Гурова.
Надежда понимающе покачала головой и печально сообщила:
- И меня он привел. Заливал, что у него есть жена. А о вас ни слова не сказал.
- Это с ним бывает, - заметила Мария. - Но не стойте же в дверях! Если вы еще не
передумали спать, лучше пройти в комнаты. Я сейчас приготовлю вам постель.
Надежда как сомнамбула последовала за ней. Гуров некоторое время еще стоял в
прихожей, прислушиваясь к тишине, царившей в доме. Он пытался собраться с мыслями, но
ничего, кроме усталости и оцепенения внутри, не ощущал.
Мария вернулась одна и, пристально посмотрев на мужа, сказала:
- Твоя подружка, кажется, угомонилась. Брякнулась поперек постели, даже не раздеваясь.
Чудесная девушка - никаких лишних хлопот. По сравнению с нашим славным Крячко просто
конфетка. Но все равно нехорошо так спаивать девушек, Гуров! Представляешь, как бедняжка
будет чувствовать себя утром?
- Присутствие знаменитой актрисы ее подбодрит, - улыбнулся Гуров. - Но вообще-то в ее
состоянии я нисколько не виноват. Мне она досталась уже готовой. Тебе еще повезло - сначала
она страшно ругалась матом.
- Да, я просто везунчик, - с иронией сказала Мария. - Так ты привел ее, чтобы меня
порадовать?
- Нет, я привел ее потому, что у меня не было другого выхода, - серьезно сообщил
Гуров. - К сожалению, дела совсем плохи, Мария.
- Я так и поняла, - кивнула Мария. - На наш домашний телефон уже несколько раз
звонили - спрашивали тебя. По их тону я поняла, что дела идут неважно. Спать я, конечно, уже
не могла.
- Когда последний раз звонили? - спросил Гуров.
- Совсем недавно. А вообще за последние полтора часа звонков было не менее шести. Все
время незнакомый голос. Что происходит, Гуров?
- Хотел бы я знать, что происходит, - хмуро сказал Гуров. - Паны дерутся, у холопов
чубы трещат... Ты что-нибудь знаешь об Управлении электронной и сверхточной связи?
- Спроси что-нибудь полегче, - со вздохом сказала Мария.
- Вот и я не знаю, - покачал головой Гуров. - И мне это очень не нравится. Знание - сила.
- Ты вообще спать сегодня собираешься? - спросила Мария. - Я, слава богу, могу себе
позволить валяться завтра до десяти. Теперь, когда ты дома, я успокоилась и иду спать. Если
будешь есть - ужин в холодильнике. Советую отключить телефон.
- Боюсь, что спать мне сегодня не придется, - ответил Гуров. - И телефон пусть останется
как есть. Я буду ждать звонка.
- Наша служба и опасна и трудна... - вздохнула Мария. - Только какой дурак выдумал,
что она еще и не видна? Служит Гуров, а страдают все... Ладно, спокойной ночи!
Едва она удалилась, зазвонил телефон. Гуров сумрачно посмотрел на аппарат, немного
помедлил и снял трубку.
- Слушаю, Гуров! - сказал он.
В ухо ему словно ударило эхо снежного обвала, а потом уже знакомый взвинченный голос
проскрежетал:
- Гуров, тебе к
...Закладка в соц.сетях
