Жанр: Детектив
Гарпии
...остиную. Доктор в свою очередь взглянул на
Фелицию, и в его взгляде выразилось еще больше сочувствия.
- Ничего не поделаешь. Даже учитывая возраст усопшей, не имею права
дать справку о смерти. Придется-таки позвонить в полицию, увы, это является
моим долгом...
После успешной ликвидации грандиозной финансовой аферы некий Эдик
Бежан, сотрудник полиции, был переведен из отдела экономических
преступлений в отдел особо тяжких уголовных преступлений. Переведен с
повышением, теперь он стал старшим комиссаром. Информация о скоропостижной
кончине совершенно здорового человека была получена им в рекордно короткое
время, но особого волнения не вызвала - в конце концов, проживший на свете
восемьдесят восемь лет человек получает определенное право покинуть сей
бренный мир.
Однако уголовно-процессуальный кодекс для того и существует, чтобы его
требования выполнялись.
Опять же в рекордно короткое время тело усопшей было доставлено в
прозекторскую для проведения вскрытия, после чего Эдик некоторое время
раздумывал, не посетить ли самому дом, где скончалась Ванда Паркер, тем
более что тот находился на пути к его собственному. Жена старшего комиссара
в этот день находилась на дежурстве в своей больнице, дома его никто не
ждал, увы. Комиссар по-прежнему любил жену, ценил ее общество, и пребывать
дома в одиночестве удовольствия не доставляло. И даже свои дежурства в
отделе старался совмещать с ее дежурствами в больнице, чтобы не так
страдать. Даже иногда удавалось проводить вместе воскресенья.
Спрятав в шкаф пока еще тощую папку с делом Ванды Паркер - всего одна
бумажка, рапорт дежурного полицейского о смерти пожилой женщины, - комиссар
вышел из кабинета.
Добрый доктор Малик по собственному почину дождался прибытия
санитарной машины, сам переговорил с полицейским врачом, избавив от этой
неприятной процедуры своих пациентов, и только потом отправился домой. В
случае необходимости, заботливо предупредил доктор сестер Вуйчицких, он
всегда к их услугам, будет дома, достаточно позвонить.
Доротка вернулась в тот момент, когда из их дома выносили носилки с
чьим-то неподвижным телом, прикрытым накидкой. Пораженная Доротка застыла.
- Езус-Мария, что это? - только и могла выговорить девушка.
- Твоя крестная бабуля, - холодно информировала стоявшая в дверях дома
Фелиция.
- Почему? Что случилось?
- Ничего. Умерла.
Девушка явно не могла осознать того, что случилось, но и расспрашивать
тоже она была не в состоянии. Фелиция чуть ли не силой втолкнула племянницу
в дом.
- Принцесса конечно же явилась на готовенькое! - ядовито
приветствовала Меланья появление девушки. - Сегодня суббота, издательства
не работают, лекций нет. Интересно, где ты шлялась до сих пор? Не могла
явиться раньше?
- Зачем? - наивно удивилась Сильвия. - Ведь Вандзи бы все равно не
воскресила. - И обратилась к Доротке:
- Голодная, небось? Пообедаешь?
Хотя какой обед, ужин скоро, а пока можешь заварить себе чаю. А заодно
и нам.
Заваривание чая было знакомой процедурой, делать это Доротка могла и в
бесчувственном состоянии. Автоматически заварила чай и, когда с уставленным
стаканами подносом вошла в столовую, уже обрела способность формулировать
мысли.
- Что же все-таки произошло с крестной? Последствия вчерашнего приема
или еще что? Она и в самом деле умерла?
- Нет, ее живехонькой вынесли в брезенте! - съязвила Фелиция.
- Это был не брезент, а пластиковая накидка, - вежливо поправил
благодетельницу Мартинек.
Доротка в отчаянии переводила глаза с тетки на парня и обратно.
- Не верю! - крикнула она. - Не может этого быть! - И бросилась
наверх, чтобы убедиться, наверное, собственными глазами, что сейчас ее не
разыгрывают.
Дверь в бывшую ее комнату была распахнута настежь, комната пуста,
крестной бабули и в самом деле нет. Но ведь она могла и уйти куда-то по
своим делам, а эти.., эти просто издеваются над ней!
Войдя в комнату, Доротка распахнула дверцу шкафа: и манто, и пальто
бабули висели на своих местах. Неужели ее действительно вынесли на носилках
в брезенте или как его там...
- Мне самой интересно, что покажет вскрытие, - говорила внизу
Фелиция. - Возможно, инсульт...
- У нее же давление низкое, - напомнила Меланья. - Как у молодой
девушки.
- Тогда и не знаю... Разве что наша Сильвия ее отравила, вот только не
знаю чем...
- Может, наш климат ее убил? - высказала Сильвия робкую надежду.
- Нас же не убивает, а она полсвета пролетела - и ничего.
- Мы привычные, а наш воздух - сама знаешь. И вода. Никто не видел,
может, она из-под крана напилась? Помереть недолго, особенно человеку
непривычному.
- Господи, да скажите же толком! - взмолилась Доротка. - Крестная была
больна? И кто сегодня был при ней? Как она себя чувствовала? Может, после
вчерашнего.., может, перепила шампанского.., да говорите же!
Сильвия сжалилась над племянницей.
- А что говорить? Спала она и спала, завтрак проспала, обед проспала,
ну Фелиция и отправилась к ней, чтобы разбудить хоть на ужин. Смотрит, а
она уже померла.
- Вы доктора вызывали?
- Был доктор Малик и понять не мог, от чего...
- Я опять поговорила с Войцеховским, - пояснила Фелиция, - спросила,
не болела ли Вандзя чем. Тот сказал - здорова, как бык.
- ..а теперь нам придется ее похоронить.
- ..хотим мы этого или нет...
- вот почему не тарабанила...
Теперь все три тетки заговорили одновременно.
Доротка не знала, кого слушать, совершенно сбитая с толку. Фелиция
вдруг вспомнила:
- А, да ведь ты сама, похоже, последняя видела ее живой, когда ей чай
относила. Как она выглядела?
- Никак. Нормально, - слабо ответила Доротка.
- Что делала? - не отставала тетка.
- Лежала в постели. А молоток, как всегда, спрятала, я его не видела
и" не могла отобрать, - привычно попыталась оправдаться Доротка.
- Так ты молотка не видела? - каким-то особым тоном повторила Фелиция.
- Нет, не видела, должно быть, спрятала под себя.
- - Ничего тебе не говорила?
- Попросила подать зеркало.
- И ты подала?
- Подала. А что, не надо было подавать?
Не отвечая, Фелиция продолжала допрос:
- А что было потом?
- Потом ничего не было. Я ушла. Не стала допытываться, не надо ли чего
еще, очень уж устала, а вот теперь совесть мен" мучает, - расплакалась
Доротка.
- Сдается мне, она потом еще раз долбанула в пол, - неожиданно
произнес внимательно слушавший Мартинек. И привлек к себе всеобщее
внимание.
- Долбанула? - вскинулась Фелиция. - Я ничего не слышала. Когда?
- Долбанула? - не поверила Меланья. - Только раз?
- Я тоже не слышала, - высморкавшись, проговорила Доротка. - Может,
упало что?
- Что у нее могло упасть, ты ведь сама говорила...
- А я все-таки хочу знать, как будет с похоронами! - упорно
придерживалась своей темы Сильвия:
- Где похороним покойницу? На Повонзка? или на Брудне?
- Почему это тебя так волнует? - подозрительно поинтересовалась
Меланья. - Она что, высказывала на сей счет какие-то пожелания?
- Да нет, я так...
- Может, в завещании написала, - предположил Мартинек.
Фелиция раздраженно проворчала:
- Похороним ее там, где проще всего оформить.
Ну вот, опять дубасит. Не слышите, что ли? Да нет, в калитку!
В калитку дубасил Эдик Бежан, отчаявшись культурно дозвониться. Он
ведь не мог знать, что Фелиция света над калиткой не зажгла, позабыла -
такой уж сегодня суматошный день, а в темноте полицейский звонка не
нащупал. С крыльца поинтересовались - "кто?", от калитки крикнули -
"полиция", и старшего комиссара впустили без проволочки. Полицию в доме уже
ждали, хотя Меланья и не преминула уколоть старшую сестру:
- Надо было вызвать какого-нибудь молодого идиота, а не умного доктора
Малика. Молодой бы не моргнув глазом выписал справку о кончине старухи, для
него восемьдесят лет - такая древность, что смешно и сомневаться в причине
смерти.
Эдик Бежан вошел в гостиную, представился, сел за стол и согласился
выпить стакан чаю. В главах безутешных родственников покойной опытный
полицейский узрел целый океан любопытства и крошечную песчинку тревоги. Так
и должно быть - полное отсутствие беспокойства показалось бы полицейскому
подозрительным, Эдик Бежан был не только опытным полицейским комиссаром, не
только умным человеком, он был еще человеком хорошо воспитанным.
- Возможно, мой приход некстати, - начал он с приличествующей случаю
дозой соболезнования в голосе, - и мне следовало бы явиться попозже, когда
у нас уже будут результаты вскрытия, но поскольку правила требуют
составления протокола, вот я и подумал - пообщаться для начала в
неофициальной обстановке, без протокола, если, разумеется, пани не против и
располагают временем...
- Располагаем! - не очень учтиво перебила Фелиция представителя
следственных органов. - И как раз обсуждаем это.., это прискорбное событие.
Так что подключайтесь...
- Очень, очень мило! - обрадовался Эдик Бежан, украдкой рассматривая
сидящих за столом. - Ведь гак важно узнать о несчастье с человеком от его
близких. Расскажите, пожалуйста, что произошло. Откуда вообще в вашем доме
появилась гражданка Соединенных Штатов?
Опытный следователь уже понял, что сидящие за столом бабы -
родственницы. Самой старшей по виду лет семьдесят, она энергична и
самоуверенна. Следующая по возрастному признаку наверняка ее сестра,
блондинка, очень полная, ей за пятьдесят, а если бы хоть немного
постаралась, могла бы и за сорокалетнюю сойти. Третья, видимо, также
сестра, в возрасте между сорока и пятьюдесятью, очень интересная женщина и
несомненно умна, по лицу видно. Четвертая - девушка лет двадцати -
относилась уже к следующему поколению. Она была явно расстроена и недавно
плакала. Темные пышные волосы, видимо, обычно собранные в пышный пучок,
рассыпались по плечам в беспорядке, что отнюдь не портило ее внешности.
Очень красивая девушка. Да и остальные женщины по всей вероятности в
молодости были красивы, они и сейчас еще ничего. Единственный представитель
сильного пола, молодой человек среднего роста, худощавый, с приятным лицом,
не отмеченным печатью гения, тем не менее производил впечатление
добродушного и честного малого.
Вопрос с американской гражданкой прояснила старшая из женщин, жестом и
строгим взглядом утихомирив уже раскрывших рты сестер. Да, они сестры,
комиссар больше в этом не сомневался.
Рассказав о том, каким образом Ванда Паркер оказалась в их доме,
Фелиция добавила:
- Так как пан из полиции, полагаю, имеет смысл показать вам письмо,
полученное нами от поверенного Ванды. Где письмо Войцеховского? - Фелиция
вопросительно глянула на сестер.
Те молчали. Отозвалась Доротка:
- Вчера ночью вы его держали в руках, тетя.
Глаза Фелиции гневно сверкнула.
- И что я с ним сделала?
Доротка тоже придерживалась мнения, что письмо Войцеховского очень
неплохо предъявить полиции: это избавит их от лишних пояснений и явится
свидетельством того, что они говорят правду. Ведь полиции нужна правда и
только правда. Вот только куда тетка умудрилась его опять задевать?
Последний раз она держала конверт с письмом в руках, когда они
дозванивались до Нью-Йорка. Потом тетка выгнала ее из гостиной, а сама
начала говорить с Войцеховским. И руки у нее были свободны, Доротка помнит,
как Фелиция одной рукой взяла трубку, а другой придвинула аппарат. Никуда
не выходила, от телефона не удалялась.
Сосредоточенно нахмурившись, Доротка подошла к маленькому столику у
окна, на котором стоял телефонный аппарат, просмотрела лежавшие рядом
бумаги, нагнулась к телефонным книгам, что стояли на полочке под столом,
выпрямилась, огляделась и извлекла письмо Войцеховского из-за ближайшего
цветочного горшка на подоконнике. Все так же молча подала конверт
полицейскому.
- А, значит я его положила туда! - обрадовалась Фелиция. - Что значит
положить на место!
Хорошо, что ты запомнила.
- Ну и... - выжидающе произнес полицейский, когда закончил чтение и
получил очень важную информацию для размышлений.
Долго ждать ему не пришлось. Ответы посыпались градом.
- Ну и в самом деле - приехала, - с непонятной претензией подтвердила
Меланья. - И постаралась максимально насладиться семейной обстановкой,
вернее, атмосферой, так, кажется, она говорила. Только вот для нас это было
несколько, я бы сказала, утомительно...
- Дубасила! - проникновенно информировал полицию Мартинек.
- Столько ей всего хотелось - голова шла кругом! - пожаловалась
Фелиция. - И за все приходилось платить нам, хотя нотариус уверял, что она
сама в состоянии...
- Так ведь вчера всем это доказала! - почему-то обиженно возразила
Сильвия. - При всех, мы своими глазами увидели...
- Почему только нотариус? И вроде бы Антось тоже подтвердил - она
богата? - язвительно допытывалась Меланья у старшей сестры, позабыв о
присутствующем за столом полицейском. - Интересно, что о первом разговоре с
Войцеховским я почему-то не слышала. Выходит, ты знала - есть что отмечать?
Такой ужин отгрохали...
- Что же вы отмечали, уважаемые пани? - не упустил шанса полицейский.
Ответила ему Доротка. Фелиция с Меланьей целиком и полностью
переключились друг на друга воодушевляемые редкими, но меткими
комментариями Сильвии. В перепалке сестер то и дело упоминалась неизвестная
пока полиции личность по имени Павел. Реплики источали столько яда, что
казалось, насквозь прожигали пол. Бежан навострил уши и пытался не упустить
ни словечка из того, что говорилось за столом, хотя делал вид, что слушает
одну Доротку.
- Видите ли, - говорила Доротка, - вчера крестная бабушка посетила
нотариальную контору, чтобы составить завещание, а потом вернулась с
шампанским и велела отметить это событие.
- Ужин был - экстра-класс! - проникновенно информировал полицию
Мартинек.
- И за столом она сказала, что мы все стали ее наследницами, - как-то
печально и равнодушно продолжала Доротка, - но она была такая довольная,
так радовалась, я даже подумала - не из-за того ли, что немного
злоупотребила шампанским...
- А старушка хлопала бокал за бокалом! - уважительно подтвердил
Мартинек.
- ..и показала нам драгоценности! - подключилась к ним Сильвия,
предоставив сестер самим себе. - Вы бы видели! Доротке она подарила такое
колье! Доротка, покажи пану!
- Да, она подарила мне колье, - без особого энтузиазма подтвердила
Доротка, - и предупредила, что будет просить у меня иногда его надевать.
Но зачем мне такое колье, я-то куда его надену? Ну и мы отметили
завещание...
- Торжественный ужин! - констатировал полицейский. - Гости были?
Поскольку Доротка замялась, за нее ответил словоохотливый Мартинек.
- Вот все эти, которых вы, пан полицейский, тут видите, и еще двое:
Яцек, он шофер такси, неплохой парень, мы с ним подружились, и еще один..,
как его... Павел.
Услышав с другой стороны стола имя любовника, Меланья оставила на
минуту сестру в покое и сухо произнесла:
- Павел Дронжкевич, журналист. Мой коллега по работе А в чем дело?
- В бескорыстной любви, - захихикала Фелиция.
Тут даже Сильвия обрушилась на сестру:
- А Павел что - дух святой, чтобы еще пять лет назад предвидеть, что
мы станем наследницами?
Кажется, Эдик Бежан начинал понимать, в каких отношениях находится эти
женщины.
- А второй гость, - сказал он, - Яцек.., простите, я не расслышал
фамилии...
- Волинский, - вздохнула Доротка. - Работает в радио-такси. Машина
номер семьдесят.
- Не пять, а десять лет назад, - так же холодно внесла поправку
Меланья. - О Вандзе тогда мы еще и не знали.
- Дороткин жених, - с готовностью информировала полицию Сильвия.
Вот тут Бежан от всего сердца пожалел, что не записывает застольную
беседу. Никакой следователь и мечтать не смел бы о столь потрясающих
предварительных показаниях. Если вскрытие обнаружит признаки насильственной
смерти старушки, в его распоряжении окажется пропасть ценнейших сведений.
Тут и мотивы как на ладони, и возможные преступники. И никто, за
исключением девушки, не скорбит, даже не пытается изображать скорбь.
Правда, они знали покойную с недавних пор, не успели привязаться и
полюбить...
С другой же стороны, похоже, никто из них не пытается ничего утаивать
от следствия. С обезоруживающей простотой и беззаботностью выкладывают
перед следователем не только обвиняющие их же факты, но и даже
обстоятельства, усугубляющие их возможную вину. Богатая старушка ни с того
ни с сего скончалась без всяких видимых причин в окружении своих наследниц.
Неужели все эти бабы не представляют, что данное обстоятельство
вызывает совершенно конкретные подозрения?
Поскольку застольная беседа неожиданно круто свернула в сторону -
почтенные дамы перешли на личности и обратились к временам их детства, Эдик
Бежан попытался добиться тишины, подняв руку с письмом и помахав ею.
- Давайте изложим все по порядку, - предложил полицейский. - Итак,
несколько месяцев назад вы, уважаемые пани, узнали, что некая Ванда Паркер
из Соединенных Штатов разыскивает вас...
- Не нас, а Крысю, вот ее мать, - поправила Сильвия, ткнув пальцем в
Доротку. - А поскольку наша сестра Крыся умерла родами, то Ванда
переключилась на Доротку...
- ..и даже назвала ее крестной внучкой, - добавила Меланья.
- Минутку, - перебил дотошный следователь. - Давайте в хронологическом
порядке, - Итак, обо всем этом уважаемым дамам сообщил нотариус, полагаю,
предварительно убедившись, что имеет дело именно с разыскиваемыми лицами?
- Если пан полицейский сомневается, так мы можем и семейные фотографии
предъявить, - обиделась Сильвия. - И у Вандзи были фотографии, идут
фрахтом, малой скоростью...
- Нет, нет, я нисколько не сомневаюсь! - поспешил заверить сестер
Бежан. Итак, уважаемые дамы получили письмо с известием о прибытии пани
Паркер. Ваша престарелая родственница прибыла в указанный срок?
- С двадцатиминутным опозданием, - автоматически уточнила Доротка.
- И поселилась у вас, хотя из письма следует, что ей был заказан номер
в отеле "Форум".
- Так она сама решила, - с нескрываемой горечью пояснила Доротка. -
Сказала - соскучилась по семейной обстановке.
- Понятно. Почувствовала себя у вас, как дома, и осталась. А что с
квартирой, которую она собиралась купить? Были предприняты какие-то шаги?
Фелиция с Меланьей переглянулись.
- Честно говоря, - не знаем, - ответила Фелиция. - Вандзя сразу начала
говорить, что, пожалуй, останется у нас, вот только надо наш дом немного
достроить. Я себе не представляю, как можно это сделать, а у нас в самом
деле тесновато. И Антось, то есть пан Войцеховский, предупредил меня по
телефону, что все расходы...
- Ага, призналась, наконец! - прошипела Меланья.
- О чем он предупредил пани? - вынужден был напомнить о себе комиссар,
поскольку Фелиция намертво замолчала.
- Ну, о том, что Вандзя сама пальцем не пошевелит, за нее все придется
делать нам. Мы бы и сделали, проше пана, но у нас возникли некоторые
проблемы.., так и быть скажу. Финансового порядка.
Полицейский чуть со стула не свалился. Господи, да сейчас эта баба ему
прямо в глаза брякнет, что они убили старушенцию, чтобы покончить с
проблемами финансового порядка. Или она ни в чем не повинна, как
новорожденное дитя, или наглость ее не имеет границ. Ведь не может же быть
настолько глупой, настолько ничего не соображающей...
А старшую сестру с жаром поддержала Сильвия.
- Представляете, она ни за что не хотела платить! Ну абсолютно ни за
что! Ни за такси, ни за разносолы, которые пришлось для нее закупать.
Прямо что-то ужасное! Денежки наши так и текли рекой.
- А кто же платил, раз пани Ванда не желала?
- А мы все по очереди, - пояснила Меланья. - Начиная с нашей
племянницы и кончая, кажется, мною. А может, Яцеком. Но за шампанское я ему
деньги вернула.
Бежан опять ухватился за хронологию.
- Давайте по порядку. Итак, она поселилась у вас и что стала делать?
- Дубасить! - опять вежливо напомнил Мартинек, от всего сердца желая
помочь своим благодетельницам.
- - Как это? - не понял полицейский, - Каждый вечер колотила по
полу! - обрадовался Мартинек возможности помочь полиции.
- И каждое утро! - добавила Сильвия.
- Да зачем же, Езус-Мария?
- А у нас, видите ли, не оказалось звонка, чтобы вызывать прислугу, -
ядовито пояснила Фелиция. - До сих пор нам это было без надобности.
Вот она и тарабанила по полу крокетным деревянным молотком.
- Из Америки специально привезла?
- Нет, у нас разыскала, завалялся на шкафу, все о нем и забыли. А она
сразу разыскала! И стуком вызывала прислугу, когда ей что-то требовалось.
Ведь она поселилась в комнате наверху, - Фелиция указала пальцем на
потолок, - вот и приходилось мчаться наверх, чтобы узнать чего наша барыня
пожелала. Давно не приходилось нам столько носиться по лестнице.
- Так ведь в основном Доротка носилась, - удивилась простодушная
Сильвия.
- Когда была дома! А старалась пребывать в доме как можно меньше.
Опасаясь, что сестры опять перейдут на личности, полицейский поспешил
вернуть застольную беседу в нужное русло.
- Если я правильно понял, ваша гостья успела все-таки побывать у
нотариуса и оформить завещание. Вы знали об этом, уважаемые пани?
- Трудно было не знать, если она целых два Дня только о своем
завещании и говорила.
- А что говорила?
- Что мы все ее наследницы. А главная - Доротка.
- И это правда?
- А вот этого мы как раз и не знаем. Но небось, нотариус вам и скажет.
- Если только Ванда и в самом деле побывала у него, - сухо заметила
Меланья.
- Яцек говорил - была. Он ждал ее больше двух часов у ворот
нотариальной конторы. Представляете, и все время работал счетчик!
- Похоже, какая-то машина подъехала, - сказал Мартинек, подходя к
окну.
Отогнул занавеску, поглядел.
- Такси. Кажется, Яцек, Легок на помине. И еще большая машина, Беседа
была приостановлена. Все бабы бросились к окнам. Доротку погнали открывать
двери и ворота.
В дверях гостиной появился Яцек и коротко известил:
- Привез.
- Что ты на этот раз привез, сынок? - сладко пропела Фелиция.
- Фрахт пани Ванды. Разве она вам не сказала о своем поручении?
- О Езус-Мария! - простонала Меланья.
Удивленный ее реакцией, Яцек сначала глянул на нее, потом обратился к
Фелиции:
- Понятно, пани Ванда забыла вас предупредить. А возможно, хотела
сделать сюрприз. (Сюрприз и получился, насколько я понимаю, но видите ли,
этого довольно много...
- А откуда ты взял этот фрахт? - все тем же сладким голосом продолжала
интересоваться Фелиция. - И с чего это тебе втемяшилось в голову привозить
его сюда?
Яцек удивился.
- Так ведь пани Ванда велела! Вчера дала мне квитанции и доверенность,
заверенную в нотариальной конторе. Видно, сразу решила и это оформить, уж
заодно. И велела привозить сюда. А куда же еще? И все оказалось заранее
оплачено, хотя я на всякий случай прихватил с собой деньги. Она и в самом
деле не сказала вам о том, что багаж уже пришел, и она поручила мне его
доставить с таможни? Ну не обязательно вчера, я понимаю, вчера был званый
вечер, не до того, но сегодня целый день прошел. А ее что, нет дома?
- Да, ее уже нет, - ответила Сильвия, опять садясь на место.
Вернулась Доротка, боком протиснулась мимо загораживающего вход в
гостиную Яцека, тоже села за стол и с мрачной отрешенностью уставилась
куда-то в угол. Фелиция, казалось, с трудом удерживалась от смеха, который
ее просто душил. Меланья, напротив, сидела темнее тучи. Бежан с величайшим
интересом наблюдал за столь разнообразной реакцией присутствующих на
появление парня с грузом покойной и больше всего боялся, как бы самому не
нарушить воцарившуюся в комнате необычную атмосферу.
Яцек был явно сбит с толку.
- Господи, что-то не так? Я плохо поступил?
Где пани Ванда, да пусть она сама вам все объяснит! Я думал.., я был
уверен, она все согласовала с вами. Там у меня и грузчики, они не могут
ждать, скажите, куда вещи вносить. Там есть и очень габаритный груз...
- Да куда хотят! - расхохоталась наконец Фелиция, теряя остатки
самообладания. - Хоть себе заберут, хоть к печной трубе привяжут!..
- Хватит дурь нести! - прикрикнула на сестру Меланья. - Говори толком!
- Так ведь у нас все забито!
- Барахлом! Сколько раз тебе говорили - давно пора выбросить все на
свалку!
- Свое выбрасывай!
- Среди моих вещей нет барахла.
- Да найдется же место, чего вы! - попыталась усмирить сестриц
Сильвия. - Хотя бы в комнате Вандзи.
Воспользовавшись тем, что он уже не в центре внимания, Яцек
придвинулся к Мартинеку и толкнул в бок.
- Ты, что тут происходит?
Тяжко вздохнув, Мартинек изобразил на лице глубочайшую скорбь.
- Плохи дела, старик. Пани Ванда сыграла в ящик, то есть, того.., я
хотел сказать, окочу.., преставилась с божьей помощью и неизвестно отчего.
А этот мужик - полицейский, не какая-нибудь мелочь, а сам старший
комиссар полиции, чтоб ему!
Да нет, ни под какую машину старушенция не угодила, тут на месте и
окочу.., то есть отдала концы в собственной пос
...Закладка в соц.сетях
