Жанр: Детектив
Пэри Мейсон 1-44.
...безбоязненно занимался своим бизнесом и кото...
- Уж не думаешь ли ты о Белл Фраймэн? - опередила его Делла Стрит.
В этот момент распахнулась широкая дверь и в зал заседаний вошел
судья Мейнли. Все поспешили занять свои места.
Судья Мейнли обратился к окружному прокурору:
- Решила ли прокуратура, желает ли она просить отсрочки слушания дела
до завтрашнего дня, при условии, что обвиняемая будет освобождена под
расписку?
- С разрешения Суда мы не можем пойти на это, - ответил Маршалл. - Мы
бы очень хотели получить отсрочку, но такое условие нас не устраивает.
- Ну что ж, - судья развел руками, - и с соображениями защиты тоже
невозможно не согласиться. Из-за неготовности обвинения к сложившемуся
повороту событий обвиняемая не должна еще одну ночь проводить в камере
предварительного заключения... Раз вы не согласны с предложением защиты,
продолжаем слушание дела.
Мейсон поднялся с места.
- Ваша Честь, если мне разрешат задать несколько вопросов еще одному
свидетелю, мы могли бы настолько прояснить дело, что откладывать его и не
потребуется.
- Какому свидетелю? - спросил судья.
- Тому, который сможет нам сообщить о Монтрозе Девитте то, что до
этого мы просмотрели... Я имею в виду Ронли Эндовера.
Судья посмотрел на прокурора.
- Что вы скажете?
- Я не возражаю.
Судья кивнул Эндоверу.
- Поднимитесь еще раз на свидетельское место, мистер Эндовер. Вы уже
приведены к присяге.
Эндовер прошен на возвышение, было заметно, что он неприятно удивлен
требованием адвоката. Последний подошел к нему вплотную и внимательно
посмотрел в глаза.
- Мистер Эндовер, - спросил он, - где вы находились вечером девятого
числа?
- В Лос-Анджелесе. Вы это знаете. Я давно лежал в постели, у меня был
грипп.
- Выезжали ли вы из Лос-Анджелеса куда-либо в этот день?
- Нет, конечно.
- Тогда как могло случиться, что отпечатки вашим пальцев обнаружены в
отеле "Палм Корт" в Калексико?
- Это неправда! - сказал Эндовер. - Этого не может быть.
Мейсон повернулся к шерифу.
- Шериф, я бы вас просил сравнить его отпечатки с теми, которые до
сих пор остаются неидентифицированными.
Шериф посмотрел на прокурора.
- Мы возражаем, - сказал тот, - мы считаем, что это - попытка
запугать свидетеля.
- При нормальном положении вещей я бы с вами согласился, господин
обвинитель, - сказал судья Мейнли. - Но в этом деле было столько
неожиданностей, а адвокат пока что не допустил ни одного промаха, так что
я разрешаю взять отпечатки пальцев этого человека.
- Одну минуточку! - заорал Эндовер. - Вы не имеете права этого
делать! Я сюда вызван повесткой в качестве свидетеля, и я не под арестом!
Меня никто ни в чем не подозревает...
- Вы возражаете, чтобы шериф взял у вас отпечатки пальцев? - вежливо
спросил Мейсон.
- Я не обязан этого разрешать!
- У вас есть возражения?
- Да.
- Хорошо, что это за возражения?
Эндовер напоминал дикого зверя, попавшегося в капкан. И вдруг он
вскочил со свидетельского кресла.
- Я не намерен здесь оставаться и подвергаться дальнейшим унижениям!
Я знаю свои права!
- Минуточку, минуточку! - повысил голос и судья Мейнли. - Шериф,
возьмите этого человека под арест, если он намеревается отсюда бежать. При
данных обстоятельствах есть основания полагать, что вопрос об отпечатках
его пальцев может иметь колоссальное значение!
В эту секунду Эндовер внезапно отпрянул от шерифа, повернулся и
бросился бежать прочь из зала суда.
- Вы арестованы! - закричал шериф. - Стойте или я буду стрелять!
Но Эндовер с силой хлопнул дверью перед его носом. На ходу вытаскивая
револьвер, шериф выскочил на улицу...
В зале заседаний поднялся невообразимый шум, все вскочили со своих
мест и устремились в погоню.
Мейсон посмотрел на судью, который едва заметно кивнул ему головой,
потом стукнул молотком и объявил:
- Теперь Суд будет продолжать слушание дела по собственному
усмотрению. Мы приказываем освободить обвиняемую под расписку, если только
прокурор не желает прекратить против нее дело.
Маршалл колебался всего минуту, потом поднял руки, показывая, что
сдается.
- Хорошо, - сказал он, - дело прекращается.
И, не добавив ни единого слова ни Перри Мейсону, ни обвиняемой, он
покинул зал заседаний.
17
Перри Мейсон, Делла Стрит, Дункан Краудер, Линда Кэлхаун, Лоррейн
Элмор и Пол Дрейк собрались в кабинете Дункана Краудера.
- Ну, - сказал Краудер, - насколько я понимаю, местный Давид со своей
пращой, на этот раз явно просчитался, а Голиаф, то есть Мейсон, вновь
оказался на высоте.
- Большое спасибо за весьма эффективную помощь, - сказал Мейсон.
Краудер поклонился.
- Верно ли я во всем разобрался, Перри? - спросил Дрейк. - Эндовер
действительно был помощником Девитта. Он отправился место, заранее
выбранное для ограбления, куда Девитт позднее должен был привезти миссис
Элмор. Он направил на Девитта револьвер, приказал тому выйти из машины,
отвел немного в сторону и якобы забил насмерть газетой, свернутой в трубку
и окрашенной в черный цвет, чтобы она напоминала дубинку. После этого он
вернулся назад, вынудил миссис Элмор ехать вперед по дороге, зная, что
через несколько сотен ярдов она непременно застрянет в песке, сам же
вернулся назад, посадил Девитта в свою машину и направился в мотель, по
всей вероятности намереваясь забрать деньги и тут же удрать.
- Таким был первоначальный план, - согласился Мейсон. - Но при
осмотре машины Эндовер, как я полагаю, обнаружил бутылку виски, а также
упаковку снотворного в "бардачке", что навело его на одну интересную
мысль. Он поспешно добавил в бутылку лекарства из ампул, подождал, пока
оно растворится полностью, и в темноте дал Девитту выпить, возможно, даже
из горлышка. Так что к тому времени, когда они приехали в мотель, Девитт
уже практически не соображал, что творится... Он, по всей вероятности,
уснул, едва переступил порог комнаты. Чтобы не произошло осечки, для
страховки, если так можно выразиться, Эндовер пустил в действие ледокол.
Он прекрасно учел, что все подозрения, вне сомнения, падут на миссис
Элмор. Дальнейшее понятно - Эндовер помчался назад, но уже другой дорогой,
к месту, где еще оставался застрявший в песке автомобиль. Сама миссис
Элмор в это время где-то блуждала в пустынной местности, пешком добираясь
домой. Эндовер подсунул ледокол под коврик багажника, а на переднее
сиденье, как бы нечаянно, уронил ампулу. Закончив с этим, Эндовер
возвратился в Лос-Анджелес и, использовав луковый экстракт или что-то
другое, вызвал у себя приступ аллергии с насморком, слезотечением и
другими внешними признаками простуды. Он улегся в постель и заявил
окружающим, что у него грипп. Но преступник-любитель непременно допускает
какие-то ошибки, и Эндовер тоже многого не учел. Он забыл, что отпечатки
его пальцев остались в отеле, а когда я ему об этом напомнил, он
сообразил, что этот промах будет для него губительным, ведь он никогда не
сможет объяснить, каким образом его отпечатки могли там оказаться.
- Но почему же он перевернул все вверх дном в комнате миссис Лоррейн
Элмор? - спросил Пол Дрейк. - Ага, подожди минутку... Я тоже все понял...
Он считал, что деньги находятся под подушкой в мягком кресле в комнате
Монтроза Девитта, а когда их там не оказалось, принялся искать в другом
месте.
- У него были ключи, - сказал Мейсон, - ты же помнишь, что он все
забрал у миссис Элмор, включая и ее сумочку. Случайно именно это и
оказалось основной уликой - то, что сумочка оказалась в номере отеля...
Когда планировалась инсценировка ограбления, Монтроз Девитт не мог
предвидеть, что Лоррейн Элмор настоит на том, чтобы все деньги остались в
отеле.
Мейсон посмотрел на миссис Элмор, и та кивнула.
- Но в тот момент это не имело большого значения, - сказал Мейсон. -
ведь Девитт и Эндовер могли забрать деньги из отеля так же просто, как и
получив их от самой миссис Элмор.
- Меня больше всего интересует, - сказала Делла Стрит, - как ты
сообразил, что помощником Девитта был этот самый Эндовер?
- Очень просто, - сказал Мейсон. - Признаться, в этом вопросе я был
не на высоте, совершенно просмотрев такой важное аспект... буду винить
себя за верхоглядство!
- Какой аспект?
- Достаточно было сообразить как все было на самом деле, - сказал
Мейсон, - вернее, как все должно было быть, чтобы понять, что у Девитта
был помощник.
Делла Стрит кивнула.
- Тогда я стал мысленно взвешивать все возможности, ломая голову над
тем, кто же был этим сообщником, - продолжил Мейсон. - И припомнил одну
мелочь, которая ясно указала на Эндовера.
- Какую и почему?
- Потому что, - сказал Мейсон, - Эндовер раздобыл пятнадцать тысяч
долларов для Девитта, что было своеобразной приманкой для выуживания у
Лоррейн Элмор тридцати пяти тысяч долларов наличными. Так вот, он стоял на
обочине у дороги и на ходу передал конверт с деньгами Девитту, в то время
как Лоррейн Элмор сидела за рулем машины.
- Пока еще я ничего не понимаю, - заметила Делла Стрит.
- Вспомни, - сказал Мейсон, - Эндовер якобы знал Девитта только как
Вестона Хейла и даже не догадывался, что у того искусственный глаз. Однако
когда Эндовер вручал ему деньги, у того на глазу была черная повязка!..
Если бы Эндовер, ничего не скрывая, говорил правду, то он бы в первую
очередь упомянул, что его поразила черная повязка на глазу приятеля.
Дрейк щелкнул пальцами.
- Черт, а ведь так оно и есть!
- Я думаю, что этим все сказано, - сказала Делла Стрит. - Но что
заставило Холанда Брента вдруг отправиться в Лас-Вегас и с головой уйти в
игру?
- Действительно, - заметил Мейсон, - непонятно.
На минуту воцарилось молчание.
- Я могу объяснить, - неожиданно сказала Лоррейн Элмор. - Надеюсь,
что это не выйдет за стены данного кабинета, потому что, мне кажется,
Холанд Брент достаточно наказан. Все дело в том, что у Брента были весьма
серьезные личные финансовые обязательства. Получить из оборота собственные
деньги он мог через некоторое время. Поэтому, зная, что я уехала на
некоторое время из города, он счел возможным пустить в оборот мои
средства. Позднее, сообразив, что мой муж сразу потребует у него отчет и
обнаружит недостачу, он пришел в отчаяние. Он прилетел сюда, чтобы
объяснится со мной, признаться во всем, попросить у меня прощения и
договориться о займе, пока он не сможет вложить свои деньги обратно...
Узнав, что меня обвиняют в убийстве, он решил, что попал из огня да в
полымя. У него оставался единственный выход - решительно все поставить на
карту в буквальном смысле слова... Вот он и полетел в Лас-Вегас. Он дал
себе слово никогда больше не приближаться к игорному столу, если только
сумеет выиграть сумму, равную недостаче. Если бы он проиграл, он бы
покончил с собой... Надеюсь, что никто из вас об этом не упомянет. Я
считаю, вы имеете право услышать данное объяснение. Убеждена так же,
Холанд Брент получил хороший урок и до конца своих дней не станет больше
играть.
- Вот и последняя загадка решена! - воскликнул Пол Дрейк. - Он
действительно меня озадачил!
- Что ж! - улыбнулся Дункан Краудер. - Все хорошо, что хорошо
кончается. Огромное вам спасибо, мистер Мейсон, не только за работу, но и
за науку!
- Спасибо и вам, - ответил Мейсон.
- Благодаря тебе, Перри, - сказал Дрейк, - Краудер оказался в центре
внимания.
- Дункан сказал мне, что в зале заседаний находится одна молодая
особа, - заметил Мейсон, - на которую он хотел произвести впечатление...
Под письменным столом Краудера Делла Стрит с силой наступила Мейсону
на ногу.
Лицо Линды Кэлхаун покраснело от смущения.
- Не сомневайся, шеф, - лукаво улыбнулась Делла, - он сумел все-таки
произвести на меня колоссальное впечатление.
Раздавшийся телефонный звонок дал возможность Краудеру справиться со
своим смущением. Закончив разговор, молодой адвокат обратился к Мейсону:
- Это журналисты, они хотят сфотографировать всех нас за беседой в
моем кабинете. Я думаю, что вы не будете возражать?
- Все, что вы пожелаете я одобряю, Дункан, - кивнул Мейсон. - _В_с_е,
ч_т_о _п_о_ж_е_л_а_е_т_е_.
Эрл Стенли ГАРДНЕР
НАПУГАННЫЕ НАСЛЕДНИКИ
ПОСВЯЩЕНИЕ
Эту книгу я начал создавать среди майяских руин в Юкатане, а закончил
в Колумбии. Сюжет родился в моей голове на борту самолета, парящего над
живописными горами и джунглями. В свободное от работы с диктофоном время я
встречался с наиболее культурными и интересными людьми, с которыми
когда-либо сводила меня жизнь, хотя большую часть ее провел среди людей,
обладавших острыми умами и неординарными характерами. Наши
латино-американские друзья необычайно горды, свободолюбивы, независимы и
умны. Слишком мало было написано об образованных жителях этих государств,
слишком много времени мы, писатели, посвящали поискам "оригинального".
Бедность не обошла стороной и нашу страну. Наши бедняки живут в
густонаселенных трущобах. Жилища бедняков к югу от границы более
соответствуют нормам здравоохранения, хотя из-за мягкого климата кажутся
северянину хрупкими, но не менее живописными. Двери домов
латино-американских аристократов не распахнуты перед обычным
путешественником, движимым простым любопытством. Эти дома так же
неприступны, как фешенебельные особняки наших пригородов. Следовательно,
"туристы" нарушают покой беззащитных городских жителей.
Проблемой следующего поколения несомненно будет являться справедливое
распределение богатства между трудящимися всех народов при сохранении
частной инициативы. Эта проблема будет включать в себя и обеспечение
прочного мира. В определенной степени от справедливого и честного решения
этих проблем будет зависеть счастье и процветание целого полушария. Совсем
скоро развитие средств передвижения позволит среднему человеку почти
мгновенно и с комфортом перенестись из царства снега и льда в королевство
орхидей и тропических фруктов. Именно тогда нам в полной мере понадобятся
"добрососедские" отношения. Народ дружит не с правительством, а с народом.
Дружеские отношения не покупаются и не вводятся в приказном порядке, они
развиваются.
В Мексику и Южную Америку я ездил за материалом для журнальных
статей. Я надеюсь вернуться туда, чтобы возобновить самые приятные и
интеллектуально стимулирующие отношения в моей жизни.
Я посвящаю эту книгу тем, кто сделал ее написание столь приятным
занятием -
Друзьям, которых я обрел
"К Югу от границы".
Убийства без причин не совершаются. Убийства - всегда результат
жадности, алчности, ненависти, мести и, возможно, страха. Как от камня,
брошенного на спокойную поверхность воды расходятся во все стороны круги,
так и любое убийство затрагивает жизнь очень многих людей.
Ранним утром первые солнечные лучи пробились в окна частной палаты
"Мемориального Госпиталя Филлипса".
Донеслись звуки усиливающегося уличного движения, ночью почти не
беспокоящие обитателей больницы. Послышались по паркету коридора шаги
медицинских сестер, новый рабочий день вступал в свои права.
Для пациентов начинался утренний туалет с обычными процедурами -
измерениями температуры, сдачей крови на анализы. По коридорам покатились
тележки с завтраками, распространявшие аромат свежего кофе и запах овсяной
каши.
Медсестры спешили со шприцами для подкожных впрыскиваний в
хирургическое отделение к больным, чтобы успокоить их, снять напряжение
или подготовить к предстоящему наркозу.
Лоретта Трент сидела на своей постели. Она с улыбкой посмотрела на
вошедшую медсестру.
- Мне сегодня гораздо лучше, - сказала она еще слабым голосом.
- Доктор обещал зайти к вам после операции, - мягко улыбнулась
медсестра.
- Он сказал, когда я отправлюсь домой? - нетерпеливо спросила
больная.
- Вы спросите его об этом сами, - ответила медсестра. - Вам придется
теперь соблюдать строгую диету. Последний приступ был очень серьезным.
- Хотела бы я знать, чем был вызван этот приступ, - вздохнула
Лоретта. - Я ведь вела себя очень осторожно. Наверное, у меня какая-то
аллергия.
Особняк Лоретта Трент был расположен на просторном, ухоженном участке
на холме и напоминал о старых, добрых временах. Обитатели дома готовились
к приезду хозяйки, экономка заканчивала приборку в ее спальне.
- Сегодня миссис Трент возвращается домой, - сообщила она горничной.
- Доктор попросил медицинскую сестру Анну Фритч присмотреть за ней.
Медсестра только что приехала. На этот раз она пробудет здесь две недели.
- В таком случае мне повезло, - без особого энтузиазма ответила
горничная. - Сегодня я хотела бы уйти по своим делам.
В это самое мгновение чьи-то руки манипулировали над раковиной в
отделанной кафелем ванной комнате.
Тонкая струйка белого порошка посыпалась из пузырька в раковину. Рука
повернула кран, и вода смыла белый порошок в канализационную систему.
Необходимости в этом порошке больше не было. Он сослужил свою службу.
В просторном доме царила атмосфера напряженного ожидания. Боринг
Бриггс, зять Лоретты, его жена Диана, Гордон Келвин, еще один зять, и его
жена Максин, экономка, горничная, повар, медицинская сестра и шофер Джордж
Игэн ждали приезда хозяйки. Они все по-разному воспринимали предстоящее
возвращение Лоретты Трент домой.
После окончания утренних операций, хирурги переодевались в
повседневную одежду. Активность в "Мемориальном Госпитале Филлипса" к
полудню несколько утихла.
Пациенты после операций размещались в реанимационном отделении. Тех,
которые уже поправлялись после не очень сложных операций, развезли по
палатам - с бледными лицами, полузакрытыми глазами, покрытые одеялами,
больные производили удручающее впечатление.
Доктор Феррис Элтон направился в палату Лоретты Трент. Доктор был
среднего роста, худощавым, стройным, несмотря на свои пятьдесят пять лет,
мужчиной.
Лицо Лоретты Трент засветилось, когда врач открыл дверь ее палаты.
Медицинская сестра обернулась, увидела доктора Элтона и встала в ногах
больной, ожидая распоряжений.
- Вы сегодня чувствуете себя лучше? - с улыбкой спросил врач у
пациентки.
- Намного, намного лучше, - ответила она. - Я сегодня поеду домой?
- Да, сегодня вы вернетесь домой, - подтвердил доктор Элтон. - С вами
будет ваша прежняя медицинская сестра Анна Фритч. Поселите ее в комнате
рядом со своей спальней. Она должна будет дежурить круглые сутки, я хочу,
чтобы она последила за вами. Не нужно было отпускать ее после первого
приступа. За состоянием вашего сердца нужен постоянный контроль.
Миссис Трент кивнула.
- Теперь, - продолжал доктор Элтон, - я хотел бы поговорить с вами
откровенно, миссис Трент. Это уже третий гастроэнтеритный [гастроэнтерит -
воспалительное заболевание желудка и тонкого кишечника. Обычно
сопровождаются поражением толстого кишечника] приступ в течение восьми
месяцев. Такие приступы довольно серьезны сами по себе, но меня очень
беспокоит ваше сердце. Нельзя допустить, чтобы это повторилось еще раз.
Вам нужно _с_л_е_д_и_т_ь_ за своей диетой.
- Я знаю, - согласилась пациентка. - Но еда со всевозможными
приправами бывает _т_а_к_ вкусна...
Доктор в задумчивости нахмурился.
- Я думаю, - наконец сказал он, - что, когда вы немного поправитесь,
нужно будет провести серию исследований на аллергию. А пока вам следует
быть осторожнее. Хочу предупредить, что ваше сердце может не выдержать
очередного приступа. И вам не следует волноваться.
Руки и порошок сделали свое дело. Подготовительные мероприятия
закончены, дорога расчищена.
Жизнь Лоретты Трент теперь зависела от женщины, которую она видела
только один раз, от женщины, о существовании которой она совершенно
забыла. Да и сама эта женщина, Вирджиния Бакстер, довольно смутно помнила
Лоретту Трент. Она встретила эту пожилую женщину около десяти лет назад, и
встреча была ничем непримечательна.
Вирджиния, возможно, и вспомнила бы Лоретту Трент, но сейчас та
встреча совсем стерлась из памяти. Повседневные жизненные проблемы
прошедших лет вытеснили ее.
Сейчас Вирджиния Бакстер следовала в потоке пассажиров мимо
провожающих их стюардесс.
- Прощайте.
- Всего хорошего.
- До свидания, сэр.
- До свидания. Приятного путешествия.
- Спасибо, до свидания.
Пассажиры покидали самолет, направляясь в здание аэропорта, и ускоряя
шаг в направлении большой, ярко освещенной таблички с надписью "Багаж".
Стрелка указывала на нижний этаж.
Вирджиния Бакстер положила руку на перила эскалатора. На другой руке
она несла пальто и чувствовала себя довольно усталой. Ей было около сорока
лет, но она сохранила хорошую фигуру и привычку одеваться по моде. Всю
свою жизнь Вирджинии пришлось работать, поэтому были заметны морщинки
около глаз, по обеим сторонам носа наметились пока еще неясно очерченные
линии. При улыбке ее лицо озарялось светом. В плохом настроении уголки ее
рта иногда опускались вниз.
Она сошла с эскалатора на нижнем этаже и направилась к ленте
движущегося транспортера, на котором должны были появиться чемоданы.
Багаж еще не привезли, и Вирджиния быстро зашагала к тому месту, где
ей предстояло прождать несколько долгих минут.
Наконец на движущейся ленте транспортера стал появляться багаж,
который подавался к медленно вращающемуся столу. Пассажиры начали
разбирать свои чемоданы, носильщики с багажными бирками забирали тяжелую
ручную кладь и ставили ее на тележки.
Толпа пассажиров поредела. На столе осталось лишь несколько
чемоданов. Багажа Вирджинии все еще не было. Она повернулась к носильщику.
- Знаете, моего багажа почему-то нет, - сказала она.
- Какой у вас багаж, госпожа? - поинтересовался тот.
- Коричневый чемодан и небольшая продолговатая сумочка для косметики.
- Покажите, пожалуйста, багажные квитанции.
Она передала носильщику квитанции.
- Прежде чем начать поиски, - сказал он, - посмотрим, не подойдет ли
машина с очередным багажом. Когда багажа много, он не умещается на одной
машине.
Вирджиния терпеливо ждала.
Через несколько минут на транспортере появились чемоданы. Их было
четыре, два из их - Вирджинии.
- Наконец-то! - воскликнула она. - Вон те мои. Большой коричневый
чемодан впереди и продолговатая сумочка. Верните мне их, я устала после
ночного путешествия.
- Хорошо, мадам. Я возьму ваш багаж.
Чемоданы медленно двигались по ленте транспортера. Наконец чемодан и
сумочка скользнули на вращающийся стол. Носильщик взял их, сверил багажные
квитанции, поставил на тележку и направился к двери.
Стоявший позади мужчина сделал шаг вперед.
- Подождите минутку, пожалуйста - сказал он.
Носильщик посмотрел на него. Из бокового кармана пиджака человек
вытащил кожаный бумажник и, раскрыв его, показал жетон золотого цвета.
- Полиция, - сказал он. - Что-нибудь случилось с этим багажом?
- Нет, ничего, - поспешил заверить его носильщик. - Ничего. Он просто
не пришел с первой партией.
- С багажом произошла задержка, - сказал полицейский и повернулся к
Вирджинии Бакстер. - Это ваш чемодан?
- Да.
- Вы уверены в этом?
- Конечно. Большой чемодан и продолговатая сумочка. Квитанции я
передала носильщику.
- Можете сказать, что в этом чемодане?
- Да, могу.
- Пожалуйста, опишите, что находится в чемодане.
- Сверху лежит бежевое пальто с коричневым меховым воротником, потом
клетчатая юбка и...
- Хорошо. Пожалуйста, откройте чемодан, чтобы я мог удостовериться, -
попросил полицейский.
- Я надеюсь, что вы все правильно делаете, - сказала Вирджиния после
некоторого колебания.
- Чемодан заперт на ключ?
- Нет, я только закрыла его.
Полицейский открыл застежки чемодана.
Носильщик опустил тележку, чтобы чемодан был на уровне рук.
Вирджиния подняла крышку и отпрянула, увидев содержимое.
Аккуратно свернутое пальто было на месте, но сверху лежало несколько
прозрачных пластиковых пакетов, а внутри них - маленькие пакетики.
- Вы ничего об этом мне не сказали. Что это? - спросил полицейский.
- Я... я не знаю. Первый раз вижу.
Как будто по сигналу из-за колонны появился человек с фотоаппаратом и
вспышкой.
В то время, как Вирджиния пыталась прийти в себя, объектив был
направлен на ее лицо. Глаза Вирджинии ослепила вспышка голубоватого цвета.
Фотограф быстро заменил вспышку, подвинул камеру и сфотографировал
содержимое чемодана.
Носильщик торопливо отошел назад, чтобы не попасть в объектив.
- Я извиняюсь, мадам, - сказал полицейский, - но вам придется пройти
со мной.
- Что вы хотите от меня?
- Я объясню, - ответил офицер. - Ваше имя Вирджиния Бакстер?
- Да. А в чем дело?
- Мы получили о вас информацию, - сказал полицейский. - Нам сообщили,
что вы везете наркотики.
Фотограф сделал еще несколько снимков, затем повернулся и ушел.
- Конечно, я пойду с вами, - сказала Вирджиния полицейскому, - если
вы попытаетесь разобраться в этом деле. У меня нет ни малейшего
представления, как эти пакеты могли попасть в мой чемодан.
- Я понимаю, - серьезно сказал офицер. - Вам придется поехать со мной
в Управление полиции. Мы отдадим пакеты на анализ и установим, что в них
находится.
- А если это окажутся наркотики?
- Тогда нам придется арестовать вас.
- Но это... Это какое-то без
...Поділитися у соцмережах
