Жанр: Детектив
Пэри Мейсон 1-44.
...бязывающую ее предстать перед Большим Жюри.
- Вы передали миссис Элмор, что она ни при каких условиях не должна
говорить?
- Я разрешил ей только назначить дату и время.
- Можем ли мы на нее рассчитывать?
- Я не знаю, но я внушил Линде Кэлхаун, что ее тетка в своих
собственных интересах должна молчать. Знаете, мистер Мейсон, Линда -
удивительно разумная девушка! Она твердо стоит обеими ногами на земле.
- Хорошо, Дункан. Смотрите, чтобы доктор Кеттл не подставил себя под
удар. Нам надо сейчас слегка изменить тактику. Миссис Элмор не намерена
делать никаких заявлений по совету ее адвоката.
- Но тогда Маршалл засадит ее в тюрьму, предъявив ей обвинение в
убийстве.
- Он это сделает в любом случае, - ответил Мейсон. - Теперь я хочу,
чтобы вы сделали одну вещь, Дункан. Уж коли нам предстоит разбирать данное
дело в газетах, то и мы можем кое-что предпринять.
- Что вы хотите? - спросил Краудер.
- Позвоните этому врачу в Бостон, договоритесь об интервью с ним,
затем вы сможете опубликовать его в прессе как местный адвокат. Этим
заявлением я хочу добиться нескольких целей. Прежде всего, надо дать знать
общественности, что имеется местный адвокат и все, затеянное Маршаллом,
вовсе не борьба сельского Давида против городского Голиафа, и вы намерены
сыграть важную роль в деле.
- Я так и думал, что вы этого захотите. Что еще? Главное, о чем я
должен беседовать с бостонским врачом?
- Укажите доктору, что миссис Лоррейн Элмор в том периоде жизни,
когда жажда романтики в ней еще не умерла, что она жила в небольшом
городке под пристальными и зоркими взглядами соседей, склонных жалеть ее,
как относительно молодую женщину, и что там не было ни одного подходящего
мужчины, и она не участвовала в общественной деятельности. В результате
женщина стала страдать от одиночества, от депрессии, а он, имеется в виду
врач, посчитал разумным успокоить ее нервную систему всяческими микстурами
в дневное время и снотворным по ночам. Когда она собралась отправиться в
поездку, то, естественно пополнила свой запас рекомендованных врачом
препаратов, и тогда он их выписал в большем количестве, зная, что у нее
нет тенденции покончить с собой и отлично понимая, что она начнет
беспокоиться из-за нехватки лекарства и такой, в сущности, пустяк может
вывести ее из равновесия. Таким образом, большое количество снотворного,
выписанное ей, было всего лишь психологическим фактором, связанным с ее
лечением. Он хорошо знаком с ее характером и репутацией, она женщина
необыкновенной порядочности, так что для него не было большим риском
прописывать ей наркотик в таком количестве...
- Вы полагаете, он это заявит? - спросил Краудер.
- Конечно, - усмехнулся Мейсон. - Он будет вынужден сказать именно
так, иначе ему здорово достанется за нарушение правил выписки наркотиков,
особенно такого сильнодействующего. Вы можете указать, что на карту
поставлена его профессиональная и личная репутация, и лучше еще до того,
как пресса пронюхает всю историю, опубликовать истинные факты.
- Ему их подсказать?
- А разве можно найти какое-то другое, более логичное объяснение? -
спросил Мейсон.
- Я бы даже и не пытался!
- Хорошо, Дункан, - засмеялся Мейсон. - Займитесь этим. Если они
желают и дальше разбирать дело в газетах, то мы им представим материал,
который сработает в пользу нашей подзащитной - несчастной, ошеломленной
вдовы, страдающей от одиночества, перед которой только что открылась
светлая перспектива надежд на счастье, но все внезапно разрушено
безжалостной рукой смерти.
- Теперь я понял. Вы хотите, чтобы это мнение получило широкую
огласку?
- Самую широкую!
- Хорошо, - согласился Краудер и повесил трубку.
Мейсон с удовлетворением подмигнул Делле:
- Если окружной прокурор желает жесткой игры с силовыми приемами, то
он ее получит. Газеты не захотят ограничиться обслуживанием одной стороны.
- Я полагаю, - заметила Делла Стрит, - мы попали в хорошую переделку.
- Каша заварится еще та, - согласился адвокат. - Откровенно говоря, я
на это не рассчитывал... Ладно, посмотрим, что нам расскажет Пол.
Делла позвонила детективу и через минуту раздался условный стук в
дверь.
- Привет, красотка! - поздоровался Дрейк. - Что принесет нам это
прекрасное утро?
- Оно принесет кучу новых забот и хлопот, - рассмеялся Мейсон. -
Впрочем, их и без того предостаточно!
- Наседает окружной прокурор Империал-Вилли?
- Он самый! Старается сыграть на местном патриотизме. Он представляет
округ, а я лишь столичный ловкач, поднаторевший в словесной казуистике. Мы
должны бороться в присутствии Скамьи Присяжных, состоящего из фермеров,
местных скотоводов и бизнесменов.
- Но у тебя же есть местный адвокат?
- Тамошние газеты утверждают, что местного адвоката он, дескать,
загонит в угол, не даст и рта раскрыть. Бой должны вести блестящий
правдолюб - окружной прокурор, преисполненный всяческими сельскими
добродетелями, и ловкий городской адвокат, который будет прибегать ко
всякого рода противозаконным трюкам. Более того, наша клиентка уже
превратилась в наркоманку, которую можно пожалеть, но никак нельзя
простить за убийство!
- Очень интересно! - только и сказал Дрейк.
- Но самое непонятное, - продолжал Мейсон, - каким образом они могут
предъявить обвинение миссис Элмор? Когда она расскажет свою историю -
другое дело. Но ведь пока еще она не давала никаких показаний.
- А суть им уже известна?
- Похоже на то. Благодаря тонким стенкам мотеля "Палм Корт" в
Калексико. Но я все же не могу понять, как они намерены поступить.
- Окружному прокурору следует занимать осторожную позицию, - заметил
Дрейк. - Ему еще слишком рано говорить, что именно произошло, но он хочет
допросить миссис Элмор. Тем более, что ее адвокат, по всем признакам,
старается не допустить его к ней - уже одно это очень подозрительно.
- Если бы он повел так дело, он мог бы оказать на меня известное
давление, ну, и сыграть на истории, рассказанной миссис Элмор. Он же
действует так, словно у него уже имеется дело против нее, заботясь о
создании мнения у присяжных и о передаче информации в газеты.
- Ты не можешь винить его за это, - рассмеялся Пол Дрейк. - Он хочет
любой ценой выиграть дело. Мне думается, он усматривает в этом реальную
возможность выбраться из провинции.
Мейсон сердито посмотрел на детектива.
- Я тоже хочу выиграть это дело, Пол, - ответил он. - Ладно, какие у
тебя новости?
- Сядь, Перри, тебя ожидает неожиданность.
- Какая?
- Точнее, сразу две новости.
- Стреляй!
- Начну с Холанда Брента. Представь себе, наш старомодный,
симпатичный, одетый в нелепый твидовый костюм и смешную шляпу советник по
финансовым делам мчится в Лас-Вегас...
- В Лас-Вегас? - удивился Мейсон.
- Вот именно! Он поехал на взятой на прокат машине до Палм Спрингс,
там пересел на самолет до Лас-Вегаса и отправился прямо в город.
- Что ты хочешь сказать?.. Что, он стал играть?
- Окунулся в игру с головой и выиграл большие деньги.
- Ты что-то напутал, Пол.
- Да, нет, совершенно серьезно.
- Да, хотя ты прав, - задумчиво сказал адвокат. - В отношении этих
консервативных, респектабельных жителей восточных штатов никогда ничего
нельзя предугадать заранее... В каждом из них живет желание походить на
обитателей Дикого Запада... Могу поспорить, что если бы кто-то дал этому
малому пояс-патронташ с парой револьверов соответствующего калибра, он бы
встал перед зеркалом и с превеликим удовольствием практиковался бы в
искусстве молниеносной перезарядки огнестрельного оружия... Так сколько же
он выиграл?
- Ты не поверишь, Перри, - сказал Дрейк. - Он так разгорячился, что
от него только что пар не шел, руки его дрожали, глаза сверкали. По всем
признакам, он азартный игрок. Вокруг стола с рулеткой моментально
собралась толпа любопытных, и за него многие болели...
- Ну, и что было потом?
- По нашим подсчетам он выиграл тридцать пять тысяч долларов!
Мейсон свистнул.
- Как я и говорил, играл он необычайно азартно, а потом без всякой
видимой причины успокоился и стал холоден, как мрамор.
- И начал проигрывать?
- Как только он начал проигрывать, тут же остыл к игре.
- Где он находится в данный момент?
- Согласно последним данным, спит в Лас-Вегасе. Я приставил к нему
парочку оперативников, они следят за ним круглосуточно. Как только он
поднимется на ноги и снова появится, парни сразу же позвонят мне.
- Прекрасная работа, Пол... Это и правда явилось для меня
сюрпризом... Ну, а вторая неожиданность?
- Наш юный друг Джордж Кесвик Летти.
- Что с ним?
- Он превратился в любимчика окружного прокурора Болдуина Маршалла.
- Как это? - не понял Мейсон.
- После того, как окружной прокурор вышел из твоего кабинета, он,
по-видимому, подумал, что ты захочешь приставить к нему "хвост". Во всяком
случае, он прибег к общеизвестным мерам предосторожности, чтобы избавиться
от возможного преследования. Наверное, он вычитал про эти приемы в
детективной литературе лет десять назад, и действовал в соответствии с
теми представлениями. Ему-то было невдомек, что мы применяем электронные
устройства.
- Дальше?
- Все прошло, как по маслу. Мы проверили стоянки машин, и нашли три
машины с номерами Империал-Вилли, посмотрели на регистрационные
удостоверения, и, обнаружив на одном из них имя Маршалла Болдуина,
вмонтировали электронный жучок. Ну, а после этого двое моих парней ожидали
появления владельца машины...
- Понятно. Так что же делал Маршалл?
- Он описал восьмерку по кварталу, проезжая перед светофором перед
сменой сигнала, без конца оборачивался, тормозил, и так далее. Под конец,
решив, что обвел любого преследователя, Маршалл, преисполнился важности и
повез Летти... угадай, куда?
- В Лас-Вегас?
Пол покачал головой.
- В Тихуану, - сообщил он. - На арендованном самолете.
- В Тихуану? - поразился Мейсон.
- Совершенно верно, - подтвердил Дрейк. - За мексиканской границей.
Так что если бы ты задумал вызвать его повесткой в Суд, то все твои
старания пошли бы насмарку, даже если бы ты его и нашел. Парень в данный
момент находится вне территории нашего Суда, за границей.
- Ловко сработано, ничего не скажешь! - воскликнул Мейсон.
- В Тихуане он поместил парня в лучший отель и заявил администрации,
что его округ будет оплачивать размещение и питание Летти.
- И что потом?
- После этого Болдуин Маршалл, весьма довольный собой, полетел назад,
сел в аэропорту в собственную машину, отправился в Эль-Сентро и начал
раздавать интервью своим ближайшим друзьям, которые без задержки сообщили
материал в газеты.
- Весьма интересно!
- Подожди, это еще не все. Наш друг получил субсидию.
- Ты имеешь в виду Летти?
- Да, Джорджа Кесвика Летти. Окружной прокурор не только обеспечил
его бесплатным номером в первоклассной гостинице и полным пансионом, но он
снабдил его и карманными деньгами.
- Ты шутишь, Пол? - воскликнул Мейсон.
- Суди сам!.. Парень сидел на нуле, теперь же приобретает себе вещи и
держится богатым американским туристом. Возможно, он получил указания, как
себя вести, но в любом случае подобная роль весьма устраивает Джорджа
Летти, он аж сияет от восторга!
Мейсон прищурил глаза.
- Пол, мне безразлично, какой счет ты мне представишь, - сказал он, -
но Летти должен находиться под постоянным наблюдением. Отправь туда
столько оперативников, сколько считаешь нужным. И пусть, когда он что-то
покупает, твои ребята точно фиксируют цену товара. Иными словами, я хочу
знать до последнего цента все, что Летти тратит. Позднее, когда окружной
прокурор вызовет Летти для дачи показаний, я преподам Болдуину Маршаллу
наглядный урок юридической практики, напомню ему некоторые прописные
истины, которые он, вероятно в азарте, начисто позабыл... Одно дело
поместить важного свидетеля в отель, где его никто не будет тревожить,
совсем другое - дать свидетелю наличные деньги на так называемые личные
расходы, особенно если свидетель, прежде нуждавшийся, теперь начинает
шиковать... Во-первых, это неоправданная трата казенных денег, а
во-вторых, подкуп свидетеля. И то и другое несовместимо с должностью
прокурора... Интересно, сообщил ли он Линде, где находится Летти?
- Как мне кажется, она ничего не знает, - ответил Дрейк. - Судя по
всем этим хитроумным мерам предосторожности Маршалла, Летти ей абсолютно
недоступен.
Зазвонил телефон.
Делла подняла трубку, посмотрела на Мейсона и сообщила:
- Звонит Краудер.
Мейсон кивнул ей.
- Не опускай трубку, Делла, - сказал он. - Алло, Дункан?
- У меня несколько новостей, мистер Мейсон, - сказал Краудер. - Что
вы знаете о ледоколе?
- Это судно особой конструкции.
- Нет, я имею в виду острый металлический штырь, которым разбивают
кубики льда из холодильника.
- И что с этим ледоколом? - спросил Мейсон.
- Он орудие убийства, - сообщил Краудер.
- Убийства? - удивился Мейсон. - Я считал, что этот человек умер от
повышенной дозы наркотиков.
- Вплоть до последнего времени все думали так, но, оказывается,
окружной прокурор припрятал в кармане козырного туза. По всей вероятности,
Девитта усыпили наркотиком в виски, потом кто-то взял ледокол и вонзил ему
в голову. Этого убийце показалось мало. Чтобы быть абсолютно уверенным в
смерти Монтроза Девитта, он нанес ему еще пару ударов в область сердца...
Однако удары в сердце уже не вызвали никакого кровотечения. Это
доказывает, что человек был мертв до того, как ледокол пустили в ход. Раны
на теле были настолько неприметны, что их бы просто не заметили, если бы
Маршалл не потребовал произвести вскрытие. Он позвонил в Лос-Анджелес и
вызвал оттуда одного из самых лучших патологоанатомов, чтобы тот проводил
вскрытие.
- Да, - заметил Мейсон, - это несколько усложняет дело!
- Я вам скажу еще кое-что, - сказал Краудер. - Они обнаружили орудие
убийства в машине миссис Элмор!
- Что? - воскликнул Мейсон.
- Он был засунут под коврик в багажнике. Более того, ледокол взят из
номера шестнадцать мотеля "Палм Корт", который занимала миссис Элмор.
- Как они могут утверждать, что ледокол взят именно из этого номера?
- спросил Мейсон.
- В каждом номере имеется свой штопор и ледокол. На деревянных ручках
выгравированы номера, которые никто даже не заметит, если не будет
специально всматриваться. Таким образом горничные имеют возможность
следить за тем, чтобы в каждом номере был свой штопор и ледокол. Я думаю,
особой нужды в таких номерах нет, просто у администрации мотеля имеется
приспособление для гравировки.
- Значит, вот что у него было в запасе! - вздохнул Мейсон.
- Да, он держит эти данные при себе, а теперь требует немедленного
слушания дела. Конечно, возможно, мне удастся уговорить доктора Кеттла
настоять на значительной отсрочке.
- Нет, нет, никаких отсрочек, - решительно заявил Мейсон. - Пусть
Маршалл добивается своего! - Он немного подумал и добавил: - Я хочу, чтобы
вы произвели впечатление не слишком сведущего и не вполне разбирающегося в
деле юриста. Пусть Маршалл назначает предварительное слушание дела, когда
только пожелает.
- Подзащитная имеет право на отсрочку, - заметил Краудер.
- Конечно, - согласился Мейсон. - Но пусть Маршалл считает, что вы не
знаете своих прав. Как видите, по моей милости о вас будут не слишком
высокого мнения, но я даю вам слово, что позднее все поставлю на свои
места.
- Это не так уж и важно, - сказал Краудер. - У вас есть линия защиты?
- Пока нет, - ответил Мейсон. - Но я поймал Болдуина Маршалла на
нечестной игре. Я имею возможность уличить его в подкупе свидетеля.
- Подкуп свидетеля! - воскликнул Краудер.
- Не удивляйтесь, такое и раньше случалось. Болдуин Маршалл
воображает, что сейчас он обвел всех нас вокруг пальца, и наша главная
задача не спугнуть его. Пусть себе назначает дату предварительного
разбирательства... Вам только придется позвонить мне и согласовать это с
моим расписанием, и мы, в случае необходимости, таким образом выиграем
немного времени... Я не хочу, чтобы предварительное следствие произошло
раньше, чем через сутки, но, с другой стороны, не желаю просить
официальной отсрочки на основании отсутствия свидетеля защиты или
конституционных прав обвиняемой.
- Вы хотите позволить ему лишить ее конституционных прав? - поразился
Краудер. - Но это ведь ничего не даст, если в Суде ее представляет
адвокат, не так ли?
- Конечно, в Суде ее будет представлять адвокат, и мы не собираемся
строить ее защиту на технических аспектах и на ссылках на конституционное
право. Просто я хочу, чтобы Болдуин Маршала, успел покончить с газетными
интервью, а после этого я окачу его ледяным душем, доказав в Суде, что он
подкупил своего свидетеля. В моих интересах устроить так, чтобы у него не
слишком кружилась голова.
- Я понял вас, - согласился Краудер.
- Думаю, Дункан, я поручу вам доставить эти доказательства, что сразу
же выведет вас в ведущие актеры в спектакле, в то время как заседание
будет проходить, так сказать, на местном уровне.
- Вы меня заинтриговали, мистер Мейсон. Кстати, Линда Кэлхаун ужасно
беспокоится из-за Летти. Что вы с ним сделали?
- Я?.. Ровным счетом ничего.
- А Линда думает, это ваша работа. По ее мнению, вы посадили его в
автобус, идущий в Бостон.
- Ничего подобного я не делал, - сухо сказал Мейсон.
- Где же он, в таком случае?
- Разве он не дал Линде знать о себе?
- Нет.
- Странно.
- Конечно, потому что, насколько я понимаю, он снова должен был
потребовать у нее денег.
- Вне всякого сомнения, этот Летти обманщик и вымогатель. Линда
Кэлхаун отправила ему телеграфом тридцать долларов, я дал двадцать в Юме.
А ему нужно было купить на них бензин и заплатить за комнату в отеле...
Что ж, по всей вероятности, он быстро даст о себе знать.
Мейсон весело подмигнул Полу Дрейку.
- Хорошо, что-нибудь еще? - спросил Краудер.
- Только то, - сказал Мейсон, - что мы выезжаем в Эль-Сентро.
Обороняйте крепость до нашего прибытия.
13
Линда Кэлхаун и Дункан Краудер встречали Мейсона, Деллу Стрит и Пола
Дрейка в аэропорту.
- Приветствую вас! - поздоровался Краудер. - Я отбивался от
репортеров, которые, узнав, что предварительное слушание назначено на
завтрашнее утро, непостижимым образом учуяли ваш прилет и потребовали
немедленного интервью.
- Почему бы и нет? - спросил Мейсон.
- Вы ничего не имеете против разговора с репортерами?
- Конечно.
- Я не знал. Я решил, что для начала сам должен переговорить с вами.
Этот Маршалл трюкач еще тот... Надо признать, что некоторые его трюки
очень умны.
- В этом я не сомневаюсь, - сказал Мейсон.
- Мистер Мейсон, я бы хотела узнать, что случилось с Джорджем Летти?
- спросила Линда Кэлхаун.
- Разве с ним что-то случилось? - спросил Мейсон.
- Не знаю, но думаю, что да.
- Вы не получили от него письма? - спросил Мейсон.
- Он мне прислал коротенькую записочку, но я не знаю, где он
сейчас... Точнее, он позвонил в отель в мое отсутствие и спросил, не
сможет ли он оставить для меня записку. Телефонист ответил, что это
возможно. В ней он сообщил, что некоторые обстоятельства изменились, о них
он пока не может говорить, но вынужден исчезнуть, так что я не должна
беспокоиться, все в порядке, и пусть я не сомневаюсь в его преданности, он
же целиком полагается на мою.
- Понятно, - сказал Мейсон.
- Как вы считаете, у него все нормально? - спросила она.
- Вес зависит от того, что вы подразумеваете под словами "все
нормально". Вы имеете в виду, что он здоров, ведет нормальный, вполне
благопристойный образ жизни и верен вам?.. Или же то, что он находится в
полной безопасности?
- В данный момент последнее.
- Судя по его записке, он в безопасности.
- Но где он, хотела бы я знать?
- Не могу сказать, Линда, - ответил Мейсон. - Я считаю необходимым
вам напомнить, что представляю вашу тетю. Правда, делаю это по вашей же
просьбе, но она - моя клиентка, а раз так, то ее интересы я соблюдаю в
первую очередь.
- Какое это имеет отношение к Джорджу?
- Тоже не могу вам сказать, - пожал плечами Мейсон. - Он меня не
интересует, хотя, возможно, имеет самое непосредственное отношение к
делу... А может быть, и не имеет.
- У меня крепнет убеждение, что вы с Дунканом от меня что-то
скрываете, мистер Мейсон.
Мейсон искоса посмотрел на молодого адвоката, услышав, как легко и
естественно Линда назвала его просто Дунканом.
- Мы с Линдой перешли на "ты", мистер Мейсон, - сказал Краудер.
- Понятно.
Линда, чуть покраснев, повернулась к Дрейку.
- Вы занимаетесь проверкой и исследованием фактов по делу, мистер
Дрейк. Может быть, вам что-то известно или вы догадываетесь о
местонахождении Джорджа Летти, что с ним стряслось?
Задавая вопрос, девушка внимательно смотрела на детектива, но тот
только усмехнулся.
- У детективов всегда множество всяких идей, мисс Кэлхаун, но, к
сожалению, они не всегда себя оправдывают.
Делла Стрит взяла девушку под руку.
- Я уверена, Линда, что у вас нет оснований для тревоги за него.
- Простите, но я ничего не могу понять. Джордж не имеет опыта в
финансовых делах, и у него нет денег. Он и сюда-то приехал, чтобы
находиться возле меня и... Конечно... короче, это на него не похоже,
только и всего.
- Я думаю, что полиция допрашивала его, - сказал Мейсон.
- А что он знает, мистер Мейсон?
- Трудно ответить наверняка, но он был в мотеле, и сам мне сказал,
что стенки в комнатах тонкие, как картон. Осмотр номера, который он
занимал, показывает, что это всего лишь половина сдвоенного номера,
занимаемая Монтрозом Девиттом. Вы понимаете, что при таком положении вещей
он мог кое-что слышать.
- Несомненно, - согласилась она. - Но почему тогда он мне ничего не
сказал? И что общего это имеет с его исчезновением?
- Не могу сказать, - сухо ответил Мейсон.
- Вы не знаете?
- Давайте сделаем так, мисс Кэлхаун, - предложил адвокат. - Мы
отправимся в контору к Дункану. Оттуда вы сможете позвонить окружному
прокурору и напрямик спросить его, знает ли он что-нибудь о Джордже или о
том, почему он не может с вами общаться. Хорошо?
- Ответит ли он мне?
- Разве есть основания, чтобы он не ответил?
- Я о них не знаю.
- В таком случае, поехали, - Мейсон бросил за Краудера быстрый
взгляд. - Вы с ним сможете поговорить по одному телефону, а мы с Дунканом
будем слушать по параллельному, и выясним, известно ли что-нибудь
окружному прокурору о Джордже.
- Коль скоро вы попадете в мою контору, - предупредил Краудер, - вам
не избежать встречи с репортерами.
- Ничего, мы обойдем эту преграду, когда приблизимся к месту, -
ответил Мейсон. - В настоящий момент меня больше всего интересует ответ
Болдуина Маршалла на вопрос Линды Кэлхаун.
Они поехали в офис Краудера, где Линда позвонила Маршаллу в
прокуратуру.
Мейсон и Дункан Краудер слушали их беседу по параллельному телефону.
- Это Линда Кэлхаун, мистер Маршалл, - представилась девушка, как
только тот подошел к телефону.
- О, да, мисс Кэлхаун... - ответил Маршалл, в его голосе было сложное
переплетение сердечности и холодной осторожности.
- Я пытаюсь узнать, что случилось с Джорджем Летти, - продолжала
Линда, - и решила, что вы можете мне помочь.
- Что вас заставляет думать, что с ним что-то случилось?
- Я не имею о нем никаких вестей.
- Совсем?
- Всего лишь короткое сообщение через администратора отеля, чтобы я о
нем не беспокоилась, и что он верит в мою преданность.
- Он не велел вам волноваться?
- Да.
- А вы волнуетесь?
- Конечно.
- Он, должно быть, по какой-то причине передал вам свое сообщение
через администрацию отеля? - спросил Маршалл.
- Я в этом не уверена.
- Он, как мне кажется, проявил редкую чуткость и внимательность,
передав это сообщение... Он заботился о вашем спокойствии.
- Вы так считаете?
- Разумеется. И, тем не менее, вы не хотите прислушаться к его
словам?
- Я хочу знать, где он.
- Боюсь, что я не смогу вам помочь.
- Ну что ж, разрешите прямо спросить вас, знаете ли вы, где он
находится?
- Что ж, мисс Кэлхаун, я буду с вами откровенен, - после минутного
колебания ответил окружной прокурор. - Я не знаю этого.
- Но вы полагаете, что с ним все в порядке? - настаивала Линда.
- Я считаю, коль он не велел вам волноваться, то и оснований для
волнения у вас нет. Лично я верил бы в него и его честность, и его дружбу,
независимо от того, что про него могут сказать некоторые люди... Теперь
разрешите задать вам вопрос, мисс Кэлхаун. Вы позвонили по своей
инициативе?
- Да, конечно.
- Я имею в виду, вам не посоветовали это сделать?
Линда заколебалась.
- Не Мейсон ли сказал, что именно у меня вы должны спросить, где
находится Летти?
- Почему же... я волновалась и...
- Да, - прервал ее Маршалл, - я убедился, что за вашей спиной все же
стоит Мейсон. А теперь я хочу задать вам еще один вопрос. Может быть, он
слушает нас по параллельному телефону?
Линда Кэлхаун ахнула.
- Да, я слушаю, - вмешался Мейсон. - Доброе утро, Маршалл.
- Я так и думал, что вы явились вдохновителем этого звонка, -
констатировал Маршалл. - Если бы у меня были вопросы к вам, Мейсон, я бы
спросил лично у вас, как мужчина мужчину, а не стал бы прятаться за
женскую юбку.
- Я не собираюсь прятаться за женскую юбку, - ответил Мейсон, -
...Поділитися у соцмережах
