Жанр: Детектив
Даша Васильева 12. Хобби гадкого утенка
...жливо сказал Каюров, - сами справимся.
Верещагина только вздохнула. Лечить доведенного до истерического припадка
жеребца придется ей. Но Ральф и Лорд прибыли в изумительно оборудованном
фургоне Леша восхищенно цокал языком, оглядывая машину. Пол, покрытый
специальным ковром, был оборудован подъемником, и животные, просто став на
него, оказывались через пару секунд внутри. Их не надо было, понукая и
упрашивая, заводить по настилу. Внутри было великолепное стойло, сиденье для
конюха, ветеринарная аптечка, а на стене - мобильный телефон.
- Что это за фирма такая? - удивлялся Алексей, разглядывая красные буквы,
украшавшие борта грузовика. - "МИЛ", никогда не слышал, но, похоже, ребята
дело знают! От такого фургона даже я бы не отказался.
Михаил засмеялся, а когда сели пить чай, пояснил:
- "МИЛ" принадлежит нам с женой. Мы занимаеся перевозкой нестандартных,
вернее, необычных грузов. Причем это не только животные. В мае нас нанимал
Музей Востока, чтобы доставить в Париж на выставку две мумии. Самолетом
везти нельзя, вернее, можно, но только в пассажирском салоне, в багажном
отделении холодно, и давление другое. Представляете свою реакцию: вы
собрались во Францию, сели в аэробус, а рядышком парочка спеленутых
покойничков, отъехавших на тот свет еще до Рождества Христова!
Он засмеялся, Галя и Леша тоже развеселились. Каюров продолжал:
- Не поверите, чего только мы не возили: вирусы, древние книги, картины,
тяжелобольных людей, носорога... Мы никому не отказываем. Не хотят граждане
пользоваться "Скорой помощью" - никогда не спрашиваем почему. Наше дело
выполнить заказ, а отчего человек обратился к нам, нас не касается! Дело у
нас доходное, так что, если что потребуется, обращайтесь, обслужим по
льготному тарифу.
Каюровы оказались беспроблемными клиентами. Плату не задерживали,
претензий не предъявляли и никогда не хамили Верещагиным. Приезжали раз в
неделю, в основном в пятницу, оставались на ночевку и всю субботу катались
по окрестностям. Леша и Галка никогда не протестуют, если хозяева лошадей
остаются в гостевых комнатах, дом у них большой, комнат для приезжающих
целых пять, проблем никаких. Есть еще один нюанс. Например, Чванов,
приятнейший человек, профессор, мировая величина в области хирургии,
заявляется к Верещагиным примерно раз в десять дней, каждый раз с новой
дамой, которую величает "племянницей". Галка ласково привечает девушек и
делает вид, что искренне верит в родственные узы, связывающие Андрея
Владимировича с длинноногими блондинками...
Но Каюров всегда появлялся только с законной супругой.
- А ты уверена, что Лена - его жена? - спросила я.
Галка серьезно ответила:
- Конечно. Однажды разговор зашел о семейной жизни, и мы случайно
выяснили, что расписались в один день, правда, в разные годы. Мы-то с Лешкой
28 апреля 1982 года, а они тоже 28 апреля, но в 1998-м. Лена даже вытащила
паспорт и показала штамп о браке. Но даже без документа было понятно, что
они супружеская пара.
- Почему?
- Ну она с ним так разговаривала... С любовником иначе общаешься, Михаил
явно был подкаблучник, постоянно хотел ей угодить. То шаль принесет, то
ножки укроет, словом, не хочу говна!
- Что? - удивилась я. Галка захохотала.
- Анекдот такой есть. Уж, извини, мы, селяне, народ грубый, вот и шутки
такие. Одна жена попросила мужа:
"Хочу бутерброд с дерьмом".
Муженек удивился, но волю супруги выполнил, принес "деликатес". Смотрит
женушка на поданное и кривится:
"Сам сначала попробуй!"
Делать нечего, пришлось несчастному навоз жевать, а благоверная
спрашивает:
"Ну, вкусно?"
"Нет, - отвечает подкаблучник, - мерзость жуткая".
"Ой, - кричит баба, - так я и пробовать не стану, верю тебе".
Я усмехнулась. Сама выходила замуж четыре раза, только подобные угощения
во всех браках доставались мне. Наверное, я слишком мягкотелая и не умею
пользоваться когтями и зубами или у меня их просто нет.
- Дай мне телефон Чванова, - попросила я. Галка радостно хлопнула в
ладоши.
- Согласна! Ну, спасибо! Сейчас, погоди. Она принялась рыться в огромной
сумке, приговаривая:
- Нет, выкину эту торбищу, вечно в ней все исчезает, словно в черной
дыре.
Не успела она с криком "нашла" выложить на стол черненькую книжечку, как
с порога раздалось тихое:
- Здравствуйте!
Слегка удивившись, я перевела взгляд и чуть не перекрестилась. В комнату
входил Севка Лазарев.
- Ты откуда? - ляпнула я от неожиданности.
- Как это? - изумился Севка. - Из Израиля, конечно. Вот, приехал
ненадолго. Мама велела у вас остановиться, говорила, места полно. Я, между
прочим, теперь подданный Израиля, в этой стране иностранец, знаешь, какие
деньги за гостиницу заламывают, когда паспорт видят. Поэтому мы с Тузиком к
тебе.
- Ты собаку привез? - изумилась я.
Надо же, какие метаморфозы жизнь делает с людьми. Помнится, у Севки была
жуткая аллергия, он чихал и кашлял, стоило только вытащить из шкафа пушистую
шубку, сшитую якобы из белки. Но не зря внутренний голос мне подсказывал:
манто состряпано из кошачьих шкурок, аллергию-то не обманешь! И вот теперь
Лазарев обзавелся собачкой!
- При чем тут животные, - побагровел Севка, - забыла, что ли, про мою
болячку!
- Но ты сказал: "С Тузиком", - пролепетала я.
- Знакомьтесь, - буркнул Севочка. - Тузик, мой лучший друг.
Я увидела за широкой спиной Лазарева небольшую худенькую тень и вежливо
сказала:
- Добрый день.
Севка посторонился, и Тузик вошел в столовую. У меня опять, в который раз
за последние дни, челюсть уехала в бок, словно каретка у пишущей машинки.
Назвать мужчиной существо, вползшее в комнату, язык не поворачивался.
Щуплая, даже изможденная фигурка, плечики примерно сорок четвертого размера
переходили в цыплячью грудь с явными признаками кифоза. Талия Тузика была
сравнима с моей, да и размер обуви небось совпадал. Волосы нежданного гостя
были мелированы, брови выщипаны, глаза подведены, а губы накрашены, правда,
помадой естественного тона, и с первого взгляда казалось, что просто рот у
незнакомца такой яркий от природы. Но сильный блеск без слов говорил: тут не
обошлось без косметики. Довершала его облик крохотная брильянтовая сережка в
ухе.
- Здравствуйте, - слегка жеманясь, выдавил из себя Тузик и вытянул вперед
тонкую бледную лапку с нежной кожей.
Я взяла его нервную, слегка влажную ладошку, осторожно подержала в руке и
отпустила.
Ну надо же! Тузик! Интересно, как его кличут по паспорту? Туз Иванович?
Хотя, учитывая, что прибыли из Израиля, такое отчество не подойдет. И
вообще, каково его полное имя. Тузиил? Тузовец?
Севка никогда не был моим мужем. Правда, какое-то время я думала выйти за
него. Первый раз в жизни во мне проснулась расчетливость. В год, когда
познакомилась с Лазаревым, я уже имела два развода за спиной. Успела уйти от
Костика, отца Аркадия, и Кирилла Артамонова. К слову сказать, Аркадий не
родной мой сын, на самом деле это ребенок Константина от первой жены, но
после разрыва малыш остался со мной. Нас разделяет всего четырнадцать лет.
Но я пришла в дом к Косте восемнадцатилетней, а Кешке было только четыре.
Через пару недель он начал звать меня мамой, а через полтора года мы убежали
с ним от отца и мужа вместе.
Поднимать ребенка одной тяжело, да еще Костик, будучи патологически
жадным, старался, как мог, не платить алиментов. В год, когда Кеша собрался
идти в первый класс, мне пришлось при помощи друзей из милицейских кругов
сделать ему метрику, в которой черным по белому, вернее, фиолетовым по
зеленому стояло: мать - Васильева Дарья.
В тот же год я и познакомилась с Севой. В отличие от меня, нищей
преподавательницы, долбящей целыми днями в деревянные студенческие головы
знания за крохотный оклад, Севка был более чем обеспечен. Будучи старше меня
на десять лет, он имел кандидатское звание и сидел на доцентской ставке, и
не где-нибудь, а в университете, работал в цитадели науки. Но основные
материальные блага получал он от матери, очаровательной хохотушки Анны
Николаевны. Вернее, Нюши, потому что по имени-отчеству я назвала
несостоявшуюся свекровь только однажды, придя первый раз в гости.
- Да ладно тебе, - отмахнулась женщина, - меня все Нюшей зовут!
Я принимала решение связать свою судьбу с . Севкой из расчетливости,
устав от безденежья и постоянного сражения с житейскими неприятностями, но
не последнюю роль сыграло и то, какая меня ожидает свекровь. Ровно через час
после знакомства Нюша превратилась в мою подругу, и мы до сих пор
перезваниваемся и ходим друг к другу в гости, несмотря на то что поход в
загс отменился. А разбежалась я с Лазаревым по крайне простой причине.
Узнав, что Кеша на самом деле не мой кровный родственник, Севка отрезал:
- Отдавай пацана назад, его родным, на фига мне приемыш! Ладно бы сирота!
А то при живом отце. Я, значит, корми, пои, а почему? В общем, выбирай: или
я, или Аркадий.
В моей душе не было колебаний. Мужья приходят и уходят, а дети остаются.
Встречаясь с Нюшей, я была в курсе дел Севки, знала о его двух, быстро
распавшихся браках и об отъезде в Израиль. Но Нюша ни словом не обмолвилась
о том, что Севка сменил половую ориентацию. Хотя, насколько я помню, бабы
его не слишком волновали, и обе жены убежали от Лазарева, хором обвиняя его
в импотенции. Может, он всегда был голубым? Просто хорошо скрывал свои
наклонности. При коммунистах-то существовала специальная статья в Уголовном
кодексе.
- Слышь, Дашутка, - тронула меня за локоть Галка, - я поеду домой.
Телефончик Чванова на столе.
Я кивнула. И то верно, при гостях не поговоришь по-человечески.
- Позвоню вечером.
- Ладно, - кивнула Верещагина и ушла.
Севка окинул взглядом комнату, увидел Снапа, благополучно проспавшего
приход гостей, и подпрыгнул.
- Собака!
Я развела руками.
- Вообще-то их в доме пять.
- Жуть, - взвизгнул Лазарев.
- Еще две кошки...
- Катастрофа! .
- Хомячки и жаба.
- Отвратительно, - заявил Севка, - мне придется ходить по дому в
противогазе. А нельзя весь этот зоопарк временно отселить?
- Куда?
- Ну в гостиницу для кошек и собак!
- Извини, - железным тоном ответила я, - никак не получится. Лучше я тебе
номер сниму, за свой счет. "Мариотт-отель" подойдет? Там Клинтон, кажется,
останавливался, говорят, приличное место.
- Не хочу.
- Почему? Сказала же, сама заплачу!
- У меня у самого деньги есть, - поджал губы мой несостоявшийся муженек,
- слава богу, не нуждаюсь.
Глава 7
По телефону Чванова, оставленному Галкой, долго никто не отвечал. Потом,
когда я уже совсем было собралась отсоединиться, раздалось резкое:
- Слушаю.
- Будьте любезны, мне Андрея Владимировича.
- Слушаю.
- Ваш номер мне дала Галина Верещагина, хозяйка конюшни, где...
- Слушаю.
Он что, других слов не знает? Заладил: слушаю, слушаю.
- Когда можно к вам приехать?
- Диагноз?
- Что?
- Диагноз?
- Чей?
Очевидно, у Андрея Владимировича кончилось терпение, потому что он
рявкнул:
- Болит где?
Значит, Чванов решил, будто разговаривает с дамой, стремящейся попасть на
прием! Эх, жаль, забыла уточнить у Галки, какой он специализации. Придется
выкручиваться:
- Ох, везде! Спину ломит, голова отваливается, ноги не ходят, руки
отказывают, шея не поворачивается.
- У вас климакс? - осведомился Чванов.
Я возмутилась до глубины души. Разве он не слышит, что разговаривает с
дамой, еще не достигшей пятидесятилетия.
- Нет, конечно! Я нахожусь в самом цветущем возрасте!
- Кактус Алонго цветет за пару дней до кончины, - хмыкнул доктор.
Интересно, он со всеми предполагаемыми клиентами так разговаривает или я
ему чем-то не понравилась?
- К невропатологу ходили?
- Я совсем не нервничаю!!! Чванов откровенно засмеялся:
- Сегодня сумеете приехать? С работы отпустят?
- Я не работаю.
- На пенсии? Ну вот опять!
- Нет, - гаркнула я, окончательно теряя самообладание, - ренту не
получаю, инвалидности не имею, просто мое материальное положение позволяет
сидеть дома!
- В час дня, - коротко ответил врач. - Корзинкинский проезд, 19, если
есть анализы, прихватите.
И он отсоединился. Ну встречаются же такие малопривлекательные личности!
Однако, каким бы ни был милейший Андрей Владимирович, мне нужно вызвать его
на откровенность и узнать хоть что-то о Каюровых!
В глубокой задумчивости я побрела в спальню и принялась перебирать вещи.
Мужчины крайне самонадеянны. Они совершенно искренне считают женщин намного
глупее себя. А уж богатая Дама просто обязана, по их мнению, быть кретинкой.
Причем, как только до лиц противоположного пола доходит информация о моих
капиталах, мигом в их глазах я вижу невысказанный вопрос: "И каким местом,
дорогуша, ты заработала эти бешеные бабки?" То есть предполагается, что
миллионы на самом деле добыл мужчина, а дама пользуется ими только потому,
что является женой или любовницей. Правда, господам иногда приходится
признать превосходство над собой удачливой бизнес-вумен, но, коротко отметив
успехи бабы на поле традиционных мужских игр, они добавляют: "Жаль только,
что она страшна как смертный грех и, естественно, не замужем..."
К тому же я блондинка, натуральная. А это уже и не смешно! Любая тетка со
светлыми от природы волосами глупа как пробка, это же всем известно!
Но мне такое мнение только на руку. Поняв, что видят перед собой
непроходимую дуру, собеседники расслабляются и выбалтывают слишком много.
Выкатив из гаража "Форд", я порулила в сторону центра. Уже на въезде в
Москву, в самом начале Минского шоссе, паренек в форме, коротко свистнув,
повелительно взмахнул жезлом. Так, сама виновата, выезжала на главную дорогу
и не пропустила помеху справа.
- Ваши права, - сурово потребовал постовой. Я вытащила документы и,
хлопая голубыми глазами, прочирикала:
- В чем дело, котеночек?
Паренек удивленно глянул на меня и ответил:
- Знак видите как называется?
- Главная дорога, котик.
- А что делать надо?
- В моем случае пропустить помеху справа.
- Почему тогда нарушаете?
Я сложила губы трубочкой и нежно пропела:
- Ну, котеночек, по шоссе ехал "Мерседес" с мужиком, а я дама, думала, он
уступит дорогу! Должен же мужчина женщину пропускать!
Секунду милиционер не мигая таращился на меня, потом сообразил, как
реагировать:
- На дороге мужчин и женщин нет!
- Да? - изумилась я. - А кто за рулем тогда сидит?
- Водители, - буркнул мальчишка.
- Но, котеночек...
- Прекратите ко мне так обращаться!
- Извини, голубчик, а как надо?
- Сержант Ефремов.
- Сержант Ефремов, котеночек, то есть зайчик, я очень тороплюсь, давайте
решим дело полюбовно, сколько?
- Нисколько, - вздохнул юноша, - проезжайте.
- Возьми шоколадку, зайчик.
- Уезжайте.
- Может, пачку сигарет?
- Не курю.
- Вот это правильно, заинька, - одобрила я и уехала.
Видите, как просто? У такой дуры-блондинки даже алчный сотрудник ГИБДД не
хочет брать Деньги. Хотя мне не жаль отдать ему пятьдесят Рублей, ваньку же
я валяла исключительно из любви к искусству. И потом, после подобных
проделок, как правило, резко повышается настроение.
Больница, в которой работал Андрей Владимирович, располагалась в глубине
довольно большого парка. Сегодня на улице было холодно, но не слякотно,
больные выползли наружу и разбрелись по дорожкам. Я быстренько добежала до
входа и уперлась в охранника.
- Подскажите, где кабинет Чванова.
- На втором этаже.
Я взлетела наверх и увидела черную табличку, на которой золотом горели
буквы: "Главный врач Чванов Андрей Владимирович, доктор наук, профессор".
Приготовившись к встрече с секретаршей, я распахнула дверь и оказалась
прямо в кабинете. По непонятной причине вход к Чванову никто не сторожил.
Большая, более чем тридцатиметровая комната была заставлена книжными
шкафами, внутри которых виднелись разнокалиберные тома, чуть в глубине ее
помещался огромный письменный стол, заваленный горами бумаг, папками и
газетами. Но самое яркое впечатление производила одна из стен, сплошь от
потолка до пола увешанная фотографиями с автографами. Мужские и женские
лица, молодые и старые, веселые и грустные...
- Сколько снимков, - невольно ахнула я, - это ваши родственники?
Сидевший за письменным столом мужчина рассмеялся густым басом:
- Можно сказать и так. Но на самом деле это пациенты, которые после
операции живыми и здоровыми ушли домой.
Я продолжала рассматривать "коллаж". Да, впечатляет и, наверное,
производит сильное действие на больного человека. Он приходит договариваться
об операции, боится, нервничает, а тут такой "иконостас"!
- Слушаю, - решил оторвать меня от созерцания портретов хирург.
- Я звонила вам недавно от Гали Верещагиной...
- Слушаю, в чем проблема? "В Каюровых", - хотела было ответить я, но
вслух сказала другое:
- Очень плохо себя чувствую. Чванов мягко улыбнулся.
- А именно?
Я вновь начала перебирать различные части тела, пытаясь сообразить, какая
у него специализация. Гинеколог? Маловероятно, на стене полно снимков
мужчин. Онколог? Уролог? Пульмано-лог? Ну какие части тела он оперирует? И
зачем я только решила прикидываться больной!
Андрей Владимирович тяжело вздохнул:
- Анализы принесли?
- А как же, - обрадовалась я.
Честно говоря, терпеть не могу ходить по врачам, а кровь последний раз
сдавала лет пятнадцать тому назад. Кстати, мои домашние тоже "обожают"
лечиться и по докторам никогда не бегают. Но Зайка, собираясь стать матерью,
регулярно носилась в лабораторию, и сегодня, отправляясь к Чванову, я
вытащила из секретера несколько листочков.
Хирург уставился на бумажки, потом хмыкнул:
- Милочка, вы беременны.
- Не может быть, - выпалила я в полной растерянности, понимая, что
сваляла дурака, - извините, но я не имею мужа.
Андрей Владимирович сохранил серьезное выражение лица, но в глазах его
запрыгали чертики.
- Похвальное целомудрие в наш век бурной сексуальной революции. Так чем я
могу помочь? Роды не принимаю, а по внешнему виду вы никак не похожи на мою
пациентку.
Тут я не утерпела и поинтересовалась:
- А вы все отрезаете или только какие-то части?
Чванов хрюкнул и захохотал:
- Дорогая, откуда вы взялись? Ну признайтесь, вы работаете в газете,
знаете про то, что я терпеть не могу журналистов, и решили таким образом
взять интервью. Хорошо, согласен, ей-богу, вы мне нравитесь. Все ли отрезаю?
Нет, только то, что испортилось, работающие куски оставляю...
И он снова заржал. Я хотела похвалить его за прозорливость и прикинуться
корреспондентом, но неожиданно сказала:
- Вот и не угадали, более того, вам ни за что не догадаться, кем я
работаю.
Андрей Владимирович хохотнул последний раз и поинтересовался:
- И кем же?
- Детективом.
- Вы сотрудник милиции?
- Нет, частный детектив.
- И зачем я вам понадобился?
- Вы знаете Каюровых?
- Кого?
- Мишу и Лену. Вы еще порекомендовали им поставить лошадей к Верещагиным.
Кстати, почему вы посоветовали именно эту конюшню?
- Столько вопросов сразу, - усмехнулся Чванов и, достав небольшую,
красиво изогнутую трубку, поинтересовался. - Не помешает?
Я помотала головой. Андрей Владимирович сосредоточенно поковырял в
деревянной "чашечке" какими-то железками, набил ее табаком, выпустил
светло-серое облако дыма и сказал:
- А я к Гале с Лешей многих направил.
- Почему? Чванов улыбнулся.
- Если начал делать доброе дело, не надо останавливаться!
- Не понимаю.
- Я был самым первым их клиентом.
- Ну да? А Галка говорила, будто они объявление в газете дали.
- Правильно, - кивнул Чванов, - я иногда просматриваю "Из рук в руки",
там интересные вещи встречаются.
Как-то раз Андрей Владимирович листал один из номеров газеты бесплатных
объявлений. В глаза кинулись строчки "Отличные конюшни". Чванов
призадумался. Любовь к лошадям у него в крови, и дед, и отец работали на
ипподроме. Поэтому, как только ему позволили финансы, хирург завел сразу
двух скакунов. Но держать коней на городской квартире невозможно, да и на
даче для них нет условий, поэтому лошади Чванова находились в хорошо
известном всем лошадникам месте - конюшне Олега Чеснокова. Все там было
хорошо, кроме одного. У Чеснокова вечно толкался народ и приходилось не
столько наслаждаться природой и общением с любимым Огоньком и Бураном,
сколько разговаривать со знакомыми. Может, кому-то такое времяпрепровождение
и было по вкусу, но только не профессору. За неделю он успевал побеседовать
с таким количеством народа, что в выходные хотел лишь одного: покоя и
тишины. А этих двух составляющих у Чеснокова как раз и не было.
Андрей Владимирович позвонил по телефону и остался доволен. Леша честно
сказал, что звонок Чванова первый, что много денег он не возьмет и что
конюшня только открывается. Наверное, следовало сразу отказаться от
Верещагиных, но Чванова тронула искренность Алексея, и он поехал взглянуть
на стойла.
Сказать, что хирург испытал разочарование, - это не сказать ничего.
Скакунам предлагался сарай, правда аккуратно покрашенный, устеленный соломой
и со свежеобструганными воротцами. Но никакого сравнения с каменными домами
Чеснокова новое "стойбище" не выдерживало. Не было в Зыбкине гостиницы,
обширного штата обслуги, только Галя, Алексей и их дочь Катя. Но именно
девочка и склонила чашу весов в их пользу. Рыжая, такая же, как мать, она
подошла к хирургу и бесхитростно поинтересовалась:
- А где лошадки?
Андрей Владимирович вздохнул. С одной стороны, он не ожидал, что
"отличные конюшни" окажутся столь убогими, с другой - не хотелось обижать
этих милых людей, явно очень нуждавшихся в заработке.
- Мальчики приедут завтра, где-то в районе обеда, - неожиданно сказал
Чванов.
В глазах Алексея вспыхнул огонь, а из лица Гали ушла настороженность.
- Хотите на Жене покататься? - предложила Катя и, не дожидаясь ответа,
повернулась к матери. - Ведь можно?
Но утомлять старую кобылу Чванов не стал, мимоходом отметив, что та,
несмотря на полную неспособность в силу преклонных лет заниматься работой,
безукоризненно вычищена и досыта накормлена. Андрей Владимирович прошел в
дом, съел изумительные блины и... неожиданно для себя остался ночевать. Так
начались его взаимоотношения с Верещагиными, выглядевшие сначала
исключительно как меценатские.
Чванов не только разрекламировал "отличные конюшни", он еще дал
Верещагиным денег в долг для строительства новых денников. Правда, хирург не
прогадал. Алексей мигом стал на ноги и быстро превратился в преуспевающего
хозяина. Чванова он боготворил и, зная, как Андрей Владимирович любит покой,
никогда не принимал никого в тот день, когда собирался приехать хирург, даже
в ущерб бизнесу.
- А Каюровых вы откуда знаете? - влезла я.
- Нашему медицинскому центру требовалось перевезти томограф, - пояснил
Андрей Владимирович, - нежную машину. Вот и стали искать соответствующую
контору. Знающие люди посоветовали "МИЛ". Так я и увидел Каюровых. Потом еще
несколько раз прибегал к их помощи... Однажды Михаил сказал, что они с женой
обожают лошадей и с удовольствием бы приобрели животных, но не знают, куда
их определить. Ну я и посоветовал Верещагиных.
- И это все? Вы не их близкий друг?
- Нет, - покачал головой профессор, - просто знакомый, причем довольно
дальний. Могу рекомендовать их как отличных знатоков своего дела, но и
только, а почему такой интерес к ним? И вообще, что случилось?
Я помялась немного и рассказала о смерти Лены. Чванов зацокал языком:
- Ужасно! Какая трагичная смерть!
- Вы верите, что Лорд мог убить хозяйку?
- Непреднамеренно, конечно.
- А как?
- Женщина могла потерять сознание и упасть прямо под его копыто!
- Лена выглядела здоровой! Андрей Владимирович потер широкой ладонью
затылок.
- Ну знаете ли, рухнуть в обморок может и вполне бодрый человек. На улице
прохладно, в конюшне тепло. Вошла внутрь, организм не успел вовремя
среагировать на смену температуры. Вероятно, Лена выпила, могла
понервничать, да мало ли причин для изменения давления. Есть еще такая
штука, как вегетососудистая дистония, она у каждой второй горожанки, в конце
концов Каюрова иногда принимала рудотель, такой успокаивающий препарат, он
дневной, не вызывает сонливости, но все же транквилизатор.
- А вы откуда знаете?
- Видел просто, - пожал плечами Чванов, - уж не помню, при каких
обстоятельствах. Просто глаз врача зацепился за упаковку, и я машинально
отметил: она пьет рудотель. Кстати, ничего особенного в этом нет. Вас нанял
Михаил?
Я повертела в руках сумочку и рассказала профессору о визите Гали и ее
подозрениях. Чванов нахмурился:
- Чужая жизнь потемки, да и видел я Каюровых всего несколько раз, но у
меня сложилось впечатление, что Михаил любил супругу. Он был очень заботлив,
вот Лена, - та разговаривала с мужем резко, тоном хозяйки, слегка
бесцеремонно. Но, оговорюсь еще раз, близко знакомы мы не были.
Я горестно вздохнула и от полной безнадежности поинтересовалась:
- Вы не слышали никогда про такую даму: Маргарита Назарова?
Собеседник ухмыльнулся:
- Кто же не знает Риту!
- Я, например, где ее искать?
Андрей Владимирович вытащил из стола плоскую железную пепельницу,
тщательно выколотил трубку, спрятал ее в замшевый мешочек и ответил:
- Не знаю. Дома, наверное, Рита спит до трех часов дня, потому что
вечерами занята.
- Она актриса?
- Нет, - улыбнулся Чванов, - хотя можно и
...Закладка в соц.сетях
