Жанр: Детектив
За секунду до выстрела
...ясь, войдет в дом и протянет жене, своей
Надюше, цветы...
40
ЛЕЙТЕНАНТ СЛАВИН
У занятых людей время всегда бежит быстро. Славину тоже не хватало рабочего
дня. Даже ночью, приходя домой, Славин упрекал себя в том, что не успел чего-то
сделать. Он старался как можно быстрее довести дело по ограблению Лазаркевич до
конца. Установил и допросил десятки людей из тех, кто часто бывал в клубе
строителей. Почти все они помнили Жору, который для оперативника уже стал какойто
мифической фигурой, так как далее его имени дело не шло. Никто не мог сказать,
кто он и откуда. Славин и участковый инспектор Рогозин, на участке которого
находился клуб строителей, вместе с Марушко и Бородько на протяжении недели
объезжали вечерами клубы и танцевальные площадки, но Жора как сквозь землю
провалился. Славин считал, что подозреваемый не мог уехать из города, в противном
случае зачем ему угрожать Марушко.
Владимир был у себя в кабинете, когда туда заглянул дежурный, тот пожилой
старшина, которого все звали Степанычем, и сказал:
- Славин, тебя к телефону дивчина какая-то просит.
- А симпатичная? - весело спросил Подрезов.
- Аж сердце замирает, - улыбнулся Подрезову старшина. - Она сначала тебя
спрашивала, а я ей сказал, что тебя нет, и предложил ей Славина. Она помялась
немного и согласилась.
В дежурной комнате Владимир взял лежавшую на столе телефонную трубку:
- Славин слушает вас!
Он тут же услышал взволнованный девичий голос:
- Товарищ Славин, здравствуйте! Вас беспокоит Лебедко, подруга Лазаркевич,
помните такую?
- Конечно, помню, Аня, здравствуйте! Слушаю вас.
- Знаете, я встретила одну девушку. Она тоже хорошо знает того бандита, и мне
кажется, что ее рассказ вас заинтересует.
- Где она?
- Вот, рядом со мной. Дать ей трубку?
- Нет, погодите, как ее фамилия?
- Сваткова.
- Имя, отчество?
- Лера... Валерия Леонидовна.
- Так вот что, Аня, вы молодец, что позвонили! Я вас очень прошу, приезжайте
вместе с ней сюда, в отделение.
- Когда, сейчас?
- Конечно, я вас жду.
Было слышно, как Лебедко говорит о предложении Славина Сватковой.
- Хорошо, едем.
Потирая руки, Владимир вернулся в кабинет.
Подрезов спросил:
- Ну, кто там так рвался поговорить?
Славин сообщил о звонке.
- Что ж, дожидайся, а я пошел домой. Сегодня мне наш усатый разрешил побыть
вечер с семьей.
- Не усатый, а Петр Первый.
- Почему Петр Первый?
- А ты не обратил внимания, что он очень похож на царя?
- Пожалуй, ты прав. Честное слово, прав! Значит, теперь он не усатый, а Петр
Первый. Ну ладно, пока!
- Будь здоров! Привет Юле.
- Спасибо. Кстати, она мне напоминала, чтобы я тебя опять к нам в гости
пригласил. Обещала, что голубцы еще вкуснее, чем тогда, будут...
Вскоре в дверь постучали, и на пороге появилась Лебедко.
- Можно?
- Входите, входите, Аня.
В кабинет несмело вошла Лебедко, а за нею темноволосая миловидная девушка.
Славин пригласил их сесть, и Лебедко, кивнув головой на девушку, сказала:
- Это Лера Сваткова. Мы с ней знакомы давно. Сегодня встретились, и... Ну,
Лера, рассказывай...
Сваткова, чуть заикаясь от волнения, заговорила:
- Аня мне рассказала об Ире Лазаркевич. Так вот, со мной могло то же самое
случиться. В апреле на танцах в Доме офицеров я познакомилась с этим Жорой.
- А почему вы думаете, что это он? - спросил Славин.
- Он, точно он! Все повадки его, одет так же. Только он тогда в кожаном пальто
ходил. На этом пальто хорошо видны перешитые пуговицы, наверное, его раньше
носил более худой человек. Он меня несколько раз провожал домой. Как-то мы
заговорили об одежде. Собственно, он сам завел разговор на эту тему. На мой вопрос,
где он работает, он засмеялся и говорит, что там, где имеются красивые вещи. В этот
вечер он мне сказал, что если мне нужна модная одежда и обувь, то он может помочь.
Я посоветовалась с мамой и решила купить себе лакированные туфли. Когда я ему
сказала об этом, он засмеялся и говорит: "Зачем же из пушки по воробьям стрелять?
Спроси у подруг, кому что нужно, бери деньги, подъедем на одну из моих баз и там все
возьмем. Я ведь знаю вас, девчат: стоит одной появиться в новых туфлях, как все
начнут приставать к тебе, чтобы достала такие же". Не понравился мне тогда этот
разговор, и я передумала покупать. Он, наверное, почуял это, мы еще раза два
встретились и больше не виделись.
- Вы его еще где-нибудь встречали?
- Видела. Он вместе с каким-то парнем однажды ехал в трамвае. Я вошла в
вагон, а они в этот момент проходили мимо, о чем-то разговаривали и весело смеялись.
Вышли они из трамвая на Долгобродской. Перешли улицу и пошли в сторону
Комаровки. Когда трамвай поехал, то я увидела их снова. Они входили в подъезд
большого дома.
- Вы запомнили, в какой подъезд они вошли?
- Да, запомнила. Я могу, если хотите, показать.
- Больше нигде его не встречали?
- Нет.
- А как выглядел его знакомый?
- Я его видела мельком, но если бы встретила, наверняка бы узнала. А вот Жору
я запомнила хорошо. Если хотите, могу нарисовать.
- Давайте, - задорно сказал Славин, - попробуйте! Вот вам бумага,
карандаш, устраивайтесь поудобнее за столом и начинайте, а мы пока с Аней
побеседуем.
Славин сел за стол Подрезова, а Лебедко устроилась напротив. Владимир спросил:
- Аня, как вы думаете, откуда у Ирины оказалось пять тысяч рублей?
- Наверное, родители дали.
- Нет, они видели, что у нее появилось более пяти тысяч рублей, но что это за
деньги - не знают. Я вас хочу попросить, Аня, чтобы вы спросили, не давал ли ктонибудь
из девушек Ирине денег для покупки каких-либо вещей.
- Вы считаете, что этот бандит предложил ей купить что-либо?
- Да, считаю.
- Хорошо, я поговорю с девчатами.
- И еще. Постарайтесь найти как можно больше людей, кто знает в лицо Жору, а
также тех, кому Ирина могла рассказать о нем.
Скрипнула дверь, и Славин увидел сестру.
- Володя, можно тебя на минутку?
Славин извинился перед девушками и вышел в коридор, а Женя подала ему листок
бумаги. Он развернул его и увидел, что это телеграмма. Прочитал и радостно взглянул
на сестру:
- Значит, приезжает?
- Да, в семь тридцать утра. Можно я пойду вместе с тобой ее встречать?
- Посмотрим. Ну, а теперь жми домой, сестренка, готовьтесь к встрече, а я
пошел работать...
В кабинете Сваткова как раз закончила рисовать.
- Все, готово. Посмотрите!
Лейтенант уже давно заучил приметы Жоры и мысленно представлял его лицо, но
когда он взял рисунок, был сильно удивлен: парень выглядел именно так, как он и
думал.
- Вы молодчина, Лера. У меня к вам просьба. - Славин подошел к своему
столу, выдвинул ящик, отыскал там две первые попавшиеся под руки фотографии
молодых мужчин и показал их Сватковой:
- Не могли бы вы нарисовать вот этих?
- Сейчас?
- Ага.
- Если вам надо, то пожалуйста. Давайте еще бумагу.
И девушка взялась за работу. Глядя на фотографии, она быстро нарисовала
мужчин. Сходство было поразительным. Славин восхищенно смотрел на готовые
рисунки и расхваливал девушку. А та, радостная и несколько смущенная, стояла у
стола и не знала, куда деть свои руки.
- Слушайте, Лера, если вдруг мне придется искать человека, которого со слов
надо будет нарисовать, я буду обращаться к вам. Как вы на это смотрите?
- Без энтузиазма, - улыбнулась девушка, - но если понадобится, всегда
помогу.
- Договорились. На прощание у меня к вам только одна просьба: если увидите
Жору или узнаете что-либо о нем, позвоните мне.
Девушки ушли, а Славин направился в дежурную часть.
- Слушай, Степаныч, выручи меня. Пошли свой грузовик за двумя девушками.
- Знаешь, парень, сегодня ты целый день только и возишься с молодыми
девушками.
- Я же по делу. Мне надо с ними срочно опознание провести.
- Давай адреса, вижу, что все равно от тебя не отцепишься.
Славин быстро написал адреса Бородько и Марушко, а сам вернулся в кабинет,
достал бланки протоколов опознания личности по фотографии и, чтобы меньше терять
времени, когда появятся девушки, начал заполнять их.
Через полчаса девушки были доставлены в отделение. Первой Жору опознала
Марушко. Владимир положил перед ней три рисунка. Она взглянула на них и сразу
ткнула пальцем в тот, где был изображен Жора.
- Вот он! Что, может, уже поймали?
- Пока нет, но поймаем.
Он быстро закончил все формальности и пригласил Бородько. Девушка тоже, не
мешкая, уверенно указала на тот же рисунок.
Оформив протокол, Славин обратился к обеим:
- Девушки, посмотрите внимательно на этот рисунок. Может, здесь какойнибудь
детали не хватает?
Девушки долго смотрели, но ничего дополнить не смогли. Славин поблагодарил их
и отпустил, а сам снова пошел к старшине.
- Степаныч, как только появится шофер, ты его направь в управление. - Он
протянул рисунок, на котором был изображен Жора, старшине. - Там есть дежурный
эксперт, пусть он быстро сфотографирует этот рисунок, и фотографии надо сегодня же
развезти по всем отделениям. В пояснении надо писать, что этот преступник напал в
лесу на гражданку Лазаркевич.
- Слушай, Славин, - возмутился старшина, - ты что, думаешь, мне больше
делать нечего и я буду целый день только твои вопросы решать: то девчат привези и
отвези их обратно, то теперь в управление машину гони...
- Подожди, Степаныч, - перебил его лейтенант, - привезти девушек - это
была моя просьба, а вот что касается рисунка, то это - приказ. И не морщись, сам
знаешь, что с такими вещами тянуть нельзя. Он сегодня может попасть в милицию за
что-нибудь, и его спокойно отпустят. Ищи тогда ветра в поле. Ясно? - Славин в
душе чертыхнулся: "Опять это горчаковское слово". Старшина уже не спорил. Взял
рисунок, внимательно посмотрел на него, стараясь запомнить, и ответил:
- Ясно, сделаем...
РИТА
Славин, растерянный и счастливый, стоял на перроне и глядел на толпу
прибывших и встречающих. Он боялся пропустить Риту. Рядом с букетом цветов
стояла Женя. Она тоже напряженно всматривалась в лица девушек, пытаясь по тем
чертам, которые она запомнила на фотографии, узнать гостью.
Владимир увидел Риту. В руках у нее было два больших чемодана. Рита смотрела
по сторонам и искала его. Владимир бросился к ней. Обнимая Риту, он прошептал ей
на ухо:
- Наконец-то. Я так тебя ждал, так ждал!
Подбежала Женя, и девушки обнялись и поцеловались. Чемоданы отдали Володе, а
сами шли весь путь впереди. Владимир шел следом и удивлялся, как могла Рита нести
такие тяжелые чемоданы, которые ему даже за короткое время руки оторвали. Они
сели в трамвай и вскоре были дома.
Анастасия Георгиевна, вытирая счастливые слезы, говорила:
- Как бы мне хотелось, чтобы сейчас здесь был отец!
Когда все сидели за столом, Владимир спросил:
- Рита, а как удалось уговорить начальство отпустить тебя?
- Ой, и не спрашивай! Целую баталию выдержала, но добилась своего. Правда,
наш начальник медотдела оказался молодцом. Уговаривал меня остаться, грозил, что
не отпустит, а сам писал вышестоящему начальству рапорты с просьбой перевести
меня на работу в Минск. Когда я об этом узнала перед отъездом, очень удивилась и
растрогалась. Меня перевели сюда, сказали, что место в общежитии дадут.
Владимир поднялся со своего места:
- Вы продолжайте чаевничать, а я - на работу.
- На какую работу? - возмутилась Женя. - Человек только приехал, а ты
уже бросаешь его на произвол судьбы.
- Ну, во-первых, не на произвол судьбы, а на попечение родных матери и сестры,
а во-вторых, служба есть служба. Тем более, - он, как бы оправдываясь, взглянул на
Риту, - у меня действительно неотложное дело, и медлить нельзя.
Рита улыбнулась:
- Ничего мы с ним, товарищи, не сделаем, пусть идет.
Владимир вышел из дому и чуть не бегом направился в отделение, а Сваткова была
уже там. Славин извинился за опоздание, и они сразу же направились к тому дому, в
подъезд которого входил однажды Жора со своим знакомым.
Девушка уверенно показала на подъезд:
- Вот сюда они вошли.
- Не ошибаетесь?
- Нет, зрительная память у меня хорошая, не знаю почему, но мне хорошо
запомнился этот подъезд.
- Хорошо. Спасибо вам, Лера. Вы можете идти, а я побуду немного здесь.
Славин прошел вдоль дома, вошел во двор. Чувствовалось, что жильцы здесь
любят порядок. Ровными рядами были высажены деревца, зеленел кустарник, на
аккуратных клумбах росли цветы. Как и предполагал Владимир, подъезд, на который
указывала ему девушка, был проходным. Значит, Жора вместе с дружком мог войти в
него с улицы и выйти во двор. Славин решил посмотреть, нельзя ли через двор пройти
в другой. К его огорчению, оказалось, что можно. Двор хотя и был обнесен высоким
забором, но в нем было несколько больших дыр, и Жора, если хорошо знает город, мог
воспользоваться этим путем.
"Предположим худшее, - думал старший оперуполномоченный, - Жора
воспользовался подъездом, чтобы сократить путь. Из этого следует, что он входит в
какой-то дом поблизости. Двор граничит с дворами двух домов, расположенных по
улице Красной, а там - выход к Пугачевской улице. Но сейчас нужно обследовать
этот дом, а точнее квартиры, находящиеся в подъезде. В доме шесть этажей. Надо
посмотреть, сколько в подъезде квартир".
Он вернулся к дому и вошел в подъезд. На первом этаже было четыре квартиры.
Владимир поднялся на второй этаж - тоже четыре. Получалось, что в подъезде
двадцать четыре квартиры.
Славин направился в отделение. Выяснил, кто из участковых уполномоченных
обслуживает этот дом, и зашел к Горчакову.
Горчаков был человеком дела. Он выслушал Владимира и сразу же приказал
дежурному разыскать лейтенанта Квашу. Кваша в это время оказался в отделении и
через несколько минут уже был в кабинете Горчакова.
Участковый был низкого роста, с кривыми ногами, а брюки-галифе и сапоги
подчеркивали эти недостатки. Но Квашу это нисколько не огорчало. Он доказывал, что
рожден для кавалерии, и требовал от начальства, чтобы за ним обязательно закрепили
лошадь. Работал Кваша хорошо.
Горчаков, топорща усы, обошел участкового и, глядя на него сверху, подмигивая
Славину, ворчал:
- Распустил ты, Кваша, бандюг у себя на участке, распустил... Да и людей не
знаешь... это ясно, что не знаешь...
- Как так, товарищ майор, людей не знаю? - попытался спорить Кваша, но
начальник перебил его:
- А ты не спорь, а то в аттестации напишу, что споришь с начальством.
Кваша видел, что начальник в хорошем расположении духа, и, тоже подмигнув
Славину, весело возразил:
- Товарищ майор, а я помню, как неделю назад вы, распекая капитана
Мальчукова, обещали ему в аттестации написать, что он до такой степени обленился,
что даже перестал пререкаться с начальством. Подскажите, Семен Антонович, как мне
быть, пререкаться с вами или не пререкаться?
- Я тебе подскажу, я тебе подскажу... - продолжал кружить вокруг
подчиненного майор. - Хороши у меня сотруднички: один пытается вспомнить, что
когда, где начальник, - он поднял указательный палец, - кому-то сказал, другой
дошел до того, что начальника с царем сравнивает.
Славин хмыкнул: "Уже передали!"
- Так это же только внешне, товарищ майор, - оправдывался он.
- А почему внешне? Я не возражал бы на такого человека быть похожим и
внутренне.
Он подошел к двухстворчатому шкафу, открыл дверку, на которой было
прикреплено зеркало, и, глядя на свое отражение, покручивая ус, самодовольно сказал:
- А что? Действительно похож! Вот если бы вы у меня, черти, так же ловко
ловили бандюг, как подмечаете, на кого начальник похож, так я, ей-богу, рад был бы.
- Мы же стараемся, Семен Антонович, - возразил Славин.
Горчаков отошел от шкафа, посмотрел на Славина, на Квашу, сел на стул, который
жалобно заскрипел под его многопудовым телом, и потеплевшим голосом сказал:
- Что правда, то правда, вы у меня, ребята, молодцы, стараетесь - это ясно. Ну,
а теперь к делу. Тебе, Василий Алексеевич, необходимо оказать помощь Славину. Что
делать, он скажет. И я тебя попрошу, не отвлекаясь ни на какие дела, выполнять его
указания. Чует мое сердце, что Владимир Михайлович на верном пути стоит, - и,
улыбаясь, взглянул на Славина. - В отношении Петра Первого ты здорово подметил.
Оказывается, я действительно на него похож. Фигура, глаза, вот только не помню,
какого цвета усы у него были.
- Я тоже не помню. Но разгружусь немного и обязательно выясню.
Лицо Горчакова сделалось задумчивым и строгим.
- Нет, браток, до разгрузки еще далеко. Наша с тобой служба такая, что
постоянно не будет времени хватать. Всегда нужно будет куда-то спешить, и не всегда
спать придется. Но что поделаешь - такая судьба нам досталась! Не иметь покоя
ради покоя других. Ну, ладно, братцы, за работу! Идите к себе и думайте, как с тем
подъездом разобраться, а у меня через пять минут начнется прием граждан.
Славин пригласил Квашу к себе в кабинет, объяснил, что от него требуется, и
посоветовал:
- Начни ты, Василий, с домоуправления. Посмотри, кто прописан в этих
квартирах из мужчин в возрасте до тридцати лет, выясни, где и кем работают. Затем
мы вместе сделаем обход этих квартир.
Кваша ушел. А Славин направился к дежурному и попросил передать участковому
Рогозину, когда тот будет звонить, чтобы он немедленно приезжал в отделение.
Дежурный улыбнулся:
- Считай, что я твое задание выполнил. Иди в четвертый кабинет, там твой
Рогозин с задержанным разбирается.
Владимир молча повернулся и направился в четвертый кабинет, который был
выделен специально для участковых уполномоченных.
Участок Рогозина находился в зоне Славина. Участковый по заданию
оперуполномоченного побеседовал по очереди с теми, кто знал в лицо Жору. Ему
удалось из числа парней, знающих в лицо преступника, создать пять групп. Они
дежурили в местах возможного появления разыскиваемого.
В кабинете Рогозин разговаривал с парнем лет тринадцати. Тот сидел напротив
капитана и плакал.
Участковый, увидев Славина, прервал разговор и смотрел на него. Тот кивнул
головой, чтобы он продолжал, и Рогозин повернулся к парню:
- Ну, что ты молчишь, хлопец? Мы же все равно узнаем, где ты его взял. Ну,
давай не тяни время, не до тебя, говори.
Парень еще ниже опустил голову и чуть слышно проговорил:
- Украл.
- Где?
- В школе, тринадцатой.
Рогозин победно взглянул на Славина и пояснил:
- Иду через Комаровский рынок и вижу: пальто продается, - и он показал
рукой на стул, на котором лежало женское пальто с меховым воротником.
Славин удивился:
- Пальто зимнее летом? Постой, так сейчас же и занятий в школе нет. Кто, в
таком случае, это пальто туда принес?
- Никто не приносил его туда. Просто математичка наша там живет. Она меня на
переэкзаменовку на лето оставила. Я сегодня пришел на консультацию, а она,
наверное, забыла и уехала на "Победе" с каким-то мужчиной. Обида взяла меня, и
вдруг вижу - форточка у нее в окне открыта. Залез я туда и взял в шкафу это пальто,
а потом понес на базар.
Парень еще сильнее заплакал. Славин спросил:
- У тебя отец есть?
- Нет, на фронте погиб.
- А мать?
- Есть.
- Сколько вас, детей, у нее?
- Пять.
- Ну и что же ты хотел купить на деньги, которые получил бы за это пальто?
- Не знаю, всем бы мороженое... и свежих булок.
Славин и Рогозин переглянулись. В комнате воцарилась тишина, нарушаемая лишь
только всхлипыванием мальчугана.
Славин взял со стула пальто и протянул его мальчику:
- На, отнеси и положи на место. Будем надеяться, что твоя математичка еще не
вернулась домой. И запомни: не ради того, чтобы ты воровал, твой отец воевал и погиб
на фронте.
Парень встал и непонимающе смотрел на Славина и Рогозина.
Рогозин сказал:
- Ну, что стоишь? Иди домой и сделай, что тебе говорят.
Паренек, держа в охапку пальто, вышел из кабинета. Славин и Рогозин проводили
его взглядом через окно.
Владимир посмотрел на капитана и сказал:
- Есть задание тебе. Отбери группу ребят из тех, кто может опознать Жору, и
перерой второй подъезд дома, расположенного рядом с двадцать третьей школой. Не
исключено, что он там появляется.
- А как насчет дежурства в клубах и на танцплощадках?
- Все остается по-прежнему.
Рогозин произнес "ясно" - слово, которым заразились все сотрудники отделения,
и ушел.
Славин подошел к окну. Во дворе шли занятия. Милиционеры верхом ездили по
кругу, тренируясь правильно управлять лошадью. Взгляд Владимира остановился на
козле Борьке. Он стоял на стоге сена и, наклонив голову с длинными закругленными
рогами, наблюдал, как шестеро милиционеров сгружали с грузовика большие тюки
прессованного сена и с помощью ручной лебедки подавали наверх, где двое
сотрудников принимали и складывали их. Славин подумал: "Интересно, как Борька
взобрался туда?" Об этом козле рассказывают целую историю. Раньше он был в
партизанском отряде и в милицию попал благодаря старшине Степанычу - бывшему
партизану, который и привел его с собой. Говорят, что где лошадь, там и козел должен
быть. Так и прописался Борька в милицейской конюшне. Он был дерзким и сильным
козлом, к тому же отличался скверным характером. Старожилы отделения знали об
этом и в присутствии Борьки всегда были настороже. Но сейчас там, на верху
громадного стога, были новички, молодые ребята, которые только что после службы в
армии пришли в милицию. Они не знали крутого нрава козла и беспечно стояли к нему
спиной у самого края стога. А Борька решил познакомить новичков со своими рогами.
Славин это понял, но предпринять уже ничего не мог. Окно в кабинете не открывалось,
а форточки не было, да и счет времени уже пошел на секунды. Борька, набирая
скорость, понесся вперед. Он врезался в спину крайнему милиционеру, тот, дико
крича, полетел вниз и грохнулся прямо в кузов грузовика, где, к счастью, еще было
сено. А козел уже несся ко второму милиционеру, который успел сориентироваться и
встретить "агрессора". Милиционер схватил его руками за рога, и на верху стога
начался спектакль, который прервал занятия на плацу и привлек к себе внимание не
только милиционеров, но и прохожих. Раздался свист и смех. Борьба наверху
продолжалась долго и с переменным успехом.
На стог поднялись еще два милиционера, они втроем связали козла и с помощью
все той же лебедки спустили вниз.
Владимир отошел от окна. На душе у него было тяжело. Из головы не выходил
паренек, которого допрашивал Рогозин. "Черт бы побрал эту войну, отнявшую у
многих детей отцов. Нет, он не был вором, этот мальчуган. Не подлость руководила
им, а просто неосознанное желание иметь то, что так любят дети. Он хотел купить для
своих братьев и сестер булок и мороженого. Мы правильно сделали, что не стали
оформлять материалы на него. Наверняка он все поймет", - думал Владимир.
УЧАСТКОВЫЙ УПОЛНОМОЧЕННЫЙ КВАША
Кваша уже через день положил на стол перед Славиным список жильцов подъезда.
В нем крестиком были отмечены четыре фамилии.
- Они, - пояснил участковый, - заслуживают внимания. Больше
подходящих нам по возрасту людей в этих квартирах нет.
- Точнее, прописанными не числятся, - поправил Славин.
- Ну да, - согласился тот. - Теперь, как я понимаю, надо побывать во всех
квартирах и поговорить с людьми...
- Правильно, но сначала давай побеседуем вот с этим товарищем, - и Славин
подчеркнул фамилию "Жирков". - Как видишь, он пенсионер. Ранее работал в
милиции. Так что пошли к нему!
Квартира Жиркова находилась на четвертом этаже. На их стук дверь открыл
сухонький старичок. Он внимательно смотрел на незнакомых людей.
Владимир представился и сказал:
- Иван Леонидович, мы к вам по одному важному вопросу. Нами за совершенное
разбойное нападение разыскивается человек, которого однажды видели входящим в
этот подъезд. Вы не знаете, к кому он мог приходить?
Хозяин задумался, а затем спросил:
- Чего же вы стоите у входа, может, считаете, что на такой вопрос возможно
сразу ответить? Проходите в комнату, присаживайтесь, а я вспомню. Что вам известно
о том, кого вы разыскиваете?
Славин коротко рассказал, что ему было известно о Жоре. Старик вслух начал
думать:
- Подо мной на третьем этаже живет Хмелько Ростислав. Ему двадцать восемь
лет. Воевал. Ранен в ногу и сейчас хромает. Он человек серьезный и не станет возиться
со всякой швалью. Напротив меня - Коля Антонов. Ему двадцать два, тоже
солидный парень. Работает на инструментальном заводе, в свободное время сидит за
учебниками. Он в институт собирается поступать. Я ничего, кроме хорошего, о нем
сказать не могу. В квартирах на первом и втором этажах мужчин молодых нет. На
пятом - это надо мной как раз - живет Наум Левин. Немцы во время оккупации
его родителей расстреляли. Науму пока сейчас тяжело приходится. На воспитании у
него две младшие сестры остались. Ему не до шалостей. На последнем этаже есть
молодой парень - Саша Кривоног. У него тоже немцы родителей убили, сам чудом
спасся. Сейчас он у тетки живет. Хорошая семья, да и Саша парень серьезный,
работает, по вечерам встречается с девушкой из соседнего подъезда... Скажите, откуда
вы взяли, что тот, с кем вы видели Жору, должен жить здесь? А может, Жора с тем
парнем в гости к кому-либо приходили?
- Мы не исключаем этого, - согласился Славин.
- Знаете, вот мой вам совет. И поверьте, плохого совета вам не дам. Как-никак
более тридцати лет я проработал в уголовном розыске и знаю почем фунт лиха. Так
вот, я считаю, что если они и могли к кому-либо из жильцов нашего подъезда прийти,
то только к Верке Астаховой. Живет она одна, на пятом этаже в сорок четвертой
квартире, девица вертлявая, в позапрошлом году ребенка родила. Я у нее, помню,
спросил: "Вера, а кто отец твоего Сережки?" А она засмеялась и, даже не покраснев,
отвечает: "Дед, ты вопрос полегче задай. Я и сама хотела бы это знать". Работает она
где-то в буфете, навар, наверное, имеет солидный, потому что живет в достатке, ни в
чем не нуждается. Ребенка, когда идет на работу, к своим родителям отводит, которые
недалеко отсюда живут, по у
...Закладка в соц.сетях
