Жанр: Детектив
Любящие и мертвые (мэвис зейдлиц)
... Грег! Вы меня так испугали.
- Шалят нервы?
- А у вас? Простите, но мне до сих пор не по себе. Примите мои соболезнования.
Мне жаль, что она умерла.
- Вы это говорите искренне? Мне вот, например, нисколько не жаль.
Я опешила. Может быть, у доктора и впрямь помешательство?
- Ванда получила то, что заслужила, - сказал Пейтен, снял по привычке очки и
занялся полировкой стекол. - Знает ли кто-нибудь, что это была за жена? Она
вздрагивала, когда я прикасался к ней...
Он помолчал.
- Что бы я сделал, так это наказал убийцу. Это единственное, что меня сейчас
занимает. Но мной движет не месть. С профессиональной точки зрения, этот человек
был бы мне интересен как предмет, который требует изучения.
- Раз так, то я должна вам кое-что открыть, - сказала я и огляделась. - Убийца
скоро будет пойман.
Я рассказала ему сказочку про склеп и одиннадцать часов. Грег аж вспотел.
- Вы большая фантазерка, Мэвис...
- Скоро вы убедитесь, что я еще к тому же большая реалистка.
- Проза жизни, как правило, не блещет такими поэтическими и мистическими
деталями: "склеп", "могила старика", "за час до полуночи"...
- Извините, Грег, но больше я не вправе ничего говорить. Я и так сказала лишнее.
Влетев в свою гостиную, я крепко заперла дверь. Я долго стояла, прислонившись к
ней спиной. Тишина. Потом я услышала шаги: Грег шел по коридору тяжело и
медленно. Это были шаги больного человека.
Дона еще не было.
Гнетущие мысли вновь одолели меня. Я подумала, как комфортно сейчас Джонни.
Сидит в своем мотеле, читает газеты и не прислушивается к шагам за дверью.
Припомню я Джонни сегодняшний вечер!
Кто-то постучал: Дон! Я побежала открывать дверь.
- Можно?
На пороге стоял Фабиан Дарк! Толстяк выглядел так, как будто и в самом деле спал
все ночи напролет крепким здоровым сном.
- Входите, - жестом я пригласила его в нашу гостиную.
- Я пришел поговорить с Доном, - объяснил адвокат. - Можно его видеть?
- Дона пока нет.
- Жаль. Но что поделаешь - увижу его позже.
- В полночь? Когда завещание вступит в силу?
- Да...
- А знаете, что произойдет часом ранее?
Я сделала вид, что меня распирает от той тайны, которая связана со склепом и
уликой, изобличающей убийцу.
Адвокат выслушал меня с известной долей скепсиса. Он сложил пухленькие ручки
на животе и потребовал от меня подробностей.
- Нет, Фабиан, ничего сверх того, что сказала, я вам не вправе сообщать. Иначе
спугну убийцу. А он сегодня будет пойман!
- Желаю удачи, моя дорогая. И передайте Дону, что я искал его.
Фабиан направился к двери, но по дороге остановился и внимательно посмотрел на
меня:
- Вы смелая, Мэвис. Разрешите поцеловать вам руку.
Не дождавшись ответа, он взял мою ладонь... Я чуть не отдернула руку, вспомнив
холодные пальцы убийцы на своей груди. Но пальцы Фабиана оказались мягкими и
теплыми.
- Мне очень приятно было познакомиться с вами, - адвокат улыбался. - Это
большая честь - провести три дня в обществе частного детектива Мэвис Зейдлиц!
- О! - застонала я.
Адвокат был доволен произведенным эффектом. И не скрывал этого. Он отпустил
мою руку и надулся, как дирижабль.
- Вы надеялись провести меня? Ай-яй-яй! - он шутливо погрозил мне
пальчиком. - Я опытный адвокат. Я внимательно изучаю документы. Я понял, что вы
- поддельная Клер Убхарт.
Я молчала, потому что подходящие моменту слова не шли на язык. А Фабиан все
никак не мог угомониться:
- Ну не надо так переживать! Дон всего лишь потерял наследство - эка беда!
Наконец за развеселившимся адвокатом закрылась дверь. Я рухнула в кресло, как
подкошенная. В ушах моих все еще стояло "ай-яй-яй".
Я сидела и горестно размышляла над случившимся, винила себя, проклинала
дотошного адвоката...
Прошло какое-то время, и дверь вновь стукнула. На этот раз пришел тот, кого я так
ждала, - Дон.
Я бросилась ему на шею:
- Дон! Это ужасно!
- Успокойся, дорогая, больше тебя никто не посадит в камеру, - он широко
улыбнулся мне. - Мы так давно не виделись с тобой - со вчерашнего вечера.
Он обнял меня, я прижалась к нему и рассказала про визит Фабиана.
Дон молчал довольно долго. Наверное, он принимал какое-то решение. У меня не
было сил заглянуть ему в лицо.
Я предполагала, что потеря наследства будет для Дональда Убхарта страшным
ударом. Вдруг он не выдержит его?
Но когда Дон заговорил, я поняла, что все мои опасения напрасны.
- Мэвис, дорогая, не переживай, - сказал он почти ласково.
Я отпрянула.
- Ты теряешь свои деньги! Или ты не понял, чем грозит адвокат?
- Я все понял. Эта самодовольная скотина считает себя здесь самой умной.
Я посмотрела на Дона: его глаза смеялись! Боже, ничего не понимаю...
- Я докажу Фабиану, что он глуп и туп. Ну, подойди же ко мне поближе, Мэвис!
Я соскучился.
- Погоди, есть еще одна новость.
Я рассказала Дону, что в одиннадцать часов должна пойти в усыпальницу
Рэндолфа Убхарта за "уликой".
Дон вперил в меня острый взгляд.
- Ты отдаешь отчет своим словам, Мэвис?!
- Ну, конечно.
- Тогда назови имя убийцы.
У Дона начало дергаться веко.
Этот нервный тик вызвал у меня приступ истерического смеха. Я хохотала так, что
Дон размахнулся и дал мне пощечину. Ванда тоже била меня, но ее рука была легче; к
тому же я тогда висела на цепях. Теперь я упала. К счастью, на стул.
- Имя убийцы! - заорал на меня Дон.
Его лицо, потное и багровое, нависло надо мной, как огромный гриб.
- Дон, успокойся, - пролепетала я. - Я не знаю имя убийцы. Все, что я тебе
сказала, неправда. Это ловушка.
- Ловушка?!
- Это план Джонни.
- Джонни Рио? Он способен на такие идиотские розыгрыши? Ну и дела... Как вы
смеете шутить такими вещами!
- Мы не шутим! Рио придумал этот план, чтобы поймать убийцу. Ты же сам
говорил, что лейтенант Фром никогда не добьется успеха.
Я рассказала Дону, что мы с Джонни были у склепа и видели смазанный замок, что
Джонни нашел возможность использовать склеп, чтобы заманить убийцу.
Глаза Дона приняли обычное выражение, веко перестало дрожать и дергаться.
- Прости, Мэвис, я ударил тебя... Прости! Как видишь, мои нервы на пределе.
- Я все понимаю.
- Давай мириться.
Дон прильнул ко мне и поцеловал так, что у меня внутри что-то зазвенело.
Он сел в кресло, посадил меня к себе на колени и стал гладить... Как нам было
дивно!
В промежутках между поцелуями Дон выражал свое недовольство тем, что я
подвергаюсь большой опасности.
- Я волнуюсь за тебя, Мэвис.
- Что же делать? - едва я успевала ответить, как он закрывал мне рот очередным
лобзанием.
- Джонни, конечно, придумал толково, - говорил Дон. - Убийца придет...
обязательно придет...
- Угу...
- Но если он убьет тебя раньше одиннадцати часов? Рио подумал об этом?
Я слегка отстранилась - если так можно сказать о девушке, сидящей на мужских
коленях...
- Мы с Джонни это не обсуждали.
- Вот! Убийца встретит тебя по дороге к склепу! И Джонни ничего не услышит и
не поможет.
- Дон, что же делать?
- Я пойду вместе с тобой.
- Прекрасно! Спасибо, Дон! Ты нашел замечательный выход!
- Сколько сейчас времени? Половина восьмого? У нас в запасе вечность.
- Так ты действительно пойдешь со мной к усыпальнице отца? - я не верила
своему счастью. - Ты - мой герой!
- Я не просто герой, я герой с пистолетом. У меня имеется оружие. Прихватил на
всякий случай.
Он еще раз посмотрел на часы и начал меня раздевать.
Глава 14
Дон стоял у окна и напряженно всматривался в темноту. Далекая вспышка молнии
слегка осветила его лицо - оно было похоже на посмертную маску.
- Сейчас начнется дождь, - сказал он глухо. - Ливень. Я думаю, нам пора
собираться. Уже без четверти одиннадцать.
- Да-да, - пробормотала я.
Мне никогда не хотелось думать на тему, хорошо ли я буду выглядеть в гробу. И
все же, повинуясь каким-то древним инстинктам, я принарядилась, причесалась и даже
подкрасила губы.
Дон посмотрел на меня остановившимся взглядом.
- Мэвис, ты необыкновенная... Если бы...
- Если бы что?
Он не стал отвечать и только тяжело вздохнул:
- Семьдесят два часа с подставной женой могут перечеркнуть год с женой
настоящей.
- Я ничего не разобрала из твоего бормотания.
- Теперь-то я хорошо понимаю отца. Ему тоже не везло с женщинами...
- С женами? - уточнила я.
- Отец был крупной личностью. А жены... Сначала испанка... Она, наверное, была
хороша в юности, но очень быстро постарела и высохла, - Дон говорил это и
напряженно смотрел в черноту окна. - Потом южанка. Красивая и пустая, как ваза.
Отец слишком поздно начинал понимать, что совершил очередную ошибку. Эдвина
была хуже двух предыдущих, вместе взятых. Да что там говорить!
Неожиданно Дон вытащил из кармана оружие.
- С этой штукой, - он нежно погладил ствол, - и убийцу можно взять под
ручку. Пусть идет рядом, а не крадется сзади.
- Ну и шутки у тебя!
- Мне не до них.
Раскат грома заставил меня вздрогнуть. Дон прислушался и повернул ко мне
встревоженное лицо:
- Тс-с... Слышишь?
- Что? Гром?
- Нет. Мне кажется, что звенят цепи.
Меня всю передернуло.
- Тебе почудилось.
- Может быть... пора идти к усыпальнице.
- Идем...
Мы с Доном вышли в коридор. У третьей двери налево Дон остановился и глянул
на меня. Я кивнула, и он постучал.
Фабиан Дарк открыл нам и был даже обрадован - так мне, по крайней мере,
показалось.
- Дон, хорошо, что вы зашли ко мне. Есть один важный разговор.
- Я пришел пригласить вас на прогулку - подышим ночным воздухом.
Говоря это, Дон приставил свой пистолет к округлому брюшку адвоката.
Фабиан Дарк недоумевающе поднял брови:
- Что такое, Дон? К чему эти опасные шутки?
- Мы с Мэвис решили прогуляться в грозу. Вы пойдете с нами.
- Прогулка? А, понял! Мэвис идет, как и говорила, в усыпальницу. Вы, Дон, с
ней. Но при чем здесь я?
- Не будем тратить попусту время, - Дон пистолетом подтолкнул адвоката, тот
пожал плечами и пошел вперед.
За порогом нас поджидала кромешная темень. Воздух был наполнен грозовыми
разрядами. Слава богу, что у Дона был фонарик.
"А где же Донован? Неужели лейтенант Фром снял охрану?" - подумала я, но тут
же забыла и про лейтенанта, и про все остальное на свете.
Дон негромко сказал:
- Фабиан, идите вперед. И не думайте сбежать - я стреляю без предупреждения.
И точно.
- Я не убегу. Моя жизнь мне дорога, - успокоил его адвокат.
Он держался, на удивление, спокойно, даже с достоинством. Зато я обмирала от
страха и благодарила Бога за то, что рядом со мной был Дон.
Молнии вспарывали небо, гром бил по нервам. Неожиданно я увидела
усыпальницу - мы подошли к ней совсем близко.
Дон знал, что надо делать.
- Возьми мой пистолет, Мэвис, и держи Дарка на прицеле. А я пока разыщу
Джонни, - он передал мне оружие. - Чуть что - стреляй.
- О'кей.
Положение мое было незавидным, но пистолет в руке немного прибавил
уверенности. Дон отдал мне фонарик, и я направила луч на адвоката.
- Мэвис, опомнитесь, - негромко сказал Фабиан. - Что вы делаете?
- Молчите, если не хотите получить пулю.
- Вы заблуждаетесь...
- Да-да, конечно.
Адвокат вздохнул. Вдруг он напрягся, лицо его окаменело.
- Смех... Вы слышите? Он смеется над нами!
- Кто?
- Рэндолф Убхарт. Там, в могиле, - его истлевшие кости. Но дух Рэндолфа
Убхарта здесь, с нами. Рэндолф жив!
В это время сверкнула такая молния, что я едва не присела. Пистолет заплясал в
моей руке.
- "Все преходяще - кроме меня". Мертвые порождают мертвых, и мрак кругом, и
мрак есть суть всего...
- Что вы там шепчете? Замолчите! - заорала я на Фабиана.
- Я читаю наизусть Книгу Молоха. Слышите, он идет!
Я боялась повернуться и с ужасом вслушивалась в шаги за своей спиной. Неужели
это шаги мертвеца?!
Если я оглянусь, убийца сбежит. Если не оглянусь, мертвец настигнет меня. Что
делать?
Описав дугу фонариком, я повернулась и увидела... Дона.
- А Джонни? - вырвалось у меня.
- Его нет.
- Ив этом - весь мой компаньон! Без остатка! - разозлилась я. - Вот уж задам
ему трепку при встрече.
Дон забрал у меня свой пистолет.
- Ждать Джонни нет смысла, - сказал он. - Идем в усыпальницу.
- Зачем? - пискнули мы с адвокатом в унисон.
- Это не ваша забота... Надо довести начатое до конца.
Как ни странно, у него оказался при себе ключ от усыпальницы. Дон снял замок,
сбросил предохраняющую цепь и толкнул дверь внутрь склепа.
Дверь скрипнула, вздохнула и отворилась.
- Первым войдет Фабиан, - скомандовал Дон, - потом - Мэвис.
Адвокат смело шагнул под темные своды. Я оказалась зажатой между двумя
возбужденными мужскими телами. Правда, это был не тот случай, когда хочется мило
пококетничать. Я изо всех сил старалась не показать, что боюсь.
В центре склепа лежала каменная плита, по углам которой стояли в серебряных
подсвечниках высокие свечи.
- Вот спички, Мэвис. Зажги свечи, - негромко сказал Дон.
Мне хотелось стремглав убежать из этого мрачного места, но я не могла
противиться Дону: в конце концов, я сама заварила эту кашу...
Склеп осветился. Не скажу, что в нем стало уютнее, но это уже не был просто
каменный мешок. Я вдруг подумала, что здесь подходяще поставить спектакль - в
натуральных декорациях.
- Ну вот, теперь можно и поговорить о наследстве, - сказал Дон каким-то
странным голосом.
- Дональд Убхарт, вы лишились наследства, потому что... - Фабиан Дарк сделал
паузу, - ...потому что провели в доме трое суток не с женой, Клер Убхарт, а с частным
детективом Мэвис Зейдлиц.
- Это так, - усмехнулся Дон. - Но вспомните хорошенько, что говорилось в
завещании.
- Я помню все слово в слово.
- Нет, вы ошибаетесь, мой дружок, и я вам это докажу.
Дон говорил резко, отрывисто - как будто лаял.
- Вы должны быть женаты, это раз, и должны провести вместе с женой семьдесят
два часа в поместье "Толедо", это два, - сказал адвокат.
- "Толедо" - это ведь не только дом, это все имение в целом, - вкрадчиво сказал
Дон. - Моей жены Клер не было в доме, но она была в поместье.
- И вы сможете это доказать? - адвокат метнул острый взгляд.
- Да. Я это докажу. И быстрее, чем вы думаете. А пока - подпишите эту бумагу.
- Вы полагаете, что подпись, поставленная на документе под дулом пистолета,
будет действительной? - неестественно засмеялся адвокат. - Да я враз откажусь от
нее на суде!
Дон проигнорировал это заявление.
- Мы здесь, у гроба моего отца, - медленно сказал он. - Отец настаивал на
этом... Он был необыкновенным человеком. Женщины погубили его. Женщины -
порождение ада. Они соблазняют нас своими телами и губят наши бессмертные души.
Отец не мог противостоять этим отвратительным созданиям. Я смог.
Мне показалось, что Дон стал выше, раздался в плечах, голос его зазвенел, как
колокол.
- Эти жены... Отцу катастрофически не повезло. Моя мать - испанка - была
ведьмой. Она запирала меня в темной комнате, чтобы воспитать покорность. Наверное,
ее тоже в детстве подвергали подобной экзекуции... Южанка была сумасшедшей. К
тому же еще и шлюхой. Путалась с садовником... Эдвина... Извращенка и сумасбродка.
Она ненавидела меня и оболгала перед отцом. Ее черный язык... черные мысли и
поступки, черные глаза...
Дон повернулся к Фабиану.
- Но зачем я говорю то, что вы и без того знаете, мой дорогой адвокат?
- Разве?
- Вы хорошо знаете Эдвину, - Дону нравилось наблюдать смущение Дарка. -
Вы знаете, как это бывало. Свечи, маски, цепи... Эдвина пристрастила к своим забавам
и моего отца, и других тоже. Она не была подручной, она была главной заводилой. В
подвал стали наведываться вы и моя грешная сестрица...
- Замолчите, ради бога! - адвокат поднял руки, как бы прикрываясь от потока
обвинений.
- Отец умер, но забавы в подвале продолжились и после его смерти. Эдвина,
Ванда и вы, Фабиан... Как весело вам было втроем! Вы резвились...
- Это ложь! Это сумасшествие! Вы ничего не докажете!
Чем сильнее адвокат вопил, тем яснее становилось, что Дон говорит правду.
- У меня есть доказательства, - Дон вздохнул. - После смерти отца вы, Фабиан
Дарк, жили явно не по средствам. Правильно - вы распоряжались наследством
Убхарта. Моим наследством! Но пять лет минули, и настало время отчитаться. И тогда
вы нашли выход. Вы ведь знали содержание второго завещания и решили увеличить
свою долю, за счет чего и покрыть растрату. Выбор жертвы пал на Эдвину. Наверное,
она надоела вам. А, скорее всего, начала шантажировать. Убивая ее, вы одновременно
устраняли свидетельницу своих дурных наклонностей и прибирали денежки к рукам.
Следующей стала Ванда. Она приставала к вам со своей любовью и могла выдать, с еето
нервными срывами! Когда Ванда вышла замуж за врача, вы вдвойне стали опасаться
разоблачений. Пейтен мог догадаться, что его жена изменяет ему с вами. Убив ее, вы
еще увеличили свою долю наследства...
- Нет! - Фабиан Дарк вспотел, пот лился ручьями по его пухлым щекам. - Все,
что вы говорили о подвале... свечи... цепи... Это правда. Эдвина и Ванда... Да, мы были
там втроем, хотя все далеко не так, как вы представляете. Но я не убивал их! Нет!
- Так вы признались в том, что участвовали в оргиях! - воскликнул Дон. - Кто
же теперь поверит, что вы не убивали двух женщин! Представьте, что вас ждет:
бесчестье и суд, всеобщий позор и осмеяние, проклятье и томительное ожидание
казни...
Адвокат схватился за голову и завыл.
- Я предлагаю вам одно: быструю и легкую смерть. Я гарантирую!.. Иначе... Вы
не перенесете этого кошмара: полосные материалы в газетах про адвоката-извращенца,
огромные заголовки, фотографии, ваша жизнь разобрана по косточкам... Ну? Вы этого
хотите? Итог - газовая камера.
В наступившей тишине Дон добавил по-деловому:
- Вам надо подписать эту бумагу. И вот эту. Все остальное я беру на себя.
- Что... это... за бумаги? - не своим голосом спросил Фабиан.
- Здесь признание в том, что вы убили Эдвину и Ванду. А здесь подтверждение
моих прав на наследство.
- Признание... что я убил... Нет! Ни за что! - вскинулся адвокат.
- Вы забыли, что у вас только два пути и две смерти: одна легкая, вторая
мучительная, одна быстрая, вторая, по сути, агония, растянувшаяся на несколько
месяцев. В первом случае дело будет закрыто без лишнего шума. Я обещаю вам это. Во
втором - ваше имя будут трепать на всех углах. Выбирайте. Вы же опытный юрист,
вы знаете, как все это бывает...
Адвокат застыл, словно изваяние.
- Ах да, я забыл! - сказал Дон. - Я обещал предоставить вам доказательство
того, что моя настоящая жена - Клер Убхарт - провела здесь семьдесят два часа.
Он включил фонарик и посветил в дальний угол склепа.
- Видите?
Я взглянула в освещенный угол и закричала от ужаса: Клер, маленькая, изящная
жена Дональда Убхарта, была прикована цепями к стене склепа. Кисти рук,
схваченных наручниками, свисали безжизненно вниз.
Клер была еще жива. Когда луч фонарика упал на ее лицо, веки затрепетали. Клер
открыла мутные невидящие глаза и слегка приподняла голову. Ноги почти не держали
тщедушное тело. Клер была грязной, заплаканной и такой несчастной, что у меня
сжалось сердце.
- Ты пришел... - Я услышала стон-вздох. Малышка Клер заговорила. - Почему
ты не убил меня сразу? Я умираю в мучениях...
Дон погасил фонарик.
- Ну вот, Фабиан, теперь вы с полным на то основанием можете подписать бумагу
о моем наследстве, - хладнокровно сказал Дон. - Клер была здесь даже дольше
семидесяти двух часов, о которых предупреждал отец. Дело в том, что я привез жену
еще до того, как начали собираться гости. Это был тайный визит.
Дон был такой же, как прежде, но я почему-то боялась смотреть ему в лицо.
Он продолжил свой монолог:
- Мне очень нужны мои миллионы. Я боялся, что мой сводный братец Карл и
сестрица Ванда найдут подходящий способ лишить меня денег. Искушение было
велико: согласно условиям первого завещания я получал львиную долю. Карл и Ванда
могли не устоять... Поэтому я пришел в частное сыскное агентство и нанял Мэвис. Она
должна была сыграть роль моей жены. Но я предвидел возможность того, что обман
раскроется. Нельзя вас, адвокат, недооценивать, это я знал хорошо. Поэтому я привез
сюда Клер и тайно спрятал в усыпальнице. И я оказался прав! Вы догадались, что
Мэвис - подставная жена. И обрадовались. Зря.
Дон опять подошел к адвокату со своими бумагами. Фабиан Дарк вдруг громко
всхлипнул и разрыдался.
- Подпишите, - Дон говорил это так, как говорят с малышами или умственно
неполноценными. - Потом вам будет хорошо. Все закончится за несколько секунд.
Он протянул к адвокату руку с бумагами, и в слабом мерцании свечей я узнала эту
руку - руку маньяка.
- Это ты убил Эдвину... И Ванду...
Я прозрела.
- Конечно, я, - не отпирался Дон. - А тебе, Мэвис, я весьма признателен. За
доброту, за доверие...
- О, боже мой! - вскричала я. - Джонни! Где ты?!
Мне казалось, что я слышу какой-то звук там, наверху, но, очевидно, это были
слуховые галлюцинации.
- Можешь кричать, - разрешил Дон. - Можешь кричать очень громко. Я ведь
солгал тебе, Мэвис. Уж прости. Конечно, мистер Рио поджидал тебя возле
усыпальницы, но я позаботился о том, чтобы его план не помешал моему плану.
Я вздрогнула. Сердце мое забилось: Дон убил Джонни!
- Незачем разводить здесь сырость, - Дон повысил голос и ткнул плачущего
адвоката пистолетом под ребро. - Вам все равно придется подписать...
Адвокат плакал, не вытирая слез. Он обреченно взял ручку и поставил в двух
местах какие-то закорючки.
- Спасибо, - от всей души поблагодарил маньяк. - Ну вот и все. Сейчас мы
разыграем последний акт нашей драмы... Когда здесь будет полным-полно
полицейских, они обнаружат меня, помешавшегося от горя. Я пришел в склеп
слишком поздно. Извращенец-адвокат задушил Клер и Мэвис... Но возмездие настигло
убийцу! Мой пистолет, который я стал носить при себе после того, как задушили
Ванду, помог мне справиться с опасным маньяком. Я обещаю, Фабиан, что убью вас с
первого выстрела, так что вы получите свою легкую смерть...
Я хотела ударить Дональда Убхарта, но руки и ноги одеревенели. Дон, словно
подслушав мои мысли, мигом повернулся и какое-то время смотрел на меня. Потом
сказал:
- Ты ведь владеешь приемами, Мэвис. Я помню. Поэтому тебе предстоит умереть
первой.
- Умереть? Как?
Я говорила и не узнавала своего голоса.
- От удушения, естественно. Я не могу менять почерк убийцы. Единственное, что
я могу сделать для тебя - ты потеряешь сознание прежде, чем я тебя задушу. Закрой
глаза.
Он шагнул ко мне и занес руку с пистолетом над моей головой.
Я не закрыла глаза, но поняла, что в следующее мгновение той, что зовется Мэвис
Зейдлиц, не станет.
Вдруг из могилы раздался низкий скрипучий голос:
- Дональд! Сын мой! Остановись!
Маньяк замер, как громом пораженный, потом начал оглядывать склеп.
- Кто это говорит?
- Дональд! Я приказываю тебе: остановись!
Это, определенно, был Рэндолф Убхарт! Я подумала, что начинаю сходить с ума. В
усыпальнице были только Фабиан, Клер, Дон и я.
- Дональд! Разве ты посмеешь ослушаться отца?
Дон посмотрел на каменную плиту, и впервые в его глазах я заметила ужас.
- Нет, ты умер... - Дон тяжело задышал, пистолет выпал из ослабевшей руки. -
Ты там, в могиле... Ты всегда мешал мне... Не трогай меня! - взвизгнул он.
- "Все преходяще - кроме меня"!
Голос шел снизу, эхом разносился по всей усыпальнице.
Затем другой голос, очень знакомый, крикнул:
- Мэвис! Пистолет!
Скорее инстинктивно, чем осознанно, я подняла пистолет с холодного пола. Дон
сильным и резким ударом ноги выбил его из моих рук.
Он ударил меня. Я упала.
Лежа, я видела, как Дон берет пистолет с пола.
Вдруг в склеп ворвалась какая-то сила и отшвырнула Фабиана Дарка в сторону.
Кто-то вцепился в Дона и пистолет.
Две силы сошлись в поединке. Они были равны. И когда наступило краткое
мгновение передышки, я увидела, что с Доном борется Карл.
- Так это был ты! - прохрипел Дон. - Проклятый чревовещатель!
- Это был я. И я заставлю тебя ответить за все!
Карл ударил Дона по запястью, пистолет вновь очутился на полу.
Братья боролись не на жизнь, а на смерть. Я пыталась оттолкнуть их и дотянуться
до оружия. Дотянулась!
Карл ударил Дона так, что тот не мог ни вздохнуть, ни выдохнуть. Стоял на
коленях с глазами, вывалившимися из орбит.
- Вставай, тварь! - орал Карл. - Поднимайся!
Вдруг кто-то ловко выхватил пистолет из моей руки. Это был Фабиан.
- Извините! - и оттолкнул меня плечом.
Карл рывком поставил Дона на ноги и нанес ему сильнейший нокаутирующий удар
в челюсть. Дон рухнул на могильную плиту, сбивая светильники.
Сознание еще не покинуло его. Он сумел подняться. Встал.
Из четырех горели только две свечи.
И вдруг над моим ухом раздался нечеловеческий крик Фабиана:
- Все преходяще! Все! И ты тоже!
Два оглушительных выстрела потрясли усыпальницу. Дон дернулся, когда одна из
пуль попала ему в сердце.
Он качался, но стоял. Лицо его было ужасно.
Потом он упал на каменную плиту, погасив оставшиеся свечи.
Темнота, как в аду. Адская темнота. Мрак. Я чуть было не завыла и стала кусать
свои пальцы, чтобы сдержать этот вой.
Меня ослепил яркий луч фонарика:
- Мэвис! Черт побери, где ты?
Это был Джонни.
- Что за сказки вы мне тут рассказываете?!
Свирепый лейтенант Фром сцепил зубы так, что скулы побелели.
- Это не сказки, лейтенант, это жизнь, - тяжело вздохнул Пейтен. - Я ведь и
раньше подозревал Ванду. Ее поведение настораживало меня... Помните, Мэвис, я
застал вас в комнате адвоката? Тогда я действительно искал у Фабиана свою жену.
- Показаний этой дамы мне не требуется! - гаркнул Фром и зло посмотрел на
меня.
- Не сверкайте так глазами, лейтенант! Если говорить начистоту, то и мне не
требуется ваших допросов и вопросов! У меня есть уже кое-какой опыт общения с
вами и вашими подручными.
- Лейтенант, чего вы беситесь? - в разговор вступил Джонни. - Мы же нашли
убийцу.
- Что значит "мы"? - заорал Фром. - Доморощенные ищейки! Вот вы,
например! Вас там и не было! Вы, мистер Рио, валялись без сознания у стен склепа...
Джонни метнул в меня недобрый взгляд.
- Меня подвел мой компаньон, лейтенант. Мэвис выложила мой план убийце.
Преподнесла, как на блюдечке. И даже указала место, где я буду поджид
Закладка в соц.сетях
