Жанр: Детектив
Любящие и мертвые (мэвис зейдлиц)
...м, что она устраивала вместе с отцом
какие-то оргии.
Фром посмотрел на нас с Доном. Мы подтвердили слова Карла. Тогда лейтенант
повернулся к адвокату.
Тот был спокоен:
- Про то, что происходило в подвале еще при жизни хозяина поместья Рэндолфа
Убхарта, знали или догадывались многие: и Дон, и Карл, и Ванда. Я не открыл
никакой тайны.
- Тот, кто убил экономку, конечно, знал про подвал, - заметил лейтенант. - Он
затащил туда несчастную...
Адвокат презрительно хмыкнул:
- Ну уж нет! Не употребляйте таких выражений: "затащил несчастную"... Я
уверен, что Эдвина вспомнила старые проказы да забавы и сама с удовольствием
полезла в подвал. Не исключаю, что это она зажгла свечи. Рэндолф пристрастил ее к
подобным светским развлечениям...
Лейтенант потупил глаза.
- Эдвина была любов... То есть она и Рэндолф Убхарт... Вы это хотели сказать,
адвокат?
- Опять же здесь нет никакой тайны, - сказал Фабиан Дарк. - Ручаюсь, что и
Мэвис, и Грег уже знают это.
- Может быть, экономка и была любовницей Рэндолфа Убхарта, но тот давно в
могиле. Кто же заманил Эдвину в подвал? Каков мотив этого странного убийства? Есть
какие-либо соображения по этому поводу? - спросил лейтенант.
- Вы пытаетесь решить эту задачу логическим путем, - ответил ему адвокат. -
Но семейство Убхартов живет вопреки логике.
- Вы намекаете... здесь действовал психически неуравновешенный человек? Не
так ли? - сморщился Фром.
- Все может быть в семействе Убхартов. Вот, скажем, лежит человек. Вероятно,
его ударили, и он упал. А что, если допустить, что он сам ударился затылком о стену?
- Ну-ну, говорите. Это интересно, - оживился лейтенант.
- В подвале находятся два тела - одно живое и одно мертвое, - вы сами так
сказали. Человек с шишкой на голове вызывает сочувствие и сострадание. Но он ведь
жив! Он мог убить женщину и, услышав шаги, притвориться пострадавшим! Ударился
затылком и лег... Ну, как?
Лейтенант повернулся к Дону:
- Вы слышали, мистер Убхарт? Что скажете?
- Ерунда, - отрезал Дон. - Я понимаю адвоката: ему надо отвести подозрения
от собственной персоны. А, между тем, все началось с него. Это он напомнил Эдвине
про подвал. Эта мысль, очевидно, не давала ему покоя. Теперь он утверждает, что все
знали про забавы отца и Эдвины. Откуда такая уверенность? Я вот, например, не знал.
И другие могли не знать. Но мы ведь жили в этом доме, а Фабиан Дарк - нет. Откуда
ему известно то, что не известно даже сыновьям Рэндолфа Убхарта?! Но я подумал еще
вот о чем: если подобные игрища происходили в подвале при отце, то разве
закончились они с его смертью? Может, адвокат занял место отца? После смерти
старика никто из нас даже близко не подъезжал к этому поместью. А Фабиан Дарк
здесь бывал, и не один раз. Он распоряжался капиталами отца, был опекуном...
Карл впервые посмотрел на брата с уважением:
- Это разумно, - сказал он. - Дон глубоко копнул. Я бы только уточнил одно
обстоятельство: Эдвину могли убить непреднамеренно. Я бы сказал: нечаянно, в пылу
страсти. В общем-то, я не специалист по любовным утехам подобного рода. Может,
Пейтен нам объяснит тонкости?
Фром обратился к психоаналитику:
- Вы слышали, что говорят Убхарты?
- Да, лейтенант, - тот показал свои лошадиные зубы. - Все верно: половые
извращения часто сопровождаются садизмом или садомазохизмом. Человек получает
удовольствие только тогда, когда он кому-то причиняет боль. Или когда ему ее
причиняют. В подобной ситуации может наступить смерть одного из партнеров или
обоих сразу. Наука знает такие примеры.
- За примерами не надо ходить далеко, - ухмыльнулся Карл. - Смотрите, как
горит щека у Ванды - это след мужской "ласки". А моей сестре это, между прочим,
нравится! Он бьет ее, и ему тоже это нравится. Кстати, почему вы поверили им? "Мы
спали, ничего не слышали..." Ерунда! Кто может подтвердить, что Пейтены были в
спальне в момент убийства? А может, в подвале было несколько человек? Да, теперь я
уверен: там была оргия!
- Подлец! - вскричала Ванда. - Что ты несешь? Сам-то ты что делал, когда
душили Эдвину? Или у тебя есть алиби? Вы встретились с Мэвис в коридоре. Может,
ты уже побывал в подвале и возвращался к себе! Ты такой же садист, как и мы! Ты
сегодня избил меня! Меня и Грега!
- Здесь что-то произошло в мое отсутствие? - обеспокоенно спросил Фром.
Грегу пришлось поведать историю кончины мистера Лимбо.
- С профессиональной точки зрения. Карл представляет определенную опасность
для общества, - мстительно закончил свой рассказ Пейтен. - Кстати, Эдвина могла
разозлить его, нелицеприятно отозвавшись о любимой кукле Карла. После чего он и
убил экономку.
Пока Пейтен говорил, я вспомнила, что встретила Карла в коридоре в таком виде,
который говорил, скорее, о бодрствовании, чем о нарушенном сне.
- Так вот, - добавил Пейтен, - Карл подговорил Эдвину, они спустились в
подвал, там он ее убил, а потом заковал в цепи, чтобы повернуть расследование на
ложный путь. А это значит, что любовные игрища здесь ни при чем.
- Вспомнила! - закричала Ванда. - Я вспомнила, что говорил отец про братьев:
Дона он называл свиньей, а Карла - психом!
- А тебя - шлюхой, - засмеялся Карл.
- И был прав, - закончил мысль Дон.
Ванда взбеленилась и вцепилась в мужа:
- Ты опять хочешь отсидеться, когда оскорбляют твою жену?!
- Дорогая, тебе постоянно требуется рыцарь на белом коне с копьем наперевес, -
Пейтен принялся протирать свои очки. - Ты ошиблась и выбрала в мужья совсем
другого человека.
- Трусливый таракан!
- Очаровательно, - Фабиан Дарк даже хлопнул в ладоши. - Я припоминаю, что
Ванда и Грег ездили в свадебное путешествие на Антильские острова. Вот откуда у
Ванды такие познания в насекомых, а у Грега - умение обращаться с женщинами.
- А вы что-то развеселились, адвокат, - оборвал его Карл. - Лучше рассказали
бы лейтенанту про второе завещание отца.
- Второе завещание? - насторожился Фром.
- Да, это очень интересно, - сказал Карл. - Адвокат Дарк умышленно скрывает
от вас важные новости.
Фабиан Дарк понял, что ему не отвертеться, и в нескольких словах пояснил Фрому
суть произошедших перемен в отношении наследства Убхарта Рэндолфа.
- Это очень многое меняет! - вскинулся лейтенант. - У каждого из вас есть
повод для убийства. Хотя, конечно, адвокат на большем подозрении.
Он почувствовал, как по лицу его струится пот, и принялся энергично промокать
его носовым платком, словно надеялся, что сухая голова его будет работать не в
пример лучше мокрой.
Глава 10
В одиннадцать вечера мы покинули общество и уединились в своих апартаментах.
Я заняла кресло, а Дон начал сбивать коктейли.
Прикрыв глаза, я вспоминала, каким жалким было выражение лица у лейтенанта
Фрома. Если не появятся новые факты и улики, он застрелится, ей-богу! Ну и семейка!
Мои мысли перескочили на Убхартов. Они ненормальные, это ясно. Все психи,
садисты и мизантропы. Все, за исключением Дона.
Он подошел к моему креслу, я открыла глаза и увидела бокал.
- Отвратительный вечер, - саркастически усмехнулся "супруг". А этот лейтенант
- полное ничтожество. Я уверен, убийство Эдвины так и останется нераскрытым.
- Послушай, сейчас мы одни и можем говорить то, о чем думаем. Как ты
считаешь, кто убил Эдвину?
- Я. Убил экономку, потом услышал, как вы с Карлом спускаетесь по лестнице,
ударился затылком о стену и притворился мертвым...
- Давай серьезно...
- Если серьезно, то убить должны были тебя.
- Дон! - рассердилась я. - Мне не нравится такой разговор.
- Тогда у меня нет никаких других соображений, кроме подозрений... А самый
подозрительный здесь - наш поверенный. Он один знал про второе завещание. И все
же... - Дон задумался. - Ну никак не могу представить Фабиана Дарка в роли
хладнокровного убийцы.
- Ага, значит, все-таки Фабиан Дарк!
- Спокойно, Мэвис. Кое-кто сегодня уже потерял голову. Ты будешь второй.
- Ты имеешь в виду куклу Карла? Нет, моя голова всегда на моих плечах. Кстати,
я тоже подозреваю Фабиана Дарка.
- Почему?
- Он первый заговорил про подвал, - ответила я. - И потом, знаешь ли, от него
исходит какая-то энергия... Я чувствую ее. Мне в его обществе всегда как-то не по
себе.
- Интуиция? Женское чутье? - снисходительно посмотрел на меня Дон.
- Ну, если ты не хочешь обсуждать этот вопрос, мне поможет Карл...
- Карл?!
Дон вскочил и заметался по комнате. Ноздри его трепетали.
- Не смей приближаться к моему брату!
Он начал говорить со мной совсем так, как Джонни. Тот еще прибавил бы в конце
фразы какую-нибудь гадость.
- Не кипятитесь, мистер Убхарт, - осадила я клиента. - И перестаньте
разговаривать со мной так, словно мы компаньоны. Я вызвалась помогать вам совсем
не ради денег. Впрочем, вы можете обсудить это с мистером Рио. Со своей стороны
могу признаться, что вы... вы слегка вскружили мне голову, но это пройдет...
Дон заюлил:
- Мэвис, сладкая Мэвис...
Он подошел, обнял меня и посмотрел глазами, полными любви.
- Я слушаю... Говори все, что взбрело в твою хорошенькую головку.
- Перестань ласкать меня, я не могу сосредоточиться.
- Больше всего мне нравится в тебе именно это состояние, когда ты не можешь
сосредоточиться, - вздохнул "муж".
Я сбросила его руки со своих плеч.
- Знаешь, о чем я думаю весь вечер?
- О ней, о любви, - проворковал Дон.
- Нет уж. Я думаю исключительно о деньгах. О твоем наследстве.
- И что же ты думаешь?
- Согласно первому завещанию ты потерял бы наследство, если бы убийца лишил
твою жену жизни. А теперь представим, что тот, кто заинтересован в том, чтобы
сделать тебя нищим, нанял убийцу.
- К чему ты клонишь?
Я улыбалась с превосходством знатока. Моя идея нравилась мне все больше.
- Итак, один или несколько человек нанимают убийцу...
- ...а тот ошибается и вместо тебя душит Эдвину. Это ты хотела сказать?
- Нет, - я покачала головой. - Убийца был понятливый. Умный человек. Он
сделал так, что вышиб тебя из седла совсем другим путем, не тем, что ты предполагал,
когда пришел в наше агентство. Он попытался представить дело так, что убийца - ты.
Все подозрения - на тебя.
Дон тупо посмотрел в пространство и почесал за ухом то место, где была шишка.
- Ты утомилась, моя сладкая, - сказал он. - Пойдем спать.
- Послушай, Дон, что если предположить следующее, - я завелась. - Карл или
Ванда вступили в сговор с адвокатом. Делаем еще одно предположение: адвокат
забавлялся в подвале с Эдвиной, заняв место твоего отца. Он понял, что ему будет
легко убить Эдвину, когда она окажется в цепях.
- Ты думаешь, что Карл или Ванда обещали ему хороший куш? Но Фабиан Дарк
знал о втором завещании. Он знал, что никто ничего не получит, если не считать тех
ничтожных сумм, которые... Ну, ты и так все слышала.
- Вот в этом-то и вся загвоздка! - воскликнула я. - Фабиан Дарк знал о втором
завещании, а другие - нет. Мертвая экономка и посаженный за решетку Убхартстарший
- все это реально увеличивает те "ничтожные суммы", как ты выразился,
которые получат Дарк, Ванда, Карл... Миллион надо делить не на семерых, а на
пятерых!
- Мне нечего тебе возразить. Но как можно упрятать за решетку невиновного?
- Фабиан хитер. Он не идет напролом - не хочет, чтобы даже тень подозрения
упала на его голову. Но меня больше интересует тот человек, который вступил с ним в
сговор. Представь, что точно так же, как мы с тобой, они сейчас сидят и придумывают
историю, которую надо подсунуть лейтенанту Фрому, чтобы он выписал тебе билет
прямиком в газовую камеру.
Дон утратил беспечность и помрачнел.
- Если окажется, что ты, Мэвис, права... Тогда к утру им почти наверняка удастся
найти "нечто", уличающее меня в убийстве Эдвины.
Дон надолго задумался, глаза его застыли, правая рука непроизвольно
подергивалась.
- Мэвис... так что же нам предпринять? - глухо спросил он наконец.
- Мне кажется, что адвокат немного... как бы это сказать... ухлестывает за мной.
- Как любой нормальный мужчина!
- А если я сейчас пойду к нему? Скажу, что муж уснул... что мне скучно... А?
- Ну-ну, говори.
- Скажу, что заинтригована... Подвал, маски, свечи...
Женское любопытство разыгралось... Я не прочь и сама порезвиться там, в
подвале.
- О!
- И если адвокат согласится, значит, все так, как я предположила. Мы с ним
пойдем в подвал, и там я добьюсь от Фабиана признания в убийстве Эдвины.
- После чего ему только и останется, что задушить тебя. Это совсем несложно,
имея опыт в делах подобного рода.
- Нет, он этого не сделает.
- Ты уверена?
- Ему помешает это сделать один человек.
- Кто?
- Ты.
У Дона отвисла нижняя челюсть. Я добавила:
- Еще тогда, когда я буду у Фабиана в комнате, ты полезешь в подвал и
спрячешься там...
- Это безумие, - прошептал Убхарт. - Но чем черт не шутит! Вдруг получится...
Только, Мэвис, будь с адвокатом очень осторожна. Я ни за что бы не согласился
участвовать в этой авантюре, если бы не видел, как лихо ты расправилась с Карлом.
- Значит, договорились?
- Когда ты пойдешь к адвокату?
- Как только приведу себя в порядок.
В спальне первым делом я сняла с себя вечернее платье и подошла к зеркалу,
чтобы еще раз проверить свои возможности. Я критически осмотрела себя со всех
сторон и осталась довольной. Но больше всего я была довольна своей выдумкой. Ну и
разыграю я спектакль в спальне Дарка!
Джонни не доверяет моим умственным способностям и считает, что в нашем
агентстве есть только одна голова - его. То-то вытянется физиономия мистера Рио,
когда он узнает, что убийцу поймала Мэвис Зейдлиц, а не лейтенант Фром!
Со дна чемодана я вытащила свой резерв - ночную сорочку из нейлона,
отделанную цветными кружевами. На сорочку накинула пеньюар. На ноги надела
атласные домашние туфли.
Что еще? Ах, да! Духи "Капитуляция" будут как нельзя кстати.
Я вышла в гостиную во всеоружии.
Дон вытаращился, как будто десять лет меня не видел. Встал, подошел... Потом
медленно покачал головой.
- Ты так одета, Мэвис, что Фабиану захочется зажечь в подвале не свечи, а
мощные лампы.
- Ну что же, это нормально, - я прошлась перед Доном так, как ходят
манекенщицы по подиуму.
- Я еще не решил, могу ли воспользоваться твоим великодушным предложением,
- Дон прикусил нижнюю губу. - Ты подвергаешься опасности...
- Чепуха! Лучше подскажи, где апартаменты адвоката. Дом у вас такой большой...
- По коридору Третья дверь налево, - вздохнул Дон. - Я буду в подвале минут
через двадцать. Если ты не появишься... Я поднимусь наверх, чтобы узнать, в чем дело.
- О'кей.
- Желаю удачи!
Дон поцеловал меня таким жарким поцелуем, что мне пришлось шлепнуть его
пониже спины.
Выйдя в коридор, я повернула налево и постучала в третью дверь.
Без результата!
Может, я стучу очень тихо? Я быстренько исправилась.
Фабиан не открывал.
Наверное, у меня на лице было такое выражение, как у Клеопатры, когда,
преодолев большое расстояние, она достигла шатра Марка Антония и, лежа на своих
носилках, услышала, что Марк Антоний отправился на Нил ловить рыбу.
У адвоката крепкий сон? Я решила проверить это и нажала на ручку двери. Она
подалась, и я вошла в темную комнату.
Мне пришлось долго шарить по стенам. Я обмирала от страха, то и дело
натыкалась на мебель, и вот - о чудо! - вспыхнул свет.
Фабиана Дарка в комнате не было. Его кровать даже не была смята.
Вдруг я заметила, как дернулась дверная ручка. Ага, вот и адвокат.
Когда вместо крупного носа Дарка показались лошадиные зубы Пейтена, я даже не
испугалась, так как мне и в голову не пришло, что кто-то другой, как и я, захочет
проверить, крепок ли сон толстяка.
- Это вы, Грег? - задала я самый дурацкий вопрос из всех возможных. -
Врываетесь, даже не постучав. А между тем...
Я споткнулась: Грегори Пейтен держал в руке пистолет, ствол которого был
направлен на меня.
Психоаналитик тоже растерялся. Наверное, на моем месте он ожидал увидеть когото
другого.
- Как вы здесь?.. Что вы делаете в такой поздний час? Извините, я понимаю... Но
где Фабиан?
- Не знаю. Я пришла, а его нет.
Грег сунул пистолет в карман халата и быстро обежал помещение, заглядывая во
все углы. Потом попытался проникнуть в ванную, но дверь ему не поддалась.
Пейтен постоял возле ванной, и губы его растянулись в насмешливой улыбке:
- Так вы говорите, что не знаете, где Фабиан?
- Да. А что вы ищете здесь, мистер Пейтен?
- Свою жену.
- Здесь? В спальне адвоката?
Он не обратил внимания на мою насмешку.
- Мэвис, вы ведь жена Дональда Убхарта. Вы должны отдавать себе отчет в том,
что делаете...
- Я уже взрослая девочка, обойдемся без морали, - парировала я. - И уходите.
Здесь нет вашей жены.
- Я уйду. Я не буду вам мешать, вы действительно взрослая.
Пейтен еще раз посмотрел на дверь ванной и размашистым шагом покинул
апартаменты адвоката.
Я вздохнула с облегчением и села в кресло. Буду ждать Фабиана Дарка, сколько бы
ни пришлось.
А если он вернется только утром? Сидеть здесь всю ночь? Ну уж нет!
Надо спуститься в подвал к Дону и посоветоваться с ним. Во всяком случае. Дону в
подвале торчать незачем - еще простудится, бедняжка. Если моя затея с Фабианом
провалилась, то и бог с ней. Эта ночь может оказаться хорошей компенсацией за все
тревоги и огорчения. Я проведу эту ночь с Доном.
Я прошла знакомым путем на кухню, открыла дверцу, за которой находилась
лестница, ведущая вниз, и... Моя интуиция подсказывала, что следующего шага лучше
не делать. Под ложечкой неприятно засосало... Но в подвале меня ждал Дон, и это
придало храбрости.
Я медленно спустилась.
В подвале было все так же, как вчера ночью: горели мириады свечей, метались
тени, пахло сыростью...
Я робко продвигалась вперед. Ноги едва держали меня. Я оглядывалась
поминутно. От свечей шел душный запах...
Вдруг что-то шевельнулось в углу. Дон?
Мне захотелось позвать его, но язык не повиновался.
Тот, из угла, двинулся мне навстречу. Сквозь пелену, застилавшую глаза, я
увидела, что это не мужчина, а женщина, причем абсолютно голая. Длинные ноги,
длинные руки... И маска вместо лица. Маска со стены.
Я окаменела, не в силах даже пошевелить мизинцем. У меня заболела кожа на
голове под волосами, а я не могла поднять руку, чтобы почесать голову.
Маска приблизилась вплотную. Я увидела острые зубы, торчащие из массивной
челюсти с тремя подбородками.
"Это специально сделано, чтобы напугать тебя, глупенькая", - произнес мой
внутренний голос. Я глубоко вздохнула, повернулась и бросилась к лестнице.
Я преодолела половину ступенек, когда заметила, что кто-то спускается по
лестнице.
Несомненно, это был мужчина. Голый. Вместо лица - маска с крючковатым
носом и гнилыми зубами.
Я не могла оторвать взгляд от этой рожи и попятилась, нащупывая ступеньки.
Мужчина двигался быстрее меня. Его руки сомкнулись на моей шее, маска
покачнулась и куда-то поплыла...
Очнулась я все в том же подвале. Первым ощущением была боль - боль во всем
теле. Пол качался перед глазами: ноги не достигали его. Я хотела свести руки вместе,
но кто-то держал их.
Я висела на цепях. Щиколотки и запястья были закованы в стальные кольца. Я
висела, как и Эдвина, совершенно голая. Единственное отличие - пока еще я была
жива.
Нагие мужчина и женщина были здесь. Меня заковали, пока я валялась в
беспамятстве. Да, это так... Сорочки на мне нет, одни браслеты-оковы...
Как ни странно, осознание того факта, что меня распяли голую, вызвало горячую
волну стыда. Я покраснела от макушки до кончиков ногтей на ногах. Потом
попыталась утешить себя тем, что мое тело безупречно - его можно даже выставить в
витрине магазина.
Свечи пылали.
Голая ведьма подошла ко мне. Ее плоская низкая грудь и отвислый зад наводили
на мысль, что ей не стоило разоблачаться. Не без злорадства я отметила, что
превосхожу ведьму по всем параметрам.
Ведьма сняла маску с лица.
Это была Ванда!
Ну конечно, рыжеволосая дылда! Кто же еще мог оказаться здесь, в подвале, если
полицейские тщательно охраняют поместье!
Ванда подошла к стене, повесила маску на крючок и вернулась ко мне.
- Доигралась, безмозглая тварь, - холодно сказала она. - Зачем полезла в чужие
дела?
- Надень маску, Ванда: от тебя воняет!
Она размахнулась и ударила меня по лицу.
- Ты еще не поняла, Мэвис, что я могу сделать с тобой все, что захочу? - сказала
она вкрадчиво. - Никто не услышит, как мы тут с тобой проведем время.
- Сними с меня цепи, и тогда мы действительно повеселимся. Когда я покончу с
тобой, дорогая, тебя увезут в карете "скорой помощи". И единственная маска, которая
тебе понадобится, это маска с наркозом.
Мою тираду Ванда выслушала улыбаясь. Но это была улыбка палача.
Не то, чтобы я испугалась, но тон сбавила.
- Ванда... что вы будете делать со мной?
- Подожду его... И тогда мы... мы решим вместе.
- Кто он? Фабиан? Говори! Ну!
Ей не понравилось, что вместо мольбы пощаде я пытаюсь командовать. Ванда
второй раз ударила меня в лицо. Если так будет продолжаться, мое личико вскоре
превратится в "маску", похуже тех, что висят на стене подвала.
- Ты задушишь меня, как Эдвину? - сказала я разбитыми губами.
- Я не душила Эдвину! - заорала Ванда.
Ключицы на ее груди побелели, кулаки сжались сами собой.
- Значит, Фабиан один справился с экономкой? - я старалась говорить спокойно,
видя, что именно это бесит "сестрицу" больше всего. - Поостерегись его, Ванда. Если
он взбеленится окончательно, то вместе со мной придушит и тебя.
- Но вначале мы разыграем наше представление, - добро ухмыльнулась Ванда.
- И в этом спектакле у тебя, милая, бенефис.
Мне страшно захотелось сбить спесь с Ванды.
- Сегодня вечером твой муженек искал тебя по всему дому с пистолетом в руке.
Я заметила, что моя противница испугалась.
- Что ты мелешь! - закричала она.
- Не так давно я заглянула к адвокату... по делу, и вдруг появился Грег с
пистолетом. Сказал, что ищет тебя. Ну, чем будешь прикрываться от пули?
Ванда размахнулась, чтобы влепить мне очередную затрещину, но на лестнице
послышались шаги. Женщина повернулась ко мне спиной, и я чуть не лягнула ее
ногой, но цепи были слишком коротки.
У лестницы стоял голый мужчина в маске. Изменчивый свет десятков свечей не
давал возможности рассмотреть его как следует. Фабиан? Нет?
Мужчина определенно смотрел на нас, но ничего не предпринимал.
Ванда подошла к нему, виляя задом. Боже, откуда у светской дамы такая походка
портовой шлюхи?!
- Мой дорогой, - услышала я слова Ванды, - эта девица нуждается в порке.
Преподнесем ей урок?
Мужчина молчал.
- Почему ты не берешься за плетку? - она повысила голос. - Любимый мой,
она оскорбила меня! Отстегай эту стерву так, чтобы она визжала!
Молчание мужчины становилось зловещим.
Ванда растерялась.
- Любимый мой! Ты...
Голос ее задрожал, плечи передернулись. Ванда беспомощно оглянулась на меня, в
глазах ее стоял страх.
- Но это не ты!
Мужчина обхватил ее за шею крепкими руками и начал душить. Я рванулась
вперед, но цепи!.. Боль пронзила меня, и я повисла на цепях, не в силах даже крикнуть.
Сердце застучало в висках.
Сквозь кровавый туман я видела, что мужчина по-прежнему держал свои руки на
шее Ванды. Ее ноги дергались, пятки выбивали немыслимую дробь. Потом женщина
обмякла, руки ее опустились, как плети, язык вывалился...
Мужчина в маске подержал безжизненное тело еще несколько минут, но вот
пальцы его разжались. Ванда упала, и голова ее глухо стукнулась об пол...
Вместо крика я издала какое-то мычание.
Убийца повернул голову в маске в мою сторону и, не торопясь, как бы ощупывая
ногами пол, направился к несчастной Мэвис.
Я так дрожала, что звенели цепи. Этот звон отдавался в голове мелодией смерти.
Мужчина коснулся моей груди и начал ее ласкать. Неподвижная страшная маска
заполонила весь мир. Холодные пальцы убийцы и гнилые зубы... Это было последнее,
что я чувствовала и видела.
"Умираю", - пронеслось в моем сознании.
- Мэвис! Очнитесь! Что с вами? - голос был требовательным и громким. Это
был мужской голос.
Я открыла глаза.
Карл смотрел на меня сверху, как встревоженный бог.
- Вы в порядке?
- Да... Нет... Снимите с меня цепи.
- Какие цепи?
Я приподнялась и посмотрела вокруг себя и на себя.
Я все еще находилась в подвале, на полу - это было очевидно. Но я же хорошо
помню, что была прикована к стене!
Цепи там и остались. Я сфокусировала взгляд и чуть не упала в обморок в третий
раз.
На цепях висела Ванда!
Она была точь-в-точь в такой же позе, как и мертвая Эдвина.
- Пойдемте, - сказал Карл и поднял меня на ноги. - Вы можете идти?
- Попробую.
Ухватившись за крепкую мужскую руку, я полезла по лестнице наверх, медленно
переставляя ноги.
Кухня встретила меня теплом и светом. Сколько времени я провела в мерзком
подвале? Не знаю...
- Вам надо согреться и придти в себя, - Карл направился к двери, чтобы
принести из бара виски.
Вдруг на его пути возникла знакомая фигура - Дон буквально влетел в кухню. Он
был в халате, его лоб украшал свежий синяк, глаза были злыми и острыми.
- Хэлло, дорогой, - пролепетала я.
Дон бросил на Карла недобрый взгляд и увидел, что Карл смотрит на меня, голую.
Но куда же мне было деваться! Я не знала, что извращенцы сотворили с моим
пеньюаром.
Дон подбежал к Карлу и замахнулся.
- Дон погоди, это не он! - истошно закричала я.
Дон грязно выругался, и в следующее мгновение он и Карл, сцепившись, уже
катались по полу.
- Прекратите! Немедленно! - как гром с ясного неба раздался голос лейтенанта
Фрома.
Когда он перевел взгляд с Убхартов на меня, глаза его едва не вылезли из орбит. У
меня было такое чувство, что лейтенант никогда не видел молодых голых женщин. Я
даже попыталась ладонями прикрыть некоторые места...
Почему-то вспомнилась картина "Целомудрие", которая висела в нашем доме и
очень нравилась моей матери. На полотне была изображена обнаженная девушка,
делающая примерно то же, что и я сейчас. Правда, формы девушки не были такими
пышными, как у меня. Я никогда не любила это полотно, потому что жалела девушку и
считала, что ей очень холодно.
Лейтенант Фром с трудом отклеил свой взгляд от меня.
Дерущиеся встали.
- Что
...Закладка в соц.сетях
