Жанр: Детектив
Ад да винчи
...о проблемы с сердцем или
сосудами, посещать пирамиду не рекомендуется! Я вам это говорю как врач!
- Джордж, но ведь вы стоматолог! - попыталась возразить сухонькая старушка в
элегантной соломенной шляпке.
- Ну и что, - ответил тот без тени смущения. Стоматолог - это тоже врач!
- Дмитрий, смотрите! - шепнула Маша, схватив своего спутника за руку.
Среди толпы туристов медленно пробирался очень высокий, необычайно худой
человек в черной рубашке, неуместной в этом тропическом климате. Его лицо было узким
и сухим, его наполовину закрывали большие черные очки и низко нахлобученная черная
шляпа с опущенными полями.
- Это он, тот самый человек! - шептала Маша, теребя руку своего спутника. - Тот
самый, который преследует нас еще с Петербурга! Тот, которого мой покойный друг
сфотографировал тем вечером возле пропавшей картины в Эрмитаже! Тот, кого мы
видели в подземелье! Это Азраил!
Черный человек внимательно огляделся по сторонам и ненадолго снял очки. Всякие
сомнения отпали: на ярком египетском солнце пронзительно сверкнули два разных глаза
- зеленый, как полуденная морская вода, и карий, точнее, янтарно-золотой.
Неожиданно на площадке возле пирамиды наступила кратковременная тишина.
Говорливые туристы замолчали, словно задумавшись о смысле жизни. Маша удивленно
оглянулась.
Бедуины, минуту назад просившие подаяния или красноречиво предлагавшие туристам
свои нехитрые услуги, торопливо расходились в стороны, ведя в поводу своих
величественных верблюдов.
Мгновение тишины прошло, американцы снова загалдели, отстаивая достоинства и
недостатки пирамид, но бедуины исчезли, как будто их сдуло горячим ветром пустыни.
Черный человек тоже куда-то исчез, как будто провалился сквозь землю. Маша
приподнялась на цыпочки, чтобы найти его среди разноязычного человеческого моря, но
вокруг были только светлые легкие костюмы и шляпы.
- Мисс, - раздался вдруг совсем рядом с Машей негромкий голос с сильным акцентом,
хотите увидеть восьмое чудо света?
Маша испуганно оглянулась и увидела бедуина. В отличие от своих соплеменников, он
был облачен не в белый или цветной, а в черный балахон, и чалма на его голове тоже была
черного цвета.
- Хотите увидеть восьмое чудо света? - повторил этот кочевник. Маша пригляделась к
нему. Выжженное до черноты смуглое лицо бедуина казалось испуганным. С таким
лицом человек подходит к краю бездонной пропасти или к хищному зверю.
- Какое еще чудо? - недовольно проговорила девушка. - Я ничего не хочу. Если вам
нужно денег - вот доллар...
- Мне не нужно денег, - бедуин величественным жестом отвел ее руку с мятой
бумажкой, - я хочу показать вам восьмое чудо света. Бесплатно!
В это время наконец появился долгожданный экскурсовод, и группа туристов
двинулась внутрь пирамиды. Маша и Старыгин пристроились в хвосте экскурсии.
Двигаясь впереди шумной группы любителей древностей, высокий молодой египтянин
хорошо поставленным голосом рассказывал о похоронных обычаях древних, о том,
сколько рабов участвовало в возведении великой пирамиды, сколько лет продолжалась
стройка, сколько камня пошло на это колоссальное сооружение.
Вначале американцы слушали его невнимательно и разговорами заглушали голос
проводника, но вскоре массивные каменные стены, гулко отражающие голоса, и
немыслимый груз нависающей над ними каменной громады заставили всех замолчать, и
только рассказ экскурсовода без помех звучал под мрачными сводами.
- Высота пирамиды Хеопса, или, как его называли древние, Хуфу, составляет сто сорок
шесть с половиной метров. Раньше она была еще выше, но время сделало свое дело, и
часть камня за прошедшие тысячелетия осыпалась.
Хеопс оставил своим потомкам строгий приказ, чтобы никто из них не смел превзойти
высоту его пирамиды. Однако следующий фараон, Хефрен, решил перехитрить отца. Не
нарушая его завещания, он построил собственную пирамиду несколько меньшей высоты,
но зато поставил ее в более высоком месте каменного плато, поэтому пирамида Хефрена
в результате оказалась ближе к небу...
Сегодня на вершине Хеопсовой пирамиды вы найдете площадку в несколько
квадратных метров. Вершина ее теперь на десять метров ниже, чем после окончания
строительства пирамиды. Во время Второй мировой войны площадка эта даже была
превращена в военный наблюдательный пункт, так как была самой высокой и доступной
точкой во всей бескрайней окрестности.
- Как же так? - вцепилась в экскурсовода дотошная американка. - Вы только что
сказали, что пирамида Хефрена на самом деле выше пирамиды Хеопса?
- Это так, но первоначальная облицовка на Большой пирамиде не сохранилась, в
отличие от пирамиды Хефрена, стены которой в нескольких метрах от вершины до сих
пор защищаются внешней гранитной облицовкой, что делает восхождение на пирамиду
почти невозможным. Один известный английский альпинист, покоривший многие горные
вершины, погиб при попытке покорить ее...
- Объем пирамиды Хеопса, - продолжал гид, - составляет головокружительную цифру -
два миллиона шестьсот тысяч кубических метров.
Думаю, вам будет интересно, если я выражу эту цифру более наглядно. Сегодня для
перевозки строительного материала для пирамиды Хеопса потребовалось бы более
двадцати тысяч товарных поездов в тридцать вагонов каждый. Если из этих вагонов
составить один поезд, он протянулся бы на всю длину североафриканского прибрежного
шоссе между Касабланкой и Каиром...
Американцы, обожающие такие наглядные примеры, восторженно заахали.
Каменный коридор закончился, и туристы оказались в погребальной камере.
- Расскажите о сокровищах усыпальниц фараонов! - настойчиво просили американцы.
- К сожалению, никаких сокровищ в пирамиде Хеопса не нашли, - признался
египтянин. - На протяжении тысячелетий пирамиды уничтожали и грабили и
древнеегипетские охотники за золотом, и римские солдаты, и фанатичные христианские
монахи, и бесчисленные любители древностей.
Поиски в пирамиде Хефрена в начале девятнадцатого века тоже были
безрезультатными. Нашли там лишь пустой саркофаг, а на стене усыпальницы арабскую
надпись, поясняющую, что здесь уже был каирский султан, но не нашел ничего ценного,
потому что все уже было разграблено до него.
В пирамиде Микерина, третьей по счету, нашли саркофаг из камня и кедровый гроб
для мумии с именем погребенного фараона. Эта находка была отправлена морем в
Англию, однако у испанских берегов корабль потерпел крушение. Саркофаг, весивший
более трех тонн, канул на дно морское вблизи города Картахены, гроб фараона с трудом
выловили и отправили в Британский музей. Заговорили о "проклятии фараонов".
Маша потянула Старыгина в сторону от основной группы, пытаясь разглядеть надписи
и рисунки на стенах.
- И где же здесь изображение солнечных лучей? - разочарованно проговорила наконец
Маша.
- Я же говорил вам, что ни в чем не уверен! - отозвался Старыгин, внимательно
разглядывавший стены гробницы.
- А вот это, смотрите! - воскликнула Маша, застыв перед едва проступающим на
поверхности камня рельефом. - Вы видите, как это похоже на ту фреску в римских
катакомбах?
Женщина с ребенком на коленях.., она кормит младенца грудью...
- Это - Исида, - пояснил Дмитрий Алексеевич. - Исида, кормящая Хора.., ведь образ
кормящей матери гораздо древнее христианства, и египетское искусство сыграло
огромную роль в создании образа Богоматери Галакто-трофусы, или Млекопитательницы.
Видите, чуть в стороне изображен сокол, священная птица Хора...
- Вижу. Только вот нам это нисколько не помогает. Солнечных лучей нет ни на одном
рельефе...
Подоспел экскурсовод и проговорил профессионально быстро хорошо заученный
текст.
- На этом рельефе изображена Исида - богиня плодородия, воды и ветра, символ
женственности, семейной верности, богиня мореплавания. Сестра и супруга Осириса,
сестра Сета, мать Гора. После убийства Осириса Сетом она, отыскав с помощью Нефтиды
тело мужа, погребла его и, зачав от мертвого Осириса, родила Гора, который должен был
отомстить Сету...
- Зачала от мертвого? - перебила экскурсовода старушка в шляпке. - Какой ужас! Это
же извращение!
- Это всего лишь миф, мадам, - успокоил ее экскурсовод и продолжил:
- Спасаясь от Сета, она воспитала сына в болотах дельты Нила.
Однажды в ее отсутствие ядовитая змея укусила Гора, но Тот своими заклинаниями
исцелил его. Когда Гор вырос, Исида явилась на суд богов и стала требовать для него, как
для сына Осириса, царский престол. Сет потребовал, чтобы ее отстранили от участия в
суде. Боги-судьи собрались на Внутреннем острове и запретили
перевозчику Немти перевозить Исиду.
Приняв образ старухи, Исида подкупила перевозчика золотым кольцом и
переправилась на заповедный остров. Там она приняла образ прекрасной девушки и
рассказала Сету историю о сыне пастуха, которого ограбили чужеземцы, лишив отцовских
стад. Сет возмутился такой несправедливостью и тем самым осудил самого себя и
признал, что наследство отца следует передавать сыну.
- Слушайте, мы теряем время! - сердито зашептала Маша. - Он может сколько угодно
заговаривать нам зубы! У меня уже все имена богов в голове смешались!
- Напрасно вы не хотите вникнуть, - упрекнул Машу Старыгин. - Классический образ
Исиды - образ любящей жены и матери, защищающей права своего мужа и сына.
Существовала легенда о том, что Нил разливается весной, переполненный слезами Исиды,
оплакивающей своего мужа. Образ Богоматери с младенцем на руках восходит к образу
Исиды.
- То есть вся идея христианства имеет языческие корни? - прищурилась Маша.
- Ну, сейчас нет времени развивать эту тему, уклонился от диспута Старыгин. - Но я
думаю, что не случайно наши злоумышленники переместились в Египет. В Риме они
выбрали местом своих собраний помещение под катакомбами, где находится самая
древняя христианская фреска - изображение Богоматери, кормящей своего божественного
сына. Здесь они выберут место для своей Церемонии, где обязательно должно
присутствовать изображение Исиды, кормящей своего сына Хора. Эх, если бы я мог
прочитать дневник вашего деда! Возможно, тогда все было бы гораздо проще и яснее!
- Скучаете по своему письменному столу? с усмешкой спросила Маша. - Тоскуете по
своей мастерской, по своей лупе и химическим составам? По пыльным средневековым
манускриптам и старинным трактатам?
Она хотела добавить еще, что Старыгин скучает по Танечке из отдела рукописей, но
вовремя прикусила язык. Совершенно незачем ему знать, что она придает такое значение
этой очкастой зануде! Да разве это правда? Маша не любила врать самой себе, это глупо.
Сейчас же она совершенно запуталась.
- А вы разве не скучаете по своему компьютеру? - отозвался Дмитрий Алексеевич. -
Вы, вообще-то, не забыли, что вы - журналистка, а не тайный агент?
Маша подумала, что Старыгин научился отвечать достойно на ее выпады, и замолчала.
Обойдя гробницу, группа выбралась на свежий воздух.
Перед входом уже собралась следующая экскурсия, состоящая из сухопарых
сдержанных англичан. Дети туманного Альбиона выясняли у своего гида, сколько
времени займет посещение пирамиды.
- Мы должны успеть к чаепитию, - объяснял седовласый джентльмен как нечто само
собой разумеющееся. - Не можем же мы пропустить пятичасовой чай!
- Чаепитье! - Маша взволнованно схватила своего спутника за руку. - Чаепитье!
- Вы хотите чаю? - удивленно обернулся к ней Дмитрий Алексеевич. - Я видел
неподалеку одно заведение! Не знаю, правда, насколько оно приличное...
- Да ну вас! - Маша поморщилась. - Я совершенно не о том! В загадке моего дедушки
говорится о чаепитье... Так вот, я поняла, что он имел в виду! Время традиционного
английского чаепития - пять часов! Мы пошли по ложному следу, отыскивая солнечные
лучи на рельефе. Нам нужно посмотреть, куда падает тень от "самого высокого", то есть
от пирамиды Хеопса, в пять часов!
- Маша, вы гений! - воскликнул Старыгин.
- Беру назад все свои слова о журналистах!
- То-то же! - девушка взглянула на часы. Как раз половина пятого. Пойдемте, это ведь
совсем близко!
Она обежала пирамиду и остановилась на ровной каменной площадке, к которой
медленно приближалась тень пирамиды. В десятке шагов от нее пестро одетый торговец
предлагал туристам глянцевые альбомы и буклеты с видами пирамид.
- И что мы должны здесь найти? - разочарованно протянула Маша. - До самой
пирамиды совершенно ровная площадка, никаких подземелий, никаких тайников, даже
камней нет, которые можно было бы сдвинуть с места!
- Но ведь еще нет пяти, - неуверенно отозвался Старыгин. - Наверное, нужно
подождать...
- Тень двигается очень медленно, и вряд ли в пять она укажет нам на что-то
особенное...
- Да, пожалуй.., не думаю, что ваша идея была такой уж гениальной!
"Сам тогда что-нибудь придумай!" - сердито подумала Маша.
Движение тени действительно было едва заметным. Стрелки подошли к пяти, но
ровным счетом ничего не произошло.
- Там сказано, что нужно поделить на шесть, - Старыгин не хотел сдаваться. Он дошел
до основания пирамиды, считая шаги. Поделил полученную цифру на шесть, снова
отсчитал шаги и остановился в недоумении. Ничего, даже отдаленно напоминающего на
вход в тайник, перед ним не было.
- Зря мы все это затеяли! - Маша подошла к Старыгину и мрачно уставилась в землю. -
Возможно, дедушка просто пошутил. Или впал в детство, такое тоже бывает...
- Постойте, - Старыгин зашевелил губами, не такой он был человек... Давайте-ка еще
раз вспомним его загадку:
"Три величайших тебя охраняют, Стрелы разящие жарко роняют, Самый высокий
поделишь на шесть, Но к чаепитью прислужники есть".
- Я уже наизусть вызубрила этот дурацкий стишок! - раздраженно проговорила Маша.
Но это ровным счетом ничего не дает!
- Не спешите. Вы слушали, что говорил экскурсовод?
- Да ничего интересного. Обычный текст для туристов...
- Я имею в виду слова о высоте пирамид.
Пирамида Хеопса действительно самая высокая, если считать от основания. Но если
считать от уровня моря - пирамида Хефрена выше. Может быть, профессор Магницкий
имел в виду именно ее?
- Так что же мы стоим? - Маша оживилась. Пойдемте скорее туда! Правда, пять часов
уже миновало...
- Тень двигается очень медленно. Будем надеяться, что то, что мы ищем, - не с
булавочную головку размером...
Около пирамиды Хефрена было гораздо менее людно, а на той ее стороне, куда падала
тень, вообще не было ни души. И место там было куда менее прибранное: каменные
обломки громоздились друг на друга, нога скользила по известняковым осыпям.
- Ну вот она, верхушка тени, - озабоченно проговорил Старыгин. - Допустим, в пять
часов она была на полметра ближе к пирамиде и чуть левее... Ну-ка, встаньте на этом
месте...
Он снова дошел до пирамиды, считая шаги, только на этот раз идти было труднее,
приходилось то и дело обходить огромные камни и ямы. Около пирамиды Дмитрий
Алексеевич развернулся и пошел обратно. Отсчитав тридцать шагов, он остановился и
пожал плечами.
- Ну, что там? - окликнула его Маша. - Можно мне сойти с этого места?
- Подождите! - Старыгин подбежал к ней, оглянулся на пирамиду и зашагал прочь от
нее, в сторону пустыни, отсчитывая шаги.
- Двадцать пять.., двадцать шесть...
- Да бросьте вы, ясно, что все это пустой номер! - крикнула вслед ему девушка. - Все, я
ухожу! Мне надоело изображать землемерную вешку!
- Двадцать восемь.., двадцать девять.., продолжал считать Старыгин, не оборачиваясь.
- Хватит! - Маша топнула ногой и двинулась вслед за Старыгиным.., но никакого
Старыгина перед ней уже не было. Реставратор исчез, словно сквозь землю провалился!
- Дмитрий Алексеевич! - испуганно закричала девушка и побежала туда, где только что
виднелась мужская фигура. - Что за шутки!
Куда вы по девались?!
Она подбежала к тому месту, где только что видела своего спутника, и едва успела
остановиться на краю глубокой ямы. Старыгин стоял на дне, отряхиваясь от известковой
пыли.
- Осторожно, - проговорил он, потирая ушибленное колено. - Попробуйте спуститься
справа, там, кажется, не так круто!
Маша съехала по боковой стенке и оказалась рядом со Старыгиным на дне колодца
глубиной около двух метров.
- Ну и что здесь внутри?
- Кое-что есть, - Дмитрий Алексеевич показал на выщербленную временем плиту.
Кроме царапин и борозд, оставленных на ее поверхности тысячелетиями, можно было
разглядеть несколько прямых, глубоко прорезавших камень линий, исходящих от скупо
намеченного круга.
- Стрелы, разящие жарко, - вполголоса проговорил Старыгин. - Солнечные лучи! И их,
между прочим, ровно шесть! - Он коснулся рукой шестого луча.., и вдруг каменная плита
легко подалась и повернулась на оси, как потайная дверь.
- Нашли! - восхищенно прошептала Маша, заглядывая в душную темноту подземелья.
Дедушка не обманул!
- Я никогда не сомневался в профессоре! проговорил Старыгин и шагнул вперед,
включив фонарь.
За каменной дверью оказался узкий, высеченный в камне коридор, полого уходящий в
глубину.
- Интересно, кто соорудил этот туннель? подала голос Маша, шагая вслед за
реставратором.
- Думаю, что это сделали еще древние египтяне, во время постройки пирамид или
позднее. Они всегда делали множество тайников и подземелий, чтобы перехитрить
грабителей гробниц. Ведь говорил же экскурсовод, что все те тысячелетия, когда египтяне
хоронили своих фараонов, шайки воров проникали в их гробницы, чтобы поживиться
спрятанными там сокровищами! Их не останавливал ни страх перед смертной казнью,
которая полагалась расхитителям гробниц, ни даже страх перед богами потустороннего
мира или "проклятье фараона". Сильнее всякого страха была алчность, желание завладеть
сокровищами фараонов, потому что эти сокровища были просто несметными! Ведь в
одной только гробнице Тутанхамона археологи нашли сотни драгоценных изделий
древних мастеров, статуи и вазы, драгоценные украшения, золотые носилки и ложа,
четыре позолоченные колесницы, огромный золотой трон.., один только саркофаг
Тутанхамона содержит около двухсот килограммов чистого золота! Это самое большое в
истории человечества ювелирное изделие! На самой мумии фараона археологи насчитали
сто одну группу драгоценных украшений! Браслеты, ожерелья, золотые наконечники на
пальцах рук и ног - да всего не перечесть! И ведь это была гробница совершенно
незначительного фараона, который правил совсем недолго и умер восемнадцати лет
отроду. Если даже его похоронили с такой неслыханной по европейским понятиям
роскошью, то какие же сокровища должны были находиться в захоронениях великих
фараонов, таких как Рамсес Великий или Сети! Каким колоссальным богатствам суждено
было попасть в руки грабителей!
Голос Старыгина замолк, и Маше показалось, что сзади, там, откуда они только что
пришли, слышны чьи-то негромкие, крадущиеся шаги. Она прислушалась.., нет, ни звука!
Наверное, это эхо ее собственных шагов разносилось в подземелье.
Коридор расширился, впереди показалась довольно большая пещера. Старыгин осветил
ее фонарем.., и тут что-то черное сорвалось с потолка пещеры и пролетела у Маши над
головой, задев ее.
Девушка закричала от ужаса, бросилась к своему спутнику в поисках защиты,
поддержки...
Старыгин обнял ее, прижал к себе, погладил по волосам, по дрожащей от страха спине.
- Что.., что это было? - прошептала Маша, постепенно успокаиваясь.
- Летучая мышь. Они всегда живут в подземельях. Совершенно безобидное создание.
- Ужас какой!
- Вы же ничего не боитесь, - поддразнил ее Старыгин, - вы - современная решительная
молодая женщина, а тут вдруг впадаете в полную панику из-за безобидной летучей
мышки!
Ладно бы еще крыса, этих я и сам боюсь...
- Час от часу не легче!
Маша с негодованием отстранилась от Старыгина. Вначале ей было так спокойно, так
уютно у него на груди! Так этому ходячему справочнику обязательно нужно все
испортить!
"Язык мой - враг мой", - огорченно подумал Старыгин, неохотно выпуская девушку.
Такой - милой, испуганной, ищущей защиты - она нравилась ему гораздо больше.
Впрочем, сейчас не время для таких мыслей.
- Кажется, вот оно, то, что мы искали! - взволнованно проговорил Дмитрий
Алексеевич, шагнув вперед.
Луч фонаря выхватил из темноты гладкую черную плиту, не тронутую временем,
выступавшую из серой неровной стены на противоположной стороне пещеры. На
поверхности плиты можно было рассмотреть нанесенный тонким контуром рисунок -
женщина с ребенком на коленях. Кормящая мать.
- Это снова она. Древняя Мать - Млекопитательница, Исида, вскармливающая Хора!
Старыгин понизил голос, как бы смущенный присутствием богини. - Видите - снова
рядом изображен сокол, священная птица Хора, и на этот раз еще и лягушка, еще одно
священное животное древних египтян!
Старыгин пересек пещеру, подошел к черной плите и опустился перед ней на колени.
Он сделал это для того, чтобы лучше рассмотреть изображение, но со стороны могло
показаться, что он молитвенно преклонил колени перед древней богиней.
Маше снова послышались шаги за спиной, но она была слишком увлечена тем, что
делал Старыгин, и не обратила на них внимания.
Дмитрий Алексеевич внимательно разглядывал поверхность черной плиты, словно
читал послание, оставленное ему древними.
Впрочем, так оно и было.
- Здесь тоже изображен солнечный диск с исходящими от него лучами, - пробормотал
он, вглядываясь в рисунок на камне, - и лучей тоже шесть... Смотрите, шестой луч
указывает на лягушку!
Старыгин слегка нажал пальцем на изображение священного животного, и черная
плита с негромким скрипом отодвинулась в сторону, открыв глубокую нишу. На дне этой
ниши лежал продолговатый черный предмет.
- Вот из-за чего было принято столько предосторожностей! - Дмитрий Алексеевич
осторожно вынул спрятанный в тайнике предмет и осветил его фонарем.
Это была удлиненная призма из черного камня. Три ее грани были гладкими, хотя их
поверхность носила отчетливые следы беспощадного времени. Но когда Старыгин
повернул призму треугольным основанием к свету, он увидел вырезанный на черном
камне глубокий рельеф. Тот же самый рисунок - кормящая мать с младенцем на руках...
Древняя Мать, Исида, Богоматерь...
- Это печать... - проговорил Старыгин, осторожно поворачивая каменную призму, или
ключ...
- Ты прав, - раздался громкий голос у Маши за спиной, - это Ключ! Но ты не должен
был прикасаться к нему своими грязными руками! Ты нашел его для меня, и больше ты не
нужен! Ты привел меня сюда и привел сюда Священный Сосуд Королевской Крови!
Маша в ужасе оглянулась. Позади нее, перегораживая вход в пещеру, стоял удивительно
высокий и худой человек. Тот, кого называли Азраил.
Маша вспомнила, что так же в древних поверьях звали ангела смерти... И они сами
беспечно привели его за собой!
Старыгин вскочил, подняв фонарь.
Луч света упал на лицо Азраила, осветив его разноцветные глаза - один зеленый, как
полуденное море, другой янтарно-золотой. Но тут же эти глаза странно изменились,
сделавшись бесцветными, прозрачными, как талая вода.
И такими же холодными.
Азраил шагнул вперед и, казалось, только коснулся Старыгина своей рукой.
Реставратор рухнул на пол пещеры, как подкошенный. Его голова безжизненно
откинулась. Азраил торжествующе поднял над головой каменную призму.
Маша застыла на месте, как громом пораженная. До сих пор все происходящее
казалось ей чем-то нереальным, приключением из голливудского боевика. Оттого она не
теряла головы и твердо была настроена выпутаться из любой ситуации. Она знала, что
разноглазый человек очень опасен, ведь, судя по всему, именно он убил в Петербурге
Мишку Ливанского. Но только теперь, увидев, как Старыгин упал замертво, Маша поняла,
что это не шутки, что судьбе было угодно столкнуть ее с темными силами, которые
действительно существуют. И перед нею - опасный, безжалостный убийца, который
служит этим темным силам.
Маша бросилась к Старыгину, опустилась перед ним на колени. Глаза его были
закрыты, он не шевелился и вообще не подавал никаких признаков жизни. Маша схватила
его за руку, рука была холодна, она окликнула его, пыталась найти на руке пульс, потом
потрогала шею. Никакая жилка не билась, возможно Маше это показалось с испугу. Она
подняла голову Старыгина и положила себе на колени.
На первый взгляд не было у него никаких повреждений, но вид безвольно
раскинувшегося тела наводил на самые нехорошие мысли.
- Оставь его! - сказал Азраил. - Он тебе больше не нужен! Он значит теперь не больше,
чем сломанная кукла или отслужившее свое огородное пугало!
- Что ты с ним сделал? - крикнула Маша. Он умер?
- Еще нет, но умрет вскоре, - последовал равнодушный ответ, - во всяком случае, он не
станет больше мне мешать. Идем же! Нужно торопиться!
Маша склонилась над Старыгиным в полном отчаянии, потом осторожно сняла его
голову с колен и поднялась. Она поняла, что если сейчас поддастся этому человеку с
разными глазами, все будет кончено. Погибнет не только Дмитрий, но и она сама, и еще
много, очень много других людей. Но этого не будет никогда! Она вдруг поняла, как
много значит для нее этот странный, старомодный, погруженный в свою работу мужчина.
Азраил был высок ростом, но и Маша не маленькая. Ей не пришлось задирать голову,
чтобы поглядеть ему в глаза.
- Без него я никуда не пойду! - твердо сказала Маша. - Сделай так, чтобы он пришел в
себя!
- Не в твоем положении ставить условия! с угрозой сказал Азраил. - Не испытывай мое
терпение!
- Я тебя нисколько не боюсь! - крикнула Маша. - Ты - всего лишь прислужник,
послушный инструмент в руках того, кто приказывает! Это он, Повелитель, читал
Пророчество, а ты лишь делаешь то, что он прикажет! Ты не можешь причинить мне вред!
Если ты убьешь меня, Церемония никогда не состоится!
- Откуда ты знаешь про церемонию? - Азраил отступил на шаг.
- Я знаю многое, ты и не представляешь, сколько всего может знать женщина, в жилах
которой течет древняя царская кровь!
Маша почувствовала, что еще немного, и злодей сдастся. Но нет, он повернулся к ней
янтарным глазом, из которого полилась на Машу такая волна ненависти, что на мгновенье
ей стало страшно. Она вспомнила снимок, который присла
...Закладка в соц.сетях
