Жанр: Боевик
(Инструктор Спецназа ГРУ 1-10)
...ши Клеща, стоящую на обочине, с поднятым капотом,
под которым горела переноска, и девушек, стоящих метрах в десяти за машиной.
Они походили на чаек, устроившихся возле небольшого озера, берег которого им
заменяла узкая лужа.
- Сейчас вы у меня попляшете!
Он вновь сбросил скорость. Глаза Яши Клеща сверкнули, он заметил дорогую
тачку, которая явно собиралась остановиться.
"Ну вот, клиент пошел, первый за этот вечер. И клиент вроде
состоятельный. Если мои бабы его не раскрутят, грош им цена!"
Проститутки, зная, что за ними наблюдает хозяин, старались изо всех сил.
- Слушай, Галка, - сказала Катя, расстегивая две пуговицы блузки.
- Чего тебе? - Галя выставляла колени, белеющие в свете фар, как молочная
кость.
- Ты письмо матушке отправила?
- Черт подери, забыла! Возле почты проезжали! Утром брошу. Спасибо,
Катька, что напомнила.
Из-за машины Клеща подъехать к девушкам вплотную было неудобно. Миновав
автомобиль с поднятым капотом, Галкин резко вывернул руль. Передние колеса
попали в лужу, а Галкин в это время газанул. Машину понесло юзом. Лиля в
ужасе отпрянула от лобового стекла.
Галю, стоявшую первой, затянуло под колеса. Второй удар был очень сильный
и громкий с леденящим душу хрустом. Джип слегка подбросило, когда он
переезжал тело. Третья проститутка бросилась бежать, но от испуга бежала,
как заяц - в свете фар. Аркадий попытался вывернуть руль, бампером сбил
убегающую проститутку. Та покатилась по обочине и замерла, уткнувшись лицом
в лужу.
- Тормози! Тормози! - взвизгнула Лиля, вцепившись в локоть Аркадию.
Тот затормозил. Аркаша с удивлением посмотрел на свои руки - даже не
дрожали. Он секунды две вообще не шевелился. Молчала и Лиля, она смотрела в
заднее стекло на тела, распростертые на асфальте. И не потому, что ей было
так интересно, живы девушки или нет, просто по переднему стеклу текла
неровная струйка крови.
Аркаша тихо выругался и включил омыватель стекол. Дернулась щетка,
размазывая кровь по стеклу. Затем он резко рванул дверцу и выбежал на
дорогу.
Яша Клещ склонился над Галей. Ему казалось, что девушка еще жива.
- Твою мать, что ты наделал! - крикнул Яша севшим голосом, который и сам
узнавал с трудом.
Ему казалось, это кричит кто-то другой, а не он. Яшка впервые за
последние годы забыл о том, что девушки принадлежат ему. Он видел мертвые
тела и убийцу перед собой. Аркашу от него отделяло шагов двенадцать, ему
казалось, что парень нагло ухмыляется, хотя это была всего лишь нервная
гримаса.
Яша, сопя, двинулся на Аркадия. Сделал несколько шагов и остановился,
встретившись с ним взглядом. Галкин пытался сообразить, что сейчас делать -
то ли падать на колени и каяться, то ли пытаться оказать помощь, то ли
бросаться в драку, - но, в отличие от Яши, он понимал, что девушки мертвы.
Наконец, само собой пришло четвертое, с точки зрения Галкина-младшего
абсолютно верное решение. Так поступал его отец, когда попадал в
затруднительную ситуацию - исчезал из столицы, из страны, предоставляя все
решать собственным адвокатам, заранее оплаченным. Такое поведение было
беспроигрышным. Если не удавалось снять вопрос, Галкин-старший не
возвращался до тех пор, пока не менялись настроения власти. Если же деньги
делали свое дело, он приезжал победителем, щедро жертвуя на возведение
очередного храма, литье колоколов или же на детский дом, в зависимости от
обстоятельств. Но самым же надежным и действенным средством было подбросить
деньжат на избирательную компанию. Галкин-старший жалел, что выборы проходят
не каждый месяц.
Аркадий повернулся, сделал шаг, второй.
- Стой! - крикнул Яшка.
И Аркаша сорвался с места. Он тронул машину, даже не закрыв дверку. Та
глухо ударилась и защелкнулась сама - от рывка. Джип улетал в темноту. Яша,
как идиот, бежал за ним, размахивая кулаками.
- Стой, сука! Стой!
Он был так напуган и потрясен происшедшим, что не успел даже запомнить
номер автомобиля.
Наконец, Яша Клещ выдохся и бессильно опустил руки. Он стоял и тупо
смотрел на шоссе, по которому неслись машины. Водители притормаживали, но
никому и в голову не приходило остановиться.
"А я чего стою? - подумал Яша. - Если начнутся разборки, то мне крышка.
Это же я сюда баб поставил! А у них ни документов, ни хрена... Посадят, как
пить дать! Гаишники на дороге прикуплены, но приедут разбираться другие
менты. Три трупа..."
Яша перепрыгнул через брус ограждения и по косогору, прячась в темноте,
побежал вдоль дороги поближе к машине. Пригибаясь, он юркнул в дверцу и
когда глянул перед собой, то ничего не увидел и только потом сообразил, что
забыл опустить капот. Действовал он быстро, но путано, чуть не отдавил себе
пальцы. Машины все так же проносились по шоссе.
И тут, когда Яша вновь садился в автомобиль, послышался визг тормозов.
Темно-зеленый "лэндровер" замер метрах в трех от первого тела. Из машины
выскочил мужчина и бросился к девушке.
Яша резко вывернул руль.
Мужчина оторвал пальцы от сонной артерии мертвой проститутки и бросился
ему наперерез. Яша успел затормозить в каком-то метре от Иллариона
Забродова.
- Ты куда? - крикнул инструктор. Яша заморгал глазами, а потом сообразил:
- Я догоню эту падлу! Он убежал! Черный "мерседес"!
- "Мерседес"? - спросил Забродов. - Парень и девушка?
- Да, там и баба сидела на переднем сиденье! Догоню - убью!
- Милицию вызови! - крикнул Илларион, отступая в сторону.
Он скользнул взглядом по автомобилю Яши Клеща, чисто автоматически
запомнил номер и бросился ко второму телу. Девушка лежала в неестественной
позе, на ее теле отпечатались следы протектора.
"Травмы, несовместимые с жизнью", - промелькнула формулировка в голове у
Забродова.
Но на всякий случай, он приложил пальцы к сонной артерии. Разное
случалось в жизни, иногда люди искалеченные, изуродованные все еще
оставались жить.
Но чуда не случилось, девушка была мертва. Надежда оставалась лишь на то,
что третья девушка, лежащая у самой обочины, у ограждения, жива. Автомобиль,
совершая наезд, явно сбрасывал скорость. Никто не нажимает на газ, когда под
колеса попал человек.
И действительно, Илларион услышал сдавленный стон. Он бросился к девушке.
Та лежала, запрокинув голову, все лицо было залито кровью. Но сонная артерия
слабо пульсировала.
Первым делом следовало проверить, цел ли череп, можно ли сдвинуть ее с
места. Когда Илларион притронулся к голове, девушка ойкнула. Череп был цел,
во всяком случае, осколков кости не чувствовалось.
- Лежи, лежи, родная. Тихо, - пальцы Иллариона скользили по телу девушки.
Ребра были сломаны - три справа и два слева. Илларион Забродов за свою
жизнь видел столько раненых и убитых, что вид крови и рваных ран его
нисколько не пугал, как не пугают, а лишь удивляют сложные раны и травмы
видавшего виды военного хирурга.
- Э, мать, да у тебя и нога сломана. Позвоночник, скорее всего, цел.
Илларион действовал умело. Он положил девушку ровно, руки опустил вдоль
тела. Сбегал к своему джипу и вернулся со шприцем. Аптечка Забродова
кардинально отличалась от обычных аптечек автолюбителя, как охотничий
дробовик отличается от снайперской винтовки. Илларион снаряжал ее сам. Он
вернулся со шприцем, жгутом и перевязочным материалом.
- Потерпи, потерпи, родная, сейчас ты уже не будешь чувствовать боли.
Он сделал инъекцию - полный шприц обезболивающего. Затем принялся за
перевязку.
А машины все проносились мимо. Когда он перевязал шею и разбитую голову,
завизжали тормоза гаишников, и два милиционера с автоматами выскочили на
дорогу. Они еще не знали, что здесь произошло, и подумали, что виновник
аварии - зеленый "лэндровер". Но тут же, опуская ствол короткого автомата,
лейтенант сообразил: если виновник бросился оказывать помощь, то он не стал
бы отгонять машину с места происшествия.
- Что случилось? - спросил лейтенант, присаживаясь на корточки возле
Забродова. Тот продолжал перевязку.
- Принеси аптечку.., в моей машине на переднем сиденье, - бросил Илларион
лейтенанту, - потом все объясню.
- Ты врач, что ли?
- Почти.
Лейтенант и не подумал подниматься. В его распоряжении был младший по
званию.
- Сержант, принести аптечку, быстро! Сам же он, вытащив рацию, сообщил об
аварии. Подробности, естественно, не передал, оборвав расспросы резким: "Мы
оказываем помощь".
- Кто это устроил? Вы видели?
- Не видел, но знаю. Вы по вызову приехали?
- Нет, просто ехали по дороге. Мы на дежурстве. Нутром милицейский
лейтенант чувствовал, что человек, перевязывавший девушку, хоть и имеет
абсолютно гражданский вид, был военным. Он спинным мозгом чуял это, поэтому
и вел себя предупредительно.
- Что с теми? - спросил милиционер.
- Мертвы, - коротко отвечал Забродов.
- А она как?
- Пять ребер сломано, нога и рука. Голова разбита, позвоночник цел.
Возможно, одно из ребер зацепило легкое. Видишь, пена изо рта идет? Значит,
легкое повреждено.
- Вы военный врач?
- Нет.
Сержант тем временем ходил по асфальту, пытаясь восстановить картину
происшедшего. Он нашел в конце лужи следы широкой резины. Посветив
фонариком, обнаружил на асфальте капли крови. Но на всякий случай вернулся к
"лэндроверу" и внимательно осмотрел его. Ни следов крови, ни пятен на машине
не было.
"Нет, точно не он", - решил сержант.
Да и тормозной след показывал, что "лэндровер" выехал со второй полосы.
- Черный джип, - сказал Забродов, - "мерседес" девяносто восьмого года
выпуска, - он назвал госномер. - За рулем парень с длинными волосами,
стянутыми в хвост, и девушка, скорее всего, манекенщица или фотомодель.
- Так вы видели сам наезд? - спросил лейтенант.
- Нет, не видел, - Проститутки, - разоткровенничался лейтенант. - Мы их
знаем, примелькались. Каждый вечер здесь стоят.
- С ними еще парень был сутенерского вида, погнался за джипом, - сказал
Забродов, - милицию обещал вызвать.
Лейтенант усмехнулся. Когда подъехала еще одна милицейская машина, а
вслед за ней и "Скорая помощь", Забродов продолжал возиться с потерпевшей.
Он негромко сообщил врачу все, что ему удалось узнать, назвал препарат,
который ей ввел.
- Откуда у вас это? - изумился врач "Скорой помощи".
- Вожу на всякий случай.
- Очень сильное обезболивающее, лучшего нельзя и придумать. Американский,
кажется, препарат?
- Да, его выдают морской пехоте, когда посылают на задания, и у каждого
летчика он тоже в аптечке есть. Раненую погрузили в "Скорую помощь".
- За остальными приедут попозже, им уже некуда спешить.
Два трупа прикрыли кусками выцветшего брезента.
"Скорая помощь" с воем, сверкая мигалкой, понеслась в сторону города.
Появился и майор ГАИ, толстый и важный, на дороге он чувствовал себя
самым главным. Забродов сидел с лейтенантом на брусе ограждения и курил.
Лейтенанта удивляло, что у этого мужчины с седой щетиной на лице руки не
дрожали, а о смерти он говорил так спокойно, словно сталкивается с ней по
несколько раз на день.
- Кстати, ваши документы.
Забродов сунул руку за пазуху, извлек паспорт, подал гаишнику. Тот
переписал данные. Затем взял права. Ничего примечательного, человек как
человек, правда, по поведению сильно отличается от тех, кто попал или
участвовал в аварии. Свидетели всегда нервничают, а он абсолютно спокоен.
- Вам что, часто приходится с подобным сталкиваться?
- Приходилось часто, - устало объяснил Илларион.
Глава 6
Гаишники объявили операцию "Перехват". Задача выглядела абсолютно
простой: были известны марка машины, цвет и номер. Миновать посты ГАИ машина
не могла, и гаишники пребывали в уверенности, что в ближайшее время машина
будет задержана.
Минуть пять Лиля молчала, а затем крикнула:
- Останови!
Аркаша никак не отреагировал на это. Он неподвижно смотрел вперед на
дорогу, но уже не гнал. Его лицо было напряжено.
- Останови! - кричала Лиля, вцепившись в плечо Галкину-младшему.
- Заткнись, стерва!
- Слышишь, останови!
- Выйти хочешь? Свежим воздухом подышать?
- Да!
- Сейчас выскочишь, - Аркаша, не останавливая автомобиль, наклонился и
открыл дверцу. - Прыгай! - он резко толкнул Лилю в плечо, зная наперед, что
та не вывалится, пристегнута.
Лиля завизжала, вцепилась в сиденье и заплакала. Аркаша, съехав на
обочину, остановил машину и вышел. Стал, опершись руками на капот.
- Чего не выходишь?
- Я боюсь, - прошептала девушка.
- Меня боишься? - усмехнулся Аркадий. - Правильно, трех шлюх завалил и
четвертую могу завалить, если из машины не выйдешь. Хочешь с автомобилем под
откос полететь? Я не удерживаю. Только сними ручник.
Лиля дрожащими пальцами расстегнула ремень и выскочила из машины, как
ошпаренная.
- Цветы забери и сумку.
Лиля схватила букет, багаж и отбежала в сторону. Аркаша снял джип с
ручного тормоза и, дождавшись, когда рядом не будет машин, скатил его в
глубокий кювет. Автомобиль съехал, не перевернувшись, и теперь из темноты
лишь поблескивал диск запасного колеса.
Галкин-младший отряхнул руки. Лиля зябко повела плечами, ей было холодно.
Она уже готова была вскинуть руку, когда увидела свет фар, но Аркаша злобно
цыкнул на нее:
- Пошли отсюда, дура! Нельзя здесь машины останавливать!
Аркаша даже не взял у нее сумку, бежал по обочине налегке. Лиля еле
поспевала за ним. Страх остаться одной подстегивал ее. Тяжело дышавшие,
уставшие, они оказались на автобусной остановке, на которой не было видно ни
одного человека - маршрутный автобус недавно ушел.
- Что делать? - шептала Лиля. А потом тряхнула головой:
- Какого черта я переживаю? Ты же за рулем сидел, я ни при чем.
- Ладно тебе, - усмехнулся Аркаша, - я тебя не встречал, ты меня не
видела.
- Как это не встречал? Как это не видел?
- А вот так. Я вообще сегодня из дому не выходил, за руль не садился.
- Но я же прилетела в Шереметьево! Кто-то же меня вез.
- Твои проблемы. Придумай, чем могла домой добираться.
- Для кого я должна придумывать?
- Может и не придется врать, - Аркаша соскочил с бордюра и взмахнул
рукой, завидев микроавтобус. - Останавливается, - пробормотал он, - иногда
везет все-таки.
Он отодвинул дверцу в сторону и пропустил Лилю вперед. Сам же, прячась за
ней, забрался в темный салон. Толкнул девушку локтем в бок, мол, сама обо
всем договаривайся, и тут же свесил голову, словно задремал на заднем
сиденье.
- Вам куда? В район ВДНХ еду, могу у станции метро высадить.
Лиле, конечно же, хотелось, чтобы ее завезли к самому дому, но от ВДНХ до
проспекта Мира оставалось совсем недалеко. Можно взять такси и через пять
минут оказаться дома. Она протянула водителю деньги - пятидесятидолларовую
банкноту - более мелких дензнаков из понятных русскому человеку у нее при
себе не было. Не станешь же расплачиваться франками?
- У меня сдачи нет, - быстро нашелся водитель, завладев бумажкой, - разве
что, русских дам немного. Я вас к дому заброшу.
- Не надо.
Водитель решил не продолжать щекотливую тему, спрятал бумажку во
внутренний карман и довольный тем, что неплохо заработал, решил развлечь
пассажиров.
- Там, километрах в двенадцати, такая авария случилась! Три трупа,
"Скорая", гаишники. Не видели?
- Мы с дачи возвращаемся.
- Ясненько. Говорили, проституток кто-то сбил. Может, не угодили кому-то,
а может, просто дуры, сами под колеса лезут, заработать им хочется.
Дальше насчет проституток шофер не стал распространяться. Он не знал, кем
является его пассажирка, может и она проститутка, только очень дорогая?
Сказал и забыл. Дорога требует внимания, особенно, если подъезжаешь к
большому городу.
Перед постом ГАИ уже собралась пробка. Машины проезжали его очень
медленно, милиционеры с автоматами пристально рассматривали пассажиров и
водителей. Микроавтобус проехал рядом с худощавым гаишником в бронежилете.
Тот даже не остановил его, лишь мельком глянул в стекла и махнул рукой, мол,
проезжай быстрей, не задерживай других.
- Он что, с дороги съехал? - сказал один гаишник другому.
- Вроде бы некуда ему деться. Мы здесь, ребята там, по времени должен уже
был появиться.
- Я бы на его месте тоже не спешил к посту ехать, - усмехнулся в усы
пожилой сержант. - Может, по Кольцевой рванул или на Химки свернул? Но и там
его остановят!
Машины останавливали на постах до самого утра, уже не надеясь на успех,
но команду никто не отменял. Джип обнаружили на рассвете, таксист
остановился у поста ГАИ и сообщил, что видел машину в кювете, в которой
никого нет. Номер и марка совпадали, машина принадлежала Аркадию Галкину.
- Галкин, Галкин, - проговорил гаишник. - Фамилия больно знакомая. Может,
сынок, а может, племянник Бориса Аркадьевича Галкина.
- Точно, зовут его Аркадий Борисович, компьютер врать не может!
- Да ты посмотри, сколько Галкиных в Москве на машинах разъезжает.
- Но новый джип только у одного, у Борисовича Галкина, да и зовут его
Аркадий, как отчество у папашки-олигарха.
- Точно! У них традиция по деду называть?
- Наверное. Да и у нас, у славян, такая же.
- Скажешь тоже! У нас сплошные Анжелы да Марианы, Артуры и Хосе, -
гаишники засмеялись, хоть дело выглядело не очень весело.
Галкин-младший выбрался с Лилей из микроавтобуса неподалеку от метро
ВДНХ. Он выходил, втянув голову в плечи, заправив волосы под куртку.
Водитель особо не разглядывал своих пассажиров, единственное, что запомнил,
так это букет и то, что женщина очень привлекательная.
Аркадий схватил Лилю за плечи, тряхнул и заставил посмотреть себе в
глаза.
Та испуганно кивнула в ответ:
- Я тебя не видела, из аэропорта добралась на попутке, на частнике. Номер
не помню, даже марки не запомнила.
- Вот и молодец, вот и умница. Деньги у тебя, надеюсь, есть?
- Нет, - сказала Лиля.
- Тогда на, - Аркадий наполовину опустошил свой бумажник и сунул в руки
Лиле шестьсот долларов. Затем из кармана куртки вынул пачку российских и
тоже отдал Лиле. - Доберешься до дома сама. Смотри, если к тебе приедут и
что-то будут спрашивать, не отвечай, скажи, без адвоката разговаривать не
станешь. Позвони мне, - и тут же осекся. - А лучше папашке, пусть он
расхлебывает.
"Скотина!" - подумала Лиля, но в ответ лишь вымученно улыбнулась.
- Ну вот, видишь, ты все поняла. Сообразительная. А теперь ступай на
такси. Пока, красотка, надеюсь, встретимся. Жаль, вечер сегодня испорчен,
придется не своими делами заниматься.
- Ты куда? - спросила Лиля.
- Не твое дело.
Лиля села в такси и даже не взглянула, куда направился Аркаша после того,
как распрощался с ней. Придя домой, она твердо решила, что ни на звонки в
дверь, ни на телефонные отвечать не станет. Для всех она еще не вернулась из
Парижа.
Если уж коснется вплотную, придется признаться, что вернулась сегодня. А
так, удобнее всего и безопаснее разыгрывать из себя еще не приехавшую. Даже
свет в квартире она не включала, вполне хватало ярких фонарей, горевших на
проспекте Мира.
Лиля налила себе высокий, узкий стакан мартини, бухнула туда три кубика
льда и выдавила половинку лимона. Мартини всегда успокаивал ее. Другие пьют
валерьянку, а Лиля предпочитала аперитив.
Аркадий Галкин минут двадцать ходил кругами по двору дома, где находилась
одна из отцовских квартир. Он знал, отец сейчас там, но надо было собраться
с силами, сосредоточиться.
"Какого черта я выпил полстакана виски в баре? Думал, легче станет. Но
легче не становится. Пусть теперь не только у меня, пусть и у него голова
болит".
Аркадий вошел в квартиру как побитый пес. Отец был в кабинете и по виду
сына сразу понял, нужны либо очень большие деньги, либо тот что-то натворил.
- Садись, Аркаша, - сказал Галкин-старший, указывая на кресло для
посетителей. Это был плохой знак.
- Ничего, я постою.
- Садись, - Галкин-старший толкнул сына в грудь. Тот плюхнулся в кресло.
- Выпить уже успел?
- Ага, - отвечал Галкин-младший, вставляя в рот сигарету и щелкая
зажигалкой.
Отец вырвал сигарету, сломал ее.
- Что на сей раз?
- Лажа.
- В чем дело? Давай по порядку.
- Я поехал в аэропорт Лилю встретить...
- Как встретить? - встрепенулся Галкин-старший, бледнея лицом и сдвигая
брови к переносице. Но по испугу сына понял, в чем дело.
"Ладно, это я переживу", - подумал олигарх, подвигая к себе деревянную
шкатулку с сигаретами. Курил он чрезвычайно редко, раз или два в неделю, и
то лишь в тех случаях, когда ему было либо очень хорошо, либо очень скверно.
- Ну, а дальше?
- Мне закурить можно?
- Тебе нельзя. Ты посетитель.
- Я гость?
- У тебя есть своя квартира, свой дом, вот там и кури. Туда и баб води.
Своих баб, - подчеркнул Галкин-старший.
- Я тебе всю правду расскажу, всю начистоту, как мужчина мужчине.
- Это ты мужчина, что ли? Мужчина свои проблемы сам решает, а к родителям
ходит на праздники, с днем рождения поздравить, с юбилеем или просто на чай
в выходной день, - Мы ехали назад.., и я трех проституток сбил...
- Что? Что? - старший Галкин поднялся. Его лицо стало бледным. - Как
сбил?
- Насмерть, - равнодушно произнес Галкин-младший. Вытащил из пачки новую
сигарету, сунул в рот, понимая, что отец сейчас растерян и на сигарету
внимания не обратит.
- Почему ты тогда здесь?
- Я скрылся с места...
- С какого места?
- С того, где эти дуры стояли. Понимаешь, они, стервы, прямо под колеса
лезли...
- Погоди, погоди... На чем ты был?
- На новом джипе, который ты мне подарил, - мстительно добавил Аркадий. -
Я к нему не успел привыкнуть.
- Лиля где?
- Домой поехала, можешь позвонить.
- Нет уж, позвоню, когда сочту нужным. Тебя там видели?
- Не знаю, может, и видели. Я постоял немного, а потом подумал, их все
равно не воскресить, а тебе неприятностей будет два вагона. Может, пусть
считают, что их кто-то другой задавил? Тебе комфортнее будет, да и мне
спокойнее.
- Может, мне тебя ментам сдать, а? - он смотрел на своего сына так, как
Иван Грозный смотрел на наследника трона перед тем, как садануть посохом в
висок.
Галкину-младшему стало не по себе. Он втянул голову в плечи, заморгал и
поспешил предупредить отца:
- Тебе это не выгодно, тебя в газетах полоскать начнут, по ящику
показывать. Такого навешают, что тебе ввек не отмыться.
- Так ты говоришь, Лиля с тобой была?
- Со мной, где ж еще ей быть? На переднем сиденье, платочком кровь со
стекла стирала. Она на день раньше приехала, чтобы со мной потрахаться.
Галкин-старший сжал виски ладонями. Он давно подозревал, что крупная
неприятность ждет его, и что исходить она будет от кого-то из близких. То,
что его родной сын спал с его любовницей, Галкина-старшего устраивало,
как-никак, сын под присмотром, в случае чего он узнает о неприятностях
первым. Но подобный расклад, стань он достоянием гласности, в его планы не
входил.
- Значит так: где машина?
- В двенадцати километрах от места аварии. Я ее в кювет сбросил, а мы с
Лилей на каком-то микроавтобусе до города добрались. У ВДНХ я ее в такси
посадил, меня шофер даже не видел, на ее ноги пялился.
- Понятно... - пробормотал Галкин-старший, вставая из-за стола. Он
почувствовал в душе если не гордость за своего отпрыска, то легкое уважение.
- Так, так, так... - зачастил он, как всегда в минуты предельного волнения,
понимая, что план действий Аркаша подсунул ему в готовом виде. Оставалось
лишь все утрясти, сгладить углы, где-то подмазать деньгами, кому-то что-то
пообещать, посулить и все может сойти с рук. - Так говоришь, свидетелей не
было?
- Стояла там какая-то машина, то ли "опель", то ли "форд", и парень возле
нее крутился, я не успел рассмотреть. Наверное, сутенер.
- Так, так, так... - опять зачастил Галкин-старший, и его рука потянулась
к мобильнику. - Ты в милицию заявил, что у тебя машину угнали?
- Нет, еще не успел.
- Ладно, мы сейчас заявим, - и Борис Аркадьевич позвонил знакомому
генералу. - Слушай, тут такая херня приключилась... Сын в гости приехал.
Кстати, как твои отпрыски, все в порядке?
- Как всегда.
- Слава богу. Так вот, - продолжал Галкин, держа телефон у щеки и
расхаживая по обширному кабинету, - вышел Аркаша на улицу, а его нового
джипа нет. Какие-то мерзавцы угнали, даже мои охранники не заметили. Не
захотел он в гараж загонять, представляешь, придурок! Все они, молодые,
такие. Так что, дай там сигнал своим, пусть машину разыщут. Заявление, если
надо, сейчас привезут.
- Да, Борис Аркадьевич. Я понял, поможем, - сказал генерал.
Через пятнадцать минут раздался звонок от того самого генерала.
- Слушай, Борис Аркадьевич, действительно, херня получается. На машине
твоего сына было совершено дорожно-транспортное происшествие. Два трупа,
одна девчонка в тяжелом состоянии в больнице.
- Но машина-то хоть цела? - абсолютно спокойно поинтересовался Галкин.
- Машина цела, ее нашли в кювете. Так что заявление придется подвезти.
- Уже поехали, - сказал Галкин-старший. - Ты держи меня в курсе, что к
чему.
- Сына твоего ищут.
- Ты скажи, что он у меня. Чего его искать, он с шести часов вечера у
меня.
Охрана у подъезда уже была предупреждена и знала, что говорить в случае,
если возникнет надобность отвечать на вопросы следователя. Мол, охранник,
дежуривший во дворе, ровно в семь отлучился по нужде, а когда вернулся, то
подумал, что Аркадий Галкин уехал от отца. Вот и получалось, что где-то
между семью и семью пятнадцатью автомобиль угнали. А наезд произошел в
девять.
- Что-то ты повеселел, - сказал Борис Аркадьевич, присаживаясь на край
стола и
...Поділитися у соцмережах
