Жанр: Боевик
Танцы с волками
...губительном "бизнесе" несомненными лидерами, сумев выстроить разветвленнейшие
сети наркосбыта, где на самых низких "должностях", рискуя больше всех в плане уголовного
преследования, подрабатывает за небольшие деньги или просто за дозу обыкновенный
малоимущий люд, а на самых вершинах располагаются законспирированные лидеры
этнических группировок, получающие львиную долю доходов.
В материалах, любезно предоставленных Пал Палычем, содержалось немало сведений о
Николае Караеве и других фигурах подобного масштаба. Ныне это люди вполне
респектабельные, но в прошлом - иногда весьма недалеком - на них падало подозрение, что
либо они сами, либо их окружение имели доходы от наркобизнеса. Все они входят в
криминальную или полукриминальную элиту, которую до недавних пор еще называли
бандократией и которая, пройдя своеобразный тест на выживаемость и ряд причудливых
метаморфоз, превратилась в часть правящей элиты общества. Каждый из них имеет
собственность или бизнес, в основе которых лежат криминальные деньги. Созданные во
множестве коммерческие структуры, возглавляемые подставными лицами с безукоризненным
прошлым, на самом деле принадлежат этим полудельцам-полубандитам. Нельзя также не
учитывать то, что эти легализовавшиеся отечественные мафиози располагают для своих нужд
ЧСС (частными силовыми структурами), маскирующимися, как правило, под охранные фирмы,
и, не теряя окончательно связи с криминальной почвой, но в то же время обрастая своими
людьми в "органах", умудряются выходить на ближние подступы к большой политике, а
следовательно, и к большим деньгам.
В аналитической записке напрямую не говорилось, что Караев или некто из его
ближайшего окружения является посредником при крупнооптовых поставках опиатов из
Средней Азии в центральный регион, но то, что между кавказцами и среднеазиатским
наркокартелем вклинился кто-то третий - это сомнения у Заварзина не вызывало и раньше,
еще до знакомства с базой данных фирмы Пал Палыча, вот уже несколько лет
специализирующейся, среди прочего, на мониторинге отечественного наркорынка.
Но даже такой цепкий, крученый, авторитетный человека, как Караев, не может быть
единолично посредником в таких масштабных делах. Значит, у этого самого посредника, кто бы
он ни был, должна иметься очень серьезная "крыша", ибо, если речь идет о поставках героина
на миллионы долларов, работа без должного прикрытия означает верную смерть.
И по аналогии производителей "антигера" следовало искать среди людей, действующих
под солидным прикрытием. И если он вычислит их "крышу", то найти их самих уже не
составит для него большого труда.
- Спасибо, Пал Палыч, - поблагодарил он радушного хозяина. - Вы проделали
большую, очень содержательную работу. Буду рад, если подвернется случай оказать вам
ответную услугу...
Отказавшись от "рюмки чаю", он вышел во двор, куда пару минут назад подъехал за ним
на джипе Леша Подомацкий.
- Ну что новенького, Леший? - поинтересовался он, усаживаясь в салон. - Надеюсь, за
те несколько часов, пока я грузил мозги, никого из потенциальных клиентов без нас не
отправили на тот свет?
- Я еще не прочел свежую прессу, командир, - усмехнулся Подомацкий. - Есть одна
любопытная "фишка", не знаю, заинтересует она тебя или нет... Минут десять назад наш
"наблюдатель" подал из Митино сигнальчик: к нашему эксперту по борделям и ночным клубам
в квартиру заявились прелюбопытнейшие гости...
Глава 15
У Греты, к счастью, сохранилось несколько телефонных номеров ее каких-то давних
знакомых, записанных ею невесть когда на клочке бумаги. Частник, которого тормознули на
окраине Фрязино, доставил своих пассажиров, как и договаривались, в Новогиреево. Дорохов
купил телефонную карту, затем, чтобы не смущать девушку, отошел чуть в сторонку от
телефонных кабинок, расположенных в ряд возле станции метро.
Грета сделала пару "холостых" звонков, затем все же зацепилась за кого-то из своих
прежних знакомых, проговорив с ним около пяти минут.
- Надо же, меня, оказывается, еще не забыли, - сообщила она, как только закончила
разговор. - Я дозвонилась одной моей давней знакомой, она довольно известная в Москве
журналистка, квартира у нее в Митино... Пригласила к себе в гости... Саша, если у тебя есть
неотложные дела, ты можешь оставить меня здесь. Я ведь не маленькая девочка, сама
как-нибудь доберусь.
- Я доставлю тебя до места, - сказал Дорохов, вновь завладев ее пожитками,
упакованными в дорожную сумку и пакет. - Я должен быть уверен, что ты добралась до своей
знакомой и что с тобой все будет в полном порядке.
Грета сама не ожидала, как радушно примет ее Алина Бельская, с которой ее около
полутора лет, еще до того, как та вышла замуж и уехала в Лондон, связывали добрые
отношения.
Девушки обнялись, расцеловались, затем Грета представила своего спутника:
- Это Александр, мой хороший... очень хороший друг. А это Алина, та самая знаменитая
журналистка, о которой я тебе рассказывала.
- Ну уж, Грета... Ты явно хватила лишку! А вот ты и вправду настоящая знаменитость!
Хозяйка, одетая по-домашнему в вытертые джинсы и клетчатую рубаху, хотя и не
назойливо, но все же "сфотографировала" рослого голубоглазого шатена, одетого в утепленную
кожаную куртку. Ей было интересно, кто этот мужчина - супруг Греты или же ее "бойфренд";
интересно еще и потому, что Алина сама наблюдала, как в "Монолите" некоторые похотливые
мужики швыряли под ноги Гретке шубу от Нийоле, "мерсовские" ключи или коробочку с
перстнем от Тиффани, а она либо игнорировала их, либо откровенно посылала на фиг.
Дорохов, пока они топтались в прихожей, тоже успел разглядеть хозяйку, эту
симпатичную зеленоглазую блондинку, скорее всего сверстницу Греты. Но даже если бы его
угораздило попасть на вселенский конкурс красоты, это его нисколько бы не заинтересовало -
голова сейчас была занята совершенно другими мыслями.
Поскольку в запасе у него было немного времени, он согласился на просьбу Греты побыть
у Бельской хотя бы четверть часа. Он передал хозяйке цветы, шампанское и коробку конфет -
это была его инициатива, Грета отговаривала его от этих "ненужных трат", - после чего вслед
за девушками прошел в гостиную.
- Сейчас мы закатим пир, - пообещала Алина, подмигнув заговорщицки своей давней
знакомой. - Грета, милая, куда ты пропала? Одни говорили, что ты вышла замуж за какого-то
нувориша и живешь не то в Америке, не то в Израиле. Другие - что ты перешла в труппу
"Мулен Руж"... Третьи вообще какую-то чушь несли...
- Алина, мне очень жаль, но я вскоре вынужден буду покинуть ваше прекрасное
общество, - счел нужным сообщить Дорохов. - У меня есть дела, которые я не могу
отменить.
Бельская с недоумением посмотрела на свою гостью.
- Как так? Что это еще за неотложные дела?!
- Алина, можно тебя на пару минут? - облизнув губы, спросила Грета. - Я должна
тебе кое-что объяснить.
Прежде чем они уединились на кухне, хозяйка включила телевизор, поставила на стол
пепельницу, затем извиняющимся тоном сказала:
- Вы тут не скучайте, Александр... Я вам сейчас кофе принесу, и если хотите, можете
курить прямо здесь.
Заметив, что Грета не может сразу подобрать нужные слова, Бельская взяла инициативу
на себя:
- Как у тебя дела, подруга? Где ты сейчас обретаешься? Надеюсь, ты в полном порядке?
- К сожалению, Алина, мои дела далеко не блестящи, - после небольшой паузы
произнесла Грета.
Хозяйка изучающим взглядом осмотрела ее с ног до головы, обратив внимание на
потухшие глаза, лишенные живого блеска, и посекшиеся на кончиках некогда великолепные
черные волосы, на нежный овал, но налитого восковой бледностью лица...
- Что-то, Грета, мне не очень нравится твой вид, - сказала она озабоченно. - Ну-ка
выкладывай, что у тебя стряслось?
- В двух словах и не расскажешь. - Закатав рукав, Грета показала все еще видные на ее
нежной коже точечные следы от героиновых инъекций. - Это, Алина, в качестве иллюстрации,
чтобы ты сразу все поняла.
Бельская и сама побледнела. Она взяла со стола пачку сигарет, нервно выковыряла оттуда
одну, сунула ее в губы, затем, спохватившись, раскрыла пачку перед гостьей.
- Алина, я по-прежнему не курю.
- Лучше бы уж ты начала смолить сигареты, - мрачно сказала журналистка. - Тоже,
конечно, дурная привычка, но все же не такая паршивая, как ширево...
- Да, я с тобой согласна.
- Тогда скажи, на черта тебе это было нужно?! - все так же сумрачно поинтересовалась
Бельская. - Вспомни, сколько мы с тобой говорили на эту тему! Уж про кого-кого, а про тебя я
бы ни за что не подумала, что ты решишься подсесть на "герыча"...
- И правильно делала, что так не думала, - тихо сказала Грета. - Я не сама подсела,
мне "помогли". Да так лихо взяли меня в оборот, так плотно посадили на героин, что и не чаяла
выбраться... Я уже летела в бездну... Если бы не Саша, не этот парень...
- А он что, тоже колется? - удивилась Алина, слегка понизив голос. - По нему этого
не скажешь...
- Да нет, что ты! - в свою очередь, изумилась Грета. - Он чистый, хороший парень...
Ты же сама видишь: косая сажень в плечах, кулачищи пудовые и румянец во всю щеку...
Дорохов опасался, что девушки, уединившись на кухне, могут пробыть там долго. Но едва
он об этом подумал, как они появились в гостиной.
- Александр, вы можете ни о чем не беспокоиться, - сказала хозяйка квартиры, как-то
по-новому посмотрев на спутника своей знакомой. - Грета теперь в надежных руках, и вы
можете с легким сердцем ехать по своим делам...
Дорохову вообще-то было о чем беспокоиться. У него были кое-какие наметки на этот
вечер, а потому он не мог сказать о себе, что отправляется на "дело" с легким сердцем.
Впрочем, Бельская никаким боком не причастна к его делам... Дорохов сразу договорился с
Гретой, что о его проблемах она распространяться не будет, поэтому Алина не в курсе. Хорошо
хоть согласилась взять опеку над Гретой.
Беспокоил его, если уж говорить о Бельской, лишь один нюанс. Он видел ее недавно в
наркоцентре, куда наведался в поисках сестры. У него хорошая память на лица, он не мог
ошибиться. Он обратил тогда на нее внимание потому, что она была там вместе с человеком,
являющимся, если здесь нет какой-то ошибки или некоей тайны, сотрудником ГРУ в звании
майора. А вот Алина вряд ли тогда его заметила, иначе наверняка вспомнила бы тот эпизод.
Он хотел уж было поинтересоваться, что за человек составлял ей компанию во время
визита в наркоцентр, но в последний момент передумал и сказал другое:
- Алина, приятно было с вами познакомиться, но мне пора идти.
Дорохов и Грета вышли в прихожую. Алина деликатно дала им возможность попрощаться
наедине.
- Все нормально, Грета? - облачившись в верхнюю одежду, поинтересовался
Дорохов. - Я могу быть спокоен за тебя?
- Да, Саша, теперь все будет в полном порядке, - прильнув к его груди, сказала
Грета. - Спасибо тебе за все... Я буду держать за тебя пальцы...
Она подняла вверх правую руку, переплетя указательный и средний пальцы.
- До свидания, Алина, - громко сказал Дорохов, затем, понизив голос до свистящего
шепотка, произнес: - Грета, я с тобой тоже не прощаюсь, а говорю лишь до свидания...
Он открыл дверь, торопливо сбежал по лестнице и вышел на морозный воздух, в
прореженную светом фонарей декабрьскую вечернюю темень, унося на плотно сжатых губах
солоноватый привкус женских слез.
У Дорохова было на выбор два диаметрально противоположных сценария его дальнейших
действий.
Один из вариантов - оставить все как есть. В этом случае он должен согласиться с
доводами киднеперов, прекратить поиски сестры и вылететь, как у него указано в предписании,
в Душанбе шестнадцатого утренним авиарейсом из аэропорта Домодедово. Это означает пойти
на поводу у наркобаронов, которые намерены использовать его в своих грязных махинациях.
Пока, правда, не очень ясно, в каком качестве он их интересует и какие планы в его отношении
они строят... Но можно не сомневаться, что, как только он окажется на таджикской земле, его
проинструктируют самым детальным образом, не оставив ему выбора: либо он будет работать
на наркомафию, либо его сестра погибнет.
Самое паскудное в этой ситуации то, что даже если он, капитан Дорохов, согласится на
предательство, его сестру это все равно не спасет: он не верил обещаниям киднеперов
освободить ее "через пару-тройку месяцев", потому что хорошо знал повадки этих людей.
Да, ее не убьют сразу, чтобы какое-то время держать его на коротком поводке, но все же
сомнительно, чтобы ее потом выпустили живой на свободу.
Альтернатива этому только одна: он обязан в ближайшие трое-четверо суток узнать
местонахождение Лены, а потом как-то исхитриться и освободить сестренку.
Дорохов проехал на метро до станции "Павелецкая". Когда он выбрался на поверхность,
было начало одиннадцатого. Еще через двадцать минут, поплутав в хитросплетениях
Новокузнецких и Монетчиковских переулков, он вышел к цели, каковой являлся для него
развлекательно-увеселительный комплекс "Замоскворечье".
Увидев наискосок через улицу пульсирующую неоновыми всполохами вывеску заведения,
занимавшего целиком трехэтажное здание, Дорохов не стал сразу заходить внутрь, а решил
поступить по-другому - произвести, выражаясь армейским языком, рекогносцировку на
местности.
Вскоре, обойдя весь квартал по периметру, он оказался в точке, расположенной метрах в
семидесяти от залитого электрическими огнями входа. Над входом, укрепленная на кронштейне
поверх пластинчатого козырька, выполняла свою сторожевую функцию следящая телекамера
- надо полагать, здесь не единственная. Вплотную к зданию, по правую руку, если стоять
лицом к фасаду, размещалась огороженная металлической сеткой автостоянка, примерно
наполовину занятая припаркованными вдоль разметки автомобилями, преимущественно
джипами и крутыми иномарками. На въезде была оборудована застекленная сторожка для
охраны, в ней бдили не то двое, не то трое парней в униформе. Приглядевшись, Дорохов
обнаружил еще один вход в здание, как раз со стороны автостоянки. Возможно, именно этим
служебным ходом пользуются владелец этого и некоторых других подобных заведений
Николай Караев, а также люди, принадлежащие к его ближнему окружению.
Насколько он мог судить по рекламным вывескам, комплекс "Замоскворечье"
функционировал как ночной клуб с пятницы по воскресенье, в будние же дни здесь работал
одноименный ресторан с двумя банкетными залами. А поскольку сегодня был именно будний
день, то и особенного скопления народа у парадного входа не наблюдалось.
Дорохов занял наблюдательную позицию под аркой одного из соседних зданий, откуда он
мог по-прежнему визуально контролировать и парадный вход, и охраняемую автостоянку,
оставаясь в то же время вне зоны действия следящих телекамер. Сунул перчатки в карман
куртки, закурил, по укоренившейся привычке пряча сигарету в кулаке, и принялся размышлять.
За то время, что он в Москве, ему удалось добыть кое-какую информацию, которая может
помочь ему выйти на киднеперов. А это значит, есть надежда на благополучный исход истории
с похищением его сестры.
Виктор Землянкин по прозвищу Зяма, рыжеволосый Вадим, о котором он впервые
услышал от избитого накануне - это было явно не случайное нападение - Валеры Савченко,
Николай Караев, он же Горелый, некий Асмодей, у которого гостили "азиаты",
предположительно таджики, - все они, если верить уже добытой информации, и прежде всего
рассказам Греты, связаны некими отношениями.
Что объединяет между собой этих людей? Давняя дружба? Общее криминальное
прошлое? Совместный бизнес? И если они все завязаны на каком-то бизнесе, то не в сфере ли
наркоторговли они заработали свои теневые капиталы, на которые были созданы уже вполне
легальные коммерческие структуры, которыми они подпитываются по сию пору?
Если это так, если все они прямо или косвенно связаны с крупным наркосбытом, то очень
вероятно, что именно в их кругу следует искать того, по чьему указанию похитили его сестру,
чтобы было чем надавить на него. Вряд ли этим человеком является Зяма, хотя он вполне
может быть в курсе этой истории. Рыжеволосый Вадим, по-видимому, организовал вместе со
своими подручными похищение. А вот "заказал" эту акцию скорее всего кто-то из оставшихся
двух: либо Асмодей, либо Горелый.
Хотя эта его версия строилась на одних предположениях. Дорохов, полагаясь на свою
интуицию, решил принять ее на веру.
Когда с территории автостоянки одна за другой стали выезжать крутые тачки, Дорохов
благоразумно отступил в глубину арочного прохода. Несколько иномарок повернули через
квартал на Малую Ордынку, а небольшая кавалькада машин, среди которых были шестисотый
"мерс" и такая же черная "бээмвуха", в сопровождении двух джипов проследовала мимо
спрятавшегося в подворотне Дорохова в направлении Садового кольца.
Если даже предположить, что в одной из этих иномарок находился кто-то из нужных ему
людей, то никаких шансов остановить машину и попросить ответить на пару вопросов у
Дорохова, естественно, не было.
Он прекрасно понимал, что, попробуй он предпринять что-нибудь эдакое с одним "ПМ",
из которого можно пулять лишь по пустым бутылкам, его тут же пристрелят как бешеную
собаку.
Успокоившись на этой невеселой мысли, он решил заложить еще один виток. Похоже,
здесь, в "Замоскворечье", где находится штаб-квартира Николая Караева, куда почти
ежевечерне съезжаются его кореша, включая тех же Зяму и Рыжего, осуществить свою задумку
Дорохову не удастся. Здесь кишмя кишат секьюрити, к тому же таких важных персон, как
Горелый или Асмодей, наверняка сопровождает "личка".
Что же ему предпринять?
Благодаря рассказам Греты он примерно представлял себе, где обитают все четверо. У
каждого из них наверняка есть жилплощадь в Москве, но они почему-то предпочитают
столичным квартирам свои загородные резиденции. И хотя эти дома, больше смахивающие на
дворцы, вероятно, тоже неплохо охраняются, все же осуществить свою задумку там Дорохову
будет несравнимо легче, нежели здесь, в ночном клубе "Замоскворечье".
Задумка у него была следующая: проникнуть под покровом ночи в один из этих
"дворцов", взять в заложники Караева или Асмодея, это уж как получится, и потом устроить
своеобразный торг - жизнь одного из этих негодяев в обмен на освобождение его сестры.
План крайне рискованный, но других идей у него пока не было.
Дорохов в последний раз обошел по безопасному периметру квартал, в котором
размещалось одно из караевских владений, и собирался топать обратно на "Павелецкую", пока
метрополитен не закрыли на ночь, как вдруг его словно в спину что-то толкнуло.
Плавно обогнув его, прямо на тротуар, преграждая ему путь, выехал джип "Тойота". А
следом точнехонько к бровке, как это было двое суток назад, прижался микроавтобус, но не
грязно-серый, как тот, а темно-синего цвета.
Он не успел толком ничего сообразить, как в сторону скользнула дверца микроавтобуса,
затем чей-то голос негромко, но властно приказал:
- Дорохов, садитесь в машину! Быстро!!
- В гостях у Горелого была небольшая компания азеров, - проинформировал Заварзина
прикомандированный к нему со своей бригадой гэбист Колыванов. - Пробыли там час и
двадцать минут, а в четверть двенадцатого ночи все они, включая Караева и Артамонова,
разъехались по домам.
- Асмолов присутствовал на этой сходке? - поинтересовался Заварзин.
- Нет. Он в таких мероприятиях не светится. Скорее всего именно Артамонов является
его ближней связью в контактах с Караевым и его партнерами.
- Паша, пробей всех азеров, кто там присутствовал, это нам может пригодиться.
- Уже делаем это, Андрей. Срисовали номера на их тачках, сейчас установим всех по
гибэдэдэшной базе данных, и я тут же сообщу тебе результаты.
Колыванов полез в карман, вынул оттуда несколько фотографий и передал их Заварзину.
- Вот, изъяли при обыске у твоего "знакомого"... Посмотри сам, кто на этих фото!
Заварзин, разглядев, кто изображен на временно конфискованных у Дорохова
фотографиях, удивленно вскинул брови.
- Вот так-так... Знакомые все рожи! Говоришь, у Дорохова изъяли? Гм... Ладно, не будем
гадать, потому что я все равно планировал с ним обстоятельно переговорить.
Разговор этот происходил в офисе "агентства", расположенном по Милютинском
переулку. Туда же привезли и пограничника Дорохова.
Заварзин, как только Леший пропустил погранца в кабинет, кивком указал тому на
свободное кресло.
- Присаживайся, Александр. Давай, не стесняйся... Ты, я вижу, удивлен? Для начала
скажу, что я рад тебя видеть.
Дорохов криво усмехнулся, затем, после секундного колебания, опустился в кресло.
- А вот я не могу сказать, что рад тебя видеть... Андрей. Или как тебя зовут на самом
деле?
- Так и зовут, Андреем. Фамилия, под которой я был тебе представлен, конечно,
вымышленная...
- Как и та, под которой ты сейчас обстряпываешь свои дела?
- Гм... Скажу лишь одно: предположим. Именно по этой причине, кстати, я и не подошел
к тебе, когда мы столкнулись в наркоцентре. Знаешь ли, могло возникнуть небольшое
недоразумение. А чуть позже, когда у меня появилось время и когда появились на то кое-какие
основания, я решил навести о тебе справки.
Дорохов устремил на своего собеседника недобрый взгляд.
- Скажи, Андрей... Ты работаешь на них за деньги?
- На кого это - "на них"? Выражайся яснее, Александр.
- Ты прекрасно понимаешь, о ком речь... Или тебя тоже вначале достали, через твою
семью, к примеру, ну а теперь тебе уже вроде как некуда деваться?
- Так вот... - проигнорировав реплику Дорохова, продолжил Андрей. - Я, как уже
говорилось, собрал о тебе кое-какую информацию. Скажу сразу: то, как у тебя сейчас обстоят
дела, мне активно не нравится... У тебя, Дорохов, примерно три недели назад пропала без вести
сестра... Меня правильно проинформировали?
- Можно подумать, для тебя это новость, - скептически заметил Дорохов. - Или тебя,
как крупного специалиста, решили подключить только сейчас, уже в финальной стадии
вербовки?
- Похоже, Александр, мы с тобой говорим на разных языках, - после паузы сказал
Заварзин. - Да, понимаю... Тебя ведь привезли сюда насильно, без твоего согласия. Только ты
не врубаешься пока, что это сделано для твоей же пользы!
- А пистолет отобрали, чтобы я не застрелился? - съязвил пограничник. - Почему бы
тебе не вернуть мой табельный ствол?
- Я бы с удовольствием вернул тебе "макарку". Это был бы широкий жест. Но пока
этого делать не стану, не отдам ствол до тех пор, пока ты не врубишься в ситуацию.
Сказав это, Заварзин продемонстрировал пограничнику отобранные у него при обыске
фотографии.
- Объясни мне, Дорохов, что это за образины? И почему ты таскаешь в кармане фотки
этих людей?
Дорохов немного помолчал, затем решил, что сейчас самое время блефануть.
- Если со мной или с моей сестрой что-то случится, то копии этих снимков, что у тебя в
руке, будут разосланы сразу нескольким адресатам. Наверное, догадываешься, куда именно?
Так вот... К этим снимкам будет приложена записка, содержание которой я раскрывать не
намерен... И если эта подлая игра будет продолжена, то этим "образинам", как ты
выражаешься, будут задавать вопросы уже в высоких казенных кабинетах... И еще, пока не
забыл. Фото самого главного из всей компании, Асмодея, тоже входит в этот "альбомчик",
просто у меня не оказалось копии, чтобы прихватить с собой и ее.
Заварзин тихонько присвистнул. Вот так дела... Пробивной, однако, мужик этот погранец!
Откуда он все это узнал? Один его пассаж про Асмодея чего стоит...
Он хотел поинтересоваться, откуда Дорохову все это известно и что он делал этим
вечером у Алины Бельской, но решил погодить.
- Леший! - открыв дверь в "приемную", гаркнул он. - Сообрази нам закусь!
Затем он достал из бара бутылку французского "Мартеля", пару бокалов, выставил все это
на стол перед малость опешившим гостем и задумчиво сказал:
- Давай-ка, Александр, накатим по маленькой, потому что без бутылки, я вижу, мне с
тобой не разобраться...
Девушки, оставшись после ухода Дорохова вдвоем, проговорили почти до трех утра.
Поплакали, потому что было из-за чего пустить слезу. Спали беспокойно, в одной кровати, и к
полудню обе не только были на ногах, но успели привести себя в порядок и даже на скорую
руку позавтракали.
- Грета, я хочу показать тебя одному человеку, - сказала Бельская. - Он нарколог,
владелец частной клиники, один из самых квалифицированных спецов в своей области. Вернее,
это она, женщина...
- Но у меня сейчас нет денег на лечение, Алина. И потом... Знаешь, я как-то боюсь всего
этого!
- Надо не бояться, а лечиться, - твердо заявила журналистка. - Деньги? Это ерунда,
Гретка! Во-первых, эта женщина не со всех клиентов берет плату. А во-вторых, у меня сейчас
полно зелененьких бумажек, так что все расходы, если они будут, я беру на себя!
Бельская набрала на сотовом служебный номер знакомой врачихи, но в больнице ее не
оказалось. Она тут же перезвонила ей домой, на этот раз удачно.
- Ну вот, так даже лучше будет, - сказала Алина, закончив разговор по мобильнику. -
Эта женщина согласилась принять нас на дому, так что давай-ка, подруга, в темпе собираться!
Через полчаса они вышли из подъезда двенадцатиэтажного дома в Митино. Уселись в
салон "Форда", Алина завела движок и стала выруливать со двора.
А следом за ними тронулся с места темно-синий "Опель", в котором находился дежурный
сотрудник из числа тех, кто был выделен для круглосуточного сопровождения столичной
журналистки Алины Бельской...
Электронное табло, встроенное в приборную панель "Форда", показывало час сорок дня
по московскому времени. Но из-за разыгравшейся непогоды складывалось впечатление, что
уже наступают вечерние сумерки. Проезжающий транспорт и бредущих по тротуарам
пешеходов нещадно атаковали снежные заряды, перемежаемые сильными порывами ветра, от
которых порой заметно покачивало не слишком массивный "Форд".
- Однако... Ну и погодка выдалась! - сказала Гр
...Закладка в соц.сетях
