Жанр: Боевик
Охота на изюбря
...его комнате, которую, наверное,
уже перестелила исполнительная прислуга, чистой не была. Извольский
истолковал очевидное смущение Дениса по-своему.
- Я тебе сказал, чтоб держался от Ирки подальше? - рявкнул Сляб. -
Сказал? А ты? Я еще остыть не успел, а ты в постель к ней лезешь?
- Вранье. Я не лез.
- Ты уволен, - сказал Извольский.
- Как уволен? - тупо переспросил Денис.
- Вячеслав Аркадьевич.... - в ужасе зашептал Брелер.
- Вон из моей палаты, - сказал Извольский, - и если ты еще раз подойдешь
к Ире...
Денис встал. Он знал, что спорить с шефом в таком состоянии совершенно
бесполезно. Уж если Извольский чего-то вбил себе в голову, то не ему,
Денису, это оттуда выбивать. Тем более что по большому счету именно он,
Черяга, и виноват. Именно он втравил шефа в историю с Конгарским вертолетным
и Сляб сразу предупредил его, что если что - уволит.
Черяга склонил по-военному голову и вышел в коридор. Брелер было рванулся
за ним.
- Останься, Юра, - негромко приказал Извольский.
ГЛАВА ПЯТАЯ. КИДНЯК - ОСНОВА РОССИЙСКОГО БИЗНЕСА
У дверей больницы Черягу дожидался его служебный "мере" - красивый, с
низко посаженным бампером, похожий на плоского серебристого карпа. Из машины
выскочил водитель Сережа.
- Куда едем, Денис Федорыч?
- Никуда, - сказал Денис, - я пройдусь. В него как будто вкололи дозу
новокаина и начали спарывать кожу. Черяга знал, что ему должно быть больно,
но больно не было. Потом новокаин кончится, и боль придет. Тяжелые тучи, все
эти дни грозившие дождем и снегом, как-то развиднелись, на небе показалось
бледное, словно в бане распаренное солнце, подлетевший ко входу в корпус
"жигуль" нечаянно обдал Черягу брызнувшим из-под колес веером грязной воды.
Водитель растерянно смотрел, как шеф безопасности комбината идет по талым
зимним лужам, - без машины, без охраны.
- Денис Федорыч!
Водитель, почуяв что-то плохое, бросился за ним. Черяга обернулся.
- Не иди за мной, - сказал он с заиндевевшей улыбкой.
Водитель заморгал глазами. Черяга приостановился. Он был почти уверен в
том, что будет дальше. Сляб любил показательную порку. В кармане водителя
зазвонил мобильный телефон, - собственно, это был телефон внутри машины, но
его можно было снять и носить с собой.
- Семенов слушает, - сказал Сережа. Потом на вопрос невидимого
собеседника сказал "нет". Выслушал все, что ему было сказано, с выражением
крайнего изумления на лице, заправил телефон в кармашек и глянул на Дениса
круглыми глазами преданной собаки, которую посадили на цепь - а хозяин пошел
дальше. Денис угадал и смысл звонка, и ход разговора. Звонил Брелер по
требованию Извольского и под оком последнего. Сначала Брелер спросил, сидит
ли Черяга рядом в машине, и водитель ответил: "нет". Тогда Брелер сказал,
что Черягу в машину сажать не надо и везти куда-либо запрещено, потому как
Денис Федорыч уволен.
- Денис Федорыч, - сказал Сережа, - вы все-таки садитесь...
- Отстань. И тебя выгонят.
У въезда в больницу, перед полосатым шлагбаумом, стоял большой черный
джип, и в глубине его Денис заметил лицо Ирины. Уж она-то совершенно не
удивилась тому, что видит Черягу пешком, и приветливо помахала узкой белой
ладошкой. Черяга поплотнее запахнулся в пальто и прошел мимо. Боли не было.
Было такое чувство, что рядом с тобой сидит близкий тебе человек и плачет.
У разбитой, открытой всем ветрам остановки, где была толпа и не было
автобуса, Черяга минут пять ловил такси, но не поймал и пошел прочь пешком.
Идти было хорошо, только было непонятно, куда идти. Впрочем, куда ехать,
было тоже непонятно.
У Дениса была квартира в Москве - однокомнатная клетушка за Кольцевой,
полученная еще во время работы в прокуратуре. Сейчас там жила двоюродная
сестра с маленьким ребенком и без мужа, и возвращаться туда было глупо.
Внезапно образовалась какая-то дикая куча свободного времени, и Денис
просто шел куда-то, вышел на широкий проспект и повернул по направлению к
центру, безо всякой особенной мысли. Вокруг потянулись красивые дома
сталинской постройки, мелькнула вывеска банка "Ивеко" с непременным гербом
из зеленого льва на красном щите, у вертящихся дверей метро симпатичная
девушка жестоко ошиблась и пожелала узнать у хорошо одетого господина, не
желает ли он посетить презентацию таймшерной фирмы.
Если бы Денис был внимательней и оглядывался по сторонам, он наверняка
заметил бы "БМВ" с затемненными стеклами, который переползал за ним от
остановки к остановке, но Денис был слишком рассеян. чтобы заметить странный
хвост.
Денис гулял очень долго, достаточно плохо воспринимая происходящее. В
один из редких моментов просветления он обнаружил, что сидит на скамейке в
сквере на Никитском бульваре, и в руках держит пластиковый пакет с заводной
игрушкой, которую купил неизвестно когда. От больницы до сквера идти было
часа полтора, а Денис помнил, что вроде бы ни на чем не ехал. Поразмыслив,
Денис сообразил, что купил игрушку для дочки двоюродной сестры. Чуть
наискосок от сквера близ здания театра стоял черный "БМВ" с затемненными
стеклами.
Денис проголодался и зашел в забегаловку, где съел пельменей и выпил
невкусной водки. После того, как он выпил водки, он понял, что ему хочется,
но так как водка была самопальная, а забегаловка - не очень чистая, Денис
вышел на улицу и километра через полтора набрел на то, что было нужно:
стветленькое недорогое кафе с большим выбором всяческого пойла.
Денис сел за столик и спросил сначала бутылку водки, а потом еще два
пива. Он даже не мог сказать, что опьянел. Просто одно ошеломленное
состояние понемногу переходило в другое ошеломленное состояние.
Потом зазвонил телефон. Звонок оказался из Череповца - говорил сильный,
уверенный в себе человек, у которого все было отлично в жизни и с которым
Денис общался очень мало.
- Что у тебя там случилось со Слябом? - спросил человек.
- Он меня уволил.
- За что?
- Его чуть не застрелили, - ответил Денис.
- Да ты-то тут при чем?
- В него стреляли за то, что сделал я.
- Заезжай, потолкуем, - сказал собеседник, - я всю неделю на заводе.
Денис заказал новую бутылку.
Он провел в кабаке два или три часа. Было еще несколько звонков - одни
звонили, чтобы выразить соболезнования, другие приценивались. Был один
человек, который завтра прилетал в Москву и хотел бы встретиться. Был звонок
из Лондона и звонок из Израиля. Последним позвонил кто-то вкрадчивый,
осторожный.
- Добрый день, Денис Федорович. Мы с вами не встречались, но мы в
некотором роде коллеги, я возглавляю службу безопасности банка "Ивеко"...
Шеф службы безопасности "Ивеко" готов был назначить встречу в любое
время. Голос у него был сладкий, как торт "Наполеон". Наверное, таким
голосом человек из "Ивеко", бывший начальник одного из управлений КГБ,
беседовал с академиком Сахаровым.
Потом звонки прекратились. Денис не обратил на это внимания, но когда он
сам захотел позвонить, выяснилось, что телефон не работает. Мобильник был
записан на фирму, и кто-то исполнительный, Брелер или иной зам, велел
отключить номер. А может, распорядился сам Извольский.. Он любил помнить о
таких вот мелких деталях.
Черяга уговорил полторы бутылки. Для Черяги это было много. Вокруг все
уже расплывалось, и Денису казалось, что вот сейчас к столику подойдет Ирина
и скажет, что ей плевать на Извольского, что он хам и насильник, и что им
пора вместе поехать домой.
Ирина действительно подошла, и Черяга сказал:
- А без работы-то я не останусь.
- В самом деле? - спросил Ирина, и Черяга объяснил:
- В "Ивеко" я не пойду. Они меня выдоят и выкинут. И к этим, лондонским,
тоже. Они собственных директоров кидают.
Черяга хотел было объяснить Ире, как Лондон кинул ребят в Казахстане, и
как в ответ лондонцев кинул Саяногорск, и что, наверное, надо ехать в
Череповец, потому что там человек самый приличный, но тут сознание его
прояснилось, и он увидел, что перед ним не Ирина, а непонятно откуда
взявшаяся лярва в мини-юбке. Лярва смеялась и наклонялась так, что Денис
видел ее груди, похожие на теннисные мячики, Денис ощерился и сказал:
- Пошла вон.
Лярва допила коньяк и пошла, а к Денису подошел официант и предложил
расплатиться. Денис отдал ему карточку. Карточка была корпоративная и
принадлежала фирме "Интертрейд". Официант вернулся через пять минут и
сказал, что карточка заблокирована. Официант ухмылялся и, видимо,
предвкушал, как этому типу сейчас будут бить рожу.
Денис достал из бумажника сто долларов, официант ушел с ними и вернулся
обратно с ворохом рублей.
Денис на некоторое время отключился, а потом обнаружил, что он уже на
ногах, и двое красивых мальчиков из охраны ведут его к выходу. В руке у
Черяги был зажат ворох рублей со сдачи. Черяга хотел спросить, куда его
ведут, но один из мальчиков успокаивающе сказал:
- Все в порядке, ваши друзья уже ждут. На тротуаре перед пивнушкой стоял
"БМВ" с затемненными стеклами и открытой задней дверцей, и в эту дверцу
охранники впихнули Черягу. Сдача с долларов разлетелась по всей машине.
"БМВ" взвизгнул покрышками и сорвался с места.
- Из-звините, я немного не в форме, - сказал Денис.
- Бухой в стельку, - согласился сосед по сиденью. Голос был странно
знакомый Денису, и прищурившись, Черяга узнал соседа: это был Витя Камаз. Он
занимал половину салона и как-то двоился в глазах.
- А мне, Денис Федорыч, поручили тебя замочить, - сообщил бандюк.
- Устаревшая информация, - икнул Черяга, - Сляб меня уволил.
- Мне велели тебя замочить час назад. Денис зашарил в поисках дверцы, и
откуда-то в руках Камаза появился длинный плоский ствол. Черяга попытался
ухватиться за ствол рукой, но промахнулся, а Камаз поднял ствол и ударил
Черягу рукояткой в висок. Денис закрыл глаза и с тихим вздохом сполз под
сиденье.
Денис очнулся оттого, что кто-то положил его у подножья водопада.
Холодная вода стекала за шиворот и гладила живот, как наманикюренные ноготки
проститутки. Черяга открыл глаза, застонал и перевернулся.
Он лежал на бетонном полу не то склада, не то дачного подвальчика, и
незнакомый молодой бультерьер лил ему на голову воду из ведра. Ведро было
заляпанное краской и такое мятое, словно попало в железнодорожную
катастрофу.
Метрах в двух от Черяги, растопырившись на стуле, сидел Витя Камаз, и
трескал из банки пиво "Хейнекен". Рядом стоял деревянный стол, а на столе
дулом к Черяге лежал немецкий "Хеклер-кох" с длинным рожком и коротким
рылом. "Хеклер-кох" был явно лишней деталью в этой комнате. Если бы Витя
Камаз хотел, он мог бы порвать Черягу на шелуху одними руками. Вообще же
Камаз с автоматом удивительно смахивал на бронтозавра, вооруженного
рогаткой.
Черяга посмотрел на часы и увидел, что они разбиты. Стрелки застыли на
половине шестого. Сейчас стало быть, было позднее.
- Пивка хочешь? - спросил Камаз. Черяга сел и дернулся было по
направлению к автомату.
- Но-но! - строго сказал Камаз, накрывая имущество рукой размером с
чугуноковш.
Бультерьер с ведром отошел от Черяги подальше. Денис прислонился затылком
к приятно холодной стене. Голова, как ни странно, не болела, а эпизоды
последних часов сознательной жизни вспоминались вполне удовлетворительно.
Коньяк в забегаловке был, видимо, хороший.
- Так ты меня сюда замочить привез? - уточнил Денис, глядя на Витю
Камаза.
- Я сказал, что мне велели тебя замочить, - отозвался Камаз.
- После моей отставки? - недоверчиво спросил Черяга.
- После. И до. Мне тебя Коваль на стрелке велел замочить, помнишь, той, с
вертушкой? Я даже человека на чердак отрядил со стволом, чтобы случайностей
не было. Если б ты не на вертушке прилетел, - полный абзац бы тебе вышел.
Черяга помотал головой.
- Коваль? Меня?!
Это не имело смысла. Какого черта вор в законе стал бы убирать ахтарского
замдиректора? Разве что - в порядке мести за своих сибирских коллег. Но
постой-ка!
- Откуда он вообще знал, что я буду на стрелке? Я утром приехал в Москву!
- Вот это меня и занимает, - кивнул Камаз, - откуда он знал, что ты будешь в
Москве. Черяга, склонив голову, изучал своего собеседника. Вот как
ошибаешься в людях. А по виду у этого Камаза всего одна извилина, да и та от
удара монтировкой... - И что ж ты хочешь делать? - Не люблю, когда меня
подставляют, - сказал. Камаз, - если уж тебя решили гасить, почему бы не
нанять киллера?
- Так почему бы? - тупо спросил Черяга. - Потому, что вышел бы шухер.
Твой Сляб начал бы искать концы. А так концы на виду: назначили бригадиром
отморозка, отморозок наехал на людей не по чину, оборзел и пришил на стрелке
кого не надо. Производственная травма.
- Погоди, какая-то у тебя непонятка получается - сначала меня надо было
тихо убрать, а теперь меня можно громко убрать.
- Теперь есть на кого свалить.
- А?
Камаз пояснил, как маленькому.
- Сначала чуть не загасили директора комбината, а потом загасили зама.
Что думает народ? Народ думает - жил-был зам, которому сильно мешал
директор. Зам заказал шефа, но шеф остался жив. Шеф навел справки и узнал,
что заказ пришел от зама. Шеф отплатил заму в его же валюте.
- Но он же меня уволил!
- Вот именно.
Черяга все с большим вниманием глядел на собеседника. И подумать только,
что вчера он готов был поклясться, что у Вити Камаза вместо морды -
радиатор, а вместо мозгов - коробка зажигания.
- Который час? - спросил Черяга.
- Двенадцать.
- Черт, часы разбились... Так я чего-то не понял: ты меня мочить
собираешься или нет?
- Не собираюсь, - сказал Камаз, - не люблю, когда меня подставляют
Почесал пятерней репу и добавил:
- Я, между прочим, три курса физмата закончил. На пятерки.
- А турнули за что?
- Профессора ограбил. Черяга даже хрюкнул.
- Слыхал, что хохла задавили? Который вас проверять приехал? Черяга
кивнул.
- Ты его, что ли, приказал под колесо пустить?
- Я что, больной? Он у меня с руки ел, хохол, в представительской
квартире жил, девок лапал, всю информацию слил...
- А его задавили. Как тебя собирались. А кто виноват? Завод... Сечешь
расклад?
Черяга закрыл глаза.
Дима Неклясов: "Я не брал эти восемнадцать миллионов". Встреча в
"Росторгбанке": "Мы переуступили право требования денег". Витя Камаз: "Тебя
должны были завалить в среду". Бледный, как смерть, Неклясов: "Мне звонили -
требовали выкуп за Колю"... Кто получал место Черяги? Брелер. Кто мог нанять
вора - вора в законе! - чтобы расправиться с комбинатом чужими руками? Кто
мог организовать проверку на Украине, дать комбинату поймать на крючок
продажного обэповца и - втоптать AMК в оглушительный скандал?
О Господи!
Черяга вскочил на ноги, и Витя поспешно сгреб автомат.
- Сколько ты можешь собрать бойцов? - спросил Черяга.
- Что?
- Сколько ты можешь собрать бойцов? Трезвых? Через час?
- Что ты хочешь?
- Ты покойник, понял? - сказал Черяга. - Как и я. Ты при всех раскладах
не выживаешь. Тобой чужую кровь подотрут.
- И что ты можешь мне предложить?
- Если я прав - место Брелера. Как минимум.
- А если неправ? Черяга вздохнул.
- Тогда нас отымеют во все дырки, разорвут полам, и что осталось, опять
отымеют.
- И чего ты собираешься делать?
- Ограбить офис на Наметкина, - сказал Черяга.
Было около часа ночи, когда к затихшему полусонному особнячку подкатил
джип. В джипе сидели пятеро: сам Черяга с Камазом, троюродный брат Ка-маза
по кличке Перчик, и двое близняшек - Андрей Сокольцев по кличке Валет и
Михаил Сокольцев по кличке Черт.
Дениса била нервная дрожь. Если в особняк за каким-то хреном прикатил
Брелер, или кто-то работает заполночь, - он в лучшем случае проведет остаток
ночи в СИЗО.
Но все было спокойно: за длинными прутьями ограды стояли всего две
машины, обе - охранничьи, и свет в особнячке горел только в двух местах: в
холле, где за конторкой скучали два ночных охранника, и в будочке у ворот.
В ночное время в будке никого не было: ворота открывал либо охранник,
либо магнитная карточка. Карточку у Черяги, в отличие от кредитки, не
заблокировали. Он сунул ее в прорезь замка, что-то щелкнуло, дверь поползла
в сторону. Черяга вместе с Перчиком шагнул внутрь. Худощавый Перчик в
джинсах и китайском пуховике выглядел удивительно безвредным, красная
вязаная шапочка на всякий случай скрывала слишком короткую стижку.
Рядом, за решеткой, мирно урчал джип, свет от его фар дополнительно
освещал Черягу и Перчика, создавая у охранников обманчивое впечатление
непота-енности и открытости.
Черяга подошел к двери и нажал на кнопку звонка. Над ним, словно вьюнки
на тонкой ножке, висели две телекамеры. "Вот сейчас не впустят меня, и все",
- подумал Денис.
- Кто там? - полюбопытствовал сонный голос.
- Андрей, ты? - Черяга узнал человека по голосу, - открой.
Замок щелкнул. Черяга оказался в шлюзе между двумя стальными дверьми, для
маскировки отделанными светлым веселеньким деревом. Одна дверь не
открывалась, пока не закроется вторая. Черяга аккуратно закрыл за собой
дверь наружу.
- Денис Федорыч, вы?
Голос принадлежал второму охраннику.
- Я, Миша.
- А....
- Поговорить надо.
Миша и Андрей молчали несколько секунд. Секунды были очень долгими. Потом
второй замок щелкнул.
Черяга поднялся по мраморным ступенькам вверх. Миша, в тренировочном
костюме, свернулся калачиком на кожаном диване. Андрей рассеянно наблюдал в
телевизор за спутником Черяги: тот, демонстративно отойдя от двери, курил
сигарету, красный кончик ее алел, окруженный падающими невесомыми
снежинками. Черяга подошел совсем близко к охранной стойке.
- Э... Денис Федорыч... - сказал Андрей, распоряжение вас не пускать...
- Я знаю, - сказал Денис.
Рука его вынырнула из кармана, и в грудь Андрею уставился ТТ, выданный
Денису Камазом из каких-то своих бандитских запасов. По распоряжению самого
Черяги под пиджак охранники поддевали бронежилеты, но от ТТ это не спасало.
- Заблокируй дверь и открой обе сразу, - сказал Денис, - а ты, Миша, лежи
как лежал. И никакой сигнализации.
Андрей побелел.
- Денис Федорыч, - сказал он, - меня выгонят...
- Брелера выгонят. Тебя оставят. Это я тебе обещаю.
Андрей, поколебавшись, нажал на кнопку. Перчик метнулся в образовавшийся
проход, проворно взбежал по ступенькам.
- Отойди к стене, - велел Черяга.
Андрей исполнил требуемое. Он поступил на работу совсем недавно, его
принимал Брелер, а не Черяга. Перчик ловко перемахнул через стойку и стал
около компьютера.
- Отвори ворота, - сказал Черяга, - вон та кнопка, большая... твою мать!
Перчик перепутал кнопки и ткнул в ту, что вызывала милицию. Где-то в
десяти кварталах отсюда, в ОВД "Юго-Западное", на пульте вспыхнула красная
лампочка и загорелся сигнал тревоги.
Второй охранник, Мишка, вскочил с лавки, цапая на ходу пистолет из
кобуры. Перчик, не раздумывая, выстрелил. В пустом изолированном помещении
звук был оглушителен, как выхлоп неисправного мотора. Пуля ПМ попала Мишке в
грудь с трехметрового расстояния. Его отбросило к стене, как подхваченный
ракеткой волан.
Пистолет Черяги ткнулся Андрею в висок.
- Тихо, - сказал Денис. На пульте зазвонил телефон.
- Возьми трубку и скажи, что все в порядке, - приказал Черяга, - ну!
Губы Андрея тряслись. Даже если он скажет, что все в порядке, голос у
него будет как у барашка, которого свежуют живьем. Черяга ударил Андрея
рукоятью в висок, и тот мягко свалился на пол. Денис взял трубку. Так и есть
- звонок был из отделения.
- Ало! Это Черяга! Я тут у ребятишек проверял пульт и случайно нажал
кнопку.
В трубке молчали несколько мгновений. Оставалось только молиться, что до
отделения милиции слухи доходят медленней, чем до Лондона, и что об
увольнении Черяги дежурный еще не знает.
- Не высылать, что ли, машину? - спросил дежурный.
- Можешь, конечно, выслать, если у вас бензин лишний есть, - сказал
Черяга.
Черяга повесил трубку и пошарил по пульту. Ворота на телеэкране медленно
поползли в сторону, джип проехал в образовавшееся отверстие.
Денис подошел к Мишке. Глаза того были открыты и часто-часто моргали. Под
разорванной тканью тренировочного костюма виднелся бронежилет. Слава тебе
господи! Денис взял парня за руки и оттащил его в угол. Мишка был тяжелый и
неуклюжий, и ехал по полу,как макаронина.
Камаз с остальной бригадой уже взбегал по мраморным ступеням. Андрей
открыл глаза, но не стал сопротивляться, когда Камаз одной лапой выгреб его
из-под стойки и понес в угол. Близнецы забрали у охранников и наставили на
них их же собственные пушки.
- Сидите тихо и ничего не будет, - посоветовал Денис.
Андрей глядел на него так, словно был василиском. Глаза Мишки были
закрыты, он медленно и неровно дышал. Кажется, выстрел с близкого расстояния
сломал ему ребро.
Черяга сграбастал со стойки несколько ключей и побежал вверх, считая
ступеньки. За ним топал Камаз. Коридор на втором этаже был пуст, как
аэродинамическая труба, звук шагов тонул в мягком ковролине. Табличек на
дверях не было, и Денис, не слишком хорошо ориентировавшийся в московском
офисе, испугался, что не найдет нужной двери.
Вот! Кажется, она. Комната 212. Фирма "Ахтар-ский регистратор", точнее,
ее представительство. Держатель реестра акционеров Ахтарского
металлургического комбината. Что, согласно федеральным законам держатель
реестра должен быть независим от своего клиента? Какая неожиданность...
Ключ не подходил к двери - Денис, перепутав, взял номер двести тринадцать
и четырнадцать.
- Надо спуститься за ключом, - сказал Черяга.
Камаз, подумав, налег на дверь плечом. Та выскочила из пазов, словно в
нее въехали кувалдой. Денис закрыл шторы, зажег свет и включил первый
попавшийся компьютер.
Собственно реестр акционеров Ахтарского металлургического комбината
находился в Сибири, но в свое время Извольский согласился, чтобы реестр был
вывешен в сеть. Это давало возможность московским брокерам легко торговать
акциями АМК и создавало иллюзию цивилизованного поведения комбината на
фондовом рынке. Иллюзию, и не более - потому что кому в России придет в
голову торговать акциями, если 75% завода принадлежит одному человеку и
никаких драк за собственность поэтому не ожидается, а дивидендов по акциям
не предвидится ближайшие сорок лет, или сколько там надо для принятия
нормального налогового законодательства?
Компьютер запросил пароль, но пароль Денис знал - все-таки он не лох со
стороны, а шеф службы безопасности.
Через минуту перед Денисом на экране светился реестр акционеров
Ахтарского металлургического комбината. Абрамов Сергей Михайлович -
двенадцать акций, Аветисян Никита Гарегинович - десять акций, Авросимова
Вера Николаевна - десять акций. Черт! Тут столько физических лиц -
работников комбината, что он будет сидеть до рассвета.
Вот: ЗАО "АМК-инвест" - двадцать акций. Надо же, зачем-то двадцать акций
оставили. Интересно, сколько это? 0,0003% от общего числа? Это нормально.
Семьдесят пять процентов акций к этому времени и должно быть передано из
ЗАО... весь вопрос - кому передано.... Как звались эти новые фирмочки?
Кажется, "Импера", "Кроника" и "Лагуна". Вот и они. "Импера", - 173.475.000
акций, "Кроника" - 166.746.000 акций...
Все как планировалось. Господи, неужели он сел в лужу?
Он нашел то, что искал, на соседнем диске в директории "Контракты".
Он был прав. Лучше бы он ошибся.
Зашипел лазерный компьютер, выплевывая распечатки. Бумаг было много,
компьютер печатал тихо и медленно... С легким шорохом вращалась в дисководе
дискета, на которую Черяга сбросил нужные файлы. По-настоящему следовало бы
выдрать из компьютера жесткий диск и просто унести с собой, - но к утру и
так все будет ясно. В ту или другую сторону.
Поверх принтера уже выползла приличная пачка листов, Черяга кивнул на нее
и коротко распорядился:
- Когда распечатаешь все, иди на третий этаж.
Дверь в кабинет Неклясова удалось открыть с первого раза. Бумаги белыми
гусями полетели на пол. А если Неклясов не держит в кабинете то, что искал
Денис?
Но Неклясов держал. При парализованном Слябе, при уволенном Черяге, - он
уже считал себя хозяином если не комбината, то полученных за него тридцати
сребреников.
В кабинет вошел Камаз, сжимая в медвежьих лапах пачку листов.
- Сматываемся, - сказал Денис.
Они сбежали на первый этаж.
Андрей лежал в углу, спеленутый, как гусеница в коконе. Перчик сидел над
Мишкой. Тот хрипел, на губах пузырилась легкая розовая пена. Видимо, конец
сломанного ребра задел парню легкое.
- В машину его, - приказал Денис.
В машине Денис набрал номер Сергея Вайля, главы фирмы "Ахтарский
регистратор". Именно фирма Вайля вела реестр акционеров Ахтарского
металлургического комбината. Как мы уже говорили, это означало, что где-то в
Ахтарске стоял сервер, на твердом диске которого хранилась информация о
правах собственности на те или иные пакеты акций. Сергей снял трубку сразу -
в Ахтарке было уже семь утра, и там вставали раньше, чем в Москве.
- Сергей, - спросил Черяга, - я по поводу тех акций, которые ты перевел
из "АМК-инвеста". Ты послал в Москву выписки из реестра?
В трубке помолчали, потом Вайль сказал:
- Денис, это правда, что ты уволен?
- Да, правда. Я повторяю - ты послал выписки из реестра? Или все, что
имеется, имеется только в электронном виде?
- Изви
...Поділитися у соцмережах
