Жанр: Боевик
Рукопись Ченселора. На повестке дня икар.
..., сворачивая на автостраду. - Вы убили его?
- Нет. Я мог бы это сделать, но не сделал. Вы были правы: он застрелился.
Он не смог смотреть в лицо фактам, связанным с Часоном. Эта бойня на его
совести. Ее подстроили, чтобы удержать в тайне то, что они сотворили с женой
Макэндрю.
Помолчав, Браун с отвращением и в то же время с недоумением бросил:
- Ублюдки!
- Если бы история с женой Макэндрю всплыла наружу, это могло бы привести к
раскрытию других подобных операций и экспериментов. Они знали, что делали.
- Рамирес признался в этом?
- Фактически да, - ответил Питер, взглянув на майора. - Но потрясло меня
другое. Я даже не знаю, как сказать об этом. Это какое-то безумие!
- Вы имеете в виду досье Гувера?
- Нет, самого Гувера. Он был убит. Умер насильственной смертью.
Оказывается, все это правда!
- Успокойтесь. По-моему, Варак убедил вас, что это ложь.
- Ложью было то, что говорил Варак. Он просто старался выгородить...
Питер замолчал и задумался. Варак был профессионалом. Он владел сотней
способов убийств, умел принимать десятки обличий, жил под вымышленными
именами... Боже правый! И как же он раньше всего этого не понял? Лонгворт!
Тогда 1 мая, Варак действовал под личиной Лонгворта. Конечно, это был он,
Варак. Выдав себя за Лонгворта, он вместе с двумя другими агентами проник в
здание ФБР в ночь перед смертью Гувера. Следовательно, он точно знал, что Гувер
будет убит. Одно было правдой - половина досье исчезли, а Варак погиб, пытаясь
их отыскать. Пожертвовал собой, защищая Браво-выдающегося дипломата, известного
миру как Мунро Сент-Клер. Значит, убийца Гувера - Варак! Что сказал Фредерик
Уэллс? "Убийцей была не Инвер Брасс, а Варак... У меня есть основания задать ему
щекотливые вопросы, и я задам их... О каждом его шаге начиная с десятого апреля
и кончая ночью первого мая... Досье у Варака!"
Следовательно, досье у Мунро Сент-Клера. Варак был обманут. Им самим
манипулировали, как хотели. И делал это не кто иной, как Браво. Рамирес - всего
лишь исполнитель. Подлинный организатор бойни под Часоном - Мунро Сент-Клер. Это
он использовал в своих целях и Варака, и всех остальных, включая его, Питера
Ченселора.
Итак, развязка скоро наступит. Противоборствующие силы сблизятся и придут в
столкновение, как предвидел Карлос Монтелан. Сегодня вечером все решится.
- Я расскажу вам все, что знаю, - заговорил Питер. - Поезжайте в Арундель.
Теперь они не смогут следить за нами. По дороге я вам все расскажу. Мне
хотелось бы увидеться с Элисон. Когда мы доедем, мне потребуется ваша машина. Я
просил вас немного обождать, а потом позвонить в Вашингтон Мунро Сент-Клеру и
сказать ему, что я желаю встретиться с ним в доме Генезиса на берегу залива.
Пусть приезжает один, иначе встреча не состоится.
Глава 41
Питер лежал в мокрой траве. С залива до него доносился шум волн,
разбивающихся о прибрежные скалы. Было прохладно. Шквалистый ветер, налетавший
со стороны залива, со свистом раскачивал вершины высоких деревьев, окаймлявших
лужайку.
Ченселор приехал сюда ради встречи с человеком, который предал его. До
сегодняшнего дня он верил, что Сент-Клер - друг. Действительно, старый дипломат
многому научил его, но на поверку оказался предателем. И вот теперь Питер не
отрываясь следил за расположенными в пятидесяти ярдах каменными воротами и
ведущей к ним дорогой.
Примерно в полумиле Питер заметил свет автомобильных фар. Странно блуждая
из стороны в сторону, он временами замирал на месте, будто машина неожиданно
останавливалась, а потом вместе с ней снова двигался вперед. Можно было
подумать, что в машине сидит пьяный и пытается отыскать дорогу домой. Неужели
столь могущественный человек, манипулировавший людьми и правительствами, был
пьян? Рамирес предпочел размозжить себе голову, лишь бы не слышать правду о
Часоне. Может, Сент-Клер решил одурманить свое сознание на то время, когда при
нем будут разоблачать Инвер Брасс?
Автомобиль неуверенно въехал в ворота. У Питера перехватило дыхание.
Увиденное привело его в ужас: перед ним застыл серебристый "континенталь".
То, что Сент-Клер приехал именно на нем, подтверждало, что он такое же чудовище,
как и его машина.
Лежа неподвижно в траве, Питер в течение следующих пяти минут наблюдал за
Сент-Клером и за шоссе. Выйдя из машины, дипломат поднялся по ступенькам на
веранду, обошел ее и остановился, держась за перила и глядя на воду.
Всего двенадцать часов назад на причале стоял и так же точно глядел на воду
другой, полный сострадания к людям человек. Сейчас он мертв. Фанатики,
подчиняющиеся указаниям монстра, заманили его в ловушку и убили.
Ченселор чувствовал себя удовлетворенным: Мунро Сент-Клер прибыл один.
Питер поднялся из травы и через лужайку направился к веранде. Подойдя сзади
к стоявшему у перил Сент-Клеру, он вынул из кармана пистолет и фонарик. Когда до
дипломата оставалось восемь футов, он вскинул пистолет, осветил Сен-Клера и
скомандовала - Поднимите правую руку над головой. Левой достаньте из кармана
ключи от машины и бросьте их мне..
Прошло несколько секунд, прежде чем посол пришел в себя от неожиданного
оклика. Внезапное появление Ченселора, слепящий свет, короткие четкие
приказания, раздающиеся откуда-то из темноты, - все это на время парализовало
волю Сент-Клера. Питер невольно с благодарностью вспомнил уроки О'Брайена,
ставшего теперь его врагом.
- У меня нет ключей, молодой человек, они в машине. - Я не верю вам, - зло
оборвал его Ченселор. - Отдайте ключи?
- Давайте вместе вернемся к машине, и вы убедитесь в этом сами. Если
хотите, я буду держать обе руки над головой.
- Хочу.
Ключи были в зажигании. Питер поставил старого дипломата к капоту и ощупал
его карманы. Оружия он не обнаружил. Это озадачивало. Непонятно было и то, что
Сент-Клер оставил ключи в машине. Автомобиль в критической ситуации мог
оказаться спасением, и руководителю Инвер Брасс следовало бы это знать.
Выключив фонарик, Питер подтолкнул Сент-Клера пистолетом к ступенькам,
ведущим на веранду. Подведя к перилам, он развернул старика к себе лицом.
- Если я опоздал, прошу меня извинить, - сказал дипломат. - Вот уже
двенадцать лет, как я не вожу машину.
Слова Сент-Клера объясняли странное блуждение света автомобильных фар на
шоссе и свидетельствовали о том, что он испытывал страх. Вероятно, он не стал бы
так рисковать и не поехал бы ночью по незнакомым дорогам, если бы этого можно
было избежать.
- И все-таки вы приехали.
- Я не мог отказаться. Вы раскрыли моего человека, обнаружили передатчики.
Вы, конечно, все равно бы догадались, кто организовал слежку.
- Значит, догадался бы?
- Я не специалист в таких делах. Вот Варак - другое дело. А я даже не знаю,
где берут эти передатчики.
- Не могу в это поверить. Руководитель Инвер Брасс должен быть более
изобретательным.
Сент-Клер отодвинулся в темноту. Упоминание об организации, по-видимому,
причиняло ему боль.
- Значит, вам рассказали... - медленно произнес он.
- Вас это удивляет? Я ведь предупреждал, что мне известно, кто такие Венис,
Кристофер, Пэрис, Бэнер, а также Браво, Почему бы мне не узнать, что такое Инвер
Брасс?
- А еще что вы узнали с тех пор?
- Достаточно, чтобы до смерти испугаться. В течение сорока лет никому не
известные люди тратят бесчисленные миллионы, чтобы навязать стране свою волю.
- Вы преувеличиваете. Мы лишь помогали ей в периоды кризиса. Так будет
точнее.
- А кто определял наличие кризиса? Вы?
- У кризиса есть одна особенность: когда он наступает, это сразу все
чувствуют.
- Нет, не всегда и не все.
- Мы располагали информацией, которая недоступна вашим "всем", - И вместо
того чтобы довести эту информацию до общественности, вы действовали
самостоятельно.
- Наши действия, в сущности, были актами благотворительности. В конечном
счете это делалось в интересах тех "всех", о которых вы говорите. Для себя нам
никогда ничего не было нужно. - Сент-Клер даже голос повысил, пытаясь защитить
Инвер Брасс.
- Благотворительность можно осуществлять и открыто. Почему же вы этого не
делали?
- Потому что такая благотворительность не затрагивает корней, той главной
причины, по которой она стала необходима. Ее действие всегда непродолжительно.
- По-вашему, решение наших проблем нельзя доверять людям, которых мы именно
для этого и избираем на государственные должности.
- Вы упрощаете нашу точку зрения, господин Ченселор. И делаете это
намеренно.
- Думаю, лучше иметь дело с далеко не совершенной официальной системой, чем
с какой-то скрытой от наших глаз организацией.
- Это софистика. Нетрудно доказать, насколько важно соблюдать гражданские
права, но, пока вы будете за это бороться, число очагов недовольства будет
неудержимо расти и, если они сольются в единый очаг, произойдет такой взрыв
насилия, какого вы и представить себе не можете. И когда это случится, вас
лишат. даже права жить как вам хочется, лишат всех ваших свобод. Это же
элементарно. В течение многих лет мы пытались сдерживать рост недовольства. А
теперь вы хотите нам помешать?
Питер вынужден был признать, что слова Сент-Клера не лишены логики. Этот
выдающийся и в то же время коварный, неискренний человек так расписывал свою
деятельность, что она и впрямь начала казаться проявлением добродетели. Он
заставил Ченселора защищаться, увел его от сути их разногласий. Но нельзя
забывать, что Сент-Клер - монстр, что его руки обагрены кровью.
- Существуют и другие пути, - сказал вслух Питер, - другие решения.
- Возможно, только я не уверен, что они будут найдены еще при нашей жизни.
И уж ни в коем случае не при моей. Может быть, поиски решения сами по себе
способствуют предотвращению насилия. Во всяком случае, мы на это надеялись.
Внезапно Питер перешел в наступление:
- Но одно из ваших решений все же опиралось именно на насилие. Правда, в
качестве приманки вы использовали частицу правды.
- О чем вы говорите?
- Вы убили Гувера! Ведь именно Инвер Брасс приказала убить его?
- Откуда вы... Кто вам... - Он был не в состоянии произнести фразу до
конца.
- Это неважно. Важно, что такое решение было принято и осуществлено. Вы без
всякого суда и следствия вынесли человеку приговор и привели его в исполнение.
Вы якобы имели на это право в отличие от остальных людей, господин посол? Так-то
вы боретесь с ненавистным вам насилием?
- У нас были серьезные основания.
- Да, я знаю, вы считали его убийцей, до вас дошли слухи о так называемых
"отрядах смерти". Но убийство - не выход из положения. Если вам что-то стало
известно, вы должны были открыто заявить об этом. Все вы...
- Ничего бы из этого не вышло. Я уже говорил, что тому были причины.
- Вы имеете в виду другие причины?
- Да!
- Досье?
- О господи! Конечно, досье!
- Вы не можете так поступить! У вас есть необходимые доказательства, чтобы
привлечь Гувера к суду. Пусть предстанет перед судом и выслушает приговор
страны... Ведь есть же законы!
- Есть досье... Те, кто осмелятся на какой-либо шаг, будут
скомпрометированы... И сделают это те, кто предпочтет выжить, а не бороться...
- Значит, вы. сами не лучше, чем он.
- Вы лучше, чем он, - спокойно сказал Ченселор.
- Всем сердцем и душой мы верили в то, что лучше!., - воскликнул Сент-Клер,
оправившись от шока и постепенно приходя в себя. - Я не могу поверить во все
это. Оказывается, я не знал Варака, не понимал, что им руководило.
- Не надо так говорить о нем, - холодно заметил Питер. - Я презираю этого
человека, но он отдал за вас жизнь. Это вы ввели его в заблуждение.
- Неправда! Никогда!:
- Так было все время. Варак был тем самым Лонгвортом, который проник в
здание ФРБ в ночь убийства Гувера. Он изъял досье и передал их вам.
- Да, досье от А до L. Этого мы и не отрицали. Они были нами уничтожены.
Но досье от М до Z пропали, и до сих пор неизвестно, у кого они.
- Все не так! Варак действительно думал, что они пропали, а вас это
устраивало.
- Вы сошли с ума, - прошептал Сент-Клер.
- В ту ночь вместе с Бараком были еще два человека. Один из них или оба
очистили и подменили папки или сложили их вместе, а возможно, они просто
солгали, что часть досье отсутствует. Дело обстояло именно так. Вы знали, что
Варак не пойдет ни на какие компромиссы в вопросе о досье, поэтому решили его
обмануть.
- О нет, вы ошибаетесь! - замотал головой Сент-Клер, и лицо его исказилось
от мучительных переживаний. - Признаю, что ваша версия выглядит правдоподобно и
даже остроумно, но в действительности все обстояло иначе.
- Оба этих человека, исчезли. Их имена вымышленные, всего лишь прикрытие.
Установить их личности невозможно.
- Так было сделано совсем по другой причине. Убрать Гувера было необходимо.
Однако общественность не потерпела бы даже намека на еще одно политическое
убийство. Воцарился бы хаос, что позволило бы дорваться к власти фанатикам,
готовым отбросить все конституционные принципы. Мы не могли оставлять следы,
поверьте мне.
- Вы все время лгали, лжете и теперь! Я не верю ни одному вашему слову. Вы
меня не убедите.
- И все-таки надеюсь, мне это удастся, - после небольшой паузы задумчиво
сказал Сент-Клер. - Сначала я попытаюсь объяснить вам, почему мы были вынуждены
это сделать. Я вверяю в ваши руки мою жизнь, все, за что я боролся в течение
пятидесяти лет...
- Сначала объясните, почему был убит Гувер, - резко прервал его Питер.
- Гувер превратился в настоящего властелина ФБР, а само бюро стало
правительством в правительстве. Не существовало даже строгого порядка
подчиненности должностных лиц. Бюро представляло собой организацию с аморфной,
очень неопределенной структурой. И Гувер стремился сохранить такое положение. Он
допускал серьезнейшие нарушения законности. Никто не знает, как далеко зашел
бывший директор ФБР, но имеется достаточно доказательств, что он не
останавливался и перед убийством. Известны случаи шантажа. Обо всем этом в Белом
доме знали.
Уже одного этого достаточно, чтобы считать наше решение оправданным.
Однако были и другие соображения, сделавшие его окончательным и
бесповоротным.
На базе ФБР возникла своеобразная организация, вернее, группа с весьма
неопределенной субординацией. Вокруг Гувера сгруппировались порочные,
беспринципные люди, которые всячески обхаживали его, льстили, делали вид, что
боготворят. На самом же деле они преследовали одну-единственную цель - завладеть
досье Гувера. Располагая ими, они получили бы возможность установить контроль
над всей страной. Необходимо было убрать Гувера до того, как эти люди и директор
бюро сумеют договориться. - Сент-Клер замолчал. Было заметно, что он устал и его
терзают сомнения.
- Я не могу согласиться с вашими доводами, - сказал Питер, - но многое мне
стало понятно. А теперь объясните, как вы собираетесь вверить мне дело всей
вашей жизни.
- Я верю в способность человека в напряженнейшие моменты интуитивно
чувствовать правду, какой бы она ни была. Сейчас такой момент наступил. Лишь
двое во всем мире знали подробности убийства Гувера - человек, разработавший
план покушения, и я. Один из двоих уже мертв. Он умер у вас на глазах. В живых
остался только я, а план покушения - мой последний довод. Любая стратегия,
разработанная человеком, несовершенна, всегда найдутся какие-то изъяны. Надо
лишь знать, где их искать. Я расскажу вам, в чем состоял наш план, и это будет
моя последняя попытка убедить вас. Раскрывая план, я не только вверяю вам свою
судьбу, но и выношу на ваш суд дело всей моей жизни. И для меня не так важно,
сколько мне осталось жить, как то, сумеете ли вы понять меня и правильно
распорядиться полученными сведениями. Вы согласны? Вы позволите мне попытаться
убедить вас?
- Я вас слушаю.
История, которую рассказал Сент-Клер, повергла Питера в смятение. Посол
оказался прав: Ченселор действительно интуитивно почувствовал, что ему не лгут,
и убедился, что Гувер и в самом деле был убит. Сент-Клер не назвал никого, кроме
Барака, но при желании личность каждого участника акции нетрудно было
установить.
В группу, осуществлявшую покушение, входило несколько человек. Актриса, муж
которой стал жертвой маккартизма. Два специалиста в области электроники и
телеперехвата. Один из них был к тому же метким стрелком. Агент английской
разведки, о котором было известно, что во время берлинского кризиса он работал в
тесном сотрудничестве с Советом национальной безопасности. Хирург-американец, в
прошлом социалист, вынужденный эмигрировать и проживающий в настоящее время в
Париже. Его жена и сын погибли в автомобильной катастрофе. Их машина столкнулась
с машиной ФБР, когда агенты вели за ними незаконную и несанкционированную
слежку.
Полученных Питером сведений было достаточно, что-. бы при желании разыскать
каждого из этих людей. Сам же план, включая ловкое использование имени советника
президента, можно было назвать выдумкой гениального ума. Вот почему Рамирес
заявил Ченселору: "Вскрытия не было. Указание с Пенсильвания-авеню, 1600. Из
Белого дома... Они его убили, а если даже и не они, то думают, что они. Они
считают, что кто-то из них или организовал, или осуществил убийство". Да, Варак
действительно был поразительно умен. Измученный Сент-Клер закончил свой рассказ,
словами:
- Теперь вы верите, что я сказал вам правду?
- Пока да. Но я хотел бы задать вам еще один вопрос. Если я почувствую
ложь, тогда и все остальное тоже ложь. Согласны?
- Согласен. Вы не услышите лжи...
- Что означает Часон?
- Не знаю.
- Видимо, это не столь важно?
- Наоборот, Варак называл его ловушкой. Он был убежден, что Часон-ключ, с
помощью которого можно узнать, кто из членов Инвер Брасс нас предал.
- Объясните, пожалуйста. Сент-Клер глубоко вздохнул.
- Вся эта история связана с Макэндрю. В. свое время он командовал войсками,
сражавшимися в районе Часона, и там произошло что-то такое, что дискредитировало
его как командира. После этого и появились слова: "Макнайф, убийца из Часона".
Наши войска понесли огромные потери. Ответственным за это был Макэндрю. Его вина
была установлена, и на этом можно было закончить расследование, но Варак
полагал, что его надо продолжить. У него было такое ощущение, что за всей этой
историей скрывается что-то связанное с женой Макэндрю.
- Известно ли вам, каков был состав войск, сражавшихся под Часоном?
- Состав?
- Расовый состав... - Ченселор внимательно следил за выражением лица
старого дипломата.
- Вот уж не знал, что наши войска имеют "расовый состав".
- Предположим, я сообщу вам, что данные о потерях под Часоном - один из
наиболее строго охраняемых секретов Пентагона. Сотни людей убиты или числятся
пропавшими без вести. Уцелели тридцать семь человек, из них шестеро -
невменяемы.
Остальных разместили в тридцать один госпиталь для ветеранов. Они
разбросаны по всей стране. Это вам о чем-нибудь говорит?
- Еще одно свидетельство того, насколько распространена в Пентагоне
паранойя. Так же, как и в ФБР.
- И это все?
- Поскольку речь идет о гибели людей, слово "паранойя", пожалуй, слишком
деликатно.
- Вот именно! Это были не просто напрасные потери в результате ошибок,
допущенных Макэндрю. Это была западня, которую командование нашей армии устроило
для собственных солдат. А поскольку военнослужащие этих частей - все до
последнего солдата - были неграми, бойня под Часоном не что иное, как массовое
убийство на расовой почве.
Сент-Клер стоял неподвижно, опираясь на перила, с застывшим выражением
лица. Лишь удары волн о скалы да порывы ветра нарушали воцарившуюся вдруг
тишину. Наконец к послу вернулся дар речи:
- Господи, зачем им это понадобилось? Глядя на дипломата, Питер испытывал
облегчение и замешательство одновременно: Сент-Клер не лгал, он был искренне
потрясен всем услышанным. Он натворил немало ужасных дел, но не он предал Инвер
Брасс, не он завладел досье. Питер спрятал пистолет обратно в карман.
- Это понадобилось для того, чтобы сохранить в тайне эксперименты,
участвовать в которых заставили жену Макэндрю. Надо было скомпрометировать
генерала, чтобы он не смог предъявить обвинения тем, кто загубил ее жизнь. Если
бы вся эта история выплыла наружу, это привело бы к разоблачению десятков
подобных операций, ради осуществления которых многих мужчин и женщин постепенно
приучали к наркотикам и галлюциногенам. Разоблачение этих, с позволения сказать,
экспериментов погубило бы карьеру тех, кто их задумал и осуществил.
Более того, некоторые из родственников жертв, например Макэндрю, не
остановились бы и перед убийством организаторов подобных операций.
- И поэтому они пожертвовали... О господи!
- Вот что означает Часон, - заключил Питер. - Операция, которую Варак
назвал ловушкой.
Оторвавшись от перил, с трудом передвигая ноги, с искаженным лицом СентКлер
шагнул вперед;
- Вы отдаете себе отчет в том, что говорите? Инвер Брасс... Только один
член Инвер Брасс...
- Он мертв.
У старого дипломата перехватило дыхание, его тело как будто свело
судорогой.
- Сазерленд умер, - мягко продолжал Ченселор. - Джекоб Дрейфус - тоже. У
вас досье нет. Остаются двое - Уэллс и Монтелан.
Известие о смерти Дрейфуса окончательно сломило Сент-Клера. Его глаза,
казалось, вот-вот вылезут из орбит. Он неловко ухватился за перила:
- Их нет. Они умерли... - В его голосе слышалась глубокая скорбь.
Питер придвинулся к старику, полный сострадания и жалости. Наконец-то он
обрел союзника - человека, обладающего властью, который может покончить с этим
кошмаром.
- Господин посол!
Сент-Клер вздрогнул от такой формы обращения. В его взгляде Питер прочел
немую благодарность.
- Да?
- Мне бы следовало оставить вас на время одного, но я не могу этого
сделать. Меня выследили. Думаю, им известно то, что удалось узнать мне. Дочери
Макэндрю приходится скрываться. С ней двое верных людей, однако это не значит,
что она в безопасности. Просить защиты у полиции я не могу. Мне нужна ваша
помощь.
Собрав остатки сил, дипломат произнес:
- Разумеется, рассчитывайте на меня. Вы правы, сейчас не время для
раскаяний. Этим можно заняться позднее.
- Что же делать сейчас?
- Удалить раковую опухоль, даже если пациент не выдержит операции.
Впрочем, пациент и без того мертв:
Инвер Брасс больше не существует.
- Вы согласны поехать к моим друзьям, к дочери Макэндрю?
- Конечно. - Сент-Клер с трудом оторвался от перил. - Впрочем, мы только
потеряем время. По телефону будет гораздо быстрее. Что бы вы ни думали о
должностных лицах в Вашингтоне, среди них есть и такие, кому можно доверять...
Вы найдете у них защиту.
Достав из кармана ключ, Сент-Клер указал на дверь. Войти в дом надо было
очень проворно. Как объяснил дипломат, поворот ключа отключал сигнальную систему
всего на десять секунд. Если после этого дверь не закрывалась, срабатывал сигнал
тревоги.
Они прошли в гостиную. Включив свет, Сент-Клер подошел к телефону, взял
было трубку, но тут же положил ее на место.
- Лучший способ защиты - нападение. Уэллс или Монтелан? Кто-то из них или
оба?
- Мне кажется, Уэллс.
- Почему вам так кажется? Что он вам говорил?
- Что он нужен стране.
- Ну что же, он прав. Высокомерие отнюдь не умаляет его блестящих
способностей.
- Уэллс в панике из-за досье. Думает, что и на него оно заведено.
- Так оно и есть.
- Не понимаю.
- Уэллс-фамилия его матери, которую он получил вскоре после развода
родителей. Досье объясняет, как все это произошло. При рождении ему дали фамилию
Рейслер. Среди пропавших досье - от М до Z - имеются сведения и о Рейслере. Вам
что-нибудь говорит это имя?
- Да, припоминаю, - ответил Питер. В его памяти вплыл образ надменного,
порочного человека по имени Фредерик Рейслер. - Он был одним из лидеров германоамериканского
бунда, - продолжал Ченселор. - Я наделил его чертами одного из
персонажей романа "Рейхстаг". Рейслер был биржевым маклером.
- Да, его считали гением Уолл-стрита. Он переправил Гитлеру в Германию
миллионы долларов. Уэллс всю жизнь стремился смыть с себя это постыдное пятно и
бескорыстно служил своей стране. Он панически боится, что досье раскроет
позорящее его прошлое.
- Да, наверное, это он. Страх перед прошлым...
- Может быть, но я сомневаюсь. Или только его коварство не укладывается в
рамки наших представлений... Зачем ему бояться разоблачения, если досье в его
руках? А что сказал вам идальго?
- Кто?
- Монтелан, он же Пэрис. Как личность он намного приятнее, чем Бэнер, хотя
еще более высокомерен. Потомственный кастильский аристократ, которого фалангисты
Франко лишили и богатства, и влияния. Карлос ненавидит и презирает любые формы
насилия.
- Как вы сказали? - прервал дипломата Ченселор. - Что он презирает?
Фашизм, в чем бы он ни проявлялся. - Нет, вы выразились иначе. Вы
употребили слово "насилие". "Формы насилия" - вот ваше выражение.
- Да, я так сказал.
Питер вспомнил, как о чем-то подобном говорил Рамирес. Нет ли здесь связи?
Рамирес и Монтелан. Оба преисполнены ненавистью и презрением.
- Это Монтелан. Сейчас нет времени объяснять, почему я в этом уверен. Вы
можете с ним связаться?
- Конечно. С каждым членом Инвер Брасс можно установить контакт в течение
нескольких минут. Имеется закодированная телефонная связь. Никто из нас не имеет
права игнорировать звонок по этому телефону.
- Монтелан может проигнорировать.
Брови у посла от изумления поползли вверх.
- Он же не знает, по какому поводу я звоню, и обязательно подойдет к
телефону. Но что произойдет дальше? Страх быть разоблаченным заставит его как-то
отреагировать на мой звонок. Разумеется, недостаточно просто разоблачить его, не
так ли? - Наступила пауза, которую Ченселор не решился прервать. - Его
необходимо убить. Он будет последним, кого убьют по приговору Инвер Брасс. В
какую трагедию все это обернулось! - Сент-Клер снял трубку, и вдруг его лицо из
пепельного стало смертельно бледным. - Не работает.
- Не может быть!
- Только что все было в порядке.
Внезапно комната наполнилась оглушительным трезвоном. Выхватив из кармана
пистолет, Питер бросился к проходу. Раздался выстрел, и выходящее на веранду
окно ра
...Закладка в соц.сетях
