Жанр: Боевик
Проводы на тот свет
... мыслей. - Недаром её отец, Яков Лазаревич, был интеллигентом в
нескольких поколениях... А я - русский Ванька, Иванушка-интернешл, русский
дурачок..."
- Лена, - сказал он, - дай мне, как предлагала, телефон твоей подруги...
Одинокой и сексуальной...
Марк решил, что если тугой узел не развязывается - его разрубают.
Елена облегченно вздохнула и протянула ему заранее приготовленный листик
бумаги с цифрами, именем и отчеством: Маргарита Викторовна.
Часть III. Стрельба по движущимся целям
Авторитетный совет на Шаболовке
- Во, бля! - возмущенно сказал один из шести джентльменов, расположившихся
за большим круглым столом. Точнее, за столом сиДело девять человек: шесть
джентльменов - Алексей смутно припоминал, что вроде бы видел их на давнем дне
рождения у Андрея Ивановича, сам Андрей Иванович, Алексей и, в качестве
эксперта, Яков Михайлович Свердлин.
- Сука малосольная! - поддержал джентльмена его сосед, такой же
респектабельный, с благородной сединой, упакованный в костюм из "тропической"
хлопковой ткани цвета маренго и в итальянскую голубую сорочку. Почему "сука" -
это Алексею было понятно. Но "малосольная"?
Вчера Тая предупредила его, что ужинать они будут у родителей. Она
неукоснительно следила за тем, чтобы раз в неделю ездили к родителям в гости -
на обеды или ужины. Обычно визиты приходились на субботы, иногда воскресенья, и
Тая не позволяла Алексею от них отлынивать. "Ты не представляешь, как рады они
нас видеть!" - говорила она, если замечала, что Алексей пытается найти
благовидный предлог, чтобы остаться дома, поваляться с книжкой на диване, или
посмотреть по ТВ очередной американский боевичок.
Но вчера была среда, неурочный день для родственных объятий. "Что-то
случилось?" - спросил Таю Алексей. "Нет, ничего особенного. Папа хочет с тобой
поговорить".
Марина Степановна встретила их поцелуями, Андрей Иванович крепко пожал
Алексею руку и обнял зятя. Стол был уже накрыт, радовал глаз обилием домашних
закусок, графинчиком с лимонными корочками и граненой бутылкой с наливкой для
женщин.
Хозяйка дома заботливо, как наседка, ухаживала за молодыми, подкладывала
Алексею лучшие кусочки. "Повезло тебе, Алексей, с тещей, - благодушно улыбался
Андрей Иванович, - любит она тебя". "А что? - не возражала Марина Степановна, -
у меня зять отличный, настоящий мужчина в расцвете лет и сил".
Андрей Иванович заговорщически подмигнул Алексею, а Марина Степановна,
раскрасневшаяся от рюмки наливки, разоткровенничалась:
- Я все боялась, что Таська, вертихвостка, приведет какого-нибудь шалапута
из этих, нынешних. А она сделала правильный выбор на радость родителям.
- Таисия мне сказала, что ты отказался от... ну, скажем, ежемесячного
"пособия"? - спросил Алексей Иванович.
- Не обижайтесь, Андрей Иванович, но это лишнее, - подтвердил Алексей. -
Деньги на жизнь у нас есть.
- Откуда?
Алексей рассказал, что перед самым отъездом в Анталию Ольга открыла на его
имя счет в банке и перевела на него все свои деньги - не маленькую сумму.
- Сколько? - напористо поинтересовался Андрей Иванович. - Со мной можешь
не темнить. Это пусть твой Шварцман всем лапшу на уши вешает, что от старика
Ставрова ничего не осталось. Он, Шварцман, умный...
- Я знаю о вашем разговоре с Генрихом Иосифовичем, - сказал Алексей. - Он
прикрылся вашим именем, когда к нему пришли с угрозами.
- Бредихин приходил. Числится директором липовой фирмы "Знамя свободы", а
на самом деле - подручный Мамая. Выяснили...
- Буду знать, - принял информацию к сведению Алексей. - А с вами я и не
собираюсь темнить. Ольга оставила мне, а теперь уже и моей супруге Таисии
Андреевне, - он очень почтительно склонил голову в сторону Таи, - где-то полтора
миллиона долларов.
- Ты чего? - вытаращила глазенки Тая. - Взаправду?
- Не слабо! - удивился и Андрей Иванович. - Старик Ставров копил всю
жизнь, но и Ольга, царство ей небесное, кое-чему научилась у папаши. Обвела
вокруг пальчика всех: и шакалье, что набрасывается на большие деньги, и законы,
которые налогами половинят наследство.
Он задумчиво что-то прикинул, спросил:
- Кто об этом ещё знает?
- Знал я и Генрих Иосифович. Теперь ещё вы трое...
- Женщины! - грозно сказал Андрей Иванович. - То, что услышали - забудьте!
И за меньшие деньги электрическими утюгами жгут да к батареям приковывают.
Он согнал хмурь с лица, обратился к дочери с неожиданной для него
теплотой:
- Таисия! А для тебя Ольга должна быть святой женщиной. И не потому, что
наследство оставила - и у нас кое-что имеется, не нищие. А потому, что была
необыкновенно чистой и безгрешной. Только таким будущее открывается, и ей оно
открылось: чувствовала, что скоро умрет, погибнет. Готовилась к этому...
- Да нет, - возразил Алексей. - Она улетала веселой, в хорошем настроении.
- Это Оля тебя огорчать не хотеЛа и стараласЬ остаться в твоей памяти
привлекательной, с улыбкой.
Алексей подумал, что может так и было. Он в аэропорту, на посадке, обратил
мимоходом внимание, что улыбается его Ольга как-то слишком уж весело и
беззаботно.
- Ты, Таисия, - продолжал Андрей Юрьевич, - должна заботиться о могилке
Ольги, чаще бывать на кладбище, ей будет приятно это, - Юрась говорил об Ольге,
как о живой. - Заказывай службы в церкви за упокой - в дни её рождения и смерти
и по соответственным церковным датам... И следи, чтобы служба велась в память
именно Оле, а не чохом...
Он рассказал, что недавно был в храме, заказывал молитву за упокой души
своего безвременно погибшего приятеля. Дали ему листик бумаги, попросили
написать фамилию, имя, отчество усопшего раба божьего. И заплатить в кассу сто
рублей. Все он сделал и приехал в названную субботу послушать службу. И что вы
думаете? Помянули его друга в списке из полусотни других ушедших с миром.
Юрась с гневом блеснул глазами:
- Дождался я окончания службы, подошел к священнику и говорю: "Вы что же
делаете, твари Господни, коллективисты хреновы?" Что за поминовение такое
устроили? Это только в зонах людей губили пачками, но и там каждый возносился к
Господу поодиночке!"
Алексей представил мысленно "беседу" Юрася со священником, в душе
усмехнулся и вспомнил с тоской, как отпевали его Ольгу вместе с незнакомой
женщиной.
Он сказал:
- Я ценю, что Тая проявляет уважение к памяти об Ольге. Но хватит об этом,
не будем с ран срывать повязки...
Андрей Иванович был согласен с Алексеем, мужчины чокнулись рюмками и
выпили. Женщины ушли на кухню готовить чай, и Андрей Иванович приступил к
разговору о том, ради чего и был затеян ужин.
- Алексей, завтра за тобой к вечеру заедет Яков Михайлович и привезет тебя
в один дом, где тебе предстоит встретиться с моими друзьями. Ну, не совсем уж
друзьями, но мы вместе решаем сложные проблемы.
"Так, - подумал Алексей, - Юрась устраивает мне свиданку с "коллегами".
Для чего?" Он прямо спросил об этом Андрея Ивановича.
- Это люди очень авторитетные...
- Авторитетные или авторитеты? - не совсем вежливо переспросил Алексей
тестя.
- Не играй словами, молодой! - прикрикнул Юрась. - Говорю тебе, это очень
авторитетные люди. Если они решат кого-либо на уши поставить - поставят. Ты
думаешь, в этом районе города власть у начальника управы или милиции? Видимость
у них сплошная, а не власть! А вот если эти люди решат перевернуть вверх дном
весь этот не маленький райончик Москвы - перевернут... Понял?
- Проникся уважением к неизвестным мне геркулесам, - мрачновато пошутил
Алексей. Его совсем не прельщала встреча с "неформальными вождями".
- А ты не ерничай! - похоже, Юрась обозлился от того, что его зять не
понимает очевидного, к чему он сам привык относиться с большим уважением. - Я
уговорил собраться ради тебя, твоих проблем. И если они сочтут нужным помочь
тебе - помогут.
Он, чтобы не услышали женщины, - с угрюмой озабоченностью спросил:
- Ты помнишь, что к Ольге чьи-то лапы дотянулись даже в Турции? И я не
хочу, чтобы такая же участь выпала моей Тайке, да и тебя, зять дорогой, не хотел
бы видеть покойником. Понял?
В том, что говорил Юрась, был большой резон, это Алексей вынужден был
признать. Как и то, что его самодеятельное расследование зашло в тупик, он ни на
шаг не продвинулся в поисках убийц Ставрова и Брагина, а потом и Ольги. Ну,
поужинал с Благасовым в компании покойников на его кладбище, помотался по
кладбищам, переспал ещё раньше, до Ольги, с двумя "похоронными" дамами... А взамен
что получил? Его и Ольгу пытались взорвать - чудом спас "сталинский орел". Его и
Таю хотели расстрелять в машине - выручил телохранитель Юрася. Он - под
прицелом, это ясно...
- Если не себя, то Таю пожалей, - проговорил Юрась.
- Что я должен делать? - сдался Алексей.
Юрась немного повеселел:
- Яков Михайлович привезет тебя в нужное место. Я там тоже буду, хотя и не
я решаю... От тебя требуется, чтобы отнесся к людям, которые согласились с тобой
встретиться, с большим уважением. - Юрась усмехнулся. - веди себя так, словно
тебя, рядового следака, пригласиЛи, допустим, на коллегию прокУратуры. Понял? И
расскажи все, что накопал и что думаешь по поводу этих убийств. Тебя выслушают и
попросят подождать решения в соседней комнате. Сиди и жди, тебя пригласят и
сообщат...
- Они собираются ради тебя, по твоей просьбе? - спросил Алексей.
- По моей просьбе - да, но не ради меня...
Юрась заговорил очень доверительно:
- Видишь ли, конечно, мужики знают, что произошли убийства, кто-то
балуется со взрывчаткой и стволами. Это их беспокоит, потому что каждый из них
может стать жертвой наезда, если кто-то решит отнять то, что он собрал по
крохам, потом и кровью, хитростью и умом... Беспредел следует выкорчевывать, ибо
он не только не нужен, но и опасен для каждого из нас...
- Это называется "сходняк"? - брякнул Алексей.
- Дурак ты, Алексей, - процедил сквозь зубы Андрей Иванович. - Не твоего
ума, как это называется...
Яков Михайлович привез Алексея в неприметный двухэтажный домик на Донской
улице. Алексей ожидал, учитывая ранг "высокого" собрания, увидеть у подъезда
иномарки, но было тихо и пустынно. Он сообразил: "тачки", чтобы не привлекать
внимание, рассредоточены на близлежащих улицах и в любую минуту могут быть
вызваны по мобильным телефонам.
Свердлин и Алексей вошли в подъезд, из него попали в большой холл, где в
креслах расположились крепкие бритоголовые ребята. Они без особого оживления
встретили пришедших - предупреждены, знают.
- Стволы есть? - спросил один из них.
Свердлин развел руками: мол, нет. Его небрежно, но вполне профессионально
похлопали по поясу брюк, пиджаку, штанинам.
- У меня есть, - сказал Алексей.
- Доставай рукоятью к нам.
Алексей отдал им своего "макарова".
- Сейчас доложим, а вы пока посидите. - Им указали на свободные кресла.
Ждать заставили недолго, вышел Андрей Иванович и позвал их в просторную
комнату с наглухо зашторенными окнами. "Любят они таинственность", - Алексей
хотел это подумать насмешливо, но ему было не по себе.
Джентльмены сидели за круглым столом, перед некоторыми стояли чашечки
кофе, перед другими - чай в стаканах с мельхиоровыми подстаканниками. Еще на
столе были блюдечки и вазочки с сушками, орешками, печеньем, минеральная вода.
Водки не было, что свидетельствовало о серьезности намерений.
- Якова Михайловича вы знаете, - сказал Юрась, - а это мой зять, Алексей
Георгиевич Костров. - Он это произнес с заметной гордостью, потому что его зять
был не замухрышкой и не плюгавым интеллигентиком, а статным, крепким мужиком,
пиджак у которого распирали широкие плечи.
Свердлину и Алексею указали на свободные кресла за столом.
- Кто будет вести наш совет? - спросил Андрей Иванович. - Мне вроде не с
руки, так как речь идет о моем родственнике, то есть о делах, близко ко мне
лежащих.
- Пусть Юрий Игоревич председательствует, - решили единогласно.
Позже Андрей Иванович просветил Алексея, что Юрий Игоревич Штырев, с
давних лет известный по кликухе Штырь, "держал" торговлю спиртным и никто не
знал истинные размеры его "капиталов".
Юрий Игоревич кратко сообщил, что собрались они посоветоваться, так как
возникли непредвиденные и сложные обстоятельства.
- Ты и правда "важняк"? - уточнил один из членов "совета" у Алексея.
- был, сейчас я вроде бы работаю в еженедельнике, но именно вроде бы, так
как занят своими делами.
- Был он "важняком", но не паскудой, - весомо заявил Юрий Игоревич.
- Вы знаете, если бы не он, на правду отзывчивый, уже выросла бы на моей
могилке березка, - немного драматично сообщил Андрей Иванович.
Алексей, отвечая на вопросы, встал, и Андрей Иванович одобрил это.
- Давай, Алексей Георгиевич, излагай все по порядку, - предложил Юрий
Игоревич Штырев-Штырь.
Алексей решил, что раз сюда пришел - нет ему смысла что-то скрывать,
недоговаривать. И он подробно рассказал, как наняла его Ольга Ставрова для
розыска убийц своего отца и Брагина. Начал искать, но ещё даже на след не вышел,
когда ему и Ольге, с которой он "расписался", сунули пластит под машину.
Джентльмены при этом немного оживились, но не удивились.
- Я видел и чувствовал, - сообщил Алексей, что мне и Ольге пришили
"хвост", но перехватить его не мог, так как в одиночку сильно не повоюешЬ. И я,
от греха подальше, отправил её в_Анталию, пытаясь уберечь, но это была моя
ошибка...
- Почему?
- Там она оказалась открытой для убийц. Здесь я бы все-таки прикрыл её, а
там она была совершенно беззащитной.
Алексей разволновался от этих воспоминаний и неожиданно у него вырвалось:
- Ольга была беременна... Они убили и моего ребенка.
Сидевшие за столом хмуро уставились в свои стаканы, им, много повидавшим в
жизни, были понятны чувства человека, у которого замочили беременную жену. На
такое в их мире мог быть только один ответ...
Даже Юрась не знал такие подробности из жизни Алексея и смотрел на него с
явным сочувствием.
- Из-за чего пожар? - спросил после молчания джентльмен, назвавшийся
Виктором Николаевичем.
Алексей много думал над этой проблемой и теперь изложил свои мысли:
- "Харон" и другие фирмы и предприятия, а также шесть ресторанов и три
больших кладбища управлялись тремя компаньонами: Брагиным, Ставровым и
Благасовым. И была разработана хитроумная комбинация... Брагина и Ставрова какимто
образом убедили подписать завещание о том, что в случае их смерти дочери
смогут получать процент от доходов, но в управлении фирмой участия принимать не
будут. Думаю, что для успокоения компаньонов такое же завещание подписал и
Благасов. Но я его не видел, и уверен, никто не увидит, потому что после гибели
Ставрова и Брагина Благасов его аннулировал. Свою жену он ненавидит и вряд ли
чего ей завещает.
- А что дочери убитых? - уточнил Виктор Николаевич.
- Ольга подняла бунт, стала искать убийц отца и объявила, что через суд
будет добиваться одной трети "Харона". В завещаниях Брагина и Ставрова есть
оговорки, которые позволяют их трактовать по-разному. Алевтина Артемьевна
Брагина присоединилась к ней. У юриста Генриха Иосифовича Шварцмана не было
сомнений. что они это дело выиграют.
- А где эта Алевтина? - спросил Штырь.
- Почувствовала опасность и объявила, что хочет отдохнуть на Багамах. Где
она на самом деле - я не знаю, но уверен, что в каком-нибудь другом месте.
Иногда, очень редко, она мне звонит... У неё были свои отношения с Благасовым, она
его боится. Перед вылетом она выдала мне доверенность представлять её интересы
везде, где потребуется.
- Растолкуй подробнее, - потребовали джентльмены. Это была их стихия -
иски, суды, фирмы, собственность - большие деньги.
- Это просто, - объяснил Алексей. - Как наследник Ольги Тихоновны
Ставровой я имею право на одну треть всего, чем владели компаньоны, если,
конечно, суд подтвердит это. И как доверенное лицо Алевтины Артемьевны Брагиной,
возьму под свое управление её треть.
- То есть, ты можешь стать владельцем этого ритуально-похоронного дела? -
включился в беседу ещё один из джентльменов.
- Да. Но мне это не нужно.
- Почему?
Алексей пожал плечами:
- Видите ли, это не мое призвание.
- Это большие деньги...
- Я могу и умею зарабатывать самостоятельно, - сказал Алексей.
Андрей Иванович бросил на него одобрительный взгляд: он не хотел бы, чтобы
Алексей упомянул о деньгах, оставшихся от Ольги.
- Ты не прав, - произнес Виктор Николаевич. - Тихон Ставров, а я его
хорошо знал, тебя бы не одобрил.
- Возможно, - согласился Алексей.
- Я хотел бы задать вопрос Якову Михайловичу как эксперту, - сказал Юрий
Игоревич, - что вы думаете о расстреле в ресторане "Вечность"?
- Мне он кажется очень странным, - ответил Яков Михайлович неторопливо и с
достоинством. - Благасов при "нормальном" развитии событий не должен был
остаться живым. Эта пуля в мякоть... Стреляли профессионалы высокого класса, если
в горячке, в спешке послали ему лишь одну пулю, совершенно безопасную. А Брагина
и Ставрова буквально нашпиговали свинцом. Не сомневаюсь, у них было четкое
задание оставить Благасова живым и имитировать ранение. Я был в этом ресторане,
разговаривал с официантом, с барменом, изучил все на месте. Я не сомневаюсь в
своем выводе.
- Ты можешь подозревать Благасова? - этот вопрос адресовался уже Алексею.
- Не знаю... Скорее нет. Благасов придурок, он помешан на покойниках и
кладбищах, но вряд ли способен на решительные действия. Он ведь не из тех. кто
убивает, а из других - кто хоронит.
Алексей рассказал, хотя ему этого и не хотелось, о странных вывихах
Благасова, желавшего брать женщин на могильных плитах, ночью приезжать на
кладбище, бродить среди могил.
Вот тогда и изрек модно упакованный джентльмен с омерзением:
- Во, бля!
А его сосед добавил:
- Сука малосольная!
Один из джентльменов стал рассказывать:
- Да они все такие, похоронщики, кто с покойниками дело имеет. Креста на
них нет! У одного моего парня отец умер... Парень не из бойцов, из таких, которых
я держу, чтобы в разных учреждениях цветочки и шоколадки нужным секретаршам
презентовали... Его сеструха похоронами занималась. И что-то там недодала
санитарам в морге. Так они, твари, покойника в костюм обрядили, привезли и
посадили на скамеечке во дворе перед домом. Его вдову, как увидела, еле "Скорая"
откачала...
- А ты что? - с явным интересом полюбопытствовал Виктор Николаевич.
- А что я? Послал парней, они нашли этих шутников и дали им двадцать
четыре часа на то, чтобы город покинуть, не поганить его... Иначе станут
покойниками...
Джентльмены сдержанно поулыбались, одобряя такие решительные действия.
- У Благасова была, конечно, личная заинтересованность, - продолжил
Алексей. - Заманчиво ему было прибрать всю фирму к рукам... Но он мог найти и
более простое решение: запугать дочерей своих бывших компаньонов, угрозами
удержать их от подачи исков в суд, наконец, просто реорганизовать фирму, выкачав
из неё все возможное...
Яков Михайлович спросил:
- Можно мне?
И получив разрешение, стал говорить:
- Не мне вас учить, уважаемые господа, но надо бы связать воедино расстрел
в "Вечности" и завещания Брагина и Ставрова. Комбинация с завещаниями - тонкая,
хитрая, тщательно продуманная. Это ювелирная работа и на её разработку способны
лишь специалисты, знакомые с техникой подставок и перемены действующих лиц.
Благасов, несомненно, причастен, но не он главное лицо... Алексей Георгиевич, вам
ещё что-то известно?
- Немногое...
Алексей рассказал об "угле" кладбища, где хоронят вместе, рядом друг с
другом, погибших братков и о тайниках с наркотой в могилах. Не забыл и то, что
Алевтина предупреждала его - остерегайся Мамая.
- Значит, Мамай, - пробормотал про себя Штырь, он же Юрий Игоревич. - А
откуда она-то знает Мамая?
- Понятия не имею, - искренне ответил Алексей.
- Ты не упомянул почему-то о коммерческом кладбище, - Андрей Иванович
очень волновался за Алексея, это было заметно.
- Это очень выгодный проект, - Алексей теперь в этом был уверен. -
Задумывали его осуществление три компаньона, а остался один - Благасов. Все
документы теперь оформлены только на него. Я просил своего приятеля-"важняка" в
прокуратуре, не буду называть его фамилию, не имеет значения, проверить. Он
подтвердил. Звонил я и своему знакомому в Московскую епархию, отцу Дионисию.
Тоже подтверждает: мол, благословили Благасова на богоугодное дело...
- Так,.. - протянул джентльмен с бородкой, соответственно и кличка у него
была Борода, - это ж какие деньги он, Благасов, собирается огребать?
- Да хрен с ними, с деньгами! - воскликнул Штырь. - Беспокоить нас должно
другое: людей у нас под носом мочат, зелье доставляют и хранят! Да менты в наш
район толпами придут, своих секретных агентов везде посадят... Это ж прощай,
нормальная житуха!
От таких выводов он помрачнел, усиленно зазвенел ложечкой в стакане с
чаем. Проговорил:
- Не густо, конечно, фактов, но кое-что ты накопал, бывший "важняк".
Теперь изложи свои соображения.Алексей предвидел, что такое предложение
последует и сформулировал кратко, к чему пришел в своем розыске:
- Мне кажется, что слились интересы разных сил. Одни добиваются полного
контроля над "Хароном" и всем ритуально-похоронным хозяйством и выдвигают на
первый план временно Благасова. Так явно выдвигают, что берут сомнения,
уважаемые господа. Другие используют Благасова и его кладбище для своих целей.
Возможно, они даже не хотят устранять Благасова, так как он им нужен в качестве
крыши. Но в то же время устраняют его соперников, расчищают кому-то поле
деятельности. Если бы Ольга и Алевтина Ставрова выиграли дело в суде, то
Благасов из короля-хозяина стал бы пешкой. Вот Ольгу и убили и правильно
рассчитали, что Алевтина сбежит, запрячется...
- Умные, суки, - сделал вывод Штырь. - А сейчас будуТ старАться замочить
тебя, - он бесцеремонно ткнул пальцем в Алексея. - Ты-то сам как намерен
поступать?
- Откровенно? - спросил Алексей. Разговор с "авторитетным советом" помог
ему проанализировать ситуацию.
- Только так! - сказал Борода.
- Буду копать дальше... И вы, уважаемые господа, по своему опыту знаете, -
польстил он авторитетам, - что выживет тот, кто ударит первым.
- Это точно, - одобрительно закивали головами авторитеты.
Штырь поинтересовался:
- Как далеко пойдешь?
За этим, вроде бы не очень жестким вопросом, скрыт был глубокий смысл.
- До конца, - твердо сказал Алексей.
- Наш человек, - серьезно заявил Виктор Николаевич. - А ты что скажешь,
Яков Михайлович, уважаемый эксперт? Это ведь по твоей части, господин полковник.
Намек на прошлое не обидел Свердлина, не та была ситуация и не те люди
сидели за круглым столом, чтобы обижаться.
- Алексей Георгиевич прав в своих выводах. Я даже могу предположительно
назвать некоторые фамилии...
- Не надо, - властно остановил его Штырь. - Потом поделишься своими
соображениями с Андреем Ивановичем. А мы пока посоветуемся... Ты выйди, подожди, -
сказал он Алексею.
Алексей вышел в комнату к телохранителям, сел в кресло, стал ждать. Он не
очень нервничал, так как был уверен в одном: что бы ни решили участники
"Круглого стола", он никогда и никому не простит убийство Ольги. Вот говорят,
думал он, что Бог все видит и все знает... Тогда почему он молчит, если видит, как
обирают покойников и обессиленных горем их родственников? Иногда Богу тоже
требуется помощь...
Он так глубоко задумался, что одному из телохранителей пришлось тронуть
его за плечо и показать на дверь: иди, зовут.
От имени всех говорил Юрий Игоревич Штырев, он же Штырь:
- Мы решили, что нам не в масть этот беспредел... Его надо остановить, он
опасен для нас. К тому же, все мы глубоко уважаем нашего общего друга Андрея
Ивановича и не можем допустить, чтобы его дочь и зять были под ударом каких-то
отморозков...
Юрий Игоревич говорил очень торжественно, словно зачитывал приговор. "Ну и
что дальше? - слушая его, думал Алексей. - чем вы можете мне помочь, господа
присяжные заседатели?"
- Через две-три недели мы назовем тебе, кто заказал похоронщиков Ставрова
и Брагина и кто замочил Ольгу Ставрову... И, можешь не сомневаться, это будет
точно и проверено. Мы не менты, - с усмешечкой произнес Штырь, - и хватаем не
крайних, а действительно виноватых. - Он все-таки не удержался от остренькой
шпильки в адрес бывшего "важняка".
Штырь сделал паузу и буднично завершил свой монолог:
- Мы тебе назовем, кто эти отморозки, а уж ты с ними разбирайся сам. Это
твое дело, как ты с ними обойдешься, хотя мы и одобряем твои ясно высказанные
намерения. Наше братство, которое тебе, не совсем возможно, понятно, и дня не
продержалось бы, если бы мы не исполняли главное правило: возвращать все долги.
И совсем буднично Штырь спросил:
- Баксы нужны? Можем помочь.
Тут же поспешно вмешался Андрей Иванович, который, видно, опасался, что
Алексей проговорится о наследстве Ольги:
- Я сам ему помогу. По-родственному.
Выводы были сделаны и все слова произнесены. Борода - Алексей сообразил,
что именно он был хозяином этого обособленного, отделенного от остальной улицы
глухой оградой особняка, нажал на какую-то кнопку у себя под столом и появился
парень с подносом, на котором стояли бутылки и легкая закуска.
- Не обижайтесь, уважаемые, - сказал он степенно. - Ради встречи и на
дорожку...
Андрей Иванович забрал Алексея в свою машину:
- Поедем к нам.
- А Тая? - спросил Алексей. - Она ведь ждет...
- Тайка у нас, они с матерью нас дожидаются.
Андрей Иванович заметно повеселел, и Алексей подумал, что вот у него
появился родной человек, который волнуется за него, переживает. И предполагал ли
он в совсем недавнем прошлом, что его дела будут серьезно обсуждать авторитеты,
пусть и бывшие, но явно не утратившие свой вес и сегодня. А если посмотреть на
все проще, успокаивал себя Алексей, очень богатые люди с весьма запутанными
биографиями приняли решение мне помочь.
Андрей Иванович в машине молчал, ничего не хотел говорить при водителе и
телохранителе - тем самым парням, которые добротными автоматными очередями
сожгли "Ладу-Спутник" и всех, кто в ней находился. Юрась после этого повысил его
и доверил охрану своей драгоценной п
...Закладка в соц.сетях
