Жанр: Боевик
Джек Райан 5. Реальная угроза
...ибра, и плохо владел
этим автоматом. Его первый выстрел был сделан почти в нужном направлении, но
остальные восемь всего лишь ушли в небо, поскольку это оружие, известное
своей неустойчивостью, тут же вышло из-под контроля стрелка, и ни одна пуля
не попала даже в газонокосилку. Сержант Брейден дважды выстрелил в ответ,
однако расстояние до мини-фургона превышало десять ярдов, а "чифс спешиэл"
имел ствол в два дюйма, потому его действенная дистанция измерялась не
ярдами, а футами.
Потрясенный неожиданным нападением, стреляя из неудачно выбранного
револьвера, сержант сумел попасть лишь в фургон, да и то один раз.
Однако звуки выстрелов из автоматического оружия очень характерны, их
нельзя спутать с хлопушками, автомобильным выхлопом или другими звуками, и
все в округе тут же поняли, что происходит что-то в высшей степени необычное
В доме по другую сторону улицы пятнадцатилетний юноша чистил свою винтовку.
Это был старенький "Марлин" 22-го калибра, который раньше принадлежал
дедушке паренька.
Этот гордый владелец оружия учился у сержанта Брейдена в бейсбольной
команде играть на третьей линии. К тому же он считал сержанта по-настоящему
пневым мужиком. Этот парень, которого звали Эрик Сандерсон, бросил на стол
свои орудия труда, подошел к окну тут же увидел, как его бывший тренер,
укрывшись за газонокосилкой, стреляет в кого-то. В момент полной ясности,
наступающий в подобные мгновения, Эрик Сандерсон понял, что пытаются убить
его бывшего тренера, сержанта полиции, что совсем рядом с ним, в десяти
футах, лежат винтовка и патроны и будет совершенно правильно, если он придет
на помощь полицейскому, стреляя из своей винтовки. А то обстоятельство, что
он провел все утро, сбивая консервные банки, всего лишь подтверждало его
готовность. Целью жизни Эрика Сандерсона было стать морским пехотинцем, и
теперь он воспользовался шансом узнать, как все это обстоит в
действительности.
Пока грохот автоматных очередей раздавался на тихой, заросшей деревьями
улице, юноша схватил винтовку, пригоршню маленьких латунных патронов и
выбежал на крыльцо. Сначала он повернул стержень с пружиной, который
удерживал патроны в длинном, похожем на трубку магазине, закрепленном под
стволом винтовки.
Стержень выскочил из магазина и упал на землю, но у юноши хватило
здравого смысла не нагибаться за ним в этот момент. Он начал один за другим
опускать в трубку магазина маленькие патроны, удивленный тем, что у него
вспотели ладони.
Когда в магазине оказалось четырнадцать патронов, Эрик наклонился за
стержнем, и из магазина выпало два патрона Он не спеша поднял их, снова
сунул в магазин, вставил стержень с пружиной и повернул его. Затем юноша
откинул вниз затвор, вернул его в прежнее положение - теперь патрон
находился в казеннике и курок был взведен.
С удивлением юноша увидел, что стрелять с крыльца плохо, спустился на
тротуар и занял позицию у капота грузовика, что принадлежал его отцу. Отсюда
он отлично видел двух мужчин, которые стреляли из автоматов, держа приклады
у бедер. В это мгновение сержант Брейден сделал последний выстрел и
промахнулся, как и все четыре раза до этого. Тогда он повернулся и бросился
к дому, но споткнулся и упал. Бандиты двинулись к нему, вкладывая в автоматы
новые магазины. Эрик Сандерсон приложил приклад винтовки к плечу. Его руки
дрожали. У винтовки были старомодный железный щиток с прорезью и мушка на
конце ствола, и юноша напомнил себе, что нужно совместить мушку с серединой
прорези, как его учили в бойскаутах, причем вершина мушки должна совпадать с
верхним срезом щитка и нужно направить ствол в цель.
Он с ужасом увидел, что опоздал. Мужчины подошли к его бывшему тренеру
вплотную и длинными очередями разнесли его на части В это мгновение что-то
изменилось в сознании Эрика. Он прицелился в голову ближайшего к нему
бандита и выстрелил.
Подобно большинству молодых и неопытных стрелков, юноша тут же поднял
голову, чтобы увидеть результат. Ничего. Он промахнулся - стреляя с
расстояния всего в тридцать ярдов! Потрясенный этим, он снова прицелился и
нажал на спусковой крючок, но выстрела не последовало. Курок был спущен. Он
забыл взвести его. Бормоча под нос ругательства, за которые мать задала бы
ему жару, он перезарядил свой "Марлин", тщательно прицелился и медленно
нажал на спусковой крючок.
Убийцы не слышали его первого выстрела - в ушах звенело от собственных
автоматных очередей - и не услышали второго, но голова одного из них
дернулась, когда в нее попала пуля, словно бандита ужалила оса. Он тут же
понял, что происходит, повернулся и выпустил в Эрика длинную очередь, хотя
голову мгновенно сжала страшная боль. Второй бандит тоже увидел юношу и
начал стрелять в него.
Но Эрик загонял теперь патроны в казенник с предельной быстротой и тут
же спускал курок. Полный ярости, он видел, что его пули пролетают мимо, и
невольно вздрагивал при ответных очередях. Ему хотелось убить обоих
бандитов, прежде чем они вернутся в свой фургон. Эрик с удовлетворением
увидел, как они спрятались в укрытие, и потратил три последних патрона,
пытаясь достать их. Но патроны 22-го калибра слишком слабы для этого, и
машина рванулась вперед.
Эрик следил за тем, как уезжают убийцы, сожалея, что не успел зарядить
больше патронов в магазин своей винтовки, что не успел выстрелить в заднее
окно фургона, прежде чем он повернул направо и исчез из виду.
У юноши не хватило мужества подойти к сержанту Брейдену и посмотреть,
что с ним. Он остался у грузовика, опершись на капот, проклиная себя за то,
что дал бандитам улизнуть. Эрик не знал и никогда бы не поверил, что в
действительности проявил себя намного лучше многих полицейских.
Один из двух бандитов, находившихся в мини-фургоне, чувствовал острую
боль от пули, попавшей ему в грудь. Но умер он от пулевого ранения в голову.
Когда он наклонился, поврежденная артерия в голове лопнула, и струя крови
залила стенку фургона, к полному изумлению умирающего, которому оставалось
всего несколько секунд, чтобы понять, что слу...
Еще один рейс, совершаемый самолетом ВВС, по счастливой случайности
оказавшимся тоже С-141В, захватил мистера Кларка из Панамы. Самолет летел на
базу Эндрюз, где поспешно готовились к прибытию транспорта из Колумбии с
гробами погибших. Прежде чем этот самолет совершил посадку, Кларк находился
уже в Лэнгли, докладывая о ходе операции своему боссу Бобу Риттеру. Впервые
на протяжении целого поколения Оперативное управление получило от президента
США лицензию на неограниченную охоту. Джон Кларк, числящийся в списках
отдела кадров как инструктор по ведению полевых операций, являлся главным
охотником ЦРУ. Ему долгое время не поручали использовать свой талант, однако
навыков он не утратил Риттер и Кларк не следили по телевидению за прибытием
самолета из Колумбии. Все это было теперь историей, и, хотя оба сотрудника
ЦРУ проявляли интерес к истории, та ее часть, в формировании которой они
принимали участие, никогда не записывалась для будущих поколений.
- Мы собираемся еще раз изучить эту мысль, что вы подсказали мне во
время нашей встречи на острове Сент-Кристофер.
- Какова цель операции? - поинтересовался Кларк. Ему было нетрудно
догадаться, что происходив или от кого исходит приказ. В этом и заключалась
при| чина его осторожности.
- Если говорить коротко - месть, - ответил Риттер.
- Слово "возмездие" звучит лучше, - высказал свое мнение Кларк.
Несмотря на недостаток систематического образования, он много читал.
- Объекты представляют реальную и несомненную угрозу безопасности
Соединенных Штатов.
- Это слова президента?
- Да, - кивнул Риттер.
- Отлично. Это делает операцию законной. Не менее опасной, но
юридически законной.
- Вы можете взять на себя ее осуществление? На лице Кларка появилась
задумчивая улыбка, словно он смотрел куда-то вдаль.
- Я буду вести порученную мне часть операции по-своему. В противном
случае можете считать меня вышедшим из игры. У меня нет ни малейшего
намерения умереть из-за чьей-то халатности. Я хочу, чтобы никто из центра
мне не мешал. Вы скажете мне о задачах и передадите необходимые средства. Я
сделаю все остальное так, как считаю нужным, и сам выберу сроки.
- Согласен, - кивнул Риттер. Кларка это крайне удивило.
- Тогда я выполню это А как дела с теми парнями, что находятся там, в
джунглях?
- Сегодня ночью мы их эвакуируем.
- И куда их переместят? Риттер объяснил.
- Это по-настоящему опасно, - ответил оперативник, хотя объяснение
Риттера его ничуть не удивило. Скорее всего, это планировалось с самого
начала. Но если...
- Нам это известно...
- Мне не нравится такой оборот дела, - заметил Кларк после недолгого
размышления. - Это осложняет ситуацию.
- Мы платим вам не за то, что вам нравится. С этой точкой зрения Кларк
был вынужден согласиться. Он был достаточно честен, чтобы признать, что
часть операции его все-таки привлекает. В конце концов именно такое задание
поставило Кларка под широко распростертые заботливые крылья Центрального
разведывательного управления столько лет назад. Но то задание он выполнил в
качестве агента, работающего по найму, а эта операция была законной с
юридической точки зрения, хотя кое-что можно оспаривать. Когда-то, такие
соображения заставляли мистера Кларка задумываться, но теперь, когда у него
были жена и дети, ситуация изменилась.
- Мне можно пару дней побыть с семьей?
- Конечно. Понадобится некоторое время для размещения необходимых
средств.
Всю информацию, которая будет вам необходима, я перешлю с нарочным на
"Ферму".
- И как назвали операцию?
- "Обмен любезностями".
- Ну что ж, название вполне подходящее. - На лице Кларка появилась
усмешка. Он вышел в коридор и направился к лифту.
По тому же коридору в сторону кабинета судьи Мура шел новый заместитель
директора ЦРУ по разведке доктор Райан. Никогда раньше они, Кларк и Райан,
не встречались, не произошло этого и сейчас, хотя их жизни уже соприкасались
дважды.
Глава 14
Подхватить и вывезти
- Я должен поблагодарить твоего директора Джейкобса, - заметил Хуан
Может быть, мы встретимся с ним когда-нибудь. - Он не спешил с этой фразой.
Скоро, решил он, можно будет получить у нее всю информацию с помощью
доверительной интимности, которую следует ожидать от мужа и жены - в конце
концов, у настоящей любви нет секретов, правда?
- Может быть, - через мгновение ответила Мойра Она уже думала о том,
что директор придет на ее свадьбу. Это не значит, что она мечтает о слишком
многом, не так ли?
- А что ему понадобилось там, в Колумбии? - поинтересовался Кортес,
лаская кончиком пальцев то место, которое стало таким знакомым.
- Теперь это уже передано средствами массовой информации. Они назвали
операцию "Тарпон". - В течение нескольких минут Мойра объясняла суть
операции, а ласки Хуана не прекращались ни на мгновение.
Их подсказывал только его опыт офицера-разведчика. Он даже заметил, что
лениво улыбается, глядя на потолок. Какой идиот. Я предупреждал его.
Предупреждал не один раз в его собственном кабинете, но нет - он
считает себя таким умным, так уверен в своей дальновидности, что отказался
следовать моему совету. Может быть, теперь этому кретину понадобится мой
совет... Прошло несколько минут, прежде чем он задал себе вопрос: а как
будет реагировать его босс на это известие? И тут улыбка исчезла с его лица,
а ласки прекратились.
- Что с тобой, Хуан?
- Твой директор выбрал опасное время для визита в Боготу. Эти бандиты
будут вне себя от ярости. Если они узнают, что он в Колумбии...
- Эта поездка хранится в тайне. Их министр юстиции - его старый друг.
Насколько я помню, они вместе учились в университете и знают друг друга
уже сорок лет.
Поездка хранилась в секрете. Кортес попытался убедить себя, что они не
решатся на такой глупый шаг, как... нет, могут решиться. Его удивило, что
Мойра не почувствовала, как похолодело его тело. Но что он мог сделать?
Как обычно бывает с семьями военных и коммивояжеров, родные Кларка
привыкли к его внезапным отъездам и возвращениям после разных по
продолжительности командировок. Они привыкли и к тому, что он обычно
приезжал домой без предупреждения. Это стало почти игрой, и его жена, как ни
странно, не возражала против нее. В данном случае Кларк взял машину в гараже
ЦРУ и, сидя за рулем, и течение двух с половиной часов, которые
потребовались, чтобы добраться до Йорктауна, штат Вирджиния, обдумывал
предстоящую операцию К тому моменту, когда машина свернула с шоссе 64, он
нашел ответ почти на все основные вопросы, хотя конкретные детали будут
разработаны после того, как Кларк прочитает материалы, содержащиеся в пакете
с разведывательной информацией, который Риттер обещал прислать ему домой.
Дом Кларка ничем не отличался от дома государственного служащего
среднего ранга - кирпичное строение с четырьмя спальнями и просторной
гостиной, расположенное на акре леса из длинноиглых сосен, распространенных
на американском Юге. Отсюда до "Фермы" можно было доехать за десять минут.
"Ферма", место подготовки агентов ЦРУ, имела почтовый адрес
Уилльямсбург, штат Вирджиния, хотя на самом деле находилась ближе к
Йорктауну, поблизости от складов, где ВМФ хранил как баллистические ракеты,
запускаемые из подводных лодок, так и их ядерные боеголовки. В этом районе
проживали главным образом сотрудники ЦРУ, так что не было нужды придумывать
сложные версии о местах работы мужчин для любопытных соседей. Семья Кларка
имела, разумеется, представление о том, как он зарабатывал на жизнь. Две его
дочери семнадцатилетняя Мэгги и четырнадцатилетняя Патриция - иногда
называли отца тайным агентом - выражение, которое они подхватили из
возобновленного телесериала Патрика Макгухэна, передаваемого по одному из
кабельных каналов.
Однако они понимали, что не следует обсуждать этот вопрос с остальными
школьниками, хотя время от времени предупреждали своих друзей вести себя в
присутствии их отца вежливо и без лишних шуток. Впрочем, это предупреждение
было излишним. В большинстве своем люди совершенно инстинктивно следили за
своим поведением в присутствии мистера Кларка. У Джона Кларка не было рогов
и копыт, но редко требовалось больше одного-единственного взгляда, чтобы
понять, что с ним лучше не вступать в пререкания. Сэнди, его жена, знала о
нем еще больше, в том числе и то, чем он занимался перед тем, как стал
работать в ЦРУ.
Сэнди была медицинской сестрой и учила молодых медсестер в операционных
местной учебной больницы. Поэтому она привыкла иметь дело с жизнью и
смертью, и ее утешало то, что ее муж является одним из немногих
"непосвященных", понимавших эти проблемы, хотя и с противоположной точки
зрения. Для жены и детей Джон Теренс Кларк был преданным мужем и любящим
отцом, правда, иногда излишне старающимся защитить их от суровой
действительности. Мэгги как-то пожаловалась, что он спугнул нравящегося ей
парня одним взглядом. То, что юношу вскоре арестовали за управление
автомобилем в нетрезвом виде, к досаде дочери, лишь доказывало правоту отца.
С другой стороны, он был куда мягче матери, когда заходил разговор о
родительских уступках, и всегда готов был выслушать историю девических
огорчений. Бывая дома, Кларк давал советы самым мягким и убедительным тоном,
его поведение было спокойным и разумным, но родные знали, что за пределами
семьи он был совсем другим. На это они старались не обращать внимания.
Он подъехал к крыльцу перед самым ужином и прошел через кухню, держа в
руке чемодан с двумя костюмами. Здесь царил аппетитный запах. Его
неожиданное возвращение домой слишком часто заставало Сэнди врасплох, и
потому она привыкла готовить больше, чем требовалось ей с дочерьми.
- Где ты был? - задала Сэнди риторический вопрос и тут же начала, как
обычно, отгадывать. - Загар не слишком хороший. Где-то в холодном климате
или там, где все время облачно?
- Почти все время сидел в помещении, - ответил Кларк совершенно честно.
Вместе с парой недоносков в проклятом фургоне связи на вершине холма
посреди джунглей, подумал он. Как в плохие старые дни. Почти. Несмотря на
всю свою проницательность, жена почти никогда не догадывалась, где он бывал.
С другой стороны, ей и не следовало знать об этом.
- Сколько времени...
- Всего пару дней, затем снова придется уезжать. Важная работа.
- Это как-то связано с... - Сэнди кивнула в сторону телевизора,
стоявшего в кухне.
Кларк только улыбнулся и покачал головой.
- Как ты думаешь, что там случилось?
- Насколько мне известно, просто здорово повезло наркомафии, - ответил
он шутливо.
Сэнди знала, как относится ее муж к торговцам наркотиками и почему. У
каждого в душе скрывалась ненависть к чему-то. Ненависть к наркотикам
сжигала душу Кларка - и его жены. Она слишком долго была медицинской
сестрой, слишком часто видела последствия наркомании. Кларк читал лекции
своим девочкам только по этому вопросу, и, хотя они относились к
наставлениям старших с таким же отвращением, как пара любых других здоровых
подростков, Мэгги и Патриция никогда не приближались к этой линии, не говоря
уже о том, чтобы пересечь ее.
- Похоже на то, что президент с трудом сдерживает себя.
- А как бы ты чувствовала себя на его месте? Директор ФБР был его
другом, насколько могут быть друзьями политические деятели. - Кларку
захотелось как-то смягчить это заявление. Сам он относился к политическим
деятелям с недоверием, даже к тем, за кого голосовал.
- И что он собирается теперь предпринять?
- Не знаю, Сэнди. - Я еще не обдумал план операции. - Где девочки?
- Они ушли в Буш-Гарденс со своими друзьями. Гам установлены новые
аттракционы, и сейчас они, наверно, носятся на них и визжат от страха.
- У меня есть время принять душ? Сегодня весь день я переезжал с места
на место.
- Ужин будет готов через пятнадцать минут.
- Отлично. - Он снова поцеловал ее и направился в спальню со своим
чемоданом. Перед тем как войти в ванную, он сложил грязное белье в корзину.
Кларк ре-шил, что посвятит один день отдыху с семьей, а затем примется
за планирование операции. Спешить с этим не стоит. При операциях такого рода
спешка кончается смертью. Он надеялся, что политики поймут это.
Нет, разумеется, не поймут, сказал он себе по пути к душу. Этого они
никогда не понимали.
- Не переживай, - сказала Хуану Мойра. - Ты устал. Извини, что я так
утомила тебя. - Она прижала его лицо к своей груди. Мужчина, в конце концов,
не машина, я пять раз на протяжении одних суток... разве можно ожидать
большего от любовника? Ему нужно поспать, отдохнуть. Как, впрочем, и ей
самой, поняла Мойра засыпая.
Через несколько минут Кортес осторожно освободился от ее объятий,
прислушиваясь к медленному, спокойному дыханию женщины, глядя на
мечтательное выражение ее умиротворенного лица. Как же ему поступить, черт
побери? Что предпринять? Позвонить по телефону - рискнуть всем ради
короткого разговора по линии, не защищенной от прослушивания? Колумбийская
полиция, или американцы, или кто-нибудь еще уж точно установили жучки на
всех этих телефонах. Нет, это более опасно, чем ничего не предпринимать.
Профессионализм офицера-разведчика говорил ему, что безопаснее всего
дать событиям развиваться своим чередом. Кортес опустил голову и посмотрел
на себя.
Ничто несравнимо с тем, чего он сумел добиться. Эта мысль пришла ему в
голову впервые за длительное время.
Группа "Кинжал", разумеется, совершенно - если не блаженно - не
подозревала о том, что случилось накануне. В джунглях нет службы новостей, а
радиосвязью они могли пользоваться лишь для получения распоряжений и
передачи собранной информации. Ввиду этого переданное им новое распоряжение
показалось крайне неожиданным. Чавез и Вега снова несли дежурство на
наблюдательном пункте, перенося влажную духоту, которая последовала за
сильнейшей грозой. На протяжении предыдущего часа выпало два дюйма дождя, и
наблюдательный пункт превратился теперь в мелкую лужу. Ожидалось, что еще до
того, как рассеются тучи, после обеда снова пойдет дождь.
Появился капитан Рамирес, причем появился совершенно неожиданно, удивив
на этот раз даже Чавеза, который гордился своим мастерством поведения в
лесу.
Сержант тут же успокоил себя, подумав, что капитан научился
передвигаться настолько бесшумно, потому что многое перенял у него.
- Привет, капитан, - поздоровался со своим офицером сержант Вега.
- Ну что там происходит? - спросил Рамирес. Чавез ответил на вопрос
капитана, не отрывая глаз от бинокля.
- Наши два друга наслаждаются утренней сиестой. - После обеда, подумал
он, наступит время еще для одной, разумеется. Следующее заявление капитана
заставило его опустить бинокль:
- Надеюсь, им нравится отдых. Он для них последний.
- Как вы сказали, капитан? - озадаченно переспросил Вега.
- Сегодня вечером за нами прилетит вертолет. Этот аэродром представляет
для нас посадочную площадку, парни. - Рамирес указал на взлетно-посадочную
дорожку. - Перед тем как улететь отсюда, мы все уничтожим.
Чавез на короткое время задумался над словами капитана. Он всегда
ненавидел торговцев наркотиками. Время, в течение которого Чавез был
вынужден сидеть здесь и следить за тем, как эти ленивые мерзавцы занимались
своим грязным делом в сущности абсолютно безнаказанно, подобно игрокам на
поле для гольфа, ничуть не изменило его точку зрения.
- О'кей, капитан, - кивнул Динг. - Как мы будем действовать, сэр?
- Как только стемнеет, вы и я обойдем аэродром с северной стороны.
Остальные разделятся на две огневые группы, чтобы в случае
необходимости обеспечить нам поддержку. Вы, Вега, останетесь здесь со своим
пулеметом. Второй пулеметчик отойдет на расстояние метров в четыреста. После
того как снимем обоих охранников, заминируем бочки с горючим, что в сарае, -
это в качестве прощального сюрприза. Вертолет заберет нас на дальнем конце
аэродрома в двадцать три ноль-ноль. Тела охранников возьмем с собой,
наверно, сбросим их в море.
Да, какое-то неожиданное приказание, подумал Чавез.
- Нам понадобится примерно тридцать-сорок минут, чтобы подобраться к
ним, не подвергаясь риску, но, судя по поведению этих недоносков, это будет
нетрудно, сэр. - Сержант знал, что убивать охранников придется ему - ведь
оружие с глушителем находилось у него.
- Я полагал, что вы спросите меня, является ли это дело настоящим,
напомнил капитан Рамирес. Он только что задал такой вопрос по спутниковой
связи.
- Если вы отдаете такой приказ, я не сомневаюсь, что речь идет о деле,
проводящемся всерьез. Моральные соображения меня ничуть не беспокоят, -
заверил своего командира старший сержант Доминго Чавез.
- Хорошо. Операция начнется, как только стемнеет.
- Так точно, сэр, Капитан похлопал обоих по плечу и ушел на сборный
пункт Чавез посмотрел ему вслед, затем достал фляжку, отвинтил крышку, выпил
пару глотков и лишь после этого посмотрел на Вегу.
- Черт побери! - негромко заметил пулеметчик.
- Да, у тех, кто руководит операцией, неожиданно прорезалась смелость,
согласился Чавез.
- С удовольствием вернусь в такое место, где есть душ и кондиционер,
произнес Вега через некоторое время То, что на пути к этому придется убить
двух человек, мало интересовало солдат. Их даже развеселило, что после
нескольких лет службы в армии им, наконец, поручили выполнить именно то
задание, ради успеха которого было потрачено на подготовку столько времени.
Обоих не интересовали моральные соображения. Они служили в армии своей
страны. Их страна приняла решение, что двое дремлющих в нескольких сотнях
метров мужчин были врагами и заслуживали смерти.
Вот и все, хотя оба думали о том, как все это произойдет по-настоящему,
а не во время учения.
- Давай договоримся о сегодняшнем вечере, - сказал Чавез, снова
поднимая бинокль. - Ты уж поосторожней со своим пулеметом, Осо.
Вега задумался.
- Я не буду стрелять слева от сарая, если только ты не подашь мне
сигнал.
- Да, хорошо. Я буду подкрадываться вон от того толстого дерева. Вряд
ли предстоят неприятности, - произнес он, размышляя вслух.
- Нет. все должно пройти гладко.
Если не считать, что на этот раз все будет всерьез. Чавез не отрывал от
глаз бинокля, рассматривая охранников, убить которых ему предстояло через
несколько часов.
Полковник Джоунс получил приказ о предстоящем вылете примерно в то же
самое время, что и все оперативные группы, причем ему передали комплект
совершенно новых тактических карт, которые еще предстояло изучить. Вместе с
капитаном Уиллисом он тщательно обсудил план ночного рейда в тишине своей
комнаты. Им предстояло подхватить и эвакуировать солдат. Тех самых, которых
они высадили несколько дней назад. Они возвращались обратно гораздо раньше,
чем предполагалось. Пи-Джи подозревал, в чем тут причина. По крайней мере
отчасти.
- Прямо с аэродромов? - удивился капитан - Да. Или все четыре оказались
запасными и не использовались, или наши друзья собираются захватить их перед
тем, как мы прилетим за ними.
- Вот как, - понял капитан Уиллис после недолгого размышления.
- Отыщите Бака, пус
...Закладка в соц.сетях
